Юридическая Библиотека - Право на юридическую помощь: конституционные аспекты Р.Г. Мельниченко -

На главную »  » Право на юридическую помощь: конституционные аспекты Р.Г. Мельниченко

Государственное право: Право на юридическую помощь: конституционные аспекты Р.Г. Мельниченко


    В монографии с правовых позиций конституционного права рассмотрено понятие, сущ­ность и структура права на квалифицированную юридическую помощь. Проведено историческое исследование происхождения и развития этого правового института как в российской, так и иных мировых цивилизациях. Выделены и квалифицированы источники, регулирующие и охраняющие право на юридическую помощь. Показано становление в России нового правового института «Поверенное право». Определены основные принципы предоставления юридической помощи. Особое внимание уделено значению права на юридическую помощь в свете формирования правосознания, гарантий реализации и защиты прав и свобод личности. Изложены гарантии самого права на квалифицированную юридическую помощь. Выделены вопросы оказания юридической помощи за рубежом. В заключение представлена современная организация деятельности адвокатуры в Российской Федерации как ведущей формы оказания юридической помощи личности.
    Монография рассчитана на студентов, аспирантов, преподавателей юридических вузов и факультетов, а также всех тех, кто интересуется проблемами прав человека.


    РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ

    ПРИ ПРЕЗИДЕНТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


    ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

    ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ


    ВОЛГОГРАДСКАЯ АКАДЕМИЯ ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ







    Р.Г. Мельниченко




    Право на юридическую помощь: конституционные аспекты



    Монография



















    Волгоград 2003


    ББК 67.620.3я 73

    М 48


    Научный редактор

    д-р юрид. наук, проф. И.В. Ростовщиков


    Рецензенты:

    канд. юрид. наук, доцент Э.А. Вологина,

    канд. юрид. наук Н.А. Рубченко


    Мельниченко Р.Г.

    М 48 Право на юридическую помощь: конституционные аспекты: Монография. – Волгоград: Изд-во ВАГС, 2003. – 200 с.

    ISBN 5-7786-0187-5


    В монографии с правовых позиций конституционного права рассмотрено понятие, сущ­ность и структура права на квалифицированную юридическую помощь. Проведено историческое исследование происхождения и развития этого правового института как в российской, так и иных мировых цивилизациях. Выделены и квалифицированы источники, регулирующие и охраняющие право на юридическую помощь. Показано становление в России нового правового института «Поверенное право». Определены основные принципы предоставления юридической помощи. Особое внимание уделено значению права на юридическую помощь в свете формирования правосознания, гарантий реализации и защиты прав и свобод личности. Изложены гарантии самого права на квалифицированную юридическую помощь. Выделены вопросы оказания юридической помощи за рубежом. В заключение представлена современная организация деятельности адвокатуры в Российской Федерации как ведущей формы оказания юридической помощи личности.

    Монография рассчитана на студентов, аспирантов, преподавателей юридических вузов и факультетов, а также всех тех, кто интересуется проблемами прав человека.

    ББК 67.620.3я 73




    ISBN 5-7786-0187-5 © Мельниченко Р.Г., 2003

    © Волгоградская академия

    государственной службы, 2003


    ОГЛАВЛЕНИЕ


    Введение 4


    Глава 1. Становление и развитие права на юридическую помощь 5


    Глава 2. Понятие и содержание права на юридическую помощь 21


    Глава 3. Источники права на юридическую помощь 46


    Глава 4. Поверенное право 55


    Глава 5. Право на юридическую помощь в системе

    конституционных прав и свобод человека и гражданина 70


    Глава 6. Принципы предоставления юридической помощи 84


    Глава 7. Роль права на юридическую помощь в формировании

    правосознания 101


    Глава 8. Юридическая помощь личности как гарантия реализации

    ее прав и свобод 114


    Глава 9. Юридическая помощь личности при защите

    ее прав и свобод 136


    Глава 10. Гарантии права на юридическую помощь 144


    Глава 11. Особенности оказания квалифицированной

    юридической помощи адвокатами в отдельных государствах 161


    Глава 12. Организация деятельности адвокатуры как ведущая

    форма оказания юридической помощи личности 170


    Заключение 185


    Библиографический список 189


    ВВЕДЕНИЕ

    Возможность получения каждым человеком юридической помощи явля­ется важнейшим благом любого цивилизованного общества. Радикальные эко­номические и социально-политические преобразования в современной России привели к возникновению новых общественных отношений, демократизации форм и методов их регулирования. На фоне последнего увеличились потребно­сти участников гражданских, уголовных, административных и иных правоот­ношений в получении квалифицированной юридической помощи. Не случайно в Конституции Российской Федерации 1993 г. особо выделено право на полу­чение юридической помощи, чему и посвящается настоящая работа.

    Рассматриваемая автором проблема приобрела особую актуальность ввиду отказа российского государства от всеохватывающего и жесткого регулирова­ния различных общественных отношений, включая правовое положение лично­сти. Гражданам предоставлен широкий круг прав и свобод, которые они вправе реализовывать по собственному усмотрению. Параллельно важнейшей обязан­ностью, возложенной на государство, стало создание механизмов обеспечения и защиты прав и свобод. Указанные механизмы за годы реформ стали приобре­тать демократические черты, и тому во многом способствовали возможности получения юридической помощи при обжаловании незаконных действий самой власти.

    Традиционно потребность в оказании юридической помощи связывается с соответствующим участием лиц в уголовно-правовых и уголовно-процессуаль­ных отношениях. При этом нужно отметить, что в последнее десятилетие про­изошло существенное расширение круга оснований предоставления юридиче­ской помощи в указанной сфере. Так, участникам уголовного судопроизводства право на получение квалифицированной юридической помощи специалиста те­перь реально обеспечивается на стадии не только судебного разбирательства, но и дознания и предварительного следствия.

    С развитием гражданских и иных правоотношений все чаще возникают ситуации, когда без консультации квалифицированного специалиста человеку сложно (а иногда практически невозможно) разрешить ту или иную проблему. Резко увеличивалась необходимость в получении юридических услуг по вопро­сам, которые еще 1020 лет назад были неактуальны (отношения частной соб­ственности, экологические правоотношения, компенсация морального вреда и др.).

    Актуальность рассматриваемых проблем связана и с задачами совершен­ствования действующего законодательства. Несмотря на закрепление права на юридическую помощь в конституционном и текущем законодательстве, до сих пор не выработаны единые принципы и стандарты его реализации и обеспече­ния. Кроме того, в некоторых отраслях право на юридическую помощь закреп­лено или недостаточно полно, или отсутствует вообще. Например, при привле­чении лица к административной ответственности указанное право является весьма значимым, однако фактически оно не нашло должного отражения в нормах административного права и процесса.


    Глава 1. СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ

    ПРАВА НА ЮРИДИЧЕСКУЮ ПОМОЩЬ


    § 1. Возникновение права на юридическую помощь

    в государствах Древнего мира и Средних веков

    Прежде чем обратиться к вопросам современного понимания конституци­онного права на юридическую помощь, необходимо остановиться на генезисе и истории развития данного правового института.

    Юридическая помощь правовой институт, имеющий историю своего развития. Формирование элементов юридической помощи на протяжении исто­рии развития права шло поступательно. В разные исторические периоды более динамично развивался тот или иной элемент юридической помощи. В целом же институт юридической помощи приобрел современные очертания в период возникновения конституционного строя.

    Изучение исторических документов и научных работ, посвященных исто­рии государства и права, выявило тот факт, что любая деятельность по оказа­нию юридической помощи связана преимущественно с деятельностью адвока­тов как лиц, оказывающих юридическую помощь. Действительно, история развития адвокатуры как помощника по юридическим вопросам наиболее близка к истории юридической помощи, и это будет продемонстрировано в дальнейшем. Однако история развития адвокатуры и юридической помощи, если во многом и близка, но не всегда совпадает. Необходимо исходить из предпосылки отсутствия у адвокатов монополии на оказание юридических услуг. Именно потому, более деталь­ного освещения требуют иные аспекты истории юридической помощи.

    В литературных источниках отмечается, что наличие у лиц субъективных прав характерно уже на ранних этапах государственности. В этот же период можно проследить и рождение права на юридическую помощь. Основопола­гающий этап развития права на юридическую помощь связан с возникновением государства, суда и, как следствие, уголовного и гражданского судопроизвод­ства.

    Возникновение юридической помощи тесно связано с возникновением права и, как следствие, государства. В свою очередь, о юридической помощи на догосударственном этапе развития социума можно говорить только как о "квазиюридической помощи": если в обществе существуют правила в виде за­претов, табу, то необходимы и лица, хранящие и поясняющие эти социальные нормы. Доведение данными лицами до сведения представителей первобытного общества правил поведения и является так называемой "квазиюридической по­мощью".

    Вообще, о безусловном факте возникновения юридической помощи можно судить только на основе письменных источников. Наличие юридической по­мощи можно проследить, например, в одном из институтов уголовного судо­производства Афинского государства. Так как в Афинах в VIIVI вв. до н.э. убийство предумышленное, непредумышленное и дозволенное законом различалось как по правилам производства дела, так и по последствиям обви­нительного приговора, то каждый желающий преследовать убийцу в судебном порядке обращался к трем "истолкователям священного права". Последние обя­заны были объяснить, каким путем вести дело1. В этой ситуации налицо право потерпевшего на получение юридической помощи от знатоков права.

    В правовой системе Афинского государства VIIVI вв. до н.э. в уголов­ном процессе юридической помощи в виде защиты лица, привлекаемого к от­ветственности, не было. Но уже в VIV вв. до н.э., в эпоху расцвета афинской демократии, появляются отдельные лица, профессионально оказывающие юри­дическую помощь гражданину, привлекаемому к уголовной ответственности – это были логографы и синегоры [80. С. 105]. Как верно замечают некоторые авторы: «И хотя адвокатуры в полном смысле этого слова в Афинах не существовало, сторонам не воспрещалось прибегать к помощи квалифицированных специалистов – знатоков права и риторов…»2.

    Логографы "писатели речей". Их деятельность осуществлялась на воз­мездной основе и ставила цель – помогать удачному ведению дела в суде. Такая работа осуществлялась путем сбора материалов по делу, указания судебной ин­станции, рассмотрению которой подлежало дело, избранию наиболее "выгод­ного" вида жалобы, а в случаях, когда наказание не было установлено законом определением подходящей меры наказания, а также написанием текста речи, который клиент затем произносил в суде.

    Синегоры "помогающие ораторы" – лица, искушенные в ораторском ис­кусстве, произносящие речь в защиту своего клиента. Примечательно, что в данном разделении труда прослеживаются не только довольно узкая специали­зация лиц, оказывающих юридические услуги, но и отношение общества к ука­занным видам деятельности в целом. Так, отношение к логографам, получаю­щим плату за свои услуги, в афинском государстве было резко негативным, а оказывающим помощь "по дружбе" синегорам очень уважительным3.

    Профессиональную деятельность знатоков права по оказанию юридиче­ской помощи в Древнем Риме условно можно разделить на три вида: cavere (со­ставлять новые иски и сделки), agere (вести дело в суде), respondere (давать от­веты) [51. С. 93].

    Cavere означало деятельность юристов по оказанию юридической помощи в форме составления исков, сделок и завещаний. Так, разрабатывались фор­мулы сделок, исков, нередко получавшие имена своих создателей.

    Agere деятельность юриста по ведению дела в суде, где последний берет на себя функции стороны в процессе. Данная деятельность имела место быть как в гражданском, так и в уголовном судопроизводстве. Особое значение в Древнем Риме придавалось вопросу обеспечения юридической помощи лицу, привлекаемому к уголовной ответственности. Сами же защитники разделялись на три группы: advocati, laudatores, patroni.

    Возникновение термина "адвокат" традиционно связывается именно с су­дебной практикой в Древнем Риме. Сам термин происходит от латинского слова advocatus, под которым в республиканском Риме подразумевались дру­зья и родственники тяжущегося, сопровождающие последнего в суд и дававшие ему советы во время заседания. В строгом смысле описываемая категория лиц оказывала обвиняемому не юридическую, а психологическую помощь. В эпоху Империи термин "адвокат" приобрел более "техническое" значение "право­заступник" которое сохранилось и до сих пор.

    Лаудаторы занимали среднее положение между защитниками и свидете­лями. Например, они не сообщали факты, раскрывающие суть дела, а говорили о личных, положительных качествах обвиняемого4.

    Наиболее весомую роль в оказании юридической помощи в уголовном процессе играли патроны. Именно они представительствовали в суде, держа речь в защиту обвиняемого. Однако не всегда приходится говорить о патронах как о юристах-профессионалах. Чаще всего это были достойные граждане, све­дущие в ораторском искусстве, а их деятельность носила скорее общественный, чем профессиональный характер. Последнее подтверждает и тот факт, что па­троны не получали вознаграждения, а лишь имели право принять почетный по­дарок от своего клиента – по окончании дела. Отсюда и название вознагражде­ния юристу, который представительствует в суде гонорар.

    При ведении гражданских дел юридическая помощь оказывалась в форме представительства, общее же понятие последнего в Римском праве звучало так: "Когда какое-либо действие может быть совершено известным лицом с непо­средственными или посредственными последствиями для другого лица, то ме­жду лицом действующим и представляемым, предполагается известное пред­ставительное отношение" [70. С. 148]. Допуск представителей в судебный процесс Древнего Рима продвигался очень медленно. Правовая аксиома "никто не мо­жет искать по закону от чужого имени" (Nemo alieno nomine lege agere potest) делало представительство довольно затруднительным. Но потребность сторон в юридической помощи при ведении гражданских дел послужила причиной из­менений и в гражданском процессе.

    Представительство в Древнем Риме ставило перед собой две основные за­дачи: защиту прав лица, по каким-либо причинам не имеющего возможности защищать их лично, и оказание юридической помощи. В той или иной мере в любых формах представительства данные цели реализовывались совместно и с весьма небольшими различиями, в одних случаях преобладала первая задача, в других – вторая.

    На практике представительство осуществлялось в двух случаях. Защита прав лица, по каким-либо причинам не имеющего возможности защищать себя лично, осуществлялась в строго оговоренных ситуациях. Например, раб, кото­рый был убежден, что его лишили свободы незаконно, не мог сам оспаривать это в суде (рабы не являлись субъектами права). В данном случае его интересы в суде защищал именно представитель.

    Кроме того, активно осуществлялось представительство юридического лица. Последние являются правовой фикцией и потому нуждаются в физиче­ском лице, которое будет их представлять. Данный вид юридической помощи существует и сегодня. Лица, лишенные дееспособности, малолетние, те же юридические лица для реализации своих прав нуждаются в представителе.

    Представительство с целью оказания юридической помощи осуществля­лось двумя категориями лиц: когниторами (cognitores) и прокураторами (procuratores). Когнитор был формальным представителем и назначался одной из сторон в присутствии другой. Когнитор утверждался претором, и его полно­мочия простирались на протяжении только одного процесса. Между когнито­ром и клиентом заключался договор [235. С. 59].

    Впоследствии функции оказания юридической помощи по гражданским делам стали переходить прокураторам. Прокуратор мог быть назначен без уве­домления противной стороны, претора или судьи. Более того, в случае, если прокуратор предъявляет иск по поручению представляемого, истец не может обратиться в суд с тем же иском вторично. Полномочия прокуратора удостове­рялись поручением, доверенностью или ратигабицией. Ратигабиция означала дополнительное одобрение определенных действий прокуратора [86. С. 270].

    Третья форма оказания юридической помощи в Древнем Риме – respondere. Она выражалась в высказывании мнения юрисконсульта по запросу частных лиц. Авторитет некоторых знатоков права имел такой вес и такое при­знание в обществе, что их консультации стали носить обязательный характер для правоприменителей, в частности для суда.

    О праве на юридическую помощь в период существования феодальных го­сударств в литературных источниках имеются довольно скудные сведения. Так, юридическая помощь в XI–XII вв. во Франции характеризовалась тем, что было распространено участие представителей (procureurs) в гражданских делах. В уголовном процессе обвиняемый был практически лишен юридической по­мощи. Сохранились сведения, что стороны могли пользоваться советами так называемых avant-parlirs, или советами судьи. В XIII в. во Французском ко­ролевстве впервые возникает такое должностное лицо, как прокурор. Первона­чально одной из основных функций прокурора было оказание юридической помощи истцу и ответчику по гражданским делам. Прокурора назначали в ос­новном немощному тяжущемуся.

    Первые упоминания об осуществлении юридической помощи в России можно проследить в середине XV в. на примере института поверенных. Со­гласно Псковской Судной Грамоте, поверенные осуществляли помощь отдель­ным слоям населения, если ими являлись: женщина, несовершеннолетний, мо­нах, монахиня или человек, который "стар велми или глух"5. Такими "пособниками" могли быть родственники и иные частные лица, за исключением лиц, иска, составление ложных челобитных. В свою очередь, власти начали борьбу с "некорректными" методами поверенных.

    Дополнительный приговор Ивана IV от 12 марта 1582 г. установил, что кто будет в суде "говорить не по делу, и … его бив кнутьем, от суда отсылати и впредь к суду не пущати". Если поверенный "в суде стоя того продаст, за кого стоял … ино находящихся на службе у государя. Говорить о данных лицах как о юри­стах-профессионалах, разумеется, не приходится.

    Однако некоторые факты свидетельствуют о наличии среди "пособников" определенных знатоков права, занимающихся представительством на полупро­фессиональной основе. Так, среди поверенных наиболее часто встречались "хо­лопи боярские". Они не только "ходят в доводах за своих государей", но и "наймутся в судех у иных". Точно также "дети боярские, бегая от службы, хо­дят в суды за других". Можно с уверенностью говорить, что эти лица неплохо разбирались в правовых вопросах и действительно занимались оказанием юри­дической помощи. Упомянутые поверенные использовали разного рода юриди­ческие приемы, не всегда чистоплотные: затягивание процессов, завышение тот суд не в суд, наемного доводчика казнити смертью, а кто под­купил … доправити на нем все, что в жалобнице написано, пошлины и протори все, да его же казнити торговою казнью". Возмещение иска, всех пошлин и на­казание – "что государь укажет" полагались судебным чинам, допустившим неправые действия поверенного6.

    Вообще, ученые-историки довольно скептически относятся к тому, как осуществлялась юридическая помощь на данном этапе ее развития в Рос­сии. В литературе можно встретить такие высказывания: "Вот начало русской юриспруденции начало весьма неблистательное: холопи защищают в суде права своих господ" [132. С. 214].



    § 2. Юридическая помощь в период возникновения

    буржуазных отношений

    Юридическая помощь в буржуазной Франции XIX в. оказывалась двумя группами профессиональных лиц: адвокатами и поверенными. Адвокаты явля­лись юридическими советниками своих клиентов и их правозаступниками. Функции адвокатов заключались в составлении наиболее важных судебных до­кументов и произнесении защитительных речей в суде. Причем в гражданском процессе адвокат мог заменить недостающего судью.

    Функции поверенных заключались в представительстве своего клиента путем сбора и подготовки фактического материала, поиске свидетелей и доку­ментов, подаче и получении судебных бумаг. Согласно Закону от 8 декабря 1897 г., защитник мог быть допущен к участию на предварительном следствии уже после первого допроса обвиняемого.

    В Русском государстве в первой половине XIX в. отмечено более уве­ренное становление института юридической помощи в уголовном процессе. Так, на стадии предварительного следствия юридическую помощь привлекае­мому лицу оказывали прокурор и стряпчий, которые "суть взыскатели наказа­ния по преступлениям и вместе с тем защитники невиновности", т.е. в одном лице совмещался и обвинитель, и защитник подследственного. С этой целью прокурорам и стряпчим предоставлялось право истребования дел, предложение заключения по нему в суд. Большинство авторов полагают, что нельзя говорить о наличии в России полноценного института защиты в этот период [147. С. 246]. 7. Действи­тельно, поверенным могло стать практически любое лицо, а ходатаями в ос­новном были вообще темные дельцы-стряпчие, в которых ценилось именно умение находить "ходы-выходы" для выигрывания дел. В подобных условиях правовые познания были не так уж важны.

    Сложившееся положение с оказанием юридической помощи, которое удовлетворяло запросы общества в Средние века, оказалось неудовлетвори­тельным при последующем его развитии. Свое же второе дыхание институт права на юридическую помощь получает в период установления в некоторых государствах конституционного строя. К этому времени изменяются и понима­ние, и содержание права на юридическую помощь. На стадии доконституцион­ного развития последнее понималось исключительно как право лица на помощь знатока права в суде по уголовным или гражданским делам. На конституци­он­ной стадии количество элементов права увеличивается, а само право на полу­чение юридической помощи находит свое закрепление в большинствах консти­туций.

    Одним из первых государств, перешедших в новую формацию буржуаз­ного государства, и где впервые были выявлены признаки конституционного строя, Англия XVII в. Если по гражданским делам юридическая помощь оказывалась довольно активно, то по отношению к праву обвиняемого на за­щиту ситуация была совсем плачевной. Статутом Вильгельма III 1696 г. обви­няемым во время рассмотрения дел "о высокой измене" было предоставлено право приглашать защитника. Затем защитника стали допускать и в дела о фе­лониях. Дольше всего продержалось правило, запрещающее защитнику обви­няемого обращаться к суду с защитительной речью. Но уже в 1836 г. зако­ном Вильгельма IV были устранены все ограничения по оказанию юридической помощи в уголовных делах.

    Потребность в юридических услугах способствовала появлению в Англии профессии правозаступника. Правозаступничество получило развитие в судах, разбиравших гражданско-правовые тяжбы. Постепенно в связи с допуском за­щитников в уголовный процесс, юридические услуги начали оказываться и по уголовным делам. Правозаступники разделились на две группы барристеров и солиситоров.

    Барристеры юридические советники приглашающей стороны могли действовать на стороне как государства, так и частных лиц. Их функции заклю­чались в выступлении в высших судах, допросе свидетелей, произнесении ре­чей. Барристер непременно должен был принадлежать к одной из четырех мощных судебных корпораций Иннов. Последние занимались приемом новых членов, организацией их обучения и практического стажа, осуществлением дисциплинарного надзора за их деятельностью. Именно из среды барристеров пополнялись штаты судей. Барристеры не имели права лично договариваться с клиентами о ведении дела и размере гонорара. К участию в деле барристер при­глашается только солиситором.

    Солиситор ведет деловые переговоры с клиентом, согласовывая с ним вопрос о гонораре, подыскивает и собирает необходимые для ведения дела доказатель­ства. Его судебная деятельность по уголовным делам ограничивалась выступ­лениями в судах малой сессии, а по гражданским в судах графства. Кстати, широким слоям населения именно они и оказывали основной объем юридиче­ской помощи. Высшим органом управления солиситоров являлась ассоциация "Юридическое общество".

    Но если в Англии отсутствовала и по сей день отсутствует писаная кон­ституция, то уже первые закрепленные в едином документе конституции со­держали в себе личные права и свободы. Эти конституции непосредственно предоставляли консти­туционную защиту частной жизни граждан, свободы человека от непомерного и неправомерного вмешательства государства во все сферы его частной жизни. Данная сфера общественных отношений получила ставший позже интернацио­нальным термин "прайвеси" право быть оставленным в покое [131. С. 210]. В категорию данных прав попал и один из элементов права на юридическую помощь право на защиту при привлечении к уголовной ответственности.

    25 сентября 1789 г. первый Конгресс нового федерального правительства Соединенных Штатов Америки предложил первые десять поправок к Консти­туции Соединенных Штатов. Шестая поправка, в частности, устанавливает право обвиняемого требовать принудительного вызова своих свидетелей и пользоваться помощью адвоката для защиты [74. С. 237]. Право на юридическую помощь является настолько важным, что свое закрепление оно нашло уже в первой кон­ституции. Но так как юридическая помощь особенно важна на стадии задержа­ния лица и привлечении его к уголовной ответственности, первые конституции и закрепляли именно этот вид юридической помощи.

    Юридическая помощь в Соединенных Штатах Америки в XVIIIXIX вв. осуществлялась адвокатами. Адвокаты делились на отдельные группы – в зави­симости от своей специализации. Так, одни занимались только приемом дел и подготовительной работой, другие выполняли обязанности юрисконсультов, третьи – выступлениями в суде.

    Право на юридическую помощь в Германии в XIX в. реализовывается также посредством деятельности адвокатов. Любопытно, что прусский король Фридрих II в 1780 г. попытался "выдать портфели" чиновникам, профессио­нально занимающимся оказанием юридической помощи, в том числе и в каче­стве защитников по уголовным делам. Это были ассистенты суда, получающие определенное жалованье, для которых плату за защиту следовало собирать в общую кассу [77. С. 25]. Об этих лицах в пояснительной записке говорится: "Они ника­ким образом не наемники и не простые управляющие делами, но пособники и помощники судьи; существо их обязанности состоит в том, чтобы содейство­вать суду в его стремлениях к отысканию истины, соединиться с ним для этой цели и честно и открыто указывать суду на все, что они при этом обнаружат, без малейших изъятий, и не считаясь с тем, какой стороне их сообщения могут принести пользу или вред" [142. С. 25].

    Увы, данный эксперимент организации юридической помощи не удался. Начала появляться так называемая подпольная адвокатура. Обобщая практику чиновничьей адвокатуры, некоторые авторы заметили: "Превращаясь в долж­ностных лиц, адвокаты утрачивают независимость и самостоятельность, необ­ходимые для стойкого охранения в суде доверенных им интересов. Включение их в состав суда вредит и независимости последнего: можно опасаться, что от­крытая борьба в заседании будет дополняема закулисными соглашениями с влиятельными членами суда" [168. С. 483–484].

    Нормативным актом, регулирующим предоставление юридической по­мощи в Германии, было Положение от 1 июля 1878 г. Здесь не производилось разделения лиц, оказывающих юридическую помощь по виду оказываемых ими юридических услуг. Если в Англии и Франции адвокаты делились на правозас­тупников и поверенных, то в Германии адвокат сам подготавливал дело, сам выступал в судебном заседании, сам участвовал в исполнении судебных реше­ний. Некоторые авторы отмечают, что данное положение привело к приниже­нию лиц, оказывающих юридическую помощь: "из-под адвокатской тоги за­щитника выглядывает портфель ходатая по делам" [93. С. 36].

    Началом оказания профессиональной юридической помощи в России можно считать создание присяжной адвокатуры по Судебному уставу 1864 г. Государственная власть наконец-то пришла к выводу, что без присяжных пове­ренных "решительно невозможно будет введение состязания в гражданском, и судебных прениях в уголовном судопроизводстве с целью раскрытия истины и предоставления полной защиты тяжущимся и обвиняемым перед судом" [170. С. 772].

    Тем не менее, вопрос об оказании юридической помощи лицу в стадии расследования не был решен положительно. Устав уголовного судопроизвод­ства участие защитника в досудебном производстве не предусматривал. Хотя на государственном уровне неоднократно предпринимались попытки добиться допуска защитника к участию в уголовном деле еще на стадии расследования, с правом присутствия на всех без исключения следственных действиях, обращая внимание судебного следователя на все обстоятельства дела, "могущие служить к оправданию обвиняемого". Данное предложение в 1864 г. было отклонено Государственным советом ввиду того, что "при предварительном следствии нет особого обвинителя, весьма трудно поставить защитника в надлежащие гра­ницы"8. В дальнейшем предпринимались попытки обеспечить юридической по­мощью лицо, находящееся на стадии следствия, но были безуспешны. Кроме того, в Государственной Думе в 1908 г. потерпел поражение проект о до­пуске защитника на предварительное следствие [197. С. 119].

    При рассмотрении вопроса о лицах, оказывающих юридическую помощь, Россия пошла по немецко-австрийскому пути, согласно которому защитник (адвокат) совмещал две функции правозаступничество и судебное представи­тельство. Но необходимо отметить, что данное разделение не нашло безогово­рочной поддержки в научных кругах. Так, проф. Е. Васьковский отстаивал не­обходимость разделения указанных функций адвокатуры: "адвокат из ученого эксперта и судебного оратора, каким он был в качестве чистого правозаступ­ника, становится практическим дельцом, имеющим тем больше успеха в пуб­лике, чем больше сметливости, юркости и даже неразборчивости в средствах он проявляет при устройстве материальных интересов своих клиентов" [93. С. 34].

    Организационное же построение адвокатуры было перенято из француз­ской системы. Лицо, оказывающее юридическую помощь, должно было удов­летворять следующим требованиям: высшее юридическое образование, пяти­летний стаж службы в судебном ведомстве или такой же стаж практической работы в качестве помощника присяжного поверенного. Кроме того, возможно, было отклонение кандидатур по "формальным основаниям". Под ними понима­лись случаи, когда образ жизни и занятия кандидата представлялись не совмес­тимыми со званием адвоката.

    Первые 1015 лет своего существования адвокатура как сообщество лиц, профессионально оказывающих юридическую помощь, демонстрировала свои лучшие черты. Юридическая помощь рассматривалась тогда как общественное служение. Но уже в 80-х гг. широкое распространение получает взгляд на правозащитника, "как на производителя труда, составляющего известную цен­ность, оплачиваемую эквивалентом, в зависимости от тяжести работы и спо­собности работника. Для защиты нет чистых и грязных, правовых и неправовых дел, а есть лишь даваемый обвинением повод противопоставить доводам про­курора всю силу и тонкость своей диалектики, служа ближайшим интересам клиента и не заглядывая за далекий горизонт общественного блага" [115. С. 113–114].

    В связи с дальнейшим развитием экономических отношений в России, ос­новная потребность в юридической помощи образовалась в предприниматель­ских кругах. Все большей необходимостью стали пользоваться юрисконсульты и поверенные, оказывающие юридическую помощь предпринимательским структурам России.


    § 3. Юридическая помощь в Советской России

    Развитие юридической помощи в России после 1917 г. связано с изданием Декрета № 1 "О суде" от 22 ноября 1917г.9, где защитник был допущен к участию в предварительном следствии по всем уголовным делам. Профессиональная адвокатура была, по сути, ликвидирована. Так, интересы личности в суде мог предоставлять любой обладающий гражданскими правами неопороченный гражданин. Тем самым к адвокатской деятельности были допущены лица, не обладающие юридическими знаниями.

    Декретом № 2 от 7 марта 1918 г. при Советах рабочих, солдатских и казачьих депутатов были образованы коллегии правозаступников, члены которых избирались и отзывались Советами, на местах им устанавливались ежемесячные оклады заработной платы10. Хотя некоторые элементы присяжной адвокатуры в некоторых регионах были сохранены. Так, в Москве была создана система вознаграждений. Клиенты оплачивали услуги через центральную кассу колле­гии по установленным расценкам, и эти деньги распределя­лись среди членов коллегии в зави­симости от количества проведенных дел и их сложности11.

    Дальнейшее свое развитие в РСФСР юридическая помощь получила в Положении о народном суде от 30 ноября 1918 г., которое предусматривало создание коллегий защитников, обвинителей и представителей сторон в гражданском процессе. Защитники рассматривались как должностные лица с установлением определенного размера заработной платы. Клиенты должны были платить за услуги, но вносить плату надо было на счет Комиссариата юстиции, из бюджета которого предполагалось выплачивать зарплату.

    Закон ставил перед защитником задачу содействия суду в наиболее полном освещении обстоятельств дела12. Этот нормативный акт запрещал гражданам обращаться за юриди­ческой помощью к адвокату лично. Необходимые прошения и по уголовным, и по гражданским делам должны были на­правляться руководству коллегии или в суд, и тогда эти ин­станции назначали адвоката. Более того, адвокатам разреша­лось выступать по гражданским искам только в том случае, если руководство коллегии признавало иск правомерным.

    Было отмечено значительное сокращение численности адвокатов. Взяв на себя фи­нансирование коллегий, государство стало заинтересованным в их оптимальной численности. В Москве для городской коллегии был установлен предел в 200 человек, в то время как в начале 1919 г. в нее входило в четыре раза больше членов. За 15 месяцев, прошедших после Октябрьской револю­ции до марта 1919 г., число адвокатов в Москве сократилось с 3000 до 100 человек [161. С. 53].

    Полнота защиты обвиняемых по уголовным делам снижалась в связи с появлением чрезвычайных трибуналов. Как правило, когда расследование производи­лось Чрезвычайной комиссией (ЧК), приговор к смертной казни приводился в исполнение часто вообще без судебного разби­рательства и, естественно, без адвоката. Когда же закон допускал по разрешению судьи участие защитника в деле, расследование по которому проводилось ЧК, на практике присутствие защитника было еще менее вероятным, чем в обычных народных судах. В действительности дела в революционных трибуналах в этот период рассматривались без участия как прокурора, так и адвоката. На четвертом съезде работников революционных трибуналов постановили, что полная процессуальная форма с участием сторон будет соблюдаться только в исключительных случаях13.

    Сжатость и быстрота судебных процессов во время гражданской войны продемонстрировали возможность обойтись как без обвинителей, так и без защитников. Поведение адвоката в суде в глазах многих судей не служило интересам государ­ства14.

    Летом 1920 г. коллегии обвинителей и защитников были распущены. Им на смену пришли отделы юстиции, создаваемые в структуре местных органов власти. Их задачей являлось оказание юридической помощи населению. В большинстве дел, рассмотренных в этот период, в качестве защитников выступали консультанты. Во всей стране таких работников насчитывалось около 650. Очевидно, что при такой численности адвокатов граждане фактически были лишены права на получение квали­фицированной юридической помощи.

    За время Гражданской войны в общественном правосознании укрепился подход, заключавшийся в том, что прямое политическое вмешательство в судебные решения считалось законным. Процессы, происходившие в этот период с адвокатской корпорацией, отражали стремление государства заменить дореволюционную адвокатуру организацией адвокатов с минимальным составом и минимумом функций3.

    Так же, как в свое время в Германии, в РСФСР опыт государственной адвокатуры не удался. На IV Всероссийском съезде деятелей юстиции в январе 1922 г. было отмечено: "Адвокатура должна иметь право известной самостоятельности, автономии. Иначе организация была бы нежизнеспособной, не сумела бы привлечь лучшие силы"15. Введение новой экономической политики резко увеличи­ло спрос на квалифицированную юридическую помощь. Сложившаяся система работников местных отделов юстиции, которые оказывали юридическую помощь, не могла удовлетво­рить такой спрос. В городах стала распространяться подполь­ная адвокатская практика.

    Летом 1922 г. было принято новое Положение о колле­гии защитников. По положению коллегии защитников соз­давались в каждой губернии при губернских судах. Коллеги­ям была предоставлена значительная автономия. Как и до революции, делами губернских коллегий должен был руко­водить президиум, избираемый на определенный срок об­щим собранием. Президиум наделялся такими полномочия­ми, как принимать и исключать членов коллегии, рассмат­ривать дисциплинарную практику, организовывать юриди­ческие консультации для обслуживания населения. По по­ложению адвокат имел право принимать клиентов на дому.

    Система оплаты также во многом напоминала дореволю­ционную. Как правило, размер оплаты определялся взаим­ным соглашением между клиентом и членом коллегии за­щитников. С лиц, признанных судом неимущими или малоимущими, плата не взималась. Кроме того, с рабочих госу­дарственных или частных предприятий, а также служащих государственных учреждений плата взималась в соответствии с установленной таксой.

    С целью контроля за деятельностью адвоката со стороны президиума на них положение возлагало обязанность пред­ставлять подробные отчеты о проведенных делах. Информа­ция по всем аспектам дела, от юридических документов до расчетов между адвокатом и клиентом, подлежала регистрации в книгах для записи дел и представлялась в президиум коллегии.

    Надзор за деятельностью коллегий возлагался на суды, исполкомы и прокуратуры на губернском уровне. Так, исполкомам было предоставлено право в течение одного месяца со дня вынесения президиумом решения о приеме кандидата в члены коллегии наложить вето на это решение и объявить его недействительным.

    Государство возложило на коллегии исполнение следующих публичных обязанностей: участие в делах по назначению суда и дежурство в юридических консультациях. По назначению адвокаты, как правило, вели уголовные дела, которые распределялись между членами коллегий по очереди.

    Государство проводило дискриминационную политику в отношении адвокатуры. Так, адвокатам как членам свободной профессии не предоставлялась бесплатная медицинская помощь, они были исключены из системы социального страхования, их дети не получали бесплатного образования, с них взимались высокие налоги, плата за квартиру и телефон была выше средней16.

    Согласно Уголовно-процессуальным кодексам РСФСР 1922 и 1923 гг., к участию в производстве расследования защитник не допускался. Впрочем, этот вопрос неоднократно становился предметом дискуссий. В ходе последних, если и признавалась целесообразность участия защитника в расследовании, то в минимальном объеме. Отдельные авторы возражали против допуска защитника с момента предъявления обвинения: "такое раннее допущение к участию в следственных действиях будет мешать следователю производить допросы свидетелей, очные ставки. При наличии же в деле нескольких обвиняемых и, значит, нескольких защитников нормальное ведение следствия станет просто невозможным" [170. С. 111].

    Первый Основной Закон (Конституция) Союза Советских Социалистических Республик от 31 января 1924 г. не закреплял право на юридическую помощь. Следует заметить, что в данной Конституции, кроме избирательного, иные права вообще не прослеживаются [79. С. 177–191].

    В начале 1928 г. новую экономическую политику смени­ла политика индустриализации и коллективизации страны, проведение которой осуществлялось преимущественно адми­нистративными методами. Считалось, что государство и право со временем прекратят свое существование, следствием чего явилось, в частности, сворачивание юридического обучения, а также упрощение производства по уголовным делам, что позволило судьям выносить решения по большин­ству дел без привлечения обвинителя или защитника. Госу­дарство считало, что в том виде, в каком адвокатура существовала при нэпе, она больше существовать не может. Однако мнения о степени и характере необходимых преобразований адвокатуры были различны. Так, видный деятель коммунистической партии А. Сольц считал, что адвокаты и состяза­тельный процесс являются пережитками старого режима и потому им нет места в социалистическом обществе. В обос­нование этого подхода он указывал, что в связи с победой социалистического строя в России уничтожены коренные противоречия между личностью и государством и поэтому отпала логическая целесообразность состязательного про­цесса17. С другой точки зрения, состязательность процесса является "культурным достижением", которым нельзя пренебрегать, и, соответст­венно, адвокат должен остаться участником судопроизводства, однако его роль должна быть сведена до минимума. Именно эта точка зрения стала доминирующей.

    Начиная с 1931 г., точка зрения об отмирании государства и права была признана ошибочной, и на первый план была постав­лена задача укрепления социалистической законности. Пра­вовые нормы должны были заменить революционное право­сознание и стать основой для принятия судебных решений. Формальные процессуальные права граждан были расшире­ны. В свою очередь, это привело к возрождению адвокатуры. Видный деятель юстиции того времени А. Вышинский ука­зывал на то, что адвокатура не является устаревшим инсти­тутом, а есть важный элемент функционирования советской системы. В его глазах адвокат должен быть как "солдат со­циалистической армии, который помогает суду быстро и точно решать задачи советского правосудия в интересах масс и социалистического строительства"2.

    Задача реформирования адвокатуры была направлена на то, чтобы превратить адвоката в работника, который бы: "а) по-советски интерпретировал наши законы, ни на минуту не забывая о границах революционной законности; б) по-советски раз­бирался в существе юридических вопросов; в) целью своей ставил не обслуживание клиента, а укрепление советского общества"18.

    Возможности адвоката в суде по защите своего клиента были достаточно ограничены. Адвокат вынужден был ограничиваться лишь теми доводами, которые могли бы смягчить вину обвиняемого. По такой модели защиты адвокат был обязан публично признавать вину сво­его клиента, если это "было установлено обстоятельствами дела".

    На конституционном уровне, в СССР право на юридическую помощь нашло свое закрепление только в Конституции (Основном Законе) Союза Советских Социалистических Республик, принятой 5 декабря 1936 г. В статье 111 Конституции говорилось: "Разбирательство дел во всех судах СССР открытое, поскольку законом не предусмотрены исключения, с обеспечением обвиняемому права на защиту"19.

    В августе 1939 г. было принято новое Положение об ад­вокатуре в СССР. Это был первый такой закон после 1922 г. и модель для всех последующих законов об адвокатской кор­порации. Фактически эта модель действовала до начала XXI в.

    По этому положению президиум коллегии наделялся пра­вом определять местонахождение и состав консультаций, а также назначать заведующих. Заведующие, отчитывающиеся непосредственно перед президиумом, а не перед членами консультаций, контролировали профессиональную деятель­ность адвокатов. Они также распределяли нагрузку среди ад­вокатов и устанавливали размер оплаты.

    Со времен нэпа адвокатам было позволено одновремен­но быть членом коллегии адвокатов и состоять юрисконсуль­том в государственных учреждениях и на предприятиях. По новому положению было запрещено совмещать такую работу с членством в адвокатуре.

    По новому Положению об адвокатуре, заменившему рес­публиканские законы об адвокатуре, надзорные полномочия за деятельностью адвокатских коллегий были переданы На­родному комиссариату юстиции СССР, республиканским Наркоматам юстиции и региональным управлениям Наркомюста. Этим органам было предоставлено право издавать обязательные к исполнению коллегиями адвокатов директи­вы. Изданные директивы подробно регулировали такие во­просы деятельности корпорации, как выборы президиума коллегии, определяли мероприятия по поддержанию дисци­плины в юридических консультациях, систему оплаты труда адвокатов и др. По Положению об адвокатуре 1939 г. кол­легия действовала на основе самоуправления "по всем во­просам, относящимся к организации и функционированию коллегии адвокатов». Однако в условиях жесткой централи­зации государственной власти того времени принципиаль­ные вопросы внутренней жизни корпорации решало госу­дарство, а не сама корпорация.

    В начале 60-х гг. Положение об адвокатуре СССР бы­ло заменено республиканскими законами. В РСФСР соот­ветствующий закон был принят 25 июля 1969 г.20

    Право на юридическую помощь нашло свое закрепление и в Конституции (Основном Законе) Союза Советских Социалистических Республик, принятой 7 октября 1977 г., в ст. 158 которой говорилось: "Обвиняемому обеспечивается право на защиту"21. Специальным законом, регулирующим механизм оказания юридической помощи на профессиональной основе, являлся Закон от 30 ноября 1979 г. "Об адвокатуре в СССР"22, а также закон РСФСР от 25 июля 1962 г. "Об утверждении "Положения об адвокатуре РСФСР"23. В 1980 г. было принято Положение об адвокатуре в РСФСР24, которое действовало до 2003 г.

    Согласно Уголовно-процессуальному кодексу 1960 г. защитник был допущен к участию в предварительном следствии с момента его окончания. Это касалось лишь уголовных дел по делам несовершеннолетних, и лиц, которые в силу своих физических или психических недостатков не могли сами осуществлять свое право на защиту.

    В период действия Положения 1980 г. примерно до 1993 г. адвокатура осуществляла свои полномочия довольно успешно, конечно же, в рамках существующего тогда политического режима.

    Работа адвоката в то время была достаточно престижной юридической профессией. Средняя заработная плата примерно соответствовала окладу председателя областного суда или соответственно двум-трем окладам советского инженера. При этом адвокаты имели свободный распорядок дня и иногда получали дополнительные материальные благодарности от своих клиентов. Изначально свободная профессия адвоката была довольно интересно приспособлена к административным методам тогдашнего руководства. Адвокаты, работая с клиентами, вносили гонорары в юридическую консультацию, а затем после выплаты соответствующих платежей они получали вознаграждение из кассы. При оказании бесплатной юридической помощи адвокаты получали установленный законом гонорар не от государства, а от своей коллегии. Государство очень тщательно отслеживало вопросы назначения на управленческие должности корпорации адвокатов. Хотя Председателя президиума и его заместителя формально избирало общее собрание, проходила только "нужная" государству кандидатура. Например, большинство председателей Президиумов коллегий бывшего СССР до занятия этой должности вообще не занимались адвокатской деятельностью.

    Некоторые авторы считают, что адвокатуре была гарантирована некоторая неприкосно­венность со стороны «железных» рук бюрократического ап­парата только потому, что существование формально само­управляемой корпорации было необходимо для свидетельст­ва законности советской правовой системы внутри страны и за рубежом. Государство, заботясь об облике советского правосудия, было вынуждено позволить адвокатуре занимать ее аномальное для советского правопорядка положение [161. С. 167].

    Организации адвокатов в Волгоградской области. Создание первой юридической консультации в Волгограде произошло сразу после II Мировой войны. До 80-х гг. прошлого века на территории Волгоградской области действовала одно объединение адвокатов "Волгоградская областная коллегия адвокатов". Коллегия была отнесена к министерству юстиции. Наиболее известными адвокатами в Волгоградской области стали адвокат Морозовский Михаил Иосифович, бывший председатель президиума Волгоградской областной коллегии адвокатов Шмаков Анатолий Петрович. После обретения адвокатурой фактической независимости от государственных органов, ряд адвокатов создали Межрайонную коллегию адвокатов. Затем на территории Волгограда появились и иные объединения адвокатов.

    Из "громких" акций адвокатов Волгоградской области можно выделить проведение в 90-х забастовки. Акция была осуществлена в форме отказа адвокатов от участия в делах по безвозмездному оказанию юридической помощи. Результатом же стало начало финансирования государством услуг адвокатов, которые они осуществляют безвозмездно по некоторым категориям уголовных дел. Регулирование деятельности коллегий адвокатов в Волгоградской области осуществлялось на основании уставов, принятых на общих собраниях.


    Глава 2. ПОНЯТИЕ И СОДЕРЖАНИЕ

    ПРАВА НА ЮРИДИЧЕСКУЮ ПОМОЩЬ


    § 1. Понимание термина "право на юридическую

    помощь"

    Закрепленные в правовых нормах предписания для урегулирования об­щественных отношений должны пройти определенную стадию юридическую практику. В науке теории государства и права существуют различные точки зрения о содержании данной дефиниции. В любом случае, динамическую часть юридической практики составляет юридическая деятельность. В зависимости от способа изменения общественных отношений в юридической деятельности можно выделить такой ее вид, как юридическая помощь. В Конституции Рос­сийской Федерации 1993 г. закрепляется право каждого на получение квалифи­цированной юридической помощи. Для анализа понятия, содержания и юриди­ческой природы рассматриваемого права необходимо уяснить несколько моментов.

    Во-первых, необходимо исследование самого термина "юридическая по­мощь", ключевой составляющей которого является термин "помощь". Согласно Толковому Словарю Владимира В.И. Даля, "помощь" это помогать, пособить, польготить, подать помощь, вспоможенье, пособие, подмогу; подспорить, под­могать, подсоблять, вспомоществовать, пособничать, способлять, сотрудни­чать [105. С. 274]. Более интересным и полным нам представляется разъяснение термина "по­мощь", данное С.И. Ожеговым и Н.Ю. Шведовой: "помощь, содействие кому-нибудь, в чем-нибудь, участие в чем-нибудь, приносящее облегчение" [68. С. 550]. Дума­ется, что смысл данного понятия заключается в предоставлении нуждающемуся лицу какого-либо блага, которое он не может получить самостоятельно по ка­кой-либо причине. При этом указанное благо является для лица действительно необходимым, так как приносит ему облегчение.

    Довольно часто в праве термин "помощь" соседствует с термином "за­щита". Считается, что к помощи обычно обращаются там, где требуется защита. Нам представляется, что значение этих двух терминов во многом схоже, но не совпадает: совпадение понятий происходит только тогда, когда защита является разновидностью, элементом помощи. Так, защитой является предоставление лицу какого-либо блага "щита" при неблагоприятном, агрессивном воздействии на лицо, ее получающего, и, как правило, это сопряжено с помощью кого-либо. Например, судебная защита возможна при нарушении или умалении какого-либо права. В частности, А.М. Гуревич указывает, что "иск есть форма и про­цессуальное средство защиты права" [102. С. 142–146]. С другой стороны, несовпадение терми­нов заключается в том, что защита в отличие от помощи не всегда осуществля­ется с привлечением кого-либо. Так, существует термин "самозащита", под которым в праве понимается совершение управомоченным лицом дозволенных законом превентивных и активно-оборонительных действий, направленных на защиту своих личных и имущественных прав и интересов (меры охраны иму­щества от расхищения, институт необходимой обороны, крайней необходимо­сти и т.п.) [246. С. 23]. На конституционном уровне все это выражается в праве каждого за­щищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (ч. 2 ст. 45 Конституции Российской Федерации). Естественно, ни о какой помощи речь здесь не идет, лицо самостоятельно способно отстоять свое благо, а обще­ство лишь обязано не мешать ему в этом. С другой стороны, сама помощь мо­жет осуществляться и без элемента защиты. Например, помощь при составле­нии завещания направлена не на защиту лица от какого-либо посягательства, а на более полную реализацию гражданского права права наследования.

    В Конституции Российской Федерации 1993 г. вопросам защиты посвя­щено довольно много статей: "признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства" (ст. 2); "устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты" (ст. 7); "защиту своей чести и доброго имени" (ст. 23); "право создавать профессио­нальные союзы для защиты своих интересов" (ст. 30); "право на защиту от без­работицы" (ст. 37); "семья находится под защитой государства" (ст. 38); "госу­дарственная защита прав и свобод человека и гражданина Российской Федерации гарантируется" (ст. 45); "каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод" (ст. 46); "Российская Федерация гарантирует своим гражда­нам защиту и покровительство за ее пределами" (ст. 61). Под правовой защитой понимается "признание и обеспечение государством и его органами прав и сво­бод граждан, уважение их чести и достоинства" [157. С. 5].

    В Конституции Российской Федерации менее распространен термин "по­мощь". Например, "каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь" (ст. 41); "каждому гарантируется право на получение квалифициро­ванной юридической помощи" (ст. 48). Используется также близкий по смыслу термин "социальное пособие".

    Понимание термина "юридическая помощь". В зависимости от того, какая именно помощь необходима, можно выде­лить несколько ее видов. Существует техническая, психологическая, экономи­ческая, медицинская, юридическая и иные виды помощи. Очевидно, что клас­сификация проведена по тому основанию, какое благо стремится получить нуждающееся лицо. Например, вот как толкуется термин "медицинская по­мощь" – "лечебно-профилактические мероприятия, осуществляемые при болез­нях, травмах, родах" [68. С. 410]. В свою очередь, юридическая помощь это помощь, полу­чаемая в юридической сфере.

    Важность юридической помощи, с точки зрения населения России, в по­следнее время значительно возрастает. Так, согласно социологическим опросам, 50,1 % россиян признали, что помощь и совет юриста сейчас для них намного более важны, чем раньше, и только 6,9 % опрошенных считают обратное [128. С. 6].

    Главная отличительная особенность юридической помощи состоит в том, что она реализуется в юридической сфере. Впрочем, любая помощь осуществ­ляется в какой-либо области человеческой жизни. Помощь необходима в сфере технической, здравоохранения, образования и т.д. Необходимость выделения данных сфер и в частности юридической, обусловлена наличием в них общих, определенных признаков. Во-первых, это нуждаемость в помощи в этих сферах как результат потребности в специальных познаниях. Многогранность и об­ширность человеческих познаний, а также принцип разделения труда не позво­ляют каждому лицу быть компетентным во всех сферах человеческой жизни. Во-вторых, субъект, не обладая познаниями в какой-либо сфере, остро нужда­ется в помощи постороннего.

    В праве существует несколько терминов, которые или близки по значе­нию, или отождествляются с термином "юридическая помощь".

    Необходимо отличать понятие "юридическая помощь" от понятия "пра­вовая помощь". В соответствии с международными договорами Российской Федерации правовая помощь по гражданским, семейным и уголовным делам осуществляется между сторонами, подписавшими международный договор. Так, в соответствии со ст. 5 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 9 октября 1992 г. "О ратификации соглашения о порядке разре­шения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности"25, ком­петентные суды и иные органы государств участников Содружества Неза­висимых Государств – обязуются оказывать взаимную правовую помощь. Термин "правовая помощь", в отличие от термина "юридическая помощь", при­обрел сегодня более узкое значение: это словосочетание употребляется при взаимодействии государств в ходе обеспечения ими международных правоот­ношений. Термин "правовая помощь" включает в себя вручение и пересылку документов, выполнение процессуальных действий, в частности проведение экспертизы, заслушивание сторон, свидетелей, экспертов и других лиц.

    Термин "юридическая помощь" по смысловому содержанию близок к термину "представительство". Институту представительства посвящены многие работы ученых-цивилистов, хотя некоторые из этих авторов называют данный институт межотраслевым [248. С. 5–6]. Выделяют представительство в материальном и про­цессуальном праве: "Если в гражданском праве представительство связано с совершением юридических действий от имени представляемого, порождающих для него обязательные юридические последствия, то в уголовном и граждан­ском процессе представителями именуются также лица, которые оказывают представляемому юридическую помощь" [127. С. 9]. Грань между представительством и юридической помощью определяется по такому признаку: представитель вы­ступает от имени представляемого и совершает при этом юридические дейст­вия, порождающие для представляемого определенные процессуальные или материальные последствия. При оказании юридической помощи представитель действует от своего имени.

    В работах ученых-цивилистов, юридическая помощь отождествляется с так называемым процессуальным представительством. Последнее представля­ется нам не совсем верным: юридическая помощь осуществляется и в процессе материального представительства, потому как материальное представительство – это "совершение сделок и иных юридических действий одним лицом предста­вителем в пределах полномочия от имени другого лица представляемого" [90. С. 184]. И оказывать юридические действия без юридической помощи невозможно.

    В свою очередь, выделяют межотраслевые признаки представительства [127. С. 7]. Рассмотрим совпадающие и несовпадающие признаки рассматриваемых инсти­тутов, т.е. института представительства и юридической помощи.

    Общими признаками являются:

    институт представительства и юридической помощи регулирует отноше­ния, в рамках которых одно лицо (представитель или лицо, оказывающее юри­дическую помощь) оказывает юридическое содействие другому (представляе­мому или лицу, получающему юридическую помощь);

    юридическое содействие осуществляется в интересах представляемого или лица, получающего юридическую помощь;

    в результате осуществления полномочия или юридической помощи для представителя и для лица, оказывающего юридическую помощь, не возникает правовых последствий по отношению к третьим лицам.

    Считается, что в связи со сходством некоторых признаков юридическая помощь и представительство нередко отождествляются, но это далеко не так. Между этими институтами имеются различия:

    представительство регулирует отношения между представителем и пред­ставляемым – в приобретении субъективных прав и обязанностей последнего, в его отношениях с третьими лицами. Отношения же между лицом, оказываю­щим, юридическую помощь, и лицом, получающим ее, могут быть замкнутыми и не касаться третьих лиц. Например, получение юридической информации;

    пределы взаимодействия представителя и представляемого определяются правомочием субъективным правом представителя. У лица, оказывающего юридическую помощь, такого субъективного права, как правомочия может и не быть. Например, адвокат, составивший исковое заявление, не приобретает ка­ких либо правомочий.

    Юридическую помощь следует разделить на деятельность по оказанию юридической помощи, нуждающуюся в урегулировании нормами права, и на помощь, не нуждающуюся в правовом урегулировании. Скажем, когда роди­тели поясняют ребенку, на какой сигнал светофора он должен переходить улицу (происходит разъяснение нормы, содержащейся в п. 4.4 "Правил дорож­ного движения Российской Федерации" утвержденных Постановлением Совета министров Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г.), это также является юридической помощью, но оказанной вне правоотношений. Необ­ходимость перехода права на юридическую помощь в сферу правоотношений обусловливается определенными причинами. В большинстве случаев в ходе социальной жизни лицо, при вступлении в социальные отношения, получает необходимую юридическую помощь. Данное право регулируется и охраняется нормами морали. Например, если родители не будут разъяснять ребенку пра­вила дорожного движения, может наступить определенная негативная общест­венная реакция. Родственники, соседи, учителя укажут родителям на то, что их ребенок не умеет вести себя на дороге. Если проблема о получении юридиче­ской помощи не будет решена таким образом, то возникает так называемая со­циальная проблема. Именно для ее разрешения право на юридическую помощь приобретает свое правовое звучание. Социальные отношения переходят в пра­вовые. В нашем случае это может быть официальное предупреждение родите­лей, лишение их родительских прав и т. д. Исследование будет посвящено юри­дической помощи, оказываемой на правовом поле, т.е. в ходе правоотношений, хотя ее оказание в соответствии с нормами морали также представляет извест­ный интерес.

    Предмет юридической помощи. Юридическая помощь довольно сложная, внутренне согласованная со­вокупность многих составляющих. К ним относятся субъекты, качество, цели и тому подобное, существующие и действующие в юридической сфере. Для определения понятия юридической сферы необходимо очертить предмет данной юридиче­ской деятельности.

    Динамика доктрин о предмете юридической помощи развивалась сле­дующим образом: первоначально предметом юридической помощи были отно­шения, складывающиеся в процессе привлечения лица к уголовной ответствен­ности. Затем право на защиту стало распространяться и на лиц, привлеченных к любому виду юридической ответственности [157. С. 24]. Как отмечал в своей работе О.Э. Лейст, "обеспечение лицу, к которому применяется (или может быть приме­нена) санкция, право на защиту важнейший и общий принцип ответственно­сти по советскому праву. Реализация этого принципа обеспечивается именно процессуальной формой самой ответственности" [119. С. 112]. Следующим этапом науч­ной мысли было распространение сферы действия юридической помощи не только на уголовное и административное, но и на гражданское судопроизвод­ство. Именно такую трактовку юридической помощи через право на юридиче­скую помощь дает М.В. Баглай: "Это право предполагает, что каждый, кто ну­ждается в квалифицированной юридической помощи, может получить ее, обратившись к адвокату. В Уголовном процессе адвокат выступает защитником подозреваемого, обвиняемого, подсудимого и осужденного, а в гражданском представляет интересы истца, ответчика, третьего лица. Юридическая помощь может оказываться также лицам, привлекаемым к административной ответст­венности" [52. С. 254].

    Сегодня в праве продолжает господствовать представление о юридиче­ской помощи как о праве лица, привлекаемого к юридической ответственности, а также в случае его участия в конституционном, уголовном, гражданском, ад­министративном процессе. Такое представление о праве на юридическую по­мощь было и на доконституционном этапе ее развития. Но с того времени юри­дическая деятельность в виде юридической помощи эволюционировала. В работах некоторых авторов понимание этого уже просматривается. Так, А.М. Ларин в комментариях Конституции Российской Федерации определяет пред­мет права на юридическую помощь так: "Гарантией получения квалифициро­ванной юридической помощи каждому, кто в ней нуждается, является разветв­ленная сеть ассоциаций юристов-адвокатов, которые осуществляют защиту и представительство по уголовным, гражданским и административным делам, дают советы, составляют юридические документы, заключают договоры от имени своих клиентов и выполняют другие поручения правового характера" [78. С. 260]. Хотя в данной формулировке не все является бесспорным (это касается указа­ний на лицо, оказывающего юридическую помощь, о чем будет сказано ниже), но предмет права на юридическую помощь, т.е. те отношения, которые скла­дываются по поводу обеспечения субъективного права на юридическую по­мощь, очерчен довольно полно.

    Предметом юридической помощи являются правоотношения, возникаю­щие в ходе получения лицом услуг правового характера в юридической сфере. В свою очередь, услуги правового характера в юридической сфере выражаются в юридической помощи: при формировании правовой культуры, обеспечения субъективных прав, защите субъективных прав. Более подробно этот вопрос будет рассмотрен при рассмотрении отдельных видов юридической помощи.


    § 2. Субъекты конституционного права на юридическую по­мощь

    Субъект, которому оказывается юридическая помощь. Субъектом права на юридическую помощь являются любые лица, участ­вующие в правоотношениях, возникающих по поводу обеспечения данного права. В связи с тем, что для возникновения правоотношений необходимы как минимум два субъекта, следует выделить две группы субъектов юридической помощи: субъект, которому оказывается юридическая помощь, и субъект, ока­зывающий юридическую помощь.

    Субъект, которому оказывается юридическая помощь, это лицо, наде­ленное правомочиями по получению юридической помощи.

    Если рассматривать право на юридическую помощь в субъективном смысле, то субъектом этого права будет являться исключительно индивид. Не­обходимо заметить, что в общем смысле, право на получение юридической по­мощи включает в себя ее предоставление не только индивиду, но и иным субъ­ектам права (так, субъектом права на получение юридической помощи могут являться государства, их органы, общественные организации и иные объедине­ния).

    Любое государство, как субъект правоотношений может быть получате­лем юридической помощи. Так, в соответствии со ст. 7 "Конвенции о запреще­нии разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении" (Париж 13.01.1993 г.) [9] каждое государство участник со­трудничает с другими государствами – участниками и предоставляет в соот­ветствующей форме правовую помощь с тем, чтобы облегчить выполнение обя­зательств по настоящей конвенции.

    Кроме государства, получателями юридической помощи могут быть от­дельные его органы. Например, в соответствии со ст. 166 Семейного Кодекса Российской Федерации, в целях установления содержания норм иностранного семейного права суд, органы записи актов гражданского состояния и иные ор­ганы могут обратиться в установленном порядке за содействием и разъясне­ниями в Министерство юстиции Российской Федерации и в другие компетент­ные органы Российской Федерации либо привлечь экспертов. Таким образом, указанные органы действительно имеют право на юридическую помощь. То же относится и к оказанию юридической помощи коммерческим или некоммерче­ским организациям.

    Развитие науки конституционного права, а также принятие Конституции Российской Федерации 1993 г. внесло свои коррективы в понятие субъекта кон­ституционного права на адвоката. В.А. Стремовский полагал, что субъектами права на защиту является обвиняемый, защитник, а также следователь, проку­рор и суд [158. С. 121]. А.Л. Цыпкин к субъектам права относит лишь обвиняемого, защит­ника, законных представителей [169. С. 25]. Г.П. Саркисянц включает в число субъектов защиты и подозреваемого [155. С. 6]. В отношении иных субъектов, в частности, прокура­туры, суда, законных представителей, мы разделяем точку зрения тех авторов, которые утверждают, что всякое субъективное право имеет ценность не само по себе, а благодаря тем личным и социальным благам, которые оно призвано охранять. С помощью конституционного права на защиту обеспечи­ваются личная безопасность, честь, достоинство, гарантии от безоснователь­ного осуждения; данное право является юридической формой защиты личных интересов и благ, а не интересов защитника, следователя и т. д. [152. С. 126].

    Нельзя согласиться с тем, что юридическая помощь это всего лишь дея­тельность по поводу получения юридической помощи личного характера. Це­лью получения юридической помощи является безопасность субъекта в самом широком смысле. Она включает в себя обеспечение личной экономической, по­литической и социальной безопасности субъекта.

    Итак, субъектом, получающим квалифицированную юридическую по­мощь, являются любые лица, имеющие необходимость и законное основание для ее получения.

    Субъект, оказывающий юридическую помощь. В свете рассмотрения вопроса о субъекте права на юридическую помощь необходимо более подробно остановиться на понятии лица, оказывающего юридическую помощь. Согласно словарю В.И. Даля, помо­гатель, -ница, помощник, -помощница, кто помогает лицу или делу [105. С. 274]. В науч­ных же работах, затрагивающих право на юридическую помощь, проводится мысль, что лицом, оказывающим юридическую помощь, может быть исключи­тельно адвокат [78. С. 260].

    Нам представляется, что было бы не совсем корректным усматривать в содержании юридической помощи только право на обращение к адвокату. Так, в ч. 2 ст. 48 Конституции Российской Федерации, где урегулирован частный случай предоставления юридической помощи при ограничении свободы, норма указывает на лицо, оказывающее юридическую помощь: здесь это не только адвокат, но и защитник. Что же говорить об оказании юридической помощи в иных случаях? Отвергая признак принадлежности лица к Коллегии адвокатов как об обязательном условии принадлежности его к лицам, оказывающим юри­дическую помощь, взамен необходимо предоставление другого критерия. С нашей же точки зрения возможность и допустимость лица к оказанию юриди­ческой помощи вытекает из уровня квалификации лица, ее оказывающего.

    В некоторых случаях лицо не может получить юридическую помощь внутри своего государства по объективным причинам. Тогда международными соглашениями могут быть предусмотрены случаи получения юридической по­мощи за границей. Так, в соответствии со ст. 11 Закона РФ от 3 сентября 1993 г. "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР "О реабилитации жертв политических репрессий"26 суды, органы прокуратуры и внутренних дел Россий­ской Федерации, федеральные органы государственной безопасности, государственные архивы и органы, осуществляющие архивное хранение дел, связанных с репрессиями, по просьбам государственных и общественных орга­низаций, а также граждан государств бывших союзных республик СССР – ока­зывают правовую помощь в вопросах, связанных с реабилитацией, включая пе­ресылку выписок из дел, копий документов и других материалов по установлению фактов применения репрессий, конфискации, изъятия и утраты имущества.

    Из изложенного следует, что элементом права, которым пользуется лично обвиняемый, является и право пользоваться юридической помощью оп­ределенного качества, но было бы неправильно усматривать в содержании права на юридическую помощь только право на обращение к адвокату.

    Однако нам представляется необходимым придание субъекту, оказы­вающему юридическую помощь, такого качества, как квалифицированность. Юридическая помощь как субъективное право должно обладать определенным качеством, т.е. должно иметь верхние и нижние границы. В частности, законо­дателем определены нижние границы права на юридическую помощь требо­ванием, согласно которому лицу должна предоставляться квалифицированная юридическая помощь. Под этим в первую очередь следует понимать наличие ре­альной возможности получать именно квалифицированную юридическую помощь.

    Один из первых вопросов, возникающих при анализе ст. 48 Консти­туции Российской Федерации, почему закон гарантирует каждому право на получение именно квалифицированной юридической помощи, и является ли указанное определение, данное законодателем, случайным?

    Согласно переводу со средневекового латинского языка, термин "квали­фикация" состоит из слов qualificatio – какой, какого качества, facere – де­лать27, т.е., исходя из перевода, юридическая помощь должна быть сделана качественно. При анализе содержания указанной статьи с иными положениями Конституции, вырисовывается довольно любопытная картина. Так, в соответст­вии со ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Причем никаких специальных ссылок на ее качество нет. Действительно, было бы нелепым увидеть эту статью в по­добной редакции: "Каждый имеет право на охрану здоровья и квалифициро­ванную медицинскую помощь". То есть заведомо очевидно, что медицинская помощь должна быть квалифицированной, в противном случае ее оказание было бы нежелательным. Так почему же в отношении юридической помощи, которая должна быть конституционно гарантирована каждому, зако­нодатель поставил обязательное условие непременной ее квалифицированно­сти?

    Первое публичное столкновение точек зрения юристов по поводу крите­рия определения степени квалифицированности юридической помощи прояви­лось в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 ян­варя 1997 г. "По делу о проверке конституционности части четвертой ст. 47 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан Б.В. Антипова, Р.Л. Гитиса и С.В. Абрамова" [47]. Поводом для рассмотрения дела стал вопрос, допускать ли в качестве защитников при производстве по уголов­ным делам только адвокатов или любых иных лиц по выбору обвиняемых? В процессе рассмотрения дела основная полемика развернулась вокруг самого понятия квалифицированной юридической помощи. Конституционный суд ука­зал, что, гарантируя право на получение непременно квалифицированной юри­дической помощи, государство должно, во-первых, обеспечить условия, спо­собствующие подготовке квалифицированных юристов для оказания гражданам различных видов юридической помощи, во-вторых, установить с этой целью определенные профессиональные и иные квалификационные требо­вания и критерии. Если по первому условию каких-либо противоречий не возникло, то по второму возникли разногласия. Стоит напомнить, что из всего состава Конституционного Суда, рассматривавшего это дело, четверо судей высказали свое особое мнение. Постановление было принято с перевесом в один голос, что подтверждает дискуссионность обозначенного вопроса. Попро­буем определить глубинные причины данного спора. С одной стороны, недо­пустимо создавать условия, когда определенному органу (в данном случае коллегии адвокатов) предоставляются исключительные права на оказание гра­жданам юридической помощи, так как монополизация не лучшим образом от­разится на качестве оказываемых юридических услуг. С другой стороны, бес­контрольный допуск к оказанию юридических услуг может также отразиться на их качестве самым негативным образом. А. Ф. Кони в своей работе "Заключи­тельные прения сторон в уголовном процессе" указывал: "Учреждение присяж­ной адвокатуры, существовавшей при дореформенном строе лишь в узком и за­чаточном состоянии, пришедшей на смену прежних ходатаев "с заднего крыльца", было встречено горячим общественным сочувствием. К сожалению, она не была поставлена в благоприятные для ее развития условия, и наряду с присяжными поверенными появились частные ходатаи и совершенно посто­ронние адвокатуре лица, имеющие право быть представителями обвиняемого без всякого образовательного или нравственного ценза" [116. Т. 4. С. 9].

    Конституционный суд остановился на втором варианте, указав, что в ка­честве защитника допускается адвокат, иные же условия, профессиональные критерии и организационно-правовые формы, обеспечивающие оказание ква­лифицированной юридической помощи в уголовном процессе, должны быть определены законодателем. В принципе Конституционный суд действительно выбрал наименьшее из двух зол. Тем не менее, с опубликованием указанного постановления точка в данном вопросе поставлена не была. Как указано в са­мом постановлении и в особых мнениях, выраженных судьями Конституцион­ного суда, в настоящее время отсутствует федеральный закон, определяющий критерии квалифицированности юридической помощи. И судебная практика восприняла решение Конституционного суда. Так, прокурор по делу Жаковой посчитал, что ее право на защиту не нарушено, так как ее защитником был П., которого к участию в деле просила допустить сама обвиняемая, не желая иметь в качестве защитников адвокатов из юридических консультаций. Судебная кол­легия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала, что лицо, не являю­щееся адвокатом, может быть допущено в качестве защитника лишь по опреде­лению суда или постановлению судьи. Таким образом, суд обоснованно сделал вывод о нарушении права обвиняемого на защиту на предварительном следст­вии в связи с тем, что для защиты было привлечено ненадлежащее лицо28.

    Необходимо заметить, что попытки урегулирования отношений, склады­вающиеся в сфере юридической помощи, предпринимались и ранее. Так, По­становлением Правительства Российской Федерации от 15 апреля 1995 г. "Об утверждении Положения о лицензировании деятельности по оказанию платных юридических услуг" [44] была сделана попытка упорядочить деятельность по оказа­нию юридической помощи. В развитие данного документа были изданы иные нормативные акты, например письмо Минюста РФ от 3 июня 1998 г. "О некоторых вопросах, связанных с практикой продления срока действия лицен­зий на оказание платных юридических услуг" [45]. В связи с принятием Федераль­ного закона "О лицензировании отдельных видов деятельности", согласно ко­торому юридическая деятельность не подлежит лицензированию, указанное положение было отменено.

    Однако на сегодня необходимость контроля и установление критериев юридической помощи представляется бесспорной. Думается, что необходимо законодательно ввести определенные требования, предъявляемые к качеству юридической помощи.

    Так, наличие юридического образования у лица, оказывающего юридиче­скую помощь гражданам, является обязательным. Комитет по правам человека признает, что право на адвоката означает право на эффективного защитника. Разрешая дело, по которому обвиняемому был предоставлен защитник, не имеющий юридического образования, комитет по правам человека постановил: "Защитник должен быть достаточно квалифицированным, чтобы юридически представлять обвиняемое лицо" [189].

    В свою очередь, далеко не всегда одно только наличие юридического об­разования является достаточным для оказания квалифицированной юридиче­ской помощи. Для оказания некоторых видов юридических услуг целесооб­разно введение дополнительных требований к лицу, оказывающему юридическую помощь. Это может быть квалификационный экзамен, юридиче­ский стаж, возрастной ценз.

    Подчеркиваем, что не всегда даже наличие этих признаков является га­рантией получения гражданами квалифицированной юридической помощи. Так, от лица, обладающего достаточными познаниями в юриспруденции, но не­достаточно ответственно относящегося к оказываемой им услуге, не прихо­дится ждать действительно качественной работы. Хотя данный критерий, на первый взгляд, и является невозможным для правового урегулирования, его ак­тивно применяет международная практика. Так, по одному из дел Междуна­родного суда (Рейд против Ямайки) [84. С. 193] было установлено, что назначенный су­дом защитник проинформировал обвиняемого об отсутствии оснований для обжалования приговора. В результате пассивное поведение защитника было расценено так, что осужденный фактически не был обеспечен юридической помощью, и приговор в отношении последнего был отменен. Устоявшийся в международном праве термин "эффективная юридическая помощь" в конституционном праве Российской Федерации трансформировался в понятие "квалифицированная юридическая помощь".

    Требование эффективности юридической помощи предполагает введение и специального термина "минимальные стандарты квалифицированной юри­дической помощи", которые должны в себя включать:

    наличие юридического образования у лица, оказывающего юридическую помощь;

    предъявление к лицу, оказывающему отдельные виды юридической по­мощи, специальных требований (квалификационный экзамен, стаж и т.д.);

    юридическая помощь должна быть оказана активно.

    Данные стандарты квалифицированной юридической помощи являются минимальными, к отдельным видам юридической помощи, например, при при­влечении лица к уголовной ответственности, могут быть предъявлены допол­нительные требования.

    Будучи разновидностью юридической деятельности, юридиче­ская помощь тесно связана с субъектом. Получатель юридической помощи это каждый, кто в ней нуждается. Значит, указанная деятельность всегда при­надлежит не абстрактному, а определенному субъекту.

    Допуск лиц к оказанию юридической помощи за рубежом. Отдельного внимания требует вопрос о круге лиц допущенных различными государствами к оказанию юридической помощи на своей территории.

    В некоторых государствах оказание любого вида юридической помощи является исключительной прерогативой адвокатов. Например, в Израильском законодательстве существует такое понятие как "эксклюзивность или исключительность адвокатской профессии". Это означает, что оказанием любой юридической помощи населению, могут заниматься только лица, имеющие специальную лицензию – ришайон, т.е. члены Израильской коллегии адвокатов. Этот запрет относится как к представительству в судах, так и иной юридической помощи, например – юридическому консультированию.

    В других государствах фактическая монополия адвокатов закреплена лишь по отношению к судебному представительству. Так, Федеральный закон Швейцарии "О судоустройстве" в отношении представительства в Федеральном суде устанавливает следующее: "Действовать в качестве представителя в гражданских и уголовных делах могут только патентованные адвокаты и преподаватели права швейцарских университетов" [227]. Так же, согласно Ордонансу Вьетнама, частные консультации не имеют права участвовать в судебных разбирательствах.

    Необходимо отметить, что указанные положения не нашли своего закрепления в законодательстве большинства стран, в частности, государств – бывших республик СССР.

    В большинстве законодательств зарубежных государств исключительное право оказывать юридическую помощь принадлежит адвокатам лишь в уголовном судопроизводстве. Это положение закреплено, например, в поверенном законодательстве государств Армения и Кыргызстан. Согласно законам этих государств профессиональная защита по уголовным делам осуществляется только адвокатами.

    Законодательство ряда государств юридически допускает участие не адвокатов в качестве защитников. Ими могут быть, в различных правовых системах, преподаватели права, в том числе технических учебных заведений, просто юристы или иные лица в индивидуальном порядке допущенные судом к защите. На практике же эти нормы или не применяются, или толкуются правоприменителем ограниченно. Например, в одном из решений Высшего земельного суда Карлсруэ (Германия) отмечается, что лицо, не являющееся адвокатом (если это даже юрист), не обладает требуемой особой способностью осуществлять защиту по уголовным делам.

    По поводу оказания юридической помощи в хозяйственных судах и судах по гражданским делам, большинство государств допускает юристов-неадвокатов к судебному представительству. Однако в правоприменительной практике большинства государств существует однозначное понимание того, что только адвокаты могут оказывать любым лицам любую юридическую помощь, в том числе в рамках судебного заседания, а юрисконсульты оказывают ее только в рамках того юридического лица, где они осуществляют свои профессиональные функции в качестве наемного работника [243].

    Необходимо отметить, что некоторые государства ограничивают сферу адвокатских услуг. Так, согласно законам Нидерландов, адвокаты, являющиеся членами Нидерландской Ассоциации Адвокатов, не вправе предоставлять юридические услуги в сферах бизнеса и управления.


    § 3. Право на юридическую помощь в субъективном смысле

    Продолжая рассмотрение вопроса о понятии права на юридическую помощь, необходимо уделить значительное внимание тому, с какой точки зре­ния будет исследована данная дефиниция. В частности, в науке "Теория и исто­рия права и государства" произошло теоретическое разделение прав на право в объективном и в субъективном смысле.

    Проводя грань между объективным и субъективным правом, авторы ука­зывают: "От объективного права теоретическая юриспруденция стала отличать субъективное право, которое определялось как совокупность правомочий и притязаний, принадлежащих личности на основе норм объективного права, как то, что признается в интересах индивида и снабжено возможностью правовой защиты" [97. С. 28]. Необходимо отметить, что право на юридическую помощь в том смысле, в котором оно нами будет исследовано (т.е. в юридическом смысле), выступает как в качестве элемента объективного, так и субъективного права. О целесообразности такого подхода к исследованию прав говорит в своей работе и А.Г. Бережнов [88. С. 92].

    Понятие юридической помощи содержится в письме В.И. Ульянова про­фессору В.В. Адоратскому: "…Вся помощь, которую Вы можете оказать про­сителям, должна состоять в юридической им помощи, т.е. научить их (помочь им) воевать за свое право по всем правилам законной в РСФСР войны за права"29. Основываясь на данной предпосылке, Ю. И. Стецовский дает такое по­нятие юридической помощи: "юридическая помощь это "война за права" с использованием всех законных средств и способов защиты прав и интересов гражданина путем разъяснений, составления жалоб, заявления ходатайств, ис­требования документов, активного совершения иных действий как в судопро­изводстве, так и вне его" [77. С. 7]. В данной формулировке автора смущает термин "война за права". Действительно, зачастую оказание юридической помощи переходит в "военные действия" против лиц, нарушающих права и свободы. Но это не должно становиться естественным состоянием. Сущность государства, а тем более правового, вывод общества из состояния войны "всех против всех" и, в частности, при осуществлении права на юридическую помощь.

    Рассмотрим понятие права на юридическую помощь с точки зрения его принадлежности к субъективным правам. Итак, право на юридическую помощь обладает всеми признаками субъективного права.

    Право на получение юридической помощи является возможностью полу­чения определенного блага. Некоторые авторы отмечают: "понятие субъектив­ного права можно определить через категорию возможности, которая, будучи обеспечена необходимыми средствами, в любое время может быть реализо­вана" [172. С. 339]. Однако нельзя согласиться с утверждением, что субъективное право мо­жет быть реализовано в любое время. Например, право на юридическую по­мощь может быть реализовано только при наличии определенных юридических фактов (задержание, предъявление обвинения и т.п.).

    Возможность это то, что может стать реальностью. Право на юридиче­скую помощь – это реальная возможность получить благо юридическую по­мощь. Значит, право на юридическую помощь как возможность поведения отно­сится к субъективным правам. Теоретически в структуре любого субъективного права можно выде­лить четыре элемента, составляющих ту возможность, кото­рую предоставляет конкретное субъективное право: право пользование, право требование, право ­действия и право притязания [123. С. 143]. 

    Право действия это наличие у лица возможности совер­шения собствен­ных положительных действий по защите своего нарушенного субъективного права на получение юридической помощи. Некоторые авторы считают его в субъективном праве главным [122. С. 103]. Возможность действия в праве на юридическую помощь означает:

    возможность получения юридической по­мощи (активное поведение). Управомоченный не обязывается на совершение действия, но ему принадлежит свобода выбора в его осуществлении (он может воспользоваться услугами юриста, а может представлять себя в суде сам);

    возможность отказа от юридической по­мощи (бездействие).

    Возможность получения юридической помощи проявляется при разреше­нии вопросов об абсолютности и аномальности этого права. Вопрос о месте права на юридическую помощь в свете теории об абсолютных субъективных правах в полной мере еще не разрешен [136. С. 108]. Абсолютные субъективные права это права, носителям которых в качестве обязанных субъектов противостоит неопределенное число лиц, каждое из которых должно воздерживаться от ка­кого-либо вмешательства в их осуществление.

    Право на юридическую помощь одновременно является относитель­ным и абсолютным. Абсолютным потому, что никто ни граждане, ни госу­дарство не имеет права препятствовать получению юридической помощи. Относительность же заключается в том, что для полного обеспечения права на юридическую помощь необходима активная деятельность уполномоченных на то лиц. Есть и другое толкование термина абсолютности права. Так, М.В. Баг­лай считает, что "Право на защиту относится к числу абсолютных прав, по­скольку ни при каких обстоятельствах человеку нельзя отказать в ней, если он обвиняется в уголовном преступлении" [52. С. 255]. Действительно, в праве на получение юридической помощи здесь не может быть отказано, более того, в этом смысле право на юридическую помощь "более абсолютно", чем некоторые "естествен­ные" права. Например, законодательством Российской Федерации право на жизнь может быть ограничено (возможность применения к лицу смертной казни), но в нем не содержится ни одной нормы, ограничивающей право на по­лучение юридической помощи. Другое дело, что некоторые элементы права на юридическую помощь не являются абсолютными. Так, при буквальном толко­вании ч. 1 ст. 48 Конституции Российской Федерации: "В случаях, предусмот­ренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно" следует, что не­которым лицам, по крайней мере, в бесплатной юридической помощи может быть отказано.

    При исследовании конституционного права на защиту некоторые авторы утверждали, что конституционные нормы о правах и свободах регулируют от­ношения личности и государства при нормальном течении этих отношений. Право на защиту – это "аномалия, которой не должно придаваться универсальное значение" [175. С. 114]. Указанное утверждение автоматически переносится и на право об оказании юридической помощи. Впрочем, данный подход нам представляется неверным. Во-первых, происходит подмена понятий права на защиту и обеспе­чение права на защиту. Субъективное право же, являясь элементом правового статуса личности, принадлежит ему постоянно до тех пор, пока лицо обладает определенным статусом. Реализация этого права, пользование благом, им пре­дусмотренным, зависит от конкретных обстоятельств юридических фактов. В этом смысле многие права не являются постоянно действующими. Например, право на жизнь реализуется постоянно, а право на получение медицинской или юридической помощи только при наличии юридического состава, одним из обязательных элементов которого является нуждаемость лица в их получении.

    Второй аспект права действия возмож­ность отказа от юридической помощи (бездействие). Использование того или иного права это именно возможность, а не должное поведение. Принудитель­ный момент здесь неуместен, ибо права личности не носят императивного ха­рактера. Нельзя обязать субъекта во что бы то ни стало реализовать свое право. Он может им либо воспользоваться, либо нет, реализовать или не реализовать предоставленную возможность. В противном случае это будет не право, а по­винность. Более того, государство объективно незаинтересовано в реализации гражданами указанных возможностей, поскольку активность граждан по по­воду реализации своих прав на получение юридической помощи требует от го­сударства значительных финансовых затрат. Исключением из этого правила яв­ляется обстоятельство, при котором субъект права на получение юридической помощи является ограниченным в своей дееспособности (не только в граждан­ско-правовом смысле). В этом случае ему должна предоставляться юридиче­ская помощь вне зависимости от желания, а иногда даже вопреки ему. Боль­шинство таких случаев предусмотрено в нормах уголовно-процессуального права. Так, в соответствии со ст. 51 УПК РФ, если лицо является несовершен­нолетним, немым, глухим или слепым либо лицом, не владеющим языком, на котором ведется судопроизводство, обвиняемым в совершении преступления, за которое в качестве меры наказания может быть назначена смертная казнь, его отказ от защитника необязателен для суда или соответственно для следова­теля и прокурора. Те же правила действуют и в гражданском процессе при осуществлении законного представительства. Данные исключения законо­мерны и вполне объяснимы. Условие реализации субъективных прав воля субъекта. В вышеперечисленных случаях эта воля ограничена (лицо ограничено дееспособно). Поэтому законодатель презумирует необходимость в получении блага юридической помощи. В основном же реализацию этого права законо­датель связывает с волеизъявлением лица, предусматривая и его право на отказ от юридической помощи.

    Следующей возможностью права на юридическую помощь является право требование, которое определяют как "правовую возможность заставить, понудить обязанное лицо не препятствовать и создать необходимые условия для осуществления права" [141. С. 53]. Таким образом, это не просто правовое со­стояние, а реальная пра­вовая возможность, хотя и находящаяся в состоянии возможной реализации, требовать определен­ных действий от лиц и организа­ций, обязанных содействовать реализации права на получение юридической помощи. Данная возможность реализуется субъек­том и в случае реального посягательства на их права или возникновения угрозы такого посягательст­ва. Содержание этого права включает в себя требования к должностным лицам или государству в целом – по совершению определенных поло­жительных действий в его пользу, предусмотренных действующим зако­нода­тельством.

    В содержании указанного правомочия следует выделить следующие эле­менты:

    требовать от обязанных должностных лиц обеспечения права на получе­ние юридической помощи;

    наличие ре­альной возможности у каждого субъекта права требовать от обязанных лиц не препятствовать лицу в получении юридической помощи.

    Указанные элементы данного правомочия реализуются непосредственно и опосредованно. В первом случае, это прямое обращение за юридической по­мощью путем направления жалоб и запросов в компетентные органы. Опосре­дованно путем участия в политической жизни, формулируя депутатам опре­деленные наказы (требования защи­щать в представительных и исполнительных органах власти интересы граж­дан в области охраны права граждан на получе­ние квалифицированной юридической помощи) и требования с них после из­брания отстаивания интересов из­бирателя и т.д.

    Право притязания это возможность для защиты своего права на получение юридической помощи прибегнуть к мерам государс­твенного принуждения. Право притязания на вмешательство органов государственного при­нуждения в защиту данного права применяется тогда, ко­гда иные правомочия граждан не помогают им решить проблему защиты своего права. Право притязания реализуется в праве обращаться в государственные органы, общественные организации с заявлениями о защите права на юридиче­скую помощь. Данное правомочие конкретизируется в отраслевом законода­тельстве. В уголовно-процессуальном законодательстве, в нормах администра­тивного процесса оговаривается возможность обжалования действий или бездействия, нарушающего право на юридическую помощь.

    Для того чтобы определить, на что направлены все перечисленные пра­вомочия, необходимо обозначить объект субъективного права на юридическую помощь. В праве же объектом субъективных прав являются социальные блага: "социальные блага, как это широко признано в литературе, служат объектами субъективных прав" [124. С. 95]. В свою очередь, благо это то, на что направлено дан­ное субъективное право и что составляет его цель. Благо не всегда должно быть материальным. По определению Л.Д. Воеводина, "благами следует признавать все то, что позволяет человеку и гражданину вести нормальный образ жизни" [59. С. 133]. То, что юридическая помощь является именно тем благом, которое позволяет вести нормальный образ жизни, бесспорно. Предоставляя субъекту знания о том, что ему полезно на юридическом поле, а что нет, это благо дает ему не только спокойствие, но и возможность получения иных материальных и нема­териальных благ, а также возможности избежания негативных для себя послед­ствий.

    Помимо основного признака субъективного права возможность, право на получение юридической помощи обладает и иными признаками субъективного права. Содержание права на юридическую помощь настолько многогранно, что представляется возможным исследовать лишь наиболее важные элементы этого субъективного права.

    Право на получение юридической помощи обладает и таким признаком субъективного права, как зависимость от воли и сознания субъекта: "принадле­жащее субъекту право (как вид и мера его возможного поведения) зависит в из­вестных пределах от его воли и сознания, личного желания и усмотрения осо­бенно в смысле использования" [218. С. 105]. Эта зависимость от воли субъекта проявляется в том, что последний имеет возможность пользоваться правом на получение юридической помощи, или отказаться от нее, а также возможность свободно избирать вариант поведения, его вид и меру. Право свободного вы­бора вида и меры поведения заключается в том, что субъект может пользо­ваться всеми элементами права на юридическую помощь, а может ограничиться каким-либо одним. Например, возможно просто получить консультацию у ад­воката, а можно получить от него юридическую помощь в качестве представи­теля в суде.

    Ряд авторов одним из признаков субъективных прав выделяют форму их реализации. Данными формами могут быть как конкретные правоотношения, так и отношения, не урегулированные нормами права [59. С. 158]. Значит, исходя из этого, предполагается возможность реализации субъективных прав вне право­отношений. Специфика права на получение юридической помощи заключается в том, что оно может быть реализовано как в результате правоотношений, так и при их отсутствии. Слушая по радио советы адвоката, лицо не вступает в какие-либо правоотношения, однако оно реализует свое право на получение юридиче­ской помощи. Но в большинстве случаев право на получение юридической по­мощи реализуется все-таки в ходе правоотношений.

    Право на получение юридической помощи не только является субъектив­ным правом, но и обладает всеми признаками конституционного субъективного права. Выделяют четыре основных признака субъективных конституционных прав. Конституционные права являются основными, составляют юридическую базу для всей системы прав, обладают высшей юридической силой, подлежат повышенной защите [59. С. 147]. Право на получение юридической помощи в полной мере обладает всеми этими признаками.

    Признак особой важности и необходимости конституционного права на юридическую помощь заключается в том, что без реализации данного права в современном мире физическое и духовное существование субъекта невоз­можно. Без юридической помощи, в связи с усложнением общественных отно­шений, существование лица как субъекта этих отношений будет крайне затруд­нено и может повлечь для него самые негативные последствия. В этой связи право на юридическую помощь относилось бы к основному праву, даже если бы оно не получило свое закрепление в конституции. Конституционное субъек­тивное право на получение юридической помощи фик­сирует наиболее сущест­венные, принципиальные связи и отношения между обществом, государством и гражданином и реализуется в наиболее важных сферах общественной жизни, обеспечивая предоставление определенных благ. Конституционному праву на получение квалифицированной юридической помощи корреспондируется соот­ветствующая обязанность государства. Эта обя­занность находит юридическое выражение в виде установленных законом гарантий, т.е. условий и средств, которые создает и предоставляет государство гражданам для осуществления ими своего права. Необходимо отметить, что разделение субъективных прав на основные и иные, заключает в себе и определенную опасность. Неверно было бы разделять субъективные права на более и менее важные. Как заметили неко­торые авторы: "И в теории и в целом на практике отрицается необходимость иерархичного построения системы прав и свобод личности, подчеркиваются социальная неоправданность, бесперспективность, и в целом неприемлемость постановки вопроса о приоритете тех или иных прав перед другими" [88. С. 51]. По­этому, определяя место субъективного права на юридическую помощь в ряду конституционных прав, мы апеллируем не столько к его важности, сколько к тому, что оно является абсолютно необходимой гарантией для полнокровного существования всех других прав и свобод.

    Право на юридическую помощь является юридической базой для всех прав и свобод. Это право заключает в себе прин­цип регулирования подавляющего большинства общественных отношений. Во­обще, трудно найти общественные отношения, в которых право на юридиче­скую помощь не нашло бы своего отражения. Так, даже пользуясь общественным транспортом, мы имеем право на юридическую помощь в форме получения информации о том, какой штраф может быть на нас наложен за безбилетный проезд.

    Конституционное право на получение юри­дической помощи сформулировано в самом общем виде. Данный признак позволяет ему устанавливать исходные положения иных прав. Но в то же время это право является определенным по содержанию.

    Конституционное право на получение юри­дической помощи обладает наивысшей юридической силой. Это означает, что все иные права и обязанности должны соответствовать, т.е. не противоре­чить данному конституционному субъективному праву. Например, наказание в виде лишения свободы не может противоречить или умалить право на получе­ние юридической помощи. В случае возникновения противоречия между пра­вами и обязанностями с правом на юридическую помощь первые должны быть отменены. Так, Конституционный Суд РФ в своем Постановлении "По делу о проверке конституционности ст. 1 и 21 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. "О государственной тайне" в связи с жалобами граждан В.М. Гурджиянца, В.Н. Синцова, В.Н. Бугрова и А.К. Никитина" [48] решал вопрос о взаимодействии права на юридическую помощь и государственной тайны. Кон­ституционный Суд РФ определил, что отказ обвиняемому в приглашении вы­бранного им адвоката по мотивам отсутствия у последнего допуска к государ­ственной тайне, неправомерно ограничивает конституционное право гражданина на получение квалифицированной юридической помощи, и потому ст. 21 Закона РФ "О государственной тайне" в смысле ее распространения на адвокатов, участвующих в качестве защитников в уголовном судопроизводстве в деле в связи с отсутствием допуска к государственной тайне, не соответствует Конституции Российской Федерации. Верховный Суд РФ поддержал данную практику. Так, Г. на предварительном следствии заявил ходатайство о до­пуске к участию в деле в качестве защитника адвоката А., с которым он заклю­чил соглашение, однако следствием было отказано в удовлетворении этого хо­датайства по тем основаниям, что указанный адвокат не имеет допуска к секретным документам. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ посчитала, что следствием было нарушено право обвиняемого на за­щиту, так как отстранение адвоката от участия в деле в связи с отсутствием до­пуска к государственной тайне не соответствует Конституции Российской Фе­дерации30.

    В связи с тем, что право на юридическую помощь является элементом конституционных правоотношений, оно имеет высшую юридическую защиту и обеспечивается всеми мерами государствен­ного принуждения. Основной формой защиты, как видно из приведенного нами примера, является деятельность Конституционного Суда РФ по проверке соот­ветствия нормативных актов Конституции Российской Федерации.

    Кроме указанных признаков принадлежно­сти права на юридическую помощь к конституционным правам, существуют и иные основания отнесения этого права к конституционным пра­вам. Так, по сравнению с субъективным отраслевым пра­вом, конституционное право характеризуется стабильностью, которая обеспечивается особым поряд­ком внесения изменений в Конституцию. Закрепление права на юридическую помощь в конституционной норме придает ей данный признак. Кроме того, конституционные права существуют постоянно и не могут погашаться неодно­кратной или даже непрерывной реализацией. В процессе получения юридиче­ской помощи у каждого субъекта может воз­никать или прекращаться множе­ство конкретных субъективных прав и обя­занностей, но конституционное право на юридическую помощь реализуется постоянно, его со­держание не зависит от того, какие конкретные права при­обретает лицо. Особенность конституцион­ного права на получение юридической помощи заключается и в том, что оно опосредует отношения и связи граждан не столько друг с другом, сколько с го­сударством в целом.

    Необходимо разграничить предмет субъективного права на юридическую помощь и предмет конституционного права на юридическую помощь. Право на юридическую помощь более широкое понятие, включающее в себя одно­именное конституционное право. Это право может быть урегулировано и нор­мами других отраслей. Необходимо заметить, что между конституционной и иными отраслями права нет "китайской стены", конституционное право на юридическую помощь служит эталоном, образцом для одноименного права в иных правовых отраслях.

    Определяя принадлежность права на юридическую помощь к конститу­ционным правам или свободам, необходимо пояснить следующее: свобода это свобода во избежание какого-либо воздействия, право возможность полу­чения определенных благ. Право на получение юридической помощи по своему определению является правом, но в нем есть и элемент свободы. Например, свобода личного общения со своим защитником. В данном случае лицо пользу­ется определенной свободой при вмешательстве иных лиц в свое конфиденци­альное общение.

    Право на юридическую помощь в субъективном смысле есть гарантиро­ванные конституционными и иными правовыми нормами вид и мера возмож­ного поведения субъекта в удовлетворении такого блага, как получение юриди­ческой помощи.


    § 4. Право на юридическую помощь в объективном смысле

    Рассмотрим второй аспект права на юридическую помощь право на юридическую помощь в объективном смысле. Под правом в объективном смысле понимается система юридических норм, выраженных в соответствую­щих нормативных актах. Право на юридическую помощь в объективном смысле является правовым институтом, представляющим собой совокупность конституционных и иных правовых норм, устанавливающих право на юридиче­скую помощь и ее гарантии.

    Право на юридическую помощь получает свое юридическое воплощение в нормах права, которые находятся в законодательстве конституционного и иных отраслей права. Мы присоединяемся к той точке зрения, которая относит к нормам конституционного права нормы, записанные в Конституции, и неко­торые нормы, закрепленные в текущем законодательстве, если оно предназна­чено для регулирования конституционных отношений [169. C. 41].

    Существует значительное число право­вых норм, закрепляющих право на получение юридической помощи. Это уго­ловно-процессуальные, административно-правовые, административно-процес­суальные, а также гражданско-процессуальные нормы. Их основанием являются конституционно-правовые нормы, содержащиеся в источниках кон­ституционного права.

    Право на юридическую помощь является конституционным правом, на­ходящее свое закрепление в конституционных нормах. Как известно, конститу­ционные нормы и нормы конституции не одно и то же. Нормы конституции это правила, закрепленные в нормативном акте, имеющем высшую юридиче­скую силу. Конституционные нормы, кроме Конституции, могут содержаться и в иных источниках конституционного права.

    Право на юридическую помощь нашло закрепление в нормах Конститу­ции Российской Федерации. Но, в свою очередь, необходимо также отметить, что далеко не все авторы признают за правом на получение юридической по­мощи необходимость его закрепления в конституционных нормах. Так, В.Е Чиркин подчеркивает: "Излишняя детализация есть, на наш взгляд, и в россий­ской Конституции. Особенно это относится к нормам ст. 47–53, многие из кото­рых имеют, по существу, не конституционно-правовой, а уголовно-процессу­альный характер" [171. С. 55]. В том, что чрезмерная детализация в конституции некоторых отраслевых институтов и принципов действительно является из­лишней, с автором нельзя не согласиться.

    Применительно к праву на получение юридической помощи это утвер­ждение можно проиллюстрировать на примере части второй ст. 48 Конститу­ции Российской Федерации. Вообще, Конституция Российской Федерации и УПК РФ по-разному устанавливают момент возникновения у лица права на юридическую помощь. Так, согласно УПК РФ право на юридическую помощь появляется у лица с момента, когда в отношении него в установленном Законом порядке вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого. Кон­ституционная же норма связывает момент возникновения права обвиняемого на адвоката со времени предъявления ему обвинения. При буквальном толковании конституционной нормы обвиняемый не обладает конституционным правом на юридическую помощь с момента признания его таковым до предъявления ему обвинения. При этом данный период может быть достаточно продолжитель­ным. В соответствии со ст. 171 УПК РФ предъявление обвинения должно после­довать не позднее двух суток с момента вынесения постановления о привлече­нии в качестве обвиняемого. Более того, обвинение может быть предъявлено по истечении двух суток в случаях, если неизвестно местопребывание обвиняе­мого или он не явился по вызову следователя. То есть, следуя вышеприведен­ному, обвиняемый в данный промежуток времени действительно не обладает конституционными мерами защиты права на юридическую помощь. Это не значит, что в период между вынесением постановления и предъявлением обви­нения обвиняемый не имеет права на защиту это право предусмотрено уго­ловно-процессуальной нормой, содержащейся в той же ст. 47 УПК РФ. Но норма отраслевого законодательства по отношению к норме Конституции явля­ется превалирующей. Обоснованно ли ограничивать именно конституционное право на адвоката в этот очень важный для обвиняемого период? Парадокс, но идея законодателя более четко прописать в Конституции право на защитника повлекла лишь умаление права на юридическую помощь. Конкретизация в Конституции Российской Федерации момента возникновения права на адвоката (защитника) на стадии уголовного судопроизводства не является проявлением ее зрелости. В России, как и во многих других странах, уточнение в Конститу­ции момента возникновения права на адвоката было весьма важным в период перехода от тоталитарного к демократическому режиму. Но на сегодняшний день, как свидетельствует практика российского уголовного процесса, реализа­ция права на защитника, органично вошла не только в конкретные действия, но и в правосознание субъектов уголовного права и процесса. А значит, закрепле­ние в Конституции момента возникновения права лица на адвоката просто по­теряло свою актуальность. Наличие в ст. 48 Конституции Российской Федера­ции второй части стало противоречить принципу необходимости: "Конституция это акт длительного пользования, который должен соблюдать необходимые пропорции, а не зависеть от конъюнктурных соображений" [171. С. 55]. Более того, нам представляется, что момент возникновения права на юридическую помощь не должен быть ограничен какими-либо юридическими фактами: лицо имеет право воспользоваться юридической помощью, как только почувствует в ней необходимость.

    По нашему мнению, в проекте новой Конституции необходимо учесть новые реалии и перейти от смешанного закрепления межотраслевых и отрасле­вых принципов к закреплению только первых, как имеющих наиболее важное конституционное значение.

    С другой стороны, ошибочным, на наш взгляд, является утверждение В.Е. Чиркина о том, что ст. 48 Конституции Российской Федерации носит уго­ловно-процессуальный характер и потому не должна быть представлена в Кон­ституции. Как нами уже было подчеркнуто выше, право на юридическую по­мощь является межотраслевым. Оно выведено за рамки уголовного права и получило свое конституционное значение, а значит должно быть закреплено в конституционной норме. И в этой связи более точным нам представляется вы­сказывание другого автора: "…конституционные нормы, как правило, должны содержать общие конституционные нормы, что отвечает природе конституции как основного закона. Детальные же положения должны быть областью теку­щего законодательства" [247. С. 17].

    Представляя собой определенную систему, конституционные нормы сами занимают в ней определенное место. Какую же роль играют нормы конститу­ционного права, закрепляющие право на юридическую помощь, в свете клас­сификации норм конституционного права на общие и частные? К общим нор­мам конституционного права относятся, прежде всего, нормы-принципы, формулирующие общие юридические принципы для всей правовой системы [169. C. 49]. Как было указано, право на юридическую помощь распространяется и на дру­гие отрасли права (гражданское, административное и т.д.). А значит, право на юридическую помощь не является отраслевым принципом. В этой связи можно сказать, что принцип юридической помощи является общим прин­ципом права. Данное право, будучи закрепленным в нормах конституционного права, развивается и конкретизируется в нормах всех отраслей. Однако нельзя относить конституционные нормы, содержащиеся, например, в ст. 48 Консти­туции Российской Федерации, исключительно к общим нормам. Упомянутые нормы содержат в себе права и обязанности возможных участников правоот­ношений, и в этом аспекте обладают признаками частных конституционных норм. Напрашивается вывод о том, что конституционные нормы, содержащиеся в ст. 48 Конституции Российской Федерации являются смешанными обще-ча­стными нормами, т.е. конституционные нормы, регулирующие отношения по поводу функционирования института юридической помощи, содержат в себе, с одной стороны, общий принцип права, а с другой конкретные права и обязан­ности субъектов конституционного права.

    Право на юридическую помощь закреплено в нормах конституционного права. Право на получение юридической помощи содержится в ст. 48 Консти­туции Российской Федерации.

    К вопросу о динамике конституционного права на получение юридиче­ской помощи необходимо рассмотреть и вопрос об изменении содержания дан­ной конституционной нормы. Возможно развитие социального и юридического содержания конституционной нормы. Изменение юридического содержания это необходимость адекватного юридического отражения изменений общест­венных отношений по поводу получения юридической помощи, т.е. изменение содержания правовой нормы. Примеры изменения юридического содержания (изменение статьи Конституции Российской Федерации) нами уже были приве­дены. Однако более продуктивное значение имеет изменение социального со­держания конституционного права. По мнению Н.В. Витрука, эволюция кон­ституционных и отраслевых прав, свобод и обязанностей осуществляется, прежде всего, путем обогащения их социального содержания [96. С. 87–88]. Абстрактное со­держание конституционной нормы, заключающей в себе право на получение юридической помощи, дает возможность без ее изменения вкладывать новое содержание в уже имеющуюся юридическую форму, руководствуясь при этом только принципом расширения прав и свобод.

    Помимо конституционных норм, право на юридическую помощь находит свое закрепление и развитие и в иных нормах конституционного права. Коли­чество нормативных актов, содержащих нормы, регулирующие право на полу­чение юридической помощи, так велико, что одно их перечисление заняло бы несколько страниц. Нами были уже перечислены некоторые международные договоры Российской Федерации, которые содержат данное право. Из феде­ральных законов можно выделить Уголовно-процессуальный кодекс, Граждан­ско-процессуальный кодекс РСФСР, Кодекс РФ "Об административных право­нарушениях". Из законодательства субъектов Российской Федерации следует выделить Закон Волгоградской области "О гарантиях юридической помощи и о распространении правовых знаний среди населения Волгоградской области". Многие судебные решения, так или иначе, затрагивают право на юридическую помощь.

    Анализ права на получение юридической помощи в объективном смысле позволяет сделать вывод, что закрепление права на юридическую помощь в Конституции Российской Федерации, а также в отраслевом законо­дательстве, говорит о формировании нового правового института, направленного на закре­пление и защиту права на получение квалифицированной юридической по­мощи.

    Рассмотрев в различных аспектах признаки права на юридическую по­мощь, можно сформулировать его понятие. Право на получение юридической помощи это закрепленное в Конституции право на получение услуг юридиче­ского характера в целях обеспечения личной, экономической, культурной и по­литической безопасности.



    Глава 3. ИСТОЧНИКИ

    ПРАВА НА ЮРИДИЧЕСКУЮ ПОМОЩЬ


    § 1. Международные источники права на юридическую помощь

    Источники права на юридическую помощь это то, где находятся нормы, регулирующие деятельность по ее оказанию. Источники можно разделить на международные и внутригосударственные.

    Наряду с национальным законодательством, юридическая помощь нашла свое закрепление в нормах международного права. Одним из первых междуна­родных документов, заключающим в себе один из аспектов права на получение квалифицированной юридической помощи, является Международный пакт о гражданских и политических правах. Согласно п. 3d ст. 14 Пакта, "каждый имеет право при рассмотрении любого предъявляемого ему уголовного обви­нения как минимум на следующие гарантии на основе полного равенства: d) быть судимым в его присутствии и защищать себя лично или через посредство назначенного ему защитника в любом случае, когда интересы правосудия того требуют, безвозмездно для него в любом таком случае, когда у него нет доста­точно средств для оплаты этого защитника" [84. С. 264].

    Меры, гарантирующие защиту прав тех, кто приговорен к смертной казни (резолюция 1984/50 Экономического и социального совета), закрепляют за ка­ждым подозреваемым или обвиняемым в совершении преступления, за которое может быть вынесен смертный приговор, право на соответствующую правовую помощь [5. С. 254]. Первый конгресс Организации Объединенных Наций от 30 августа 1955 г., принял резолюцию, содержащую минимальные стандартные правила обращения с заключенными, которые, в частности, в ст. 93 предоставляют право подследственному заключенному обращаться там, где это возможно, за бесплатной юридической консультацией, а также принимать в заключении юридического советника, взявшего на себя его защиту [5. С. 118]. Руководящие прин­ципы в области предупреждения преступности и уголовного правосудия в кон­тексте развития и нового международного экономического порядка, принятые Седьмым конгрессом Организации Объединенных Наций (Милан, 26 августа – 6 сентября 1985 г.), в ст. 27 предписывают государствам создавать, там, где их нет, соответствующие механизмы правовой помощи [5. С. 28]. Восьмой конгресс Органи­зации Объединенных Наций утвердил основные принципы, касающиеся роли юристов, которые на сегодня наиболее полно регулируют вопросы реали­зации права на юридическую помощь [5. С. 178]. Кроме того, Восьмым конгрессом ООН "По предупреждению преступлений" (Нью-Йорк, август 1990 г.) были приняты "Основные положения о роли адвокатов", согласно которым "адекватное обес­печение прав человека и основных свобод, на которые все люди имеют право, предоставляется им в экономической, социальной, культурной, гражданской и политической жизни, и требует, чтобы все люди имели эффективную возмож­ность пользоваться юридической помощью, осуществляемой независимой юридической профессией"31.

    В международных документах регионального характера указанное право также нашло свое отражение. Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод (Рим, 4 ноября 1950 г.) в ст. 6 зафиксировала: "Каждый обви­няемый в совершении уголовного преступления имеет как минимум следую­щие права: с) защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника или, если у него нет достаточных средств для оплаты услуг защит­ника, иметь назначенного ему защитника бесплатно, когда того требуют инте­ресы правосудия" [84. С. 328].


    § 2. Конституционные источники права на юридическую

    помощь иностранных государств

    Практически во всех конституциях современных государств, право на юридическую помощь нашло свое закрепление. Даже в конституционном праве Японии – государства неконфликтного права, право на юридическую помощь в форме права на адвоката присутствует в основном законе. При этом надо отметить, что закрепление конституционными нормами только лишь права на адвоката в уголовном про­цессе, как, например, в ст. 37 Конституции Японии, согласно которой "при любых обстоятельствах обвиняемый по уголовному делу может обратиться к помощи квалифицированного адвоката; в случае, когда обвиняемый не в со­стоянии сделать это сам, адвокат назначается государством" [74. С. 274], оказалось явно не­достаточным. Эта потребность сказалась в дальнейшем и при принятии кон­ституций второй половины XX в.

    Наиболее четко и полно право на юридическую помощь прописано в кон­ституциях, принятых уже в последние десятилетия. Так, практически во всех основных законах государств, образовавшихся после распада СССР, содер­жится статья, а в некоторых целая глава, посвященная юридической помощи.

    Практически все конституции государств бывших республик СССР принимались в одно время, но под влиянием экономических, политических, на­циональных, научно-правовых факторов объем и содержание закрепления права на юридическую помощь в нормах конституций, естественно, не был одинаковым. Именно поэтому представляется интересным, используя сравни­тельный метод научного познания проанализировать нормы конституций дан­ных государств, закрепляющих право на юридическую помощь.

    Сразу необходимо оговорить то обстоятельство, что не во всех государст­вах бывших республиках СССР – конституции закрепляют право на юридиче­скую помощь. Особняком стоит конституция Республики Узбекистан. В кон­ституции данного государства право на защиту или юридическую помощь не нашло своего отражения. В конституциях остальных исследуемых государств право на юридическую помощь содержится: ст. 69 Конституции Азербайджан­ской Республики, ст. 40 Конституции Армянской Республики, ст. 62 Конститу­ции Республики Беларусь, ст. 42 Конституции Республики Грузия, ст. 16 Кон­ституции Республики Казахстан, ст. 40 Конституции Республики Кыргызстан, ст. 26 Конституции Республики Молдова, ст. 19 Конституции Республики Тад­жикистан, ст. 29 Конституции Украины, ст. 31 Конституции Литвы [66. С. 126–324].

    Анализ и классификация указанных статей конституций позволяет разде­лить их на два вида по объему предоставляемого права на получение юридиче­ской помощи. Основанием для классификации может служить формальный критерий количество конституционных норм, содержащихся в статьях кон­ституций закрепляющих право на юридическую помощь. По данному критерию в статьях конституций содержится следующее количество правовых норм: Конституция Российской Федерации 5, Конституция Азербайджанской Республики 5, Конституция Армянской Республики 5, Конституция Республики Беларусь 21, Конститу­ции Республики Грузия 1, Конституция Республики Абхазия 5, Конституция Республики Казахстан 9, Конституции Республики Кыргызстан 2, Конституции Рес­публики Молдова 6, Конституции Республики Таджикистан 1, Конституции Украины 2, Конституции Литвы 4 [66. С. 126–324]. То есть количество норм варьируется от одной до двадцати одной. Взятый критерий оценки является достаточно показательным, однако он не всегда дает объективную картину. Дело в том, что сама правовая норма может быть разной по объему. Так в конституциях Азербайджанской Республики и Республики Абхазия содержатся пять правовых норм, закреп­ляющих право на юридическую помощь. Содержание же данных норм состав­ляет в Конституции Азербайджанской Республики 35 слов, а в Конституции Республики Абхазия 18 слов.

    Итак, используя два указанных выше формальных критерия, все конститу­ции можно разделить на две части.

    К первому виду относятся конституции государств бывших республик СССР лишь декларирующих право на юридическую помощь, детально не рас­крывая его содержание. К ним, например, относятся: Конституция Республики Таджикистан в ст. 19 закреплено, что: "лицо вправе с момента задержания пользоваться услугами адвоката", или ст. 42 Конституции Грузии: "право защиты гарантируется".

    Ко второму виду конституций государств, бывших республик СССР отно­сятся те из них, где право на получение юридической помощи представлено бо­лее полно. Конституция Республики Беларусь, ст. 62: "Каждый имеет право на юридическую помощь для осуществления и защиты прав и свобод, в том числе право пользоваться в любой момент помощью адвокатов и других своих представителей в суде, иных государственных органах, органах местного само­управления, на предприятиях, в учреждениях, организациях, общественных объединениях и в отношении с должностными лицами и гражданами. В слу­чаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается за счет го­сударственных средств.

    Противодействие оказанию правовой помощи в Республике Беларусь за­прещается" [66. С. 126–324].

    В развернутых конституциях не только декларируется право на юридиче­скую помощь и право на нее в отдельных случаях, безвозмездное получение, но и предусмотрен механизм его реализации, а также ответственность за наруше­ние права на юридическую помощь.

    Различия существуют даже в определении предоставляемого блага. По Конституции Российской Федерации, а также Конституциям Армянской Рес­публики, Республики Беларусь, Республики Кыргызстан это юридическая по­мощь. В других конституциях – это правовая помощь, право защиты, помощь или услуга адвоката (защитника).

    Следующий объект возможного сравнения субъект права на юридиче­скую помощь. Согласно Конституции Российской Федерации это "каждый", т.е. любой человек независимо от гражданства. Данную формулировку "каждый" восприняло большинство конституций. Однако некоторые конституции связы­вают предоставление данного права с наличием гражданства именно этого го­сударства. Например, в конституции Азербайджанской Республики право на юридическую помощь закреплено в главе 4, которая называется "Свободы гра­жданина". А в ст. 40 Конституции Республики Кыргызстан прямо указыва­ется, что каждому гражданину Кыргызской Республики обеспечивается ква­лифицированная юридическая помощь и защита прав и свобод, гарантируемых Конституцией.

    Даже беглый анализ конституций государств, входящих в родственную правовую семью, позволяет сделать вывод, что в определение блага, которое можно ус­ловно назвать "правом на юридическую помощь", различные правовые системы могут вкладывать свое оригинальное содержание.

    Закрепление права на юридическую помощь в российском конституционном законодательстве. Принятие современной конституции России по известным причинам про­двигалось довольно сложно. Тем не менее, во всех проектах конституций гово­рилось о праве на юридическую помощь. Так, в опубликованном для всеобщего обсуждения проекте Конституции Российской Федерации, подготовленном Конституционной комиссией к VI съезду народных депутатов Российской Фе­дерации, ст. 44 была посвящена праву на юридическую помощь32. Предлагае­мой конституционной нормой гарантировалось каждому право на юридическую помощь. Норма содержала как конкретный предмет права, так и указа­ние на его неотчуждаемость: "Это право не может быть ограничено". Третья часть ст. 44 конституционного проекта посвящалась вопросу о лицах, при­званных оказывать юридическую помощь.

    22 ноября 1991 г. была принята "Декларация прав и свобод человека и гражданина". В Декларации в ст. 37 говорилось: 1) каждому гарантируется право на пользование квалифицированной юридической помощью. В случаях, предусмотренных законом, эта помощь оказывается бесплатно; 2) каждое за­держанное, заключенное под стражу или обвиняемое в совершении преступле­ния лицо имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвине­ния. Содержание данной статьи практически без изменения было взято авто­рами действующей Конституции Российской Федерации 1993 г.

    В действующей Конституции Российской Федерации элементы права на получение юридической помощи содержатся в нескольких статьях, но основ­ные нормы, касающиеся закрепления этого права, находятся в ст. 48 Конститу­ции Российской Федерации.

    Конституционное право России вобрало в себя весь исторический опыт по урегулированию и охране отношений, связанных с правом на юридическую помощь. Согласно ст. 48 Конституции Российской Федерации:

    каждому гарантируется право на получение квалифицированной юриди­ческой помощи. В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно;

    каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в соверше­нии преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения [18].

    Более подробно вопрос о конституционном закреплении в России права на квалифицированную юридическую помощь будет освящен при рассмотрении этого права в объективном смысле.

    Закрепление права на юридическую помощь в российских подконституционных нормативных актах и иных источниках права. К внутригосударственным источникам права на юридическую помощь в России относится российское законодательство. Под законодательством о праве на юридическую помощь необходимо понимать совокупность нормативно-правовых актов, регулирующих отношения по поводу предоставления юридических (главным образом адвокатских) услуг. На сегодняшний день можно с достаточной степенью уверенности говорить о наличии в России поверенного законодательства. Основой его выступает ст. 48 Конституции Российской Федерации: "Каждый имеет право на квалифицированную юридическую помощь". Именно для обеспечения реализации данного права и направлена деятельность лиц, оказывающих юридическую помощь. Комплексным нормативно-правовым актом, призванным урегулировать отношения, складывающиеся в процессе адвокатской деятельности, является Закон РФ от 31 мая 2002 г. "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации". Этот закон относит к законодательству об адвокатской деятельности и адвокатуре кроме Конституции Российской Федерации и самого закона, другие федеральные законы, нормативно правовые акты Правительства Российской Федерации и федеральных органов исполнительной власти, регулирующих указанную деятельность. Количество этих нормативных актов, либо полностью посвященных урегулированию адвокатской деятельности либо содержащих в себе ряд норм по данной проблематике достаточно велико. К ним можно отнести все процессуальные кодексы (УПК РФ, ГПК РСФСР, АПК РФ и т.п.)

    Достаточно своеобразно решен вопрос о поверенном законодательстве, принимаемом субъектами Российской Федерации. Согласно закону, субъекты Российской Федерации в пределах полномочий, установленных настоящим Федеральным законом, могут принимать законы и иные нормативно-правовые акты. Не все в данной формулировке мы считаем конституционным.

    В соответствии с частью 1 ст. 72 Конституции Российской Федерации, "в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации находится адвокатура, нотариат". Практикой конституционного суда РФ, а также нормами законов введено положение об "опережающем нормотворчестве". Суть его состоит в том, что по тем вопросам, которые не получили нормативного регулирования в Федеральном законе субъекты Российской Федерации имеют право осуществлять самостоятельное нормотворчество. Закон РФ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" относит к ведению субъекта Федерации три вопроса:

    вопросы, связанные с порядком и условиями материально-технического обеспечения юридической консультации;

    установление среднедушевого дохода, величина которого ниже величины прожиточного минимума;

    порядок избрания представителей в квалификационную коллегию от субъекта Российской Федерации.

    Как видно, субъекты Федерации фактически лишены права на нормотворчество в области "Поверенного права". Данное положение входит в противоречие как с Конституцией РФ, так и с принципами федерализма. Остается добавить, что Думой Волгоградской области был принят Закон "О гарантиях юридической помощи и о распространении правовых знаний среди населения Волгоградской области"

    Кроме нормативно-правовых актов, в российском праве можно выделить и иные источники, содержащие в себе нормы, регулирующие предоставление о юридической помощи. К ним можно отнести обычаи, прецеденты, доктрины.

    Обычаи. Отличительная черта обычая как источника права является отсутствие у него такого признака как формальная определенность. К обычным нормам относятся, например, правила адвокатской этики. Необходимо отметить, что адвокатским сообществом России на Всероссийском съезде адвокатов был принят кодекс профессиональной этики адвоката. Однако все этические правила в связи с их большим количеством, а также различием в отдельных регионах, невозможно закрепить формально. Именно эти правила и находят свое закрепление в обычае. Неисполнение же этих обычных правил может повлечь за собой наступление для адвоката юридической ответственности. Так, за совершение поступка, порочащего честь и достоинство адвоката или умаляющего авторитет адвокатуры, последний может утратить свой статус адвоката.

    Прецеденты. Хотя формально ни судебные, ни административные прецеденты не являются источниками Российского права, все же ряд норм Поверенного права находятся именно в решениях судов. Особую роль здесь занимают постановления Конституционного суда РФ. В качестве примера можно привести уже упомянутое дело "Б.В. Антипов, Р.Л. Гитис и С.В. Абрамов против России". По результатам арбитражной практики было издано информационное Письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 сентября 1999 г. "О некоторых вопросах судебной практики, возникающих при рассмотрении споров, связанных с договорами на оказание правовых услуг" [49]. В своих решениях Верховный суд РФ довольно часто обращается к вопросам поверенного права33.

    Корпоративные акты. Адвокатские сообщества имеют право регулировать свою деятельность внутренними корпоративными нормативными актами. К таким актам относятся: партнерский договор адвокатского бюро, устав коллегии адвокатов и т. п.


    § 4. Закрепление права на юридическую помощь в текущем

    законодательстве и иных источниках права за рубежом

    В большинстве государств приняты отдельные законодательные акты, посвященные урегулированию вопросов оказания квалифицированной юридической помощи. Это, как правило, нормативные акты, относящиеся к деятельности адвокатуры.

    Армения – Закон "Об адвокатской деятельности" [15. С. 39]. Азербайджан – Закон "Об адвокатах и адвокатской деятельности" [14]. В Белоруссии в 1993 г. был принят Закон «Об адвокатуре». В Бельгии до сегодняшнего дня действует такой источник поверенного права как Судебный кодекс 1967 г. В Болгарии – Закон об адвокатуре 1991 г. Во Вьетнаме – Ордонанс об организациях адвокатов. В Германии – "Федеральное положение об адвокатуре". Израиль – Закон "О коллегии адвокатов". В Казахстане установлено, что законодательство об адвокатской деятельности состоит из Закона "Об адвокатской деятельности" и иного законодательства, регулирующего адвокатскую деятельность. Однако процессуальные права и обязанности адвокатов при осуществлении ими защиты и представительства по делам физических и юридических лиц устанавливаются только законами. В Таджикистане закон об адвокатуре получил высшую юридическую форму "конституционный закон" [17]. Республика Узбекистан обладает двумя законами, регулирующими адвокатскую деятельность. Первый Закон об адвокатуре был принят в 1996 г. Через два года в 1998 г. был принят второй Закон "О гарантиях адвокатской деятельности и социальной защите адвокатов". Украина является первым государством из состава республик бывшего СССР, принявшая Закон "Об адвокатуре" [16].

    В государствах с федеративным или конфедеративным устройством вопросы поверенного права регулируются как общим законодательством, так и законодательством субъектов. Например, в Швейцарии существует общий закон "О судоустройстве", а кантоны издали по этому поводу свои нормативные акты: Закон о судоустройстве Женевы, гражданско-процессуальный кодекс кантона Базель и т. п.

    Закрепление права на юридическую помощь в подзаконных нормативных актах. Наряду с законами, некоторые правовые нормы зарубежного поверенного профессия адвоката является свободной профессией [227]. Подобное решение вынес мировой суд Тель-Авива Израиля "Пелег против «Альмаг" (Агуда ле-маан а-гевер)34.

    Важным источником зарубежного поверенного права в континентальной правовой семье являются решения конституционных судов.

    Закрепление норм поверенного права в обычаях.

    В англосаксонской правовой семье также одним из основных источников права является обычай. В этих странах содержатся в обычаях и нормы поверенного права. Например, в Англии монополия барристеров на ведение дел в суде основана не на законе, а на освященной временем традиции, согласно которой каждая из сторон может участвовать в процессе лично, но в качестве поверенного имеет право выбирать только барристера.

    Следует отметить, что и в других правовых семьях обычай де-факто служит источником поверенных норм. Это в полной мере относится к закреплению норм адвокатской этики. Нормы поведения адвоката при осуществлении им своей деятельности, как правило, не нуждаются в формальном закреплении. Они известны и применяемы всем адвокатским сообществом. Хотя и здесь есть исключения. Например, 1 октября 1999 г. Высшая квалификационная комиссия адвокатуры при Кабинете Министров Украины утвердила "Правила адвокатской этики".

    Изучение правовых источников, закрепляющих право на юридическую по­мощь, позволяет сделать определенные обобщения. Право на юридическую по­мощь является ценностью всего человечества и закреплено в большинстве пра­вовых систем мира. Институт юридической помощи является потенциально расширяющейся и усложняющейся системой, призванной выполнять опреде­ленные социальные функции.

    Глава 4. ПОВЕРЕННОЕ ПРАВО


    § 1. Понятие поверенного права

    Сфера социальных отношений и группа регулирующих их правовых норм, связанных с деятельностью адвокатов, уже давно является предметом изучения юридической науки. Однако на сегодняшний день нет однозначного ответа о точном составе, да и о самом названии этой группы правоотношений. Попро­буем определиться в наименовании этого правового явления, а также в наиме­новании науки и учебного курса, его изучающего.

    Вообще, в юридической науке вопрос о самом наименовании данного пра­вового института и курса находится в стадии обсуждения. Наиболее распространенным является название "Адвокатура", что соответствует учебной про­грамме [57; 75]. Данный подход представляется не совсем корректным. Сама адвокатура является организационной формой, благодаря и в рамках которой осуществляется адвокатская деятельность, и потому назвать дисциплину по на­званию органа является несколько спорным.

    Применительно к другим дисциплинам сложилась следующая практика: название учебного курса, как правило, дублирует название отрасли или подот­расли права, которое он изучает, например, "Конституционное право", "Уго­ловное право", "Гражданское право" и т. п. Можно пойти по этому пути, и на­звать курс "Адвокатское право" (при условии, что за правовым институтом закрепится наименование "Адвокатура"). Однако данное название будет не со­всем верным – происходит смешение понятий права в объективном и субъек­тивном смыслах. Может сложиться впечатление, что "Адвокатское право" изу­чает исключительно права адвокатов, но это далеко не так – поверенное право изучает права адвокатов именно в контексте осуществления ими их функций.

    Некоторые авторы предлагают назвать курс "Адвокатская деятельность" [50]. Действительно, закрепленное в правовых нормах право на адвоката должно пройти определенную стадию юридическую практику. В этом случае эта практика и будет выражаться в адвокатской деятельности. Адвокатская дея­тельность это разновидность социальной деятельности, осуществляемой по поводу предоставления профессиональной юридической помощи.

    Мы полагаем, что данный правовой институт и изучающую ее дисциплину следует называть "Поверенное право". Во-первых, здесь прослеживается куль­турная и историческая связь с деятельностью адвокатов в России. Как известно, в период расцвета адвокатуры в царской России адвокаты назывались присяж­ными поверенными. Во-вторых, основным принципом построения адвокатуры является особая психолого-этическая связь адвоката и его клиента. Адвокат – это тот человек, которому клиент верит и доверяет. В-третьих, основ­ной источник права, регулирующий деятельность адвокатов, носит название За­кон РФ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской федерации". Если назвать правовой институт и дисциплину "Адвокатская деятельность" или "Адвокатура", то это будет необоснованное уменьшение объема понятия. Именно термин "поверенное право" может объединить в себе оба указанных объекта.

    Понятие поверенного права как правового института. Точнее, поверен­ное право можно определить как межотраслевой комплексный институт. Как известно, межотраслевые институты возникают на стыке различных отраслей права, предмет регулирования которых обладает известной общностью35. Так, нормы поверенного права можно найти в источниках гражданско-процессуаль­ного, арбитражно-процессуального, уголовно-процессуального и иных процес­суальных отраслей права. Само поверенное право содержит материальные и процессуальные нормы, не относящиеся ни к одной отрасли права (понятие и процедура получения статуса адвоката, организационная форма адвокатуры и т.п.). Поверенное право как правовой межотраслевой комплексный институт яв­ляется совокупностью правовых норм регулирующих или служащих основа­нием для возникновения отношений в сфере адвокатской деятельности.

    Предметом Поверенного права являются правоотношения, возникающие по поводу реализации конституционного права на получение квалифицирован­ной юридической помощи.

    Поверенное право как межотраслевой комплексный институт направлено на урегулирование двух объектов: адвокатскую деятельность и адвокатуру. Разберем поочередно оба этих объекта.

    Адвокатская деятельность. Согласно Федеральному закону, адвокатская деятельность – это квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на профессиональной основе доверителям в целях защиты их прав, свобод и ин­тересов, а также обеспечения доступа к правосудию.

    Адвокатская деятельность – это оказание адвокатом любой юридической помощи, не запрещенной законодательством. Законом предусмотрен открытый перечень правомочий, который может осуществлять адвокат в ходе своей адво­катской деятельности. Полномочия можно распределить на следующие три группы: юридическое консультирование, составление документов правового характера, адвокатское представительство.

    Юридическое консультирование это предоставление консультаций и справок по правовым вопросам в устной и письменной форме. Юридическое консультирование может включать в себя два аспекта.

    Во-первых, адвокат доводит до сведения клиента содержание правовой нормы.

    К адвокату обратилась женщина в связи со смертью своего отца. В про­цессе консультирования адвокат доводит до ее сведения, т.е. зачитывает или просто объясняет, правило о том, что она является наследницей первой оче­реди и должна в течение шести месяцев обратиться к нотариусу с заявлением о принятии наследства.

    Во-вторых, не всегда для профессионального консультирования доста­точно довести до сведения клиента содержание правовой нормы. Как правило, адвокат осуществляет толкование правовой нормы, т. е. разъясняет для клиента ее значение применительно к его ситуации.

    Как правило, консультирование происходит в устном порядке. Адвокат старается, чтобы клиент сам понял то разъяснение, которое он ему дает. Пись­менная же консультация имеет место тогда, когда клиент хочет убедить в ка­ком-либо правовом вопросе другое лицо. В данном случае адвокат дает пись­менные разъяснения, на компетентность которых и будет ссылаться клиент.

    Женщина обратилась к адвокату за советом: полагается ли ей выплата дивидендов по акциям, которые она продала в конце года? Само руководство не было уверено, как верно поступить в данном случае. И потому просило сво­его бывшего акционера юридически грамотно разъяснить свою просьбу. В дан­ном случае адвокат предоставил письменную юридическую консультацию о пути юридически грамотного разрешения коллизии.

    Составление документов правового характера. Данная деятельность мо­жет выражаться в составлении заявлений, жалоб, ходатайств и т.п.

    Данное действие носит казуальный характер. Документ составляется ин­дивидуально под каждый конкретный случай. Существует два основных вари­анта данной деятельности: составление документов юридического характера и частичное составление документов юридического характера.

    Согласно первому варианту составления документов юридического харак­тера, адвокат выясняет суть дела, подбирает правовую норму, которая будет призвана урегулировать возникшие правоотношения или правоотношения, ко­торые стремится создать обратившееся лицо, и составляет юридический доку­мент, призванный стать юридическим фактом в целях обеспечения или защиты какого-либо права. Данный документ может быть составлен в форме жалобы, ходатайства, искового заявления, заявления о принятии наследства и т.п.

    Содержание частичного составления документов юридического характера заключается в предоставлении клиенту бланка юридического документа, куда последний или сам адвокат должен внести индивидуальные данные. Примером такой юридической помощи является использование лицами бланков различ­ных договоров купли-продажи, дарения, найма жилого помещения и т.п.

    Адвокатское представительство осуществляется в двух формах. К пер­вой относится представительство в судебных и иных органах разрешения кон­фликтов. Закон относит к данной форме представление интересов доверителя в конституционном, гражданском и административном судопроизводстве, в раз­бирательстве дел в третейском суде, международном коммерческом арбитраже (суде).

    Тот факт, что адвокат является основным представителем в любом виде судебных процессов, является бесспорным. Дискуссионным долгое время оста­вался, да и остается вопрос об участии в судах в качестве представителей юри­стов, не являющихся адвокатами. В работе мы уже ссылались на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 28 января 1997 г. "По делу о проверке консти­туционности части четвертой статьи 47 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан Б.В. Антипова, Р.Л. Гитиса и С.В. Абра­мова" [47]. В нем Конституционный суд определился в том, что в ка­честве защитника допускается адвокат, иные же условия, профессиональные критерии и организационно-правовые формы, обеспечивающие оказание ква­лифицированной юридической помощи в уголовном процессе, должны быть определены законодателем.

    В том же ключе высказывались и представители Арбитражного суда: "Ну, мы-то сторонники того, чтобы участвовали только адвокаты. Для того чтобы представительство в арбитражных судах осуществлялось действительно профессионально"36.

    На сегодняшний день Поверенное законодательство так регулирует дан­ный вопрос: представителями организаций, органов государственной власти, органов местного самоуправления в гражданском и административном судо­производстве, судопроизводстве по делам об административных правонаруше­ниях могут выступать только адвокаты, за исключением случаев, когда эти функции выполняют работники, состоящие в штате указанных организаций.

    Ко второй форме адвокатского представительства относится представи­тельство в отношениях с иными органами государственной власти, органами местного самоуправления, общественных объединениях и иных организациях.

    Представительство адвоката во внесудебных процедурах в нашей стране, к сожалению, менее распространено. Имеет распространение лишь оказание юридической помощи адвокатами в виде составления в органы государствен­ной власти различного рода жалоб, заявлений, петиций и т. п. Однако непо­средственное представительство адвоката при осуществлении и защите прав клиента во время общения с органами государственной власти явление до­вольно редкое.

    Странную реакцию у работников военного комиссариата Советского района г. Волгограда вызвал факт прихода адвоката как представителя при­зывника в ходе осуществления военного призыва. К подобному виду предста­вительства общественное мнение пока не подготовлено.

    Адвокатура. Следующим объектом правового регулирования Поверен­ного права является Адвокатура. Толковые словари под термином "адвокатура" понимают добровольную самоопределяющуюся организацию ад­вокатов37. Закон же понимает под адвокатурой профессиональное сообщество адвокатов и как институт гражданского общества, не входящий в систему орга­нов государственной власти и органов местного самоуправления. Более подробно вопрос организационной структуры адвокатуры будет рассмотрен в последней главе.

    Поверенное право – это совокупность правовых норм, регулирующих порядок предоставления лицу квалифицированной юридической помощи, а так же определяющих порядок формирования и структуру Адвокатуры.

    Как наука и учебная дисциплина. Увеличение количества и значимости отношений в сфере адвокатской деятельности привело к резкому увеличению научного интереса к данной проблематике. К сожалению, на сегодняшний день вопросы поверенного права с позиции юридических наук проработаны явно недостаточно, и в процессе получения высшего образования некоторые вопросы деятельности адвокатуры освещаются при изучении дисциплины "Правоохранительные органы"38. Однако сам объем преподавания таких важных правовых вопросов является явно недостаточным. Именно поэтому ряд высших учебных заведений вводят у себя курс "Адвокатура". К развитию научной дисциплины "Адвокатура" подталкивает и факт острой потребности в квалифицированных специалистах в данном разделе юридическо-правовых знаний.


    § 2. Цели и функции Поверенного права

    Необходимо разделять цели адвокатской деятельности и цели дисцип­лины "Поверенное право".

    Целью адвокатской деятельности является создание условий для реализации конституционного права на квалифицированную юридическую помощь. Само Поверенное законодательство ставит несколько возможных целей, подлежащих достижению в ходе адвокатской деятельности:

    защита прав и свобод и интересов доверителей;

    обеспечение доступа последних к правосудию (ч. 1 ст. 1 закона РФ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации").

    Как мы видим, вторая цель является дополнительной и вытекает из первой. Необходимость ее выделения заключается в том, что исходя из уровня развития в современной России юриспруденции вообще и судебного процесса в частности в случае отсутствия у одной из сторон квалифицированного юридического помощника у нее мало шансов на благоприятный исход дела.

    Функции адвокатской деятельности. В ходе осуществления целей и задач адвокатская деятельность нацелена на достижение своих функций. Функции адвокатской деятельности это то, для чего она собственно и осуществляется. Это ее социальная ценность. Необходимо выделить несколько функций адвокатской деятельности: превентивная, восстановительная, охранительная, дисциплинирующая, санитарная.

    Превентивная функция заключается в предупреждении вхождения субъ­ектов права в такое состояние, когда для него возникает угроза наступления юридически неблагоприятных последствий. Субъекты, обращаясь к адвокату за советом, получают возможность соизмерять свои цели и пути их достижения с требованием законодательства.

    Граждане обратились к адвокату с проблемой отказа нанимателей их квартиры выехать в связи с неуплатой арендной платы. Клиенты-арендодатели уже сами решились с использованием силы освободить принадлежащее им помещение. Они были уверены, что это их право. Адвокат, разъясняя, что эти действия арендодателей могут повлечь для них юридическую ответст­венность и, разъясняя законный путь разрешения конфликтной ситуации, пре­дотвращает совершение возможного правонарушения.

    Восстановительная функция заключается в восстановлении нарушенных прав клиентов и является, на наш взгляд, наряду с охранительной функцией, доминирующей. Права граждан могут быть нарушены в сферах действия уголовного, гражданского, административного и иных отраслей права. Адвокат, осуществ­ляя консультирование и иные свои полномочия, добивается восстановления на­рушенных прав своих клиентов.

    Охранительная функция заключается в охране своих клиентов, над правами которых нависла угроза их умаления или нарушения.

    Когда адвокат составляет исковое заявление, он осуществляет восстанови­тельную функцию, так как пытается защитить уже нарушенные права его кли­ента. Когда же адвокат составляет отзыв на исковое заявление или участвует в судебном заседании на стороне ответчика, он осуществляет охранительную функцию, так как пытается оградить своего клиента от возможного нарушения его прав.

    Дисциплинирующая функция. Эта функция является дополнительной и заключается в наложении на лицо, нарушавшее право, бремени возмещения расходов на услуги адвоката.

    В судебном заседании по гражданскому делу на стороне ответчика может участвовать адвокат. Сама угроза возложения на ответчика, в случае проиг­рыша дела, расходов истца, понесенных им за услуги адвоката, заставит ответ­чика подумать о возможном мирном разрешении конфликта.

    Например, с приобретенных в магазине босоножек на второй день носки облезла вся краска. Продавцу, в случае передачи дела в суд, грозит, кроме воз­ложения на него обязанности вернуть деньги за некачественный товар в раз­мере 500 рублей и выплатить законную неустойку, примерно в ту же сумму, возмещение расходов на оплату услуг адвоката, которая может и превысить прямые убытки.

    Эта же функция действует и в отношении недобросовестного истца. Если истец понимает, что иск необоснован, то он перед инициированием процесса несколько раз подумает, вдаваться ли ему в немалые расходы по оплате услуг адвоката, которые, скорее всего, будут безвозвратны. Это дисциплинирует истца и препятствует захлестыванию судов заведомо необоснованными исками.

    Вообще, в судебном процессе дисциплинирующую функцию должен ис­полнять институт государственной пошлины. Однако на практике складыва­ется такое положение, когда для "крупных исков" состоятельных спорщиков размер госпошлины не является существенным, в то же время для неимущих граждан этот размер значительно снижается самими судами.

    Дисциплинирующая функция действует и в случае привлечения лица к уголовной ответственности. Сама стоимость услуг адвоката, а в некоторых случаях она является значительной, выступает в качестве своеобразного штрафа для правонарушителя.

    Санитарная функция. В спорте существует такое явление, когда при производстве определенных упражнений на конкретную группу мышц, происходит эффект общего укрепления организма. В странах с развитой адвокатской деятельностью устанавливается положение, когда адвокаты сами выискивают корпорации или лиц, нарушающих правовые нормы. Затем, осуществляя подачу иска со стороны своего клиента, они не только восстанавливают его права и получают гонорар, но и применяют правовую норму, которая до этого нарушалась. Вообще, непосредственно правоохранительной деятельностью должны заниматься специально на то уполномоченные органы. Как правило, в качестве них выступает прокуратура. Однако в связи с известными недостатками работы государственных служащих (отсутствие личного интереса) большинство правовых норм остаются "спящими". И порой лишь адвокатура с ее мобильностью и заинтересованностью пытается в своей деятельности "разбудить" указанные нормы в интересах своих клиентов. Так, в некоторых странах адвокаты являются основными субъектами по реализации правоохранительной функции. Так, в США контроль за соблюдением законов в значительной степени "приватизирован" целой армией юристов. Их цель получить гонорар побольше, а он часто составляет некоторый (причем весьма высокий) процент от размера штрафа.

    Нам представляется, что указанная функция, хотя и является дополнительной, играет особую роль в функционировании правовой системы. Еще в древнем Риме считалось, что право не может существовать иначе, как при наличии сведущих в праве лиц, посредством которых оно могло бы ежедневно подвигаться к совершенству [61].

    Цели дисциплины "Поверенное право". Здесь также можно выделить несколько целей.

    Общеразвивающая цель является общей для всех дисциплин и заключается в формировании общего юридического уровня обучающихся.

    Подготовка специалистов к профессии адвоката. Увеличение рынка адвокатских услуг, как следствие, влечет за собой увеличение требований к наличию специальных профессиональных знаний у представителей данной профессии. В связи с этим появилась потребность в получении кандидатами к профессии "адвокат" специальных знаний по выбранной юридической деятельности. Необходимо заметить, что для вступления в корпорацию адвокатов необходимо сдать специальные экзамены, где наряду с общеюридическими вопросами проверяется и наличие специальных юридических знаний, необходимых именно адвокату в своей деятельности.

    Ознакомительная. Любой человек в своей жизни может столкнуться с адвокатами и их деятельностью. Для того чтобы эффективно использовать этот инструмент в своих интересах, а также с целью избежания возможных недоразумений и неприятностей при общении с адвокатом и следует изучить "Поверенное право".

    Например, некоторые граждане искренне считают, что юридическая консультация не должна быть оплачена из-за ее незначительности. Адвокаты часто слышат в своих кабинетах от клиентов следующую фразу: "Нам же только спросить".


    § 3. Субъекты Поверенного права

    Субъектами адвокатской деятельности являются любые лица, участвую­щие в правоотношениях, возникающих по поводу обеспечения права на юриди­ческую помощь.

    Следуя логике и анализируя законодательство об адвокатуре, можно вы­делить две группы субъектов: основную (адвокат и клиент) и производную (иные лица, участвующие в адвокатской деятельности).

    Признак основной группы субъектов адвокатской деятельности заключа­ется в том, что их отношения являются основой для возникновения правоотно­шений по поводу реализации адвокатской деятельности. Более того, в случае отсутствия основного субъекта адвокатская деятельность прекращается. Что касается производных субъектов, то они вступают в адвокатские правоотноше­ния на отдельных ее этапах.

    Рассмотрим основную группу субъектов адвокатской деятельности.

    В связи с тем, что для возникновения правоотношений необходимы как минимум два субъекта, первичных субъектов следует разделить на две группы: адвокат и клиент.

    Адвокат. Толковые словари под термином "адвокат" (от лат. advocatus, advoco приглашаю) понимают лицо, профессия которого оказание юриди­ческой помощи гражданам и организациям, в том числе защита их интересов в суде39. Возникновение термина "адвокат" традиционно связывается с судебной практикой в Древнем Риме. Сам термин происходит от латинского слова advocatus, под которым в республиканском Риме подразумевались друзья и родственники тяжущегося, сопровождающие его в суд и дававшие ему советы во время заседания. В строгом смысле, описываемая категория лиц оказывала обвиняемому не юридическую, а психологическую помощь. В эпоху Империи термин "адвокат" приобрел более "техническое" значение "правозаступник", которое сохранилось и до сих пор.

    В праве существует несколько терминов, которые или близки по значе­нию, или отождествляются с термином "адвокат".

    Довольно часто в праве термин "адвокат" соседствует с термином "за­щитник". Нам представляется, что значение этих двух терминов во многом схоже, но не совпадает: совпадение понятий происходит только тогда, когда адвокат занимается защитой своего клиента в каком-либо юридическом про­цессе: уголовном, административном и т.п. С другой стороны, несовпадение терминов заключается в том, что адвокат не всегда является защитником.

    Необходимо отличать понятие "адвокат" от понятия "правозащитник". Адвокат – это лицо, оказывающее юридическую помощь за вознаграждение. Это вознаграждение может поступать как от клиента, так и иными способами. Правозащитник это лицо, оказывающее юридическую помощь безвозмездно.

    Адвокаты иностранных государств. Отдельного рассмотрения требует вопрос об участии в адвокатской деятельности адвокатов иностранных госу­дарств. В науке вопрос о допуске иностранных адвокатов всегда был дискусси­онным. Еще в период анализа проектов Закона "Об адвокатуре Российской Фе­дерации", ряд цивилистов подвергали справедливой критике положения о запрете допуска к представительству иностранного юриста [110. С. 171]. К сожалению, действующее поверенное законодательство России фактически устраняет воз­можность участия иностранных адвокатов в оказании юридической помощи на ее территории.

    При рассмотрении вопроса об адвокатах-иностранцах необходимо разли­чать два понятия: "иностранные граждане, получившие статус адвоката" и "ад­вокаты иностранных государств". Первое понятие охватывает лиц, которые приняты в корпорацию российских адвокатов. Для этого они должны окончить российское высшее учебное заведение, обладать стажем работы на территории России и сдать квалификационный экзамен. Правовой статус этих лиц практи­чески не отличается от статуса российского гражданина, входящего в корпора­цию российских адвокатов40.

    К понятию "адвокаты иностранных государств" относятся адвокаты, вхо­дящие в соответствующую корпорацию какого-либо иностранного государства и осуществляющие адвокатскую деятельность на территории России.

    Необходимо отметить, что нормы международного права разрешают госу­дарствам ограничивать допуск иностранных адвокатов к оказанию юридиче­ской помощи на их территории. Конгресс ООН принял "Основные принципы, касающиеся роли юристов" (Гавана, 27 августа – 7 сентября 1990 г.), закре­пив в них положение, согласно которому требование любого государства, о том, что адвокат должен являться гражданином соответствующей страны, не рас­сматривается как дискриминационное.

    Как же обстоит дело с допуском адвокатов иностранных государств по действующему российскому законодательству?

    Сама процедура имплементации достаточно проста. Иностранный адво­кат предоставляет в орган юстиции документы, подтверждающие его адвокат­ский статус, после чего он вносится в реестр иностранных адвокатов, осущест­вляющих адвокатскую деятельность на территории России. Однако сама эта деятельность сильно ограничена по сравнению с российскими адвокатами. Так, адвокаты иностранного государства могут оказывать юридическую помощь на территории Российской Федерации исключительно по вопросам права данного иностранного государства41. Рассмотрим круг возможностей по оказанию юри­дических услуг, предоставленных иностранным адвокатам.

    Может ли возникнуть ситуация, когда на территории России будут дейст­вовать правовые нормы иностранного государства? Да, возможно. Речь идет о так называемом коллизионном праве – случаях, когда российские государст­венные органы в своей правоприменительной деятельности обязаны применять право иностранного государства42.

    В основном это касается норм гражданского права, а также примыкаю­щих к нему норм семейного и авторского права. Согласно международному ча­стному праву, к гражданско-правовым отношениям с участием иностранных граждан или иностранных юридических лиц, либо гражданско-правовым отно­шениям, осложненным иным иностранным элементом, в том числе и в случаях, когда объект гражданских прав находится за границей, может применяться право иностранного государства43. В случае, когда российский суд при вынесе­нии решения обязан применить правовую норму иностранного государства, на­пример Франции, помощь французского адвоката была бы не только полезной, но и необходимой.

    Потребитель приобрел стиральную машину производства США. Вслед­ствие недостатка товара произошло возгорание и уничтожение домовладения потребителя. В судебном заседании российского суда потребитель имеет право требовать применения к данным правоотношениям правовых норм зако­нодательства США. Именно в этом случае для оказания ему юридической по­мощи может быть приглашен адвокат из США.

    Можно представить, насколько редки будут на практике подобные слу­чаи.

    Еще менее вероятны случаи участия иностранного адвоката в уголовном процессе. Как известно, в России применение иностранных уголовно-правовых норм фактически исключено. Редким исключением можно считать процедуру экстрадиции44.

    От правительства государства Австрия поступил запрос о выдаче лица, находящегося на территории Российской Федерации. При разбирательстве экстрадиционного дела в суде, лицо может воспользоваться услугами адво­ката из Австрийской республики. Это будет целесообразно потому, что рос­сийскому суду так или иначе придется в своем разбирательстве затрагивать вопросы уголовного права Австрии.

    Кроме того, адвокатам иностранных государств запрещено оказывать юридическую помощь по вопросам, связанным с государственной тайной Рос­сийской Федерации45.

    Указанные ограничения по оказанию иностранными адвокатами юриди­ческой помощи в России приводят к тому, что квалифицированную юридиче­скую помощь могут оказывать преимущественно лица, специализирующиеся на правовой системе России (т.е. российские адвокаты).

    Однако налицо и ряд недостатков такого ограничения.

    Во-первых, ограничение конкуренции. Более широкое участие иностран­ных специалистов, особенно из стран с развитыми правовыми системами и бо­гатой практикой по оказанию юридических услуг, пошло бы на пользу как кли­ентам, так и российским адвокатам. Такое мнение сложилось как у практиков, так и у лиц, занимающихся теоретическими разработками в данной сфере46.

    Во-вторых, ряд авторов замечают, что сама возможность получить ква­лифицированную помощь западной адвокатской фирмы может оцениваться как косвенный стимул-поощрение осуществления иностранных инвестиций. Ав­торы справедливо отмечают, что "крупный иностранный инвестор привык к особым доверительным взаимоотношениям с западно-европейскими адвокатами или адвокатами Уолл-стрита, которые складывались десятилетиями в процессе его коммерческой деятельности и которые вырабатывают у него деловую уве­ренность. Эта "психология привычки", их ориентация на признанные в мире юридические фирмы должна тонко учитываться законодателем стран СНГ" [243].

    В-третьих, как бы не был независим российский адвокат от государства, в некоторых случаях, например в "громких" уголовных околополитических процессах, привлечение иностранного адвоката наряду с российским сделало бы адвокатскую защиту более независимой и действенной.

    С целью некоторого смягчения жесткой позиции закона видится возмож­ность заключения двухсторонних международных договоров, в которых на принципах взаимности расширялись бы возможности участия иностранных ад­вокатов в оказании юридической помощи. Заключая двухсторонние междуна­родные договоры, контролировался бы профессиональный уровень адвокатов допущенных на российский рынок адвокатских услуг (например, как нам пред­ставляется желательны договоры со странами Европы, США и т.п.). В связи с тем, что международные договоры Российской Федерации имеют большую юридическую силу, чем законы, подобные двухсторонние договоры действо­вали бы преимущественно перед ограничениями, наложенными Законом РФ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре Российской Федерации".

    Существенным недостатком такого предложения является отсутствие практики заключения подобного рода двухсторонних международных согла­шений. Ни один из подписанных Россией международных договоров правового характера пока не содержат правил, регламентирующих участие иностранных адвокатов в оказании юридической помощи на ее территории.

    Доверитель лицо, получающее юридическую помощь от адвоката. Клиентом адвоката является каждый, кто обратился к нему за юридической по­мощью. Клиент, которому оказывается юридическая помощь, это лицо, наде­ленное правомочиями по получению юридической помощи от адвоката.

    Доверителем, получающим квалифицированную юридическую помощь, могут являться любые лица, имеющие необходимость и законное основание для ее получения.

    Производные субъекты те, которые участвуют в адвокатской деятель­ности: международные организации, государство, в лице своих органов, обще­ственные объединения, практиканты, стажеры.

    В целях более эффективного управления государство возлагает некоторые из своих функций, например, предоставление гражданам юридической помощи, на негосударственные органы. Именно адвокатура, являясь институтом гражданского общества, осуществляет функцию оказания квалифицированной юридической помощи. Однако, передавая часть функций негосударственным органам, государство должно осуществлять действенный контроль за надлежащим исполнением переданных гражданскому обществу полномочий. По этой причине государственный надзор осуществляется и за адвокатской деятельностью.

    Органы юстиции являются основным государственным органом, "курирующим" деятельность адвокатов на территории России.

    В функцию органов юстиции входят: общий надзор за деятельностью адвокатов, ведение реестров, разработка формы адвокатских документов.

    Общий надзор за деятельностью адвокатов включает в себя участие представителей органа юстиции в работе квалификационной комиссии, и общий надзор за соответствием адвокатов их статусу.

    Участие в работе квалификационной комиссии включает в себя два аспекта. Во-первых, участие в принятии квалификационного экзамена. Во-вторых, участие в рассмотрении жалоб на действия (бездействие) адвоката.

    Общий надзор за соответствием адвокатов их статусу заключается в направлении органом юстиции в адвокатскую палату представления о наличии сведений об обстоятельствах, являющихся основаниями для прекращения статуса адвоката. Перечень этих обстоятельств дан в ч. 1 ст. 17 Закона РФ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской федерации". Таким образом, на органы юстиции возложена обязанность отслеживания и выявления указанных обстоятельств. Более того, если совет адвокатской палаты не отреагирует на вынесенное представление, орган юстиции вправе обратиться в суд с заявлением о прекращении статуса адвоката.

    Единственную проблему порождает некоторая неопределенность при толковании п. 5 и 6 ч. 1 ст. 17 указанного закона. В этих пунктах речь идет о прекращении статуса адвоката за совершение поступка, порочащего честь и достоинство адвоката или умаляющего авторитет адвокатуры, а также неисполнение либо ненадлежащее исполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем. Нам представляется, что применение этих оснований для лишения статуса адвоката является исключительной прерогативой квалификационной комиссии (где и участвуют представители органов юстиции), а также совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации.

    Действенным рычагом по надзору за адвокатской деятельностью органами юстиции нам видится активное их участие в направлении жалоб в квалификационную коллегию по фактам, указанным в п. 5 и 6 ч. 1 ст. 17 закона. Обращение по этому вопросу непосредственно в совет адвокатской палаты, а потом в суд, минуя при этом квалификационную комиссию, нам представляется неправомерным. Необходимо добавить, что прецедента по этому вопросу пока не существует, хотя адвокатское сообщество находится в тревоге по поводу возможной правоприменительной практики по рассмотренным правовым нормам закона.

    Органы юстиции надзирают также и за деятельностью советов адвокатских палат субъектов Российской Федерации. Так, органы юстиции могут инициировать проведение внеочередного собрания адвокатов с целью досрочного прекращения полномочий совета адвокатской палаты.

    Ведение реестра адвокатов субъекта Российской Федерации. Органы юстиции ведут два реестра. Во-первых, Федеральные органы юстиции ведут реестр адвокатов иностранных государств, осуществляющих адвокатскую деятельность на территории Российской Федерации. Во-вторых, территориальный орган юстиции ведет реестр адвокатов субъекта Российской Федерации (региональный реестр). Можно выделить следующие функции органа юстиции по ведению реестра: составление реестра и обновление реестра.

    Составление реестра адвокатов. Орган юстиции собирает сведения об адвокатах, находящихся на территории его субъекта и вносит их в единый реестр адвокатов субъекта Российской Федерации47.

    Порядок ведения реестра утвержден Приказом Минюста Российской Федерации "Об утверждении Порядка ведения реестров адвокатов субъектов Российской Федерации"48.

    В реестре содержатся следующие сведения: ФИО адвоката, дата его поступления в коллегию адвокатов (если адвокат получил свой статус до 5 июня 2002 г.), или дата и реквизиты решения квалификационной комиссии о присвоении претенденту статуса адвоката. В реестре также содержится дата и реквизиты распоряжения территориального органа Минюста России о внесении сведений об адвокате в региональный реестр.

    Кроме указанных сведений, в территориальных органах юстиции ведутся реестровые дела адвокатов. В них содержатся: личные заявления адвокатов о внесении сведений о них в соответствующий региональный реестр, копии документов, удостоверяющих личность адвокатов. В реестровом деле находятся анкеты, содержащие биографические сведения об адвокатах, таких, как год и место рождения, ученая степень и т.п. К реестровому делу обязательно прилагаются копии трудовых книжек или иные документы, подтверждающие стаж работы по юридической специальности, а также копии документов, подтверждающих высшее юридическое образование либо наличие ученой степени по юридической специальности. Если адвокат получил свой статус до 5 июня 2002 г., то в его реестровом деле должна также находиться копия решения о его приеме в коллегию адвокатов.

    Еще одним сведением, которым должны располагать органы юстиции, является форма адвокатского образования, в которой работает адвокат, так как вне данных форм адвокат не может осуществлять свою деятельность.

    Представляется, что публичный характер должны носить только сведения о фамилии, имени и отчестве адвоката. Иные сведения могут быть разглашены только с согласия адвоката. Нам же думается, что состоявшееся одноразовое опубликование реестра адвокатов во всех регионах не является достаточным. В органах юстиции должен быть предусмотрен механизм доступа любых лиц к реестру адвокатов. Целесообразно также разместить этот реестр на специальном Интернет-сайте.

    Обновление реестра. Основные изменения в реестр вносятся в связи с присвоением и лишением лица статуса адвоката. Однако обновления требуют и иные сведения, содержащиеся в реестре: приостановление у лица статуса адвоката, смена адвокатом фамилии и т.п. В случае внесения изменений в региональный реестр, орган юстиции уведомляет об этом адвокатскую палату соответствующего субъекта Российской Федерации. Кроме того, ежегодно в адвокатскую палату направляется полная копия регионального реестра.

    Разработка формы адвокатских документов. К данным документам относятся: форма удостоверения адвоката, форма ордера на исполнение поручений. Все эти документы утверждены федеральным органом юстиции.

    Удостоверение является единственным документом, подтверждающим статус адвоката. На сегодня уже сложилась практика обязательного предъявления адвокатом своего удостоверения для участия в процессуальных действиях в судах, органов следствия и т.п. При отсутствии удостоверения адвокат может быть не допущен к осуществлению своей деятельности.

    В удостоверении имеется фотография адвоката, заверенная печатью территориального органа юстиции. Вторым, и наиболее важным атрибутом удостоверения, является регистрационный номер адвоката. Регистрационный номер в региональном реестре представляет собой ряд цифр, из которых первые две номер субъекта Российской Федерации; третья и далее порядковый номер записи при внесении сведений об адвокате в региональный реестр. При исключении адвоката из реестра, т.е. утраты им своего статуса, последний обязан сдать удостоверение в территориальный орган юстиции49.

    Как мы видим, новый закон, регулирующий адвокатскую деятельность, содержит действенный механизм государственного управления в области адвокатской деятельности.


    Глава 5. ПРАВО НА ЮРИДИЧЕСКУЮ ПОМОЩЬ

    В СИСТЕМЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ

    И СВОБОД ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА


    § 1. Место конституционного права на юридическую помощь

    в различных классификациях конституционных прав

    Вопросы, касающиеся прав и свобод, так или иначе, находят свое отраже­ние во всех отраслях права. Но особая роль в разработке положений о правах и свободах принадлежит конституционному праву. "В науке государственного права проблема конституционного обеспечения свободы личности является од­ной из главных, ведущих, определяющих проблем" [169. C. 151]. Понятие, элементы и структура конституционных прав исследована достаточно хорошо. Но, с нашей точки зрения, недостаточно ясно прописана система данных прав. Об этом сви­детельствует и тот факт, что, хотя вопросами классификации конституционных прав занимались и занимаются многие ученые, во второй главе действующей Конституции Российской Федерации права разделены на группы условно. Оп­ределив понятие права на юридическую помощь, можно приступить к опреде­лению местонахождения данного права в системе конституционных субъектив­ных прав и свобод.

    Отправным моментом для отнесения права на юридическую помощь, применительно к какой-либо группе прав и свобод, является выяснение крите­рия такой классификации и рассмотрение нашего права через призму данного критерия. Существует несколько вариантов классификации прав и свобод гра­ждан.

    Большинство общепризнанных современных подходов к классификации прав и свобод сложились после второй мировой войны и связаны с возникнове­нием и деятельностью ООН. Среди докумен­тов, принятых ООН, наибольший интерес для нашего исследования предс­тавляют Всеобщая декларация прав че­ловека 1948 г. и Международные пак­ты о правах человека 1966 г. Именно в указанных документах впервые бы­ла сформулирована позиция международ­ного сообщества по поводу располо­жения норм о правах человека в структуре данных прав. Были выделены следующие группы прав человека: гражданские права, политические, соци­альные, экономические, культурные.

    Отечественная доктрина конституционного права в качестве основной взяла данную классификацию, а именно распределив конституционные права на пять основных групп: личные, политические, социальные, экономические, культурные [52. С. 164].

    Отнесение конституционного права обвиняемого на защиту в суде (эле­мента права на юридическую помощь) к какой-либо из групп сразу вызывало известные трудности. По мнению И.В. Ростовщикова, "характерно, что все еще дискуссионной остается проблема определения места в системе прав лич­ности тех, которые направлены на охрану других ее прав и свобод. Имеются в виду права на судебную защиту, обращение в межгосударственные правоза­щитные органы, возмещение государством причиненного властью вреда, ква­лифицированную юридическую помощь…" [150. С. 57]. Существовали и существуют раз­личные доктрины по отнесению права на юридическую помощь к какой-либо группе субъективных конституционных прав.

    Согласно одной из них, право на юридическую помощь относят к группе личных прав. Так, группу личных прав подразделяют на две подгруппы: первая, более общая подгруппа, включает такие права, как право на жизнь, право на свободу личности, право на физическую целостность; вторая подгруппа вклю­чает права, конкретизирующие те, которые содержатся в первой подгруппе право на свободу мысли и совести, свободу частной жизни и коммуникаций, уголовно-правовые и процессуальные гарантии личных прав и свобод [76. С. 282]. Право на юридическую помощь относят к процессуальным гарантиям личных прав и свобод.

    Данная классификация в части отнесения к личным правам права на юри­дическую помощь, на наш взгляд, является спорной. Когда в правовой норме Конституции СССР был отображен только один элемент права на получение юридической помощи право обвиняемого на защиту в уголовном процессе, некоторые авторы указывали, что данное право является личным [164. С. 159]. Действи­тельно, в этой форме право на юридическую помощь выражает лишь один ас­пект, охрану личной безопасности в форме свободы от безосновательного об­винения и осуждения. В действующей Конституции Российской Федерации право на юридическую помощь закреплено в полном объеме. И оно, помимо аспекта личной безопасности, стало включать в себя экономическую, социаль­ную, культурную, политическую безопасность. Юридическая помощь должна быть оказана не только при привлечении лица к уголовной ответственности, но и при приеме на работу, возникновении гражданского спора, составления заве­щания и т. д. В данном конституционном изложении право на получение юридической помощи можно отнести не только к личным, но и к экономиче­ским, политическим, культурным или социальным правам.

    Некоторые авторы относили право обвиняемого на защиту в суде к числу политических прав. Свою позицию авторы обосновывают следующим образом: "право обвиняемого на защиту является одним из прав, обеспечивающих не­прикосновенность личности и защиту законных прав и интересов гражданина в уголовном процессе, т.е. в процессе осуществления государственными ор­ганами функций расследования преступлений и правосудия" [130. С. 52].

    Действительно, любое конституционное право, так или иначе, связано с политикой, наполнено политическим смыслом. Не является исключением и право на юридическую помощь. Но определять его исключительно как полити­ческое было бы неверно.

    Во-первых, как и в случае с отнесением права на юридическую помощь к личным правам, расширение содержания права вывело его за рамки не только уголовного процесса, но и действий государственных органов вообще. Дея­тельность адвокатуры, например, никак нельзя назвать иначе как функционированием государственного органа.

    Во-вторых, суть юридической помощи состоит не столько в удовлетворе­нии благ в области политики, сколько в удовлетворении потребностей, возни­кающих у субъектов конституционного права при решении вопросов юридиче­ского характера. Вопросы же юридического характера возникают в области не только политики, но и экономики, образования, культуры и т.д.

    Третье направление в науке выделяет отдельную, шестую группу консти­туционных прав [149. С. 41–41]. Большинство авторов называют эту группу конституцион­ными гарантиями прав и свобод. "Конституция содержит специальные статьи (ст. 45–54), устанавливающие гарантии реализации прав и свобод граждан" [52. С. 247]. В данной группе конституционные гарантии прав и свобод выделяются двумя подгруппами: общими гарантиями прав и свобод человека и гражданина и юридическими гарантиями. Право на получение квалифицированной юридиче­ской помощи относится к последней группе.

    Основанием для выделения шестой группы послужила разработка инсти­тута гарантий прав личности. Вообще, в юриспруденции под гарантиями подра­зумеваются условия и средства, обеспечивающие фактическую реализацию и всестороннюю охрану прав и свобод всех и каждого [223. С. 35]. Одними из разновидно­стей гарантий являются юридические: "Как уже было отмечено, в системе ус­ловий и средств охраны, обеспечения защиты конституционных прав, свобод и обязанностей граждан России важное место принадлежит юридическим гаран­тиям" [59. С. 230–231]. Под юридическими гарантиями понимаются те правовые средства и способы, с помощью которых в обществе обеспечивается гражданам реализа­ция их прав и свобод [216. С. 12; 223. С. 28].

    Выделение института конституционных гарантий авторы обоснованно мотивируют тем, что без соответствующих гарантий, провозглашенные в кон­ституции права и свободы будут носить лишь декларативный характер. Место гарантий в юридической науке определяется в качестве части более общего ин­ститута применения норм права. Нам представляется, что проблема гарантий близка также к вопросу о разделении правовых норм на материальные и про­цессуальные. Процессуальные нормы служат реализации норм материального права и в этой формулировке более близки к понятию гарантий.

    Каково же основание выделения конституционных гарантий прав и сво­бод в отдельную группу? Здесь точки зрения авторов расходятся.

    М.В Баглай отождествляет понятия "конституционные гарантии" и "кон­ституционные обязанности": "Гарантии, в сущности, и есть обязанности при­менительно к государственным правам и свободам – это обязанность государ­ства" [52. С. 246]. Данная позиция представляется спорной.

    Во-первых, права и обязанности это две стороны одной медали. Лю­бому праву противостоит обязанность. Любое конституционное право можно представить как обязанность государства. Почему согласно данному выделе­нию обязанность в обеспечении судебной защиты является для государства большей обязанностью, чем обязанность государства обеспечить достоинство личности?

    Во-вторых, некоторые ученые обоснованно говорят о гарантиях не только прав и свобод, но и обязанностей [156. С. 31]. Обязанность нести военную службу для собственной реализации так же, как и право на образование, требует опреде­ленных гарантий. Нам представляется слишком натянутым отнесение, в част­ности, права на юридическую помощь лишь к конституционным обязанностям государства.

    Следующая доктрина исходит из того, что права, обязанности, гарантии являются лишь элементами правового статуса личности. "Наибольшую необхо­димость в гарантиях права и свободы испытывают потому, что именно они со­ставляют подвижный, динамичный элемент основ правового статуса лично­сти" [59. С. 222].

    Выделение института гарантий как элемента правового статуса личности позволяет лучше проникнуть в суть данного явления. Дальнейшее развитие указанной научной концепции в сторону переложения ее на классификацию конституционных прав и свобод пошло, по нашему мнению, по неверному пути. Как нами уже было изложено, выделена группа конституционных норм, содержащая в себе конституционные гарантии прав и свобод человека и граж­данина. В свою очередь, согласится с данной классификацией довольно трудно.

    Основанием выделения определенных конституционных норм в отдель­ную группу "Конституционные гарантии прав и свобод", явилась их функцио­нальная направленность. "Однако, наряду с таким "попутным" решением про­блемы гарантий прав, Конституция содержит специальные статьи (ст. 45–54), устанавливающие гарантии реализации прав и свобод граждан" [53. С. 225]. Исходя из подобной логики рассуждений, в главе II Конституции Российской Федерации существуют два вида норм, которые содержат или права или гарантии. Эта концепция рождает очевидные возражения.

    Во-первых, в названии главы II Конституции Российской Федерации со­держится упоминание о правах, но о наличии в ней гарантий не указано ничего.

    Во-вторых, некоторые авторы, говоря о функциях отраслевых прав, под­черкивали: "Отраслевые права, свободы и обязанности являются средством реализации конституционных прав, свобод и обязанностей и выполняют по от­ношению к ним функции юридических гарантий" [59. С 167]. Так почему же не распро­странить данный принцип и на конституционные права? Любые конституцион­ные права, в свою очередь являются гарантиями осуществления их самих, а также иных конституционных прав. Это мнение, не раз высказывавшееся в науке конституционного права: "…но есть юридические гарантии, к которым от­носится сам закон (и Конституция)" [169. C. 158], не было учтено при выделении так назы­ваемых прав-гарантий.

    В-третьих, отделение гарантий от конституционных прав поставило по­следние в положение процессуальных, обслуживающих иные конституционные права и свободы. Обоснованно ли выделение данных прав по такому основа­нию? Нам представляется, что нет.

    Индивид в своей деятельности сталкивается с таким положением, когда его отношения регулируются нормами права, а само его действие или бездейст­вие становится юридическим фактом и получает определенную реакцию со стороны иных субъектов права. Указанное взаимодействие происходит в опре­деленном правовом пространстве, которое можно обозначить как правовую сферу. Например, лицо вынуждено обратиться за судебной защитой его прав и свобод, привлекается к уголовной ответственности или претерпевает неблаго­приятные последствия от преступления и злоупотребления властью.

    В работах исследуемых нами авторов данная группа прав отнесена к гарантиям правосудия (ст. 46–54 Конституции Российской Фе­дерации). Действительно, большинство указанных прав начинает действовать только при осуществлении судом правосудия. Но так бывает далеко не всегда. Например, ст. 54 Конституции Российской Федерации устанавливает запрет кон­ституционным обратной силы закона. Указанное право действует не только при рассмотрении дела судом, но и в иных случаях: при привлечении лица к административной, дисциплинарной ответственности, налагаемой должностными лицами. Не только к осуществлению правосудия относится право не свидетельствовать против самого себя, своего супруга и близких родственников (ст. 51 Конститу­ции Российской Федерации), презумпция невиновности (ст. 49 Конституции Российской Федерации). Даже некоторые права, отнесенные конституцией к сфере правосудия, на практике не могут быть ею ограничены. Например, по­чему провозглашенный конституцией принцип "Никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление" не должен действовать в администра­тивном процессе? Даже те конституционные нормы, которые относятся к уре­гулированию уголовного процесса, что и позволило авторам отнести их к га­рантиям правосудия, относятся как к правам лица, привлекаемого к уголовной ответственности в суде, так и на предварительном следствии или дознании (ст. 49, 54 Конституции Российской Федерации). Исследуемое же нами право тем более не является относящимся исключительно к правосудию.

    Все права, предусмотренные ст. 46–54 Конституции Российской Федерации, можно отнести к правам, которые лицо приобретает, сталкиваясь с функционированием правовых норм. Наметки выделения отдельной группы прав по такому основанию, наблюдались нами в работах юристов государст­венного права начала 80-х гг. Так, профессор И.Е. Фарбер одним из право­мочий личных конституционных прав граждан указывает право на юридиче­скую защиту со стороны органов государства и общественных организаций [169. C. 186]. Эти права можно объединить в одну группу прав конституционные права, возникающие при реализации правовых норм. Однако, следуя научной тради­ции не нарушать общепринятой пятизвенной классификации [150. С. 57], конституцион­ные права, возникающие при реализации правовых норм, целесообразно вклю­чить в группу личных прав.

    Рассмотрим место права на юридическую помощь в иных известных классификациях конституционных прав и свобод. К сожалению, не во всех классификациях возможно четко определить место праву на юридическую по­мощь. И хотя некоторыми авторами предлагаются "универсальные" классифи­кации, которые могут стать начальной базой для последующих, более диффе­ренцированных систематизаций, право на юридическую помощь не всегда вписывается в их рамки.

    Такой является, например, классификация Л.Д. Воеводина. Ученый вы­деляет права, свободы и обязанности человека и гражданина: 1) в сфере личной безопасности и частной жизни; 2) в области государственной и общественно-политической жизни; 3) в области экономической, социальной и культурной деятельности [59. С. 184]. Право на юридическую помощь с полным основанием можно отнести к первой, второй, так и к третьей группе.

    Та же ситуация возникает и по классификации В.М. Чхиквадзе, который считает, что права и свободы объединяются в группы на основании того, какие общест­венные отношения они регулируют и какими особенностями они харак­тери­зуются: в экономической жизни общества, в области политической и соци­ально-культурной деятельности, в сфере отношений между людьми, между личностью и обществом, гражданином и государством [244. С. 35]. 

    Н.В. Витрук классифицирует права личности по их социальному содер­жанию и назначению в зависимости от вида благ, которые лежат в их основе, и от вида потребностей и интересов личности, которые удовлетворяются путем их использования [112. С. 20]. Если следовать данной логике рассуж­дений, право на юри­дическую помощь попадает, с точки зрения защищаемого личного блага, к раз­ряду личных прав человека.

    Право на юридическую помощь реализуется в сфере личных отношений, связанных с безопасностью индивидуума, и поэтому относится к группе соци­альных прав. Это право не имеет имущественного материального характера, как, например, право собственности. Оно несет в себе огромную мораль­ную и духовную ценность – жить со знанием того, какой объем прав тебя окружает и как не допустить вторжения в свою сферу безопасности.

    Представляет интерес рассмотрение права на юридическую помощь в свете классификации субъективных прав на частные и публичные [148. С. 179–233; 163. С. 126–134]. Ничто в Конституции Российской Федерации не дает основания отнести право на юри­дическую помощь лишь к публичным правам. Действительно, наиболее важ­ным право на юридическую помощь становится в случаях деятельности субъ­екта в публичной сфере (привлечение к уголовной ответственности, административном задержании и т.п.). Однако юридическая помощь важна и при осуществлении частных отношений, в основу которых положено господ­ство частной собственности50. Сама частная собственность имеет юридическое содержание, а значит, ее существование без юридической помощи является не­возможным.

    По форме осуществления право на юридическую помощь можно отнести как к индивидуальным, так и к коллективным конституционным правам. Как индивидуальное право на юридическую помощь может существовать при ее получении одним лицом (индивидуальное разъяснение нотариусом вопросов наследования). Возможно также осуществление юридической помощи коллек­тивно (заслушивание публичных лекций).

    Рассматривая классификацию прав и свобод человека с точки зрения ге­нерационного основания, современная юридическая наука подразделяет их на три поколения: права первого поколения (гражданские (личные) и политиче­ские права и свободы), права второго поколения (социальные, экономические, культурные) и права третьего поколения (право на мир, право на здоровую ок­ружающую среду, право на достойный уровень жизни, право на развитие, право на пропитание, право на природные ресурсы своей страны, право на общее на­следие человечества и т. д.) [241. С. 18]. Право на юридическую помощь принадлежит к категории прав человека первого поколения. Как нами было изложено в историче­ской части работы, юридическая помощь (в виде права на защитника (адвоката) в суде) как субъективное право сформировалось одним из первых и принадле­жало к личным правам.

    Особенностью права на юридическую помощь является то обстоятель­ство, что оно, с одной стороны, обладая инвариантной частью, со временем по­лучает новые черты. Так, со временем оно приобрело черты социального права (право на бесплатную юридическую помощь). И в этом смысле право на юри­дическую помощь можно смело отнести к категории прав человека второго поко­ления.


    § 2. Взаимодействие конституционного права на юридическую

    помощь с иными конституционными правами

    Право на юридическую помощь и личные права. Находясь в системе субъективных конституционных прав и свобод, право на юридическую помощь существует не автономно, а в окружении иных субъ­ективных конституционных прав, тесно с ними взаимодействуя. Рассмотрим взаимодействие права на юридическую помощь с некоторыми группами кон­ституционных прав.

    Тесная связь прослеживается между правом на юридическую помощь и личными конституционными правами. Как нами было уже изложено, один из элементов права на юридическую помощь право на юридическую защиту первоначально входил в группу личных прав. Порой реализация и защита личных прав (таких, как право на жизнь, личное достоинство, право на частную жизнь и т.д.) вообще невозможны без права на юридическую помощь. Во-первых, право на юридическую помощь позволяет индивиду уяснить, какие правомочия предоставляются ему этими правами. Во-вторых, право на юридическую по­мощь позволяет осуществить защиту этих личных прав.

    Определенная связь прослеживается между правом на юридическую по­мощь и таким личным правом, как право на жизнь. Связь между правом на жизнь и правом на юридическую помощь заключается в том, что реализация одного порой зависит от реализации другого. Естественно, что эта связь не все­гда реализуется непосредственно. Нарушение права на юридическую помощь не может прямо ограничить право на жизнь. Однако непредставление юридиче­ской помощи может привести к тому, что жизнь человека может быть постав­лена под угрозу. Например, отсутствие юридической помощи при трудовом или гражданском споре может привести к смертельным последствиям для проиг­равшего процесс (обнищание, голод, возможный акт суицида). Еще более важна в этом аспекте юридическая помощь в процессе уголовного судопроиз­водства, особенно если в качестве меры наказания лицу грозит высшая мера наказания. Не случайно законодатель предусмотрел в ст. 51 УПК РФ обяза­тельное участие в судебном разбирательстве защитника по делам лиц, обви­няемых в совершении преступлений, за которые в качестве меры наказания может быть назначена смертная казнь. С точки зрения объекта права, данные права совпадают лишь частич­но: право на жизнь включает множество конкрет­ных правомочий, которые подлежат защите, и реализация права человека на юридическую помощь будет являться лишь одним из факторов, которые обес­печат право на жизнь. Для реального обеспечения права на жизнь не­обходимо принять такие меры, как отмена смертной казни, уменьшение смертности в ходе ведения боевых действий, борьба с преступностью, обеспечение надлежа­щего качества окружающей природной среды и т.д. Неполучение юридической помощи является лишь одним из факторов, который может привести к физиче­ской смерти человека. Поэтому право на жизнь в этой части является намного более широким по предмету правового регу­лирования, чем право на юридиче­скую помощь.

    В отличие от права на жизнь право на юридическую помощь рассматри­вает проблему жизни человека в тесной связи с его взаимодействием с юриди­ческой сферой и уровнем возможного негативного воздействия последней на жизнь человека без учета всех иных факторов, исследованию которых посвя­щены работы по праву на жизнь.

    С реализацией права на юридическую помощь тесно связано и другое личное право человека право на личную неприкосновенность. Так, каж­дый пользу­ется правом личной безопасности, чем реализует право неприкосно­веннос­ти личности. Право на юридическую помощь получает невероятно ог­ромную значимость именно при ограничении права на личную неприкосновенность. Именно в момент ограничения свободы лицо, как нико­гда, нуждается в квалифицированной юридической помощи. Именно поэтому законодатель особенно тщательно прописал в Конституции Российской Феде­рации момент предоставления юридической помощи при ограничении свободы. Так, в соответствии с ч. 2 ст. 48 Конституции Российской Федерации момент возникновения у субъектов права на адвоката (защитника) определяется: за­держанному с момента задержания, заключенному под стражу, соответст­венно, с момента заключения, обвиняемому с момента предъявления обви­нения.

    В понятие личной безопасности следует включать в качестве элемента юридическую безопасность, т.е. свободу от возможных негативных воздейст­вий юридической сферы на жизнь, здоровье и имущество. Характерно, что и у права на личную безопасность в целом, и у права на юридическую помощь как одного из фак­торов обеспечения безопасности личности есть множество общих черт. С од­ной стороны, оба права присущи каждому лицу, находящемуся на территории Российской Федерации. В этом их основное отличие от ряда других прав чело­века (например, избирательных), которые принадлежат только граж­данам, или других прав, принадлежащих исключительно определенным соци­альным, возрастным и иным группам. Кроме того, у обоих прав как таковых от­сутствует материально-эко­номическая ценность (в отличие, скажем, от права собс­твенности). Обоими правами субъекты наделены с рождения, и они не мо­гут быть переданы ими другому лицу. С другой стороны, если реализация права на жизнь и личную неприкосновенность происходит без опреде­ленных стадий, т.е. имеет место постоянная, непосредственная реализа­ция данных прав, то право на юридическую помощь начинает действовать только при наличии оп­ределенных юридических фактов.

    Другим правом человека, с которым у рассматриваемого права отмеча­ется определенная связь, является право на охрану здоровья. Эта связь не явля­ется очевидной на первый взгляд. Анализируя соотношение этих двух прав че­ловека, следует отметить как ряд сходных моментов в предмете правового регулирования, так и ряд отличий. Предметом правового регулирования в праве на здоровье являют­ся общественные отношения по поводу такого состояния человека, при ко­тором ему обеспечивается наивысший уровень свободы от бо­лезней и иных видов неблагоприятных воздействий на его состояние любого происхожде­ния. Известно, что состояние здоровья как отдельного человека, так и нации зависит от целого комплекса причин. К ним обычно относят уровень жизни, качество потребляемых продуктов, образ жизни самого человека, со­стояние системы здравоохранения в стране, состояние окружающей при­родной среды и другие аспекты. Распределение большинства указанных благ происхо­дит через юридическую сферу. Сама система медицинского страхования закре­пляется в нормах права. И чтобы наиболее полно воспользоваться указанными благами, являющимися содержанием права на охрану здоровья, необходимо получить юридическую помощь. В любом случае представляется очевидным, что реальное обеспечение здоровья человека невозможно без обеспечения над­лежащей юридической помощи. Обеспечивая такое качество, решается лишь один из множества аспектов реализации права на охрану здоровья. Реали­зация же остальных зависит от других причин, в частности от уровня экономического развития страны.

    Таким образом, в праве на юридическую помощь объектом правового ре­гулирования являются общественные отношения не по поводу обеспечения ка­чественного состояния здоровья людей как тако­вого, а по поводу предоставле­ния субъекту возможности достичь этого благоприятного состояния. Принципиальная разница между этими дву­мя правами заключается в различ­ном объекте правового регулирования. Субъекты обоих прав в принципе сов­падают: ими являются все лица, независимо от нации, расы, возраста, место жительства и т.д. субъект права на здоровье и права на юридическую помощь это конкретное лицо.

    Право на получение юридической помощи тесно взаимодействует с субъ­ективным конституционным правом на частную жизнь. Частная жизнь это стороны личной жизни человека, которые он не желает делать достоянием дру­гих. Через реализацию права на юридическую помощь лицо определяет для себя сферу личной жизни, охраняемую законом, осуществляет ее охрану. Спе­цифика взаимодействия этих прав заключается в том, что, оказывая юридиче­скую помощь, лицо само подчас невольно вторгается в частную жизнь лица, получающего юридическую помощь. Специально для этого случая предусмот­рен механизм взаимодействия этих прав. Так, в соответствии с Уголовно-про­цессуальным кодексом РФ не могут допрашиваться в качестве свидетеля за­щитник обвиняемого, адвокат об обстоятельствах, которые им стали известны в связи с исполнением ими обязанностей представителя.

    Как представляется, одним из условий реализации права на юридическую помощь является реализация права человека и гражданина на ин­формацию, ко­торая должна быть полной и достоверной. Право человека на информацию от­носится к числу политических прав человека, его реализация происходит в сфере политической свободы. Право на полную и достоверную юридическую информацию является составной частью более широкого по содержанию права на информацию вообще. В состав последнего входит право каждого на получе­ние точных и достоверных сведений от других лиц и компетент­ных государст­венных органов, касающихся вопросов осуществления его прав и свобод, а также на поиск, получение и иное распространение ин­формации и т.д. Тем не менее, с точки зрения субъекта, данные права име­ют много похожего: право на информацию это отдельное конституционное право, а право на получение достоверной юридической информации является лишь элементом права на ин­формацию. Субъектами обоих являются все лица, имеющие право на получение сведе­ний о состоянии своих прав и свобод и проблем на пути их реализации. Значение информированности граждан и государств во всех сферах, в частно­сти в сфере реализации права на юридическую помощь, заключается в широкой юридической информированности населе­ния.

    Следовательно, у рассматриваемого права прослеживает­ся определенная схожесть с политическими правами человека, проявляющаяся в том, что поли­тические права также являются неимуществен­ными правами, однако у них от­сутствует высокое нравственное содержа­ние, как у данного права. Другой ас­пект тесной связи между ними в том, что благодаря реализации политических прав человека и установлении демократического режима, закон­ности и правопорядка право на юридическую помощь может реализо­ваться, как, впрочем, и все остальные права человека и гражданина.

    Право на юридическую помощь и экономические, социальные, культурные права. Не менее тесной является связь этого права с группой экономических, со­циальных и культурных прав человека. Экономическая жизнь страны регулиру­ется правовыми нормами, поэтому знание этих правил важно для лиц, участвующих в гражданском обороте. Именно поэтому юридическая по­мощь так важна для реализации таких экономических прав, как право на эко­номическую деятельность, право частной собственности.

    Взаимодействие юридической помощи и социальных прав заключается в том, что юридическая помощь, в некоторых своих аспектах, сама обладает эле­ментами социального права. Так, право на получение юридической помощи бесплатно является социальным правом, так как позволяет неимущим слоям населения получать такое социальное благо, как юридическую помощь. Без юридической помощи получение и реализация таких социальных прав, как тру­довое право, право на социальное обеспечение, право на жилище не только за­труднительны, но порой и невозможны.

    Определенная связь видна и между правом на юридическую помощь и культурными правами человека. Первостепенное место в связи права на юри­дическую помощь и культурных прав следует отвести его связи с правом на об­разование. Массовое осуществление последнего является непременным усло­вием культурного и научного процветания страны и имеет огромное значение для реализации всех групп прав, особенно рассматриваемого, имеющего ог­ромный духовный и нравс­твенный смысл. Нормальное его осуществление воз­можно только при доста­точно высоком уровне общей и юридической культуры. Так, защита данного права предполагает понимание субъектом его сути, знание механизма и стадий его защиты, органов государственной власти, к которым следует обращаться за необходимой информацией, и т.д.


    Право на юридическую помощь и права-гарантии. Право на получение юридической помощи, являясь правом юридической сферы, особо тесно взаимодействует с иными правами данной группы консти­туционных субъективных прав: правом на судебную защиту, правом потерпев­ших от преступлений, презумпцией невиновности, правом, освобождающим лицо от обязанности доказывать свою невиновность.

    Право на судебную защиту характеризуется тем, что при его осуществле­нии появляется не только основание для реализации права на юридическую по­мощь, но и то, что последнее всегда реализуется. Лицо, обратившееся за судеб­ной защитой, может и не воспользоваться услугами защитника или представителя, но в любом случае он получит юридическую помощь от судьи в процессе заседания по делу. С другой стороны, именно юридическая помощь является той силой, которая позволяет направить отношения, возникшие по по­воду нарушения прав и свобод, в русло судебной защиты. Без юридической по­мощи лицо просто не сможет воспользоваться таким механизмом защиты своих прав, как юридическая помощь.

    Право потерпевших от преступлений и право на юридическую помощь довольно активно взаимодействуют в ходе уголовного процесса. Так, некото­рые авторы одним из правомочий жертв преступлений выделяют право на по­лучение правовой помощи. Раскрывая право на получение правовой помощи потерпевшим, авторы указывают: "На мой взгляд, содержанием данного права является возможность потерпевшего получить информацию о своих правах (праве на доступ к правосудию, праве на возмещение вреда и т.п.) от должно­стного лица, органа расследования или суда и возможность воспользоваться услугами представителя (адвоката) в период предваритель­ного следствия, су­дебного рассмотрения до момента прекращения ре­ализации всего комплекса принадлежащих ему прав" [249. С. 100].

    Презумпция невиновности включает в себя тот аспект, что привлекаемый к ответственности еще не есть виновный и потому для осуществления своей защиты может пользоваться правом на юридическую помощь. Непризнание презумпции невиновности неизбежно связано с отрицанием или нивелирова­нием права на защиту [245. С. 23]. Лицо, привлекаемое к юридической ответственности, необычайно остро нуждается в помощи, в частности, в юридической.

    Предусмотренное конституцией право, освобождающее лицо от обязан­ности доказывать свою невиновность, взаимодействует с правом на юридиче­скую помощь в двух аспектах. Во-первых, лицо получает юридическую помощь в виде информации о том, что оно не обязано что-либо доказывать о своей не­виновности. Во-вторых, в научной литературе дискутируется вопрос о том, что если на обвиняемого нельзя возлагать обязанность доказывания, то распростра­няется ли этот запрет на защитника? С одной стороны, высказывалось мнение, что "участие защитника в показывании с целью выяснения обстоятельств, оп­равдывающих обвиняемого или смягчающих его вину, имеет юридически обя­зательный характер" [162. С. 547]. Иные авторы высказывают противоположное мнение [158. С. 174]. Нам представляется очевидным тот факт, что у защитника перед лицом обви­няемого существует обязанность предоставлять последнему юридическую по­мощь. С другой стороны, в какой форме (активной или пассивной) эта помощь будет оказана дело самого лица, ее оказывающего. Непременным ее условием является эффективность юридической помощи.

    Подводя итоги взаимодействия права на юридическую помощь с иными конституционными правами, следует отметить, что последнее нашло в ней свое достойное место. Право на юридическую помощь не конфликтует ни с одним конституционным правом. Более того, полная реализация некоторых конститу­ционных прав без юридической помощи невозможна.


    Глава 6. ПРИНЦИПЫ ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ

    ЮРИДИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ


    § 1. Понятие и виды принципов предоставления

    юридической помощи

    Под принципами предоставления юридической помощи понимается со­вокупность фундаментальных правил, регулирующих взаимодействие лица, по­лучающего и предоставляющего юридическую помощь, а также взаимодейст­вие их с третьими лицами. Любая отрасль или институт права стремятся выработать свои принципы. Это относится и к институту юридической по­мощи. Одной из особенностей принципов является трудность в их формальном закреплении. И хотя некоторые отрасли права и закрепляют свои отраслевые принципы в нормативных актах (уголовное, гражданское право), прослежива­ется тенденция в предпочтительном закреплении этих фундаментальных право­вых норм в обычных источниках (международное право, общие принципы права и т.п.).

    Нам представляется, что принципы обладают двойной функцией. Во-пер­вых, они формируют сам правовой институт права на получение юридической помощи. Как правило, это происходит следующим образом. После создания правовой нормы, последняя должна быть включена как в систему права в це­лом, так и в систему правового института в частности. Если же правовая норма противоре­чит какому-либо из принципов, она отторгается от правовой сис­темы. Во-вто­рых, принципы сами являются правовыми нормами и непосредст­венно регули­руют отношения, связанные с предоставлением юридической по­мощи.

    В научной литературе известны попытки выявления принципов адвокат­ской деятельности. Так как адвокатская деятельность тесно связана с деятель­ностью по оказанию квалифицированной юридической помощи, кратко приве­дем эти, выделяемые авторами, принципы.

    Так, зайцев И.М. выделяет принципы, обращенные к любому и каждому адвокату. Так как автор не дает сами термины, обозначающие эти принципы, а описывает, приведем их в сокращенном варианте:

    действие адвоката в рамках полученных полномочий;

    максимально полное обеспечение интересов и прав доверителя;

    проявление творческого отношения к делу;

    юридическая обоснованность каждого составленного процессуаль­ного документа;

    положительность результатов деятельности адвоката51.

    Авторы учебника "Адвокатура в Российской Федерации" приводят сле­дующие принципы в качестве ориентиров адвокатской деятельности: закон­ность, самоуправление, коллегиальность в руководстве, независимость адвока­туры, соблюдение адвокатской этики52.

    Некоторые авторы выделяют подвиды принципов, регулирующих отдель­ные виды адвокатской деятельности. Например, выделяют принципы отноше­ний между адвокатом и клиентом: доверительность отношений, тщательное изучение дела, сотрудничество, порядочность, профессионализм, конфиденци­альность, этичность53.

    Попытаемся предложить свою классификацию принципов предоставле­ния квалифицированной юридической помощи. Исходя из деления всех право­вых принципов на общеправовые, межотраслевые и отрас­левые, можно выде­лить три группы принципов права на получение юридиче­ской помощи: общие, смежные, специальные.

    Общие принципы свойственны любой правомерной социальной дея­тельности. Традиционно выделяют следующие основные принципы права: за­конность, справедливость, гуманизм [160. С. 150]. Рассмотрим эти принципы примени­тельно к деятельности по оказанию квалифицированной юридической помощи.

    Законность. Лицо, оказывающее юридическую помощь, должно осущест­влять свою деятельность исключительно в рамках требования правовых норм. Ведь благодаря деятельности этого лица, закон из формального требо­вания превращается в регулятор общественных отношений. Нельзя не приме­нять закон, мотивируя это тем, что последний устарел и не отвечает потребно­стям общества. Однако применительно к деятельности лиц, оказывающих юридическую помощь, возникают некоторые нравственно-этические проблемы, связанные с соблюдением принципа законности. Это в основном относится к деятельности адвокатов. Так, если интересы клиента идут в разрез с требова­нием закона, то принцип законности вступает в конфликт с не менее важным принципом – интересы клиента превыше всего.

    Необходимо отметить, что противоречие принципов не является чем-то экстраординарным в праве. Например, в международном праве известен конфликт между принципом права наций на самоопределение и территориаль­ной целостности государства. Нам представляется, что профессионализм лица, оказывающего юридическую помощь, заключается именно в умении пройти по грани между этими принципами, не нарушив ни один из них.

    Справедливость. Существует множество определений справедливости. Например, справедливость как диалектическое сочетание элементов равенства и неравенства. Нам представляется, что принцип справедливости есть связую­щее звено между моральными и правовыми нормами. Порой буквальное при­менение формальных правовых норм, может привести к неблагоприятным со­циальным последствиям. Право необходимо применять через призму справедливости. Применительно к оказанию юридической помощи принцип справедливости можно рассматривать как определенное требование к лицу, оказывающему юридическую помощь. Это лицо должно ответить на следую­щий вопрос: каков будет поступок клиента, который совершит его в ре­зультате оказания юридической помощи?

    Гуманизм. Лицу, оказывающему юридическую помощь в своей деятель­ности, приходится сталкиваться с ситуациями, когда он, не нарушая требования правовых норм, все же может причинить огромный социальный вред.

    Пример. Молодая женщина пришла к адвокату за советом о взыскании алиментов со своего мужа и его родителей. Выслушав все обстоятельства дела, адвокат понял, что семью еще можно спасти. Подача искового заявле­ния начисто перечеркнет эту возможность. Исходя из своих финансовых ин­тересов, адвокату было "выгодно" убедить клиентку подать исковое заявле­ние. Принцип же гуманизма не позволил ему получить гонорар в данной ситуации.

    Смежные принципы свойственны определенной группе смежных пра­воотношений. К такому смежному принципу, применительно к праву на оказа­ние квалифицированной юридической помощи можно выделить принцип со­стязательности. Одним из факторов, влияющим на функционирова­ние института квалифицированной юридической помощи в конституционном, гра­жданском, уголовном, административном судопроизводстве, является раз­витие принципа состязательности. Принцип активной роли суда в выявлении обстоя­тельств дела, прав и обязанностей сторон уходит в историю граждан­ского про­цесса. Изменение ст. 50 Гражданско-процессуального кодекса РСФСР, при­нятие нового Гражданско-процессуального кодекса РФ исключив­шее обязанность суда принимать все предусмотренные зако­ном меры для все­сто­роннего, полного и объективного выяснения действитель­ных обстоятельств дела, не ограничиваясь представленными материалами и объяснениями; соби­рание доказательств по своей инициативе свидетельствует об этом напрямую. Законодатель, последовательно проводя в гражданский про­цесс принцип состя­зательности, в большей части отводит суд от обязанности оказывать сторонам дела юридическую помощь. Образовавшийся пробел в предоставлении юриди­ческой помощи должен быть заполнен.

    Для иллюстрации необходимости юридической помощи в гражданском процессе можно привести следующий пример. В ранее действующем Граждан­ском кодексе РСФСР в ст. 82 была закреплена норма, обязывающая суд, неза­висимо от заявления сторон применить исковую давность. В ныне действую­щем Гражданском кодексе Российской Федерации в статье 199 указано, что исковая давность применяется судом только по заявлению сторон в споре. На практике создаются ситуации, когда суд выносит решение по требованиям, срок давности которых давно истек, так как суд не обязан напоминать о данном гражданском институте, а сторона попросту о нем и не знала. Значи­тельная часть обязанностей суда по оказанию юридической помощи должна перейти к квалифицированному, опытному в вопросе гражданского судопроиз­водства представителю.


    § 2. Специальные принципы права на получение

    юридической помощи

    К специальным принципам права на получение юридической помощи от­носятся те правовые принципы, которые действуют преимущественно в Пове­ренном праве. Особым элементом права на юридическую помощь являются полномо­чия, вытекающие из взаимодействия лица, получающего юридическую помощь, и лица, оказы­вающего ее. Как нами уже было изложено выше, при реа­лизации права на юридическую помощь происходит тесное сближение лица получаю­щего, и лица, оказывающего юридическую помощь, не только "дело­вое", но и духовное. Некоторые авторы очень тонко подметили психологиче­скую связь между лицом, получающим юридическую помощь, и лицом, ее пре­доставляю­щую: "Иначе невозможно обеспечить доверительность в отношениях подозре­ваемого и обвиняемого с защитником, без которой обращение за помо­щью к адвокату во многом теряет смысл" [173. С. 130].

    Характер и степень такого сближения не могли остаться незамеченными и повлекли за собой возникновение отдельной группы правомочий права на по­лучение юридической помощи. В эту группу входят: право на свободный дос­туп к лицу, оказывающему юридическую помощь; право на свободный выбор этого лица; право на свободное общение с ли­цом, оказывающим юридическую помощь; презумпция предоставления более квалифицированной юридической помощи лицами адвокатской профессии; право на конфиденциальное обще­ние с лицом, оказывающим юридическую помощь; право наделять лицо, оказы­вающее юридическую помощь, особыми правами и принципы, направленные на создание условий для действенного оказания лицом юридической помощи.

    Право на свободный доступ к лицу, оказывающему юридическую помощь. Лицо имеет право по своему желанию беспрепятственно получать квали­фицированную юридическую помощь. Право на свободный доступ к адвокату заключается в правомочии воспользоваться услугами юриста в любой момент и при любых обстоятельствах. Лицо может быть ограничено в свободе передви­жения, быть признанным ограниченно дееспособным или недееспособным во­обще, но быть ограниченным в доступе к юристу оно не может. В уголовном процессе это выражается в праве на доступ к защитнику, в гражданском в праве на ведение дел через своего представителя.

    Особо строго этот принцип применяется при оказании юридической по­мощи отдельным категориям граждан. Например, согласно Закону РФ "О пси­хиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" от 2 июля 1992 г. администрация и медицинский персонал психиатрического стационара обязаны создать условия для осуществления прав пациентов и их законных представителей, предусмотренных Законом, в том числе обеспечить условия для переписки, направления жалоб и заявлений пациентов в органы представи­тельной и исполнительной власти, прокуратуру, суд, а также адвокату.

    Право на свободный доступ к лицу, оказывающему юридическую по­мощь, является важнейшей гарантией осуществления этой деятельности. Это право-гарантия зафиксирована в большинстве поверенных законодательств различных государств. Однако здесь возможны ограничения.

    Так, в Германии органы юстиции вправе прервать связь заключенного с внешним миром, включая письменное и устное общение защитника с обвиняе­мым, если правительство земли, или определенный им высший орган земли, или федеральный министр юстиции признают наличие трех оснований: реаль­ной опасности здоровью, жизни или свободе граждан; обоснованными опреде­ленными фактами подозрения, что таковая опасность исходит от террористиче­ской организации; необходимости в целях защиты от этой опасности разрыва связи с лицами, которые находятся в заключении и обвиняются в преступлении, предусмотренном § 129а УК Германии.

    Подобные полные ограничения общения клиента со своим адвокатом предусмотрены законодательством и других государств. Например, в Бельгии судья может предписывать полную изоляцию арестованного в течение первых трех суток. В Англии администрация тюрьмы может запретить свидания за­щитника с обвиняемым по обстоятельствам, связанным с деятельностью мест заключения. В Нидерландах по определенной категории преступлений защит­нику может быть запрещено на срок до шести дней посещать тюрьму и встре­чаться с подзащитным. По датскому, нидерландскому и шведскому законода­тельствам предусмотрено полное запрещение контактов со ссылкой на крайнюю необходимость.

    В России на сегодняшний день нет правил, ограничивающих доступ ад­воката к своему клиенту. На практике, органы следствия порой отказывают ад­вокату в доступе к своему клиенту, мотивируя это отсутствием технических возможностей (отдельной комнаты, конвоя и т.п.).

    Может ли право на доступ к лицу, оказывающему юридическую помощь обратиться в свою противоположность – обязанность? Согласно российскому законодательству, да. Например, предоставление адвокатских услуг помимо желания лица допускается в отношении: несовершеннолетних, недееспособ­ных, привлекаемых к отдельным видам уголовного наказания. Применение по­добной "принудительной" юридической помощи обусловливается тремя фак­торами.

    Во-первых, недееспособные и ограниченно дееспособные лица в силу своих психических способностей не могут адекватно оценить свою нуждае­мость в квалифицированной юридической помощи. Эти лица легко внушаемы, и потому легко могут согласиться с доводами о том, что получение ими юри­дической помощи в конкретной ситуации для них является излишней.

    Во-вто­рых, когда лицу угрожает особая опасность со стороны государства (тяжкое уголовное наказание), мощному государственному карательному механизму должен быть противопоставлен квалифицированный юридический помощник. В данном случае квалифицированная юридическая помощь должна быть ока­зана не только в интересах самого привлекаемого лица, но и общества в целом. Гражданское общество в этом случае посредством лица, оказывающего юридиче­скую помощь, фактически контролирует деятельность карательных государственных органов.

    В-третьих, реализуется вышеизложенный принцип – принцип состязательности.

    Итак, право на получение доступа к лицу, оказывающему юридическую помощь, наступает у лица с того момента, с которого оно почувствует в ней не­обходимость.

    Право на свободный выбор лица, оказывающего юридическую помощь. Право на свободный выбор лица, оказывающего юридическую помощь, заключается в праве свободно избирать лицо, оказывающее юридическую по­мощь. Этот принцип выражается в нескольких аспектах.

    Право на выбор конкретного юридического помощника. Например, клиент может заключить соглашение с любым адвокатом, имеющим право заниматься адвокатской деятельностью на территории России. В некоторых случаях, лицо может выбрать в качестве лица, оказывающего юридическую помощь любого, даже не обладающего юридической профессией.

    Запрет навязывания лица, оказывающего юридическую помощь. Клиенту не могут быть навязаны услуги конкретного адвоката. К сожалению, данный принцип не всегда находит свое воплощение. Большинство прецеден­тов, пуб­ликуемых в бюллетене Верховного Суда РФ, посвящено именно вопро­сам на­рушения права на свободный выбор защитника.

    Так, некто Ефимов заключил соглашение с адвокатом Ш. о защите своих интересов на предварительном следствии. Однако при предъявлении обвинения адвокат Ш. без достаточных к тому оснований участия в деле не принимал. Прокурор посчитал, что адвокат Ш. не имел возможности участвовать в деле, фактически отказался от защиты, и обвиняемому были предложены другие за­щитники-адвокаты Л. и Ч. Верховный Суд РФ не согласился с доводами проку­рора. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ 24 мая 1995 г. указала, что согласно материалам дела адвокат Ш. в деле не участвовал, так как был занят в процессах по другим уголовным делам. Таким образом, участие адвоката Ш. в деле по обвинению Ефимова было невозможно, и этот срок не является длительным, исключающим участие Ш. в деле. При таких обстоятель­ствах право Ефимова на защиту было нарушено54. В дальнейшем судебная прак­тика также жестко отстаивала право на выбор лица, оказывающего юридиче­скую помощь. Так, органы следствия, ссылаясь на то, что избранный обвиняемым Туром адвокат ранее проявлял безответственность при исполне­нии своих обязанностей, привлекли еще одного адвоката для участия в выпол­нении требований ст. 201 УПК РСФСР. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ 10 марта 1999 г. пояснила, что обвиняемый Тур заключил соглашение о его защите с конкретным адвокатом, поэтому любая замена за­щитника должна согласовываться с обвиняемым, чего следователь не сделал55.

    Запрет устранения адвоката от представления интересов своего клиента. Любое лицо имеет право пользоваться услугами выбранного им адвоката. Зако­нодательства ряда государств предусматривают законную возможность прину­дительного отстранения адвоката от защиты интересов своего клиента. Это возможно из общественных или личных интересов клиента.

    В случае возникновения каких-либо угроз общественным интересам, адво­кат может быть исключен из процесса. Например, Германское законодатель­ство предусматривает пять групп таких оснований:

    если защитник подозревается в том, что совестно со своим подзащитным участвовал в совершении преступления;

    если существует достаточное подозрение в том, что защитник злоупот­ребляет общением с обвиняемым, находящимся под стражей, и тем самым соз­дает существенную угрозу совершения преступления;

    если существует достаточное подозрение в том, что защитник злоупот­ребляет общением с обвиняемым, находящимся под стражей, и таким образом создается большая угроза безопасности места заключения;

    если участие защитника по определенным делам о защите государства угрожает безопасности Федеративной республики Германия;

    если предметом производства по уголовному делу является преступление о создании террористических организаций и участия в них.

    Законодательства иных государств также содержат основания исключе­ния защитника из процесса. В Дании вопрос об исключении защитника из про­цесса решает компетентный суд во всех стадиях уголовного судопроизводства. В Англии защитник может быть исключен судом только из участия в стадии судебного разбирательства. Подобные положения закреплены в швейцарском и французском законодательстве.

    Возможно исключение адвоката из дела в случае нарушения личных инте­ресов клиента. Так, если у адвоката возник конфликт интересов, личная пред­взятость или предубежденность, которые препятствуют активному и полному представлению интересов клиента, адвокат не может представлять этого кли­ента.

    В российском законодательстве, так же как и в случае с принципом на доступ к адвокату, нет формальных возможностей устранить адвоката от своего клиента. Однако попытки создания института ограничения на доступ к адво­кату в судебной практике уже предпринимаются. Так, Мосгорсуд отстра­нил от участия в судебном процессе по делу четырех девушек, обвиняемых в соверше­нии взрывов у здания приемной ФСБ, одного из защитников подсуди­мых. Гра­жданки Р., Р., Н. и Н. обвинялись ФСБ РФ в причастности к деятель­ности экс­тремистской организации "Новая революционная альтернатива" (НРА). В ходе судебного заседания, федеральный судья К. удовлетворил хода­тайство гособ­винителей и отстранил от участия в слушаниях Р. – защитника подсудимой Р. По утверждению суда, такое решение последний был вынужден принять в связи с "систематическим нарушением адвоката Р. порядка в судеб­ном заседании и его неподчинением распоряжениям председательствующего, а также за неува­жение к суду и умаление авторитета судебной власти"56.

    К принципу свободы выбора лица, оказывающего юридическую помощь, относится вопрос и о количестве лиц, которых лицо может привлечь для юри­дической защиты. На сегодняшний день, в российской правовой системе нет формальных ограничений о количестве юридических помощников. Вопрос же о количестве этих лиц, одновременно допущенных до оказания юридической по­мощи одному клиенту зарубежными законодательствами, решается неоднозначно. Речь здесь идет в основном о количестве адвокатов, которые могут одновре­менно оказывать юридическую помощь одному клиенту. В большинстве госу­дарств количество адвокатов, которых обвиняемый может нанять для своей за­щиты, не ограничено. Однако есть и исключения.

    Вообще, практика показывает, что участие в деле нескольких адвокатов целесообразно в больших и сложных процессах. Однако при активном участии в деле нескольких адвокатов нередко судьи бессильны противостоять потоку ходатайств защитников, господствующих в процессе. Следствием этого, как считают некоторые законодатели, стало бесконечное принесение жалоб и пред­намеренная затяжка процессов. Именно поэтому, законодатели ряда государств внесли в законы ограничения, касающиеся количества адвокатов, защищающих одного своего клиента. Например, абз. 2 § 137 УПК Германии гласит: "… число избранных защитников не должно превышать трех" В Федеральном верховном суде Швейцарии и в Верховном суде Италии защиту одного подсудимого могут осуществлять не более двух защитников. В Англии количество участвующих в судебном заседании адвокатов не ограничено, но право заявлять ходатайство о выступлении в судебных прениях могут только двое [185. С. 60–61].

    Необходимо отметить, что любое право не может быть безмерным. Право это всегда мера возможного поведения. Подлежит ограничению и право на выбор лица, предоставляющего юридическую помощь. Возможность выбора, например адвоката, ограничивается финансовой возможностью клиента т. е. если клиент не может оплатить услуги желаемого им адвоката, он не может претендовать на получение именно от него юридической помощи.

    Право на достоверную информацию от­носительно полномочий лица, предоставляющего юридическую помощь. Одним из элементов права на свободный выбор лица, оказывающего юридическую помощь, является право на достоверную информацию относи­тельно полномочий лица, предоставляющего юридическую помощь. Так, при рассмотрении уголовного дела защиту осуществлял помощник адвоката. Своим определением Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ определила, что помощник адвоката мог быть допущен судом в качестве за­щитника, но при наличии доверенности от подсудимого и его письменного или устного ходатайства. В данном случае помощник адвоката был представлен в качестве адвоката, т.е. осужденный был введен в заблуждение относительно его полномочий. Суд посчитал это как оставление осужденного без квалифици­рованной юридической помощи57.

    Презумпция предоставления более квалифицированной юриди­ческой помощи лицами адвокатской профессии. Как нами уже было отмечено, в ряде государств оказание любого вида юридической помощи является исключительной прерогативой адвокатов (Из­раиль). В других, фактическая монополия адвокатов закреплена лишь по отно­шению к судебному представительству (Швей­цария) и т. п.

    В России исключительно адвокатами юридическая помощь оказывается лицам, на стадии предварительного расследования по уголовному делу, в каче­стве представителей в конституционном судопроизводстве (за исключением юристов обладающих научной степенью), в качестве представителей юридиче­ских лиц в арбитражном судопроизводстве.

    Право на конфиденциальное общение с лицом, оказывающим юридическую помощь. Право на конфиденциальное общение с лицом, оказывающим юридиче­скую помощь, заключается в том, что общение лица, оказывающего юридическую помощь, и лица, по­лучающего ее, не может быть разглашено третьим лицам без согласия последнего. Данное право закреплено, в частности, ст. 47 Уго­ловно-процессуального кодекса РФ, согласно которому защитник обвиняемого может иметь свидания с обвиняемым наедине. Или право находиться вне "пре­делов слышимости" при беседах со своим защитником в стенах следственного изолятора. Первый Конгресс Организации Объединенных Наций 30 августа 1955 г. принял резолюцию, содержащую Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, которые, в частности, в ст. 93, указывают, что сви­дания заключенного с его юридическим советником должны происходить на глазах, но за пределами слуха сотрудников, полицейских или тюремных орга­нов [72. С. 118]. Кроме того, Восьмой Конгресс Организации Объединенных Наций утвер­дил Основные принципы, касающиеся роли юристов, где в ст. 22 прави­тельства признают и обеспечивают конфиденциальный характер любых сношений и консультаций между юристами и их клиентами в рамках их про­фессиональных отношений [72. С. 184].

    Особенно жестко правило о конфиденциальности прослеживается в дея­тельности адвоката. Этот принцип оформился в институт адвокатской тайны. Адвокатской тайной являются любые сведения, связанные с оказанием адвока­том юридической помощи своему доверителю. В понятие "адвокатская тайна" входят:

    сведения о самом факте обращения клиента к адвокату;

    сведения, полученные в процессе общения адвоката и клиента;

    сведения, полученные адвокатом в ходе адвокатского расследования по делу клиента;

    тайна финансового соглашения адвоката и клиента.

    Право наделять лицо, оказы­вающее юридическую помощь, осо­быми правами. Смысл данного принципа довольно обширен и выражается в обязанно­сти уполномоченных лиц совершать определенные действия по отношению к лицу, оказывающему юридическую помощь.

    Лицо, оказывающее юридическую помощь, должно быть извещено о времени и месте, где его клиенту понадобится квалифицированная юридиче­ская помощь. Так, защиту Ершова осуществ­лял адвокат К., который на приго­вор суда подал кассационную жалобу. Од­нако ад­вокат о дне рассмотрения дела в кассационной инстанции извещен не был. Более того, к этому времени К. не мог участвовать в кассационной инстанции в качестве защитника. Пре­зидиум Верховного Суда Удмуртской Республики посчитал это нарушением права Ершова на защиту58.

    К правам, вытекающим из взаимодействия лица, получающего юридическую помощь, и лица, оказывающего ее, относится также право лица, оказываю­щего юридическую помощь, обращаться в государственные и иные органы за информацией, необходимой для предоставления юридической помощи. Кон­ституция Российской Федерации, международно-правовые акты по правам че­ловека, федеральные законы требуют от государства предоставления лицам адекватных гарантий защиты их прав и свобод. Из ст. 48 Конституции Россий­ской Федерации следует право каждого на получение квалифицированной юридической помощи. В соответствии с законом, адвокат имеет право запра­шивать справки, характеристики и иные документы, необходимые в связи с оказанием юридической помощи из государственных и общественных органи­заций, которые обязаны в установленном законом порядке выдавать эти доку­менты или их копии. К сожалению, данное правомочие реализовать не всегда возможно. Так, при обращении с запросом в медицинские учреждения, послед­ние мотивируют свой отказ врачебной тайной, силовые органы ведомствен­ной конфиденциальностью информации.

    Принципы, направленные на создание условий для действенного оказания лицом юридической помощи. Лицу, оказывающему юридическую помощь, должно быть обеспечено по­ложение, при котором оно сможет осуществлять свою деятельность без запугивания, препятствий, беспокойства и неуместного вмешательства. К этим принципам относятся: свобода высказывания своего мнения по делу, несмешивание лич­ностей лица, получающего юридическую помощь, и лица, предоставляющего ее, особая правовая защита лиц, предоставляющих юридическую помощь. Последний из указанных принципов будет озвучен при рассмотрении гарантий права на юридическую помощь, в настоящем же параграфе мы остановимся на освещении двух первых принципов.

    Свобода высказывания. В процессе оказания юри­дической помощи, особенно при осуществлении такого его элемента как пред­ставительство, адвокат осуществляет свою деятельность в форме письменного или устного высказывания. Вообще, свобода высказывания является элементом правового статуса личности, которая закреплена в ст. 29 Конституции РФ. Согласно последней, никто не может быть принужден к отказу от выражения своего мнения и убеждения. Также гарантируется право свободно распространять информацию. Однако свобода высказывания, как и другие права и свободы, подчиняется общему правилу, согласно которому оно действует до тех пор, пока не нарушаются другие права или общественные интересы. Свобода высказывания потенциально может нести угрозу таким ценностям, как социальное, расовое, национальное или религиозное спокойствие в обществе, государственная или коммерческая тайна и т. п. В правоприменительной практике в процессе реализации свободы высказывания наиболее часто нарушаются права на честь, достоинство, доброе имя, деловую репутацию. В этой связи необходимо отметить, что рамки действия свободы высказывания для лиц юридической профессии, в частности, адвокатской, несколько шире, чем у иных субъектов этого права. Попытаемся обозначить этот "увеличенный" объем свободы высказывания для лиц адвокатской профессии.

    Как уже было указано, свобода высказывания таит в себе потенциальную угрозу умалению чести и достоинству. Непростое взаимодействие этих прав изучается в рамках такой правовой категории как диффамация. Диффамация – это правонарушение, состоящее в причинении вреда репутации или чести посредством произнесения слов или их публикации, побуждающее других людей осуждать его, относиться к нему отрицательно. В основном проблемы диффамации изучаются в рамках деятельности средств массовой информации. Однако публичность профессии юриста ставит диффамационные проблемы и перед лицами этой профессии. Например, в процессе публичного высказывания в суде, адвокат мо­жет совершить акт диффамации по отношению к своему процессуальному про­тивнику. Является распространенным случаем, когда адвокат заявляет в суде о невиновности своего подзащит­ного и указывает на то, что органы следствия привлекли заведомо невиновного к уголовной ответственности. Или, например, адвокат заявляет, что ответчик (истец, сви­детель) говорит не­правду и т. п. В приведенных случаях адвокат умаляет честь работников орга­нов следствия или сторон по делу. Действует ли здесь свобода высказывания или уже перейдена грань, после которой право на честь и достоинство является доминирующим? Попробуем определиться.

    В высказывании адвоката можно выделить два элемента: изложение фактического материала и его личного мнения (возможны варианты, когда высказывание состоит из одного элемента, в этом случае оно будет усеченным). Поочередно рассмотрим эти два элемента свободы высказывания.

    Свобода высказывания личного мнения. Что же предписывают правовые нормы, в случае, если в процессе выражения мнения каким-либо лицам будет причинен вред? Ведь согласно правовой аксиоме, только мысли не обладают юридическим значением все остальное, включая какое-либо выражение этих мыслей, могут представлять собой юридический факт. Опираясь на законодательство наиболее развитых (в смысле правовой техники) государств, международное право выделяет такое правовое положение, как иммунитет адвокатского высказывания. Так, согласно Основному положению о роли адвокатов, принятому восьмым Конгрессом ООН по предупреждению преступлений в августе 1990 г. в Нью-Йорке, адвокат должен обладать уголовным и гражданским иммунитетом от преследований за относящиеся к делу заявления, сделанные в письменной или устной форме при добросовестном исполнении своего долга и осуществлении профессиональных обязанностей в суде, трибунале или другом юридическом или административном органе. К сожалению, в России это правило не было известно большинству юристов, что позволяло им высказываться о том, что российское законодательство ни при каких обстоятельствах не исключает ответственности юриста за заявления, сделанные им в суде в процессе защиты интересов своего клиента59. Фактически это было верно, так как прямое действие норм международного права в российской правовой системе на сегодняшний момент затруднено. После кардинального изменения законодательства регулирующего деятельность адвокатов, правовую норму представленного международного документа частично продублировал Закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре Российской Федерации». Правда, если международный документ закрепил за адвокатом иммунитет высказывания вообще, то закон закрепил только один из его элементов – свободу выражения своего мнения.

    Юридическое закрепление на национальном уровне принципа иммунитета высказывания адвокатом своего мнения является положительным фактором. Однако само изложение этого принципа в законе может поставить перед правоприменителем множество вопросов, неверное решение которых может повлечь нивелирование этого правового института. Попытаемся определить уже имеющиеся и возможные трудности, могущие возникнуть в связи с реализацией принципа свободы адвоката выразить свое мнение.

    Согласно общим правилам, в приведенном выше примере о высказывании адвоката о том, что дело в отношении его клиента "состряпано", адвокат должен быть привлечен к гражданской или уголовной ответственности60. Более того, если говорить о таком составе преступления как клевета, то здесь формально применимы такие квалифицирующие признаки, как распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство содержащихся в публичном выступлении (судебное заседание) или клевета, со­единенная с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого пре­ступления. Более того, как будто специально для лиц, оказывающих юридиче­скую помощь, в УК РФ содержится ст. 298, предусматривающая повышенную уголовную ответственность за клевету в отношении судьи, про­курора, следователя, лица, производящего дознание.

    Возможное уголовное преследование адвоката за высказывание им своего мнения порождают своеобразную "атмосферу страха", в которой адвокат, защищая интересы клиента, параллельно вынужден заботиться и о собственной безопасности. Последнее положение делает адвокатскую защиту значительно менее эффективной. Эффект "атмосферы страха" был отмечен Европейским судом по правам человека, который признал, что угроза уголовного наказания за диффамацию может привести к самоцензуре. Применительно к самоцензуре защиты уместно привести прецедент по решению Верховного суда США по делу New York Times v. Sullivan. Верховный суд США установил, что "ошибочные высказывания неизбежны в ходе свободной дискуссии, и им должна быть предоставлена защита с тем, чтобы не погибла сама свобода выражения мнения, которая «может выжить, лишь располагая определенным свободным пространством»"61. Еще более жесткую позицию в отношении высказывании адвокатом своего мнения занимает законодательство Украины. Последнее за­прещает внесение представления органом дознания, следователем, прокурором, а также вынесение частного определение судом в отношении правовой позиции адвоката по делу.

    Мы придерживаемся точки зрения тех авторов, которые считают, что мнение – категория субъективного характера, каждый вправе его высказывать, и не обязан при этом каждое свое определение снабжать обильной фактурой62. Особенно это относится к лицам, оказывающим юридическую помощь. Они не должны быть привлечены к любому виду юри­дической ответственности за высказывание своего мнения, даже в том случае, если последнее осно­вано на заведомо ложных сведениях. Один из судебных прецедентов Англии закрепил правило о том, что адвокат не должен подвергаться опасности стать ответчиком по искам, поданным против него в связи со сказанным в процессе защиты. Даже самый добросовестный адвокат может опасаться потенциальных исков против него, поэтому гораздо правильнее предоставить ему как можно больше свободы, даже допуская мысль, что этой свободой будут пользоваться и недобросовестные адвокаты с умышленными целями...". Ведь никому не придет в голову привлекать к ответственности следователя или прокурора за выражение ими своего негативного мнения по отношению, например, обвиняемого63.

    Свобода изложения фактического материала. Предоставление лицом, оказывающим юридическую помощь, заведомо ложных фактов так же не может быть наказуемым. Это относится к довольно распространенным случаям, когда лицо, оказывающее юридическую помощь, оперирует фактами, полученными от доверителя. Доверяя своему клиенту, ад­вокат не обязан проверять предоставляемую им информацию. Этой информа­цией он может безбоязненно оперировать при формировании и высказывании своего мнения.

    Так, адвокаты в ходе заседания по уголовному делу Волгоградского областного суда в процессе изложения заявления об отводе судьи зая­вили, что по сведениям их клиентки (она подозревалась в совершении убийства своего мужа), потерпевший употреблял спиртные напитки с председательствующим суда Б. Хотя председательствующий взял самоот­вод, впоследствии им же было инициировано возбуждение уголовного дела против адвокатов. В конечном счете, уголовное дело в отношении адвокатов было прекращено, но они были вы­нуждены выйти из дела. Как мы видим, попытки преследования адвокатов в России за надлежащее исполнение своих обязанностей перед клиентом уже имеют место64.

    Более того, нормы поверенного права напрямую запрещают адвокату усомниться в достоверности предоставленных его клиентом сведений. Так, 31 января 2003 г. на Первом Всероссийским съезде адвокатов был принят кодекс профессиональной этики адвоката65. Согласно ст. 10 этого документа, адвокат при исполнении поручения в своих действиях исходит из презумпции достоверности документов и информации, представленных доверителем. Адвокат не должен проводить их дополнительную проверку по поводу достоверности этих сведений.

    Нам представляется, что адвокат в процессе является своеобразным вторым голосом своего клиента. Излагая какие-либо факты, он излагает их не от своего имени, а от имени своего доверителя. И потому привлечение адвоката к ответственности за изложение недостоверных фактов будет сродни кусанию палки, который держит в руках защищающийся.

    Не так давно принятый закон, регулирующий деятельность адвокатов, содержит много непонятного в отношении иммунитета адвокатского высказывания. Как нами уже указывалось, закон не столько уточнил, сколько внес недоразумения по поводу принципа свободы адвокатского высказывания. Нельзя не отметить примененный законодателем, примени­тельно к применению юридической ответственности за выражение адвокатом своего мнения, термин "бездействие". Представляется несколько фантастиче­ской ситуация, когда адвокат может высказать свое мнение (при этом ложное) бездействием. На ум приходит только ситуация, когда адвокат, выражая свое ложное мнение о пристрастности состава суда, не встает при входе последнего в зал судебного заседания.

    Совсем неоднозначно, в частности, во вред адвокатской деятельности можно толковать приведенные статьи Закона. Так, содержащаяся в нем оговорка о возможности привлечения адвоката к юридической ответственности, если вступившим в законную силу приго­вором суда не будет установлена виновность последнего в преступном действии (бездейст­вии), наверняка будет истолкована правоохранительными органами следующим образом: за высказывание привлечь адвоката можно, необходима только воля суда. Нам же представляется, особенно в свете международных документов, что эту статью следует толковать в смысле привлечения адвоката к ответственности за ос­корбление (например, если лицо, оказывающее юридическую помощь, высказало свое мнение в нецензурной форме).

    В заключение отметим, что любой иммунитет, в том числе и иммунитет адвокатского высказывания должен быть ограничен определенными рамками. Так как известно, что попытка создания абсолютных иммунитетов пагубно отражается, в первую очередь, на самом лице, которому этот иммунитет предоставлен. Это относится к дипломатическому, президентскому, депутатскому и другим видам иммунитета. Эти лица достаточно быстро отучаются следовать социальным нормам, и потому достаточно быстро начинают представлять опасность уже для самого общества. Какие же рамки должны быть установлены применительно к иммунитету адвокатского высказывания?

    Во-первых, не должен попадать под иммунитет адвокатского высказывания факт оскорбления в том смысле, в котором его понимает уголовное право, т.е. унижение чести и достоинства лица (исключительно физического), выраженное в неприличной форме.

    Во-вторых, оскорбление судебной власти, в случаях, когда они несут в себе серьезный, реальный, неотвратимый риск невозможности отправлять правосудие, и связаны с умыслом и недобросовестностью адвоката.

    В-третьих, высказывание должно быть выражено исключительно в интересах клиента.

    Принцип не смешивания личностей лица, получающего юридическую помощь, и лица предоставляю­щего ее. Довольно часто общественное мнение переносит свою оценку негативного поступка одного лица на того, кто оказывает ему юридическую помощь. Это выражается, например, в такой формуле "Адвокат защищает преступника". Данное социально-психологическое явление сильно вредит институту предоставления квалифицированной юридической помощи. Самое негативное последствие такого отношения заключается в том, что лицо, оказывающее юридическую помощь, само начинает верить в то, что оно дейст­вует противоправно.

    Все вышеуказанные принципы являются общими для деятельности, свя­занной с предоставлением квалифицированной юридической помощи. Однако отдельные виды этой деятельности обладают своими оригинальными принци­пами, например, принципы предоставления информации, носящей нормативный характер и т.п. Эти принципы будут изложены при рассмотрении отдельных видов права на квалифицированную юридическую помощь.

    Подводя итог вопросу о принципах предоставления юридической по­мощи, необходимо отметить, что сам перечень этих принципов, а также их со­держание еще требует основательного научного исследования. Бесспорным ос­тается лишь тот факт, что их разработка является важной как с практической, так и с теоретической точек зрения.


    Глава 7. РОЛЬ ПРАВА НА ЮРИДИЧЕСКУЮ ПОМОЩЬ

    В ФОРМИРОВАНИИ ПРАВОСОЗНАНИЯ


    § 1. Право на получение юридической информации

    Официальное доведение до сведения субъектов содержания пра­вовых норм. Итак, юридическая помощь обеспечивает возможность пользования наи­важнейшим социальным благом, определяющим одно из коренных условий жизни человека в Российской Федерации. В свою очередь, любое конституци­онное право фиксирует группу наиболее существенных, принципиальных свя­зей и отношений между государством и личностью, реализуясь в наиболее важ­ных сферах общественной жизни.

    Одной из особенностей конституционных прав является то, что каждое из них включает в себя несколько правомочий [91. С. 47]. Не является исключением и право на получение юридической помощи. Содержание права на юридическую по­мощь в тексте ст. 48 Конституции Российской Федерации, да и в других источ­никах, подробно не раскрыто. Так, профессор И.Е. Фарбер указывал: "…правомочия либо буквально предусмотрены текстом закона, либо устанав­ливаются путем доктринального толкования конституционных норм" [169. C. 160]. А зна­чит, выделение основных его элементов представляет известные теоретические трудности.

    Попытаемся раскрыть структуру данно­го субъективного права граждан, исходя из подходов, устоявшихся в юридической науке на современном этапе.

    В науке уголовного права применительно к праву на защиту выделяют следующий набор прав, составляющих право пользования на защиту:

    права, которыми пользуется лично обвиняемый;

    право обвиняемого иметь защитника;

    права защитника [159. С. 146].

    Так как право на получение юридической помощи по своему содержанию отличается от права на защиту, приведенная классификация не может быть применена буквально. Став конституционным, субъективное право на получе­ние юридической помощи получило и иное содержание.

    Заметим, что каждый вид юридической помощи это правомочие, пре­доставляемое субъекту. Полномочия права на юридическую помощь можно ус­ловно разделить на три группы: юридическая помощь при формировании пра­восознания, при обеспечении субъективных прав, при защите субъективных прав.

    Рассмотрим первую группу полномочий. К полномочиям, относящимся к группе прав на формирование правосознания, относятся: право на получение юридической информации, право на разъяснение содержания правовых норм, право на получение юридического образования.

    Основным, базовым элементом права на юридическую помощь является право на получение юридической информации. Данное правомочие осуществ­ляется при оказании любых видов юридической помощи. Более того, право на получение юридической помощи может быть реализовано даже при реализации только одного этого элемента. Итак, право на получение юридической инфор­мации может быть реализовано в следующих формах: официальное доведение до сведения субъектов содержания норм права и неофициальное доведение до сведения субъектов содержания правовых норм.

    Правовая аксиома "незнание закона не освобождает от ответственности" не является абсолютной: субъекты права должны знать "правила игры" хотя бы для того, чтобы их выполнять. Демократическому правопорядку более приемлемым является правило: "Закон не обязывает, если он не опубликован" (non obligat lex nisi promulgata). Доведение до субъектов права правил игры (содер­жания правовых норм) и есть один из элементов права на юридическую по­мощь. Различие официального и неофициального доведения содержания норм права заключается в том, что первое является заключительной стадией право­творчества, а второе своей исключительной задачей ставит оказание юридиче­ской помощи.

    Официальное доведение до сведения субъектов содержания норм права есть опубликование в установленном законом порядке правовых норм с целью доведения их до сведения субъектов права, и определяющее временные рамки их действия. Для реализации официального доведения до сведения субъектов содержания норм права как элемента права на юридическую помощь специали­стами по Российскому Конституционному праву разработан специальный ме­ханизм. В соответствии со ст. 107 Конституции Российской Федерации, для вступления в силу федеральный закон должен быть обнародован. Более того, в соответствии со ст. 15 Конституции Российской Федерации, законы подлежат официальному опубликованию, неопубликованные законы не применяются во­обще. Одним из условий действия не только федеральных законов, но и любых нормативных актов, конституция ставит их обнародование. Так, любые норма­тивные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально и не доведены до всеобщего сведения.

    Разъяснение понятия "официальное опубликование" содержится в Феде­ральном законе от 11 июня 1994 г. "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов па­лат Федерального Собрания"66. Согласно последнему, официальным опубликова­нием считается первая публикация полного текста нормативного акта в "Рос­сийской газете" или "Собрании законодательства Российской Федерации".

    Кроме федерального законодательства, вопросы обеспечения юридиче­ской информацией содержатся и в нормативных актах субъектов Российской Федерации. В частности, порядок опубликования законов в Волгоградской об­ласти содержится в Законе Волгоградской области "О порядке принятия и вве­дения в действие областных законов и иных нормативных актов Волгоградской областной Думы", а также в специальном законе "О гарантиях юридической помощи и распространении правовых знаний среди населения Волгоградской области". Согласно данным нормативным актам, к работе подключается специ­альное периодическое издание, созданное для публикации законов и иных ак­тов Волгоградской области. Заметим, что упомянутое издание должно подле­жать свободному распространению.

    Необходимо отметить, что довольно часто основной целью официального опубликования является именно оказание юридической помощи. В частности, этот факт подтверждается постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 24 октября 1996 г. "По делу проверки конституционности ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 7 марта 1996 г. "О внесении изменений в За­кон Российской Федерации "Об акцизах"67. В указанном постановлении отме­чено: "… дата, как свидетельствуют выходные данные, совпадает с датой подпи­сания издания в печать, и, следовательно, с этого момента еще реально не обеспечивается получение информации о содержании закона его адресатами". Разрешая вопрос о том, какой юридический факт служит моментом вступления нормативного акта в силу, Конституционным Судом была определена основная функция опубликования. Так, адресаты нормативного акта, согласно которому на них, возможно, будет возложена какая-либо обязанность или обременение, должны получить элементарную юридическую помощь в виде юридической информации о наличии самого нормативного акта и, что самое важное, макси­мально исчерпывающую информацию о его содержании.

    Неофициальное доведение до сведения субъектов содержания правовых норм. Официальное доведение до сведения субъектов содержания норм права может существовать исключительно в письменной форме. Последнее связано с одним из признаков правовой нормы формальной определенностью. Для не­официального же доведения до сведения субъектов содержания норм права признак формальной определенности не является обязательным. Здесь может использоваться как письменная, так и устная форма, а также всевозможные достижения научного прогресса (распространение через средства массовой ин­формации (электронные и печатные) всего текста нормативного акта или его отдельной части, публикация текстов нормативных актов различного рода из­дательствами и т.д.). Согласно ст. 5 Федерального закона "О порядке опубли­кования и вступления в силу федеральных конституционных законов, феде­ральных законов, актов палат Федерального Собрания", опубликование нормативных актов может быть осуществлено в иных печатных изданиях, а также доведено до всеобщего сведения (опубликовано) по телевидению и ра­дио, разослано государственным органам, передано по каналам связи, распро­странено в машиночитаемой форме.

    На опубликование нормативных актов сегодня ориентировано множество как специализированных, так и массовых печатных изданий. В связи с этим большое распространение получила неофициальная инкорпорация норм права. Так, выпускаются неофициальные инкорпорированные сборники, включающие в себя правовые акты, содержащие нормы различных отраслей права: жилищного, конституционного, коммерческого и др. Интересна и идея, реализованная одним из российских издательств, выпустившим в свет "Кодекс кодексов" (в одном издании собраны все основные кодексы Российской Феде­рации).

    Помимо опубликования письменных текстов нормативных актов в не­официальном порядке, в последнее время все более популярным становится не­официальное доведение текста нормативных актов с использованием информа­ционных технологий. Указанный вид юридической помощи осуществляется в самых различных формах. В частности, глобальная информационная сеть Internet раскрывает перед пользователем самые широкие возможности по полу­чению информации, носящей ярко выраженный юридический характер. По­мимо информационных компьютерных сетей, текст нормативного акта можно получить в специализированных мониторингах Российского законодательства типа "Гарант", "Консультант плюс" и др. Данные юридические программы по­зволяют пользователю регулярно обновлять и пополнять базу данных текущего законодательства.

    Предоставление юридической информации происходит также посредст­вом копирования текстов юридических актов, размещенных на носителях типа CD-ROM. Например, "Российская газета" совместно с одним из электронных издателей регулярно выпускает на CD-ROM справочно-правовую систему "Эн­циклопедия российского права"68. Заметим, что частота неофициального доведе­ния до сведения субъектов содержания норм права во много раз пре­вышает официальное, что еще раз подтверждает определенный спрос на данный вид юридической помощи.

    Получая юридическую информацию, носящую нормативный характер, заинтересованные лица тем самым приобретают и возможность более полной реализации своих прав и защиты собственных интересов.

    Принципы предоставления информации, носящий нормативный характер. Однако с рассматриваемым видом юридической помощи далеко не все обстоит благополучно. Тенденция "неблагополучия" особенно прослеживается при официальном доведении до сведения субъектов содержания норм права. Нам кажется, что необходимо установить определенные критерии получения информации юридического характера: доступность, достоверность, ответствен­ность за непредставление, представление недостоверной или неполной юриди­ческой информации.

    Доступность юридической информации. Данный принцип включает в себя требование реальной возможности беспрепятственного получения инфор­мации юридического характера. К сожалению, на практике именно с реализа­цией этого принципа возникают определенные трудности.

    Во-первых, официальное обнародование нормативного акта не всегда но­сит абсолютный характер. Так, известны случаи, когда не во всех региональных изданиях "Российской газеты" публиковался тот или иной нормативный акт. Кроме того, уровень жизни в некоторых регионах России не позволяет всем ка­тегориям населения приобретать официальные издания, содержащие юридиче­скую информацию.

    Во-вторых, с проблемой доступности юридической информации соседст­вует и вопрос о бесплатном ее получении. Конституция Российской Федерации в предусмотренных законом случаях гарантирует бесплатную юридическую помощь. А значит, официальное доведение до сведения субъектов содержания норм права, как основной элемент права на юридическую помощь, должно быть безвозмездным.

    Одним из решений указанных проблем может стать размещение офици­ального специализированного сайта в глобальной сети Internet, на котором пользователи могли бы безвозмездно получать текст любого действующего нормативного акта Российской Федерации. Этим частично был бы ре­шен и вопрос о доступности юридической информации, имеющей нормативный характер.

    Достоверность юридической информации. Отметим, что вся информация юридического характера должна полностью соответствовать действительности. И, как правило, при официальном доведении до сведения субъектов содержа­ния правовых норм проблемы с достоверностью возникают очень редко, чего нельзя сказать о неофициальном предоставлении юридической информации: довольно часто даже издания с серьезной репутацией при опубликовании нор­мативных актов допускают неточности. В частности, по делу К. к АО "Нефте­геофизика" судом при расчете вреда, причиненного работнику трудовым увечьем, была использована таблица расчета минимального размера оплаты труда [62. С. 299]. Только при повторном рассмотрении дела, когда суд второй инстан­ции вернул его на новое рассмотрение, выяснилось, что в примененной таблице содержались две существенные ошибки69.

    Ответственность за непредставление юридической информации. В соот­ветствии со ст. 24 Конституции Российской Федерации органы государствен­ной власти и местного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспе­чить каждому гражданину возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы. Речь в данной статье идет о юридической информации, так как последняя содержит права и свободы лица.

    Заметим, что в практической деятельности данный принцип реализуется далеко не всегда. Так, начальнику управления Федеральной службы налоговой полиции Российской Федерации по Волгоградской области гражданкой А. был сделан запрос о представлении ей для ознакомления материалов ее уголовного дела за 1999 г. Начальником следственной службы УФСНП по Волгоград­ской области И. в предоставлении для ознакомления материалов уголовного дела было отказано. Так как в действиях И. содержался состав преступления, предусмотренного ст. 140 УК РФ как неправомерный отказ должностного лица в предоставлении собранных в установленном порядке документов и материа­лов, непосредственно затрагивающих права и свободы гражданина, в прокура­туру Волгоградской области было направлено заявление о возбуждении уго­ловного дела. Прокурором Волгоградской области в возбуждении уголовного дела против И. было отказано70.

    Ответственность за представление недостоверной или неполной инфор­мации. Не менее сложно обстоит дело и с данным принципом предоставления юридической информации. Так, содержащие санкции за представление недос­товерной или неполной информации нормы права практически не реализуются.

    Остается добавить, что рассмотренное правомочие может найти вопло­щение как вне правоотношений (ознакомление с печатным изданием, содержа­щим нормативный акт, прослушивание текста нормативного акта по каналам теле- и радиовещания и т.п.), так и в результате возникших правоотношений с лицом, оказывающим юридическую помощь (на консультации у адвоката, приеме у прокурора и т.п.).


    § 2. Право на разъяснение содержания правовых норм

    Нормативное толкование при оказании юридической помощи. Следующим элементом права на получение юридической помощи явля­ется право на разъяснение содержания правовых норм. Далеко не всегда знание текста нормативного акта является достаточным для его уяснения. Очень часто заинтересованному лицу необходимо дополнительное толкование нормативных актов. Под толкованием в науке теории права и государства понимается уясне­ние и разъяснение норм права [82. С. 25; 136. С. 328; 140. С. 8; 160. С 440]. Заметим, что различают толкование официаль­ное и неофициальное, а также нормативное и казуальное.

    Официальное толкование есть разъяснение смысла правовых норм, осу­ществляемое компетентными органами и влекущее определенные юридические последствия. Особое значение официальное разъяснение смысла правовых норм приобретает в уголовном процессе. Так, некоторые авторы справедливо отмечают: "Фактическая возможность осуществления прав обвиняемого зави­сит не только от его знания, но и от понимания своих прав. У обвиняемого, не знающего своих прав или не понимающего их юридического значения, мало преимуществ перед теми, кто не имеет права"71. Непредставление официаль­ного разъяснения смысла правовых норм может повлечь за собой и определен­ные юридические последствия. Так, в случае отказа следователем разъяснить права и обязанности обвиняемого, все проведенные затем следственные действия могут быть признаны не соответствующими законодательству.

    В отличие от официального, неофициальное разъяснение смысла право­вых норм само по себе не влечет юридических последствий. Однако неофици­альное разъяснение может побудить субъекта совершить какое-либо действие, призванное повлечь юридические последствия. Разъяснение адвокатом порядка обжалования действий должностных лиц может повлечь подачу заявления в су­дебные инстанции.

    Более существенным для права на юридическую помощь является раз­граничение толкования на нормативное и казуальное. Нормативное толкование при оказании юридической помощи направлено на большой круг субъектов и может реализовываться неоднократно. Примером нормативного толкования права на юридическую помощь являются толкование в средствах массовой ин­формации, доктринальные комментарии.

    Насущная необходимость в получении такого блага, как юридическая помощь, благодаря экономическим рычагам особенно просматривается в дея­тельности средств массовой информации. Огромное количество популярных радио-, телепрограмм, печатных изданий ставят своей основной задачей пре­доставление юридической помощи в виде права на получение юридической информации с элементом толкования. Например, радиопередача "Ваш адвокат", телепрограмма "Человек и закон", многочисленные газеты и журналы не только предоставляют тексты правовых норм, но и толкуют их. Это особенно необхо­димо потому, что уяснить смысл правовой нормы неподготовленному зрителю или слушателю непросто. Для понимания и уяснения требования правовых предписаний необходимо в более доступной форме раскрыть их смысл для мас­сового "потребителя" информации. Можно возразить, что данный вид юриди­ческой помощи носит казуальный характер, так как в большинстве случаев предлагаются юридические советы, соответствующие конкретным ситуациям. Отчасти это является верным, но предоставленные в СМИ ответы на конкретно заданные вопросы адресуются не столько автору письма или звонка, сколько массовой аудитории. Нам приходилось самим участвовать в оказании такого вида юридической помощи, и мы можем сказать, что действительно интерес­ных вопросов немного, что связано с низким уровнем юридической культуры в обществе. В основном же таким консультантам приходится компоновать во­просы самим, исходя из собственной юридической практики.

    Более профессиональным видом юридической помощи в смысле права на разъяснение содержания правовых норм является издание комментариев. Хо­рошая традиция в России издание комментариев к какому-либо норматив­ному акту. Ко всем основным нормативным актам, начиная с Конституции Рос­сийской Федерации, были когда-то изданы комментарии. С точки зрения права на юридическую помощь, комментарий нормативного акта представляет собой юридическую услугу в виде разъяснения смысла правовых норм, содержащихся в конкретном нормативном акте.

    Казуальное толкование при оказании юридической помощи. Следующим элементом юридической помощи в виде права на разъясне­ние содержания правовых норм является казуальное толкование. Казуальное толкование это разъяснение значения нормы права применительно к данной ситуации. Юридическую помощь в виде казуального толкования можно разли­чить на судебное, административное, доктринальное толкование.

    Судебное толкование выражается в разъяснении участнику судебного процесса каких-либо норм права. Например, председательствующий по уголов­ному делу обязан разъяснить обвиняемому значение ст. 51 Конституции Российской Федерации о том, что никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников. Председательствующий же по гражданскому делу разъясняет сторонам право заключить мировое со­глашение и его правовые последствия. В этих случаях судьи не только зачиты­вают, но и разъясняют смысл правовой нормы, и все это осуществляется в про­цессе толкования.

    Административное толкование выражается в разъяснении должностным лицом значения тех или иных норм права. Последнее может реализовываться в разъяснении правовой нормы при ответе должностного лица на жалобу или за­явление, пояснение органами следствия или дознания привлекаемому лицу норм уголовного или административного права и в некоторых иных случаях.

    Сила доктринального толкования в ходе оказания юридической помощи заключается в его убедительности и научности, авторитете тех лиц и органов, которыми оно осуществляется [213. С. 4]. Отметим, что именно доктринальное толкова­ние является самым распространенным. Как утверждают некоторые авторы, "подобные разъяснения общедоступны. Их можно встретить на лекциях и в пе­риодической печати, получить в виде юридического совета, обратившись в юридическую консультацию, народный суд или органы прокуратуры" [99. С. 50].

    Разновидностью казуально-доктринального толкования в свете института права на юридическую помощь является юридическая экспертиза. В уголовном и гражданском процессах одним из средств доказывания является проведение экспертизы. Согласно ст. 57 УПК РФ, ст. 75 ГПК РСФСР, эксперт это лицо, обладающее необходимыми познаниями для дачи заключения. Разумеется, воз­никает вопрос о возможности правовой экспертизы. Предполагается, что судьи сами являются юристами-профессионалами и не нуждаются в заключении экс­перта по правовым вопросам. Однако в свете права на юридическую помощь вопрос о возможности правовой экспертизы получает иное освещение.

    Во-пер­вых, из ст. 57, 75 УПК РФ и ГПК РСФСР не следует, что правовая экспер­тиза невозможна или запрещена.

    Во-вторых, как нами уже было отмечено, в от­дельных предусмотренных законом случаях суды также могут получать юридическую помощь (например, при решении вопроса о применении норм иностранного семейного права).

    В-третьих, в некоторых видах процесса про­ведение правовой экспертизы уже стало реальностью. Так, при рассмотрении Конституционным Судом некоторых дел, Суд вправе рассмотреть заключения и показания экспертов в области юриспруденции (при рассмотрении конкрет­ного дела были заслушаны эксперты Б.М. Лазарев, А.В. Мицкевич, Ю.П. Еременко по вопросам, соответствовавшим их профессиональной специализа­ции, и Конституционный Суд в своем решении учел мнения специалистов72). Ду­мается, что у этого вида юридической помощи большое будущее. В исто­рической части своей работы мы на примере Древнего Рима уже демонстрировали институт дачи разъяснений известными юристами судебным органам по тому или иному вопросу. Сегодня судьи, являясь юристами-профес­сионалами, по характеру своей работы все же не могут, да и не должны знать все без исключения нюансы юридической науки. В некоторых случаях, когда дело, с юридической точки зрения, является сложным, пояснение специалиста является не только желательным, но и необходимым.


    § 3. Право на получение юридического образования

    Пропаганда юридических знаний. Особенно важным элементом права лица, получающего юридическую помощь, является право на получение юридического образования. Термин "об­разование" употребляется нами в самом широком смысле слова и включает в себя применительно к праву на юридическую помощь совокупность юридиче­ских знаний, получаемых субъектом с целью получения возможности реализа­ции и защиты своих субъективных прав.

    В последнее время акцент в праве на юридическую помощь сместился с элемента защиты на элемент реализации субъективных прав с помощью юри­дических знаний. Как верно замечают некоторые авторы, "оказавшись в той или иной ситуации, люди должны понимать, регулируется их поведение юри­дическими актами или нет. Чем правильнее такого рода оценка ситуации, тем полнее осознание ценности юридической помощи при принятии решений по имущественным, трудовым и иным вопросам" [222. С. 47].

    Юридическое образование как элемент права на юридическую помощь характеризуется тем, что оно несет основную нагрузку по реализации такой функции права, как воспитательная. Воспитательное воздействие на поведение субъектов право оказывает посредством правовых норм. Основной связкой ме­жду результатом воспитательного воздействия и правовой нормой является юридическая помощь в целом и право на общее юридическое образование в ча­стности.

    Необходимо отметить наличие в правовых нормах, регулирующих отно­шения по поводу получения юридической помощи, так называемой когнитив­ной [120. С. 27] нагрузки. Правовые нормы не только регулируют уже сложившиеся право­отношения по поводу получения юридической помощи, но и сами являются источником информации о должном поведении субъектов права. Зна­комясь с конституционной нормой, лицо узнает о своих правах, и уже этим способствует реализации закрепленного в ней субъективного права.

    Итак, право на получение юридического образования условно можно раз­делить на два элемента: пропаганда юридических знаний и общее юридическое образование.

    Под пропагандой юридических знаний понимается деятельность субъек­тов, оказывающих юридическую помощь, по доведению до сведения субъектов, получающих юридическую помощь, требований правовых предписаний с це­лью формирования у последних положительного правосознания и правовой культуры. Преимущественно посредством юридической помощи субъ­екты и получают представление о праве. Пропаганда юридических знаний включает в себя весь сектор юридических услуг, начиная от разъяснения работ­ником милиции правил уличного движения ребенку и заканчивая разъяснением профессором смысла конституционной нормы конституционному суду.

    Необходимо отметить, что в России и с формированием правовой культуры не все обстоит благополучно. Большинство авторов в своих работах указывают, что в российском обществе процветает правовой нигилизм, который выражается в неуважительном отношении к праву [107. С. 131]. Еще более угрожающие формы приобрел правовой инфантилизм, кото­рый выражается в элементарном правовом бескультурье. Данное положение дел обусловливает необходимость проведения серии мер по юридическому воспитанию населения, под которыми следует пони­мать такой способ воздей­ствия на мысли, чувства и сознание людей, при котором у граждан должна сформироваться осознанная необходимость к получению юридических знаний, осуждение таких поступков граждан или должност­ных лиц, которые своими действиями (бездействиями) наносят вред правопорядку в целом и юридиче­ской помощи в частности. Такая стратегия в идеале должна привести к понима­нию всеми граж­данами России того, что без юридической помощи невозможна нормальная жизнь и деятельность человека.

    Пропаганда юридических знаний должна осуществляться путем проведения серии мер по юридическому образованию населения, что означает формирование у граждан совокупности знаний, умений и навыков, необходимых для получения юридической помощи. Любые внеш­ние усилия государства по предоставлению юридической помощи будут также тщетны, если духовная атмосфера общества будет "отравлена изнутри", если идеи качественной юридической помощи не будут занимать в общественном сознании достойного места. Поэтому особое внимание следует уделить духов­ным и нравственным условиям осуществления пропаганды юридических зна­ний.

    К числу духовных условий осуществле­ния пропаганды юридических знаний следует отнести наличие в об­ществе та­ких гуманитарных, этических и эстетических взглядов на юридическую по­мощь, согласно которым последняя понимается как важнейшая нематериальная цен­ность, служащая неотъемлемым условием существования людей в обществе. Говоря о формировании у граж­дан "эстетических воззрений" на по­лучение юридической помощи, следует понимать под таковыми способность граждан к восприятию важности и своеобразной красоты и гармонии юриспру­денции, осознанию ее роли и пользы, которую она должна принести в профес­сиональных руках в интересах настоящего и будущего поколений людей Рос­сии. Данная способность граждан должна быть сформирована в результате целенаправленного осуществления продуманной системы образовательных и воспитательных процедур.

    Давно известно, что состояние юридиче­ской помощи в любой стране мира в немалой степени обусловлено уровнем юридической куль­туры общества, под которой следует понимать такое исполь­зование юридических знаний гражданами в быту и в ходе осущест­вления про­фессиональной деятельности, которое не нарушало бы сложив­шийся в обществе правопорядок. Следует отметить, что у большинства граждан России юридиче­ская культура находится в так называемом "зачаточном" состоянии, что выра­жается в преобладании в отечественном общественном сознании скептического отношения к решению жизненных проблем с помощью права, юридическом не­вежестве и нигилизме.

    Общее юридическое образование. Второй элемент права на получение юридического образования это об­щее юридическое образование. Под ним следует понимать целенаправленную деятельность по расширению у социализирующегося индивида представления о праве и правомерном поведении.

    К общему юридическому образованию от­носятся среднее и высшее юридическое образование. Отметим, что юридиче­ское образование и юридическая помощь являются взаимосвязанными институ­тами. Так, согласно социологическим опросам, учащиеся, как никакая иная социальная группа, осознает важность юридической помощи (68,8 % опрошен­ных) [128. С. 10].

    Отличительной особенностью среднего юридического образования является его обязательность и основательность. К слову, существование среднего юридического образования вызвано, прежде всего, необходимостью формирования у подрастающего поколения положи­тельного правосознания. Возникновение в России школьной юриспруденции некоторые авторы связывают с указом Ивана IV, который предписывал "за­вести священникам в своих домах училища закона божия и гражданского" [133. С. 111].

    Базовым источником норм, регулирую­щих получение образования вообще и юридического образования в частности, является Закон РФ "Об образовании". Согласно указанному нормативному акту, принципами образования является воспитание гражданственности, уважения к правам и свободам личности73. Достижение же этих целей невозможно без осуще­ствления юридического образования. Именно с принятием Закона РФ "Об образовании" стало возможным само формирование системы специального юридического образования и воспитания населения.

    Сегодня реализация права на среднее юридическое образование осущест­вляется несколькими способами.

    Во-первых, через введение в программу средней школы предмета "Основы государства и права", основной целью кото­рого является предоставление начальной юридической помощи школьникам. Однако в этом направлении до сих пор не разработано сколько-нибудь единой концепции и программы. На очень низком уровне развития находятся матери­ально-техническая база, а также нормативно-правовое, научно-методическое и информационное обеспечение школ. Все это привело к тому, что система сред­него юридического образования школьников так и осталась в "подвешенном" состоянии. Об этом свидетельствует и тот факт, что из программ приемных эк­заменов в вузы России был исключен экзамен по правоведению в связи с не­достаточным уровнем преподавания абитуриентам предмета "Основы государ­ства и права".

    Тем не менее, среднее юридическое образо­вание становится одним из приоритетных направлений образовательной реформы России. Конкретным проявлением определенного прогресса в этом вопросе служит возникновение сети гимназий, лицеев, колледжей, школ юри­дического профиля, проведение международных конференций по юридическим проблемам и т.д.

    Во-вторых, существует так называемый второй уровень среднего юридического образования. Под ним понимается пре­доставление юридической помощи студентам, не обучающимся в вузах по та­кой специализации как юриспруденция. Такая помощь выражается в препода­вании студентам не юридических вузов и кафедр предметов "Правоведение" и "Право": сегодня трудно представить квалифицированного специалиста, не об­ладающего элементарной базой правовых знаний.

    Определяя воспитательную функцию права, ученые-правоведы отмечают: "Эта функция осуществляется и через пре­подавание; есть еще одно не менее важное направление реализации этой функ­ции. Речь идет о формировании современного юриста, эрудита, активного за­щитника закона, знатока правовой системы" [58. С. 348]. Именно поэтому высшее юридическое образование является наиболее полной реализацией права на юридическую помощь в процессе образования. Получая юридическую инфор­мацию, а также толкование норм права во время лекций, еще глубже усваивая юридическую науку во время семинарских занятий, студенты готовятся стать юристами, т.е. лицами, оказывающими юридическую помощь. И какую бы сферу деятельности ни избрал будущий юрист работу следователя, нотариуса, адвоката, юрисконсульта, он всегда будет лицом, оказывающим юридическую помощь.

    Наряду с последним, в некоторых вузах вво­дится новый предмет специализации "Адвокатура". Цель этого предмета формирование у будущего юриста системы знаний о том, как именно должна предоставляться юридическая помощь.

    Кроме того, постоянно разрабатыва­ются и новые программы преподавания юридических знаний в вузах, тех­никумах и школах, направленные на предоставление юридической помощи при формиро­вании правосознания.

    Обобщая исследование такого элемента со­держания юридической помощи, как юридическая помощь при формирова­нии правосознания, необходимо отметить, что построение в России правового государства без реализации данного вида юридической помощи невозможно. Само понятие "правовое государство" предполагает наличие у граждан этого государства положительного правосознания, формирование которого, в свою очередь, невозможно без юридической помощи.


    Глава 8. ЮРИДИЧЕСКАЯ ПОМОЩЬ

    ЛИЧНОСТИ КАК ГАРАНТИЯ РЕАЛИЗАЦИИ

    ЕЕ ПРАВ И СВОБОД


    § 1. Реализация права на юридическую помощь

    Определение специфики правомочий права на юридическую помощь при обеспечении субъективных прав возможно на основе изучения сферы его реа­лизации, оценки качественного своеобразия социальных благ, которые они га­рантируют, а также изучения способов их обеспече­ния и форм реализации. Право на юридическую помощь реализуется в социальной сфере и га­рантирует такие необходимые любому гражданину блага, как воз­можность должным об­разом реагировать на правоотношения, возникающие в процессе социальной жизнедеятельности.

    Представляется, что в любом субъектив­ном праве существуют два эле­мента, две функциональные нагрузки этого права. С одной стороны, субъек­тивное право определяет меру свободы, т.е. га­рантирует определенные блага (жизнь, образование, здоровье, юридическую помощь и т.п.). С другой сто­роны, любое субъективное право, в свою очередь, является еще и гарантией осуществления иных субъективных прав. Например, право ознакомления с до­кументами, непосредственно затрагивающими права и свободы (ст. 24 Консти­туции Российской Федерации), является гарантией права на неприкосновен­ность частной жизни (ст. 23 Конституции Российской Феде­рации). Так как именно при реализации права ознакомления с документами лицо может прове­рить, соблюдается ли его право на неприкосновенность част­ной жизни.

    Итак, любое конституционное право обладает двумя функциями: предос­тавление блага и гарантия реализации иных благ. Соотношение данных функ­ций в различных субъективных правах неодинаково. В одних доминирующей является первая, в других вторая.

    Нам представляется, что доминирующей функцией права на юридиче­скую помощь является функция гарантии реализации иных благ. Однако из трех выделенных элементов содержания права на юридическую помощь удель­ный вес и соотношение двух функций субъективных прав неодинаковы. Так, информационная юридическая помощь в равной степени реализует как первую, так и вторую функцию. Юридическая же помощь при реализации субъектив­ных прав основной своей задачей ставит функцию гарантии реализации иных субъективных прав.

    Гарантии один из главных вопросов проблемы правильного примене­ния правовых норм [136. С. 472]. Как указывают некоторые авторы, "реализация основных прав, свобод и обязанностей гражданина, по существу, лишь часть более общей проблемы применение норм права" [59. С. 224]. Применение же норм права невозможно без юридической помощи, так как только при наличии последней возможно само действие по применению правового предписания. Значит, право на юри­дическую помощь приобретает особое, доминирующее значение при реализа­ции основных прав, свобод и обязанностей.

    Реализация субъективных прав происходит в определенных формах. В литературе основная классификация форм реализации права проводится по та­кому основанию, как характер действий субъектов, степень их активности и направленность. Выделяют такие формы, как соблюдение, исполнение, исполь­зование и применение. Однако в конституционном праве некоторые авторы вы­деляют несколько иные формы реализации конституционных прав "реализа­ция прав и свобод может выражаться в форме фактического правообладания, пользования, распоряжения ими или в защите, восстановлении прав в случае их нарушения [83. С. 93–94]. Эту точку зрения поддерживают и другие правоведы: "Обладание, пользование и распоряжение, а в случае нарушения и восстановление консти­туционных прав и свобод составляет содержание юридического процесса пре­творения их в жизнь" [59. С. 225]. Как можно заметить, данные формы реализации консти­ту­ционных прав напоминают содержание, или, как их еще называют, триаду права собственности: право владеть, пользоваться и распоряжаться имущест­вом. Нам представляется более убедительной именно эта классифика­ция форм реализации права. Дело в том, что формы реализации права вообще не могут быть напрямую имплементированы в формы какого-либо конкретного субъек­тивного права, в частности, права на юридическую помощь.

    Первая форма реализации права на юридическую помощь обладание правом. Обладание правом на юридическую помощь всегда предшествует иным формам реализации данного права. Необходимо разделить данную форму реа­лизации права на юридическое и фактическое обладание.

    Юридическое обладание правом на юридическую помощь это теорети­ческая возможность лица реализовать свое субъективное право. Возможностью юридического обладания правом на юридическую помощь пользуется субъект получения права на юридическую помощь.

    Фактическое обладание правом на юридическую помощь это обладание правом не только по закону, но и право фактически обладать им. Юридическое обладание проявляется в том, что содержит в себе не один, а несколько вариан­тов поведения. Первый и основной вариант это право пользоваться правом на юридическую помощь или право отказа от данного блага. Следующие варианты право воспользоваться юридической помощью в полном объеме или использо­вать лишь один из элементов данного права. Например, можно одновременно воспользоваться правом на квалифицированную юридическую помощь и при этом отказаться от права на бесплатную юридическую помощь.

    Как правило, обладание правом на юридическую помощь сопровождается пользованием данным правом: "В ряде случаев обладание записанными в Кон­ституции Российской Федерации правами и свободами вообще трудно отделить от пользования ими" [59. С. 225]. Дело в том, что для реализации права на юридическую по­мощь далеко не всегда необходимо вступать в правоотношения. Например, представляется затруднительным определить: обладает лицо правом на юриди­ческую помощь или реализует его, когда, например, гражданин прослушивает советы юриста в радиопередаче.

    Реализация права на юридическую помощь проходит в несколько этапов. Подчеркнем, что в своем развитии любое субъективное право проходит четыре стадии: стадию возникновения конституционного права, стадию готов­ности к реализации, стадию непосредственной реализации и стадию прек­раще­ния права. Однако реализация юридической помощи при формировании право­сознания, которая уже была исследована нами выше, как правило, не проходит все эти этапы. Право на получение юридической информации, право на разъяс­нение содержания правовых норм и право на юридическое образование, как правило, являются действиями, не поддающимися делению на этапы. Право на юридическую помощь при формировании правосознания находится в состоянии непрерыв­ной, постоянной реализации, причем все ее стадии как бы сливаются и их трудно различить. При этом юридические факты высту­пают как основания не только возникновения, но и обеспечения рассматриваемого права, поскольку все стадии соединяются в одну.

    Иная ситуация складывается в случае осуществления юридической по­мощи при обеспечении субъективных прав. В данном случае выделение стадий реализации права на юридическую помощь является важным для понимания его содержания при реализации субъективных прав.

    Необходимо отметить серию особенностей, присущих данному праву и определяющих его реализацию. В первую очередь, это существование опреде­ленных отличий в стадиях реализации каждого из элементов права на получе­ние юридической помощи. Вехами в определении порядка реализации права, его стадий выступают юридические факты. Юридическим фактом, влекущим возникновение конституционного права гражданина Российской Федерации на получение квалифицированной юридической помощи, является его рождение. Что касается наличия указанного права у иностранных граждан и апатридов, то оно возникает с момента их появления на территории Российской Федерации и заканчивает­ся их отъездом за ее пределы.

    Отличительной особенностью реализа­ции права на получение квалифи­цированной юридической помощи, по сравне­нию с некоторыми иными консти­туционными правами (право на жизнь, на бла­гоприятную окружающую при­родную среду), является то, что оно непременно должно осуществляться путем личных действий.

    Итак, в своей реализации в форме использования, любое правомочие права на получение юридической помощи при реализации субъективных прав проходит следующие этапы:

    возникновение права на юридическую помощь;

    стадию готов­ности к реализации;

    стадию непосредственной реализации;

    стадию прек­ращения права.

    Указанные этапы проходят все правомочия права на юридическую по­мощь при реализации субъективных прав.

    В свою очередь, теоретическая природа такой формы реализации консти­туционного права, как распоряжение субъективным правом, нам представля­ется недостаточно ясной. Выдвигая данную форму реализации конституцион­ных прав, авторы, к сожалению, не раскрывают ее содержания. наличие данной формы реализации требует дальнейшего теоретического обоснования. По крайней мере, применение данной формы к реализации права на юридиче­скую помощь представляется сомнительным.

    § 2. Правомочия права на юридическую помощь

    при обеспече­нии субъективных прав

    Право на юридическую консультацию. Необходимо выделить следующие правомочия права на юридическую помощь при обеспечении субъективных прав: право на юридическую консуль­тацию, право на составление документов юридического характера, право на представительство, на получение бесплатной юридической помощи.

    Согласно социологическим опро­сам, для 62,1 % респондентов юридическая помощь заключалась, прежде всего, в подробной консультации по возникшей проблеме [222. С. 49].

    По своему содержанию юридическая консультация является или разно­видностью правомочия по доведению до сведения субъектов содержания норм права, или разновидностью казуального толкования, и может носить как пись­менный, так и устный характер. Содержание указанных правомочий нами уже было изложено в предыдущем параграфе: необходимо остановиться лишь на уточнении субъектов, оказывающих данную помощь.

    Основным участником осуществления права на юридическую помощь при реализации субъективного права на получение юридической консультации является адвокат. Участие адвоката, как профессионального помощника при решении возникающих юридических вопросов, способствует наиболее полной реализации субъективных прав. Согласно социологическому исследованию, 43,8 % опрошенных за юридической помощью обращаются именно к адвокату [222. С. 49]. Местом работы адвоката обычно является юридическая консультация, в кото­рый он и оказывает данный вид юридической помощи, производя прием граж­дан.

    Сущность адвокатской деятельности по оказанию юридической помощи довольно точно определена в Письме государственной налоговой службы РФ от 14 ноября 1997 г. "О применении контрольно-кассовых машин при осущест­влении денежных расчетов с населением юридическими консультациями кол­легий адвокатов". Согласно этому Письму, коллегии адвокатов по характеру своей деятельности не являются коммерческими организациями, не оказывают услуг в экономическом (товарном) смысле и не извлекают прибыль из своей деятельности. Целью их деятельности является реализация предусмотренного ст. 48 Конституции Российской Федерации права каждого гражданина на полу­чение квалифицированной юридической помощи, поэтому коллегии адвокатов являются общественными организациями, выполняющими конституционные функции.

    Наряду с адвокатурой юридическую помощь в виде юридических кон­сультаций оказывают и коммерческие юридические, а также физические лица. Так, согласно Письму Минюста РФ от 6 марта 1998 г. "О направлении методи­ческих рекомендаций по осуществлению органами Юстиции контроля за со­блюдением лицензиатами лицензионных условий и требований законодатель­ства при оказании платных юридических услуг" [45] только за период в 19951997 гг. около 10 тысяч юристов частных предпринимателей и юридических лиц получили право оказывать платные юридические услуги на основе лицензий, выданных органами юстиции. Сведения о выданных лицензиях были внесены в единый банк данных Сводный реестр лицензий на оказание платных юриди­ческих услуг на территории Российской Федерации, который вело Министер­ство юстиции Российской Федерации.

    Существуют коммерческие юридические лица, осуществляющие юриди­ческие консультации по вопросам отдельных отраслей права. К ним можно от­нести, например, юридических лиц, осуществляющих аудиторскую деятель­ность. В соответствии с Временными правилами аудиторской деятельности в Российской Федерации, утвержденными Указом Президента РФ от 22 декабря 1993 г. "Об аудиторской деятельности в Российской Федерации", аудиторы и аудиторские фирмы не могут заниматься какой-либо предпринимательской деятельностью, кроме аудиторской и другой, связанной с ней деятельности. Помимо аудиторских функций, они могут оказывать услуги по консультирова­нию в вопросах финансового, налогового, банковского и иного хозяйственного законодательства (пункт 9 Правил).

    Наряду с российскими юридическими лицами, юридическую помощь в России могут оказывать и иностранные юридические фирмы. Так, в соответст­вии с Приказом министра юстиции Российской Федерации от 25 ноября 1999 г. "О передаче функций отдела по работе с представительствами иностранных юридических фирм" на Государственную регистрационную палату возложено исполнение функций по аккредитации представительств иностранных юриди­ческих фирм (иностранные юридические фирмы имеют право открывать в Рос­сии свои представительства).

    Вообще, гражданским правом России не предусмотрены какие-либо тре­бования для лица, оказывающего юридическую помощь на возмездной основе. Заключить договор на оказание правовых услуг может любое лицо. Хотя дан­ный вид договора напрямую не предусмотрен частью II Гражданского кодекса РФ, в гражданском обороте он активно применяется. Сложилась даже устойчи­вая судебная практика по вопросам заключения и исполнения данного вида до­говоров. Информационным Письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 сентября 1999 г. "О некоторых вопросах судебной практики, возникающих при рассмотрении споров, связанных с договорами на оказание правовых услуг"74, Высший Арбитражный Суд определил, что договор на оказа­ние правовых услуг может считаться заключенным, если в нем перечис­лены определенные действия, которые обязан совершить исполнитель, либо указана определенная деятельность, которую он обязан осуществить. В том случае, если предмет договора обозначен указанием конкретной деятельности, круг возможных действий исполнителя может быть определен на основании пред­шествующих заключению договора переговоров и переписки, практики, уста­новившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев делового оборота, по­следующего поведения сторон и т.п. (ст. 431 Гражданского кодекса Рос­сийской Федерации).

    Интересной представляется позиция суда, касающаяся результатов дея­тельности лица, оказывающего юридические услуги по данному договору: предметом договора является не результат (на­пример, положительное решение суда по делу), а сама деятельность по предос­тавлению юридической помощи. Суд указал, что "при рассмотрении споров, связанных с оплатой оказанных в соответствии с договором правовых услуг, арбитражным судам необходимо ру­ководствоваться положениями ст. 779 Гра­жданского кодекса Российской Феде­рации, по смыслу которых исполнитель может считаться надлежаще испол­нившим свои обязательства при совершении указанных в договоре действий (деятельности). При этом следует исходить из того, что отказ заказчика от оп­латы фактически оказанных ему услуг не допус­кается. В то же время не подле­жит удовлетворению требование исполнителя о выплате вознаграждения, если данное требование истец обосновывает усло­вием договора, ставящим размер оплаты услуг в зависимость от решения суда или государственного органа, ко­торое будет принято в будущем. В этом случае размер вознаграждения должен определяться в порядке, предусмотренном ст. 424 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом фактиче­ски совершенных исполнителем дей­ствий (деятельности)"75. Данная позиция представляется нам обоснованной. Действительно, юридическая помощь ока­зывается для какого-либо положи­тельного результата, но оплачиваться должен не сам результат, а деятельность по предоставлению юридических услуг.

    Юридическую помощь в виде юридической консультации оказывают и иные органы, в том числе государственные и органы самоуправления. Так, По­становлением от 21 апреля 1994 г. "Об утверждении Положения об управлении юстиции Администрации Волгоградской области" это положение было утвер­ждено. Согласно данному нормативному акту, структурными подразделениями управления являются отдел регистрации уставов общественных и религиозных объединений, по оказанию юридической помощи, правовой информации и свя­зям с общественностью. То есть одной из целей деятельности данного отдела является оказание юридической помощи, которая на практике проявляется в осуществлении приема граждан по юридическим вопросам, (в проведении юридических консультаций).

    Задачей некоторых государственных органов является предоставление юридической помощи отдельным группам населения. Так, согласно Федераль­ному закону от 27 мая 1998 г. (ред. от 31.12.1999 г.) "О статусе военнослужа­щих" [37], юридическая помощь оказывается органами военного управления и ор­га­нами военной юстиции в пределах своих должностных обязанностей всем военнослужащим, гражданам, уволенным с военной службы, и членам их семей по вопросам, связанным с прохождением военной службы.

    В реализации права на юридическую помощь в виде предоставления юридических консультаций принимают участие и органы местного самоуправ­ления. Так, Постановлением администрации Волгоградской области от 21 ок­тября 1992 г. "Об организации в г. Волгограде Центра социальной помощи се­мье и детям" было решено в целях оказания социальной, психологической, юридической и иной помощи семье и детям организовать в городе Волгограде при комитете по делам семьи администрации Волгоградской области центр со­циальной помощи семье и детям как государственное учреждение нового типа социальной помощи.

    Кроме адвокатуры и государственных органов, при реализации субъек­тивных прав юридическая помощь в виде юридических консультаций оказыва­ется и общественными организациями.

    Практически все общественные организации так или иначе участвуют в реализации права на юридическую помощь. Федеральный закон "Об общест­венных объединениях" от 19 мая 1995 г. предусматривает возможность осуще­ствления общественными объединениями предпринимательской деятельности. Но эта деятельность допускается лишь постольку, поскольку служит достиже­нию уставных целей, ради которых они созданы, и соответствуют этим целям. Предпринимательская деятельность осуществляется общественными объедине­ниями в соответствии с Гражданским кодексом РФ, Федеральным законом "О введении в действие части первой ГК РФ" и другими законодательными актами РФ, т.е. общественные организации могут оказывать как возмездную, так и безвозмездную юридическую помощь.

    Так как общественные организации являются некоммерческими юриди­ческими лицами, основной объем юридической помощи ими предоставляется бесплатно. Одной из возможностей по совершению собственных действий, на­правленных на реализацию своего субъективного права на получение квалифи­цированной юридической помощи, является право на создание общест­венных юридических объединений с целью совместного сотрудничества в достижении права на получение юридической помощи.

    Существует довольно обширная правовая база, посвященная деятель­но­сти общественных организаций. Правовая основа их деятельности зак­реплена в ст. 30 (ч. 1 и 2) Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый гражданин России имеет право на объединение. Вступление граждан в об­щест­венное объединение должно происходить на строго добровольной осно­ве, чем обеспечивается право каждого на участие в общественной и поли­тической жизни. Целью создания общественного объединения, согласно ст. 3 Закона "Об общественных объединениях" [36], является защита общих ин­тересов и достиже­ние общих целей собравшихся. При достижении любого социального интереса лицо сталкивается с необходимостью получения юридической помощи. Всту­пая в объединение, участник получает возможность получить квалифицирован­ную юридическую помощь, которую по каким-либо причинам он не смог полу­чить самостоятельно.

    Таким образом, общественные объедине­ния и организации могут участ­вовать в двух формах деятельности по защите прав граждан на получение ква­лифицированной юридической помощи:

    в создании условий обеспече­ния прав и свобод гражданами;

    в охране прав гра­ждан от противоправных посягательств путем совершения таких актив­ных дей­ствий, как подача исков в суд.

    Под политиче­скими гарантиями права граждан на юридическую помощь следует понимать международную и внутригосу­дар­ственную политику государства в области предоставления юридической по­мощи, деятельности политических партий и общественных объединений меж­дународной и внутригосударственной юриди­ческой направленности.

    Проводимая политика государства должна опираться на гласность в ра­боте и тесную связь с общественными орга­низациями и на­селением в решении задач по предоставлению юридической по­мощи.

    Современные правовые учения рассматри­вают политическую систему любого общества с точки зрения ее де­мократичности, предполагающей плю­ра­лизм взглядов и свободу их выражения, находящих отражение главным обра­зом в деятельности политических партий. Однако сам факт множественности политических партий и движений с позиции их влияния на про­цесс реализации каждым гражданином своего права на юри­дическую помощь не может быть оценен однозначно. С одной сторо­ны, плюра­лизм политических партий и их деятельность в определенной ме­ре уменьшают степень вероятности обретения государством характерных признаков тоталита­ризма. Ни одна партия, как пра­вило, не заявляет в своих программных доку­ментах об отрицании таких прав человека и гражданина, как право на жизнь, право на здоровье, право на юри­дическую помощь и так далее, и необходимости за­щиты таких прав госу­дарством. Более того, в последние годы в России появи­лись даже "профессиональные" партии типа "Союз юристов", которые в своей программе основное внимание уделяют вопросам охраны права на юридиче­скую помощь. В целом же дея­тельность политических партий и движений, осущест­вляемая в рамках Консти­туции и внутреннего законодательства, играет роль общей политической гаран­тии прав граждан. Законодательный запрет соз­дания и деятельности общественных объединений, ставящих своей целью про­па­ганду войны, культа насилия, жестокости и иных действий, посягающих на права и свободы граж­дан, может быть рассмотрен в качестве специальной поли­тической гарантии множества прав, в том числе и рассматриваемого.

    Круг общественных организаций, осуществляющих юридические кон­сультации населения, довольно широк. Так, Постановлением администрации Волгоградской области от 16 сентября 1996 г. "Об утверждении Положения о комитете по делам молодежи администрации Волгоградской области" был соз­дан комитет по делам молодежи, который, в частности, организует и содейст­вует деятельности различных организаций и учреждений, оказывающих моло­дым людям психолого-педагогическую, духовную, наркологическую, юридическую и другую помощь.

    Интересна и идея по реализации права на получение юридической по­мощи, предложенная Межрегиональным Молодежным Общественным движе­нием "Институт Муниципальной правовой Защиты". Данная организация зани­мается созданием и развитием сети бесплатных юридических консультаций для населения на базе муниципалитетов. Сегодня не каждый человек в состоянии оплатить довольно дорогостоящие услуги личного адвоката. При этом для от­ветов на довольно несложные юридические вопросы не всегда требуется по­мощь высококвалифицированного специалиста. Поэтому создание сети юриди­ческих консультаций, в которых юридическую помощь будут оказывать студенты правовых специальностей, прошедшие предварительную подготовку, необходимо. Думается, что такие социальные юридические консультации будут пользоваться особенно большой популярностью у социально незащищенных слоев населения (безработных, инвалидов, пенсионеров и т.д.). Данные юриди­ческие консультации будут способствовать снижению нагрузки на иные ор­ганы, оказывающие юридическую помощь, связанной с обращениями граждан по элементарным правовым вопросам.

    Идея общественной организации достойна пристального внимания: необ­ходимо указать на ошибки, возможные в данной деятельности. Каким бы эле­ментарным ни казался юридический вопрос, именно неверный ответ на него может повлечь для лица самые тяжкие последствия. Необходимо обратить вни­мание на следующий аспект: квалифицированность лица, оказывающего юри­дическую помощь. Студенты правовых специальностей даже старших курсов не обладают всем объемом знаний, необходимым для оказания юридической помощи. Предлагаемая предварительная подготовка студентов на курсах (се­минарах), проводимых Межрегиональным Молодежным Общественным дви­жением "Институт Муниципальной правовой Защиты", и заключающихся в изучении практических вопросов пенсионного, жилищного, трудового законо­дательства, а также законодательства о социальном обеспечении, все же не яв­ляется гарантией от ошибок при предоставлении юридической консультации студентами. Присутствие хотя бы одного профессионала при предложении сту­дентами юридических советов, нам кажется обязательным.

    Вообще, идея общественной организации представляется очень своевре­менной. Во-первых, расширяется возможность граждан в получении юридиче­ской помощи. Во-вторых, при работе с населением студенты получат весьма ценный практический опыт и, в свою очередь, юридическую помощь в виде уг­лубления юридического образования. Данные специалисты будут более высоко цениться среди работодателей и повысят престиж учебного заведения, в кото­ром они обучались.

    Право на составление документов юридического характера. Одним из правомочий права на юридическую помощь при реализации субъективных прав является право на составление документов юридического характера. Особенность данного правомочия его казуальный характер. Доку­мент составляется индивидуально под каждый конкретный случай. Существует два основных варианта реализации данного права: составление документов юридического характера и частичное составление документов юридического характера.

    Согласно первому варианту составления документов юридического ха­рактера, лицо, оказывающее юридическую помощь, выясняет суть дела, подби­рает правовую норму, которая будет призвана урегулировать возникшие право­отношения или правоотношения, которые стремится создать обратившееся лицо, и составляет юридический документ, призванный стать юридическим фактом в целях обеспечения или защиты какого-либо права. Данный документ может быть составлен в форме жалобы, ходатайства, искового заявления, заяв­ления о принятии наследства и т.п.

    Предоставлять юридическую помощь в виде составления документов юридического характера может любое лицо, заключившее договор на оказание правовых услуг. Так, Информационным Письмом Президиума Высшего Арбит­ражного Суда РФ от 29 сентября 1999 г. "О некоторых вопросах судебной прак­тики, возникающих при рассмотрении споров, связанных с договорами на ока­зание правовых услуг"76, арбитражный суд определил обязанности исполнителя по договору на оказание правовых услуг не только в совершении определенных действий (деятельности), но и в представлении заказчику результата действий исполнителя (письменные консультации и разъяснения по юридическим вопро­сам; проекты договоров, заявлений, жалоб и других документов правового ха­рактера и т.д.).

    Разновидностью полного варианта права на составление документов юридического характера является составление его нотариусом. Согласно Осно­вам законодательства Российской Федерации "О Нотариате" от 11 февраля 1993 г. [21], задачей нотариата в Российской Федерации определяется защита прав и за­конных интересов граждан и юридических лиц путем совершения нотариусом нотариальных действий. Основами "О Нотариате" право или обязанность нота­риуса составлять документы юридического характера. В обязанность нотариуса входит, например, разъяснение сторонам смысла и значения предоставленного ими проекта сделки. Деятельность нотариуса по составлению проекта сделки вытекает из ст. 3 Закона Российской Федерации "О государственной пошлине" от 9 декабря 1991 г. [31]. Согласно указанной статье, за совершение но­та­ри­альных действий, а именно за составление проектов сделок взимается го­су­дарственная пошлина.

    Содержание частичного составления документов юридического харак­тера заключается в предоставлении лицу бланка юридического документа, куда последний должен внести свои индивидуальные данные. Примером такой юри­дической помощи является использование лицами бланков различных догово­ров купли-продажи, дарения, найма жилого помещения. Особое распростране­ние в последнее время получила продажа бланков доверенностей на управление автотранспортным средством: готовые бланки этих доверенностей можно при­обрести в любом киоске "Союзпечати". Достоинство данного вида юридиче­ской помощи ее доступность. Недостаток однотипность.

    Юридическое представительство. Представительство является наиболее полным элементом полномочия лица на получение юридической помощи. В ходе представительства специалист может производить разъяснение представляемому лицу норм права, составлять юридические документы; автоматически производится и образовательный про­цесс. Данный элемент включает в себя все элементы права лица на получение юридической помощи. Ценность указанного блага заключается в том, что здесь опосредованно присутствуют все элементы права на получение юридической помощи, которые, концентрируясь в деятельности представителя, ведут к конечной цели реализации права на юридическую помощь.

    Право на представительство реализуется в основном в ходе реализации гражданских и административных правоотношений. Юридическая же помощь при реализации административных правоотношений будет рассмотрена нами за исключением административных правоотношений, возникающих по поводу привлечения лица к административной ответственности. Оказание юридиче­ской помощи при привлечении лица к административной ответственности бу­дет рассмотрено в параграфе, посвященном рассмотрению содержания юриди­ческой помощи при защите субъективных прав.

    Получение юридической помощи при реализации субъективных прав тесно связано с лицом, оказывающим данную помощь. Именно поэтому рас­смотрение этого аспекта содержания права на юридическую помощь мы будем проводить, анализируя деятельность отдельных субъектов, оказывающих юри­дическую помощь.

    Право на представительство в ходе реализации гражданских и админист­ративных правоотношений реализуется посредством юридической помощи ад­воката, прокурора и иных лиц. Адвокатская помощь оказывается в процессе его представительства в судах, а также при отстаивании интересов в различных ор­ганизациях. Наиболее распространенным видом является представительство адвоката, его участие в гражданском судопроизводстве. Роль адвоката в граж­данском судопроизводстве обусловлена определенными тенденциями, просле­живающимися в сфере гражданского судопроизводства.

    Как уже было указано, увеличение объема норм граждан­ского, граждан­ско-процессуального права делает необходимым помощь лица, в них компе­тентного. Авторы отмечают: "С возрастанием роли суда в защите прав чело­века, отнесением к его компетенции разрешения практически всех конфликтов в этой сфере отношений, регулируемых большим массивом зако­нодательства (разобраться в котором зачастую под силу только очень квалифи­цированным специалистам), несомненно, должна возрасти и роль адвоката" [110. С. 167]. О возрастаю­щей важности юридической помощи при реализации гражданских правоотно­шений свидетельствуют и социальные опросы. Так, на вопрос, какие ситуации требуют обращения к юристу, 62,2 % опрошенных ответили, что по­чувствовали такую необходимость в момент участия в гражданских правоот­ношениях, а именно при операциях с жильем [128. С. 24].

    Для реализации в гражданском процессе конституци­онного права на юридическую помощь необходимо разрешение нижеследую­щих задач.

    Во-первых, это допуск иных субъектов, обеспечивающих юридическую помощь в гражданском процессе. Нам представляется, что в отличие от уголов­ного процесса, допуск лиц к оказанию юридической помощи в качестве пред­ставителя, должен быть более либеральным. Кроме адвокатуры как основной и наиболее эффективной формы оказания юридической помощи, возможно при­влечение и иных лиц (структур). Критикуя один из проектов Закона "Об адво­катуре Российской Федерации", цивилисты подвергали справедливой критике его положение о том, что в каждом субъекте Российской Федерации создается только одна коллегия адвокатов. Ставится вопрос об альтернативности колле­гий и допуска к представительству иностранного юриста [110. С. 171]. Хотя стоит отме­тить, что российское законодательство не предусматривает практически никаких ог­раниче­ний по поводу допуска лиц к представительству в гражданском про­цессе. В соответствии со ст. 49 ГПК РФ, любое дееспособное лицо может иметь полномочия пред­ставителя по доверенности, выданной представляемым на ве­дение дела в суде.

    Во-вторых, должны быть расширены полномочия представителя по сбору доказательств по делу. Для этого в полномочия представителя необходимо включить: собирание доказательств до суда и в стадии подготовки дела к су­дебному разбирательству запрашивать и получать различные документы, имеющие значение для дела, требовать объяснения у различных лиц (с их со­гласия) для последующего представления в суд и проверки в ходе разбиратель­ства дела.

    В-третьих, нужно обеспечить получение квалифицированной юридиче­ской помощи в гражданском процессе неимущим или малоимущим лицам, т.е. тем, кто не в состоянии оплатить стоимость услуг, оказываемых по соглаше­нию.

    Представительство адвоката в ходе реализации административных право­отношений, к сожалению, менее распространено. Распространено оказание юридической помощи адвокатами в виде составления жалоб, заявлений, пети­ций и т.п. Однако непосредственное представительство адвоката при осущест­влении и защите прав клиента при реализации административных отношений явление довольно редкое. Например, странную реакцию у работников военного комиссариата вызвал факт прихода адвоката как представителя призывника в ходе осуществления военного призыва. К сожалению, к данному виду предста­вительства не подготовлено не только общественное мнение, но и право. В дей­ствующем законодательстве отсутствуют нормы, регулирующие представи­тельство адвоката при реализации административных правоотношений.

    Юридическую помощь при реализации субъективных прав в виде пред­ставительства оказывают и государственные органы. Особая роль в деле оказа­ния юридической помощи в гражданском судопроизводстве принадлежит про­куратуре Российской Федерации.

    Органы прокуратуры реализуют юридиче­скую помощь в гражданском судопроизводстве в следующих случаях: при обращении в суд с заявлением в защиту прав и охраняемых законом инте­ресов других лиц и при вступлении в гражданское дело на любой стадии про­цесса.

    В соответствии со ст. 45 Граждан­ского процессуального кодекса РФ, п. 2 ст. 21, п. 3 ст. 31 Закона "О проку­ратуре Российской Федерации", прокурор имеет право обратиться в суд с заяв­лением в защиту прав и охраняе­мых зако­ном интересов других лиц.

    Прокурор имеет право участвовать в возбужденном другими лицами гра­жданском деле, когда такое участие является обязательным в силу закона (на­пример, по делам о лишении родительских прав, по заявлениям о признании граждан безвестно отсутствующими или объявлении их умершими ст. 278 ГПК РФ, о признании граждан ограниченно дееспо­собными или недееспособ­ными ст. 284 ГПК РФ). В некоторых случаях прокурор может сам иницииро­вать процесс, например, о защите избирательных прав и права на участие в ре­ферендуме граждан Российской Федерации – ст. 259 ГПК РФ.

    Существует третья форма участия проку­рора в гражданском процессе возбуждение дел о признании незаконными правовых актов. Но прокурором могут быть оспорены в суде акты государст­венных и других органов, их долж­ностных лиц, которые создают нормы права или касаются прав и обязанностей неопределенного круга лиц [110. С. 155].

    Прокурор может вступать в любое дело в любой стадии процесса, "если этого требует охрана прав и законных интересов граждан, общества и государ­ства", т.е. юридическая помощь может быть оказана независимо от того, желает ее лицо получить или нет. Такая же ситуа­ция получается и при подаче прокурором кассационного или частного протеста. Если лицо, участвующее в деле, решение не обжалует, так как с ним согласно, то может ли ему без согла­сия быть предоставлена в указанной форме юридиче­ская помощь? Согласно ч. 1 ст. 32 Закона "О прокуратуре Российской Федера­ции" да.

    Участие прокурора в оказании юридиче­ской помощи в гражданском про­цессе следует регламентировать следующими принципами:

    прокурор может участвовать в граждан­ском судопроизводстве только как лицо, возбудившее процесс. Поскольку функции надзора за рассмотрением дел в судах у прокуратуры нет, то нет и не­обходимости участия прокурора в деле в качестве лица, дающего заключение по возникающим вопросам, ходатайствам по делу и т.д.;

    прокурор может возбудить гражданское дело по своей инициативе только в защиту государства или общества, в защиту прав неопределенной группы лиц. В интересах конкретных лиц гражданские дела прокурор возбу­дить не может. Исключение допустимо, если лицо само обратится за этим к прокурору; лицо по уважительной причине не может обратиться в суд само­стоятельно; его отказ от поддержания иска должен быть обязательным для про­курора.

    Существуют и иные государственные органы, оказывающие юридиче­скую помощь в гражданском процессе.

    Право на представительство государствен­ными органами осуществляется и в ходе реализации администра­тивных правоотношений. К сожалению, юри­дическая помощь в виде предста­вительства, при участии лица в администра­тивных правоотношениях, как и в случаях представительства адвоката, долж­ного распространения не получила до сегодняшнего дня. Однако потребность в юридической помощи в этих слу­чаях достаточно велика.

    Взаимодействие права на юридическую по­мощь и административных правоотношений проявляется с двух сторон. Во-первых, порой именно в адми­нистративном законодательстве получают свою конкретизацию и детализацию конституционные права и свободы, в частности право на юридическую по­мощь. Во-вторых, для функционирования самих ад­министративных правоот­ношений их субъектам просто необходима юридиче­ская помощь.

    В большинстве случаев для реализации того или иного конс-титуционного права необходимо привести в "движение" со­ответ-ствующее звено аппарата го­сударственного управления (именно оно наде­лено государственно-властными полномочиями по удовлетворению хода­тайств (обращений) граждан по поводу реализации или нарушения их прав на юриди­ческую помощь). Соответственно реализация конституционных прав и свобод происходит в процессе практиче­ского осуществления административным зве­ном права и дееспособности дан­ного звена уп­равленческого аппарата. При этом необходимо иметь в виду, что права и свободы граждан либо непосредственно реализуются в сфере деятель­ности аппарата государственного управления, либо органически связаны с прак­тической деятельностью этого аппарата, либо, бу­дучи производными от конституционного, отраслевые права граждан приобре­таются в связи с их функционированием в сфере государственной управленче­ской деятельности. Право на юридическую помощь относится к числу прав, непосредс­твенно свя­занных с деятельностью органов государственного управ­ления и реализуемых в этой сфере.

    Административное право содержит адми­нистративно-правовые гарантии права на юридическую помощь. Они состоят в практическом осуществлении органами государственного управления и долж­ностными лицами на правовой основе в подведомственных им областях, отрас­лях и сферах государствен­но-управленческой деятельности следующих юриди­чески значимых действий: вы­полнение юридических обязанностей по обеспечению реализации консти­туци­онного права на юридическую помощь; создание надлежащих условий его реализации; наблюдение за его реализа­цией; охрана данного права; применение санкций в случае его нарушения.

    Вместе с тем, представляется возможным выделение и специальных ад­министративно-процессуальных гарантий права на юридическую помощь. При этом, однако, следует исходить не из широкого по­нимания административно-процессуальной деятельности, а из юрисдикци­онной характеристики (подобно уголовному и гражданскому процессу).

    Так, процессуальные гарантии, предусмот­ренные производством по заяв­лениям и жалобам граждан, обоб­щенно могут быть изложены в виде комплекса обязанностей, возлагаемых на должностные лица по их приему, проверке и рас­смотрению, которым соответ­ствуют права заявителей, а также в виде ответст­венности должностных лиц за нарушение установленного по­рядка разбора за­явлений, жалоб граждан, пресле­дования заявителей и т.д.


    § 3. Право на получение бесплатной юридической помощи

    Одной из главных причин, которые не стимулируют или препятствуют обращению за юридической помощью, является высокая стоимость данных услуг. На первое место эту причину ставят 62,2 % рос­сиян [128. С. 33].

    Данное правомочие нельзя отнести к кате­гории общих в связи с тем, что предоставление бесплатной юридической помощи осуществляется не во всех случаях и не всем субъектам правоотноше­ний. Например, в сфере уголовного процесса подсудимый имеет право на бес­платную юридическую помощь, пре­доставление же бесплатных юридических услуг потерпевшему не предусмот­рено. Об этом говорит и содержание консти­туционной нормы: "В случаях, пре­дусмотренных законом".

    Право на получение бесплатной юридической помощи относится к той группе правомочий, которые предусматри­вают права, гарантированные во всех отношениях, но на осуществлении которых общество и государство не настаи­вают. Так, лицо, имеющее право на получение бесплатной юридической по­мощи, вполне может от него отказаться, воспользовавшись, например, услу­гами оплачиваемого юриста.

    Случаи предоставления бесплатной юридической помощи раскрыты и в отраслевом законодательстве. Так, согласно УПК РФ, "… расходы по уплате труда адвокатов относятся на счет республиканского бюджета и в случае, когда адво­кат участвовал в производстве дознания, предварительного следствия или в суде по назначению, без заключения соглашения с клиентом".

    Случаи оказания юридической помощи бесплатно должны быть преду­смотрены законом. Необходимо ли это толковать в том смысле, что данные правоотношения должны регулироваться лишь Федеральным Законом? Нам представляется, что это не так. В соответствии с ч. 1 ст. 72 Конституции Российской Федерации, "В совместном ведении Российской Федерации и субъ­ектов Российской Федерации находится адвокатура, нотариат". В исполнение своих полномочий Думой Волгоградской области был принят Закон "О гаран­тиях юридической помощи и о распространении правовых знаний среди насе­ления Волгоградской области". Согласно указанному закону, в ст. 6 перечис­лены случаи оказания адвокатами юридической помощи бесплатно: по вопросам, связанным с гибелью военнослужащих, проходивших военную службу по призыву, родителям, супругам и детям указанных военнослужа­щих, по вопросам, связанным с получением лицами, проходившими военную службу по призыву, увечья или иного повреждения здоровья во время прохож­дения службы, указанным лицам, а также их родителям, супругам и детям.

    Необходимо добавить, что, кроме адвокатуры, обязанность оказывать бесплатную юридическую помощь военнослужащим, согласно Федеральному закону "О статусе военнослужащих" [37], возложена на органы военного управле­ния и органы военной юстиции в пределах своих должностных обязанностей всем военнослужащим, гражданам, уволенным с военной службы, и членам их семей по вопросам, связанным с прохождением военной службы.

    Помимо военнослужащих, адвокаты обязаны оказывать юридическую помощь бесплатно по вопросам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца, наступивших в связи с работой; по трудовым спорам; по вопросам взыскания алиментов; по жалобам на неправильности в списках избирателей; при участии на предвари­тельном следствии и в суде по уголовным делам в качестве защитников по на­значению.

    Заметим, что субъект права на получение юридической помощи и субъ­ект права на получение бесплатной юридической помощи не совпадают: госу­дарство не может обеспечить бесплатной юридической помощью всех нуж­дающихся. В соответствии с нормативными актами Российской Федерации, государство предоставляет бесплатную юридическую помощь лишь в следую­щих случаях: при нуждаемости лица в юридической помощи при угрозе его личной свободе (в сфере уголовного судопроизводства) и в случаях, когда лицо обладает специальным правовым статусом. Что же касается комплекса мер, предпринимаемых государством с целью создания максимально возможных благоприятных условий реализации конституционных прав граждан, то здесь хотелось бы отметить следующее. С одной стороны, в Российской Федерации существует определенный экономический механизм предоставления юридиче­ской помощи. Такие нормативные акты, как Постановление Правительства РФ "Об оплате труда адвокатов за счет государства", "Положение о порядке оплаты труда адвокатов за счет государства", утвержденное письмом Минюста РФ, ст. 1524 закона "О гарантиях юридической помощи и о распространении правовых знаний среди населения Волгоградской области", содержат экономи­ческие средства обеспечения реализации права на юридическую помощь.

    Однако следует отметить, что данный ме­ханизм имеет во многом декла­ративный, нежели рабочий характер. Нами уже освещались проблемы реальной оплаты помощи адвоката. Разъяснение очень слабой работы этой группы гаран­тий рассматривае­мого права нельзя давать в отрыве от анализа экономической ситуации в стране и ситуации с реализацией других прав граждан.

    К тому же право на получение бесплатной юридической помощи не явля­ется безграничным. Данное право действует в том случае, если лицо оказывает юридическую помощь по назначению. Так, защиту осужденных А., Д., Ж. в су­дебном заседании осуществляли адвокаты Г., М. и Ш. По постановлению судьи им было отказано в оплате труда из средств федерального бюджета. Суд ссылался на то обстоятельство, что адвокаты осуществляли защиту не по назначению суда, а по поруче­нию подсудимых. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ постановление отменила, указав, что судом не были исследованы имеющиеся в деле доказательства, подтверждающие тот факт, что в ряде случаев адвокаты участвовали в этом деле по назначению77.

    В последние годы в Российской Федерации сложилась определенная сис­тема приоритетных прав граждан, реализации которых государство оказывает всемерную поддержку (избирательные права), и группа личных прав, пользую­щаяся поддержкой государства только в случае "крайней" необходимости. Именно к таким правам относится право на юридическую помощь. Известно, что для проведения эффективных мероприятий по предоставлению юридиче­ской помощи необходимо надлежащее финансирование.

    Не лучше (а порой и гораздо хуже) об­стоят дела и в регионах. Так, до се­годняшнего дня Закон Волгоградской об­ласти "О гарантиях юридической по­мощи и о распространении правовых зна­ний среди населения Волгоградской области" фактически "работал" только на бумаге в связи с отсутствием фи­нансирования данного законопроекта.

    Все это еще раз подчеркивает, что указанные проблемы затруд­няют реализацию права на юридическую помощь. Таким образом, по нашему мнению, принятие новых законов, направленных на создание любых экономи­ческих механизмов в области обеспечения юридической помощью заведомо обречено на провал. Выход из ситуации возможен только путем немедленной корректировки существующего курса реформ и введения новых экономических целей и приоритетов. В противном случае, положение дел в области получения юридической помощи будет и дальше ухудшаться.

    Проблемы большинства государств в сфере оказания бесплатной или льготной юридической помощи схожи: вознаграждение адвокатов за бес­платную юридическую помощь достаточно скромное и выплачивается с большим промежутком во времени. При этом объем такой помощи в неко­торых государствах порой доходит до 50 % всех гражданских и уголовных дел. Ситуация осложняется еще и практикой привлечения адвокатов к предва­рительному следствию по назначению.

    Поверенным законодательством Франции был введен определенный механизм по смягчению бремени оплаты услуг адвоката. После реформы, проведенной в январе 1972 г., стало возможным соизмерять оказание юри­дической помощи в за­висимости от имеющихся у клиента средств, освобож­дать его от части судебных расходов. Это позволило предоставлять право­вую помощь лицам, которые не столь уж несостоятель­ны, чтобы рассчитывать на безвозмездное рассмотрение дел, и не слишком богаты, чтобы самим полностью оплатить все расходы по процессу.

    В ряде государств бремя оказания юридической помощи неимущим возло­жено не только на адвокатов. Например, в Финляндии ее оказывают либо адво­каты, либо специально на то уполномоченные муниципальные советники. В дру­гих государствах получила распространение специальная система бесплатной юридической помощи для коренных жителей – аборигенов (Австралия) [69. С. 8].

    В Южно-африканской республике создан независимый орган – Общество правовой помощи, которое предоставляет юридические услуги неимущим.

    Существуют и аналогичные службы юридической помо­щи неимущим в США. Они финансируются из федерального бюджета. Головной организа­цией этих служб является "Корпорация по оказанию юридической помощи", учрежденная и финан­сируемая Конгрессом.

    В Швеции введен институт правового страхования. Так, многие из граждан этой страны застрахованы на случай расходов по судебным делам.


    § 4. Получение юридической помощи при обеспечении

    субъек­тивных прав отдельными категориями лиц

    Право несовершеннолетних на юридическую помощь. Особым является вопрос получения юридической помощи при обеспече­нии субъективных прав отдельными категориями лиц. Ими являются несовер­шеннолетние, и лица, страдающие психическими расстройствами.

    Несовершеннолетние имеют право на юри­дическую помощь при реали­зации субъективных прав. Так, 24 июля 1998 г. в России был принят Федераль­ный закон "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации" [40]. Статьей восемь главы II указанного закона установ­лен определенный перечень "государственных минимальных социаль­ных стандартов", которые, в частно­сти, включают в себя и право на получение квалифицированной юридической помощи. Особенно жесткие требования к реализации права на юридическую помощь несовершеннолетними предъявля­ются в случаях привлечения послед­них к юридической ответственности. Так, постановлением пленума Верховного суда РФ от 14 февраля 2000 г. "О судеб­ной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних" признано суще­ственным нарушением уголовно-процес­суального закона несоблюдение требо­ваний об обязательном участии защит­ника (адвоката) на предварительном следствии и судебном заседании78.

    Обеспечение юридической помощью несовершеннолетних в ходе реали­зации ими гражданских прав и прав, вытекающих из административных право­отношений, как правило, возлагается на их родителей. В частности, в граждан­ском процессе существует институт законного представительства [60. С. 120]. В соответствии со ст. 52 ГПК РФ, права и законные интересы недееспособных граждан, граждан, не обладающих полной дееспособностью, защищают в суде их родители, усыновители, опекуны или попечители. В ходе представительства именно указанные лица и оказывают ребенку юридическую помощь.

    Право лиц, страдающих психическими расстройствами на юри­дическую помощь. Следующей категорией граждан, обладаю­щей особыми правами при реа­лизации права на юридическую помощь, являются лица, страдающие психиче­скими расстройствами. Основы юридиче­ской помощи в данном случае регули­руются Законом РФ "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании " от 2 июля 1992 г.

    Все лица, страдающие психическими рас­стройствами, при оказании им психиатрической помощи имеют право на по­мощь адвоката, законного пред­ставителя или иного лица в порядке, установ­ленном законом. Как мы видим, юридическая помощь таким категориям граждан осуществляется в ходе пред­ставительства. Защиту прав и законных ин­тересов гражданина при оказании ему психиатрической помощи может осуще­ствлять адвокат. Порядок пригла­шения адвоката и оплаты его услуг предусмат­ривается законодательством Рос­сийской Федерации. Администрация учреждения, оказывающего психиатриче­скую помощь, обеспечивает возмож­ность приглашения адвоката, за исключением неотложных случаев.

    Предоставление юридической помощи указанным лицам в гражданском процессе также регулируется ст. 48 ГПК РСФСР, согласно которой права и законные интересы недееспособных граждан защищают в суде их опекуны. По­лучение юридической помощи лицами, страдающими психическими заболева­ниями, при привлечении их к уголовной ответственности регулируется ст. 51 УПК РФ. Согласно этой норме, участие защитника при производстве дознания и предварительного следствия обязательно, если обвиняемый в силу психических недостатков не может реализовать свое право на защиту. Так, по заключению экспертов, проводивших в отношении Рындина амбулаторную судебно-психи­атрическую экспертизу, он является вменяемым, но страдает олигофренией в степени легкой дебильности, запас его знаний мал, интеллект невысок, и он не всегда может правильно объяснить смысл прочитанного. Однако при предъяв­лении Рындину обвинения следователь защитника ему не предоставил. Суд по­считал, что поскольку Рындин психически неполноценен и в полной мере не мог осуществлять свою защиту сам, следователь со своей стороны должен был обеспечить участие защитника в деле79.

    Кроме представительства, у пациентов, на­ходящихся в психиатрических стационарах, существуют и иные формы осу­ществления права на юридическую помощь. Все они вправе подавать без цен­зуры жалобы и заявления в органы представительной и исполнительной власти, прокуратуру, суд и адвокату; встречаться с адвокатом и священнослужителем наедине. Кроме того, на адми­нистрацию и медицинский персонал психиатриче­ского стационара законом возлагаются определенные обязанности по оказанию юридической помощи своим пациентам. В частности, администрация и меди­цинский персонал психи­атрического стационара обязаны создать условия для реализации прав пациен­тов и их законных представителей, предусмотренных законом, в том числе соз­дать условия для переписки, направления жалоб и за­явлений пациентов в органы представительной и исполнительной власти, про­куратуру, суд, а также адвокату.

    Итак, в содержании права на юридическую помощь при обеспечении субъективных прав, исходя из общей структуры данного субъективного права, представляется необходимым выделить пять основных элементов:

    право на юридическую консультацию;

    право на составление документов юридического характера;

    право на представительство;

    право на бесплатную юридическую помощь;

    право на получение юридической помощи при обеспечении субъективных прав отдельными категориями лиц.


    Глава 9. ЮРИДИЧЕСКАЯ ПОМОЩЬ

    ЛИЧНОСТИ ПРИ ЗАЩИТЕ ЕЕ ПРАВ И СВОБОД


    § 1. Юридическая помощь лицу, привлекаемому

    к конституци­онной ответственности

    Осуществление таких видов юридической помощи, как информационная юридическая помощь и юридическая помощь при обеспечении субъективных прав, происходит при правомерном поведении субъектов. Ценность юридиче­ской помощи как социального блага заключается в том, что субъект права ис­пытывает в ней особую необходимость при нарушении его субъектив­ных прав. Именно поэтому важным элементом содержания права на юридическую помощь является ее оказание при защите субъективных прав.

    Любое нарушение субъективных прав должно повлечь за собой наступ­ление юридической ответственности. Каково же соотношение юридической от­ветственности и конституционного права на юридическую помощь?

    Взаимодействие таких объектов научного исследования, как юридическая ответственность и юридическая помощь, проявляется в двух аспектах. Во-пер­вых, при обеспечении юридической помощи в случаях привлечения лица к юридической ответственности; во-вторых, при наступлении юридической от­ветственности при нарушении права на юридическую помощь.

    В случаях привлечения лица к юридической ответственности резко воз­растает опасность нарушения его субъективных прав. Снизить опасность не­справедливого взыскания, а также чрезмерного взыскания может именно ква­лифицированная юридическая помощь.

    Рассмотрим роль юридической помощи в случаях привлечения субъектов права к различным видам юридической ответственности. Нам представляется, что, помимо таких общепризнанных в науке видов юридической ответственно­сти, как уголовная, гражданско-правовая, административная, дисциплинарная, материальная, существует еще и конституционная ответственность. Мы при­соединяемся к тем авторам, которые отмечают: "Общеизвестно, что нарушения норм советского государственного права влекут за собой уголовную, админи­стративную и иную ответственность. Но мы говорим о государственно-право­вой ответственности, отличающейся от других видов ответственности" [109. С. 29].

    Сфера взаимодействия права на юридическую по­мощь и юридическую ответственность довольно обширна. Юридическая помощь является одной из гарантий обеспечения таких основных принципов юридической ответственности, как законность, обоснованность, справедли­вость, целесообразность. Как отмечал в своей работе О.Э. Лейст, "обеспечение лицу, к которому применяется (или может быть применена) санкция, права на защиту важнейший и общий принцип ответственности по советскому праву. Реализация этого принципа обеспечивается именно процессуальной формой самой ответственности" [119. С. 112].

    В случае привлечения лица к любому виду юридической ответственности соответствующее отраслевое законодатель­ство всегда предусматривает право привлекаемого лица на получение юриди­ческой помощи. Уголовная, административная ответственность право на ад­воката (Уголовно-процессуальный кодекс РФ, Кодекс РФ об административных правонарушениях); гражданско-правовая, дисциплинарная, материальная право на представителя (ст. 48 Гражданского процессуального кодекса РФ80).

    Сложнее привести пример обеспечения права на юридическую помощь при привлечении лица к конституционной от­ветственности. Необходимо отметить, что сама конституционная ответствен­ность явление в конституционном праве довольно редкое. Последний факт дал повод некоторым авторам вообще отрицать существование конституцион­ной ответственности как самостоятельного вида юридической ответственно­сти [154. С. 189].

    Между тем в действующей Конституции Российской Федерации закреп­лено право на юридическую помощь при привлечении к конституционной от­ветственности Президента Российской Федерации. Так, согласно ст. 93 Конституции, Президент Российской Федерации отрекается от должности при наличии заключения Конституционного Суда Российской Федерации о соблю­дении установленного порядка выдвижения обвинения. Это значит, что при­влекаемый к конституционной ответственности Президент Российской Феде­рации имеет право на юридическую помощь в виде предоставления результатов юридического анализа Конституционного Суда, носящего юридически обяза­тельный характер, о соответствии закону самой процедуры привлечения его к конституционной ответственности. Деятельность Конституционного Суда здесь можно сравнить с деятельностью адвоката в уголовном процессе. Ведь, кроме консультации по поводу материального уголовного права, адвокат всегда об­ращает внимание и на процедуру привлечения своего подзащитного к уголов­ной ответственности (наличие всех стадий уголовного процесса, их последова­тельность и т.п.). В соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом РФ результатом данной юридической помощи может стать отмена приговора су­дом кассационной инстанции по причине существенного нарушения уголовно-процессуального закона. Результатом работы Конституционного Суда может стать прекращение процедуры отстранения от должности Президента Россий­ской Федерации.

    § 2. Юридическая помощь лицу, привлекаемому

    к уголовной ответственности

    Очевидно, что юридическая помощь оказывается и в случаях привлече­ния лица к уголовной, административной, гражданско-правовой и дисципли­нарной ответственности.

    В юридической литературе вопросы о юридической помощи при привле­чении лица к уголовной ответственности исследованы достаточно подробно. Такие авторы, как Ю.И. Стецовский, А.М. Ларин, Ф.М. Рудинский, в своих работах детализировали вопросы обеспечения лицу права на защиту в консти­туционном аспекте. В этом случае право на защиту и является правом лица на юридическую помощь при привлечении его к уголовной ответственности.

    Хотелось лишь заострить внимание на вопросе о субъектах, оказываю­щих юридическую помощь при привлечении лиц к уголовной ответственности. В научной литературе довольно активно велась дискуссия о количестве субъек­тов права на защиту. Так, В.А. Стремовский полагает, что таковыми являются не только обвиняемый и защитник, но и следователь, прокурор и суд [158. С. 121]. Другая группа авторов считает, что субъектом права на защиту является лицо, привле­каемое к уголовной ответственности: "следует все же согласиться с тем, что приписываемые следователю, прокурору и суду уголовно-процессуальной функцией защиты не содействует претворению данного права в жизнь" [77. С. 7].

    Мы исходим из презумпции разнообразия субъектов, оказывающих юри­дическую помощь при привлечении лица к уголовной ответственности. В своей работе мы уже пытались разграничить понятие "право на за­щиту" и "право на юридическую помощь". Действительно, защиту лица в уголовном процессе осуществляет адвокат, у других же участников уголовного процесса совсем иные задачи. Однако волей-неволей юридическую помощь в соответствии с законом оказывают большинство участников процесса. Так, в соответствии со ст. 172 УПК РФ, при предъявлении обвинения следователь обязан разъяснить обвиняемому его права. Это и есть юридическая помощь в виде разъяснения обвиняемому правовых норм. Та же обязанность возложена и на председательствующего судебного заседания, который разъясняет подсуди­мому его права в ходе судебного разбирательства. Федеральным законом "О статусе военнослужащих" [37] предусмотрена обязанность оказания юридической помощи органами предварительного следствия, прокурором и судом, в произ­водстве которых находится уголовное дело, всем военнослужащим, гражданам, уволенным с военной службы, и членам их семей.

    Необходимо отметить, что лишь адвокат имеет право оказывать некоторые виды юридической помощи при привлечении лиц к уголовной от­ветственности. Так, при проверках, проводимых органами юстиции, выявля­ются случаи, когда на основании полученной лицензии на оказание юридиче­ских услуг лицо осуществляет иную деятельность, для которой установлен особый порядок лицензирования. При этом, чаще всего лицензиат "вмешива­ется" в адвокатскую деятельность. Наиболее распространенной формой такого "вмешательства" является его участие в качестве защитника на стадии дознания и предварительного следствия в уголовном процессе81, в то время как в силу ст. 49 УПК РФ в качестве защитников на этой стадии процесса допускаются лишь адвокаты по предъявлении ими ордера юридической консультации, а также представители профессиональных союзов и других общественных орга­низаций. Отказ в допуске в качестве защитников лиц, не являющихся членами коллегий адвокатов и не представляющих общественные объединения, со ссылкой на ч. 4 ст. 47 УПК РСФСР (в редакции Федерального закона от 15 июня 1996 г.) послужил причиной обращения в Конституционный Суд Рос­сийской Федерации некоторых граждан. В свою очередь, Конституционный Суд Российской Федерации признал положение ч. 4 ст. 47 УПК РСФСР (ст. 49 нового УПК РФ) не противоречащим Конституции Российской Федера­ции (Постановление от 28 января 1997 г.). Заметим, что иногда юристы, необосно­ванно представляются своим клиентам или в средствах массовой информации адвокатами, не будучи таковыми. При этом нарушаются требования Закона РФ "О рекламе", Закона РФ "О защите прав потребителей" и ряда других законода­тельных актов.

    К участию же в уголовном судопроизводстве в соответствии со ст. 49 УПК РФ к оказанию юридической помощи в качестве защитника по определе­нию суда или постановлению судьи может быть допущено любое лицо.


    § 3. Юридическая помощь лицу, привлекаемому

    к администра­тивной ответственности

    Не получил должного освещения в науке и вопрос об обеспечении юри­дической помощью лиц, привлекаемых к административной ответственности. На современном этапе развития российского законодательства нормы, состав­ляющие административно-процессуальное право, не отражают потребностей общества в плане обеспечения и защиты основных прав и свобод. Действи­тельно, насущной необходимостью в урегулировании пробелов, существующих в административном процессе, является решение вопросов, касающихся полу­чения квалифицированной юридической помощи на стадии привлечения лиц к административной ответственности. В действующем Кодексе РФ "Об админи­стративных правонарушениях" содержится лишь один аспект осуществления права на юридическую помощь, регулирующий общие принципы участия адво­ката в административном процессе. Кроме того, существует и Постановление пленума Верховного Суда РФ от 24 сентября 1991 г. "О судебной практике по делам о посягательстве на жизнь, здоровье и достоинство работников милиции, народных дружинников и военнослужащих в связи с выполнением ими обязан­ностей по охране общественного порядка" (в ред. Постановления Пленума Вер­ховного Суда РФ от 21 декабря 93 г.). Затрагивая вопрос предоставления юридиче­ской помощи при привлечении лица к административной ответственности, суд указал, что в соответствии с КоАП РФ при рассмотрении дела об администра­тивном правонарушении, предусмотренном законом, присутствие лица, при­влекаемого к административной ответственности, обязательно. Причем наряду с другими правами при рассмотрении дела такое лицо может воспользоваться помощью адвоката.

    Нормативная база по урегулированию отношений, складывающихся при оказании юридической помощи лицам, привлекаемым к административной от­ветственности, является недостаточной. Согласно пп. "к", "л", ч. 1 ст. 72 Конституции Российской Федерации, вопросы, касающиеся административно-процессуального права и адвокатуры, находятся в совместном ведении Россий­ской Федерации и субъектов Российской Федерации. И разрешить указанные вопросы в случае отсутствия федерального законодательства именно в ком­петенции субъекта Российской Федерации.

    Согласно ч. 2 ст. 48 Конституции Российской Федерации, каждый задер­жанный имеет право воспользоваться помощью адвоката (защитника) уже с момента задержания. Термин "задержание", должен быть раскрыт в отраслевом законодательстве, в данном случае администра­тивно-процессуальном. В ходе вовлечения лица в административный процесс оно, будучи еще не осужденным, может быть подвергнуто умалению такого конституционного права, как ограничение свободы передвижения. Согласно Кодексу РФ "Об административных правонарушениях", каждый может быть подвергнут ограничению свободы это доставление нарушителя для составле­ния протокола об административном правонарушении, а также административ­ное задержание до трех часов. Пользуясь пробелами в законодательстве, неко­торые работники внутренних дел ограничивают задержанного в такой важный для него момент в допуске к нему не только родственников, но и адвокатов, мотивируя это отсутствием соответствующего закона. Ссылка же на конститу­ционную норму с господствующим в обществе конституционным нигилизмом, а порой попросту отсутствием познаний в конституционном праве, беспо­лезна. В данном случае единственная возможность остановить подобный про­извол допустить к задержанному защитника, урегулировав это законом.

    Отсутствуют и нормы, содержащие правила, регулирующие процедуру и порядок участия адвоката (защитника) в административном процессе. Никак не прописаны права и обязанности лица, оказывающего юридическую помощь.

    В административном праве сложилась ситуация, когда лицо после рас­смотрения административного дела подвергается наказаниям, идентичным пре­дусмотренным уголовным законодательством. Так, размер штрафа администра­тивным законом предусмотрен в пределах от одной десятой до ста минимальных размеров оплаты труда, уголовным законом от двадцати пяти минимальных размеров оплаты труда. Общим видом наказания является лише­ние специального права. Неблагоприятным последствием административного взыскания могут оказаться и те обязанности, которые возлагаются на осужден­ное лицо при рассмотрении гражданских дел. Например, при рассмотрении гражданского дела о возмещении вреда, причиненного транспортным средст­вом, основным, а подчас и единственным доказательством служит постановле­ние о наложении административного взыскания. Все это с особой актуально­стью ставит вопрос оказания в данных случаях квалифицированной юридической помощи.

    Имущественное положение некоторых граждан лишает их возможности получения юридической помощи. Нам кажется, что целесообразно в строго оп­ределенных законом случаях обеспечить бесплатное ее получение.

    С целью обеспечения права лица на юридическую помощь при привлече­нии его к административной ответственности необходимо на уровне федерации или субъекта Российской Федерации принять закон "Об обеспечении юридиче­ской помощи лицам, привлекаемым к административной ответственности". Данный закон должен быть построен на основе общих принципов и стандартов юридической помощи.

    Для того чтобы определить момент возникновения права на юридиче­скую помощь, необходимо определить понятие термина "задержание", с кото­рым Конституция Российской Федерации связывает возникновение у лица права на юридическую помощь. Задержание это любое физическое ограниче­ние лица в свободе передвижения с целью составления протокола об админист­ративном правонарушении или применение к нему меры обеспечения произ­водства по делам об административных правонарушениях в виде административного задержания.

    Необходимо определить и круг субъектов, имеющих право оказывать юридическую помощь. С нашей точки зрения, не является целесообразным ог­раничивать круг лиц, оказывающих юридическую помощь, только адвокатом. Им может быть любое лицо, имеющее высшее юридическое образование. Од­нако в некоторых случаях, когда, например, участие защитника в деле является обязательным, юридическая помощь должна оказываться исключительно ква­лифицированным юристом, т.е. адвокатом.

    На наш взгляд, следует предусмотреть случаи обязательного участия за­щитника в административном разбирательстве. Участие защитника в админи­стративном разбирательстве должно быть обязательно, если привлекаемое лицо является задержанным; если привлекаемое лицо является несовершеннолетним, немым, глухим, слепым и другим лицом, которое в силу своих ограниченных физических или психических возможностей не может само реализовать свое право на защиту, а также лицом, не владеющим языком, на котором ведется административное судопроизводство, и лицом без определенного места жи­тельства, которые привлекаются по делам, подведомственным районным (го­родским) судам, мировым судьям, или если указанные лица обвиняются в со­вершении правонарушений, за которые в качестве меры наказания может быть назначено административное взыскание в виде штрафа, превышающего два­дцать пять установленных законодательством Российской Федерации мини­мальных размеров оплаты труда, или лишения специального права, предостав­ленного данному лицу.

    В законе следует предусмотреть право отказа от защитника в любой мо­мент производства по делу. Следует четко обозначить обязанности и права за­щитника. Так, с момента вступления в дело защитник должен иметь право на свидания наедине с привлекаемым лицом без ограничения их частоты и про­должительности, участие в любых действиях, производимых с привлекаемым лицом; ознакомление со всеми документами, относящимися к делу, выписывать из него любые сведения в неограниченном объеме, производить копирование документов; представление доказательств; заявление ходатайств; участие при рассмотрении жалоб на административное задержание; участие в разбиратель­стве дела по первой инстанции, а также при рассмотрении жалобы, протеста на постановление о наложении административного взыскания; принесение жалоб на действия и решения уполномоченного лица, а также лица, производящего сбор доказательств; использование любых других средств и способов защиты, не противоречащих закону.

    Отдельно следует прописать вопросы оказания юридической помощи на различных стадиях административного процесса: протокольной стадии адми­нистративного производства, при ознакомлении со всеми материалами дела, подготовке дела об административном нарушении, рассмотрении дела, обжало­вании постановления об административном правонарушении.

    Закон обязательно должен содержать гарантии оказания юридической помощи при привлечении лица к административной ответственности. Ими должны быть процессуальные и материальные гарантии.

    Процессуальной гарантией должно быть требование, согласно которому постановление об административном правонарушении подлежит отмене, если дело рассмотрено без участия защитника в случаях, когда оно является обяза­тельным, или лицу вообще не была предоставлена юридическая помощь.

    Материальной гарантией должен быть механизм оплаты юридической помощи лицам, предоставляющим ее бесплатно.

    Думается, что принятие данного закона хотя бы в одном субъекте Рос­сийской Федерации улучшило бы ситуацию с правами человека и послужило примером для федеральных и региональных представительных органов госу­дарственной власти в деле улучшения положения с юридической помощью при привлечении лиц к административной ответственности.

    Подводя итоги исследования вопроса о взаимодействии права на юриди­ческую помощь и юридической ответственности, можно сделать определенный вывод. На нынешнем этапе развития российского законодательства юридиче­ская помощь и юридическая ответственность не только оказывают значитель­ное влияние друг на друга, но и взаимодействуют столь тесно, что раздельное их существование уже не представляется возможным.




    Глава 10. ГАРАНТИИИ ПРАВА НА ЮРИДИЧЕСКУЮ

    ПОМОЩЬ


    Гарантии права на юридическую помощь это средства, обеспечиваю­щие само функционирование самой этой деятельности. Применительно к кон­ституционным правам в науке традиционно выделяют следующие виды гаран­тий: материальные, идеологические и юридические гарантии.

    Материальные гарантии. Создание государством финансовых условий функционирования института предоставления юридической помощи. Примени­тельно к адвокатской деятельности они заключаются в следующем: минимиза­ция налоговых сборов, оплата адвокатских услуг, предоставляемых ими в по­рядке оказания бесплатной юридической помощи.

    Идеологические гарантии. Способствование созданию положительного имиджа лиц, оказывающих юридическую помощь и их деятельности.

    Юридические гарантии. Под юридическими гарантиями понимается создание правового механизма, обеспечивающего функционирование инсти­тута предоставления квалифицированной юридической помощи.

    Все перечисленные гарантии права на юридическую помощь можно ус­ловно разделить на две группы: международные и национальные гарантии права на юридическую помощь.


    § 1. Международные гарантии субъективного права

    на юриди­ческую по­мощь

    Нам представляется, что именно международно-правовые гарантии и воз­главляют взаимосвязанную систему гарантий права человека и гражданина на юридиче­скую помощь. Данная норма содержится в ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации, согласно которой, в случае противоречия правил междуна­род­ного договора Российским законам, применяются правила между­народного до­говора. Тем самым открывается возможность прямого воздействия и при­мене­ния норм международного права органами власти, включая суды. За­ин­тересованные физические и юридические лица могут ссылаться прямо на нормы международного права при разрешении любых споров.

    Согласно данной статье, правила международных договоров, нормы и принципы международного права должны обладать приоритетом по отноше­нию к противоречащим им внутригосударственным законам.

    Продолжающее ухудшаться положение граждан по получению качест­вен­ной юридической помощи, давно переросшее национальные рамки, застав­ляет по-новому подойти к определению правовых основ взаимоотноше­ний че­ловека и общества. Сложившееся в настоящий момент положение дел в этой сфере свиде­тельствует о невозможности успешно решить эту проблему в рам­ках от­дельных государств, а значит, и о необходимости объединить усилия ме­ж­дународного сообщества при решении этой проблемы.

    Другим аспектом данных гарантий является создание и существование международных неправительственных правозащитных движений, которые мо­гут влиять на политику своих правительств в сфере предоставления юридиче­ской помощи, оказывать воздействие на формирование мирового обществен­ного мнения в области обеспечения и охраны права человека на юридическую помощь, содействие деятельности международных правозащитных органов, а также вести воспитательную и образовательную работу в раз­личных государст­вах планеты. Такие движения уже существуют во многих странах мира.

    Не менее важным аспектом данной гарантии является и укрепление меж­дународного сотрудничества в сфере предоставления юридической помощи. Укрепление международного сотрудничества означает усиле­ние помощи миро­вого сообщества отдельным странам в решении данных вопросов (консульта­ции, обмен специалистами), проведение междуна­родных встреч по правоза­щитным проблемам.

    Международной экономической гарантией права человека на юридиче­скую помощь, с точки зрения современных междуна­родных документов, сле­дует считать совокупность мер, принимаемых меж­дународным сообществом в сфере экономики, призванных создать матери­альные условия для обеспечения права человека на юридическую помощь. К указанным мерам следует отнести искоренение бедности как условия устойчивого развития (принцип 5 Деклара­ции Рио-де-Жанейро, 1992 г.).

    Выполнение всеми государствами планеты данных требований для про­ведения экономической политики позволит материально реализовать право че­ловека на юридическую помощь, равно как и на развитие других прав. Между­народными экономическими средства­ми защиты может служить эмбарго на торговлю с теми странами, которые не соблюдают данные требования. Международные духовные гарантии заключаются в формировании у всех жителей планеты системы знаний и представлений юридической помощи, ее стандартах и значимости.

    Под международно-правовыми гарантиями рассматриваемого права сле­дует также понимать совокупность таких международно-правовых условий и средств их осуществления, которые обеспечивают фактическую реализацию данного права как отдельными людьми, так и народами, населяющими все го­сударства планеты, а также его надежную защиту в случае посягатель­ства как отдельных граждан, их групп, так и любого государства в це­лом.

    Определяя понятие данного вида гарантий, следует отметить, что к чис­лу указанных международно-правовых средств относятся не только междуна­родно-правовые нормативные акты (конвенции, договоры, декларации и т.д.), но и различного рода международные организации и учреждения, на которые возложена обязанность обеспечения прав и свобод человека.

    По охвату стран международные контрольные механизмы бывают либо универсальными, либо региональными. По способу образования и функциям данные механизмы могут быть как созданными на основе конкретного договора по правам человека с целью обеспечения выполнения именно его положе­ний, так и имеющими более общую компетенцию, в частности, по обеспече­нию вы­полнения международных стандартов по правам человека.

    Так, если положения Пакта о гражданских и политических правах подле­жат применению немедленно и без оговорок, то Пакт об экономичес­ких, соци­альных и культурных правах обязывает государства лишь "при­нять в макси­мальных пределах имеющихся ресурсов меры к тому, чтобы обеспечить постепенное полное осуществление признаваемых в Пакте прав" (ч. 1 ст. 2). По­лучается, что указанные права не являются юридическими нормами, а лишь стандартом, к которому государство должно стремиться в будущем. США, на­пример, официально придерживаются позиции, что расс­матриваемые права по юридической силе являются необязательными, а лишь своеобразным пожела­нием. Таким образом, реализация этих прав ставится в зависимость от матери­альных возможностей государства и к тому же обеспечивается постепенно. Со­храняются и различия в механизме имплементации этой группы прав по сравнению с гражданскими и политическими правами Комитет по правам че­ловека обладает гораздо большими возможностями контроля за обеспечением гражданских и политических прав, чем Комитет по экономическим, социаль­ным и культурным правам (данный Комитет был создан в 1984 г.).

    Подобное отношение к социально-экономическим правам вообще и праву человека на юридическую помощь в частности автор считает неприемлемым, поскольку это принижает значение указанного права.

    Итак, в целях обеспечения права на юридическую помощь и соблюдения прав человека принимаются международные соглашения, стандарты и созда­ется международный контрольный механизм за соблюдением прав человека. В случае нарушения обязательств по дейс­твующим международным договорам наступает международная правовая от­ветственность. Ее виды и формы обу­словливаются серьезностью наруше­ний. В результате, ответственность за орди­нарные нарушения прав челове­ка это, как правило, ненасильственные санк­ции в виде представлений заинтересованных сторон в адрес нарушителя соответствующих обязатель­ств. В случае неэффективности подобных мер воз­действие на нарушителя может быть усилено дополнительными политическими и экономическими санкциями [220. С. 95–98]. Ответственность за нарушения прав человека может быть возложена на основании как универсальных, так и региональных соглашений.

    Другим, более эффективным региональным механизмом защиты прав че­ловека считается система, разработанная Советом Европы. Рассмотрение ее представляет сейчас особый интерес, так как Российская Федерация наконец принята в феврале 1996 г. в Совет Европы.

    Европейская конвенция о правах человека, подписанная в рамках Евро­пейского Совета 4 ноября 1950 г. [10. С. 95–117], прямо признает за всеми гражданами догово­рившихся государств указанные там основные права. Кроме того, она устано­вила наличие органов юрисдикции, независимых от государств участ­ников и обязанных обеспечивать соблюдение основных прав этими государст­вами: Ев­ропейской комиссии по правам человека и Европейского Суда по пра­вам чело­века.

    Нельзя не отметить, что наряду с сотрудничеством государств в рамках универсальной и региональной систем по защите права человека на юридиче­скую помощь такое сотрудничество мо­жет осуществляться в рамках заключе­ния соглашений на двустороннем и многостороннем уровнях.

    На основании изложенного необходимо сделать следующий вывод: меж­дународные гарантии права на получение юридической помощи приобретают все более важное значение в вопросах обеспечения данного права.

    Ряд авторов, анализируя конституционную норму, определяющую при­оритет норм международного права и конкретизировавшую ее применительно к правоотношениям, связанным с получением юридической помощи и иными правоотношениями, считают, что она является не более чем декларацией. Кон­ституционное положение о приоритете норм международного права над внут­ригосударственным не имеет механизма реа­лизации, в связи с чем ни один су­дебный орган не примет иск от гражда­нина страны со ссылкой на международный договор, положения которого нарушаются в правопримени­тельной практике [206. С. 49]. 

    С этим замечанием, однако, можно поспорить, ссылаясь на судебную практику. Конституционный, Верховный суд при вынесении решений довольно часто ссылается на нормы международного права. Существуют судебные пре­цеденты применения норм международного права, применительно к праву на юридическую помощь. Так, в своем Постановлении "По делу о проверке кон­ституционности ч. 4 ст. 47 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан Б.В. Антипова, Р.Л. Гитиса и С.В. Абра­мова" [47], Конституционный Суд Российской Федерации при решении вопроса о допустимости в качестве защитника по уголовному делу только адвоката, со­слался на ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах.

    Система международных гарантий является наиболее существенным ус­ловием обеспечения и защиты права на юридическую помощь. Далее по значи­мости идут конституционные гарантии, которые являются основой для всех от­раслевых юридических гарантий, к которым следует отнести уголовно-правовые, гражданско-правовые, административ­но-правовые и другие.


    § 2. Внутригосударственные гарантии права

    на юридиче­скую по­мощь

    Конституционные гарантии права на юридическую помощь. Объединяющим звеном международного и внутригосударственного ме­ханизмов гарантий прав человека выступает система конституционных гаран­тий. К конституционно-правовым гарантиям права на юридическую помощь относятся:

    установление правовых институтов, которые являются базовыми для всех юридических гарантий защиты этого права;

    конституционное закрепление этого права и гарантий его обеспечения (ст. 48 Конституции Российской Федерации);

    обеспечение контроля со стороны органов государственной власти за деятельностью государственных органов, призванных охранять права чело­века [152. С. 152] (в данном случае на юридическую помощь).

    Конституция, являясь основным законом государства, не только провоз­глашает конкретное право гражданина, но и закладывает основы принципов деятельности государства, должностных лиц и граждан, которые призваны бла­гоприятствовать обеспечению данного права. Конституционные гарантии, с одной стороны, играют немаловажную роль в механизме внутригосударствен­ных гарантий, а с другой обусловливают правовую основу использования гражданином средств международной защиты права.

    Специфика конституционных гарантий состоит в том, что они являют­ся исходными для всех иных юридических гарантий пра­ва на юридическую по­мощь. В конечном счете все конституционные нормы, закрепляя основы пра­вовой деятельности государственных органов, тем самым создают и обеспечи­вают потенциально оптимальные условия обеспечения данного права.

    В качестве общих конституционных гарантий могут быть признаны по­ложения Конституции, закрепленные в ст. 2, 10, 17, 19 и других статьях Кон­ституции.

    В качестве общей конституционной гарантии выступает также закреп­ленная в ст. 71 п. "в" Конституции Российской Федерации норма, отно­сящая регулирование и защиту прав и свобод человека и гражданина иск­лючительно к ведению Российской Федерации.

    Не менее важной конституционной гарантией осуществления права на юридическую помощь является разграничение компе­тенции Российской Феде­рации и ее субъектов, в связи с чем адвокатура, нотариат находятся в совмест­ном ведении Российской Федерации и ее субъектов (п. "л" ч. 1 ст. 72 Конститу­ции Российской Федерации). Несмотря на указанную конституционную норму, федеральные законы далеко не всегда обеспечивают детальное размежевание пол­номочий в области предоставления юридической помощи между Федера­цией и ее субъектами. Некоторые субъекты Федерации, не дожидаясь такого размежевания, начали принимать свои, широкие по содержанию законы и дру­гие нормативные акты, касающиеся рассматриваемой сферы, в том числе и противоречащие федеральным законам. На наш взгляд, требуется детальное разграничение компетенции между Федерацией и ее субъектами в данной сфере совместного ведения, путем как принятия федеральных законов, внесения дополнений в существующие, так и путем заключения договоров фе­дерации с ее субъектами.

    Гарантом прав и свобод человека и гражданина является Президент РФ. Для усиления гарантий соблюдения этих прав создана Комиссия по правам че­ловека при Президенте РФ82. Задача осуществления мер по обеспечению прав граждан входит в компетенцию Правительства РФ. Свое конституционное за­крепление это положение находит в п. "е" ч. 1 ст. 114 Конституции Российской Федерации, согласно которому Правительство РФ осуществляет меры по обес­печению прав и свобод граждан, куда включено и право на юридическую по­мощь.

    С целью защиты конституционных прав граждан государством создан целый механизм, включающий в себя, во-первых, меры надзора и контроля за правомерностью поведения субъектов права для выявления случаев правона­рушения; во-вторых, меры правовой защиты; и, в-третьих, процессуальные формы охраны права. К контрольно-надзорным мерам относятся различные виды контроля органов государственной власти и управления: контроль судеб­ных органов, общественный контроль, прокурорский надзор.

    Специфическим видом контроля является институт омбудсмена (Управо­моченного по правам человека), права и обязанности которого зафиксированы наряду с Конституцией в Федеральном конституционном законе "Об уполно­моченном по правам человека в Российской Федерации" от 26 февраля 1997 г. [20]. Согласно ч. 1 ст. 1 данного Закона, целью его принятия является обеспече­ние "гарантий государственной защиты прав и свобод граждан, их соблюдения и уважения государственными органами, органами местного самоуправления и должностными лицами", включая право на юридическую помощь. Практиче­ская деятельность Уполномоченного по правам человека заключается в предос­тавлении юридической помощи лицам, права которых были нарушены.

    Одной из наиболее эффективных гарантий защиты рассматриваемого права является суд, задача которого состоит в защите прав, свобод и законных интересов человека от любых проявлений произвола. Она выраже­на в двух ос­новных судебных функциях: позитивной осуществление пра­восудия, и в виде кон­ституционного, административ­ного судебного контроля. Причем, если первая предоставляет гарантии охра­ны и защиты его прав от необоснованных посяга­тельств других лиц, то вторая гарантирует права и свободы в отношениях "че­ловекгосударство".

    Конституционной основой для подачи жалоб и исков в суд являются по­ложения ст. 48 Конституции Российской Федерации, согласно которым граж­дане имеют право на юридическую помощь. Конкретные конституционные га­рантии для обращения граждан в суд для защиты своего права содержатся в ст. 45, 46 Конституции Российской Федерации.

    Наряду с указанными гарантиями защиты прав и свобод граждан, законо­датель предусматривает и совершение гражданами собственных дейс­твий по защите нарушенных прав всеми законными способами (ч. 2 ст. 45 Конституции Российской Федерации). Та­кими способами могут быть обращение в средства массовой информации, к общественности и т.д. Особое значение имеет право­защитное движение, т.е. коллективные действия в форме различного рода объ­единений для за­щиты прав и свобод [63. С. 245248]. Примером негосударствен­ных национальных правозащитных организаций юридической направленности являются Союз потребителей, Союз адвокатов России и дру­гие. Существуют также международные негосударствен­ные правозащитные ор­ганизации.

    Упомянутая выше ст. 46 (ч. 1, 2) более подробно раскрывает пра­во гражданина на защиту нарушенного субъективного права. Согласно ч. 1 данной статьи, каждому гражданину гарантируется судебная защита его прав и свобод. Таким образом, в суд можно обратиться за защитой не только консти­туционного права, но и отраслевого, закрепленного как за­коном, так и подза­конным актом.

    Право на судебную защиту принадлежит каждому физическому лицу, в том числе и недееспособному, которое может защищать свои права в суде через представителя. Лица, чьи права и свободы нарушены одним и тем же актом (действия, бездействия), могут объединиться и подать коллективную жалобу. Объектом такого обжалования (ч. 2 ст. 46 Конституции Российской Федерации) могут быть решения, дейс­твия, бездействие.

    Под решениями, которые могут быть обжалованы в суде, следует пони­мать как нормативные, так и правоприменительные акты. Неправомерные дейс­твия могут предприниматься на основе решений должностного лица или ор­га­нов, нигде не зарегистрированных. Бездействие может выразиться, напри­мер, в отказе в рассмотрении должностным лицом жалобы (на непредставление адвоката и т.п.). Отметим, что могут быть обжа­лованы как единоличные, так и коллектив­ные решения.

    В защите прав граждан на юридическую помощь большую роль играют не только суды общей юрисдикции и арбитражные, но и ре­шения Конституци­онного Суда. Роль и его значение в обеспечении права граждан на юридиче­скую помощь можно продемонстрировать на примере постановления Консти­туционного Суда Российской Федерации от 28 января 1997 г. "По делу о проверке конституционности ч. 4 ст. 47 Уголовно-процессу­ального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан Б.В. Антипова, Р.Л. Ги­тиса и С.В. Абрамова" [47], где были рассмотрены жалобы, возникшие при обеспе­чении права на юридическую помощь.

    Таким образом, Конституционный Суд в настоящее время постепенно становится одним из гарантов обеспечения гражданами России своего права на юридическую помощь.

    Отраслевые гарантии права на юридическую помощь. Наряду с конституционными нормами и возможностью судебной защиты этих прав, граждане могут защищать свое право на юридическую помощь, опи­раясь на помощь отраслевых правовых средств.

    Наибольшее значение в этом смысле имеют правовые гарантии, закреп­ленные в Уголовно-процессуальном Кодексе Российской Федерации, Кодексе РФ об административных правонарушениях и иных отраслевых нормативных актах.

    В числе иных отраслевых гарантий права на юридическую помощь боль­шое значение принадлежит административно-правовым гарантиям. Это значе­ние обуслов­лено тем, что, с одной стороны, в административном законодатель­стве, прежде всего, получают свою конкретизацию и детализацию конституционные права и свободы, а, с другой, именно оно создает систему их наиболее ощутимых повседневных гарантий.

    Административное право содержит определенное количество правовых норм, гарантирующих лицам право на получение юридической помощи. На­пример, в соответствии с Законом РФ "О милиции" от 18 апреля 1991 г. на со­трудника милиции во всех случаях ограничения прав и свобод гражданина воз­ложена обязанность разъяснить последнему основание и повод такого ограничения, а также возникающие в связи с этим его права и обязанности. Ра­ботники милиции обязаны предоставить возможность задержанным лицам реа­лизовать установленное законом право на юридическую помощь.

    Наряду с данным видом отраслевых гарантий, существует и система уго­ловно-правовых гарантий права на юридическую помощь. Уголовно-правовые средства являются крайней мерой обеспечения прав граждан.

    Уголовно-процессуальные гарантии данного конституционного права за­ключаются в том, что установленные уголовно-процес-суальным законом усло­вия, порядок, последовательность совершения при рассмотрении и разрешении уголовных дел, процессуальных действий, принятие процессуальных решений ограждают от нарушения конкретное конституционное пра­во. Роль процессу­альных гарантий при обеспечении и охране права на юридическую помощь особенно велика.

    Гарантии права на юридическую помощь, закрепленные в пове­ренном законодательстве. Эти гарантии предусмотрены в законодательстве, посвященные регули­рованию адвокатской деятельности. Законом предусмотрены следующие юри­дические гарантии адвокатской тайны: гарантии допуска адвоката к клиенту, гарантии по обеспечению тайны общения адвоката и клиента, свидетельский иммунитет адвоката, иммунитет помещений, в которых осуществляется адво­катская деятельность, юридические гарантии независимости адвоката.

    Гарантии допуска адвоката к клиенту. Отказ в предоставлении права общения с лицом, оказывающим юридическую помощь, является нарушением права на юридическую помощь. Во время допроса Синицына в качестве подоз­реваемого в интересах последнего принимал участие адвокат З. Однако о предъявлении Синицыну постановления о привлечении его в качестве обвиняе­мого адвокат уведомлен не был, в связи с чем был лишен возможности беседы с подзащитным наедине относительно содержания постановления и выясне­ния его позиции в отношении предъявленного обвинения. Президиум Брянского областного суда посчитал это нарушением ч. 2 ст. 48 Конституции Россий­ской Федерации83.

    Более того, в некоторых случаях уполномоченные лица могут общаться с клиентом исключительно в присутствии его адвоката. Это выражается в обя­занности уполномоченных лиц известить адвоката о намерении совершить по отношению к его клиенту определенные юридические действия.

    Защиту Ершова осуществляла адвокат К., которая на приговор суда по­дала кассационную жалобу. Однако адвокат о дне рассмотрения дела в касса­ционной инстанции извещена не была. Более того, к этому времени К. не могла участвовать в кассационной инстанции в качестве защитника. Президиум Верховного Суда Удмуртской Республики посчитал это нарушением права Ершова на защиту84.

    В некоторых случаях отсутствие адвоката делает результаты действий го­сударственных органов ничтожными.

    Гарантии обеспечения тайны общения адвоката и клиента. Адвокат имеет право беспрепятственно встречаться со своим доверителем наедине, в условиях, обеспечивающих конфиденциальность (в том числе в период его со­держания под стражей), без ограничения числа свиданий и их продолжительно­сти.

    Гарантия права на конфиденциальное общение с адвокатом заключается в том, что общение адвоката и клиента не может быть разглашено третьим ли­цам без согласия последнего. Данное право закреплено, в частности, ст. 47 Уго­ловно-процессуального кодекса РФ, согласно которому защитник обвиняемого может иметь свидания с обвиняемым наедине или право находиться вне "пре­делов слышимости" при беседах со своим защитником в стенах следственного изолятора. Первый Конгресс Организации Объединенных Наций 30 августа 1955 г. принял резолюцию, содержащую Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, которые, в частности в ст. 93, указывают, что сви­дания заключенного с его юридическим советником должны происходить на глазах, но за пределами слуха сотрудников, полицейских или тюремных орга­нов [8. С. 118]. Кроме того, Восьмой Конгресс Организации Объединенных Наций утвер­дил Основные принципы, касающиеся роли юристов, где в ст. 22 правительства признают и обеспечивают конфиденциальный характер любых сношений и консультаций между юристами и их клиентами в рамках их профессиональных отношений [8. С. 184]. В большинстве случаев государства придерживаются этих правил.

    Так, например, украинское законодательство формулирует понятие адво­катской тайны: "Предметом адвокатской тайны являются вопросы, по которым гражданин или юридическое лицо обращались к адвокату, сущность консуль­таций, советов, разъяснений и иных сведений, полученных адвокатом при осу­ществлении своих профессиональных обязанностей".

    Чтобы право на адвокатскую тайну существовало, необходимы его юри­дические гарантии. В законе Кыргызстана содержится следующая гарантия ад­вокатской тайны: адвокат не вправе предоставлять об обстоятельствах, которые входят в предмет адвокатской тайны, какие-либо материалы для использования в оперативно-розыскной деятельности, судопроизводстве, административном и другом производстве в правоохранительных органах. Кроме того, объяснения, показания и материалы, полученные от адвоката и связанные с оказанием юри­дической помощи, не могут быть признаны доказательствами. Последнее пра­вило является так называемым свидетельским иммунитетом адвоката.

    В США правило об адвокатской тайне звучит следующим образом: "Ад­вокат не может в одностороннем порядке раскрыть конфиденциальную инфор­мацию, а государство не может принудить его разгласить эту информацию".

    Возможны ограничения в самом способе конфиденциального общения адвоката со своим клиентом. Это предусмотрено в нормах международного публичного права. Первый Конгресс Организации Объединенных Наций 30 ав­густа 1955 г. принял резолюцию, содержащую Минимальные стандартные пра­вила обращения с заключенными, которые, в частности, в ст. 93 указывают, что свидания заключенного с его юридическим советником должны происхо­дить на глазах, но за пределами слуха сотрудников, полицейских или тюрем­ных органов [72. С. 118]. В различных государствах это ограничение может реализоваться в виде присутствия при общении адвоката и клиента сотрудников правоохрани­тельных органов или в общении адвоката и клиента через "разделительное стекло".

    Следующей гарантией обеспечения тайны общения адвоката и клиента является иммунитет адвокатских документов. Не допускается истребование от адвокатов, а также от работников адвокатских образований, адвокатских па­лат или Федеральной палаты адвокатов сведений, связанных с оказанием юри­дической помощи по конкретным делам. Именно в этих документах и нахо­дятся сведения, содержащие адвокатскую тайну.

    К одной из гарантий обеспечения тайны общения адвоката и клиента от­носится и свидетельский иммунитет адвоката. Последний заключается в том, что адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоя­тельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридиче­ской помощью или в связи с ее оказанием.

    Иммунитет помещений, в которых осуществляется адвокатская деятель­ность. В жилых или служебных помещениях адвоката могут храниться объ­екты, содержащие в себе адвокатскую тайну: документы, вещественные доказа­тельства. С целью защиты этих объектов проведение оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий в отношении адвоката допускается только на основании судебного решения.

    Полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий или следствен­ных действий (в том числе после приостановления или прекращения статуса адвоката) сведения, предметы и документы могут быть использованы в каче­стве доказательств обвинения только в тех случаях, когда они не входят в про­изводство адвоката по делам его доверителей. Указанные ограничения не рас­пространяются на орудия преступления, а также на предметы, которые запрещены к обращению или оборот которых ограничен в соответствии с зако­нодательством Российской Федерации.

    Запрет адвоката быть осведомителем. Закон "об оперативно-розыскной деятельности" запрещает работу адвоката в качестве осведомителя.

    Юридические гарантии независимости адвоката, к которым отно­сятся: иммунитет адвокатского высказывания, иммунитет адвокатских доку­ментов.

    Иммунитет адвокатского высказывания. Адвокат не может быть при­влечен к какой-либо ответственности за выраженное им при осуществлении ад­вокатской деятельности мнение, если только вступившим в законную силу при­говором суда не будет установлена виновность адвоката в преступном действии (бездействии).

    Указанные ограничения не распространяются на гражданско-правовую ответственность адвоката перед доверителем в соответствии с настоящим Фе­деральным законом.

    Обеспечение безопасности адвоката и членов его семьи. Адвокат, члены его семьи и их имущество находятся под защитой государства. Органы внут­ренних дел обязаны принимать необходимые меры по обеспечению безопасно­сти адвоката, членов его семьи, сохранности принадлежащего им имущества.

    Особый порядок привлечения адвоката к уголовной ответственности. Уголовное преследование адвоката осуществляется с соблюдением гарантий адвокату, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством. Ре­шение о возбуждении уголовного дела в отношении адвоката принимается про­курором с согласия судьи районного суда по месту совершения деяния. Рас­смотрение судом представления прокурора проводится с участием адвоката, против которого инициируется возбуждение уголовного дела в закрытом су­дебном заседании.

    Гарантии допуска адвоката к информации. Для эффективного осущест­вления юридической помощи адвокат должен обладать определенной инфор­мацией по делу. Получить эту информацию он может двумя способами: непо­средственно и через своего клиента.

    Непосредственно. Адвокат от своего имени осуществляет поиск информа­ции. Адвокат вправе собирать сведения, необходимые для оказания юридиче­ской помощи, в том числе запрашивать справки, характеристики и иные доку­менты от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, а также иных организаций.

    Органы и организации, к которым адвокат обратился с запросом, обязаны выдавать ему запрошенные им документы или их заверенные копии. Необхо­димо отметить, что механизм предоставления информации непосредственно пока не предусмотрен.

    В некоторых случаях адвокат может получить информацию через своего клиента. Осуществляется это посредством написания запроса от имени своего клиента. Государственные органы и организации обязаны выдать находящуюся у них информацию относительно обратившегося лица. Предусмотрена ответст­венность за непредставление юридической информации. В соответствии со ст. 24 Конституции Российской Федерации, органы государственной власти и ме­стного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспечить каждому гражданину возможность ознакомления с документами и материалами, непо­средственно затрагивающими его права и свободы. Речь в данной статье именно о юридической информации, так как последняя содержит права и сво­боды лица.

    Заметим, что в практической деятельности данный принцип реализуется далеко не всегда.

    Так, начальнику управления Федеральной службы налоговой полиции Рос­сийской Федерации по Волгоградской области гражданкой А. был сделан за­прос о представлении ей для ознакомления материалов ее уголовного дела за 1999 г. Начальником следственной службы УФСНП по Волгоградской об­ласти И. в предоставлении для ознакомления материалов уголовного дела было отказано. Так как в действиях И. содержался состав преступления, преду­смотренного ст. 140 УК РФ как неправомерный отказ должностного лица в предоставлении собранных в установленном порядке документов и материа­лов, непосредственно затрагивающих права и свободы гражданина, в проку­ратуру Волгоградской области было направлено заявление о возбуждении уго­ловного дела. Прокурором Волгоградской области в возбуждении уголовного дела против И. было отказано85.

    Право допроса третьих лиц. Для получения информации адвокат имеет право опрашивать с их согласия лиц, предположительно владеющих информа­цией, относящейся к делу, по которому адвокат оказывает юридическую по­мощь.

    Право на сбор документов и предметов. Адвокат может собирать и пред­ставлять предметы и документы, которые могут быть признаны веществен­ными и иными доказательствами, в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

    Привлечение на договорной основе специалистов для разъяснения вопро­сов, связанных с оказанием юридической помощи.

    Фиксирование информации. Адвокат может фиксировать (в том числе с помощью технических средств) информацию, содержащуюся в материалах дела, по которому адвокат оказывает юридическую помощь, соблюдая при этом государственную и иную охраняемую законом тайну.


    § 3. Иные гарантии права на юридическую по­мощь

    Юридическая ответственность за нарушение права на юридиче­скую помощь. Рассмотрев юридическую помощь в свете ее предоставления при охране субъективных прав, необходимо уделить особое внимание вопросу охраны са­мого этого субъективного права, которая осуществляется в двух направлениях: охрана права на юридическую помощь от противоправного поведения лиц, ока­зывающих юридическую помощь, и охрана данного права от противоправного поведения третьих лиц.

    Охрана права на юридическую помощь от противоправного поведения лиц, оказывающих юридическую помощь, является очень актуальной задачей. Представляется необходимым упорядочить российский рынок юридических услуг, ввести его в цивилизованные, контролируемые государством рамки. В последнее время особую актуальность приобретают вопросы осуществления контроля за деятельностью лиц, оказывающих юридическую помощь. В част­ности, такой контроль особенно необходим за соблюдением этими лицами ус­ловий и требований законодательства по предоставлению юридической по­мощи. Речь здесь идет не о требовании законодательства как о совокупности отраслей права вообще, а только о том законодательстве, которое связано с ре­гулированием деятельности по предоставлению юридических услуг. То есть должна быть подвергнута контролю деятельность по предоставлению юриди­ческих услуг, а не само содержание блага, предоставляемого данной услугой. Так, может контролироваться лицо, предоставившее юридическую консульта­цию в смысле наличия у него на это формальных прав (юридическое образо­вание, лицензия и т.п.), но никак не само содержание этой консультации. Кон­троль должен производиться, прежде всего, в целях соблюдения законности при реализации этой деятельности, защиты прав и законных интересов граждан и юридических лиц потребителей юридических услуг.

    Контроль за деятельностью лиц, оказывающих юридическую помощь, осуществляется различными органами. Вместе с тем, очевидно, что добиться желаемых результатов исключительно контролем за деятельностью лиц, нельзя. Необходим также и самоконтроль лиц, оказывающих юридическую помощь. Последнее выражается в необходимости их объединения в ассоциации, союзы на основе общности интересов с целью выработки определенных морально-этических правил во взаимоотношениях с клиентами, друг с другом и т. д.

    Охрана права на юридическую помощь производится также путем уста­новления юридической ответственности за нарушение данного конституцион­ного права. Можно выделить конституционную, уголовную, административ­ную и дисциплинарную ответственность за нарушение права на юридическую помощь.

    Прямого упоминания о конституционной ответственности за нарушение права на юридическую помощь, как, впрочем, и иных субъективных прав, в действующей Конституции Российской Федерации нет. Конституция возлагает на государство обязанность защиты прав и свобод человека и гражданина (ст. 2 Конституции Российской Федерации). Под защитой, в частности, понимается создание механизма охраны прав, т.е. возможности привлечения к юридиче­ской ответственности субъектов, нарушающих конституционные права.

    Отсутствие прямого указания о запрете нарушения права на юридиче­скую помощь в Российской Конституции не является всеобщим правилом. В развернутых конституциях некоторых государств установлены охранительные конституционные нормы, запрещающие препятствовать обеспечению права на юридическую помощь. Например, в ст. 62 Конституции Республики Беларусь указано: "Противодействие оказанию правовой помощи в Республике Беларусь запрещается" [66. С. 241].

    В уголовном праве России отсутствует состав преступления, прямо пре­дусматривающий уголовную ответственность за нарушение права на юридиче­скую помощь. Однако существует возможность привлечения к уголовной от­ветственности должностного лица, нарушающего право на юридическую помощь. Так, если должностное лицо использует свои служебные полномочия вопреки интересам службы, и при этом произошло нарушение права на юриди­ческую помощь, то оно может быть привлечено к уголовной ответственности по ст. 285 УК РФ, как злоупотребившее должностными полномочиями.

    Итак, согласно законодательству России, нарушение права на юридиче­скую помощь влечет за собой уголовную, административную и иную ответст­венность. Однако ответственность за нарушение права закреплена в охрани­тельных нормах текущего законодательства и порой может быть выведена из нескольких статей, содержащихся в различных нормативных актах. Например, в соответствии со ст. 48 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на квалифицированную юридическую помощь. В соответствии со ст. 47 УПК РФ, обвиняемый имеет право пригласить защитника. Согласно ч. 7 ст. 49 УПК РФ, адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты подозре­ваемого или обвиняемого. В случае отказа адвоката от своей обязанности ока­зать юридическую помощь, последний может лишиться статуса адвоката.

    Меры защиты права на юридическую помощь. Необходимо заметить, что от юридической ответственности за наруше­ние права на юридическую помощь необходимо отличать меры защиты данного права. Как указывают некоторые авторы: "Меры защиты это государственно-властная, принудительная деятельность, направленная на осуществление вос­становительных задач на восстановление нарушенного права" [67. С. 207].

    В качестве примера меры защиты конституционного права на юридическую помощь явля­ется случай, когда на стадии предварительного следствия лицо не было обес­печено юридической помощью. В этой ситуации доказательства, добытые в ходе расследования, признаются полученными с нарушением уголовно-процес­суального закона, вследствие чего теряют всякую юридическую силу.

    Следующей мерой защиты является отмена противозаконного акта, на­рушающего право на юридическую помощь [139. С. 41]. Так, в случае наличия в норма­тив­ном акте положений, нарушающих право на юридическую помощь, послед­ний должен быть отменен. Право отмены нормативного акта, вошедшего в противоречие с конституцией и, в частности, нарушающего право на юриди­че­скую помощь, возложено на Конституционный Суд Российской Федерации. Так, Конституционный Суд РФ в своем Постановлении "По делу о проверке конституционности ст. 1 и 21 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. "О государственной тайне" в связи с жалобами граждан В. М. Гурджиянца, В.Н. Синцова, В.Н. Бугрова и А.К. Никитина" [48], признал не соответствующей Кон­ституции Российской Федерации ст. 21 Закона РФ "О государственной тайне" в смысле ограничения ею права на юридическую помощь.

    Думается, что наличие приведенных гарантий права на юридическую помощь на современном этапе не обеспечивает в полном объеме реализацию права на получение юридической помощи.

    Представляется совершенно очевидным, что все многообразие данных проблем можно свести в две традиционные группы причин: объективные и субъективные. По нашему мнению, главной объективной причиной сложной ситуации с данным правом является многолетний экономический кризис в Рос­сии. Его результатом явля­ется отсутствие в бюджете денег на юридические ну­жды (о чем уже говорилось выше).

    Серьезными причинами юридических проблем являются и ослабление российской государственности, массовое обнищание населения, рост соци­аль­ной дифференциации и напряженности в обществе.

    Не менее важной причиной является несовершенство законодательства в области предоставления юридической помощи, а также несоответствие законо­дательства ряда субъектов Федерации федеральным нормативным актам. Дей­ствую­щее законодательство в сфере получения юридической помощи пред­ставляет собой систему преиму­щественно подзаконных актов и является, как правило, неэффективной. Причины отсутствие концепции формирования но­вого законодательства, т.е. целостного представления о содержа­нии и сроках осуществления отдельных этапов его развития, а также о создании работы ме­ханизма его обеспечения, отсутствие формализованного процесса законотвор­чества, установленного федеральным законом, отсутствие полной, достоверной и своевременной информации о законопроектных работах вообще и в данной сфере в частности; отсутс­твие системы объективных критериев оценки эффек­тивности законодательства и деятельности государственных органов и должно­стных лиц по его применению.

    Исходя из указанных проблем, можно сформулировать следующие за­дачи, от решения которых зависит дальнейшее состояние данного вопроса:

    целенаправленное формирование законодательства Российской Федера­ции, которое отвечало бы современным социально-экономи-ческим, полити­че­ским и правовым реалиям и которое должно осуществляться как неотъем­лемая часть правовой реформы;

    разработка концепции формирования нового зако­нодательства;

    дальнейшее развитие поверенного законодательства в свете принятия За­кона РФ «Об Адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федера­ции»;

    координация законопроектных работ в сфере предоставления юридиче­ской помощи, осуществляемых различными органами, в первую очередь Госу­дарственной Думой;

    организация и проведение независимой (в т.ч. международно-правовой) юридической экспертизы законопроектов, направленных на реализацию права на юридическую помощь;

    включение законопроектов, направленных на урегулирование вопросов, связанных с получением юридической помощи, в число приоритетных;

    создание научного центра для организации разработ­ки фундаментальных проблем по предоставлению юридической помощи и коорди­нации усилий в этой области иных исследовательских учреждений;

    для формирования единого правового пространства в рам­ках СНГ важно подготовить вместе с юристами этих стран модельные законодательные акты об обеспечении граждан юридической помощью.

    В то же время не менее существенной проблемой в данной сфере явля­ется комплекс субъективных обстоятельств, тормозящих реализацию рассмат­риваемого права. Заметим, что данную группу проблем упоминают в своих ра­ботах большинство авторов.

    Во главе указанной группы причин мы поставили бы проблему низкой правовой культуры должностных лиц, усугубляемую отсутствием реальной от­ветственности за правонарушения. Последнее ведет к постоянному проявлению неуважения к праву, пренебрежению им. Наряду с этим не менее весомым вкладом в неразрешимость проблем является низкая правовая культура граж­дан, которые не привыкли отстаивать свои права в судебном или администра­тивном порядке. Последний факт объясняется недоверием к органам государст­венной власти и управления. Эта тенденция имеет мно­говековую практику и прочно закрепилась в общественном сознании рос­сийских граждан.

    О пассивности россиян в вопросах получения юридической помощи сви­детельствуют и результаты опросов. Так 32,5 % опрошенных вообще не имеют понятия, к кому можно обратиться за юридической помощью [222. С. 24].

    Юридическая помощь является наиболее важной гарантией охраны субъ­ективных прав, закрепленных Российским законодательством. Причем сама юридическая помощь подлежит правовой охране посредством обеспечения иных субъективных прав.





    Глава 11. ОСОБЕННОСТИ ОКАЗАНИЯ

    КВАЛИФИЦИРОВАННОЙ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ

    АДВОКАТАМИ В ОТДЕЛЬНЫХ ГОСУДАРСТВАХ


    § 1. Оказание квалифицированной юридической помощи

    в Англии

    Получение статуса адвоката. В Англии адвокатская профессия разделена на два вида: солиситоры и барристеры. Потому порядок и условия получения этих статусов различны. Единственным общим положением для этих адвокатских профессий является формальное отсутствие требования к кандидату о наличии у него высшего юридического образования86.

    Будущий солиситор, уже получивший университетское образование, должен прослушать и сдать девятимесячный курс лекций в юридическом колледже. После сдачи выпускных экзаменов претендент на должность солиситора должен пройти двухгодичную юридическую практику в одной из солиситорских контор. После стажировки он принимается в корпорацию.

    Получение статуса барристера схоже по форме, но различно по содержанию с получением статуса солиситора. Претендент зачисляется в школу-гильдию и проходит в ней годичный курс. После выпуска, претендент должен проработать в течение года в качестве ученика в барристерской конторе.

    Профессиональные объединения адвокатов. Солиситоры имеют свою профессиональную организацию – Юридическое общество. Юридическое общество имеет право с согласия лорд-канцлера и других высокопоставленных судей принимать правовые акты, регулирующие обучение и прием в солиситоры.

    Профессиональными организациями барристеров являются четыре равноправные школы-гильдии. Кроме того, наиболее значительным из профессиональных объединений барристеров является Генеральный совет коллегии барристеров. Эта организация разрабатывает и осуществляет общую политику сообщества барристеров, призванную обеспечить профессиональные интересы всего сословия.

    Организационно-правовая форма работы адвокатов. Солиситор, как правило, самостоятельный адвокат, который лично или в сотрудничестве с другими солиситорами консультирует своих клиентов по правовым вопросам. Для осуществления своей деятельности создаются солиситорские конторы.

    Барристерам запрещается создавать коммерческие товарищества. Вместо этого они могут объединяться в ассоциации.

    Ответственность адвокатов. Для привлечения к ответственности солиситоров в Англии создан дисциплинарный комитет. Его члены назначаются председателем Апелляционного суда и хранителем архивов из членов руководящих органов Юридического общества (объединения солиситоров).

    Нарушение правил поведения барристеров рассматривается Комитетом по профессиональной этике совета коллегии и передается в дисциплинарный суд. Решение в нем принимает судья, который действует от имени Совета школ-гильдий.


    § 2. Оказание квалифицированной юридической помощи

    в Германии

    Получение статуса адвоката. Для допуска к адвокатской деятельности выпускник юридического факультета университета должен в течение трех-четырех лет пройти стажировку в судах, у прокуроров и адвокатов. Данный этап является настолько важным, что законодатель даже пошел на отступление от принципа "тайны вынесения судебного решения". При вынесении судебного решения в совещательной комнате может присутствовать стажер. После прохождения стажировки, претендент должен сдать серию экзаменов перед комиссией при высшем суде земли и только после этого получить соответствующее разрешение от ведомства юстиции той земли, при суде которой он собирается практиковать.

    Профессиональные объединения адвокатов. Адвокаты, действующие в округе того или иного высшего суда земли, образуют одну или иногда две, если их больше 500, коллегии адвокатов. Особую коллегию образуют адвокаты, допущенные к ведению дел в Верховном федеральном суде.

    Все существующие в ФРГ коллегии адвокатов объединены в Федеральную ассоциацию. Эта ассоциация, в частности, принимает меры к оказанию бесплатной или льготной юридической помощи малоимущим.

    Организационно-правовая форма работы адвокатов. Каждый адвокат в Германии обязан открыть свое бюро при высшем суде земли, в котором он допущен к адвокатской практике.


    § 3. Оказание квалифицированной юридической помощи

    в Соединенных Штатах Америки

    На сегодняшний день США является государством с наиболее развитым законодательством, регулирующим предоставление юридической помощи.

    Получение статуса адвоката. Претендент на получение статуса адвоката должен обладать юридическим образованием. Для получения патента на ад­вокатскую практику, претенденту необходимо пройти дополнитель­ную аттестацию. Патент выдается на право занимать­ся адвокатской практикой только на территории того штата, где собирается практико­вать данный кандидат в адвокаты.

    Условия допуска к адвокатской практике устанавливают­ся обычно Верховным судом штата, однако вопрос о самом допуске решается специальной комиссией по допуску в ад­вокатуру. Она формируется либо ассоциацией адвокатов штата, либо по назначению суда или губернатора штата. Преимущественно, эта комиссия состоит из практикующих юристов.

    При решении вопроса о допуске к адвокатской практике
    комиссия исходит из двух критериев: моральные качества кандидата и результаты сданного претендентом экзамена.

    Перед проведением экзамена комиссия исследует документы, представляемые самим кандидатом. Если у комиссии возникнут какие-либо сомнения по поводу правдивости предоставленной информации, она вправе провести негласную проверку полученных дан­ных. Характеристика лица складывается из рассказа претен­дента о самом себе, а также из информации о наличии или отсутствии судимостей, приводов в полицию, о том, страдает ли он наркоманией или алкоголизмом. Нередко о моральном облике соискателя патента справки наводятся и у его сосе­дей по месту жительства.

    Экзамен состоит из устного собеседования и письменной работы. Письменная работа, как правило, продолжается не­сколько дней, в течение которых претендент должен отве­тить на 20–30 вопросов, касающихся знания, толкования и применения правовых норм штата, в котором сдается экза­мен.

    Отрицательное решение экзаменационной комиссии может быть обжаловано в суде.

    Разрешение на ведение дел в федеральных судах выдает­ся автоматически лицам, допущенным к адвокатской прак­тике в штате.

    Профессиональные объединения адвокатов. В каждом штате имеется ассоциация адвокатов штата. В большинстве штатов установлено обязательное членство в ассоциации для всех лиц, допущенных к адвокатской прак­тике. Однако в ряде штатов для занятия адвокатской дея­тельностью не обязательно быть членом ассоциации адвока­тов. В таких штатах ассоциации адвокатов создаются как добровольные организации. Общенациональной организа­цией адвокатов с добровольным членством является Амери­канская ассоциация юристов.

    Ассоциация юристов имеет две главные цели, так ска­зать, двуединую задачу. Первая задача – способствовать раз­витию права и укреплению правосудия в целом, правовому воспитанию граждан и т. д. Второй, но не менее важной зада­чей является оказание содействия своим членам, повышение профессионального уровня американских юристов, развитие юридической профессии как таковой.

    Организационно-правовая форма работы адвокатов. Можно выделить три вида организационно-правовых форм работы адвокатов США: адвокат работает индивидуально, в адвокатской фирме, в ведомстве "публичных защитников".

    Более половины адвокатов в США работают в одиночку или вместе с двумя, тремя адвокатами. Однако основной по значимости американского адвокатского сообщества формой адвокатской деятельности являются крупные (более пятидесяти адвокатов) адвокатские фирмы. Такие фирмы, как правило, не занимаются уголовными делами и предпочитают вести дела обеспеченных клиентов, преимущественно кор­пораций. Хозяевами таких фирм являются партнеры. Партнером является адвокат, имеющий обширную практику, и как следствие, высокий доход и право на часть прибыли адвокатской Фирмы. Ко второй группе адвокатов относятся ассоциаторы. Это, как правило, молодые адвокаты, имеющие небольшую собственную клиентуру либо не имеющие таковой вообще. Ассоциатор получает жалование от фирмы.

    В подобных фирмах устанавливается ассоциаторский стаж (обычно восемь лет), за который ассоциатор должен обзавестись собственной клиентурой и стать экономически выгодным фирме. По прошествии указанного срока ассоциатор либо становится партнером, либо, если он не достиг указанного условия, ему будет предложено уйти из фирмы. В некоторых фирмах указанная градация может быть более многоступенчатой.

    Часть адвокатов работает в ведомствах "публичных защитников" – организациях, состоящих на государственном бюджете штата и обслуживающих на бесплатной основе обвиняе­мых из числа неимущих граждан.

    Интересной является такая форма адвокатской деятель­ности, как адвокатские конторы, "защищающие интересы общества". Они не ведут дела отдельных клиентов, а высту­пают с исками против государства или корпораций, связан­ными с охраной прав и интересов крупных категорий граж­дан (потребителей, политических активистов, избирателей, налогоплательщиков) или с охраной природы и охраной здо­ровья населения (например, иски против предприятий, за­грязняющих окружающую среду, или против строительства атомных электростанций).

    Многие адвокаты работают в юридических службах об­щественных организаций, ориентирующихся преимуществен­но на судебно-правовые способы реализации своих задач. Наиболее известные и крупные организации такого рода Американский союз защиты гражданских свобод, Национальная ассоциация содействия развитию цветного населе­ния, Центр охраны конституционных прав граждан, Нацио­нальный совет по охране природных ресурсов, Националь­ный союз борьбы с расовыми и политическими репрессия­ми.



    § 4. Оказание квалифицированной юридической помощи

    в Украине

    Получение статуса адвоката. Адвокатом может стать гражданин Украины, который имеет высшее юридическое образование, стаж работы юриста или помощника адвоката не менее двух лет. Претендент должен сдать квалификационные экзамены в аттестационной палате. Решение о выдаче свидетельства о праве на занятие адвокатской деятельностью или об отказе в выдаче свидетельства принимается аттестационной палатой открытым голосованием большинством голосов. Лицо, не сдавшее квалификационные экзамены, имеет право сдавать их повторно через год. После успешной сдачи экзаменов претендент получает свидетельство на право заниматься адвокатской деятельностью и принимает Присягу адвоката Украины.

    Профессиональные объединения адвокатов. Объединений адвокатов на принципах обязательного членства в Украинском государстве не предусмотрено. Адвокаты и адвокатские объединения могут на добровольной основе создавать региональные, общегосударственные и международные союзы и ассоциации. Союзы и ассоциации адвокатов представляют интересы адвокатов в государственных органах и объединениях граждан, защищают социальные и профессиональные права адвокатов, осуществляют методическую и издательскую работу, содействуют повышению профессионального уровня адвокатов, могут создавать специальные фонды.

    Для определения уровня профессиональных знаний лиц, которые намерены заниматься адвокатской деятельностью, решения вопросов о дисциплинарной ответственности адвокатов образуются квалификационно-дисциплинарные комиссии адвокатуры. Эти комиссии образуются в составе двух палат – аттестационной и дисциплинарной.

    В состав аттестационной палаты входят: 4 адвоката, 4 судьи и по одному представителю от Совета Министров Республики Крым, областного Киевского и Севастопольского городских Советов народных депутатов, управления юстиции Совета Министров Республики Крым, областной, Киевской и Севастопольской городской государственной администрации, отделения Союза адвокатов Украины.

    В дисциплинарную палату входят: 5 адвокатов, 2 судьи, по одному представителю от управления юстиции Совета Министров Республики Крым, областной, Киевской и Севастопольской городской государственной администрации, отделения Союза адвокатов Украины.

    В работе квалификационно-дисциплинарной комиссии с правом совещательного голоса могут участвовать ученые-юристы и народные депутаты.

    Решения квалификационно-дисциплинарных комиссий адвокатуры могут быть обжалованы в Высшую квалификационную комиссию адвокатуры.

    Верховным органом является высшая квалификационная комиссия адвокатуры Украины. Она рассматривает жалобы на решения квалификационно-дисциплинарных комиссий.

    Высшая квалификационная комиссия адвокатуры образуется при Кабинете Министров Украины. В состав Высшей квалификационной комиссии адвокатуры входят по одному представителю от каждой квалификационно-дисциплинарной комиссии адвокатуры, Верховного Суда Украины, Министерства юстиции Украины, Союза адвокатов Украины.

    Организационно-правовая форма работы адвокатов. Лицо, которое получило свидетельство о праве заниматься адвокатской деятельностью, имеет право практиковать индивидуально, открыть свое адвокатское бюро или объединяться с другими адвокатами в коллегии, фирмы, конторы и другие адвокатские объединения.

    Деятельность адвокатских объединений основывается на принципах добровольности, самоуправления, коллегиальности и гласности. Они регистрируются в Минюсте Украины, после чего сообщают местным органам власти о своей регистрации, а адвокаты о получении свидетельства.

    Адвокатские бюро, коллегии, фирмы, конторы и иные адвокатские объединения являются юридическими лицами. Адвокаты и адвокатские объединения открывают расчетный и иные счета в банках на территории Украины, а в установленном действующим законодательством порядке и в иностранных банках, имеют печать и штамп со своим наименованием.

    Адвокат может иметь помощника или несколько помощников из числа лиц, имеющих высшее юридическое образование. Условия работы определяются контрактом между адвокатом (адвокатским объединением) и помощником адвоката. Помощник адвоката может выполнять поручения по делам, находящимся в производстве адвоката, кроме относящихся к исключительным процессуальным полномочиям последнего.

    Ответственность адвокатов. Дисциплинарное производство против адвокатов осуществляется дисциплинарной палатой.

    Дисциплинарная палата рассматривает жалобы граждан, а также отдельные постановления судов, постановления, представления следственных органов, заявления адвокатских объединений, предприятий, учреждений, организаций на действия адвокатов; решает вопрос о привлечении адвоката к дисциплинарной ответственности и рассматривает возбужденные по этим вопросам дела.

    К адвокату могут быть применены такие дисциплинарные взыскания: предупреждение, приостановление на срок до одного года действия свидетельства о праве заниматься адвокатской деятельностью, а также его аннулирование. Адвокат может быть подвержен дисциплинарному взысканию не позднее одного месяца со дня выявления проступка. Оно не может быть наложено позднее шести месяцев со дня его совершения.

    Через шесть месяцев со дня наложения взыскания дисциплинарная палата может снять его досрочно при безупречном поведении адвоката и честном отношении к исполнению обязанностей.

    Решение о привлечении адвоката к дисциплинарной ответственности принимается дисциплинарной палатой открытым голосованием двумя третями голосов от общего количества членов палаты.


    § 5. Оказание квалифицированной юридической помощи

    во Франции

    Получение статуса адвоката. Претендент на занятие адвокатской деятельности должен иметь французское гражданство. Диплом по специальности высшего учебного заведения (как минимум магистра права). Особым требованием является отсутствие судимости, а также взысканий за серьезные дисциплинарные или административные проступки. Кандидат не должен быть соучастником банкротства по линии какой-либо фирмы или предприятия. Лицо, соответствующее указанным требованиям, должно пройти вступительный экзамен в Центре профессиональной подготовки (два письменных и устный). После этого он должен пройти там обучение в течение года. Обучение включает в себя теоретический курс и практическую стажировку. Заканчивается обучение сдачей выпускного экзамена (письменный и три устных). При соблюдении этих условий юрист принимается в ассоциацию адвокатов и принимает присягу. После этого он уже в качестве адвоката проходит двухгодичную стажировку по специальности и получает свидетельство.

    В настоящее время во Франции существует три категории адвокатов, имеющих право выступать в суде: солиситоры, барристеры, и барристеры перед Советом.

    Солиситоры и имеют право на представление интересов в судах первой инстанции, барристеры в апелляционных судах и, наконец, стороны в кассационном суде и Совете го­сударства должны быть представлены специалистами бар­ристерами перед Советом [71].

    Профессиональные объединения адвокатов. Адвокаты Франции объединены в ассоциации (ордена). В каждом судебном регионе существует только одна ассоциация. Так как во Франции существует 181 региональный суд, то и соответственно адвокатских ассоциаций 181. Ассоциации различны по своему количественному составу. Например, в наименьшей по количеству участников ассоциации насчитывается только 7 барристеров, тогда как в самой крупной 11 тысяч барристеров. Каждая ассоциация остается независимой, самостоятельной организацией, вырабатывающей внутренний регламент своей деятельности и обладающей имуществом.

    Главой ассоциации адвокатов является председатель, избираемый тайным голосованием членов ассоциации (включая стажеров) сроком на два года. В компетенцию председателя входит представление интересов ассоциации перед государственными органами и общественными организациями, разрешение споров между адвокатами, применение дисциплинарных взысканий к адвокатам ассоциации, руководство службами ассоциации. Председатель по должности является председателем Совета ассоциации.

    Совет ассоциации избирается членами ассоциации (вклю­чая стажеров) также тайным голосованием на срок три года. В компетенцию Совета ассоциации входит управление раз­личными областями деятельности ассоциации.

    На национальном уровне адвокатура Франции представ­лена Советом ассоциаций адвокатов, которая избирается чле­нами ассоциации.

    Основной деятельностью Совета ассоциаций адвокатов Франции является координация учебных центров по подго­товке адвокатов, представление сообщества адвокатов перед государственными органами и общественностью. Также Со­вет ассоциаций адвокатов имеет право вырабатывать дисци­плинарные и этические нормы для всей профессии.

    Организационно-правовая форма работы адвокатов. В поверенном законодательстве Франции можно выделить следующие виды организационно-правовых форм работы адвокатов: индивидуальная, ассоциаций, гражданско-профессиональных товариществ, гражданских товариществ с объединенными средствами и объединения экономического стимулирования.

    Адвокаты вправе работать самостоятельно или объеди­няться на условиях партнерства с другими адвокатами. Адвокатам также разрешено работать в коммерческих организациях. Кроме того, адвокат может нанимать на работу других адвокатов. Адвокат, работающий по найму у другого адвока­та, не вправе иметь собственную клиентуру. При этом всю полноту гражданско-правовой ответственности несет адвокат-наниматель. При этом адвокат, работающий по найму, обя­зан в своей деятельности указывать данные адвоката, на ко­торого он работает. Формы совместной работы адвокатов чрезвычайно разнообразны и классифицируются по мере от­ветственности адвоката за деятельность его партнера, а так­же по форме оплаты труда.

    Традиционно наиболее распространенными являются ас­социации и гражданско-профессиональные товарищества.

    Ассоциация это объединение адвокатов, каждый из ко­торых персонально отвечает перед своим клиентом. Права члена ассоциации имеют личностный характер и не могут передаваться. Члены ассоциации в полной мере сохраняют самостоятельность. Договор о создании ассоциации доводится до сведения Совета ассоциации адвокатов.

    Интересную форму объединения адвокатов представляют гражданско-профессиональные товарищества. Они подлежат регистрации как юридические лица и вносятся в списки ассоциаций адвокатов. Члены товарищества отвечают по долгам последнего солидарно и полностью. Клиентура, которую имел каждый адвокат товарищества, является клиентурой всего товарищества. Адвокат не получает гонораров, а лишь долю в прибыли товарищества в соответствии с долей уставного капитала. Текущие и производственные затраты несет само товарищество. Налоговое бремя возлагается на товарищество, адвокат-товарищ персонально налогом не облагается.

    Кроме рассмотренных, можно выделить способы объединения не для "полного осуществления профессионально адвокатской деятельности", а лишь объединение "определенных материальных средств" с целью облегчения осуществления этой деятельности. Такими являются "гражданское товарищество с объединенными средствами" либо, например, групповая адвокатская контора, связи и взаимозависимость между членами которых являются значительно менее жесткими.

    Адвокаты могут быть членами "объединения экономического стимулирования", которые являются юридическими лицами, и хотя регистрируются, как таковые, но в прямом смысле не являются хозяйственными товари­ществами. Объединения экономического стимулирования не имеют прибыли для себя, а содействуют экономической деятельности своих членов87.

    Ответственность адвокатов. Адвокат отвечает за действия, связанные с исполнением профессионального долга. Прежде всего, речь идет о граж­данско-правовой ответственности, основания для которой возникают как за пределами процесса, так и в его рамках. В первом случае из ненадлежащего исполнения обязанностей адвоката при даче консультаций, подготовке документов и т.д. Во втором ответственность возникает в случае ошибочной оценки адвокатом сущности дела, при нарушении ведения дела, ненадлежащего выполнения обязательств.

    Кроме гражданско-правовой ответственности адвокат может быть подвергнут и дисциплинарным санкциям в виде предупреждения, выговора, временного запрещения заниматься адвокатской деятельностью сроком не более чем на три года. В качестве крайней меры он может быть подвергнут исключению из адвокатской ассоциации.


    § 6. Оказание квалифицированной юридической помощи

    в Швейцарии

    Получение статуса адвоката. В соответствии с законодательством большинства кантонов Швейцарии лица, желающие стать адвокатом, должны получить "адвокатскую лицензию", для чего, как минимум, надо иметь швейцарское гражданство. Только некоторые из кантонов требуют для получения лицензии степени доктора права. По общему правилу, для того чтобы стать адвокатом, необходимо иметь определенный стаж (от 2 до 6 лет) работы помощником у какого-либо адвоката или, как в некоторых немецкоговорящих кантонах – при суде.

    По истечении стажировки, претендент должен держать дополнительный экзамен перед комиссией, состоящей из судей, адвокатов и юристов. Состав такой комиссии назначается апелляционным, либо иным высшим, судом кантона. Сдав квалификационный экзамен, юрист может практиковать в качестве адвоката, как в своем кантоне, так и на территории всей Швейцарии. Однако Федеральный суд на практике признает законным требование о наличии особого разрешения для адвокатов, ведущих дела за пределами кантона своего проживания. Разрешение должно быть предоставлено судом либо соответствующей комиссией, если нет особых оснований для отказа в его выдаче [227].

    Профессиональные объединения адвокатов. Во многих кантонах Швейцарии контроль за деятельностью адвокатов осуществляется Адвокатской Палатой, тогда как в других кантонах имеются специальные органы.

    В Женеве существует Адвокатский Орден, который является неофициальной организацией, и участие в которой не является обязательным. Он сам в профессиональном плане осуществляет дисциплинарный контроль над своими членами.

    Ответственность адвокатов. В Женеве адвокаты ставятся под контроль комиссии из 9 человек: генерального прокурора, председателя Высшего Суда, председателя суда первой инстанции, двух членов, избираемых адвокатами, двух членов, назначенных Государственным Советом и двух членов, назначенных Большим Советом. Эта комиссия располагает большим набором санкций. К ним, в частности, относятся: предупреждение, выговор, лишение права заниматься практикой в течение года или более длительного периода, а также лишение звания адвоката. Два последних наказания должны быть подтверждены Государственным Советом кантона.


    Глава 12. ОРГАНИЗАЦИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

    АДВОКАТУРЫ КАК ВЕДУЩАЯ ФОРМА ОКАЗАНИЯ

    ЮРИДИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ ЛИЧНОСТИ


    § 1. Формы адвокатских образований

    Для эффективного осуществления любого вида деятельности необходимо создание определенной организационной структуры. Поверенное законодатель­ство выделяет четырехуровневую организационную структуру деятельности адвокатов. Первый уровень – формы адвокатских образований, второй – Адво­катская палата субъекта Российской Федерации, третий – Федеральная палата адвокатов Российской Федерации, и четвертый – общественные объединения ад­вокатов.

    Формы адвокатских образований – это первичная организация деятельно­сти адвокатов, в которой они непосредственно осуществляют свою деятель­ность. Можно выделить несколько правил распределения адвокатов по различ­ным формам адвокатских образований.

    Адвокат, не состоящий в какой-либо из форм адвокатских образований, не имеет права заниматься адвокатской деятельностью: заключать соглашения, представительствовать в суде и т.п. Более того, если адвокат не выберет орга­низационную форму, он может лишиться статуса адвоката.

    Адвокат свободен в выборе формы адвокатского образования. В процессе своей деятельности он имеет право изменить вид организационной формы или перейти к такой же форме, но в другом составе. При этом не может быть огра­ничено место осуществления адвокатом своей деятельности.

    Адвокат имеет право одновременно состоять только в одной форме адво­катского образования.

    Закон выделяет четыре возможных формы адвокатских образований. К этим формам относятся: адвокатский кабинет, коллегия адвокатов, адвокатское бюро и юридическая консультация.

    Адвокатский кабинет. В большинстве случаев адвокаты являются профессионалами-одиноч­ками. Для тех, кто привык работать индивидуально, и предусмотрена возмож­ность создания адвокатского кабинета. Правовое положение адвокатского ка­бинета отдаленно напоминает такой институт гражданского права, как "индивидуальный предприниматель без образования юридического лица".

    Учреждение адвокатского кабинета происходит в уведомительном по­рядке. Можно выделить следующие этапы создания адвокатского кабинета.

    Первый этап – принятие решения о создании адвокатского кабинета. Принять такое решение может исключительно один адвокат. Работа двух и бо­лее адвокатов в адвокатском кабинете не допускается.

    Второй этап – соблюдение условий для создания адвокатского кабинета. Единственным требованием для создания данной организационной формы ра­боты адвоката является необходимость в помещении, где адвокат в дальнейшем будет осуществлять свою деятельность. Адвокат вправе использовать для раз­мещения адвокатского кабинета принадлежащие ему жилые помещения. Если жилые помещения принадлежат членам его семьи или адвокат занимает их по договору найма, то они могут использоваться адвокатом для размещения адво­катского кабинета только с согласия наймодателя. При этом требуется согласие всех совершеннолетних лиц, проживающих совместно с адвокатом.

    Указанное требование служит для достижения двух целей. Во-первых, обеспечение места встречи адвоката с клиентом. Необходимо отметить, что на­личие офиса у адвоката является важным, но не жизненно необходимым усло­вием его работы. Офис необходим для возможности консультирования, заключения согла­шения и как имиджевый инструмент адвоката. Основные встречи адвоката и клиента все же происходят в помещениях суда и иных правоохрани­тельных органах.

    Во-вторых, основной целью требования о наличии места нахождения ад­вокатского кабинета все же служит возможность поддержания связи между ад­вокатом и Адвокатской палаты субъекта Российской Федерации.

    Третий этап – направление уведомления о создании адвокатского каби­нета. Свое решение о создании адвокатского кабинета адвокат направляет в со­вет адвокатской палаты заказным письмом в виде уведомления. В нем указы­ваются сведения об адвокате, место нахождения адвокатского кабинета, порядок осуществления телефонной, телеграфной, почтовой и иной связи ме­жду советом адвокатской палаты и адвокатом. С момента направления уведом­ления адвокатский кабинет считается созданным. Совет адвокатской палаты не имеет права отказать адвокату в создании адвокатского кабинета. Однако Со­вет может указать адвокату на возможные нарушения, допущенные им при соз­дании адвокатского кабинета: отсутствие помещения, участие адвоката в дру­гой форме адвокатского образования и т.п. Адвокат обязан устранить допущенные им нарушения.

    Четвертый этап – создание атрибутов адвокатского кабинета. Адвокат может заказать печать, штамп и бланки с адресом и наименованием адвокат­ского кабинета. Эти атрибуты должны содержать: имя его учредителя, слова «адвокатский кабинет» и указание на субъект Российской Федерации, на терри­тории которого он учрежден. Например, «Иванов И.И. Адвокатский кабинет. Волгоградская область».

    Для осуществления своей финансовой деятельности адвокат, учредивший адвокатский кабинет, имеет право открывать счета в банках от имени адвокат­ского кабинета.

    Работа адвокатского кабинета. Адвокат самостоятельно работает в ад­вокатском кабинете. Он может нанимать сотрудников, помощников и стажеров. Соглашения об оказании юридической помощи в адвокатском кабинете заклю­чаются между адвокатом и доверителем и регистрируются в документации ад­вокатского кабинета. Адвокат должен вести финансовую отчетность ад­вокатского кабинета.

    Ответственность адвокатского кабинета за невыполнение своих обя­зательств. За неисполнение обязательств адвокат-учредитель адвокат­ского кабинета несет ответственность всем своим имуществом. Имущественная ответственность не снимается с адвоката, даже если он перешел в иную органи­зационную форму или вообще утратил статус адвоката.

    Прекращение деятельности адвокатского кабинета. Адвокатский каби­нет прекращает свое существование в случае:

    прекращения статуса адвоката, учредившего адвокатский кабинет,

    избрание адвокатом иной организационной формы своей деятельности.

    Адвокатское бюро. Адвокатское бюро является формой адвокатской деятельности по своей природе близкой к такой организационно-правовой форме, как Полное товари­щество. Однако к отношениям, возникающим в связи с учреждением, деятель­ностью и ликвидацией данной организационной формы, должны применяться правила, предусмотренные не для коммерческих, а для некоммерческих юри­дических лиц, в частности, Федеральным законом "О некоммерческих органи­зациях".

    Учреждение адвокатского бюро. Учредить адвокатское бюро могут два и более адвоката. Учредителями адвокатского бюро могут быть адвокаты, сведе­ния о которых внесены только в один региональный реестр.

    Первый этап заключение между адвокатами-партнерами договора. Последний заключается в письменной форме. Согласно партнерскому договору, адвокаты-партнеры обязуются соединить свои усилия для оказания юридической помощи от имени всех партнеров.

    Поверенное законодательство предусматривает определенные требования к содержанию партнерского договора. В партнерском договоре указываются:

    срок действия партнерского договора;

    порядок принятия партнерами решений;

    порядок избрания управляющего партнера и его компетенция;

    юридический адрес адвокатского бюро;

    иные существенные условия.

    Второй этап государственная регистрация адвокатского бюро. Государ­ственная регистрация производится региональными органами юстиции. В реги­стрирующий орган направляются следующие документы: заявление о регист­рации адвокатского бюро, протокол собрания учредителей о создании адвокатского бюро и утверждении партнерского договора, сам партнерский до­говор и квитанция об уплате госпошлины за регистрацию юридического лица.

    После рассмотрения представленных документов, сведения о создании адвокатского бюро вносятся в единый государственный реестр юридических лиц. Отказ в регистрации адвокатского бюро может быть обжалован в судеб­ном порядке.

    Третий этап направление уведомления о создании адвокатского бюро. В совет адвокатской палаты заказным письмом направляется уведомление и но­тариально заверенная копия партнерского договора. Уведомление должно со­держать следующие сведения: данные об учредителях, место нахождения адво­катского бюро, порядок осуществления телефонной, телеграфной, почтовой и иной связи между советом адвокатской палаты и адвокатским бюро.

    Адвокатское бюро считается учрежденным с момента его государствен­ной регистрации, однако оно может начать свою работу только с момента на­правления уведомления и копии партнерского договора.

    Четвертый этап – создание атрибутов адвокатского бюро. Адвокатское бюро является юридическим лицом, имеет печать, штампы и бланки. Фирмен­ное наименование адвокатского бюро должно содержать либо имена (наимено­вания) всех его участников и слова "адвокатское бюро", либо имя (наименова­ние) одного или нескольких участников с добавлением слов "и компания" и слова "адвокатское бюро", а так же указание на субъект Российской Федера­ции, на территории которого адвокатское бюро учреждено. Как правило, пер­вым в фирменном наименовании ставиться имя управляющего партнера.

    Например, "Иванов, Петров. Адвокатское бюро. Волгоградская область" или "Иванов и компания. Адвокатское бюро. Волгоградская область".

    Для осуществления своей финансовой деятельности адвокатское бюро имеет право открывать счета в банках, а также вести самостоятельный баланс.

    Работа адвокатского бюро. Ведение общих дел адвокатского бюро воз­можно двумя способами. Так, согласно первому, ведение общих дел осуществля­ется управляющим партнером. Например, управляющий партнер заключает до­говор аренды помещений, трудовые контракты с работниками адвокатского бюро и т. п. Согласно второму способу, в партнерском договоре может быть предусмотрено право ведения общих дел несколькими или всеми партнерами одновременно.

    Соглашение об оказании юридической помощи с клиентом заключается от имени всех партнеров. Как правило, соглашение подписывается управляю­щим партнером на основании партнерского договора. Соглашение может быть подписано и иными партнерами от имени всех партнеров на основании выдан­ных ими доверенностей. Они подписываются управляющим партнером. В до­веренностях указываются все ограничения компетенции партнера, заключаю­щего соглашения и сделки с доверителями и третьими лицами. Указанные ограничения доводятся до сведения доверителей и третьих лиц.

    Изменение участников партнерского договора. При выходе из партнер­ского договора одного из партнеров он обязан передать управляющему парт­неру производства по всем делам, по которым оказывал юридическую помощь.

    Ответственность адвокатского бюро за невыполнение партнерами своих обязательств. За неисполнение своих обязательств одним из адвокатов-партнеров все адвокаты-партнеры несут солидарную ответственность всем своим имуществом перед кредитором. Адвокат, вышедший из партнерского до­говора, отвечает перед доверителями и третьими лицами по общим обязатель­ствам, возникшим в период его участия в партнерском договоре.

    Прекращение деятельности адвокатского бюро. Деятельность адвокат­ского бюро прекращается в связи с прекращением действия партнерского дого­вора. Партнерский договор прекращается по следующим основаниям:

    истечение срока действия партнерского договора;

    прекращение или приостановление статуса адвоката, являющегося од­ним из партнеров, если партнерским договором не предусмотрено сохранение договора в отношениях между остальными партнерами;

    расторжение партнерского договора по требованию одного из партне­ров, если партнерским договором не предусмотрено сохранение договора в от­ношениях между остальными партнерами.

    Последствие прекращения действия партнерского договора. После пре­кращения партнерского договора адвокаты обязаны заключить новый партнер­ский договор. Если новый партнерский договор не заключен в течение месяца со дня прекращения действия прежнего партнерского договора, то адвокатское бюро подлежит преобразованию в коллегию адвокатов либо ликвидации. Ре­шение о ликвидации направляется в органы юстиции, которые вносят запись в единый государственный реестр юридических лиц о прекращении деятельности адвокатского бюро.

    С момента прекращения партнерского договора его участники несут со­лидарную ответственность по неисполненным общим обязательствам в отно­шении доверителей и третьих лиц.

    Адвокатское бюро может быть преобразовано исключительно в коллегию адвокатов.

    С момента прекращения партнерского договора и до момента преобразо­вания адвокатского бюро в коллегию адвокатов либо заключения нового парт­нерского договора адвокаты не вправе заключать соглашения об оказании юри­дической помощи.

    Коллегия адвокатов. Коллегия адвокатов является формой адвокатской деятельности по своей природе близкой к такой организационно-правовой форме, как Общество с ог­раниченной ответственностью.

    Учреждение коллегии адвокатов. Учредить коллегию адвокатов могут два и более адвоката.

    Первый этап создание устава и заключение учредительного договора. Учредительные документы составляются в простой письменной форме.

    В учредительном договоре учредители определяют:

    условия передачи коллегии адвокатов своего имущества;

    порядок участия в ее деятельности;

    порядок и условия приема в коллегию адвокатов новых членов;

    права и обязанности учредителей (членов) коллегии адвокатов;

    порядок и условия выхода учредителей (членов) из ее состава.

    Устав должен содержать следующие сведения:

    наименование коллегии адвокатов;

    место нахождения коллегии адвокатов;

    предмет и цели деятельности коллегии адвокатов;

    источники образования имущества коллегии адвокатов и направления его использования;

    порядок управления коллегией адвокатов;

    сведения о филиалах коллегии адвокатов;

    порядок реорганизации и ликвидации коллегии адвокатов;

    порядок внесения в устав изменений и дополнений;

    иные положения, не противоречащие настоящему Федеральному за­кону и иным федеральным законам.

    Второй этап извещение адвокатской палаты. Об учреждении коллегии адвокатов ее учредители направляют в совет адвокатской палаты заказным письмом уведомление.

    Третий этап государственная регистрация коллегии адвокатов. Колле­гия адвокатов считается учрежденной с момента ее государственной регистра­ции. Государственная регистрация коллегии адвокатов, а также внесение в еди­ный государственный реестр юридических лиц записи о прекращении ее деятельности осуществляются в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц.

    Работа коллегии адвокатов. Коллегия адвокатов является юридическим лицом, имеет самостоятельный баланс, открывает счета в банках в соответст­вии с законодательством Российской Федерации, имеет печать, штампы и бланки с адресом и наименованием коллегии адвокатов, содержащим указание на субъект Российской Федерации, на территории которого учреждена коллегия адвокатов.

    Коллегия адвокатов вправе создавать филиалы на всей территории Рос­сийской Федерации, а также на территории иностранного государства, если это предусмотрено законодательством данного иностранного государства.

    Адвокаты, осуществляющие адвокатскую деятельность в филиале колле­гии адвокатов, являются членами коллегии адвокатов, создавшей соответст­вующий филиал.

    Члены коллегии адвокатов не отвечают по ее обязательствам, коллегия адвокатов не отвечает по обязательствам своих членов.

    Коллегия адвокатов в соответствии с законодательством Российской Фе­дерации является налоговым агентом адвокатов, являющихся ее членами, по доходам, полученным ими в связи с осуществлением адвокатской деятельно­сти, а также их представителем по расчетам с доверителями и третьими лицами и другим вопросам, предусмотренным учредительными документами коллегии адвокатов.

    Соглашения об оказании юридической помощи в коллегии адвокатов за­ключаются между адвокатом и доверителем и регистрируются в документации коллегии адвокатов.

    Юридическая консультация. Юридическая консультация является некоммерческой организацией, соз­данной в форме учреждения. Она создается адвокатской палатой для оказания юридической помощи и финансируется ей полностью или частично.

    Учреждение юридической консультации. Основным условием (предпо­сылкой) создания юридической консультации служит то обстоятельство, что на территории одного судебного района общее число адвокатов во всех адвокат­ских образованиях, расположенных на территории данного судебного района, составляет менее двух на одного федерального судью.

    В случае наличия этого обстоятельства, орган государственной власти соответствующего субъекта Российской Федерации выходит с представлением в соответствующую адвокатскую палату о необходимости создания юридиче­ской консультации.

    Совет адвокатской палаты принимает решение о создании юридической консультации. Утверждается устав юридической консультации.

    Создание материально-технической базы юридической консультации. Обязанность создания материально-технической базы юридической консульта­ции возложена на адвокатскую палату. К данной материально-технической базе можно отнести: материально-техническое обеспечение, выделение служебных и жилых помещений, оклады адвокатам.

    К материально-техническому обеспечению юридической консультации относятся канцелярские расходы, расходы, связанные со средствами связи, оп­лата коммунальных платежей и т.п.

    Адвокатская палата должна обеспечить служебные и жилые помещения для адвокатов, направленных на работу в юридической консультации.

    Должны быть установлены оклады для адвокатов, направленных для ра­боты в юридической консультации.

    Для создания материально-технической базы формируется смета, которая утверждается собранием (конференцией) адвокатов. Имущество юридической консультации закрепляется за ним на праве оперативного управления.

    Субъекты федерации должны оказывать помощь адвокатской палате в материально-техническом обеспечении, выделении служебных и жилых поме­щений, в выплате окладов адвокатам и иную финансовую помощь юридической консультации. Все эти вопросы должны регулироваться законами и иными нормативными правовыми актами субъекта Российской Федерации.

    Адвокатская палата направляет адвокатов для работы в юридическую консультацию. Для этого собрание (конференция) адвокатов определяет поря­док направления адвокатов для работы в юридическую консультацию. Необхо­димо отметить, что адвокаты, находящиеся в судебном округе, где находится юридическая консультация, не могут быть ее работниками. Целесообразно на­правлять в юридические консультации вновь принятых адвокатов. Во-первых, они получат при работе в ней необходимую адвокатскую практику, а во-вторых, минимальную оплату для начала своей работы.

    Непосредственно кандидатов для направления в юридическую консуль­тацию определяет совет адвокатской палаты. С адвокатом заключается трудо­вой договор, где прописываются условия и сроки его работы в юридической консультации.

    Работа юридической консультации. Адвокаты оказывают юридическую помощь на возмездной основе. Причем соглашение заключается между клиен­том и юридической консультацией. Адвокат получает установленный оклад. В случае, предусмотренном уставом, трудовым договором, адвокат может полу­чать весь или часть гонорара за оказанные им от имени юридической консульта­ции юридические услуги.

    Ответственность юридической консультации за невыполнение своих обязательств. За неисполнение своих обязательств юридическая консультация несет ответственность всем своим имуществом. В случае недостаточности имущества адвокатская палата несет субсидиарную ответственность по обяза­тельствам юридической консультации.

    Прекращение деятельности юридической консультации. Юридическая консультация прекращает свое существование в случае отпадения оснований послуживших основанием для ее создания. То есть на территории судебного района, где была создана юридическая консультация общее число адвокатов во всех адвокатских образованиях, расположенных на территории данного судеб­ного района, стало составлять более двух на одного федерального судью.


    § 2. Адвокатская палата субъекта Российской Федерации

    Понятие, общие принципы и цели деятельности. Адвокатская палата является негосударственной некоммерческой органи­зацией, основанной на обязательном членстве адвокатов одного субъекта Рос­сийской Федерации. То есть если на территории Российской Федерации на се­годняшний день существует 89 Адвокатских палат (89 Субъектов Российской Федерации). Законодательство особо указывает на тот факт, что на территории субъекта Российской Федерации может быть образована только одна адвокат­ская палата, которая не вправе образовывать свои структурные подразделения, филиалы и представительства на территориях других субъектов Российской Федерации. Образование каких-либо межрегиональных и иных межтерритори­альных адвокатских палат не допускается.

    Адвокатская палата имеет свое наименование, содержащее указание на ее организационно-правовую форму и субъект Российской Федерации, на терри­тории которого она образована. Например, "Адвокатская палата Волгоградской области". Адвокатская палата является юридическим лицом, имеет самостоя­тельный баланс, открывает расчетный и другие счета в банках в соответствии с законодательством Российской Федерации, а также имеет печать, штампы и бланки со своим наименованием, содержащим указание на субъект Российской Федерации, на территории которого она образована.

    Цели деятельности адвокатской палаты. Закон устанавливает следую­щие цели деятельности Адвокатской палаты:

    обеспечение оказания квалифицированной юридической помощи и ее доступности для населения на всей территории данного субъекта Рос­сийской Федерации;

    организация юридической помощи, оказываемой гражданам Россий­ской Федерации бесплатно;

    представительство и защита интересов адвокатов в органах государст­венной власти, органах местного самоуправления, общественных объ­единениях и иных организация;

    контроль за профессиональной подготовкой лиц, допускаемых к осу­ществлению адвокатской деятельности, и соблюдением адвокатами кодекса профессиональной этики адвоката.

    Организационная структура Адвокатской палаты. Структура управления Адвокатской палаты состоит из собрания (конфе­ренция) адвокатов, совета адвокатской палаты,

    Собрание (конференция) адвокатов является высшим органом адвокат­ской палаты субъекта Российской Федерации. Если численность адво­катской палаты не превышает 300 человек, то собрание состоит из всех адвока­тов состоящих в адвокатской палате данного субъекта. В случае если численность адвокатов, внесенных в реестр отдельной области, превышает 300 человек, то в этом случае высшим органом адвокатской палаты будет являться конференция адвокатов. Это правило связано с тем, что большое количество участников сделает затруднительным работу этого органа. Для проведения конференции каждая организационная форма адвокатского образования на­правляет определенное количество делегатов, общее количество которых не должно превышать 300 человек.

    В любом случае, собрание или конференция адвокатов считается право­мочным, если в их работе принимают участие не менее двух третей членов ад­вокатской палаты (делегатов конференции).

    Законом установлено, что собрание или конференция адвокатов созыва­ется не реже одного раза в год.

    Компетенция собрания (конференции) адвокатов. К компетенции Адво­катской палаты относятся любые вопросы, касающиеся деятельности адвокатов на территории конкретного субъекта Российской Федерации. Законом преду­смотрен список вопросов, относящихся к исключительной компетенции собра­ния (конференции) адвокатов. К этим вопросам относятся:

    формирование совета адвокатской палаты субъекта Российской Феде­рации и принятие решений о досрочном прекращении полномочий членов со­вета;

    утверждение порядка определения норм представительства и порядка избрания делегатов на конференцию;

    избрание ревизионной комиссии и избрание членов квалификационной комиссии из числа адвокатов;

    избрание делегатов на Всероссийский съезд адвокатов;

    определение порядка направления адвокатов для работы в юридиче­ских консультациях;

    определение размера обязательных отчислений адвокатов на общие нужды адвокатской палаты;

    утверждение сметы расходов на содержание адвокатской палаты;

    утверждение отчета ревизионной комиссии о результатах ревизии фи­нансово-хозяйственной деятельности палаты;

    утверждение отчетов совета, в том числе об исполнении сметы расхо­дов на содержание совета;

    утверждение регламентов собрания (конференции) адвокатов, совета и ревизионной комиссии;

    определение места нахождения совета;

    утверждение штатного расписания аппарата органов адвокатской па­латы;

    установление мер поощрения и видов ответственности адвокатов.

    Все решения собрания (конференции) адвокатов принимаются простым большинством голосов адвокатов, участвующих в собрании (делегатов конфе­ренции).

    Совет адвокатской палаты является коллегиальным исполнительным органом адвокатской палаты. Совет избирается собранием (конференцией) ад­вокатов тайным голосованием в количестве не более 15 человек из состава чле­нов адвокатской палаты. Собрание (конференция) адвокатов обновляет состав совета один раз в два года не менее чем на одну треть.

    Компетенция совета адвокатской палаты достаточно значительна. Все вопросы, относящиеся к компетенции совета адвокатской палаты можно ус­ловно разделить на несколько групп.

    Избрание единоличных