Юридические исследования - ПОД ЗНАКОМ НАУЧНОГО ЕДИНЕНИЯ. И. БОРОЗДИН. -

На главную >>>

Иные околоюридические дисциплины: ПОД ЗНАКОМ НАУЧНОГО ЕДИНЕНИЯ. И. БОРОЗДИН.


    В деле развития и расширения международных научных связей громадную роль играет организация совместных работ, экспедиций, коллективных изданий и т. п. Тенденции к такого рода единениям намечались издавна, усилившись в начале XX столетия, но мировая война с бурным взрывом шовинизма, серьезно грозившего всяким культурным достижениям, разбросала в различные враждебные лагери представителей науки. Медленно и болезненно изживаются последствия войны, с трудом налаживается совсем было порвавшаяся научная увязка. Не всегда еще возможно объединить французских или английских ученых с учеными Германии. Научная же работа восточных ученых протекает совершенно изолированно, часто даже мало знакомая широ¬ким кругам. Между тем, необходимость в коллективной работе чувствуется на каждом шагу; соперничество (или—еще хуже — национальный антагонизм) должно уступить место международной научной солидарности. Советская Россия, громко провозгласившая лозунги интернационализма, должна и в области объединения научных сил сказать свое веское слово.


    ЗАПАД И ВОСТОК

    СБОРНИК ВСЕСОЮЗНОГО ОБЩЕСТВА КУЛЬТУРНОЙ СВЯЗИ С ЗАГРАНИЦЕЙ

    МОСКВА

    1926




    И. БОРОЗДИН.

    ПОД ЗНАКОМ НАУЧНОГО ЕДИНЕНИЯ.

    В деле развития и расширения международных научных связей громадную роль играет организация совместных ра­бот, экспедиций, коллективных изданий и т. п. Тенденции к такого рода единениям намечались издавна, усилившись в начале XX столетия, но мировая война с бурным взрывом шовинизма, серьезно грозившего всяким культурным дости­жениям, разбросала в различные враждебные лагери пред­ставителей науки. Медленно и болезненно изживаются последствия войны, с трудом налаживается совсем было порвавшаяся научная увязка. Не всегда еще возможно объединить французских или английских ученых с учеными Германии. Научная же работа восточных ученых протекает совершенно изолированно, часто даже мало знакомая широ­ким кругам. Между тем, необходимость в коллективной ра­боте чувствуется на каждом шагу; соперничество (или—еще хуже — национальный антагонизм) должно уступить место международной научной солидарности. Советская Рос­сия, громко провозгласившая лозунги интернационализма, должна и в области объединения научных сил сказать свое веское слово.

    Не только в теории, но и на практике подступы к такого рода совместной работе имеются на-лицо в СССР. Я позволю себе иллюстрировать свое положение несколькими приме­рами из науки моей специальности. За самое последнее время широкое внимание привлекает изучение памятников нашего Черноморья, не только эпохи античности, но и средневе­ковья. Здесь перед нами предстают как любопытнейшие памятники татарской культуры, воскрешаемой новейшими раскопками, так и памятники итальянской старины, богато представленной в бывших генуэзских и венецианских коло­ниях. Древности эти изучены далеко еще не достаточно, ■а материал обилен и интересен. Как много могут дать Феодо­сия и Судак, не говоря уже о совсем почти не обследованной Абхазии и других местах Кавказского побережья.

    Экономическая и культурная экспансия средневековых итальянских городов во многом может быть освещена нашим Черноморским материалом. Работу эту надо развернуть во всю ширь, привлекши к участию в ней итальянских ученых. Мы знаем, что, например, в Генуе усиленно разра­батывается история банка Св. Георгия и его колониальных



    устремлений, ярко отобразившихся и на нашем Юге. Несо­мненно, что совместная советско-итальянская экспедиция для обследования в первую очередь памятников Феодосии и Абхазии будет иметь крупное научное значение, являясь в то же время прекрасным проявлением дружественной научной солидарности.

    Научная Ассоциация Востоковедения Союза ССР, заслу­шав соответствующие доклады о новейших работах в Крыму и на Кавказе, признала весьма желательным организацию русско-итальянской экспедиции в ближайшее время. С дру­гой стороны, советская наука заинтересована в работе на почве Италии. Давно уже поднимался вопрос об организа­ции там русского Научного Института, частично разрешен­ный наличностью ученого корреспондента Академии Наук в Риме. Обследование итальянских архивов, в первую очередь Ватиканского архива, чрезвычайно существенно для русской истории; недавно выпущенный Академией Наук том памятников культурных и дипломатических сношений России с Италией наглядно свидетельствует об этом. Эту работу на итальянской почве, расширив ее также в сторону изучения памятников вещественных (напр., этрусские древности имеют исключительное значение для обоснования яфетической теории Н. Я. Марра), нужно также разворачивать в тесном единении с местными на­учными силами.

    Еще больше можно сказать о нашей совместной работе с учеными на Востоке. В грандиозно-размахнувшейся экспе­диционной деятельности на Ближнем, Среднем и Дальнем Востоке русские ученые принимали минимальное участие. Русскому царизму не хватало ни широты размаха, ни куль­турности своих соседей. Тем не менее, отдельные начинания наших научных учреждений и обществ приводили к блестя­щим результатам.

    Совершенно ясно, что теперь Советская Россия, чуждая всяких империалистических побуждений, должна принять видное участие в научном' обследовании пробужденного к новой жизни Востока.

    Перспективы в этом отношении открываются большие и заманчивые. Чтобы усилить и укрепить наши дружеские связи с Турцией, необходимо восстановить Научный Инсти­тут в Константинополе. Старый Русский Археологический Институт, функционировавший до мировой войны, имел большие научные заслуги. Но в настоящее время, в случае возобновления деятельности Института, необходимо расши­рить его пределы, введя на-ряду с историко-археологиче­скими штудиями также и работы по линии социально-

    Запад и Восток. Кн. I.                                                                                                                                   Ю



    экономической. Реформированный таким образом Институт, вступив в тесный контакт с научными силами Турции, может развить плодотворную экспедиционную деятельность.

    То же в полной мере относится и к Персии, где также весьма существенна наша совместная с персидскими науч­ными кругами работа. Иранская культурная стихия в беге столетий имела такое мощное влияние в пределах нашего Союза, что, при изучении прошлого тех или иных наших восточных республик и областей, мы, так сказать, упи­раемся в Персию. Само собой разумеется, что для всех этих изысканий необходима наша непосредственная исследова­тельская работа на персидской почве, таящей еще большие и нетронутые научные сокровища. Советские ученые должны принять посильное участие в той работе, какую ведет пер­сидский народ в деле изучения своей старины и охране ее памятников. Недавно приезжавший из Персии тов. Ганни­бал в докладе, организованном Всесоюзным Обществом Культурной Связи с заграницей, отмечал в этом направлении новые тенденции персидской науки и общественности, заслу­живающие всякого внимания. Борьба с бесконтрольным вывозом памятников национальной старины и организация музея в Тегеране могут быть всячески приветствуемы. Науч­ный империализм с его узким европоцентризмом должен быть ликвидирован.

    Не касаясь целого ряда других экспедиционных возмож­ностей, отмечу исключительную важность развернувшихся сейчас научных исследований в Китае. Раскопки шведской экспедиции Андерсона в Хэнане, обнаружившие памятники третьего тысячелетия до нашей эпохи и позволяющие говорить о связях доисторического Китая с культурами Передней и Средней Азии и нашего Приднепровья, явля­ются одной из самых крупных и сенсационных новинок последних лет. Наш первоочередной долг принять бли­жайшее и непосредственное участие в работе, развиваю­щейся в Китае, и в возможно ближайшее время организо­вать экспедицию с приглашением в ее ряды китайских ученых. Эта совместная деятельность наших и китайских ученых положит начало стационарной работе, которая может развернуться в виде особого Научного Института в Пекине. Наше сближение с китайским народом будет реалыю подкреплено научным содружеством союзных и китайских ученых.

    Мы, наконец, хорошо знаем, к каким любопытным и поло­жительным результатам приходит совместная работа в Мон­голии, все более и более разворачиваемая при участии мест­ных и союзных научных сил.  .



    Все сказанное мной имеет конечной целью еще и еще раз громко провозгласить необходимость возможно широкого единения научных начинаний различных стран.

    Если крупные научные юбилеи из национальных празд­неств превратились в «международные дни», то пусть в буду­щем научная работа будет итти под знаком мирового ученого содружества!