Юридическая Библиотека - СУДЕБНАЯ ЭКСПЕРТОЛОГИЯ А. И. Винберг, Н. Т. Малаховская -

На главную »  » СУДЕБНАЯ ЭКСПЕРТОЛОГИЯ А. И. Винберг, Н. Т. Малаховская

Судебная система и правоохранительные органы: СУДЕБНАЯ ЭКСПЕРТОЛОГИЯ А. И. Винберг, Н. Т. Малаховская


    В процессе становления и развития разного вида су­дебных экспертиз в течение многих лет постепенно на­капливался в результате экспертной практики большой эмпирический материал, осуществлялась разнообразная экспериментальная работа по решению возникающих экспертных задач и для установления научных фактов, которые приводили их к последующему обобщению в конкретную теорию, где формировались закономерности •научных основ того или иного вида судебной экспер­тизы.


    МИНИСТЕРСТВО ВНУТРЕННИХ ДЕЛ СССР ВЫСШАЯ СЛЕДСТВЕННАЯ ШКрЛА


    А. И. Винберг, Н. Т. Малаховская

    СУДЕБНАЯ ЭКСПЕРТОЛОГИЯ

    (ОБЩЕТЕОРЕТИЧЕСКИЕ

    И МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ СУДЕБНЫХ ЭКСПЕРТИЗ)

    Учебное пособие

    Ответственный редактор генерал-лейтенант юстиции Б. А. Викторов

    Научно-исследовательский и редакционно-издательский отдел

    ВОЛГОГРАД 1979

    Глава пер в а я

    УСЛОВИЯ ДЛЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТОЛОГИИ И ЕЕ СУЩНОСТЬ КАК НОВОЙ ОТРАСЛИ НАУКИ

    В процессе становления и развития разного вида су­дебных экспертиз в течение многих лет постепенно на­капливался в результате экспертной практики большой эмпирический материал, осуществлялась разнообразная экспериментальная работа по решению возникающих экспертных задач и для установления научных фактов, которые приводили их к последующему обобщению в конкретную теорию, где формировались закономерности •научных основ того или иного вида судебной экспер­тизы.

    В ходе развития теории судебной экспертизы созда­вались ее принципы, ее методологические, правовые и организационные начала, возникали научные основы но­вых видов судебных экспертиз, вызываемых к жизни практической потребностью правоохранительных орга­нов в решении вопросов, требующих специальных позна­ний сведущих лиц—экспертов.

    Для всего института советской судебной экспертизы характерен постоянный творческий поиск, направленный на решение все более сложных экспертных задач, что неуклонно приводило к расширению существующих и разработке новых методов, средств и методик исследо­ваний, охватывающих все больший круг многообразных объектов—вещественных доказательств по делу.

    Такая тенденция вызывала рост комплексных иссле­дований в целях познания различных сторон исследуе­мого объекта, требующих применения целого ряда наук в их взаимодействии. Эта тенденция отражала объек­тивный процесс как углубленной дифференциации каж­дого вида судебной экспертизы, так и неуклонной их ин­теграции и синтеза науки. Тем самым постепенно созда­

    вались' условия для возникновения такой отрасли науки, которая объединяла бы все отраслевые знания—теории разного рода судебных экспертиз—в единую синтетиче­скую систему на основе интегрирования научных основ каждого вида судебной экспертизы в единую общетео­ретическую, методологическую отрасль науки—систе­мы знаний, составляющих сущность судебной эксперто-логии.

    Характерно, что по проблемам теории судебной экс­пертизы, ее методам, организационным и правовым во­просам на протяжении последних десятилетий накапли­вался значительный теоретический материал, который был использован в ряде серьезных монографических исследований, посвященных различным сторонам судеб­ной экспертизы, кандидатских и докторских диссертаци­ях, учебниках и учебных пособиях, статьях в многочис­ленных сборниках, научных трудах, методической лите­ратуре, решениях научных конференций и т. д.

    Накопление теоретического багажа, в котором обоб­щалась научная основа многообразной экспертной прак­тики, явилось одним из условий, вызывающих потреб­ность в создании такой самостоятельной отрасли науки, как судебная экспертология.

    Другим, не менее важным условием являлась все усиливающаяся деятельность по организации и разви­тию системы научных экспертных учреждений в стране. На протяжении ряда лет создавались научно-эксперт­ные учреждения системы МВД СССР, Министерства юс­тиции СССР, Министерства здравоохранения СССР, го­товились кадры специалистов-экспертов, получила свое развитие координационная деятельность между экспер­тными учреждениями в каждой системе, планомерно-развивалась экспериментальная и научно-исследова­тельская деятельность. Нельзя также не отметить в качестве условий для возникновения судебной эксперто-логии тенденцию действующей практики по все больше­му организационному сосредоточению в каждом экспер­тном учреждении различного вида судебных экспертиз, несмотря на то, что они решали свои задачи, основыва­ясь на специальных познаниях, базировавшихся на раз­личных науках: криминалистике, химии, физике, биоло­гии, бухгалтерии, автотехнике, медицине и т. д.

    Для судебной практики такого рода централизация

    разного вида судебных экспертиз в одном экспертном учреждении являлась рациональной. Это обстоятельст­во нашло свое законодательное закрепление в нормах действующих республиканских уголовно-процессуаль-ных законов, где специальному регулированию подле­жит деятельность не только эксперта как физического лица, но и экспертных учреждений.

    Наконец, появлению судебной экспертологии как це­лостной системы наук способствовали и современные требования научно-технического прогресса, повлекшие развитие системно-структурного подхода к решению комплексного характера проблемы, все усиливающаяся интеграция науки, стремление к синтезу наук, унифика­ции понятий, выработке языка науки и другие пробле­мы, о которых в дальнейшем будет сказано в данной ра-' боте.

    Общая теория судебной экспертологии является фор­мой достоверного научного знания о закономерностях и методологии формирования и развития научных основ судебных экспертиз. В судебной экспертологии мы вскрываем, механизм образования научных основ пред­метных судебных наук, объясняем, как данные материн­ских фундаментальных (базовых) наук трансформиру­ются в систему специальных познаний в предметной судебной науке, как эти познания реализуются в практи­ческой деятельности при производстве судебных экспер­тиз.

    В судебной экспертологии отражается закономер­ность, позволяющая прогнозировать будущие формиро­вания новых предметных судебных наук и их нового ви­да судебных экспертиз. Научные основы каждой пред­метной науки используются для решения задач, возни­кающих перед судебными экспертизами, проводимыми в уголовном и гражданском процессах в тех действующих организационных и правовых формах, которые обеспе­чивают научную обоснованность и достоверность заклю­чений судебных экспертов.

    Теория судебной экспертологии должна строиться на четких научных понятиях. В этой связи уместно пока­зать общее значение научных понятий для разработки любой новой отрасли интегральной науки, имея при этом в виду, что в процессе дифференциации в каждой

    отрасли знания действуют свои специфические понятия, свой специфический для данной отрасли знания язык, своя особенность понятийного аппарата. В интегральной отрасли научного знания—судебной экспертологии— научные понятия и язык судебной экспертизы должны быть строго унифицированы, охватывать общие научные положения, в одинаковой мере относящиеся к каждой предметной экспертной науке, к каждой отрасли знания, на которой базируются соответствующие судебные экс­пертизы как вид практической деятельности.

    История развития теории судебной экспертизы сви­детельствует, подобно и истории науки, что был длитель­ный период «узковедомственного» подхода к изучению исследуемых объектов и содержанию предмета, что вело к разобщению научных знаний и их взаимной изоляции.

    Любое понятие науки формируется и развивается в границах закона науки, теории, гипотезы. В любой пред­метной области ее границы устанавливаются в первую очередь через определенные законы и закономерности, которые обусловливаются предметом науки.

    Формирование каждого нового понятия может слу­жить основой создания теоретической системы. Так, из специальной литературы известно, что образование, на­пример, понятия «ускорение» было необходимым усло­вием для создания такой теоретической системы знания, как классическая механика; понятие «прибавочная сто­имость»—для политической экономии капитализма;по­нятие поля—для образования электродинамики. Если обратиться к науке криминалистике и криминалистиче­ской экспертизе, то для них, как прикладных дисцип­лин, фундаментальными понятиями будут являться, на­пример, идентификация—для криминалистической эк­спертизы; динамический стереотип—для судебного почерковедения; след—для трасологии; трансформация современных достижений естественных и технических наук—для целей раскрытия преступления как один из законов развития криминалистики и т. д.

    Научные понятия призваны отражать существенные свойства и их проявления в системе признаков, связи и взаимосвязи, формировать систему приемов, методов и средств для систематизации существующей фактоло-гии. В данном аспекте понятие включает в себя прин­ципиально новое содержание и создает возможность

    JF

    СИСТЕМА СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТОЛОГИИ

    К техническим наукам условно отнесены совокупности ряда отраслевых знаний — с тем, чтобы нагляднее показать тенденции развития соответствующих судебных экспертиз. Таблица показывает лишь тенденции закономерностей судебной экспертологии и поэтому не является исчерпывающей. , . •

    объединить в границах теоретической системы самые разнообразные и, казалось бы, противоречивые и эмпи­рические данные. В этой связи не случайно могут в про­тивовес нашим утверждениям быть приведены доводы о разнокачественности и несоизмеримости наук, лежащих в основе судебных экспертиз, и невозможность якобы кроме организационных и правовых оснований усматри­вать еще что-то общее, например, между науками о су­дебной медицинской экспертизе и судебно-бухгалтерс-кой, автотехнической и почерковедческой и т. п.

    Новое понятие «судебная экспертология» с его новым содержанием выходит за. пределы привычных эмпири­ческих данных и опровергает устаревшие понятия, кото­рые формировались на базе углубляющейся дифферен­циации специальных познаний внутри теории каждого вида судебной экспертизы и ее предметной судебной

    науки.

    Решение проблемы о совместимости казалось бы разных понятий находит свое объяснение в гносеологи­ческой проблеме существования — понятии о том, с ка­кими объектами познания имеет дело наука на данном этапе ее развития. Эта проблема .существования в нау­ке особенно остро встает в переломные моменты ее развития, когда наука сталкивается с принципиально новыми объектами исследования. Именно в этих усло­виях и формулируются специфические критерии су­ществования. И в судебной экспертологии эти критерии будут выражены в принципе логической непротиворе­чивости, конструктивности, закономерностях и т. п. Не­сомненный интерес для экспертологии будет иметь по­нятие гомологии, которое служит для обозначения сходства- в строении и происхождении объектов, их оди­накового морфологического отношения, .обладающих :в то же время различным внешним видом и выполняю­щих неодинаковые функции. Обычно под гомологией •понимается сходство важнейших свойств, в которых выражается сущность соответствующих объектов'.

    Важны и такого рода научные понятия, как точ­ность—однозначное определение понятий; понятие пол-;ноты—существенность признаков; понятие развития, связанное' с коренной перестройкой структуры, системы,

    ;'-• ;-Oft.'CiAif«B6np6cu философий», 1966, № 5.

    .;; i n

    т. е. качественным изменением. Развитие предполагает как стабильность структуры, так и закономерность ее изменения. В рамках принципа развития получает свое закономерное обоснование применение методов одной науки в другой', что весьма важно и для судебной эк­спертологии.

    Этими и другими научными понятиями нам предсто­ит обосновывать принципиальные положения новой отрасли юридической науки—судебной экспертологии, теоретические положения которой должны покоиться на твердом фундаменте необходимых для этих целей науч­ных понятий. Следует подчеркнуть, что базисом поня­тийного аппарата экспертологии является экспертная, следственная и судебная практика, которая получает свое отражение и теоретически реализуется в научных понятиях.

    Нужно помнить, что «понятие есть сущность пред­мета»2, и этим положением неуклонно руководство­ваться. Важно подчеркнуть, что понятийный аппарат судебной экспертологии основывается на понятийном аппарате марксистско-ленинской философии, в котором формулируются общенаучные понятия, вбирающие в се­бя философские категории. Эти общенаучные понятия способствуют переносу знания из одной специальной науки в другую. При этом общенаучные понятия, ис­пользуемые в частной науке, трансформируются в кате­гориальный аппарат специальной науки, в котором и функционируют как особый вариант более общего понятия. Примером может служить понятие «идентифи­кационное поле», преобразованное из общего понятия информационного поля, понятие диагностической ,и си­туационной судебных экспертиз, заимствованных из медицины, психологии и других наук.

    Вообще следует заметить, что когда создается но­вая наука, в начальном ее процессе ощущается явный недостаток в новых специальных научных понятиях. В этом случае ряд понятий ею заимствуется из других наук и переносится в виде метафор. Многие новые нау­ки в этом плане носят метафорический характер в сво­их понятиях и терминологии. Этот процесс естественен"

    ' Приведенные нами научные понятия формируются по кн.: Ви­ноградов В. Г. Научное предвидение. М., 1973. 2 Л е н и н В. И. Поли. собр. соч., т. 29, с. 253.

    11

    и для начальной стадии образования такой отрасли, как судебная экспертология. Общеизвестно, что пока ученый не располагает достаточными знаниями о пред­мете исследования, он вынужден прибегать к метафо­рам и заимствованиям из других областей науки для объяснения сути наблюдаемых явлений. В связи с этим следует согласиться с М. Арбит в том, что «поскольку такую науку только предстоит создать, то естественно, что у нее еще нет сложившейся терминологии, основ­ные понятия ее еще не вычленены и не названы, струк­туры и связи между понятиями еще не сформулирова­ны. Такое положение порождает необходимость обсуждать задачи и проблемы, возникающие перед ис­следователем, на метафорическом уровне, используя арсенал понятий, заимствованных из разных областей науки...»1

    Важно для целей нашего исследования также то, что «понятие, общее для многих наук, несет в другую об­ласть знания не только свое содержание и свой метод, но и частично служит опорным пунктом распростране­ния сложных частнонаучных понятий и методов»2.

    Общенаучные понятия обычно возникают на стыках наук, на их «перекрестках» в процессе развития комп­лексных проблем. Таков же процесс образования поня­тия и в судебной экспертологии, которая вбирает в себя научные основы многочисленных отраслей знаний— предметных судебных наук, отражающих все усиливаю­щуюся тенденцию комплексного исследования вещест­венных доказательств, а также применение современных возможностей химии, физики, биологии, кибернетики, математики и других наук при изучении различных объектов исследования судебных экспертиз и необходи­мых для решения экспертных задач.

    Общенаучные понятия целенаправлены на синтез знания, на интегративные науки. Наряду с философски­ми категориями они содействуют объединению предме­тов различных наук в нечто цельное.

    Научные понятия возникают и разрабатываются

    'Арбит М. Метафорический мозг (пер. с англ.). М., 1976, с. 27.

    2 Г от т В., Урсул А. Общенаучные понятия и их роль в познании.—«Коммунист», 1974, № 9.

    12

    в процессе формирования и становления предметных судебных наук и в ходе практической экспертной дея­тельности, когда возникает практическая необходимость словарного понятийного аппарата языка судебной эк­спертизы.

    Судебные эксперты, независимо от многообразия тех отраслей знаний, которые они привносят в свои эк­спертизы, в исследовательской и практической деятель­ности должны пользоваться единой терминологией, отражающей единство общих научных понятий экспер­тологии. Унифицируемый язык судебного эксперта дол­жен быть одинаково понятным как судебным экспертам, так и следственным и судебным работникам. Судебная экспертология в этом плане, при разработке общенауч­ных понятий, объединяя в своей целостной системе на­учные основы самых различных судебных предметных наук, должна считать одной из своих важнейших задач выработку единого языка интегрированной теории су-' дебных экспертиз, охватывающего общие научные по­нятия, присущие всем судебным предметным наукам и соответственно теории судебных экспертиз.

    Известно, что в судебно-экспертных учреждениях сосредоточены специалисты различных отраслей науки. Комплексный характер исследования ими объекта эк­спертизы требует общепонятного языка как для экспер­тов, так и для следователей и суда. Это взаимопонима­ние, необходимое для экспертов разных специальностей, является особенно насущным, если иметь в виду, что «многие термины в области судебной экспертизы содер­жат синтез двух начал (сторон): юридических и естест­веннонаучных»1. Поэтому следует полностью разделить мнение В. С. Готта, что в условиях углубляющейся дифференциации языка науки, когда представители да­же одной отрасли знания (но разной специализации) стали подчас плохо понимать друг друга, главная труд­ность в решении многих комплексных проблем заклю­чается в поиске единого языка для специалистов раз­ного профиля. В этих условиях именно общенаучные понятия в значительной мере облегчают решение этой важной задачи, будучи одним из главных средств уни-

    Ш л я х о в А. Р. Пути повышения роли судебной эксперти-

    // (^ ltD Q'TV V f\a ТГ\П\Т П q T^/'Tn/t Tt T7 Г» n n Г\ <s 1Q7Q \?1\ 0

    зы.—«Советское государство и право», 1978, № 3.

    13

    версализации понятийно-категориальйого аппарата на­учного познания'. /'

    Язык науки, включая и язык судебного эксперта, представляет собой систему понятий, выражаемых опре­делениями и обозначениями (терминами, знаками). При этом под понятием, согласно логике, подразумевается целостная совокупность суждений о каком-либо объек­те; под определением понятия подразумевается раскры­тие содержания путем указания на существенные при­знаки объектов, объединяемых данным понятием.

    Термины словаря судебного эксперта—это слова или лексикализованные словосочетания2.

    Разработка единого языка судебного эксперта осо­бенно необходима для предстоящего процесса по фор­мализации решения экспертных задач, для их алгорит­мизации3.

    Обратимся теперь к рассмотрению понятия науки и исследуем, отвечает ли судебная экспертология всем необходимым ее параметрам.

    Термин «наука» происходит от латинского «знание». Однако далеко не всякое знание является научным, ибо наука—это не синоним знания.

    В литературе имеются указания, что наиболее важным атрибутом науки является незнание, а ее способ­ность к приобретению знаний. Знания, которые содер­жит наука, ограничены и всегда подвержены пересмот­ру. Способность же науки увеличивать знание неогра­ниченна. Таким образом, характерной чертой науки является динамизм. В. И. Вернадский отмечал, что нау­ка находится в состоянии непрерывного развития и роста, в ней всегда что-то возникает, открываются новые фак­ты, законы, создаются rHnqTe3bi, теории и т. п.

    Необходимо отметить, что ряд авторов считает, что метод тоже должен войти в определение науки. Так, академик Тодор Павлов пишет, что «наука вообще, т.е. всякая наука, наука как таковая не является только

    ' См.: Г о т т В. С. Материальное единство мира и единство научного знания.—«Вопросы философии», 1977, № 12.

    2 См.: Канделаки Т. Л. Семантика и мотивированность терминов. М., 1977.

    3 К работе по созданию словаря судебного эксперта приступил большой авторский коллектив различных ведомств во главе с ВНИИСЭ МЮ СССР.

    14

    системой понятий ^категорий, законов). Наука всегда бывает одновременно и методом познания (подчеркнуто нами—А. В. и Н. М.). Она всегда есть не только достигнутое знание, но и познание-процесс, познание-стремление, познание, возникающее из практики, имею­щее своей высшей целью практику, проверяемое, совер­шенствующееся и развивающееся посредством прак­тики»'.

    Тодор Павлов определяет науку как «диалектиче­ское единство: 1) системы понятий, категорий, законов и пр.; 2) метода познания; 3) связи с практикой как ис­ходным пунктом, высшей целью и критерием познания»2.

    Каким же параметрам должна отвечать наука, к ко­торой мы относим и такую отрасль знаний, как судебная

    •экспертология?

    1. Научные знания должны быть достоверными, про­веренными практикой. В этом аспекте судебная экспер­тология порождена потребностью практики, нуждаю­щейся в упорядочении различных отраслей знания, ис­пользуемых для целей судебных экспертиз и лежащих в осно'ве достоверного решения экспертных задач.

    2. Научные знания должны быть приведены в сис­тему, вне которой нет науки. Системы специальных по­знаний, входящих в предметную, отраслевую экспертную науку как элемент системы судебной экспертологии, отражают те знания, которые для целей судебной эк­спертизы привносятся из соответствующих материнских наук и трансформируются в систему специальных позна­нии той или иной предметной судебной науки, служащей основанием для разработки научных приемов, методов, средств и методик исследования объектов судебной эк­спертизы для решения возникающих в процессе следст­вия экспертных задач.

    3. Научные знания должны быть логически непроти­воречивыми. И с этих позиций судебная экспертология как система логически непротиворечивых положений создает теоретическую базу для научных основ отрас­левых предметных судебных наук, в которых осущест­вляются теоретические и методические разработки, спе­циальные методики по исследованию объектов судебной

    'Павлов Тодор. Избранные философские произведения.

    Т. 3. М , 1962, с. 496. 2 Там же, с. 501.

    15

    экспертизы. Их методы выражают -стройную,, логически организованную систему специальных познаний, ис­пользуемых в строгой научной последовательности.

    4. Научные знания должны объяснять сущность яв­лений, раскрывать присущие им закономерности. В этой связи А. М. Бутлеров писал: «Только тогда, когда явля­ется понимание явлений, обобщение, теория, когда бо­лее и более постигаются законы, управляющие явле­ниями, только тогда начинается истинное человеческое знание, возникает наука»'.

    Любая отрасль знания становится наукой, когда в ней открываются объективные законы. И в этом плане судебная экспертология включает в себя не только ло­гически организованные системы специальных познаний отраслевых предметных судебных наук, но и форму* лирует объективные законы и закономерности формиро­вания и развития отраслевых предметных наук, лежа­щих в основе теории каждого вида отраслевой судебной науки и определяющих направление развития соответ­ствующих судебных экспертиз как вида практической деятельности, достоверность которой основывается на закономерностях соответствующих отраслевых знаний.

    5. «Наука выступает не только как система знаний, но и как система учреждений (научно-исследователь­ские институты, лаборатории, учебные заведения, му­зеи, технические выставки, научные журналы и др.), оказывающих огромное влияние на развитие научной' мысли и на ее практическое применение»2. Можно спо­рить, являются ли научные учреждения элементом нау­ки или только средством для овладения суммой знаний, однако нельзя отрицать, что наука—не только знание, но и деятельность, направленная на достижение знания. В этом аспекте наука включает материально-предмет­ную деятельность (экспертные лаборатории, база ма­териально-технических средств). Это социально-общест­венная деятельность, выражающаяся в характере науч­ных исследований специальных отраслевых предметных судебных наук, вооружающих судебные экспертизы для решения экспертных задач в специальных учреждени-

    ' Бутлеров А. М. Избранные работы по органической хи­мии. М., 1951, с. 520.

    2 Глезерман Г. Е. Базис я надстройка в советском об­ществе. М., 1951, с. 98.

    16

    ях, объединяющих специалистов разного профиля с тем, чтобы обеспечить правоохранительным органам получе­ние достоверных доказательств по делу. Именно в этом усматривается характеристика науки, в частности такой ее отрасли, как судебная экспертология, сочетающая в себе единство теоретической и практической деятель­ности.

    6. Судебная экспертология, как общая теория судеб­ных экспертиз, служит практике, опирается на прочную основу фактов, установленных практикой и теоретически обобщенных.

    7. Наконец, целенаправленный и сознательный ха­рактер научной деятельности судебной экспертологии заключается в использовании накопленных знаний и опыта, специальных приемов и методов для достиже­ния новых знаний.

    Как правильно отмечает М. М. Карпов', в содержа­нии науки следует различать:

    а) накопленный в процессе развития науки факти­ческий материал (факты)—результаты наблюдений и экспериментов;

    б) результаты обобщения фактического материала:

    законы, аксиомы, принципы, теории, проверенные и под­твержденные практикой, имеющие значение объектив­ных истин;

    в) общетеоретические выводы из законов, их фило­софское истолкование, общий подход к изучению дей­ствительности, т. е. методологию науки;

    г) гипотезы.

    Эти составные части науки существуют в органиче­ской связи между собой, образуя единую систему знания.

    Все указанные составные части содержания науки в равной мере относятся к науке судебной экспертоло­гии, в которой синтезируется накопленный в процессе развития теоретических основ судебных экспертиз и их практики значительный фактический материал; этот материал в судебной экспертологии обобщается, и на его основе выводятся научные законы, закономерности, принципы и теории; общетеоретические выводы из зако-

    ' См.: Карпов М. М. Философские вопросы современного естествознания. Ростов, 1972, с. 17—18.

    17

    нов в гносеологическом плане формируют методологию судебной экспертологии.

    Наука о судебной экспертизе—судебная эксперто-логия—это система общих положений, принципов, ме­тодов реализации марксистско-ленинской теории позна­ния, диалектики, логики и их взаимодействия для по­знания судебных экспертиз в процессе проведения расследования и рассмотрения уголовных и гражданских дел, вытекающих из привлечения тех специальных зна­ний из различных наук, которые необходимы для ре­шения задач судебной экспертизы. Развитие любой нау­ки показывает ее динамичность—открытие все новых закономерностей, новых законов, формирование систе­мы теорий, методов.

    Как будет показано ниже, важную часть, науки со­ставляют теории, которые включают в свое содержание ряд учений. Мы рассмотрим теорию судебной эксперто­логии как систему учений, объясняющих исследуемые нами явления.

    В содержание науки входят также принципы, кото­рые выводятся индуктивным путем. «Принципы — это обобщенные опытные факты»'.

    Принцип—первоначало, руководящая идея, основ­ное правило поведения. Принцип рассматривали как выражение необходимости или закона явлений. В логи­ческом смысле принцип есть центральное понятие, основание системы2. В судебной экспертологии действу­ют такие принципы, как, например, принцип оптималь­ного использования всей доказательственной информа­ции, содержащейся в объекте; принцип комплексности, объединяющий в исследовании в конкретном объекте необходимую совокупность современных методов и тех­нических средств в свете требований научно-техниче­ского прогресса; принципом является четкая разработ­ка для любого объекта судебной экспертизы с учетом .субстрата каждого объекта и механизма его взаимо­действия, выраженного в признаках объекта, временно­го интервала или периода сопоставимости, вне которых теряются для экспертизы необходимые признаки и т. д.

    .'Вавилов С. И. Исаак Ньютон. М., 1945, с. И27.

    2 См.: философский словарь (под ред. Н. М. Розенталя и П. Ф. Юдина). Изд. 2-е. М., 1968. • :

    IS

    Обратимся теперь к рассмотрению законов науки в аспекте судебной экспертологии. К законам науки обычно относят:

    1. Относительную самостоятельность развития науки.

    Наука развивается по своим специфическим законам. «Научная мылсь,—писал К. А. Тимирязев,—не может двигаться капризными, случайными скачками, а дол­жна идти вперед строго логическим путем...»'

    Наблюдения, эксперименты в науке приводят к от­крытию новых фактов, которые требуют объяснения, что в свою очередь вызывает необходимость создания новой теории, требующей новых опытов, которые при­водят к новым открытиям. Так, например, многочис­ленные эксперименты по идентификации источника за­паха, проводимые методом «черного ящика» с исполь­зованием обоняния живого детектора—служебно-ро-зыскной собаки, привели к теоретическому обобщению наблюдаемых в эксперименте и в розыскной и следст­венной практике фактов выборки собакой искомых объектов, хранение, консервация отобранных молекул запаха, приемы и средства, используемые для этой це­ли. Все это породило теорию криминалистической одо-рологии, которая показала нецелесообразность прежних приемов работы со служебной собакой только по «горя­чим» следам для отыскания запахоносителя. Опыты в области криминалистической одорологии позволили отбираемый на месте происшествия воздух с молекула­ми запаха хранить в течение 2—3 лет, а затем с успехом применять законсервированные пробы запаха для целей выборки искомых объектов. Последующие опыты при­вели к созданию новой теоретической концепции об органолептико-одорологической экспертизе2.

    Очевидно также, что опережение наукой запросов практики было бы невозможно объяснить при отрица­нии относительной самостоятельности в развитии науки. В противном случае это грозило бы узким практициз­мом и принижением роли теории.

    2. Критика и борьба мнений в науке. Вся история науки есть борьба мнений. На том же примере крими-

    ' Тимирязев К. А. Соч., т. V, с. 40.

    2 См.: Винберг А. И. Органолептико-одорологическая экс­пертиза.—Сборник научных трудов ВНИИСЭ. '№ 21, М., 1976.

    19

    налистической одорологии можно показать, какая ши­рокая дискуссия была развернута в специальной на­шей печати, в отдельных работах и научных сборни­ках о праве на существование криминалистической одорологии'. Не менее значительные были диспуты о предмете судебной экспертизы, о границах кримина­листической экспертизы, о месте в судебной эксперти­зе исследования веществ материалов и изделий2, о пра­ве на существование судебной химии, судебной физики и, наконец, о конструкции самой идеи о судебной эк-спертологии3.

    Следует заметить, что новая теория по принципу преемственности сохраняет и вбирает в себя все то ра­циональное, что было в старой теории. Без этого было бы невозможно развитие научного познания. Данное положение может быть наглядно проиллюстрирована хотя бы на примере формирования и становления на­учных основ судебного почерковедения, когда на про­тяжении истории его развития сменились школы и на­правления, когда сегодняшняя теория судебного почер­коведения является действительно новой теорией, в которую вместе с тем включается ряд научных поло­жений и старых теорий почерковедческой экспертизы.

    3. Взаимодействие наук. Этот закон основывается на взаимосвязи различных наук. Сюда же относится и ис-пользование методов других наук. Именно на «пере­крестках» наук и их методов, и их взаимопроникнове­ния и возникают новые открытия.

    Этот закон имеет важное значение в становлении и развитии судебной экспертологии, в систему которой в качестве ее элементов входят различные предметные судебные науки, «перекрестки» которых и их методов приводят к раскрытию все новых закономерностей. Сам процесс взаимодействия, связей предметных, отрасле­вых знаний в процессе изучения различных объектов исследования приводит через изучение общих свойств

    ' См.: «Социалистическая законность», 1971, № 11; 1972, № 3, 4; Сборник трудов Иркутского университета, т. 85, вып. 10, 1970.

    2 См.: Белкин Р. С. Общая теория криминалистики в усло­виях научно-технической революции.— «Советское государство и право», 1977, № 5.

    3 См.: «Социалистическая законность», 1973, № 11; 1974, № 8;

    197.6, № 1,1978, №8.

    20

    различных объектов к взаимодействию изучающих их наук. Например, транспортная трасология возникла в итоге взаимодействия автотехнических и трасолотиче-ских знаний, аналогично— судебно-медицинская трасо­логия и т. п.

    «Взаимосвязь наук,—пишет М. М. Карпов,—в про­цессе развития определяется главным образом взаимо­связью различных форм движения материи, которые существуют не изолированно, а зависят друг от друга. Поскольку существует объективная связь между раз­личными формами, то должна существовать тесная связь и между различными науками, изучающими их. Например, взаимосвязь и взаимопроникновение физики и химии имеет .место во всех процессах, где физические формы движения переходят в химическую форму и об­ратно»'.

    4. Математизация наук. В ряде предметных эксперт­ных наук сейчас происходит интенсивный процесс ис­пользования возможностей математики для целей су­дебных экспертиз. Этот процесс наглядно проявляется в судебном почерковедении, судебной баллистике, во всех экспертизах, прибегающих к использованию ЭВМ, в процессах выработки необходимых для той или дру­гой предметной науки алгоритмов, в теории кримина­листической идентификации и т. д. Вопросам матема­тизации криминалистики посвящались специальные

    работы2.

    5. Дифференциация и интеграция наук. Данный за­кон науки отражает два противоположных и в то же время единых процесса. Как пишет В. И. Сифиров3, углубление дифференциации есть отражение бесконеч-•ного разнообразия материи, бесконечного числа ее свойств, форм, видов движения и их взаимодействий. Чем более усложняются знания, тем более осуществля­ется процесс дифференциации. .

    «Ветвь науки,—отмечает М. М. Карпов,—достигшая зрелости и отделившаяся от оснований науки, начинает

    ' См.: Карпов М. М. Философские вопросы современного естествознания. Ростов, 1972, с. 160.

    2 См. работы Л. Е. Ароцкера, Г. Л. Грановского, И. М. Лузги-на, В. И. Пашкявичуса, Н. А. Селиванова, Р. М. Ланцмана, Л. Г. Эд-жубова, 3. И. Кирсанова и др.

    3 См.: «Вопросы философии», 1963, 4, с. 96.

    21

    развиваться далее в известной мере самостоятельно, независимо от породившей ее науки. Она получает им­пульсы от практики, от породившей ее науки и от дру­гих наук, но у нее возникают и свои собственные проб­лемы»'.

    Дифференциация ведет ко все большей специализа­ции. Это явление наглядно иллюстрируется нарастаю­щей специализацией в системе судебных экспертиз. Так, единая криминалистическая экспертиза документов, накопив на протяжении ряда лет внутри своей предмет­ной науки достаточно большое количество знаний, раз­работав и умножив специфические методы исследования, разветвилась на три вида экспертного исследования и соответственно предметно-судебных наук, а именно:

    на судебно-почерковедческую экспертизу с предметной наукой судебного почерковедения; на техническую эк­спертизу документов с предметной наукой криминалис­тического документоведения и на криминалистическую экспертизу письма. Ныне наблюдается дальнейший процесс специализации, уже внутри судебно-почерковед-ческой экспертизы, где действуют специалисты по ис­следованию подписей (подписные экспертизы), иссле­дованию текстов, выполненных рукописным, печатным шрифтом, исследованию цифрового письма и т. п. В про­цессе дифференциации выделилась предметная судеб­ная наука и экспертиза судебной баллистики из трасо-логии и т. д.

    Сам процесс дифференциации предметов судебных наук, его сложность, динамичность определяют для су­дебной экспертологии необходимость множества подхо­дов к ее изучению, каждый из которых вносит в экспер-тологию свои специфические методы исследования, свои научные понятия. Параллельно с указанным про­цессом дифференциации усиливается и процесс диф- -ференциации исследуемых объектов. Процесс диффе­ренциации предметных судебных отраслей знания и умножение их связей с большим количеством мате­ринских (базовых) наук объективно порождает в су­дебной экспертологии объединение неоднородных по своему содержанию различных отраслей знания. Этот процесс интеграции вызывает необходимость в разра-

    См.: Карпов М. М., с. 167.

    22

    ботке принципов соотношения различных понятийных систем. Здесь действует закономерность развития со­временных наук, заключающаяся как в их расчленен­ности, так и в их внутреннем единстве.

    Вот почему тенденцией в становлении и развитии судебной экспертологии является ее синтетический и ин­тегральный характер, который заключается в установ­лении связей между различными направлениями вхо­дящих в нее предметных отраслей знания .по судебной экспертизе, различными представлениями, понятиями, уровнями знаний.

    «Интеграция науки и научных знаний,— пишет М. Г. Чепиков,—имеет обективную основу, обусловлена внутренней логикой развития науки. Объективную ос­нову интеграции составляет прежде всего единство ма­териального мира, всеобщая связь явлений и процес­сов, происходящих в природе. Единство материального мира заключается не в неизменности явлений и пред­метов природы, а в их бесконечном движении, измене­нии и взаимопревращении. Отсюда,—приходит к выводу М. Г. Чепиков,— и науки, добывающие знания, долж­ны выступать в комплексном единстве и взаимосвязи, то есть должны составить при всем своем многообразии единое и нераздельное целое»1.

    Это общефилософское рассмотрение проблемы ин­теграции науки находит свое выражение и в приложе­нии к частной отрасли науки судебной экспертологии, которая является интеграционной наукой, объединяю­щей различные области знаний в предметных судебных науках, составляющих теоретические основы каждого вида судебных экспертиз. Применяя философские кате­гории дифференциации—интеграции в науке о судеб­ной экспертизе, в ее теоретическом построении, мы ис­ходим из того, что «...философия, разрабатывая свои мировоззренческие проблемы, которые ставятся или выдвигаются частными науками, играет исключительно интегральную роль, поскольку выступает в качестве объединяющего начала во всем комплексе наук»2.

    Предмет отдельной науки по мере все брлее углуб­ленного его изучения позволяет обнаружить в ней та-

    ' См.: Чепиков М. Г. Интеграция науки. М., 1975, с. 8—9, 13—14.

    2 Там же, с. 39.

    кие явления, которые ранее не были известны и которые способствуют формированию новых научных знаний. Этот процесс можно проиллюстрировать на предмете биологии, от которой отделились науки: зоология, бота­ника, анатомия, физиология, гистология, микробиоло­гия, палеонтология и т. д. Процесс диференциации наук в историческом аспекте был явлением прогрессивным, позволяющим более углубленно изучать объекты на-,шей действительности.

    В то же время и отрицательный результат диффе­ренциации стал усиливаться, придавая наукам «узкове­домственный» характер, препятствуя их взаимодейст­вию, приводя к разобщению научных знаний. Однако сами предметы исследования, объективная логика по­знания единого мира требовали интеграции и синтеза знаний и устранения всех барьеров, разъединяющих науки'.

    Взаимодействие наук отнюдь не выражает «своди­мость» одной науки к другой или поглощение науки другой наукой. Объединение наук на основе исследо­вания общего для них объекта познания создает наи­более благоприятные условия для обогащения и даль­нейшего развития каждой. Взаимодействующие науки пополняют друг друга, взаимно корректируют свои ре­зультаты, и познаваемый объект предстает во всей своей полноте и многогранности2.

    Эти методологические положения имеют глубокий смысл и для общей теории судебной экспертологии,для ее методологических основ. Действительно, наблюдаемый нами процесс экспертного исследования объектов по­казывает, что для всестороннего его познания недоста­точно морфологических признаков по установлению тождества объекта по его внешним чертам. Дальнейшее проникновение в субстрат объекта—предмета, вещест­ва с помощью специальных методов предметных наук:

    судебной химии, судебной физики, судебной биологии и других судебных наук—привело к созданию понятия судебной микрологии, к расширению границ эксперт­ного исследования. Все это в целом интегрирует про­цесс экспертного исследования, который в ряде случа-

    ' Там же, с. 118, 121. 2 Там же, с. 145.

    24

    ев неправильно подменяется расширением границ пред­мета познания криминалистической предметной науки в экспертизу, которой вменяется исследование веществ, материалов и изделий из них, осуществляемое метода­ми других предметных наук. Это явление искажает смысл интеграции и синтеза судебной экспертологии, ибо механически соединяет различные 'процессы, при­давая им как бы внешнюю видимость единства пред­мета и объекта познания. Подлинное единство зиж­дется не на «сводимости» в объект исследования крими­налистической экспертизы различных веществ, материа­лов и изделий из них, не на поглощении предметной наукой и криминалистической экспертизой других предметных наук вплоть до их «теоретической» ликви­дации, как, например, отрицание существования судеб­ной химии, судебной физики и искусственное включение их методов в криминалистическую экспертизу вопреки природе этой экспертизы и ее теоретических основ.

    Интеграция знаний вызывает унификацию научных понятий, рождение новых понятий, имеющих синтетиче­ский характер—общий для ряда отраслевых, предмет­ных наук. Естественно, что при формировании единого языка науки специальное место отводится разработке и наиболее общих методов и средств познания. Как да­лее будет показано, в судебной экспертологии таким наиболее универсальным методом познания является метод сравнительного экспертоведения.

    При четком представлении о предмете и задачах су­дебной экспертологии, в процессе формирования на основе научных понятий языка судебного эксперта и при наличии универсальных методов познания возникает необходимость в выработке общей теории судебной эк­спертизы как единой теории науки судебной эксперто­логии, которая всесторонне должна раскрыть гносеоло­гическую, методологическую, логическую и другие функ­ции науки.

    Гл а в а вторая

    ОБЩАЯ ТЕОРИЯ СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТОЛОГИИ

    § 1, Некоторые отправные положения общей теории

    Теория судебной экспертологии, как новая отрасль науки, рассматривается нами в аспекте общей теории конкретной науки как система основных идей, относя­щихся к области знаний, в которой исследуются вопро­сы предмета и входящих в него закономерностей, проблемы развития различных учений, охватывающих. основные аспекты теории различных судебных экспер­тиз в их интегративном значении, методологические проблемы науки и другие вопросы в их науковедческом плане'.

    Общая теория как система основных идей в иссле­дуемой нами области знаний должна давать наиболее полное отображение объекта познания в его связях и опосредствованиях. Это требование относится имен-. но к общей теории судебных экспертиз, ибо частные на­учные теории исследуют только одну из сторон объекта познания по отношению не ко всему предмету судебной. экспертологии, а к его какой-то части. Иначе говоря, частные научные теории—это теоретические основы любой судебной экспертизы, содержащиеся в предмет­ной судебной науке, в конкретной отрасли знаний. Вместе с тем научные основы—теории каждой из су­дебных экспертиз—отражают общетеоретические поло­жения судебной экспертологии и основываются на. экспертологических учениях, составляющих важнейший раздел общей теории судебных экспертиз.

    Перейдем теперь к рассмотрению некоторых общих

    ' Вопросы предмета науки судебной экспертологии, ее методо­логии мы излагаем в отдельных главах, имея в виду их значение для объяснения сущности новой отрасли науки.

    26

    вопросов теории науки, которые являются отправными и для судебной экспертологии.

    Мы уже отмечали, что теория определяется как фор­ма достоверного научного знания о некоторой совокуп­ности объектов, представляющая собой систему взаи­мосвязанных утверждений и доказательств и содержа­щая методы объяснения и предсказания явлений в данной предметной области'.

    Научные понятия, законы, принципы, идеи «... пере­ходят друг в друга, переливают одно в другое, без этого они не отражают живой жизни»2.

    По своим функциям теория подразделяется на объяс­нительную, предсказательную и синтезирующую (си­стематизирующую)3.

    Объяснительная функция теории включает в свое содержание высказывания, описывающие данное явле­ние, событие, ситуацию. Теорию образует множество высказываний, которые делятся на исходные и произ­водные. В естественнонаучных теориях оба класса 'вы­сказываний представляют собой законы науки, ибо всякое объяснение 'представляет в итоге ссылку на ка­кой-то закон. Следует заметить, что на ранних .стадиях развития науки объяснение не обязательно предпола­гает наличие теории и может осуществляться на осно­вании эмпирически констатируемой регулярности как некоторого эмпирического закона. Примером может служить ряд предметных судебных наук, где теории как таковой еще не имеется. В теории сочетается объяс­нительная функция с предсказательной. Неспособность теории предвидеть какие-либо новые явления относится к существенным ее недостаткам.

    В литературе отмечаются два вида предсказаний. Аналитическое—предсказание нового факта'на основе твердо установленной теории; 'синтетическое—связан­ное с созданием новой теории и предвидением эффек­тов, вытекающих из нее. Последнее можно назвать •предсказанием закона, в том смысле, что здесь пред­сказывается эмпирический эффект, вытекающий из ра­нее неизвестного закона.

    ' См.: Философская энциклопедия, т. 5. М., 1971, с. 205.

    2 Л е н и н В. И. Полн. собр. соч., т. 29, с. 226—227.

    3 См.: Баженов Л. Б. Строение и функции естественнонауч­ной теории. М., 1978 (с интерпретацией по нашей теме).

    27

    Между объяснительной и предсказательной функ­циями теории имеется тесная связь, так как объяснение и предсказание тождественны 'по 'своей логической структуре. Отличие же этих функций не логическое, а гносеологическое.

    Синтезирующая функция теории находит свое вы­ражение 'в различных формах:

    Во-первых, теория всегда создается для упорядоче­ния огромной массы эмпирического материала. В этом случае теория выступает как синтез этого материала. Упорядочивая эмпирический материал, она конденси­рует содержащуюся в нем информацию, позволяя выя­вить внутреннее единство.

    Во-вторых, важным выражением синтезирующей функции является характерная для теории «тенденция к экспансии». Общие теории, возникая на ограниченной основе но'вого эмпирического материала, начинают про­никать в сферу компетенции других, уже существующих теорий, вызывая их радикальную перестройку.

    В-третьих, наиболее значительные теории всегда связаны с выдвижением 'некоторых фундаментальных идей, оказывая воздействие на высшие уровни система­тизации знания.

    В-четвертых, синтезирующая функция находит свое 'выражение не 'в рамках отдельно 'взятой теории, а в не­которой совокупности теорий, которая может рассмат­риваться в двух разрезах. В вертикальном 'разрезе тео­рии образуют ряд, связанный принципом соответствия, где каждая последующая теория есть некоторое обоб­щение предыдущей. В этом проявляется синтез научных знаний. Горизонтальный разрез заключается в объеди­нении ранее независимых теорий, в котором они не сливаются в общую теорию, а как бы «закольцовыва­ются», взаимно предполагая друг друга'.

    В изложенные 'выше положения теории, ее понятий и функций вполне вписывается и общая теория судеб­ной экспертологии, которая является формой достовер­ного научного знания о закономерностях и методоло­гии формирования и развития 'научных основ судебных экспертиз, то есть той совокупности объектов, которые представляют собой систему взаимосвязанных утвео-

    ' См.: Б а ж е н о в Л. Б., с. 178—180.

    28

    ждений и доказательств и содержат методы объясне­ния и предсказания явления данной предметной облас­ти. И действительно, в судебной экспертологии мы вскрываем механизм образования научных основ пред­метных судебных наук, объясняем, как данные мате­ринских наук трансформируются в систему специаль­ных познаний в предметной судебной науке, как эти познания реализуются в практической деятельности при производстве судебных экспертиз. В судебной экспер­тологии отражается закономерность, позволяющая про­гнозировать будущие формирования новых предметных судебных наук и их нового вида судебных экспертиз1.

    Теория судебной экспертологии по своим функциям является объяснительной — описывающей исследуемые ею явления, формирующей законы науки и закономер­ности, присущие исследуемому объекту. Наряду с объяс­нительной функцией, в тесной связи с ней действует, как мы видели, и предсказательная функция.

    Весьма выпукло выступает в судебной экспертологии и синтезирующая функция теории. Это находит свое выражение в том, что судебная экспертология рассмат­ривается как цельная система, в которой упорядочива­ется весь собранный эмпирический материал, отражен­ный в предметных судебных науках.

    'Синтезирующая функция в судебной экспертологии находит свое выражение в совокупности ряда теорий предметных судебных наук как по принципу соответст­вия, что свойственно синтезу научных знаний, так и по объединению ранее независимых теорий в общей це­лостной системе судебной экспертологии. В содержа-. тельном, гносеологическом плане научная теория как совокупность понятий и суждений относительно данной предметной области, объединенных в систему знаний, характеризуется такими признаками, как предметность, полнота описания объективной реальности, интерпре­тируемость, проверяемость, истинность и достоверность2.

    Научная теория строится именно по этим призна­кам. В теории судебной экспертологии предметность

    См. об этом схему закономерностей возникновения и разви­тия научных основ судебных экспертиз.

    2 Излагается в нашей интерпретации по работе: Р а к и-т о в А. И. Логическая структура научной теории.— «Вопросы фило­софии», 1966, № 1.

    29

    как признак научной теории находит свое выражение в том, что вся совокупность ее научных понятий и утверждений относится к одной и той же предметной об­ласти и отражает одни и те же объекты исследования'.

    § 2. Учения в судебной экспертологии

    Каждая судебная предметная наука имеет присущую ей теорию, которая находит свое выражение в форме различных учений, служащих в свою очередь основой для разработки научных методик отдельных видов су­дебных экспертиз. В судебной экспертологии нами рас­сматриваются учения 'как специфическое выражение общетеоретических положений, пригодных для приме­нения или трансформации в равной мере в любой пред­метной судебной науке.

    Экспертологических учений в настоящее время не­мало. Мы остановимся на их рассмотрении выборочно, что вполне отвечает нашей задаче показать тенденцию в развитии общей теории судебных экспертиз.

    В системе общей теории экспертологии должно быть заложено морфологическое учение о симптомах, свой­ствах и признаках исследуемых объектов. Это учение находит свою реализацию во всех видах судебных эк­спертиз. Так, симптоматология является важнейшим разделом медицинских наук и находит применение в постановке диагноза и прогноза. В наиболее общей форме симптоматология, как раздел учения о теории диагностики как частного метода познания, должна • применяться в многообразных диагностических экспер­тизах2.

    Большое значение учение о свойствах и признаках объектов приобретает в криминалистической эксперти­зе при проведении различного рода морфологических исследований идентифицируемого объекта по отобра­женным его признакам на идентифицирующих объектах.

    Здесь следует отметить принципиально важное поло­жение о том, что индивидуальность объекта и его при­знаки взаимосвязаны.

    Отсюда 'и то значение, которое отводится в учении о сущности признаков в теории криминалистической иден-

    ' См. гл. 5 учебного пособия. 2 См. гл. 7 учебного пособия.

    30

    тификации. В ней отмечается, что не все признаки объ­екта (общие или частные) отвечают требованиям иден­тификационных 'признаков. Только та совокупность при­знаков, которая, будучи выявленной и тщательно изученной, сможет служить достаточным основанием. для конкретного отождествления объекта, будет отве­чать понятию идентификационного комплекса.

    Сущность идентификационных признаков заключает­ся в их относительной стабильности, оригинальности, вы­раженной в отклонениях признаков от средних, типич­ных величин или норм. Следует подчеркнуть, что при­знаки имеют отношение также и к структуре вещества, и к содержанию фактов, и к содержанию процессов и явлений, то есть имеют достаточно широкий сектор при­менения при исследовании различных сторон-объектов

    экспертизы.

    В учении о признаках важное место занимает понятие

    существенных признаков. В этом аспекте следует под­черкнуть, что не все то, что является существенным для наших целей, в частности для целей отождествления, будет существенным для самого предмета.

    В процессе криминалистической индентификации ис­пользуются далеко не любые свойства и признаки объ­екта, а только те, которые служат целям отождествле­ния. Такие, и именно в этом аспекте существенные при­знаки называются идентификационными.

    Серьезной задачей учения о свойствах и признаках является правильный отбор идентификационных призна­ков по исследуемым объектам и в первую очередь для целей различного вида идентификационных криминалис­тических исследований (в том числе и экспертиз).

    Следует также иметь в виду, что признаки между

    собой взаимосвязаны.

    Мы не останавливаемся здесь на других важных про­блемах учения о свойствах и признаках объектов экспер­тизы, ибо данный вопрос требует специального исследо­вания. Однако из приведенного явствует, что в науке судебной экспертологии должно разрабатываться наибо­лее общее учение о свойствах и признаках объектов экс­пертизы.

    'При всем разнообразии признаков в различных

    объектах и видах судебных экспертиз в судебной экс­пертологии.выделяются те наиболее общие и 'информа-31

    тивные, которые присутствуют в каждой судебной экс­пертизе при исследовании различных объектов. Вот это наиболее общее и должно составить в науке судебной экспертологии учение о судебной морфологии, в котором основное место отводится раскрытию закономерностей отражения свойств и признаков внешнего строения объ­ектов. Конкретные же судебные науки на этой общей основе учения будут изучать закономерности использо­вания морфологических признаков, необходимых им для ' решения тех экспертных задач, которые относятся к данному виду судебных экспертиз. При этом имеются в виду криминалистические экспертизы. Очевидно, что закономерности признаков внешнего строения не исчер­пывают всех закономерностей признаков, характеризую­щих структуру, функционирование, взаимосвязь и дру­гие свойства предметов, процессов, фактов, с которыми сталкиваются эксперты при производстве различных су­дебных экспертиз.

    Итак, как было показано, наиболее общий уровень составляет общее учение о признаках, которые охваты­вают научные понятия «свойство» и «признак»; общих и частных признаках; основных и вспомогательных при­знаках; идентификационных, диагностических, ситуаци­онных признаках; признаках и свойствах объектов; мно­гозначности.

    На основе разработанного общего учения о свойст­вах и признаках в каждой предметной экспертной науке в свою очередь разрабатывается этот вопрос на уровне специфики предмета данной науки, задачи классифика­ций признаков, относящихся к объектам исследования данного вида судебных экспертиз.

    Ниже по уровню является разработка классифика­ции признаков в предметной судебной экспертизе при­менительно к объекту исследования, которая при этом будет строиться, исходя из того общего, что уже разра­ботано в данной соответственно предметной экспертной отрасли (науке). Еще на ступень ниже и поэтому де­тальнее будет уровень разработки системы признаков в предметной судебной экспертизе по какой-то части ис­следуемого объекта. Так, например, в предметной науке судебной баллистике в целом разрабатывается класси­фикация идентификационных, диагностических и ситуа­ционных признаков объекта исследования: огнестрель-

    32

    ного оружия, боеприпасов и т. п. Более детальная клас­сификация признаков по данному виду судебной экспер­тизы может быть 'представлена, например, по одному только частному случаю, например, следы (признаки) конкретного состояния канала ствола'.

    Признаки с этой целью разбиваются на:

    конструктивные— признаки устройства ствола, кон-.струкции данной системы, модели, образца огнестрель­ного оружия;

    производственные—возникающие в процессе изготов-Яения ствола, определенные техническим уровнем дан­ного производства;

    эксплуатационные—возникшие в процессе изготов­ления, хранения и ремонта оружия;

    конструктивные—калибр канала ствола, направле­ние нарезов, количество нарезов, ширина полей нарезов, крутизна нарезов, наличие газоотводных отверстий и др.;

    производственные—особенности ширины каждого по­яса нареза, неровности поверхности полей и нарезов, не­ровности обработки пульного входа,примятость торцов полей дульного среза, волнистость полей и нарезов, по­перечные царапины на поверхности полей, особенности длины скоса полей и дульного входа и др.;

    эксплуатационные—изменение в диаметре канала ствола от истирания и 'коррозии, истирание граней на­резов и поверхности полей, сколы хрома на различных участках полей и нарезов, металлизация поверхности полей и нарезов, раздутие канала ствола, дефекты от. ударов на концах полей и дульного среза.

    Аналогично детализируются признаки в судебно-по-черковедческой экспертизе, дактилоскопической, техни­ческой экспертизе документов, экспертизе по чертам внешности и др.

    Учение о судебной субстанциологии, предложенное В. С. Митричевым, развивается на основе изучения структуры и состава материалов (веществ) .объектов, встречающихся в следственной и судебной практике. В. С. Митричев рассматривает это учение как кримина­листическое и именует его криминалистической субстан-циологией.

    ' Схема этих признаков разработана кандидатом юридических наук полковником милиции А. Вакуловским.

    2 Заказ № 60 33

    Нами этот взгляд не разделяется, т. к. мы считаем, что должно существовать учение о судебной субстанци­ологии в общей системе учений судебной экспертоло­гии.

    Очевидным является, что изучением субстрата ве­щества занимаются такие науки, как химия, физика, биология, то есть фундаментальные естественные науки. Эта же проблема захватывает и технические науки— различные отрасли промышленного материаловедения. Конечно, весь этот необозримый арсенал субстратов ве­ществ никак не может включаться в криминалистическое учение, ибо природа субстанциологии иная.

    В этом аспекте ряд общих положений предметных на­ук: судебной химии, судебной физики, судебной биоло­гии, судебной медицины—в области изучения субстра­та веществ — объектов судебных экспертиз должны в наиболее обобщенном 'виде концентрироваться в общей теории судебной экспертологии.

    Эти предметные судебные науки, устанавливая, при­менительно к их задачам, закономерности, свойственные субстратам тех или других веществ, реализуют их в соответствующих конкретных судебных экспертизах.

    Так, например, судебная химия, как судебная экспер­тная наука, вооружает при помощи своих специфичес­ких методов практическую деятельность судебных хи­миков, занятых изучением субстрата веществ чернил, пасты, туши, бумаги, штемпельной краски и других объек­тов технической экспертизы докуметов; исследование природы волокон, красителя и др. при производстве су­дебной экспертизы волокон, волокнистых материалов и изделий из них; исследование природы лакокрасочных материалов и покрытий, исследование различных кра­сок при производстве этого вида судебных экспертиз;

    исследование нефтепродуктов и горюче-смазочных мате­риалов в данного вида судебной экспертизе и т. д. В этих и иных видах судебных экспертиз действуют ме­тоды наук судебной химии в комплексе с методами су­дебной физики и ряда других предметных наук. Именно в данных судебных экспертизах находит конкретное вы­ражение учение судебной субстанциологии, основы ко­торой заложены в общей теории и методологии науки судебной экспертологии, а'конечный результат—в кон­кретных заключениях судебных экспертов при исследо-

    34

    вании ими различных веществ, материалов и изделий из них.

    Очевидно, что насущной задачей судебной эксперто­логии является разработка стройного учения о судебной субстанциологии, которая должна выявлять закономер­ности,свойственные субстрату различных веществ, клас­сифицируя эти закономерности по их наибольшей общ­ности.

    Структурная часть общей теории судебной эксперто­логии составляет и учение о методах наук в судебных экспертизах, то есть то, что служит приемами для по­знания предмета и объектов каждой судебной науки, ин­струментарием по выявлению присущих ей закономер­ностей.

    Следует различать методы предметной науки, приме­няемые для познания процессов научного исследования, от методов судебной экспертизы как практической дея­тельности. Учение о методах научных исследований су­дебной экспертологии отражает особенности применения в ней как общенаучных методов исследования, так и ее специальных' методов, реализуемых в различных отрас­лях знания предметных судебных экспертиз. Как пра­вильно отмечает в этой связи проф. Р. С. Белкин, уче­ние о методах отражает также и формы трансформации методов научных исследований в методы практической деятельности1.

    Серьезное внимание следует уделить учению о логи­ке в судебной экспертизе, являющемуся одинаково не­обходимым для всех предметных экспертных отраслей знаний, а также соответствующих им судебных экспер­тиз.

    Вся исследовательская работа эксперта приобретает свое законченное выражение в его заключении, которое должно отвечать законам правильного мышления, т.-е. быть определенным, лишенным всякой неточности; по­следовательным, т. е. взаимосвязанным и взаимообус­ловленным; доказательным, т. е. не просто формулиру­ющим те или другие выводы исследования, а указыва­ющим основание этих выводов, признаваемых истин­ными. " ,

    ' См.: «Советское государство и право», '1977, № 5, с. 101. у 35

    Подлежат углубленной разработке вопросы умоза­ключения и его дедуктивного опосредствования (силло­гизм), которое мы проиллюстрируем на логической структуре заключения эксперта.

    Известно, что по логической структуре заключение эксперта на каждый отдельный вопрос, поставленный ему следователем, является силлогизмом.

    Например, на вопрос следователя: следы пальцев рук на куске стекла, найденного на месте происшествия, являются ли следами пальцев рук подозреваемого К.? —• экспертом в форме гипотетического силлогизма дается следующее заключение:

    1. Если бы следы пальцев рук, обнаруженные на кус­ке стекла, найденного на месте происшествия, были следами пальцев рук подозреваемого К., то они име­ли бы достаточное количество совпадающих особеннос­тей узора с отпечатками пальцев рук подозреваемого К.

    2. Следы пальцев рук, обнаруженные на куске стек­ла, найденного на месте происшествия, не имеют совпа­дающих особенностей узора с отпечатками пальцев рук подозреваемого К.

    Вывод: следы пальцев рук, обнаруженные на куске стекла, найденного на месте происшествия, не являются следами'пальцев рук подозреваемого К.

    Логическая структура заключения эксперта как сил­логизма 'вытекает из назначения (задачи) экспертизы в судебном процессе. Назначение экспертизы в судеб­ном процессе—дать судье или следователю те положе" ния, выработанные наукой, которые могут служить ос­нованием для разрешения возникающих в процессе следствия вопросов, то есть подыскать в арсенале спе­циальных .познаний, которыми располагает эксперт, пер­вую (большую, предшествующую) посылку, дающую основание сделать вывод из установленного по делу факта.

    Именно из логической сущности заключения экспер­тизы как силлогизма вытекают, как нам представляется, выводы о юридической природе экспертизы и становит­ся очевидной при этом порочность концепции, смешива­ющей роли свидетеля и эксперта или эксперта и судьи и т. д.

    Показание свидетеля—это его суждение (или не­сколько суждений), и притом единичное. Если свидетель

    36 '

    в своем показании делает умозаключение к общему суждению, то 'вывод его не имеет юридической ценнос­ти и как доказательство игнорируется.

    Заключение эксперта—это всегда умозаключение, и, если оно преподносится в качестве ответа на поставлен­ный вопрос в виде категорического суждения, то подра­зумевается, что это категорическое суждение есть вы­вод приложения специальных знаний к имеющемуся в деле факту. Судья (следователь) может и обязан требо­вать, чтобы эксперт обосновал ответ на поставленный вопрос умозаключением, а эксперт должен быть готов и обязан такое обоснование сделать.

    Отношения между судьей (следователем) и экспер­том в процессе производства экспертизы состоят в сле­дующем.

    Коль скоро большая посылка силлогизма эксперта является положением науки или практики, в которых .эксперт является специалистом, а судья (следователь) не обладает достаточными знаниями, нам представляет­ся, что эксперт автономен в ее подыскании и выборе.

    Меньшая посылка есть факт, установленный след­ствием. Поэтому приоритет в доказательстве истинности меньшей посылки принадлежит судье .или следователю. Эксперт может принимать участие в доказании мень­шей посылки, устанавливая ее истинность известными ему криминалистическими методами, но в этой операции он подконтролен судье или следователю, играет подчи­ненную роль.

    Приведенное толкование функций эксперта находит свое отражение в процессуальном законе, согласно ко­торому эксперт предупреждается о необходимости давать заключение, основывающееся на тех специальных позна­ниях, для применения которых эксперт вызван.

    Судья (следователь) полнее, чем эксперт, знаком с обстоятельствами дела, а поэтому компетентен прове­рять истинность малой посылки в силлогизме, выведен­ном экспертом.

    Составление заключения (выводов заключительного суждения из посылок) есть функция эксперта. Участие в этой логической операции судьи или следователя, мы 'считаем, было бы посягательством на объективность экспертизы. Но проверка последовательности вывода доступна каждому здравомыслящему человеку, поэтому

    37

    судье (следователю) принадлежит право проверки по­следовательности вывода эксперта1.

    -Указанные нами положения находят подтверждение и в юридической литературе. Так, критикуя с правиль­ных позиций теорию проф. Владимирова, проф. Розин писал, что превращение судьи, по отношению к научным экспертам, в простого исполнителя чужого решения про­тиворечит самому положению судьи в процессе, а экспер­тизе придает значение формального доказательства, что несоединимо с основаниями современного доказательст­венного права. Убедительная сила экспертизы при таких условиях покоилась бы не на ее действительном доказа­тельственном значении, а на презумпции безошибочнос­ти, непогрешимости заключений экспертов. Главная же ошибка излагаемой теории заключается в том, что она игнорирует характер той работы, которую должен со­вершить судья, выясняя свое убеждение по рассматри­ваемому им делу.

    В том силлогизме, который приводит суд к извест­ным выводам и в котором доказательства играют роль нижней или малой посылки, общие положения, сообщае­мые суду экспертом, играют роль верхней, или большей, посылки. Эти общие положения, естественно, не подле­жат критической проверке судьи, так как предлагаются именно приглашенными для этой цели специалистами. Но выводы, которые сам эксперт делает из этих поло­жений по отношению к данному частному вопросу, логи­ческая работа подведения им конкретного факта под эти общие положения—эта сторона экспертизы уже не в такой степени требует специальных знаний и может быть проверена судом так же, как проверяется им вся­кое другое доказательство. Вот почему современный процесс не признает в экспертизе предустановленного доказательства, разрешает ее критику сторонами и тре­бует оценки ее судом и поставления ее в связь со всеми другими доказательствами в процессе2.

    Правильно указывал в этой связи проф. М. М. Грод-

    ' Заметим, что если используются экспертом новые данные науки, далеко еще не общеизвестные и еще не общепринятые, то в этих случаях эксперт обязан привести их достаточно подробно в своем заключении, а суд может и должен подвергнуть их оценке.

    2 Розин Н. Н. Уголовное судопроизводство. Изд. 2-е, 1914, •с. 390.

    38 "

    зинский, что «каков бы ни был характер силлогизма и его большой посылки, он не в состоянии дать правиль­ный и обоснованный ответ на вопрос о доказанности причинной связи того или иного факта с, исследуемым преступлением и тем самым на вопрос о доказанности события преступления и виновности обвиняемого. Ответ этот может быть получен лишь методом диалектической логики»'.

    Приведенная логическая схема заключения эксперта не является отображением всей его деятельности. Сил­логизм есть не больше, как форма изложения экспертом его заключения, а не содержание деятельности эксперта.

    Силлогизмы эксперта, в которые оформляются отве­ты его на поставленные судей вопросы, являются итогом деятельности эксперта, а не содержанием этой деятель­ности. Ошибочным недопустимым упрощенчеством бы­ло бы сводить логику экспертизы к примитивной дедук­ции, к механическому подведению частного факта, уста­новленного следствием и требующего объяснения, под общие положения, экстрагированные из науки. В экспер­тизе, как во всяком исследовании, дедукция необходи­мым образом связана с индукцией, а только при сочета­нии общих методов исследования экспертиза может прийти к успешным результатам.

    «Индукция и дедукция связаны между собой столь же необходимым образом,—указывал Энгельс,—как син­тез и анализ. Вместо того, чтобы односторонне превоз­носить одну из них до небес за счет другой, надо ста­раться применять каждую на своем месте, а этого мож­но добиться только в том случае, если не упускать из виду их связь между собой, их взаимное дополнение друг друга»2.

    Предположим, следователь ставит эксперту следую­щий вопрос: был ли выстрел, причинивший смерть граж­данину А., произведен из пистолета Макарова № ИК-634? .

    Процесс логического мышления эксперта протекает в форме следующего силлогизма.

    Большая посылка—следы, оставленные выстрелом

    ' Г р о д з.и не к и и М. М. Улики в советском уголовном про­цессе.— Ученые труды Всесоюзного института юридических наук, вып. VII. М, 1945, с. 100.

    2 Марк с К. и Энгельс Ф. Соч., т. 14, с. 431.

    39

    на данной пуле, есть следы выстрела из пистолета Ма­карова № ИК-634.

    Меньшая посылка—пуля, причинившая смерть гражданину А., произошла от выстрела, оставившего на пуле именно такие следы. Вывод: пуля, причинившая смерть гражданину А., выстрелена из пистолета Мака-^ рова № ИК-634'.

    Но большая посылка приведенного силлогизма экс­перта не есть нечто заранее преподанное, содержащееся в науке криминалистике. Криминалистика может дать . эксперту общий принцип об индивидуальности следов, оставленных на пуле выстрелом из каждого пистолета, в том числе и системы Макарова, и методику установ­ления таких индивидуальных следов, но дать описание следов из данного пистолета Макарова, № ИК-634 она не может.

    Поэтому для получения большей посылки приведен­ного силлогизма эксперт должен провести самостоятель­ную аналитическую и синтетическую работу. С этой це­лью он производит несколько 'выстрелов из пистолета Макарова № ИК-634 на разном расстоянии, в различ­ном положении, в разнообразные объекты. Пули при этом каждый раз получают много различных деформа­ций и следов. Сопоставляя затем следы, оставшиеся на пулях при всех произведенных выстрелах, эксперт нахо­дит такие, которые имеют место лри каждом выстреле. Из произведенного эксперимента и наблюдений над пу­лями эксперт на основании принципа логической индук­ции, называемого принципом единственного сходства, делает вывод о тех следах, которые во всех случаях вы­стрел из пистолета Макарова № ИК-634 оставляет на пуле. Этот индуктивный вывод и служит большей посыл­кой окончательного заключения эксперта по поставлен­ному следователем вопросу.

    В учении о логике судебной экспертизы должны най­ти отражение логические законы мышления: закон тож­дества, закон противоречия, закон исключенного треть­его, закон достаточного основания. Закон, тождества не-

    ' Точнее следовало бы эксперту дать условно-определенный вы-.вод, а именно: пуля выстрелена из пистолета Макарова № ИК-634, если ствол этого пистолета не заменялся. На практике это обстоя­тельство презюмируется, однако в логике требуется определенная точность в рассуждении.

    40

    посредственно относится к определенности мышления, законы противоречия и исключенного третьего—к по­следовательности мышления, и закон достаточного ос­нования характеризует доказательность мышления. К этой теме обращались многие видные криминалисты и процессуалисты'. Очевидно, что в общей теории судеб­ной экспертологии учение о логике судебной экспертизы подлежит дальнейшему развитию в аспектах как фор­мальной, так и диалектической логики, законами кото­рых должен владеть каждый судебный эксперт, находя к этому научное обоснование как в общей теории су­дебных экспертиз, так и в частных теориях предметных судебных наук.

    Одним из направлений в разработке судебной экс­пертологии является учение о субъекте судебной экспер­тизы.

    В этом плане предстоит серьезная разработка основ психологической структуры экспертной деятельности в аспекте ее познавательной, организационной и комму­никативной сторон2.

    Разработка этой проблемы имеет важное значение для формирования .профессиональных качеств судебного эксперта и является важным моментом при установле­нии профиля подготовки экспертных кадров.

    В специальной литературе модель эксперта в виде основных качеств «идеального» эксперта включает:

    компетентность—в объеме специальных познаний для данного вида экспертизы, решение вопроса о способе проведения экспертизы; -

    реактивность, то есть способность решать творче­ские задачи, метод решения которых не алгоритмирован либо полностью или частично;

    эвристичность, которая рассматривается как спо­собность видеть или создавать неочевидные проблемы;

    интуицию—способность приходить к заключению об исследуемом объекте без осознания пути движения мысли к этому заключению;

    ' См. работы на эту тему И. М. Лузгина, А. А. Эйсмана, В. ,Е. Коноваловой, Л. Е. Ароцкера, В. Д. Арсеньева, М. Я. Сегая, Ю. К. Орлова, В. Ф. Берзина, Г. М. Берлянда и ряда других ученых.

    2 См.: К о ч е н о в М. М. Судебно-психологическая эксперти­за. М., 1977; Яковлев Я. М. Сб. научных трудов ВНИИСЭ. № 30, М, 1977. .,....•

    41

    предикатность, которая выражает способность предсказать будущее состояние исследуемого объекта;

    всесторонность — способность видеть проблему с различных точек зрения;

    объективность, выраженную в личной незаинтере­сованности к расследуемому делу;

    автономность—независимость эксперта от мне­ния участников процесса, от любых влияний лиц, заин­тересованных в движении данного дела;

    оптимальность—по достаточным результатам;

    надежность—обоснованность выбора методов и средств использования, гарантирующих наиболее досто­верное решение экспертной задачи;

    знание надлежащей документации, требований процессуального закона;

    внутреннее убеждение—как субъективная основа для принятия решения в результате творческого мышле­ния, владения специальными познаниями и правильным диагностированием исследуемых объектов.

    Думается, к модели «идеального» эксперта должны быть отнесены такие профессиональные качества:

    направленная наблюдательность, аналитический харак­тер мышления, фиксированное внимание и сосредото­ченность, повышенная органометрич-еская чувствитель­ность (зрительная, звуковая, обонятельная .и др. в зави­симости от вида экспертиз, соответственно: судебно-по-черковедческая, вокалографическая и др.).

    Очевидно, что разработка этих и других вопросов, относящихся к эксперту, должна осуществляться крими­налистами или экспертологами в тесном содружестве с психологами, ибо в значительной мере здесь речь идет о психических качествах субъекта экспертизы.

    Решение данной проблемы требует разработки серии необходимых экспериментов, анкетирования, интервьюи­рования и других научных методов, применяемых в этих целях.

    По-видимому, решение этой важной задачи стоит в целом как перед судебной экспертологией, так и перед каждыми предметными науками. Практическое значение йсей разработки модели «идеального» эксперта будет несомненно иметь значение при научной разработке про­филя судебного эксперта, обучения и специализации лиц, готовящихся к этой деятельности.

    42

    Учение о структуре связей и отношений в судебной экспертологии занимает важное место в системе ее об­щей теории, в которой разрабатываются эти насущные для теории и практики судебной экспертизы вопросы.

    Характеризуя связь, ее всеобщность, В. И. Ленин пи­сал: «Отношения каждой вещи (явления etc) не только многоразличны, но всеобщи, универсальны. Каждая вещь (явление, процесс etc) связаны с каждой»'. У Гегеля, указывал В. И. Ленин «...гениальна основная идея: всемирной, всесторонней, живой связи всего со всем...»2.

    Таким образом, нет обособленных предметов и явле­ний, ибо объективная форма существования материи выражается в ее связи. Связь выражает движение, дви­жением характеризуется связь3.

    Диалектика—писал Ф. Энгельс,—рассматривает вещи и понятия в их связи, в их взаимном соотношении, в их взаимодействии, в обусловливаемом этим взаимо­действием изменении, в их возникновении, развитии и исчезновении 4.

    В этом смысле рассмотренное нами понятие отноше­ния также является связью между объектами, ибо «...самый факт, что это есть отношение, означает, что в нем ес'ть две стороны, которые относятся друг к другу»5.

    В то же время понятия связи и отношения не явля­ются тождественными. «При наличии взаимосвязи меж­ду вещами,— пишет по этому поводу А. И. Уемов,—из­менение одной вещи вызывает изменение другой. Взаи­моотношение же не означает, что изменение одной вещи определяет какое-то изменение другой»6.

    '.Понятие связи обусловлено так же, как и другие фи­лософские парные категории, парным взаимосвязанным понятием «отграничение», ибо «всеобщая связь вещей, явлений предполагает их отличие друг от друга и тем

    ' Л е н и н В. И.. Полн. собр. соч., т. 29, с. 203.

    2 Там же, с. 131.

    3 См.: Новинский И. И. Понятие связи в марксистской фи­лософии. М., 1991.

    4 См.: Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. '20, с. 22.

    5Mapкc К. и Энгельс Ф. Соч., т. 13, с. 497—498.

    6 Уемов А. И. Вещи, свойства и отношения. М., 1963, с. 50.

    43

    самым отграничение друг от друга и их относительную самостоятельность»1.

    Таким образом, под структурой отношения понима­ются состав его объектов, способы их связи и отграниче­ния и особенности положения, направления соответст­вующих сторон объектов по отношению друг к другу2.

    Структура связи показывает соотношение ее сторон, аргументов, выражает направление соотношения друг с другом объектов. «Первое, что нам бросается в глаза при рассмотрении движущейся материи,—это взаимная связь отдельных движений отдельных тел между собой, их обусловленность друг другом»3.

    В свете сказанного рассмотрим типы связей4 и пока­жем их значение на примерах рассматриваемой нами темы.

    1. Связь исходного направления выражает направле­ние от одного объекта (предмета, явления) к другому объекту (предмету, явлению). Это направление от ос­новы, т. е. когда один из объектов лежит в основе дру­гого. В криминалистике, например, при осмотре места происшествия связь исходного направления служит для выдвижения и развития на базе результатов осмотра следственных и розыскных версий; аналогично—при проведении следственного или экспертного эксперимента и т. п. Особо важное значение это приобретает при про­ведении на месте происшествия ситуационной эксперти­зы. Таким образом, этот вид связи используется здесь в конечном счете, когда идет речь о направлении рас­следования.

    2. Связь обратного направления в криминалистике проявляется в том, что идентифицирующий объект спо­собствует установлению идентифицируемого объекта. М. Я. Сегай приводит в качестве примера идентифика­цию орудия взлома по его внешнему строению, отобра­зившемуся в следах на взломанном сейфе (прямая иден­тификация, характеризуемая как связь исходного на­правления) или по отслоившимся частицам окрашенной поверхности сейфа, обнаруженным на следообразующих

    ' Гропп Р. Диалектический материализм. М., 1960, с. 53. 2 См.: Новинский И. И. Понятие связи в марксистской фи­лософии. М., 1961, с. 97. .

    'Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 20, с. 544. 4 По классификации И. И. Новинского (указ. работа).

    44

    частях орудия взлома,—обратная опосредствованная идентификация,—характеризуемая как связь обратного направления.

    3. Связь встречного направления, основанная на вза­имообусловленности объектов.' Например, при воздейст­вии орудием взлома на такую преграду, как дверь, воз­никают следы отжима на косяке и одновременно на ри­геле замка.

    4. Связь последовательного направления (временная связь) характеризуется тем, что объекты (элементы, части) связаны какой-то определенной последователь­ностью, очередностью в заданном направлении. Приме­рами могут служить «дорожка следов», установление следователем временных связей между действиями по­дозреваемого и другими объектами путем выявления времени его нахождения в различных местах и характера его действий.

    5. Связь переходящих отношений или так называемая трансмиссивная связь—такой тип связи, когда соверша­ется переход от одной системы связи к другой, переход первоначального отношения к установлению нового от­ношения.

    Например, подобную связь в криминалистике или су­дебной экспертизе характеризует смена версий, когда элементы не подтвердившейся в целом версии включа­ются в содержание новой версии, отражающей резуль­тат перехода от первоначального объяснения события к новому объяснению на базе собранной информации.

    6. Субстанциональная связь, которая характеризует отношение между объектами в аспекте их материально­го субстрата. Именно такая связь устанавливается лю­бой химической экспертизой, определяющей в разрезе групповой принадлежности природу данного вещества, его свойства (пятно крови или красящего вещества на одежде подозреваемого лица; частицы пыли и грязи под ногтями у потерпевшего и т. п.).

    Заметим, что установление субстанциональной связи во многом адекватно установлению связи по его родо-. вой, групповой принадлежности.

    7. Связь преобразования выражает отношения меж­ду причинно обусловленными процессами, в силу чего один из объектов изменяет присущие ему свойства. При­мером такой связи могут служить результаты действий

    45

    подделывателя документов, который изменяет их содер­жание путем подчистки либо вытравливания имевшего­ся текста.

    8. Пространственная связь (неотрывно от временной связи) показывает связь между материальными объек­тами в границах данного пространства и на данное вре­мя. Примером пространственной связи может служить обстановка места происшествия с взаимосвязанными в. ней элементами. Причем отдельно взятый элемент об­становки, лишенный связи с другими элементами, не имеет доказательственного значения. Так, расположе­ние пулевой пробоины в оконном стекле и пули, за­стрявшей в противоположной окну стене, в своей связи дают наглядное представление о направлении траекто­рии полета пули, последующее визирование позволит достоверно установить место, откуда был произведен выстрел, что может быть к тому же подтверждено и на­личием на этом месте стреляной гильзы.

    Выведем данный пример за рамки пространственной связи. По пуле, извлеченной из стены, стреляной гильзе, обнаруженной на 'месте, откуда производился выстрел, и по огнестрельному оружию, изъятому при обыске у по­дозреваемого лица, можно осуществить идентификацию данного огнестрельного оружия. Тем самым устанавли­вается связь между пулевым отверстием в окне, пулей, застрявшей в стене, местом, откуда произведен выстрел, оружием, изъятым у подозреваемого, и т. д., в итоге чего следователь будет обладать необходимой по делу дока­зательственной информацией.

    . Приведенный пример одновременно служит иллюст­рацией связи между системой (огнестрельное оружие и боеприпасы к нему) и ее элементами—подсистемами (выстреленная пуля, выстреленная гильза). Наряду с этими связями возникла еще связь подсистем с объек­тами из других систем (пули—с оконной преградой и стеной; гильзы—с местом производства выстрела и т. п.).

    Помимо указанных типов связи, речь может идти также о прямой или непосредственной связи между объектами; о косвенной или опосредствованной связи;

    о связи суммированной, когда сочетание различных сто­рон составляет в сумме общий воздествующий в опреде­ленном направлении комплекс; связи синтетической, ког­да различные особенности сочетательных отношений при-

    46

    водят к возникновению единой целостной системы; сис­тематической связи, характеризующейся наличием рит­мичности, стереотипизма и др. Например, в основу судебного почерковедения в целях установления исполни­теля документа положен динамический стереотип как слаженная уравновешенная система внутренних процес­сов, объясняющая закономерность двигательных навы-, ков и деятельность коры больших полушарий мозга пи­шущего лица'.

    Заметим, наконец, что все указанные виды связей заключаются в понятии относимое™ доказательств в уголовном процессе: эти связи в своей совокупности придают доказательствам то объективное свойство отно-симости, которое образуется в результате взаимодейст­вия объектов на всех стадиях совершения преступления.

    Таким образом, наступило время, когда, как мы по­лагаем, возникла необходимость в разработке учения о связях в общей теории экспертологии, ибо при совре-' менном системном подходе к понятию преступления, структурном анализе процесса доказывания, структур­ном подходе к событию преступления, материальной его обстановке, личности преступника, системе органов, ве­дущих борьбу с преступностью,— словом, при целостном подходе к данной сфере познания необходимо изучение самых различных форм связи и отношений2.

    Заслуживает по своей значимости выделения в одно из учений общая проблема решения экспертных задач, которая несомненно имеет одинаковую значимость для любого вида судебных экспертиз.

    Данный вопрос вообще еще по многим параметрам в общей теории судебных экспертиз не исследован, хотя практическая потребность в нем несомненно велика.

    В этом плане предстоит серьезная разработка обще­го понятия и сущности экспертной задачи, исследование •процесса актуализации информации.

    В учении об экспертных задачах должна быть разра­ботана структура задачи, систематизация и классифи­кация задач на общие и частные подзадачи.

    К исследованию этой проблемы успешно приступили

    ' Подробнее об этом см.: Винберг А. И. Криминалистическая экспертиза в советском уголовном процессе. М., 1956, с. 141—172.

    2 О проблемах связей более подробно — в трудах И. М. Лузгина, М. Я. Сегая, Л. Е. Ароцкера, И. Д. Кучерова и др.

    47

    в теории судебных экспертиз Г. Л. Грановский, Н. Л. Гранат и др.

    Серьезный шаг в этом направлении сделан в работе А. Р. Шляхова «Классификация судебных экспертиз и типизация их задач». Автором дана развернутая схе­ма—дерево классификационных систем судебных экс­пертиз. Классификация судебных экспертиз проводится по трехмерному основанию: предметно-объектно-методи­ческой характеристике судебных экспертиз.

    В целях раскрытия предмета экспертизы по каждому виду и подвиду формулируются типичные задачи, реша­емые экспертом. В плане рассматриваемой проблемы Г. Л. Грановский занялся исследованием связи между идеями кибернетической теории алгоритмов и эвристики и деятельностью судебного эксперта. Им формулируется алгоритм решения задачи и определяется понятие крими­налистического алгоритма в качестве научного предпи­сания, содержащего указание на необходимые исходные данные, некоторые перечни операций и оптимальную1 последовательность их выполнения, обеспечивающего решение определенного класса задач, возникающих в процессе обнаружения, фиксации и исследования дока­зательств.

    В настоящее время эксперты значительно чаще име­ют дело с решением нестандартных задач, требующих из-за отсутствия разработанных по ним методик творче­ского эвристического подхода. Этому же способствует и многообразие объектов экспертизы, исследование ко­торых невозможно охватить алгоритмированными мето­диками.

    Поэтому одной из задач рассматриваемого учения в системе общей теории экспертологии является выявление закономерностей эвристической деятельности, система­тизация эвристик и другие вопросы, возникающие в этой связи в деятельности судебного эксперта при решении им экспертных задач.

    Заслуживает ранга учения и практически важная проблема экспертных информационных фондов: различ­ных коллекций, моделей и т. п. Учение об экспертных ин­формационных фондах направлено на установление тех закономерностей, которые заложены в структуре этих фондов и которые позволяют выявить различные воз­можности использования информационных экспертных

    48

    фондов с тем, чтобы эти возможности, как общенаучные положения, были бы использованы в практической дея­тельности экспертных учреждений при организации ими экспертных информационных фондов в области различ­ного вида судебных экспертиз.

    Как утверждает проф. А. А. Эйсман, судебная экс-пертология по данной проблеме призвана обеспечивать должную корреляцию и взаимное обогащение информа­ционных фондов, создаваемых разными судебными экс­пертными науками. Добавим к этому, что решающую роль здесь следует отвести методу сравнительного экс-пертоведения, применение которого позволит судебным наукам перенимать в порядке обмена опытом наилуч­шие результаты, достигнутые в той или другой судебной науке по созданию и развитию информационного экс­пертного фонда, систематизации его объектов и использо­ванию в практической экспертной деятельности.

    Одним из учений в общей теории судебной эксперто­логии является углубленная разработка такой пробле­мы, как комплексное экспертное исследование.

    В первую очередь здесь следует обоснованно разгра­ничить различные по своей природе понятия: комплекс­ная судебная экспертиза как процессуального характера институт и комплексное экспертное исследование, кото­рое относится не к процессуальному режиму, а к «тех­нологии» экспертного исследования, требующего поэтап­ного использования при исследовании объекта данных криминалистики, судебной медицины, судебной химии, судебной биологии или других предметных экспертных наук. Результат данной экспертной технологии может быть выражен в заключении одного эксперта как физи­ческого лица, в других же случаях—несколькими экс­пертами в форме комплексной комиссионной судебной экспертизы.

    Данная проблема все настоятельнее заявляет о себе, так как для судебной экспертизы явление комплекснос­ти в любой из ее форм является тенденцией современ­ного развития судебных экспертиз и объяснение их на­учных основ в единой системе судебной экспертологии.

    В данной работе мы лишены возможности остановить­ся на характеристиках и ряде других не менее важных учений, в системе судебной экспертологии. К их числу от­носится учение об экспертной этике. Не вызывает со-

    49

    мнения необходимость углубленного исследования тео­рии экспертной профилактики. По этой проблеме имеется ряд работ и предприняты серьезные шаги к дальнейшему исследованию этой важной для практики и теории про­блемы судебных .экспертиз'.

    В специальное учение должны быть выделены и ор­ганизационные формы судебной экспертизы, научная ор­ганизация труда в экспертной деятельности, координа­ция судебных экспертных учреждений.

    Мы не касаемся здесь правовых вопросов судебной экспертизы, ибо в области 'правового регулирования су­дебных экспертиз существует обширная процессуальная и криминалистическая литература (кандидатские и док­торские диссертации, монографии, методические пособия и статьи)2.

    В последующем, по мере расширения фронта иссле­довательских и экспериментальных работ в области тео­рии судебных экспертиз, а также в связи с возникнове­нием новых видов судебных экспертиз будут несомненно возникать и формироваться новые виды учений, охваты­вающие комплекс теоретических, методологических, ме­тодических проблем. Таков путь развития теории, твор­ческих поисков и дальнейшего совершенствования общей теории нашей науки.

    В судебной экспертологии должны получить свое раз­витие учения об объектах судебных экспертиз, судебной идентификации, методах экспертного исследования, о диагностике и ситуации в экспертизах -и др.

    1 См.: Аринушкин Г. Н.—В кн.: Криминалистическая и судебная экспертиза. Вып. 14. Киев, 1977, ряд статей и брошюр других авторов.

    2 Естественно, что в системе судебной экспертологии должно быть учение о правовых основаниях производства судебных экс­пертиз.

    Глава третья

    МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТОЛОГИИ

    § 1. Методологический синтез судебной экспертологии

    Методология является частью науки, которая дает философское истолкование теорий и законов науки. Ме­тодология—это система идей, поэтому нельзя ее в кон­кретной области научного знания сводить только к сис­теме используемых в этой науке методов исследования своего предмета.

    Методология в науке имеет мировоззренческое зна­чение, ибо диалектический материализм является всеоб­щей научной методологией, теорией познания, теорети­ческой системой знания. Методологию в философской литературе рассматривают как систему определенных тео­рий, исполняющих роль руководящего принципа, орудия научного анализа, средства реализации требований это­го анализа1.

    Вместе с тем составным элементом -методологии яв-• ляется учение о методах познания, формирования тео­ретических положений и конструирования теорий, кото­рые в свою очередь выполняют функцию метода позна­ния, указывая пути исследования и определяя их цели. «Любая отрасль научного знания может плодотворно развиваться только в том случае, если она превращает свои теории с самого момента их возникновения в метод достижения нового знания и практического преобразова­ния действительности»2.

    Таким образом, методология рассматривается как со­вокупность приемов, применяемых в науке и как учение о методах научного познания. Метод познания лишь

    ' Стефанов Н. Теория и метод в общественных науках. М., 1967, с. 138. v

    2 Система теорий. Наука как прикладная логика.— В кн.: Логи­ка научного исследования. М., 1965, с. 306.

    51

    тогда может быть научным, когда он отражает объектив­ные законы действительности.

    На основе методологии науки судебной экспертологии создается ее общая теория, научные понятия, методы и т. п.

    В основе методогии науки судебной экспертологии заложена идея о единой синтетической науке.

    «Наука,—пишет М. Планк,—представляет собой внутренне единое целое. Ее разделение на отдельные об' ласти обусловлено не столько природой вещей, сколько ограниченностью способностей человеческого познания. В действительности существует непрерывная цепь от фи­зики и химии через биологию и антропологию к соци­альным наукам, цепь, которая ни в одном месте не должна быть разорвана, разве лишь по произволу»'.

    В интеграции судебной экспертологии осуществляется как стыковка различных отраслей знаний, порождаемая потребностью изучения различных сторон одного и то­го же объекта, так и объединение таких предметных су­дебных наук, которые ранее были разобщены и которые ныне объединяются в комплексные науки для изучения того общего, что имеется в различных процессах, иссле­дуемых отдельными науками.

    Интеграция осуществляется и по методам, использу­емым в разных областях знаний. Как отмечает М. Г. Че-пиков, «интеграция наук по объектам исследования нахо­дит свое выражение в интенсивном многостороннем об­мене методами и теориями»2.

    В результате методы и теории одних наук ассимили­руются другими и наоборот. При этом происходит изме­нение содержания и структуры взаимодействующих наук, по мере углубления познания изменяются и обога­щаются их предметы и объекты. Как указывает М. Г, Че-пиков, на использование методов других наук для исследования объектов, на характер взаимосвязей мето­дов оказывает влияние сам уровень наук, их исследова­тельского аппарата. При этом главными инструментами научного познания выступают понятийный аппарат нау­ки, логика и т. п. Необходимость комплексного примене­ния методов различных наук для исследования объекта

    'Планк М. Единство физической картины мира. М., 1966, с. 183.

    2 Ч е пиков М. Г. Интеграция науки. М., 1976, с. 139—141. 52

    обусловливается сложностью механизмов координации, регулирования, корреляции многообразных функций, процессов. Совершенно очевидно, что нельзя обойтись одним, даже самым совершенным методом, здесь нужна совокупность методов и средств, взаимосвязанных и вза­имодополняющих друг друга, с тем, чтобы всесторонне познать иследуемый объект.

    В связи с приведенным следует констатировать, что в судебных экспертизах ни один из методов не исполь­зуется изолированно от других. Методы носят комп­лексный характер соответственно и самой судебной экс­пертизы, в которой реализуется комплекс различных отраслей знаний, трасформированных в специальные познания.

    Особо следует отметить значение методов сравни­тельного исследования и синтеза для формирования экспертологии. Синтез как особый метод обладает боль­шими познавательными возможностями. Синтез позво­ляет, что очень важно для целей судебной экспертоло­гии, переносить знания, полученные в процессе изучения одних конкретных явлений, на другие конкретные явле­ния, выявить возможность использования различных си­стем для построения новой теории.

    Методологический синтез научного знания успешно осуществляется с учетом тенденции к унификации по­нятийного аппарата науки, преодолению терминологи­ческой чересполосицы, когда одним и тем же методом обозначаются совершенно разные вещи. Эта тенденция имеет первостепенное значение и в области судебной экспертологии, когда в отдельных предметных науках — теории криминалистической экспертизы и судебной био­логии—применяются, например, такие термины, как род или вид, имеющие совершенно различное смысловое зна­чение в каждой из этих предметных судебных наук. За­дачей судебной экспертологии является выделение тако­го концептуального ядра, которое состояло бы из общих для всех предметных наук понятий. Интегрирующее значение таких общенаучных поняти-й в общей теории судебной экспертологии должно иметь тенденцию роста*.

    ' См.: Новик И. Б. Синтез знаний и проблема оптимизации научного творчества.—В сб.: Синтез современного научного зна­ния. М., 1973, с. 294—322.

    53

    Еще з 1973 г. мы писали о том, что «возникает необ­ходимость в конструировании системно-структурной мо­дели судебной экспертологии, что будет способствовать интенсивному ее внедрению в экспертную практику, а это в свою очередь должно положительно сказаться на повышении качества следственной и судебной ра­боты»'.

    Методологическое значение для судебной эксперто­логии имеет идея объединения гносеологических проти­воположностей. М. Лауэ, характеризуя тенденцию объе­динения противоположностей, пишет: «История физики постоянно дает нам все новые примеры того, что две совершенно независимые, развитые различными школа­ми теории, например, оптика термодинамики или волно­вая теория рентгеновских лучей и атомная теория крис­таллов неожиданно сходятся и свободно соединяются друг с другом. Кто смог испытать в течение своей жизни подобное в высшей степени поразительное событие или, по крайней мере, в состоянии мысленно его испытать, тот не сомневается больше в том, что сходящиеся теории содержат если не полную истину, то все же значитель­ное ядро объективной, свободной от человеческих прибав­лений, истины»2.

    Для обоснования идеи интеграционной науки—су­дебной экспертологии, которая в своей целостной систе­ме объединяет и синтезирует научные основы судебных предметных наук, вскрывает закономерности различных отраслей знаний, приведенное выше высказывание об объединении различных наук имеет принципиальное значение. Основой тенденции здесь является проблема единства знания, универсального для всей экспертоло­гии как однородной науки. Важнейшей задачей при этом является сведение неоднородных предметных наук для преобразования в единую, общую судебную экспер-тологию. В этом аспекте, естественно, создается и новая методология. Ее существенным моментом является представление о принципиальной неоднородности зна­ния. В то же время в новой методологии диалектико-мате-

    'Винберг Д., Малаховская Н. Судебная экспертоло-гия — новая отрасль яауки.— «Социалистическая законность», 1973,

    № 11, с. 51,

    2 Лауэ М. История физики. М., 1956, с. 13. *.

    54

    риалистическое понимание проблемы единства знания, соотношения методов исследования позволяет извлечь из их обобщения те общие особенности познаваемого процесса, которые оказываются универсальными для науки в целом, а в нашем аспекте—для судебной экс­пертологии1.

    В этой связи нами выставляется методологический

    принцип основы теоретизации судебной экспертологии, а именно: теоретическое объединение всех концепций предметных экспертных наук должно осуществляться на основе самой экспертологии. Нам могут возразить, что объединить различные знания на основе универсального принципа невозможно. Это возражение нам представ­ляется односторонним, так как, с одной стороны, разви­тие науки действительно связано с ростом ее неоднород­ности, когда один и тот же объект является предметом исследования ряда наук, когда усиливается специализа­ция знаний и т. д. Однако, с другой стороны, им'еется .и тенденция возрастания единства знания, о чем свиде­тельствует возникновение ряда универсальных наук, со­держание которых направлено на выявление общего в самых 'различных областях исследования (это же под­тверждается фактами взаимного влияния и взаимодей­ствия наук путем применения законов.и теорий одной -- науки в другой); возникновение общенаучных объединя­ющих понятий; все усиливающаяся методологическая общность наук, их структурная, языковая и логическая

    основы.

    Следовательно, знанию присущи как неоднородность,

    так и однородность. - Решение нужной нам задачи выполняют интеграция

    "и синтез наук, которые сводят к единой общности иссле­дуемые нами проблемы в судебной экспертологии. Как справедливо отмечает И. Б. Новик2, междисциплинар­ный синтез раскрывает конкретные пути реализации ин­теграционных процессов в специальных науках. Этому способствует перенос информации из одной области в другую, метод функционального анализа явлений самых разнообразных классов, позволяющий рассматривать объекты как сложные динамические системы, независи-

    ' См.: Депенчук Н. П. Материалистическая диалектика био­логического исследования. Киев, 1973. 2 См.: Новик И. Б., с. 315—319.

    55

    55

    мо от их вещественного содержания (например, такой подход у кибернетики).

    Важным методологическим принципом исследования механизма синтеза научных знаний является включение дифференцирующих моментов в господствующую тен­денцию к синтезу, подчинение их интегративным про­цессам. Иными словами, специализирующее различие научных дисциплин сохранится. Но это будет не разли­чие разных пород деревьев, а специализация ветвей од­ного и того же дерева. И нам представляется, в связи со сказанным выше, плодоносящее дерево судебной экс-пертологии с ветвями 'предметных экспертных наук, где на одних ветвях уже зреют плоды, а на других они лишь возникают.

    § 2. Сравнительное экспертоведение как важнейший раздел методологии науки судебной экспертологии

    Методологические положения судебной экспертоло­гии—выработка общенаучных интегральных понятий— породили и разработку специфического сравнительного экспертоведения. Прежде чем раскрыть и сформулиро­вать понятие судебного экспертоведения,приведем из на­учных источников данные, характеризующие вообще метод сравнения для целей познания. Здесь в первую оче­редь следует подчеркнуть, что применение метода срав­нения основано на установлении общности ряда призна­ков изучаемых предметов и процессов. Д. Юм в книге «Трактат о человеческой природе» указал, что первым ти­пом отношения является сходство — «это такое отноше­ние, без которого не может существовать ни одно фило­софское отношение, ибо сравнение допускает лишь те объекты, между которыми есть хоть какое-нибудь сход­ство»'.

    Объективной основой "для сравнения друг с другом изучаемых предметов и процессов действительности яв­ляется их однопорядковая сущность, общие законы, структуры, функционирование и развитие. Сравнение производится и в отношении разнокачественных объек­тов, если они имеют ряд общих существенных призна-

    ' Юм Д. Соч., т. 1. М., 1965, с. 103.

    56

    . ков. Например, большое значение для познания генети­ческой связи имеет сравнение анатомического строения высших животных, принадлежащих к различным видам

    и классам.

    Предметы и явления действительности могут быть сравниваемы в многообразных отношениях. Для срав­нения предметов и явлений в качественном отношении . необходимо вычленение при помощи различных методов познания основных свойств и признаков изучаемого яв­ления, установление связи их с сущностью, обнаруже­ние взаимодействия между элементами структуры их зависимости от конкретных условий развития. В этом случае сравнение даст возможность познания тех или иных качественных сторон изучаемых объектов.

    Разнокачественные явления и предметы действитель­ности, имеющие генетическую связь, сравниваются с точки зрения их количественной меры.

    Целый ряд процессов и предметов действительности, .сохраняя свое качество, может.иметь различие количе­ственных характеристик в пределах меры данного ка­чества. Они также могут быть сравниваемы между собой, например, сравнение экспертов судебных учреж­дений по определенным показателям их деятельности.

    Существенно—выбор количественных характерис­тик. Необходимо, чтобы эти характеристики наиболее полно выражали сущность сравниваемых явлений.

    Сравнение предметов и процессов действительности можно осуществлять на основе пространственно-вре­менных отношений (математические науки).

    Сравнение предполагает установление не только определенной степени общности ряда однопорядковых явлений, но и различия в этой общности. Оно дает воз­можность выяснить, в каких признаках сравниваемые явления сходны и в каких различны.

    На основе сравнения также можно показать качест­венное превосходство одного из сравниваемых явлений по отношению к другому, имеющему с ним генетическую связь, а на основе этого сделать вывод о поступатель­ном характере развития. В процессе сравнения объектов следует иметь в виду установление тех их общностей, которые необходимы для познавательных целей и ко­торые имеют практическую ценность. Следует в этом \плане напомнить, что «если мы станем сопоставлять

    57

    в отдельности друг с другом такие две до крайности различные вещи—например, какой-нибудь метеорит и какого-нибудь человека,—то тут мы откроем мало общего, в лучшем случае то, что обоим присуща тя­жесть и другие общие свойства тел. Но между обеими этими вещами имеется бесконечный ряд других вещей и процессов природы, позволяющих нам заполнить ряд от метеорита до человека и указать каждому члену ря­да свое место в системе природы и таким образом по­знать их»1.

    Всякая классификация строится с помощью метода сравнения. В криминалистической экспертизе сущест­вует большое количество классификаций: дактилоско­пических, баллистических, почерковых и т. д. С по­мощью этих классификаций рассматриваются внутрен­ние связи между группами, классами, родами, видами, типами, разновидностями и т. д., по которым распреде­лены классифицируемые объекты.

    В основе построения всех классификаций лежат от­ношения и взаимосвязь категорий общего и особенного. В недрах этой категории формируются и развиваются категории качества и количества. Познание объекта начинается с единичного. Впервые видимый объект вос­принимается как единственный в своем роде. Исследо­ватель пытается познать предмет с качественной сторо­ны. Переходя от одного единичного объекта к множест­ву, применяя метод сравнения,исследователь в процессе их сопоставления выявляет признаки совпадения, сходства—общее сравниваемых объектов, различия— то есть единичное, особенное. •

    В связи с указанным О. С. Зельнина2 отмечает зна­чение категории отношения, которое выступает как результат сравнения, сопоставления различных пред­метных наук, их объектов исследования по тем их сход­ствам и причинам, как, например, по временной после­довательности, расположению в пространстве, величи­нам и т. п. Вообще в философской литературе все многообразие отношений может быть сведено к четы­рем видам: временные, пространственные, количествен-

    ' МарксК.иЭнгельсФ. Соч., т. 20, с. 547. 2 См.: Зельнина О. С. Принцип диалектики в свете системно-структурного анализа.

    58

    ные, качественные. Всякое отношение имеет целью вы­яснение 'степени сходства сопоставляемых систем по

    тому или иному признаку, что находит свое выражение в категориях тождества и различия. В самом общем виде категория тождества отражает в отношениях ве­щей непрерывность, устойчивость, повторяемость, а раз­личие — прерывность, изменчивость, а также неповто­ряемость.

    В свете изложенного рассмотрим теперь специфиче­ский метод науки судебной экспертологии, составляю­щий значительную ее часть в разделе методологии,— сравнительное судебное экспертоведение. .

    Этот метод позволяет, учитывая закон преемствен­ности, путем сравнительного исследования закономер­ностей, предмета каждой судебной науки и присущих ей специфических методов выявлять наиболее общее и рациональное в них, унифицируя и преобразуя это в общенаучные понятия для всей системы судебной эк­спертологии. Метод сравнительного исследования явля­ется существенным элементом интегральной науки су­дебной экспертологии. Перенос метода одной науки на область'другой синтезируется в судебной экспертоло­гии, использующей метод сравнительного экспертове-дения. И, действительно, например, методы судебной .химии успешно используются в исследовании ряда сто­рон объекта научно-технической экспертизы докумен­тов, а теоретические положения применения этих методов имеют место в предметной науке судебного до-

    кументоведения1.

    В сравнительном судебном экспертоведении, как

    и в ряде других сравнительных наук (сравнительная анатомия, сравнительное языкознание, сравнительное правоведение и др.), сравнение выросло до уровня об­щей методологический концепции.

    Сравнительное судебное экспертоведение понимает­ся как часть судебной экспертологии, основывающейся на методе сравнения уровня общеметодологической кон­цепции и занимающейся сравнительным изучением раз­личных отраслей знаний в области судебных экспертиз для выявления присущих им общих законов, принципов,

    ' В последующих параграфах мы остановимся на рассмотрении методов в экспертной деятельности и на понятии их эффективности.

    59

    структурных связей (связи корреляционные, сосущест­вования, генетические и др.) и отношений, общности их происхождения в аспекте гомологии (сходства).

    Таким образом, важнейшей задачей сравнительного судебного эксперт-сведения является установление об­щего между различными предметными судебными нау­ками, являющимися научными основами судебных экспертиз. Конечной задачей сравнительного эксперто-ведения является открытие существующих закономер­ностей, общих для всех этих экспертиз, закономернос­тей, действующих в системе целостной судебной экспер-тологии в построении классификации и прогнозирова­нии возникновения новых предметных судебных наук и новых видов судебной экспертизы.

    Сравнительное судебное экспертоведение изучает связи каждой предметной судебной науки с их материн­скими (базовыми) науками, выявляет современные воз­можности данной предметной науки и привносит прак­тические результаты этих данных в соответствующую предметную судебную экспертизу для ее практической деятельности. Таким образом, сравнительное судебное экспертоведение устанавливает для целей науки судеб­ной экспертологии генетические (причинно-следствен­ные) связи между материнскими науками и предметны­ми судебными науками и связи последних с соответст­вующими судебными экспертизами. Методом срав­нительного судебного экспертоведения выявляется зависимость специальных познаний в предметной эк­спертной науке или методической судебной Дисциплины от уровня познания ее материнской науки, показывает степень адаптации данных материнских наук, трансфор­мированных в специальных познаниях предметных су­дебных наук, реализуемых в теории и практике соответ­ствующих предметных экспертиз.

    Следует указать и на возможность обратной связи разработки теории предметной судебной науки таких общенаучных понятий, которые включаются в судебную экспертологию как понятия, общие для всех предмет­ных судебных наук.

    Сравнительное судебное экспертоведение исследует непосредственные связи судебных наук с материнскими науками (например, судебно-бухгалтерской экспертизы с бухгалтерским учетом и финансово-экономической от-

    60

    раслью) и опосредствованные связи, когда данные мате­ринских наук трансформируются в специальные позна­ния предметной судебной науки.

    Сравнительное судебное экспертоведение проявля­ется в системе судебной экспертологии на разных уров­нях двояко: во-первых, когда устанавливаются по вер­тикали внешние связи между материнскими ( базовыми) науками и соответственно предметными судебными нау­ками и дисциплинами, а также соответствующими су­дебными экспертизами, по горизонтали—связи между. собой различных предметных судебных наук и дисцип­лин, входящих в судебную экспертологию и соответст­вующих им судебных экспертиз; во-вторых, когда про­цесс сравнения охватывает между собой все виды су­дебных экспертиз. В указанных случаях сравнительное судебное экспертоведение реально выражает один из основных внутренних законов науки криминалистики, охватывающей всю экспертную деятельность,— привне­сение судебной экспертизе непосредственно или через предметные судебные науки современных достижений базовых и смежных для них наук. Вне этого процесса не может быть поступательного, прогрессивного разви­тия любого вида судебной экспертной науки и судебной

    экспертизы.

    Сравнительный метод дает эксперту не только 'опи­сание, но и объяснение познаваемого им объекта. Что­бы познать объект, недостаточно выявить структуру или уяснить его развитие, необходимо свести его к простей­шей единице сравнения. В судебной экспертизе такой единицей сравнения служат признаки, объективно от­ражающие свойства объекта. По словарю основных тер­минов теории и практики судебной экспертизы призна­ки—это свойства (качественные и количественные особенности), по которым разные объекты (группы объектов) различаются между собой, а один и тот же объект может быть отождествлен в разное время

    и в различных условиях.

    Сравнительное судебное экспертоведение способст­вует унификации понятий свойств и признаков различ­ных объектов экспертного исследования и обеспечивает их классификацию: предметную—по каждому виду судебных экспертиз—и гносеологическую, абстрагиро­ванную от конкретных видов судебных экспертиз; об-61

    щую для всего сравнительного экспертоведения, учиты­вающую понятие структуры признака, его значимость, , критерии, оценки, устойчивость, индивидуальность, из­менчивость, преобразование. Признаки классифициру­ются по объектам исследования, по методам исследова­ния, по предмету экспертиз.

    В сравнительном судебном экспертоведении главный метод—метод сравнения, которому сопутствуют другие:

    наблюдение, анализ, синтез, измерение, описание, экспе­римент и иные, способствующие в комплексе успешному сравнительному исследованию в судебных экспертизах.

    § 3. Общая характеристика методов экспертного исследования

    Методология научного познания является теорией

    общих методов исследования, сложившихся в науках за время их существования.

    Прогресс многих конкретных наук состоит в том, что сперва в них разрабатываются эмпирические методы, затем при дальнейшем их развитии возникают и разви­ваются теоретические методы исследования. Любая развитая наука содержит в какой-либо особой форме

    как эмпирические, так и теоретические уровни иссле­дования.

    Вопрос о сущности методов экспертного -исследова­ния* представляет интерес и потому, что далеко Не всякое техническое средство и метод, применяемые в других областях деятельности, могут быть рекомен­дованы для использования в экспертной практике. К ним предъявляется ряд специфических требований. Так, например, преимущество дается таким методам и средствам, которые не ведут к порче или существен­ному изменению вещественных доказательств. Для эк­спертной практики могут быть рекомендованы научно обоснованные методы и средства, опробованные экспе­риментально, эффективность которых научно доказана. Результаты их применения должны быть очевидны, в определенной мере наглядны как для экспертов, так и для всех участников уголовного либо гражданского про-

    ' Данный вопрос исследовался А. Винбергом и Р. Шляховым. См.: Сб. Научные труды ВНИИСЭ. № 28, М., 1977.

    62

    цесса. Важно, чтобы применение методов и средств в про­цессе судебной экспертизы не ущемляло законных ин­тересов и прав граждан, не принижало чести и досто­инства их, не нарушало морально-этических норм социалистического общества.

    Эти требования безусловно должны выполняться в экспертной деятельности, призванной служить укреп­лению социалистической законности и правосудия.

    Экспертное исследование как своеобразная область познания, осуществляемая в рамках уголовного либо гражданского процесса, подчинено закономерностям всякого познания и основано на общих методологиче­ских положениях, обеспечивающих установление объек­тивной истины по каждому уголовному либо граждан­скому делу. Экспертное исследование—творческий процесс, в котором проявляется умение эксперта ре­шить стоящие перед ним задачи. Правильного понима­ния экспертом задач экспертизы для достижения глав­ной цели—установления истины при даче заключения— еще недостаточно. Необходимы знание им методологии, владение современными высокоэффективными методами исследования.

    Термины «метод», «способ», «прием», «трудовая и логическая операция» в литературе нередко рассмат­риваются в качестве синонимов, но в общем-то просле­живается их различие по степени общности: более общим является понятие метода, включающее в себя совокупность способов, путей, приемов. О приемах пре­имущественно упоминается при использовании каких-либо приборов, аппаратов или когда речь идет о трудо­вых операциях (приемы обращения в работе с исполь­зованием орудий, вспомогательно-технических средств). Под методом вообще понимается способ действия, в том числе познания, подход к действительности в исследо­вании, образ действия для достижения какой-либо цели1.

    ' Такое понимание метода является общепринятым в философии, обществоведении и других науках. Например, П. Д. Пузиков под методом понимает совокупность руководящих принципов, правил, норм, создаваемых на основе знаний, теорий и их применения (см.:

    .Пузиков П. Д. Диалектика как общая методологическая тео­рия.—«Вопросы философии», 1974, № 2, с. 61).

    63

    щую для всего сравнительного экспертоведения, учиты­вающую понятие структуры признака, его значимость, . критерии, оценки, устойчивость, индивидуальность, из­менчивость, преобразование. Признаки классифициру­ются по объектам исследования, по методам исследова­ния, по предмету экспертиз.

    В сравнительном судебном экспертоведении главный метод—метод сравнения, которому сопутствуют другие:

    наблюдение, анализ, синтез, измерение, описание, экспе­римент и иные, способствующие в комплексе успешному сравнительному исследованию в судебных экспертизах.

    § 3. Общая характеристика методов экспертного исследования

    Методология научного познания является теорией

    общих методов исследования, сложившихся в науках за время их существования.

    Прогресс многих конкретных наук состоит в том, что сперва в них разрабатываются эмпирические методы, затем при дальнейшем их развитии возникают и разви­ваются теоретические методы исследования. Любая развитая наука содержит в какой-либо особой форме

    как эмпирические, так и теоретические уровни иссле­дования.

    Вопрос о сущности методов экспертного .исследова­ния' представляет интерес и потому, что далеко не всякое техническое средство и метод, применяемые в других областях деятельности, могут быть рекомен­дованы для использования в экспертной практике. К ним предъявляется ряд специфических требований. Так, например, преимущество дается таким методам и средствам, которые не ведут к порче или существен­ному изменению вещественных доказательств. Для эк­спертной практики могут быть рекомендованы научно обоснованные методы и средства, опробованные экспе­риментально, эффективность которых научно доказана. Результаты их применения должны быть очевидны, в определенной мере наглядны как для экспертов, так и для всех участников уголовного либо гражданского про-

    ' Данный .вопрос исследовался А. Винбергом и Р. Шляховым. См.: Сб. Научные труды ВНИИСЭ. № 28, М., 1977.

    62

    цесса. Важно, чтобы применение методов и средств в про­цессе судебной экспертизы не ущемляло законных ин­тересов и прав граждан, не принижало чести и досто­инства их, не нарушало морально-этических норм социалистического общества.

    Эти требования безусловно должны выполняться в экспертной деятельности, призванной служить укреп­лению социалистической законности и правосудия.

    Экспертное исследование как своеобразная область познания, осуществляемая в рамках уголовного либо гражданского процесса, подчинено закономерностям всякого познания и основано на общих методологиче­ских положениях, обеспечивающих установление объек­тивной истины по каждому уголовному либо граждан­скому делу. Экспертное исследование—творческий процесс, в котором проявляется умение эксперта ре­шить стоящие перед ним задачи. Правильного понима­ния экспертом задач экспертизы для достижения глав­ной цели—установления истины при даче заключения— еще недостаточно. Необходимы знание им методологии, владение современными высокоэффективными методами исследования.

    Термины «метод», «способ», «прием», «трудовая и логическая операция» в литературе нередко рассмат­риваются в качестве синонимов, но в общем-то просле­живается их различие по степени общности: более общим является понятие метода, включающее в себя совокупность способов, путей, приемов. О приемах пре­имущественно упоминается при использовании каких-либо приборов, аппаратов или когда речь идет о трудо­вых операциях (приемы обращения в работе с исполь­зованием орудий, вспомогательно-технических средств). Под методом вообще понимается способ действия, в том числе познания, подход к действительности в исследо­вании, образ действия для достижения какой-либо цели1.

    ' Такое понимание метода является общепринятым в философии, обществоведении и других науках. Например, П. Д. Пузиков под методом понимает совокупность руководящих принципов, правил, норм, создаваемых на основе знаний, теорий и их применения (см.:

    .Пузиков П. Д. Диалектика как общая методологическая тео­рия.—«Вопросы философии», 1974, № 2, с. 61).

    63

    В теории познания под методом понимается система регулятивных принципов, правил, норм практической или теоретической деятельности человека. Лишь благо­даря использованию различных методов (в настоящее время науковедением рекомендуется пользоваться си­стемой, комплексом методов) человеческая деятельность может быть эффективной. Подчеркивая познавательную роль метода, В. И. Ленин писал, что метод «путь... действительного познания»'.

    В то же время нельзя не остановиться и на другой точке зрения и в этой связи необходимо указать, что в словарях и энциклопедиях четкое разграничение по­нятий «метод» и «способ» отсутствует, так как данные определения этих слов почти совпадают.

    В литературе и обиходе эти слова имеют несколько различный смысловой оттенок, несмотря на то, что во многих они отождествляются.

    Метод в большей степени отражает принцип подхо­да.к проведению теоретического исследования или прак­тических действий, направленных на достижение опре­деленной цели, соответствующей возможностям метода. Поскольку эти возможности могут быть недостаточны­ми для решения задачи в целом, тот или иной метод может быть принят для достижения цели, составляющей лишь один из этапов решения задачи. При этом выбор метода не предопределяет получение положительного ре­зультата. Примененный метод может быть и непригод­ным для достижения цели как по своему существу, так и в результате использования несоответствующей тех­нологии проведения исследования или выполнения иных практических действий. Поэтому выражение «метод ре­шения задачи» является условным (неточным). Задача может быть решена не одним методом, а совокупностью нескольких различных приемов, ^ операций, действий, основанных, как правило, на использовании многих различных методов. Другими словами, для решения за­дачи необходима «технология», способ ее решений, ос­нованный на этих методах (то, что называется в работе специальной методикой или методом решения конкрет­ного типа задач).

    Слово «способ» означает порядок, образ действий

    ' Л е н и н В. И. Полн. собр. соч:, т. 29, с. 80.

    64

    в достижении конкретной цели, т. е. практическое осу­ществление определенной совокупности приемов, опера­ций, действий в определенной, обеспечивающей дости­жение цели последовательности. На разных стадиях, этапах исследования или осуществления других практи­ческих действий, направленных на решение конкретно­го типа задач, могут быть применены разные, но вполне определенные, соответствующие данному спосо­бу методы.

    В этом смысле понятие «способ» шире понятия «ме­тод», поскольку практически всякий способ основыва­ется на использовании многих методов (хотя бы общих). Имея в виду многоплановость понятия метода, невоз­можно представить себе решение, основанное на ис­пользовании лишь одного метода.

    С другой точки зрения, понятие метода является бо­лее общим, поскольку любой метод, не определяя в пол­ной мере конкретного образа действий, может охваты­вать множество способов его реализации в зависимости от конкретной цели. Так, метод наблюдения невоору­женным глазом может осуществляться различными способами в зависимости от стоящей задачи: при опре­деленном освещении (силе света, направлении падающих лучей, длине световой волны), в определенном направ­лении, в определенной последовательности, через опре­деленные промежутки времени, определенной продол­жительности, с определенного расстояния и т. п. То же можно было бы сказать и о любом другом общем или частном методе.

    Поэтому, говоря о методах решения конкретного типа задач, мы имеем в виду способы их решения (спе­циальные методики), основанные на определенных, со­ответствующих этим задачам методах и состоящие из ряда приемов, операций, действий, взаимосвязанных в определенной последовательности и выполняемых с соблюдением определенных режимов.

    Мы привели здесь две разные концепции в понима­нии и соотношении понятий «метод» и «способ». В по­следующем, при выработке языка судебного эксперта и унификации терминов всего понятийного аппарата, каждое понятие, несомненно, будет иметь однозначное определение.

    Применяемый метод никогда не бывает произволь-

    3 Заказ № 60 65

    ным, он определяется характером задачи (предмета) научной или практической деятельности, исследуемым объектом. Но это не означает, что методы одной об­ласти знания не могут заимствоваться и проникать в другие. Общность между предметами и объектами ис­следования обусловливает этот процесс «экспансии», взаимодействия. «Экспансия» методов в современной науке и практике—явление распространенное'. Методы химии проникают в геологию (геохимия),; биологию (биохимия); методы кибернетики—в науку о высшей нервной деятельности (нейрокибернетика), в правоведе­ние (правовая кибернетика); методы математики— в лингвистику (математическая лингвистика) и т. д.

    Точно так же осуществляется познание в экспертно-практической деятельности, где для достижения постав­ленных целей пользуются методами разных наук. Ре­шение конкретной задачи, как правило, невозможно .с использованием какого-либо одного метода. Целост­ность задачи и объекта изучения требует от эксперта-исследователя применения разных по характеру и ис­точнику происхождения методов.

    Применение любого метода, ведущего к достижению намеченной цели, не произвольно, оно опирается на уже достигнутые знания и накопленный практический опыт. Особенно эффективным является сознательное приме­нение в качестве метода познанных законов,закономер­ностей, категорий. Отсюда следует, как выше уже от­мечалось, что различие между теорией и научным ме­тодом относительно. Научный метод—это практическое применение теории, т. е. теория в действии.

    В философской литературе подчеркивается, что диа­лектика—это не только метод, но и теория, содержа­щая знания общих законов развития природы, общества и самого познания. Материализм как учение—это и фи­лософская теория, и определенный метод познания, основанный на принципе первичности материи и вторич-ности сознания, иных закономерностях развития объек­тивного мира2.

    ' См.: СичивицеО. М. Методы и формы научного познания. М., 197Й, с. 5,

    2 См.: Штоф В. А. Введение в методологию познания. М./ 1972; Овчинников Н.Ф. Структурное единство и синтез науч­ного познания.—«Вопросы философии», 1969, № 10.

    66

    Общеизвестно, что методы опираются на объектив­ные законы науки и потому их применение зависит от степени овладения экспертом теорией. Вот почему осо­знанное, целенаправленное использование метода слу­жит основой всякого—и теоретического, и практическо". го познания. Такая интерпретация метода не исключает вместе с тем специального исследования сущности ме­тодов и достигаемых с их помощью результатов в эк­спертном познании без детального анализа и оценки теоретических основ, учений, структуры различных ро­дов (видов) и методов судебных экспертиз.

    На современном этапе развития «... ни одна наука не пользуется каким-то одним методом, а располагает в исследовании целой системой познавательных прие­мов, определенным образом субординированных. Эта система субординированных познавательных приемов и есть метод науки»'.

    Таким образом, метод науки (или метод, применяе­мый в практическом познании) имеет собирательное значение, являясь комплексом (например, на уровнях координации) отдельных методов, синтезируемых в дан­ном виде исследования, при изучении того или другого объекта.

    Когда речь идет о каком-либо методе исследования, имеется в виду также упорядочение системы приемов (средств), каждый из которых базируется на четко сформулированном и научно обоснованном предписании. Каждый метод применяется для решения определенного круга задач, т. е. функциональные возможности метода всегда должны быть четко обозначены. Если при этом будут также четко определены и реализованы необхо­димые условия применения метода, то это гарантирует получение определенных результатов, ради которых эк­сперт проводит свои исследования, наделяется законом, правами и обязанностями и ему оказывается доверие представлять науку в уголовном и гражданском про­цессах, ибо судебная экспертиза является надежной формой использования достижений науки и техники в целях установления объективной истины по уголовно­му или гражданскому делу.

    * Подкорытов Г. А. Соотношение диалектического метода с частно-научными методами.—«Вопросы философии», 1962, № 6.

    з* 67

    Множество методов, предлагаемых наукой для осу­ществления целенаправленной и максимально эффек­тивной деятельности, в том числе и для развития соб­ственно научных исследований (теоретического позна­ния), предполагает их упорядоченность, субординацию и координацию, систематичность в науке и соответст­венно в практическом познании. Для экспертного исследования также характерна упорядоченность, систе­матичность методов, используемых экспертами и пред­лагаемых частными науками (криминалистикой, судеб­ной медициной и др.). Систематизация, предполагающая научную классификацию методов, осуществляется для различных целей. Эти вопросы представляют сложную малоисследованную проблему в теории судебных эк­спертиз.

    .Рассмотрим в этом аспекте систему методов эксперт­ного исследования. Системно-структурный анализ ме­тодов позволяет экспертам более эффективно использо­вать их в практической познавательной деятельности. В этой связи представляет интерес классификация ме­тодов.

    Анализ методов судебной экспертизы предполагает прежде всего их классификацию и систематизацию. При этом нельзя абстрагироваться и рассматривать тот или иной метод вне его связи с задачами и- объектами исследования. В качестве основания классификации можно избрать различные признаки. Так, одним из ос­нований может служить отношение (принадлежность) метода к какой-либо отрасли науки, использование дан­ных этой науки в экспертном познании. И тогда методы могут быть разделены на физические, химические, био­логические, математические и т. д. Другим классифика-•ционным признаком могут явиться задачи, для до­стижения которых применяется тот или иной метод. Применительно, например, к криминалистической экспертизе такими задачами могут быть идентификаци­онные, классификационные, диагностические и ситуаци­онные исследования.

    В литературе имеются предложения классифициро­вать методы по отраслям знания, формирующим мето­ды исследования, разрабатывающим их теорию. В част­ности, исходя из научного «отраслевого» основания, принято различать методы: философские, математиче-

    68

    ские, физические, химические, а также физико-химиче­ские, биологические, медицинские, правовые, историче­ские1. Учитывается, что отдельные методы находят применение, например, в биологии и медицине и не ис­пользуются в социологии и т. д.

    В литературе по методологии познания в последнее время предлагается подразделять методы (равно нау­ки) по уровню знания: на эмпирические и теоретиче­ские2.

    На эмпирическом уровне идет накопление фактов, информации об исследуемых объектах, широко прово­дятся наблюдения, сравнения и измерения, эксперимен­ты, первичная систематизация знаний (таблицы-матри­цы, схемы, перечни, графики), формулируются эмпириче­ские закономерности.

    На теоретическом уровне достигается высший син­тез знания, часто в форме научной теории.

    В зависимости.от того, на каком уровне проводятся научные исследования и какие цели они преследуют, применяются и соответствующие методы познания. Учи­тывая прикладной характер теорий и методик судебных экспертиз, указанное различие методов не является це­лесообразным применительно к познавательной дея­тельности эксперта, тем более что эти уровни относятся преимущественно к чисто научному познанию.

    Опираясь на философские, обществоведческие и. ес­тествоведческие классификации методов исследования, применительно к экспертно-познавательной деятель­ности можно предложить систему методов, учитываю­щую степень общности, их субординацию. Такая струк­тура методов экспертного исследования нам представ­ляется в следующем виде:

    I. Всеобщий диалектико-материалистический метод;

    на этом же высоком уровне рассматриваются и методы логики (традиционной).

    II. Общие (общепознавательные) методы: наблюде­ние, измерение, описание, планирование, эксперимент, моделирование и др.

    HI. Частные инструментальные и иные вспомога­тельно-технические методы.

    ' См.: Кедров Б. М. Классификация наук, т. 2. М., 1955;

    Ш т о ф ф В. А. Внедрение в методологию познания. Л., 1972. 2 См.: С и ч и в и ц е О. М., с. 7.

    IV. 'Специальные методы, функции которых выпол­няют специализированные методы экспертного иссле­дования.

    Диалектико-материалистическая теория определяет методологические начала всякой деятельности и, конеч­но, экспертного познавательного процесса. Из этого следует, что возможно развитие общих и частных мето­дологических начал, определяющих принципы конкрет­ного познания как теоретико-фундаментального, так и эмпирического уровней. В этой связи вполне право­мерно формирование методологических основ юридиче­ской науки, ее отраслей, например, криминалистики, а применительно к объекту нашего исследования—в об­ласти судебно-экспертного познания.

    Диалектика как общая методология является осно­вой настоящего исследования и, конечно, практического экспертного познания. Вместе с тем диалектико-мате-риалистическая теория как метод познания не подме­няет и не исключает, а предполагает применение общих и частных методов исследования, своеобразных методик и приемов, зависящих от конкретной задачи, предмета и объекта исследования1.

    Очевидно, в арсенале методов экспертного исследо­вания (равно в любом другом научном или практиче­ском познании) существенное значение имеют диалек-тико-логические и формально-логические закономернос­ти, категории, операции, определяющие образ правильного мышления, ведущего к истинному по­знанию.

    Из всего арсенала логического аппарата некоторые методы получили наиболее широкое распространение, имеют преимущественное значение и, вероятно, поэтому им были посвящены специальные исследования в кри­миналистике, теории доказывания, в общеметодологи­ческих разработках по отдельным родам и видам су­дебной экспертизы. Последнее и • служит основанием

    ' П. В. 1Копнин справедливо отмечал, что «проблема состоит как раз в том, чтобы, не подменяя, с одной стороны, философскими ка­тегориями понятий специальных наук, а с другой, не превращая по­следние в новые философские категории, непрерывно изменять со­держание философских категорий, включать в их систему новые, но именно философские познания» (см.: iK. вопросу об изменении со­держания категорий в связи с развитием познания.— «Диалектика и логика научного познания». М., 1966, с. 135).

    70

    к тому, чтобы остановиться на характеристике логиче­ских методов (которые в общефилософской и специаль­ной литературе иногда рассматриваются как универ­сальные, общие методы познания).

    Метод абстрагирования. Сущность этого метода со­стоит в мысленном отвлечении от несущественных свойств, связей, отношений предметов и одновременно в выделении, фиксировании одной (либо нескольких), существенной для исследования стороны объекта

    познания.

    Переходя от одного уровня абстрагирования к дру­гому, исследователь получает абстракции все возрас­тающей степени общности. Так, постепенно отвлекаясь от все большего числа конкретных свойств определен­ного человека, можно получить подобный ряд абстрак­ции: мужчина—человек—живое существо—матери­альный объект. При этом познание как бы отходит, удаляется от действительности, конкретности и много­образия. Такой отход есть непременное условие позна­ния глубинных, внутренних связей этой действительнос­ти, целостности. В. И. Ленин указывал: «Мышление, восходя от конкретного к абстрактному, не отходит— если. оно правильное... от истины, а подходит к ней. Абстракция материи, закона природы, абстракция стои­мости и т. д., одним словом, все научные (правильные, серьезные, не вздорные) абстракции отражают природу глубже, вернее, п о л н е е»1.

    Абстракция по своей функции позволяет заменить в познании сравнительно сложное простым (но выра­жающим основное в этом сложном). Существуют раз­личные формы абстрагирования: отождествления, изо­лирования, конструктивизации2.

    Абстракция отождествления—образование понятий "путем объединения предметов, свойств и признаков в особый класс, отождествления единичных предметов, связанных отношениями типа равенства. При этом в качестве обязательного момента выступает отвлече­ние от ряда, в том числе специфических свойств таких предметов.

    Изолирующая абстракция — это выделение свойств

    ' Л ендн В. И. Поли. собр. соч., т. 29, с, 152. 2 См.: С и ч и в и ц е О. М., с. 28, 30—32.

    71

    IV. 'Специальные методы, функции которых выпол­няют специализированные методы экспертного иссле­дования.

    Диалектико-материалистическая теория определяет методологические начала всякой деятельности и, конеч­но, экспертного познавательного процесса. Из этого следует, что возможно развитие общих и частных мето­дологических начал, определяющих принципы конкрет­ного познания как теоретико-фундаментального, так и эмпирического уровней. В этой связи вполне право­мерно формирование методологических основ юридиче­ской науки, ее отраслей, например, криминалистики, а применительно к объекту нашего исследования—в об­ласти судебно-экспертного познания.

    Диалектика как общая методология является осно­вой настоящего исследования и, конечно, практического экспертного познания. Вместе с тем Диалектико-мате­риалистическая теория как метод познания не подме­няет и не исключает, а предполагает применение общих и частных методов исследования, своеобразных методик и приемов, зависящих от конкретной задачи, предмета и объекта исследования1.

    Очевидно, в арсенале методов экспертного исследо­вания (равно в любом другом научном или практиче­ском познании) существенное значение имеют диалек-тико-логические и формально-логические закономернос­ти, категории, операции, определяющие образ правильного мышления, ведущего к истинному по­знанию.

    Из всего арсенала логического аппарата некоторые методы получили наиболее широкое распространение, имеют преимущественное значение и, вероятно, поэтому им были посвящены специальные исследования в кри­миналистике, теории доказывания, в общеметодологи­ческих разработках по отдельным родам и видам су­дебной экспертизы. Последнее и -служит основанием

    ' П. В. 1К.опнин справедливо отмечал, что «проблема состоит как раз в том, чтобы, не подменяя, с одной стороны, философскими ка­тегориями понятий специальных наук, а с другой, не превращая по­следние в новые философские категории, непрерывно изменять со­держание философских категорий, включать в их систему новые, но именно философские познания» (см.: il< вопросу об изменении со­держания категорий в связи с развитием познания.— «Диалектика и логика научного познания». М., 1966, с. 135).

    70

    к тому, чтобы остановиться на характеристике логиче­ских методов (которые в общефилософской и специаль­ной литературе иногда рассматриваются как универ­сальные, общие методы познания).

    Метод абстрагирования. Сущность этого метода со­стоит в мысленном отвлечении от несущественных свойств, связей, отношений предметов и одновременно в выделении, фиксировании одной (либо нескольких), существенной для исследования стороны объекта познания.

    Переходя от одного уровня абстрагирования к дру­гому, исследователь получает абстракции все возрас­тающей степени общности. Так, постепенно отвлекаясь от все большего числа конкретных свойств определен­ного человека, можно получить подобный ряд абстрак­ции: мужчина—человек—живое существо—матери­альный объект. При этом познание как бы отходит, удаляется от действительности, конкретности и много­образия. Такой отход есть непременное условие позна­ния глубинных, внутренних связей этой действительнос­ти, целостности. В. И. Ленин указывал: «Мышление, восходя от конкретного к абстрактному, не отходит— если. оно правильное... от истины, а подходит к ней. Абстракция материи, закона природы, абстракция стои­мости и т. д., одним словом, все научные (правильные, серьезные, не вздорные) абстракции отражают природу глубже, вернее, полнее»'.

    Абстракция по своей функции позволяет заменить в познании сравнительно сложное простым (но выра­жающим основное в этом сложном). Существуют раз­личные формы абстрагирования: отождествления, изо­лирования, конструктивизации2.

    Абстракция отождествления—образование понятий путем объединения предметов, свойств и признаков в особый класс, отождествления единичных предметов, связанных отношениями типа равенства. При этом в качестве обязательного момента выступает отвлече­ние от ряда, в том числе специфических свойств таких предметов.

    Изолирующая абстракция—это выделение свойств

    ' Л енлн В. И. Полн. собр. соч., т. 29, с. 152. 2 См.: С и ч и в и ц е О. М., с. 28, 30—32.

    71

    исследователь может через познание отдельного подни­маться до познания общего, закономерного.

    Научная индукция—это совокупность приемов (уста­новления причинной связи, взаимозависимости, це­лостности, других закономерностей). В их числе обычно называют методы единственного сходства, единствен­ного различия, соединения сходства и различия, сопут­ствующих изменений, наконец, метод остатков. Это об­щеизвестно.

    Дедукция (от латинского «выведение»)—это способ

    рассуждения, при котором вывод строится от общего к частному; он не выходит за рамки тех предметов, о которых в какой-то степени шла речь в посылках. Дедукция часто используется для того, чтобы получить в явном виде ту информацию, которая неявно предпола­гается посылками. Часто дедуктивным путем (из извест­ных фактов и общих положений) могут делаться боль­шие открытия'. На базе дедукции в науке созданы такие методы теоретического исследования, как аксиоматиче­ский, математической гипотезы, гипотетико-дедуктивные

    операции и др.

    Умозаключения дедуктивного типа представляют собой прямую противоположность индуктивным умо­заключениям. Логически процесс в индуктивных заклю­чениях начинается с положения о единичных, частных случаях и заканчивается утверждением о целом классе, охватывающем эти частные случаи; в дедуктивных за­ключениях этот процесс начинается с общих положений (выводов) и заканчивается применением общей истины к тому или другому относительно частному (отдельно­му) случаю2.

    Метод идеализации—использование идеальных объектов, не существующих в действительности. Мыс­ленное конструирование объектов такого рода состав­ляет понятие идеализации. Использование идеальных объектов позволяет переходить от эмпирических обоб­щений и законов к строгой формулировке их, например, на языке математики, что облегчает дедуктивное по-

    ' См.: Основы марксистско-ленинской философии. М., 1973,

    с. 210—212. ' .

    2 См.: Избранные труды русских логиков XIX века. М., 1956,

    с: 303. . 74 .

    строение знаний,. на основе которых осуществляется практическая деятельность.

    Метод формализации'—изучение самых разнообраз­ных объектов путем отображения их содержания и струк­туры в знаковой форме, при помощи искусственных языков. Метод формализации базируется на использо­вании социальной символики, введение которой обеспе­чивает краткость -и четкость фиксации знания. Форма­лизация позволяет формировать знаковые модели объектов, изучение реальных вещей и процессов заме­нять исследованием этих моделей2.

    В то же время, говоря о формализации, не следует преувеличивать ее роль в познании, например «нельзя механически и бездумно переносить методы и подходы, сложившиеся в естествознании, на социальную форму движения материи. Социальные процессы по самой сво­ей природе не могут быть полностью формализованы и измерены. Поэтому чрезмерное увлечение количествен­ными методами и формализацией, абсолютизация их значения в ущерб содержательному анализу в лучшем случае создает лишь обманчивую видимость» так назы­ваемого научного модерна, иллюзию строгой научности3.

    Аксиоматический метод4—построение высказываний, при котором ряд утверждений принимается без доказа­тельств, а остальное значение выводится из них по определенным логическим правилам. Принимаемые без доказательств положения называются аксиомами, а вы­водное знание фиксируется в виде теорем, законов. Ак­сиоматизация науки или иного знания требует точного определения используемых понятий и строгости рас­суждения. Она непременима в нематематических иссле­дованиях, если не используются математические ме­тоды. . . .

    Системно-структурный метод призван обеспечить

    ' См.: Сичивице О. М., с. 60—61.

    2 В последнее время данное направление исследований получи­ло несколько ответвлений — математический, • кибернетический и т. п. способы моделирования; формализация часто рассматривает­ся условием кибернетического моделирования, одним из его приемов.

    3 См.: Волков Г. Научно-техническая революция: естествозна­ние м г'';Lцe"•'зoвe.-.c^тиe.—«Правда», 1973, 11 декабря.

    4 См.: С и ч и в и ц е О. М., с. 64—66.

    75

    познание системы' и структуры изучаемого объекта, раскрытие элементов целостности, закономерностей их связи и взаимодействия. Это метод характеризуется прослеживанием соотношения, связи различных частей и элементов системы, выделением наиболее твердой, за­кономерной связи и одновременно определением вре­менных, непостоянно действующих элементов и т. д. Системно-структурный анализ помогает исследовать способы взаимодействия различных элементов системы, частей целого2. Познание общей структуры уже создает возможности более углубленного анализа: .выделение отдельных элементов структуры при определенном аб­страгировании от ряда взаимосвязей.

    Системно-структурный подход тесно сочетается с синтезом; имеется постоянное переплетение анализа и синтеза в процессе исследования всех видов связей, взаимодействие элементов изучаемого объекта.

    Метод «черного ящика»—один из распространен­ных методов современного научного исследования,в том числе и экспериментирования в криминалистике при разработке методики судебных экспертиз. Этот метод отвечает требованию творческих поисков в науке. Он позволяет сформулировать общие положения, достовер­ность которых основывается на установленных, но в полной мере не объясненных закономерностях. «Мы можем,—писал Георг Клаус,—обладать методом под­хода к вещам, еще тогда, когда структура этих вещей и их точный способ поведения не совсем известны. Ме­тод вполне может быть основан на отношении «вход— выход». В данном случае это значит, что мы знаем, что

    ' Под системой понимается «упорядоченная совокупность взаи­мосвязанных и взаимодействующих элементов, закономерно обра­зующих единое целое, обладающее свойствами, отсутствующими у элементов и соотношений, его образующих» (Кравченко Р. Г., Скречитка А. Г. Основы кибернетики. М., 19'74, с. 21).

    Структура — это строение и внутренняя форма организации сис­темы, выступающая как единство устойчивых взаимосвязей между ее элементами (см.: Философский словарь. М., 1972). Система и структура подобны отношению общего и частного; они не тождест­венны, но разграничение их осуществляется применительно к кон­кретному предмету, к объекту познания.

    2 В литературе данный метод часто именуют методом структур­ного анализа, структурного подхода. Наряду с этим указывается и на системный образ действия, познания.

    76

    если мы на определенную систему подействуем опреде­ленным образом, то получим соответствующий резуль­тат. Потом, очень часто,—спустя много времени, теория объяснит нам, почему это так происходит»'.

    Этот метод позволяет утверждать о возможности достоверности выводов судебных экспертов при незна­нии или неполном.знании механизма исследуемого ими явления, объекта, пока недоступных для изучения за­крытой структуры, о внутреннем строении которой в науке нет еще должной информ-ации. Так, например, во многом еще остаются «черным ящиком» вопросы су­дебного почерковедения, относящиеся к характеристике свойств и признаков почерка, обусловленных анатоми­ческими и физиологическими особенностями человека. То же можно сказать и о возможностях органолепти-ческнх методов, в том числе биологических индикато­ров и т. п.

    В заключение отметим, что экспертное познание не ограничивается реализацией 'названных выше универ­сальных логических методов,— эксперты используют весь аппарат логики, 'со всеми ее современными ответ­влениями и направлениями, открывающими новые пути познания. При характеристике рассмотренных методов авторы не допускают мысли о возможности жесткого разделения и противопоставления методов (операций) формальной логики и категорий, законов диалектиче­ской логики—этим и можно объяснить то, что изложен­ный выше круг методов выходит за рамки традиционных представлений об операциях формальной (традицион­ной) 'логики. Авторы руководствуются многоплановой познавательной ролью диалектического метода.

    В философской литературе диалектика в широком смысле слова рассматривается как наука о наиболее об­щих законах движения и развития природы, общества, сознания и одновременно в аспекте общей методологи­ческой теории познания. Но диалектика—это и логика с многими уровнями, в частности, теоретико-познава­тельным. Наконец, на третьем уровне она выступает как метод познания, т. е. диалектика—это логика (некото-

    ' Клаус Г. Кибернетика и философия. М., 1963, с. 191. См. также: В и н б е р г А. И. Выводы эксперта при неполном знании изучаемого явления.—«Советское государство и право», 1975, № 6.

    77

    рыми авторами данный уровень именуется диалектиче-•ской логикой)'.

    Вместе с тем, мы не отождествляем философские ка­тегории и конкретно-научные понятия (в том числе ме­тоды) широкой степени общности и поэтому считаем целесообразным выделение общих и частных методов и рассмотрение их на самостоятельном уровне.

    Заметим, что деление методов на общие и частные условно хотя бы потому, что оно зависит от степени их общности и соположения в. каждой конкретной области научного или практического познания. В ряде случаев к общим методам относят те, которые применяются во многих науках, областях познания либо в группе науч­ных исследований. В других случаях—в зависимости от того, на какой ступени познания они применяются— на эмпирической или теоретической. Общепринятой классификации методов, их структуры пока еще нет. По­этому авторами признано целесообразным названные выше во втором уровне методы: наблюдение, измерение, описание и др.— именовать общими, учитывая, что 'они реализуются во всех родах, видах и разновидностях су­дебной экспертизы.

    К частным методам экспертного исследования можно отнести прежде всего инструментальные или так назы­ваемые физические, химические, фотографические, при­кладные методы, реализуемые .в судебной экспертизе в специальных целях, для решения в совокупности с дру­гими методами конкретных практических задач. Эти ме­тоды являются действительно частными, если мы попы­таемся сравнить их с методами наблюдения, измерения, описания и другими общими методами. Однако при дру­гом соположении, например, вне сферы судебной экспер­тизы, частные методы могут выполнять функции общих методов и даже выступать в качестве теории. В свою очередь, общие методы (вместе или по отдельности) по отношению к диалектическому методу являются част­ными и даже специальными, поскольку с их помощью. изучаются отдельные свойства материи, особые качест­венные или количественные стороны событий, фактов, явлений, действий.

    ' См.: Пузиков П. Д. Диалектика как общая методологи­ческая теория.—«Вопросы философии», 1974, № '11; К о пни и П. В. Диалектика как логика и теория познания. М., 1973.

    78 .

    Под специальными методами часто понимают такие, которые применяются только в одной конкретной отрас-ди знания, используются для решения группы или опре­деленного типа задач. Относительно специальных мето­дов нам представляется оправданным утверждение А. Р. Шляхова рассматривать таковыми методики экс­пертного .исследования (на уровне рода, вида, разновид­ности или подвида экспертиз). Дело в том, что попытки определить какой-нибудь метод в качестве специально­го оказываются безрезультативными. Во-первых, нет ни одного метода и даже приема, который не находил бы применения в нескольких отраслях экспертного знания. Во-вторых, на современном этапе развития научного и практического знания общепринятой является концеп­ция комплексного исследования, синтезирования полу­ченных результатов для рационального и наиболее вер­ного знания, достижения истинности'. Синтез данных, полученных в результате использования общих и част­ных методов, нередко дает новые знания, качественно иное представление об объекте познания (например, о предмете судебной экспертизы).

    Этим условиям отвечает понятие методики эксперт­ного исследования как системы методов, приемов и тех­нических средств2. В ее структуре формируются общие положения, определяющие схему направления исследо­вания, а также комплексы методов и объективные кри-.терии надежности выводов эксперта.

    Рассмотрим теперь общие и частные методы эксперт­ного исследования. Для уяснения сущности, места и роли методов представляется полезным рассмотреть основные черты общих н частных методов экспертного исследова­ния (которые присущи, .как отмечалось ранее, и другим отраслям познания). К общим методам относятся:

    1. Метод наблюдения3. Под наблюдением в теории и практике познания понимается преднамеренное, плано­мерное, целенаправленное восприятие, предпринимаемое в целях изучения предмета, явления.

    Развиваемое учение о синтезе см. в работах Б. М. Кедрова (в частности, «Синтез современного научного знания». М., 1973).

    2 Методика — совокупность способов, методов, приемов для си­стематического, последовательного, наиболее целесообразного прове­дения какой-либо работы (см.: БСЭ, изд. 2-е, т. 27, с. 314).

    3 См.: Сичивице О. М., с. 8.

    79

    Целенаправленность и организованность при наблю­дении не только позволяют воспринимать наблюдаемый объект как нечто цельное, но и дают возможность рас­познать в 'нем единичное общее, состояние предмета, его изменения, различить детали, установить некоторые ви­ды его связей с другими объектами и т. п. Тем саммм наблюдение сочетает в себе и чувственное, и рациональ­ное познание. Целью наблюдения является установление фактов, что в сущности представляет собой их познание.

    Количество объектов наблюдения определяется це­лями и содержанием исследования. В зависимости от этого их может быть один или несколько.

    Различают простое и квалифицированное наблюдение (последнее с помощью научно-технических средств, в специальных условиях).

    2. Метод измерения'. По существу его составляют различные по. характеру и уровню системы приемов. Способы измерения подразделяются на два вида: пря­мые (непосредственные) и непрямые (опосредствован­ные). При прямом измерении изучаемые величины прямо сравниваются с мерой и результат воспринимается непо­средственно, с учетом опытных данных измерения. Опо­средствованные измерения подразделяются на косвенные и совокупные. К косвенным относятся случаи измерений, результаты которых получаются на основании опытных данных прямых измерений и включают несколько вели­чин, связанных с искомой величиной определенным урав­нением. В зависимости от точности измерения, в свою очередь, различают лабораторные (прецизионные) и технические измерения. Под лабораторными понимают­ся измерения, при выполнении которых производится учет точности измерений, а под техническими—измере­ния, когда заранее принимается определенная точность, достаточная для да'нной практической цели.

    3. Метод описания. Под описанием понимается ука­зание существенных и несущественных признаков объек­та, устанавливаемых путем наблюдения, измерения. Это ' средство выражения результатов применения методов познания. Часто указанный метод является этапом обоб­щения полученной информации и вместе с тем средством ее фиксации.

    i См.: Там же, с. 20.

    80

    Описание может быть непосредственным, которое

    осуществляется исследованием для отображения резуль­татов непосредственного наблюдения, либо опосредство­ванным, когда в его содержание входит указание при­знаков объекта, которые воспринимались другими, в том числе с помощью приборов (в частности ЭВМ).

    4. Метод эксперимента' — наблюдение объекта, ис­кусственное систематическое изменение условий наблю­даемого явления, его связи с другими явлениями. Цель эксперимента — выявить природу наблюдаемого явле­ния, его сущность.

    Эксперимент представляет собой единство трех мо­ментов, без которых он не может быть достаточно на­дежным и эффективным,

    Первое—базис эксперимента. Прежде всего, это определенный уровень технической вооруженности ис­следователя. Развитие технических средств познания приводит к превращению наук из описательных в экспе­риментальные (например, экспериментальная психоло­гия стала возможной, в результате появления экспери­ментально-психологической аппаратуры, с созданием спутников и космических кораблей возникла эксперимен­тальная астрономия и многие другие области знания. Исследователь должен располагать также определенным теоретическим базисом, т. е. совокупностью знаний о по­знаваемом объекте, о принципах функционирования при­боров и надежности получаемых с их помощью резуль­татов. Эксперимент предполагает выдвижение гипотез (в теории—проблематичных высказываний, научных ги­потез).

    Второе—упорядоченность экспериментальных опера­ций (опытов). Эксперимент—это совокупность предмет­но-чувственных действий, характер которых в каждом конкретном случае определяется целью и природой изучаемого объекта, принципами системного функциони­рования технических средств. Не случайно в теории эк­спертиз подчеркивается необходимость разработок спе­циальных методик проведения как научного, так и прак­тического эксперимента.

    Третье—выводы, основанные на результатах экспе­римента, должны быть подтверждающими или опровер-

    ' См.: С и ч и в и ц е О. М-, с. 24.

    81

    гающими ту или иную гипотезу и информационно-иссле­довательскими, т. е. содержащими информацию (знания), получение которой определялось постановкой задачи, а также дополнительную, не предусмотренную выдвину­той гипотезой.

    5. К общим методам относятся также близко стоящий к эксперименту метод моделирования, применяемый для изучения отдельных объектов судебной экспертизы (от механизма следообразования до технологических про­цессов)1.

    Модель—это объект, преобразованный исследовате­лем для определенных познавательных целей. Обычно моделью служит материально-вещественный объект или .искусственная система как промежуточное звено между исследователем и исследуемым объектом (объект-ориги­нал). Суть моделирования—замещение объекта позна­ния моделью и изучение модели с последующим распро­странением результатов изучения на объект познания.

    Моделирование является методом опосредствованно­го исследования. Исследование модельных закономер­ностей используется для познания изучаемого объекта-оригинала, тем более что в ряде случаев оригинал недо­ступен для восприятия, даже если при этом используются специальные научно-технические средства. В выборе мо­делей важную роль играет аналогия.

    Среди общих методов следовало бы назвать также планирование, построение гипотез, методы прикладной математики и программно-математические методы при­менения ЭВМ. Их практическая реализация будет, по возможности, освещена применительно к отдельным ро­дам и видам экспертиз.

    Под частным методом понимается система опреде­ленных правил, рекомендаций по изучению конкретных свойств и признаков объектов; «частнонаучный метод— это способ исследования, предполагающий специфическое применение познавательных средств для изучения кон­кретной области объективного мира»2. К числу частных

    ' См.: Сичивице О. М., с. 44. Иногда моделирование относят к специальным методам, учитывая специфические и разнообразные формы его применения в криминалистическом и ином экспертном исследовании (см.: Методологические основы научного познания. М.,'1972, с. 246-247, 251).

    2Пoдкopытoв Г. А. Соотношение диалектического метода с частнонаучными методами.—«Вопросы философии», 1962, № 6.

    82

    методов экспертизы относятся прежде всего инструмен­тальные методы: судебная фотография, судебная микро­скопия и микрофотография, судебная спектроскопия, су­дебная хроматография, судебная рентгенография и др. Иногда частные методы отождествляются с так называе­мыми специальными методами (которые находят приме­нение в какой-либо одной области знания для решения специфических задач, но не используются в других сфе­рах человеческой деятельности).

    При рассмотрении методов экспертного исследования весьма затруднительно выделить и строго обозначить какой-либо один (либо группу) метод в качестве частно­го (частных). Вместе с тем можно указать на ряд при­знаков, присущих частным методам, и в соответствии с этим выделить такие методы применительно к сфере эк­спертного исследования (поскольку названные ниже частные методы в других областях науки и практики приобретают иное значение: образуют предмет теории, экспериментальных разработок, общего метода и т. д.).

    В первую очередь следует указать на частный харак­тер решаемых задач. Например, в криминалистической экспертизе—выявление какого-либо конкретного свой­ства, признака, но имеющего значение (ценность) лишь в совокупности с иными признаками, которые устанавли­ваются посредством других методов.

    Во-вторых, специфичность реализации данной теории метода (общих принципов), стандартного оборудования, аппаратов и других технических средств. Такая специ­фичность обусловлена особенностями предмета и объек­та судебной экспертизы. Общие принципы метода при­бора серийного производства не исключают, а наоборот, предполагают трансформацию, дополнения, усовершен­ствования общеизвестных устройств, приборов, аппара­тов. Более того, вырабатывается своеобразная система приемов для реализации возможностей метода и его ин­струментально-технических средств в конкретной облас­ти экспертного знания, при решении специальных групп задач (которые исследуются специалистами определен­ного профиля экспертной деятельности).

    Эти положения определяют и частные признаки (ха­рактеристики) методов—своеобразные системы приемов использования инструментальных методов и технических средств в процессе экспертного исследования.

    83

    В 50—60-х годах в советской криминалистике много внимания уделялось разработке приемов использования фотографических и микроскопических методов и техни­ческих средств их реализации. Физико-химические мето­ды в основном применялись для исследования отдельных физических или химических констант, свойств, в частно­сти, тепло- и электропроводности, горения, взаимодей­ствия с определенными реактивами — кислотами, щело­чами, нейтральными веществами. Затем тщательной раз­работке подвергались методы познания компонентного и химического (элементного) состава сравниваемых ве­ществ, а именно: спектральный, хроматографический, масс-спектрометрический и др. Эти методы теперь широ­ко применяются в экспертной практике. В последнее время, в основном с 70-х годов, к ним прибавились ком­плексы геометрических, математико-статистических и кибернетических методов. Все они, по нашему мнению, выполняют функции частных методов.

    Эти методы можно именовать также частноспециали-зированными. Они реализуются с помощью простых или сложных инструментальных средств либо разрабатыва­емых специальных устройств. Таким образом создается специфическая экспертная техника.

    В литературе среди частных методов нередко назы­вают физические, технические, химические, биологиче­ские методы, имея при этом в виду, с одной стороны, их «материнское» происхождение, а с другой стороны, природу изучаемых свойств и признаков объектов судеб­ной экспертизы.

    Коротко остановимся на вопросе взаимосвязи логи­ческих, общих и частных инструментальных методов в познании.

    Диалектика, материалистическая теория познания я логика лишь в своем единстве составляют гносеологиче­ский базис всякого теоретического или практического познания'. Это обязывает нас рассмотреть особо, пробле­му взаимосвязи методов деятельности судебного эк­сперта.

    Прежде отметим, что авторы придерживаются точки

    ' См.: Кедров Б. М. Единство логики, диалектики и теории •познания. М., 1963; К о пни н П. В. Диалектика как логика и тео­рия познания. М., 1973,с.324.

    84

    зрения о целесообразности различения (несмотря на трудности) методов, используемых в 'научном и практи­ческом познании, в зависимости от сферы их применения.

    В науке, например, их лучше именовать научными (общенаучными, частнонаучными), но не следует под­черкивать последнего в случае реализации их в практи­ческом экспертном^исследовании. Однако методы науки и практического познания противопоставлять нельзя, по­скольку эксперт опирается на теорию методов, включае­мую в научные основы судебной экспертизы.

    Пытаясь .выяснить природу метода, определить его место и значение, следует всегда иметь в виду, что мно­гое при этом зависит от того, с чем соотносятся методы, какое основание для классификации избирается, какую роль они играют в данной области научной или практи­ческой деятельности.

    В частности, выясняя природу и соотношение методов экспертного исследования, все же не следует отождест­влять последние с методами науки, хотя они и имеют сходные наименования, черты, а подчас и задачи. По­скольку авторы различают научную и практическую формы деятельности, постольку допускают различия в методах их осуществления. Однако при общей характе­ристике и систематизации этих методов различие не всегда нами подчеркивается, ибо, как справедливо от­мечается в нашей литературе, в практической деятель­ности, равно в научном исследовании, могут применять­ся методы познания, «гносеологическая сущность кото­рых остается одной и той же независимо от сферы применения»1.

    Однако по этим проблемам криминалистики и судеб­ными экспертами еще не достигнуто единого представ­ления, что затрудняет различие общих и частных мето-дов исследования.

    И все же не следует делать вывод о противоречивос­ти в соотношении названных методов. Дело в том, что отдельные методы являются не только методами разви­тия науки (познания ее предмета и объекта), но и мето­дами практической деятельности. Между методами нау­ки и практического познания эксперта нет жестких гра-

    1 См.: Белкин Р. С., Винберг А. И. Криминалистика и до-казывание. М.,1969, с. 22.

    85

    ниц. Более того, методы науки должны быть основой в

    экспертном познании.

    Во всяком экспертном познании воплощаются одно­временно все законы и операции логики: анализ, синтез, сравнение, абстрагирование, построение умозаключения путем индукции и дедукции. Широко применяются и та­кие общие методы, как наблюдение, измерение, описа­ние, моделирование, эксперимент и другие, которые так­же обеспечивают успех в решении поставленных перед экспертом задач. Последние допустимо называть общи­ми, если относить их к сугубо частным методам и прие­мам, например, к инструментальным, исходной методи­ческой основой которых могут быть наблюдение, изме­рение и т. п.' ,

    В настоящее время судебные эксперты располагают

    богатым арсеналом высокоэффективных инструменталь­ных методов, приемов и средств для решения самых. разнообразных вопросов. Благодаря усилиям кримина­листов, ученых других отраслей судебной экспертизы арсенал научно-технических средств постоянно обога­щается новыми, более совершенными приборами, аппа­ратурой и устройствами. Для их применения разрабаты­ваются специальные способы и приемы, учитывающие не только общеисследовательские возможности инструмен­тальных средств, но и особенности изучаемых объектов и конкретные задачи исследования. Систематизация та­ких приемов на основе полного раскрытия возможностей инструментальных средств позволяет формулировать об­щие принципы и разрабатывать частные методики при­менения приборных средств исследования, например, спектрографического анализа, инфракрасной спектромет­рии, газожидкостной хроматографии, инфракрасной, ультрафиолетовой люминесценции, профилирования и т, п. Система приемов использования различных техни­ческих средств приобретает определенную специфику благодаря особым задачам, своеобразию изучаемых объ-

    ' В отличие от всеобщего метода познания диалектики наблю­дение, измерение, эксперимент, моделирование принято называть об­щими методами исследования, которые в практической или научной деятельности выражаются в виде частных или специальных приемов познания в соответствии с целями исследования и т. п. (см.: Л у з-гин И. М. Расследование как процесс познания. Автореф. докт.

    дисс. М., 1968, с. 12). 86

    ектов, процессуальных требований и условий экспертно­го исследования.

    Следовательно, инструментальные методы исследова­ния — это совокупность приемов (способов) применения общеизвестных технических средств при исследовании объектов судебной экспертизы для решения вопросов,

    предопределяющих предмет экспертизы.

    Вместе с тем следует учитывать, что при производ­стве экспертиз инструментальные методы используются на- основе и в развитии логических и общих методов ис­следования. Но нельзя забывать о своеобразии приме­нения общих и логических1, как и инструментальных, ' методов исследования в экспертной деятельности.

    Логические, общие и инструментальные методы по­знания имеют определенную общность. Логические по­тому, что присущи всякому рациональному мышлению и содействуют истинности знания. Такие методы, как наблюдение, описание, измерение, эксперимент, модели­рование также находят широкое применение в различ­ных областях научного исследования, практического знания при проведении различного рода и видов экспер­тиз. Поэтому и они приобретают роль общих (или обще­познавательных) методов.

    Хотелось бы отметить, что не следует жестко опре­делять место того или иного метода по его роли и зна­чению в конкретном познании. Последнее зависит от объема решаемых задач, распространенности, рода и вида судебной экспертизы. Например, несмотря на общее значение логических методов, столь же значитель­ную степень общности имеют методы наблюдения, изме­рения, описания и др. В отдельных видах исследования -или на некоторых его этапах одни логические законы, операции или общие методы приобретают большее, дру­гие — меньшее, частное значение (в смысле эффектив­ности результата и т. п.). Каждый из методов эксперта-' зы связан с другими, иногда даже предопределяет или контролирует результаты другого метода. При этом

    1 «Например, логические законы и категории могут,— отвечает А. А. Зиновьев,—стимулироваться потребностями какой-то опреде­ленной области конкретных наук и иметь преимущественные прило­жения именно в них» (Зиновьев А. А. Очерк многозначной логи­ки.— В кн.: Проблемы логики и теории познания. М., 1968, с. 200—

    202).

    87

    важно правильно находить ему место в системе методов и по достоинству оценивать его познавательное значе­ние. Характеризуя роль, например, индукции и дедукции в познании, Ф. Энгельс дал прекрасное руководство по использованию любого метода (приема) и закона. Он указывал: «Индукция и дедукция связаны между собой столь же необходимым образом, как синтез и анализ. Вместо того чтобы односторонне превозносить одну из них до небес за счет другой, надо стараться применять каждую на своем месте, а этого можно добиться лишь в том случае, если не упускать из виду их связь между собой, их взаимное дополнение друг друга»'.

    Логические приемы и общие или частные методы познания необходимо использовать в совокупности. Их нельзя противопоставлять хотя бы потому, что первые пронизывают, сопровождают общие и частные методы. Возможно, этим объясняется то обстоятельство, что в перечне общих методов фигурируют логические прие­мы (например, сравнение). Наряду с экспериментом важную роль в современном развитии знания играет и моделирование. Между функциями логических мето­дов и методов научного и практического познания суще­ствует тесная взаимосвязь. Практически они дополняют друг друга, хотя подчас могут осуществляться в извест­ной последовательности либо приобретать преимуще­ственное применение.

    В познавательной деятельности эксперту не следует увлекаться одним методом и недооценивать другие. Ус-/ пеха можно достигнуть лишь при разумном их сочета­нии и дополнении. Важно пользоваться ими комплексно.

    Недопустимы также 'гиперболизация какого-либо логического общего или инструментального метода ис-. следования, увлечение одним и «глушение» других ме­тодов.

    § 4. Некоторые проблемы

    оценки эффективности

    методов экспертного исследования

    Тенденция развития судебной экспертизы показыва­ет, что в ней находит применение все большее количе­ство методов исследования из различных областей науки

    Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 20, с. 542—543.

    88

    и техники, все более совершенствуется техническая во­оруженность экспертных учреждений и методики иссле­дований при производстве экспертиз. Совершенствова­ние методики осуществляется по двум основным направ­лениям одновременно.

    Первое направление—это использование современ­ных достижений науки и техники для решения различ­ных задач судебной экспертизы. Оно связано с научно-техническим прогрессом во всех сферах человеческой деятельности- Новые более совершенные методы иссле­дования могут позволить решать многие задачи судеб­ной экспертизы с большей достоверностью, точностью и в более короткие сроки; появляется возможность ре­шать вопросы, которые не решались ранее.

    Это направление в области совершенствования су­дебной экспертизы определяется в основном результа­тами научно-исследовательской работы, проводимой в экспертных учреждениях по исследованию возможно­стей успешного применения методов и технических средств, используемых в други-х областях науки и тех­ники, и разработке на их основе новых методов и техни­ческих средств специально для целей судебной экспер­тизы.

    Второе направление—широкое внедрение в эксперт­ную практику применяющихся в судебной экспертизе методов исследования, которые оказались в наибольшей степени отвечающими ее задачам, и устранение из арсе­нала судебной экспертизы устаревших, наименее эффек­тивных методов исследования и технических средств.

    Это направление в области совершенствования су­дебной экспертизы связано с тем, что в экспертных учреждениях нередко применяются устаревшие, малоэф­фективные методы и технические средства. Во многих случаях для решения одних и тех же задач применяют­ся разные, не равноценные своими результатами методы.

    Вопрос о целесообразности применения того или ино­го метода в экспертной практике или об его эффектив­ности может быть решен на основании соответствующей его оценки. В известной степени говорить об оценке от­дельно взятого метода исследования в различных видах судебной экспертизы можно лишь условно. При решении конкретной задачи, стоящей перед экспертом в процес­се исследования и'м объекта, результативность достига-

    Qfl

    89

    ется в итоге применения, как правило, совокупности ме­тодов, используемых при этом в определенной последо­вательности. В связи с этим закономерно возникает вопрос: следует ли говорить об оценке методики эксперт­ного исследования объекта при решении конкретной за­дачи, стоящей перед экспертом?

    С теоретико-криминалистических позиций данная проблема отсылает нас к понятию единичного как сово­купности: будут ли это свойство объекта, его признаки, или же в более широком аспекте пойдет речь о доказа­тельственном значении отдельно взятого доказательства или же совокупности собранных по данному делу дока­зательств.

    Известно, что в уголовно-процессуальной науке, в теории судебных доказательств, идет ли речь о прямых доказательствах, а тем более о косвенных—во всех слу­чаях выводы следователя и приговор суда всегда осно­вываются на совокупности доказательств и их оценке с учетом противоречивости отдельных их них. Ни одно уголовное дело не может быть разрешено только на ос­нове единственного имеющегося в нем доказательства.

    В теории криминалистической идентификации, когда устанавливается тождество объекта на основе сравни­ваемых признаков, правилом является, что индивидуаль­ным и неповторимым будет не отдельно взятый признак объекта, а совокупность его признаков в данной конк­ретной ситуации, ибо отдельно взятые признаки или свойства могут иметь многочисленные совпадения, даже и среди редко встречаемых.

    Вот почему, говоря об эффективности того или дру­гого экспертного метода (в отличие от их совокупности, выраженной в методике), следует в первую очередь под­черкнуть, что так ставить вопрос можно только при определенных условиях: когда для сравнения эффектив­ности берутся различные отдельные методы, но на одном их уровне при решении данной конкретной задачи, либо берутся методы на различных уровнях, ступенчато, при использовании их в определенной последовательности, на уровне каждой ступени, а также в целостном общем их применении при решении поставленной эксперту,-задачи.,

    Конечно, это не исключает закономерности постанов­ки вопроса о степени эффективности отдельно взятого

    90

    метода вне сравнения' его с другими. Ведь могут быть и такого рода исследования, где применение находит только один 'метод, который по его результатам может быть признан к тому же и недостаточно эффективным, но который заменить другим методом в данное время не представляется возможным. В этом случае критерием оценки данного метода будут являться его результатив- • ность, затрата времени и труда, повреждаемость иссле­дуемого объекта и т. п.

    Закономерно возникает вопрос, почему при решении той или другой задачи, поставленной перед экспертом, применяется несколько методов, не всегда даже при этом конкурирующих между собой.

    Представляется, что множественность методов, при­меняемых экспертом при решении поставленной зада­чи, может быть обусловлена тем, что условия многих задач являются неопределенными при постановке сле­дователем или судом вопросов перед экспертом. Так, на разрешение эксперта ставится задача—выяви гь текст на данном документе. Эта задача иллюстрирует понятие неопределенных условий для ее решения, ибо выявляемый текст мог быть выполнен чернилами, шари­ковой пастой, карандашом, мог быть подвергнут трав­лению, либо механической подчистке, что естественно требует применения различных методов исследования. Незнание условий решения конкретной задачи, отсутст-' вие в ней точных исходных данных приводит эксперта к необходимости поиска нужных ему в данных условиях методов. Отсюда и практика эвристической пробы того или иного метода, что в свою очередь и порождает на­личие нескольких методов для решения задачи с не­определенными условиями.

    Необходимость в проведении исследования одновре­менно .несколькими разными методами, в том числе и менее эффективными, при решении стоящей задачи может возникнуть также в тех случаях, когда это позво­лит использовать все установленные обстоятельства де­ла, имеющие отношение к решению задачи. При этом резко уменьшается вероятность ошибочного решения за­дачи в результате случайных ошибок, которые могли быть допущены при установлении тех или иных данных об обстоятельствах происшествия следственным путем.

    Очевидно целесообразно применение менее эффек-

    91

    тивных методов только в тех случаях, когда исследова­ния, основанные на тех же материалах дела, могут быть проведены с применением более эффективных и целесо­образных методов.

    В будущем, при детальной разработке всех конкрет­ных задач, возникающих при исследовании объектов данного вида экспертизы, число различных методов, ко­торые могут быть рекомендованы для экспертной прак­тики, значительно сократится. Оно будет ограничено кругом высокоэффективных и проверенных методов. Во многих случаях речь пойдет, как нам кажется, об одном методе при решении данной задачи (по принципу:

    100 вопросов—100 ответов), ибо экспертную интуицию заменит обоснованная рекомендация конкретного, наи­более эффективного метода, отвечающего условиям дан­ной задачи.

    Такая постановка вопроса, конечно, ни в коей мере'

    не противоречит общей тенденции комплексного изуче-ния объекта, осуществляемого представителями разнооб­разных наук, ибо сам по себе наблюдаемый ныне рост комплексных исследований, характерный для современ­ной науки, есть не что иное, как объективная закономер­ность научного прогресса, i^

    «С гносеологической точки зрения возрастание роли комплексных исследований предстает как закон разви­тия науки ввиду того, что человеческое познание, двигаясь в рамках восхождения от абстрактного к конк­ретному, постепенно выходит на такие рубежи, где необ­ходимостью становится переход к целостному, всесторон­нему или комплексному отображению всех тех объектов, которые длительное время оставались предметами абст­рактных, односторонних, узкоспециальных научных ис­следований. Соответственно этому комплексный подход к изучению явлений действительности становится важ­нейшим методологическим требованием, т. е- приобрета­ет статус полноправного научного метода»'.

    В этом аспекте представляется целесообразным под­черкнуть, что ни один из методов не используется в су­дебной экспертизе изолированно от других, ибо сами методы носят комплексный характер, поскольку и сама

    ' Сичивице О. М. .Методы и формы научного познания.. М.» 1972, с. 135.

    92

    судебная экспертиза, как вид практической деятельно­сти, представляет собой комплекс специальных позна­ний, трансформированных из материнских наук. Таким образом, подобно природе самого научного познания, природа процесса исследуемого объекта в судебной экс­пертизе осуществляется комплексным применением ме­тодов экспертного исследования, их взаимопроникнове­нием, рождающим новые области знания и соответствен­но новые методы.

    Для решения вопроса о том, какие методы следует

    рекомендовать для широкого внедрения их в экспертную практику и дальнейшего совершенствования и какие в меньшей степени отвечают требованиям экспертной практики, особое значение приобретает научно обосно­ванная их оценка с точки зрения целесообразности ис­пользования при производстве судебных экспертиз.

    Вопрос об оценке методов исследования, применяю­щихся в судебной экспертизе, связан с рядом трудно­стей, обусловленных большим их числом и разнообрази­ем во всех видах судебных экспертиз.

    Некоторые трудности возникают также в связи с тем, что в литературе отсутствует достаточно полная разра­ботка вопросов, связанных с оценкой методов исследова­ния в судебной экспертизе и выбором наиболее целесооб­разных.

    Прежде чем рассматривать вопросы, связанные

    с оценкой методов исследования с точки зрения целесо­образности 'их использования в судебной экспертизе и их эффективности при решении различных задач, не- , обходимо раньше всего уточнить, на каком уровне иссле­дования может быть дана такая оценка.

    Очевидно не может идти речь об оценке методов ис­следования на общенаучном уровне познания; методов наблюдения, измерения, эксперимента, анализа, синтеза, сравнения и т. п. Эти методы органически связаны с каждым конкретным процессом исследования, неотде­лимы от него, невзаимозаменяемы и поэтому 'не могут быть подвергнуты оценке с точки зрения целесообраз­ности их применения.

    Где осуществляется экспертное исследование, там

    непременно используются эти методы.

    Наиболее полная и объективная оценка методу ис­следования может быть дана лишь тогда, когда речь 93

    идет об исследованиях определенной группы объектов с учетом технических средств, которые используются для решения определенной группы задач. Одна и та же задача может быть решена несколькими различными ме­тодами, хотя результаты исследования могут быть нерав­ноценными: иметь разную степень достоверности, точ­ности, потребовать разной затраты времени и средств-Следовательно, только на этом уровне понятия метода может быть дана 'обоснованная его оценка, поскольку имеется возможность оценить и затраты времени и средств для проведения исследования, и значение ожи­даемых результатов для решения экспертных задач.

    Целью оценки методов исследования является реше­ние вопроса о целесообразности использования этих ме­тодов в экспертной практике в целом или в отдельных экспертных учреждениях.

    Вопрос этот представляется достаточно сложным. Сложность заключается в том, что каждый метод харак­теризуется многими показателями, в то время как влия­ние каждого из этих показателей на общую оценку ме­тода различно в разных экспертных учреждениях в зависимости от конкретных условий и возможностей. Различной может быть оценка метода и в зависимости от конкретных обстоятельств дела.

    Поэтому вывод о целесообразности того или иного метода, сделанный разными экспертами, 'может не сов­падать. Тем не менее обобщение таких оценок различ­ных методов исследования позволяет получить более или менее объективные их оценки, определить перспективы использования в экспертной практике (специализацию экспертных учреждений по отдельным видам исследова­ний, вопросы подготовки и специализации экспертов, от­дельные вопросы, связанные с организацией НИР и др.).

    Помимо оценки качественных показателей метода исследования, на решение вопроса о целесообразности его использования в экспертной практике существенное влияние оказывает частота встречаемости задач, требу­ющих его применения.

    Основными оценочными показателями любого метода исследования при производстве -судебных экспертиз, с точки зрения целесообразности его использования, яв­ляются: сложность, экономичность, влияние на объекты исследования, безопасность и эффективность.

    94

    Рассмотрим каждый из этих показателей'. Сложность метода исследования определяется объе­мом работы при проведении исследования, напряжен­ностью труда исследователя, его квалификацией и влия­нием этих обстоятельств на результаты исследования. При оценке сложности метода исследования необходимо учитывать2:

    количество различных операций, их трудоемкость, необходимость тщательности выполнения и др.;

    возможность получения ошибочных результатов при незначительных отклонениях от методики;

    необходимую квалификацию экспертов и возмож­ность обеспечения экспертного учреждения экспертными кадрами;

    влияние сложных операций на утомляемость экс­перта и результаты его работы;

    возможность достаточно эффективной проверки полученных результатов исследования и сложность та­кой проверки.

    Сложность метода исследования может определить решение вопроса о целесообразности использования его •в отдельных экспертных учреждениях или потребовать узкой специализации экспертов в зависимости от часто­ты встречаемости задач, требующих его применения. При относительно малой частоте встречаемости приме­нение важных методов может быть целесообразным лишь в небольшом числе специализированных эксперт­ных учреждений.

    Объективная оценка сложности метода исследования представляется затруднительной из-за большого числа несопоставимых факторов, которые должны быть учте­ны. Может быть дана лишь сравнительная оценка слож­ности взаимозаменяемых методов применительно к конк­ретным условиям проведения исследования в экспертном учреждении.

    Экономичность метода исследования определяется затратами на оборудование, подготовку кадров и непо-

    ' Здесь и далее излагаются результаты совместного исследова­ния, проведенного А. Винбергом и Н. Кристи (см.: Сборник научных трудов ВНИИСЭ, № 28. Л1, 1977).

    2 Оценка методов здесь дается с позиции эксперта, для следова­теля важны результаты исследования, а не сложность методов, при­мененных экспертом.

    95

    средственно на производство исследований. При этом

    учитывается:

    стоимость основного оборудования и его разме­щения;

    стоимость вспомогательного оборудования;

    стоимость эксплуатации оборудования с учетом стоимости его амортизации, обслуживания, ремонта

    и др.;

    расходы на проведение исследований с учетом

    оплаты экспертов, обслуживающего персонала, стоимо­сти расходуемых материалов и др.

    Объективная оценка экономичности метода исследо­вания не представляет большой сложности, так как она определяется расходами, поддающимися строгому учету, и частотой встречаемости задач, требующих применения

    этого метода.

    Решение вопроса, о целесообразности использования

    ' метода исследования, с точки зрения его экономичности, в еще большей степени зависит от частоты встречае­мости задач, требующих его применения. Очевидно, не­целесообразно обеспечение сложным дорогостоящим оборудованием большого числа экспертных учреждений^ если потребность j3 нем может возникать лишь в редких

    .случаях.

    Влияние метода на объекты исследования определя­ется возможностью повторного проведения исследования тем же или другими методами, когда в этом возникает необходимость. При оценке этого фактора следует учи­тывать:

    возможность проведения исследования без изме­нения представленных на исследование материалов дела

    (вещественных доказательств, образцов и др.);

    возможность сохранения необходимых количеств

    представленных на исследование материалов и веществ'

    для повторного исследования;,

    возможность повторного исследования признаков

    вещественных доказательств для решения тех же или

    иных вопросов;

    возможность надежной фиксации существенных

    признаков вещественных доказательств для повторного

    исследования этих признаков. ;

    Необходимость сохранения возможности проведения

    повторного исследования представленных на экспертизу

    96 • - -

    объектов может иметь иногда решающее значение при выборе метода исследования. Оценка метода с этой точ­ки зрения в большинстве случаев не представляет слож­ности: объекты исследования или становятся непригод­ными для повторного исследования, или допускают воз­можность его проведения.

    Безопасность метода исследования определяется сте­пенью влияния на здоровье исследователя и вероятности возникновения несчастных случаев. При оценке этого

    фактора учитываются:

    опасность применения сильнодействующих отрав­ляющих, радиоактивных веществ и вреднодействующнх лучей, а также сложность защиты от их вредного

    действия;

    опасность поражения токами высокого напря­жения;

    неблагоприятные условия длительной работы

    (в затемненных помещениях, при слишком высокой или низкой температурах, при большом физическом пере­напряжении и т. п.);

    возможность травмирования исследователя, осо­бенно при проведении экспериментов и др.

    Хотя применение методов исследования, не отвечаю­щих полной безопасности исследователя, вообще не до­пускается, тем не менее при оценке метода необходимо учитывать вероятность случайных причин и возможных ошибок самого экспериментатора, которые могут по­влечь вредные последствия.

    Повышения безопасности метода можно достигнуть

    за счет создания более совершенных средств техники безопасности, что может быть связано со значительным уменьшением экономичности и в некоторых случаях по­вышением сложности. Эти обстоятельства также нужно учитывать при решении вопроса о целесообразности

    внедрения метода в экспертную практику.

    Эффективность метода исследования является одним из решающих показателей, характеризующих его с точ­ки зрения целесообразности применения в экспертной практике. На этом показателе следует остановиться бо­лее подробно.

    | Представляется, что понятие эффективности метода

    j исследования должно отражать основные требования " к результатам исследования и времени, затраченному

    4 Заказ № 60 97

    на его проведение. Исходя из этого, под эффективностью метода исследования в судебной экспертизе следует по­нимать возможность получения с помощью этого метода достоверных результатов, определенных с достаточной точностью, при использовании материала и минималь­ной затрате времени.

    Любой метод следует оценить как эффективный, ес­ли он удовлетворяет четырем оценочным его показате­лям: достоверности результатов (большой вероятности соответствия их объективной действительности), их точ­ности (обеспечивающей возможность решения постав­ленных задач), минимальной потребности в объеме ис­следуемого материала (соответствующей тому объему, 1 которым обычно располагают следственные . органы), минимальной затрате времени, необходимого для прове­дения исследования (не оказывающей существенного

    влияния на сроки производства экспертиз).

    Низкий экономический показатель метода исследова­ния, т. е. большие затраты средств, не могут, представ­ляется, свидетельствовать о его низкой эффективности. Наоборот, методы, которые основаны на использовании технических средств, отвечающих последним достиже­ниям науки и техники, и, как правило, наиболее слож­ных и дорогостоящих, являются наиболее эффективны­ми. Очевидно, что методы исследования с применением ЭВМ, масс-спектрометров, электронных микроскопов и т. п. не могут ни с какой точки зрения быть оценены как малоэффективные только на том основании, что

    они связаны с большими затратами.

    Следует также учитывать, что, как было отмечено

    выше, оценка экономичности метода определяется в за- ;

    внсимости от частоты встречаемости задач, требующих его применения, что, представляется, не имеет отноше- '

    ния к процессу исследования.

    К понятию эффективности близко подходит понятие

    надежности метода исследования, т. е. возможности с помощью данного метода получения нужного резуль­тата, что.очевидно не связано с потребным для этого временем. Следовательно, понятие надежности метода определяется теми же показателями, что и эффектив­ность, за исключением затраты времени. Метод иссле­дования может быть оценен как надежный, если он обеспечивает получение достоверного, достаточно точно­

    98

    го результата на основании исследования такого объема материала, который может быть представлен следствен­ными органами, независимо от того, сколько потребует­ся времени на проведение исследования. Однако даже самый надежный метод не может быть оценен как эф­фективный, если он требует недопустимо большой за­траты времени.

    Рассмотрим более подробно перечисленные выше ос­новные оценочные показатели эффективности методов

    исследования в судебной экспертизе.

    Наиболее важным показателем, характеризующим

    эффективность метода исследования, является достовер­ность получаемых результатов, т. е. соответствие их фак­тическим обстоятельствам дела. Достоверность резуль­татов исследования — основное требование к любому методу, который может быть применен при производстве судебных экспертиз. Возможность ошибочного решения из-за несовершенства метода при формулировании од­нозначного вывода в категорической форме должна быть .полностью исключена. Если по тем или иным причинам в конкретном случае решения экспертной задачи приме­няемый метод не дает оснований для категорического вывода, то он должен позволять эксперту оценить сте­пень вероятности соответствия вывода фактическим об­стоятельствам дела. В противном случае использование его в экспертной практике для решения таких задач представляется нецелесообразным. Оценка достовернос­ти результатов, которые позволяет получить данный ме-' тод исследования, может не зависеть от ошибок, не свя­занных с сущностью этого метода (ошибочных значений исходных данных, представления на исследование не относящихся к делу объектов, отступлений от методики

    и т. п.).

    В тех случаях, когда результат исследования имеет

    численное выражение, он является достоверным, если действительное значение определяемой величины (веса, процентного содержания, расстояния и т. п.) находится в найденных экспертом пределах. Отсюда следует, что ,. однозначное выражение искомой величины не может быть достоверным, так как оно всегда будет отличаться от действительного ее значения на некоторую величину,

    может быть и весьма малую.

    В тех случаях, когда результатом исследования яв-

    99

    4-

    ляется установление какого-либо события, оценка досто­верности результата может быть произведена на осно­вании положений теории вероятности. При этом резуль­тат может быть оценен как достоверный, если вероятность установленного события настолько велика,

    что ошибка практически исключена.

    Другим важным оценочным показателем эффектив­ности методов исследования является точность результа­тов. Результат исследования 'может быть оценен как достаточно точный, если он позволяет решить постав­ленную задачу.

    В тех случаях, когда результат имеет численное вы­ражение, его точность определяется предельными затра­тами возможной погрешности. Если погрешность резуль­тата слишком велика, эксперт может быть лишен воз­можности решить поставленную задачу даже при

    условии достоверности этого результата.

    Когда результатом исследования является установле­ние какого-либо обстоятельства (а не численное выра­жение величины), под точностью метода исследования можно понимать возможность получения достаточно полного и подробного описания установленного обстоя­тельства.

    Очевидно и в этом случае понятия достоверности

    и точности неидентичны. Установленное в результате проведенного исследования обстоятельство может быгь достоверным, но недостаточно точное, подробное его описание может не позволить решить поставленную за­дачу, и, следовательно, с этой точки зрения, такой метод

    нельзя оценить как эффективный.

    Существенное значение для оценки эффективности

    метода исследования часто имеет объем необходимого для проведения исследования материала (количества вещества, числа исходных данных, образцов и др). Чем меньше объем исследуемых материалов, позволяющий эксперту решить поставленную задачу, тем выше эффек­тивность примененного им метода исследования. Так, метод, позволяющий определить содержание какого-ли­бо элемента в объеме микрочастицы вещества, является более эффективным по сравнению с методом, который позволяет получить тот же результат на основании ис­следования этого вещества в значительно большем коли­честве. 100

    Последним из основных оценочных показателей ме­тодов исследования, с точки зрения их эффективности, является время, необходимое для проведения исследо­вания. Чем меньше это время, тем более эффективен метод исследования при прочих равных условиях. В от­личие от предыдущих, этот оценочный показатель эф­фективности метода исследования не оказывает влия­ния на возможность решения поставленной перед экс­пертом задачи.

    Оценка эффективности методов исследования по всем показателям неотделима от оценки технических средств. Достоверность полученных результатов и их точность, объем необходимых для решения задачи ма­териалов и времени — все это в значительной мере определяется теми техническими средствами, которые использует эксперт при проведении исследования. Из­вестно, например, что рентгеновский аппарат, хромато­граф, осциллограф и другие технические средства наблюдения высоко подняли значимость этого метода познания, резко повысив его эффективность.

    Условия для повышения эффективности методов ис­следования должны создаваться в современных, техни­чески оснащенных лабораториях, отвечающих требова­ниям научно-технического прогресса. На базе устарез-' ших технических средств трудно достигнуть повышения качества экспертных исследований и расширения воз­можностей судебной экспертизы.

    ляется установление какого-либо события, оценка досто­верности результата может быть произведена на осно­вании положений теории вероятности. При этом резуль­тат может быть оценен как достоверный, если вероятность установленного события настолько велика, что ошибка практически исключена.

    Другим важным оценочным показателем эффектив­ности методов исследования является точность результа­тов. Результат исследования 'может быть оценен как достаточно точный, если он позволяет решить постав­ленную задачу.

    В тех случаях, когда результат имеет численное вы­ражение, его точность определяется предельными затра­тами возможной погрешности. Если погрешность резуль­тата слишком велика, эксперт может быть лишен воз­можности решить поставленную задачу даже при условии достоверности этого результата.

    Когда результатом исследования является установле­ние какого-либо обстоятельства (а не численное выра­жение величины), под точностью метода исследования можно понимать возможность получения достаточно полного и подробного описания установленного обстоя­тельства.

    Очевидно и в этом случае понятия достоверности

    и точности неидентичны. Установленное в результате проведенного исследования обстоятельство может быгь достоверным, но недостаточно точное, подробное его описание может не позволить решить поставленную за­дачу, и, следовательно, с этой точки зрения, такой метод нельзя оценить как эффективный.

    Существенное значение для оценки эффективности метода исследования часто имеет объем необходимого для проведения исследования материала (количества вещества, числа исходных данных, образцов и др). Чем меньше объем исследуемых материалов, позволяющий эксперту решить поставленную задачу, тем выше эффек­тивность примененного им метода исследования. Так, метод, позволяющий определить содержание какого-ли­бо элемента в объеме микрочастицы вещества, является более эффективным по сравнению с методом, который позволяет получить тот же результат на основании ис­следования этого вещества в значительно большем коли­честве.

    100

    Последним из основных оценочных показателей ме­тодов исследования, с точки зрения их эффективности, является время, необходимое для проведения исследо­вания. Чем меньше это время, тем более эффективен метод исследования при прочих равных условиях. В от­личие от предыдущих, этот оценочный показатель эф­фективности метода исследования не оказывает влия­ния на возможность решения поставленной перед экс­пертом задачи.

    Оценка эффективности методов исследования по всем показателям неотделима от оценки технических средств. Достоверность полученных результатов и их точность, объем необходимых для решения задачи ма­териалов и времени—все это в значительной мере определяется теми техническими средствами, которые использует эксперт при проведении исследования. Из­вестно, например, что рентгеновский аппарат,, хромато­граф, осциллограф и другие технические средства наблюдения высоко подняли значимость этого метода познания, резко повысив его эффективность.

    Условия для повышения эффективности методов ис­следования должны создаваться в современных, техни­чески оснащенных лабораториях, отвечающих требова­ниям научно-технического прогресса. На базе устарев­ших технических средств трудно достигнуть повышения качества экспертных исследований и расширения воз­можностей судебной экспертизы.




  • Цветочные луковицы и семена овощей интернет магазин посадочного материала.