Юридические исследования - ПОХОД АЛЕКСАНДРА. Арриан. Часть 4. -

На главную >>>

Иные околоюридические дисциплины: ПОХОД АЛЕКСАНДРА. Арриан. Часть 4.


    История Азии все больше и больше привлекает к себе внимание исследователей и широких кругов читателей. В этой истории есть период, который можно рассматривать как наиболее важный и значительный в мировой истории: то было время, когда встретились две культуры — западная и восточная, и когда началось их взаимное проникновение. Этот период носит название эллинизма, в последнее время ставшего предметом глубокого изучения советских ученых.


    АКАДЕМИЯ НАУК СССР

    ИНСТИТУТ ИСТОРИИ

    ЛЕНИНГРАДСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ

    ПОХОД

    АЛЕКСАНДРА

    МОСКВА - ЛЕНИНГРАД

    1962


    доктор исторических наук О. О. КРЮГЕР


    Посвящается памяти Иосифа Абгаровича Орбели


    Диодop «ИСТОРИЧЕСКАЯ БИБЛИОТЕКА» книга XVII 

    . . .В течение короткого времени Александр, опираясь на соб­ственное разумение и мужество, совершил дела более великие, чем те, которые совершили все цари, память о которых передана нам историей. За 12 лет он покорил немалую часть Европы и почти всю Азию и, конечно, приобрел громкую славу, равнявшую его с древними героями и полубогами. Нет нам, однако, надобности в предисловии предвосхищать что-либо из деяний этого царя. Сами они, постепенно излагаемые, достаточно объяснят, почему он так славен.

    Александр по отцу происходил от Геракла, а по матери от Эака; он унаследовал от предков и природу их, и прославленную их доблесть. Установив хронологический порядок событий, обра­тимся к событиям, о которых надлежит рассказать.

    2

    В Афинах архонтом был Эвенет, у римлян консулами Луций Фурий и Гай Маний.1 В этом году Александр принял царскую власть и прежде всего наказал подобающим образом убийц своего отца. Похоронив как положено родителя, он, оказавшись у власти, установил порядки, гораздо лучшие, чем все ожидали. (2) Был он крайне молод (некоторые пренебрежительно относились к нему из-за его возраста), однако сразу же сумел найти слова, располо­жившие к нему народ. Он заявил, что переменилось только имя царя; бразды правления будут натянуты так же крепко, как и при его отце. Ласково обращаясь с посольствами, он внушил грекам же­
    лание сохранить к нему ту же благожелательность, с которой они относились к его отцу. (3) Смотры и маневры, которые он постоянно устраивал воинам, сделали войско дисциплинированным. Аттал, племянник Клеопатры, второй жены Филиппа, мог притязать на царский престол, и Александр решил покончить с ним, тем более, что за несколько дней до кончины Филиппа Клеопатра родила ему сына. (4) Аттал еще раньше был отправлен во главе войска вместе с Парменионом в Азию. Своей щедростью и ласковым обхо­ждением с солдатами он приобрел в лагере большую популярность. У Александра были основания бояться, как бы этот человек не стал с помощью греков, враждебных Александру, оспаривать у него власть. (5) Поэтому выбрав одного из «друзей», Гекатея, он послал его с достаточным отрядом в Азию, поручив ему доставить Аттала лучше всего живым; если же это не удастся, то как можно скорее убить его хитростью. (6) Гекатей, явившись в Азию к Пармениону и Аттал у, улучил время, удобное для осуществления этого замысла.

    3

    Александр, узнав, что многие эллины восстали, желая новых порядков, сильно встревожился. (2) Афинян восстанавливал про­тив македонцев Демосфен; они обрадовались смерти Филиппа и, не желая уступать македонцам гегемонии над Элладой, отправили посольство к Атталу, втайне сговорились с ним и побудили мно­гие города стоять за свободу. (3) Этолийцы постановили вернуть из Акарнании изгнанников, отправленных в изгнание по предло­жению Филиппа. Амбракиоты, послушавшись Аристарха, выгнали гарнизон, поставленный Филиппом, и установили у себя демокра­тическое правление. (4). Точно так же и фиванцы постановили вы­гнать гарнизон, стоявший в Кадмее, и не предоставлять Алек­сандру гегемонии над эллинами. Аркадяне — единственные — не согласились предоставить Филиппу гегемонию над эллинами и не предложили ее Александру. (5) Что касается остальных пело­поннесцев, то аргосцы, элейцы, лакедемоняне и еще кое-кто стре­мились к автономии. Многие племена, жившие по соседству с Ма­кедонией, стремились восстать; варвары, жившие в тех местах, находились в большом волнении. (6) Действуя в этих трудных и страшных обстоятельствах, угрожавших его власти, Александр, совсем юноша, вопреки ожиданию, быстро усмирил все враждеб­ные ему силы. Одних он привлек на свою сторону, действуя словом и убеждением; других управил страхом; некоторых покорил и подчинил себе силой.

    4

    Фессалийцев первых убедил он вручить ему по всенародному постановлению гегемонию над Элладой, переходившую к нему от отца: он напомнил фессалийцам, что они издревле связаны с ним
    родством по Гераклу; произносил дружественные речи; вскру­жил им головы широкими обещаниями. (2). После фессалийцев он расположил к себе также дружественно соседние племена и отправился к «Воротам», где собрал совет амфиктионов и убедил их с общего постановления вручить ему гегемонию над Элладой.

    (3)   К амбракиотам он отправил дружественное посольство и убедил их, что еще немного — и они получат автономию, которую он сам с охотой собирается им дать. (4) А чтобы устрашить непокорных, он двинул на них македонское войско со всем его грозным снаря­жением. После трудного перехода он явился в Беотию, разбил лагерь неподалеку от Кадмеи и внушил ужас жителям Фив. (5) Афиняне, узнав о появлении царя в Беотии, перестали относиться к нему пренебрежительно. Стремительность юноши и его энергич­ная деятельность сильно перепугали людей, враждебно к нему настроенных . (6) Афиняне приняли решение свезти в город де­ревенские запасы и заняться поправкой стен. К Александру они отправили послов с просьбой простить их, если они замедлили с пре­доставлением ему гегемонии. (7) В числе послов был отправлен и Демосфен, но он не дошел к Александру вместе с остальными. От Киферона он повернул обратно в Афины, то ли убоявшись по причине своей антимакедонской политики, то ли желая сохранить себя безупречным перед царем Персии. (8) Говорят, что он полу­чил от персов много денег, чтобы действовать против македонцев. Эсхин, говорят, упрекая Демосфена в том, что он подкуплен, ска­зал в своей речи: «Теперь ты купаешься в царском золоте! Золота этого не хватит: плохо нажитое никогда не уцелеет». (9) Алек­сандр дал ласковый ответ афинским послам, избавив тем афинский народ от великого страха. Александр отправил в Коринф приказ послам и членам совета встретить его; когда совет собрался, царь произнес речь и своими разумными и кроткими словами убедил эллинов назначить его полномочным военачальником Эллады и идти с ним на персов, наказать их за их вины перед греками. По­лучив этот почетный титул, царь с войском вернулся в Македо­нию.

    5

    . . .После смерти Филиппа Аттал сначала задумал переворот и вошел с афинянами в заговор против Александра, но затем одумался, переслал Александру письмо, полученное от Демосфена, и пытался дружественными речами развеять взводимые на него об­винения. (2) Гекатей, убив Аттала по поручению царя хитростью, прекратил в македонском войске, стоявшем в Азии, всякие по­мыслы о восстании: Аттал был убит, а Парменион был дружест­венно расположен к Александру. . .

    8[1]

    Александр, успокоив Элладу, пошел на Фракию; много фра­кийских восставших племен он заставил покориться и пошел в Пеонию, Иллирию и соседние с ними страны. Покорив тамош­них отпавших варваров, он подчинил себе все окрестное варварское население. (2) В то время, как он был этим занят, пришли к нему сообщить, что в Греции замышляется переворот; многие греческие города стремятся отпасть, фиванцы первые. Царь в раздражении на них вернулся в Македонию, торопясь прекратить смуту в Элладе.

    (3)   Он неожиданно подошел к городу и стал вместе со всем войском около Фив как раз в то время, когда фиванцы силились выбить из Кадмеи гарнизон и осаждали крепость. (4) Еще до прихода царя они обвели Кадмею глубокими рвами и плотным частоколом, чтобы гарнизону нельзя было послать ни подмоги, ни съестных припасов.

    (5)     К аркадянам, аргосцам и элейцам они отправили посольство с просьбой о помощи. Также и к афинянам пошли послы догово­риться о союзе; получив от Демосфена в подарок много оружия, они снабдили им безоружных. (6) Пелопоннесцы, призываемые на помощь, выслали войско к Истму, которое и остановилось там, поджидая царя. Афиняне под влиянием Демосфена постановили помочь фиванцам, но войска не послали, выжидая, как обернется война. (7) Филота, начальник кадмейского гарнизона, видя, как усиленно готовятся фиванцы к осаде, основательно починил стены и заготовил много разного оружия.

    9

    Царь неожиданно пришел из Фракии со всем своим войском; союзники фиванцев сомневались, что принесет его прибытие, но что перевес на стороне вражеского войска, это было явно и бес­спорно. Военачальники собрались на совет и, посовещавшись относительно военных действий, решили сражаться за свободу. Войско одобрило это решение, и все с великой готовностью согла­сились воевать. (2) Царь сначала не предпринимал никаких дей­ствий, давая время одуматься и посовещаться; он полагал также, что один единственный город не осмелится выступить против та­кой армии; (3) у Александра на ту пору было пехоты больше

    30   ООО и конницы не меньше 3000 — всё люди, закаленные в воин­ских опасностях, ходившие в походы вместе с Филиппом, почти не знавшие поражений. Полагаясь на их доблесть и рвение, Але­ксандр и решил уничтожить Персидское царство. (4) И если бы фи­
    ванцы, уступая обстоятельствам, отправили к македонцам посоль­ство, прося мира и согласия, то царь охотно пошел бы на перего­воры и удовлетворил все их просьбы; ему хотелось покончить со смутами в Элладе и целиком заняться войной с персами. Теперь же, видя, что фиванцы ни во что его не ставят, он решил сравнять город с землей и этим страшным делом отвратить от попыток к отпадению всех, кто собирался на них отважиться. (5) Выстроив войско в боевом порядке, он приказал объявить: кто из фиванцев пожелает, тот может явиться к нему и стать причастником мира, установлен­ного для всей Эллады. Фиванцы в своей гордости ответили другим объявлением: с высоты какой-то башни было провозглашено, что каждый, кто желает с помощью персидского царя и фиванцев осво­бодить эллинов и уничтожить тирана Эллады, пусть приходит к ним. (6) Александра это чрезвычайно огорчило; вне себя от гнева, он решил страшно наказать фиванцев. Озверев душой, он расста­вил осадные машины и приготовил все для войны.

    10

    Эллины, узнав о том, какая опасность грозит фиванцам, скор­бели о бедствиях, которые их ожидают, но не решались помогать городу, потому что он собственным неразумием и необузданностью поверг себя в гибель несомненную. (2) Фиванцы встречали опас­ность с мужественной готовностью, но изречения предсказателей и знамения богов приводили их в замешательство. Прежде всего в храме Деметры обнаружили тонкую, широко раскинувшуюся паутину: размерами она была с гиматий; по краям шел яркий круг, похожий на радугу. (3) Из дельфийского прорицалища пришло им по этому поводу такое предсказание:

    «Знаменье это являют боги всем смертным, однако ж прежде всего беотийцам и тем, кто живет по соседству».

    Из местного же святилища фиванцев принесли такое пред­сказание:

    «Соткана ткань на горе одним, другим же на счастье».

    (4)  Знамение это случилось за три месяца до прибытия Але­ксандра под Фивы: перед самым же его приходом статуи на агоре покрылись потом, который стекал крупными каплями. Кроме того, властям принесли известие, что из озера около Онхеста раздается нечто вроде мычания; по воде Диркейского источника пробегает кровавая рябь. (5) Кто-то пришел из Дельф с сообщением, что крыша на храме, который воздвигли фиванцы из добычи, полученной от фокейцев, оказалась вся в крови. Люди, занимавшиеся толко­ванием знамений, сказали следующее: паутина означает, что боги покинут город; разные цвета радуги — пеструю и бурную смену событий; пот на статуях — безмерные страдания; кровь, показав­
    шаяся во многих местах, — страшное избиение людей, которое бу­дет в городе. (6) Так как боги явно предуказывали будущие не­счастья, то предсказатели советовали ничего не решать войной и сражением, а поискать более верного разрешения путем перего­воров. Фиванцы, однако, не пали духом; наоборот, увлекаемые гор­достью, они напоминали друг другу об удаче под Левктрами и о других сражениях, когда их изумительная храбрость помогла им одерживать победы, которых они и не ожидали. Так-то фиванцы своей решительностью, в которой было больше мужества, чем бла­горазумия, обрекли свою отчизну на совершенную гибель.

    И

    Царь, приготовившись за полных три дня к осаде, разделил свое войско на три части: одному отряду он велел разрушать часто­колы, сооруженные перед городом, другому сражаться с фиван­цами, а третьему остаться в резерве и вступить в битву на смену усталым солдатам. (2) Фиванцы выстроили конницу за частоколом; освобожденных рабов, вернувшихся изгнанников и метеков выста­вили против отряда, идущего на приступ; сами приготовились схватиться перед городом с многочисленной армией, предводимой самим царем. (3) Дети и женщины сбегались в храмы и молили богов спасти город. Македонцы приблизились; построенные отряды от­крыли военные действия: трубы протрубили наступление, оба войска одновременно издали воинский клич и стали метать во врага легкими дротиками. (4) Вскоре их израсходовали и стали рубиться мечами; завязалась жестокая сеча. Македонцев было много, фа­ланга их представляла собой силу, противостоять которой было трудно; фиванцы, однако, превосходили их железной крепостью и привычкой к гимнастическим упражнениям; уверенные в себе, они стойко выдерживали ужасы битвы. (5) Поэтому с обеих сторон было много раненых; немалое число пало, но никто не повернул вспять. Схватки врукопашную, стоны, крики, увещания у ма­кедонцев: не посрамить унаследованной доблести; у фиванцев: не предать детей и родителей рабству и родину, общий свой дом, неистовству македонцев; вспомнить о битвах при Левктрах и Ман- тинее, о своей, всеми прославленной храбрости. В течение долгого времени победа не склонялась ни в одну, ни в другую сторону: очень уж велика была доблесть сражающихся.

    12

    Александр, видя, что фиванцы решились отстаивать свою сво­боду, а македонцы устали биться, велел резервному отряду всту­пить в сражение. Македонцы внезапно устремившись на истомлен­
    ных фиванцев, тяжело обрушились на врага и многих убили.

    (2)     Фиванцы, однако, не теряли надежды на победу; наоборот, в ревности своей пренебрегали всякой опасностью. Они были на­столько уверены в своем мужестве, что стали кричать македонцам, пусть они сознаются, что они хуже фиванцев. Все обычно испыты­вают страх, когда врагов сменяют свежие их силы, и только одни фиванцы, когда враг прислал смену усталым воинам, пошли на опас­ность со смелостью еще более дерзкой. (3) Она казалась неисчер­паемой, когда царь заметил какую-то дверку, оставшуюся без охраны. Он послал Пердикку с достаточным числом солдат захва­тить ее и проникнуть в город. (4) Тот быстро выполнил это прика­зание; македонцы через эту дверцу проникли в город; фиванцы же, истомив первую фалангу и бодро встретив вторую, были уже уверены в своей победе. Узнав, что город частично захвачен, они немедленно отошли за его стены. (5) В это самое время фиванские конники бросились одновременно с пехотинцами в город, сбили и растоптали многих своих, а сами, въезжая без всякого порядка в город, погибали в проходах и во рвах от своего же оружия. Гарнизон Кадмеи, высыпав из акрополя, пошел на фиванцев и, напав на смятенных, устроил настоящую бойню.

    13

    Город таким образом был захвачен, и множество разных собы­тий случилось в его стенах. Македонцы, раздраженные высоко­мерным объявлением, отнеслись к фиванцам хуже, чем положено относиться к врагу: осыпая угрозами несчастных, они беспощадно избивали всех попадавшихся на дороге. (2) Фиванцы, храня в душе любовь к свободе, настолько не дорожили жизнью, что при встрече с врагом схватывались с ним врукопашную, подставляя себя под удары. По взятии города ни один фиванец не попросил маке­донцев пощадить ему жизнь и не припал трусливо к коленям побе­дителей. (3) Эта доблесть в страдании не вызывала, однако, ника­кого сострадания у врагов, и дня оказалось мало для их свирепой мести. По всему городу тащили детей и девушек, жалостно взы­вавших к матерям. Дома с их обитателями были ограблены и все население города обращено в рабство. (4) Из уцелевших фиванцев одни, израненные и почти теряя сознание, схватывались с врагами и умирали вместе с ними; другие, опираясь на обломок копья, встречали бежавших на них и в этом последнем бою предпочитали свободу спасению. (5) Множество людей было перебито, всюду по городу было полно трупов, и однако не нашлось никого, кто бы сжалился над судьбой обездоленных. Феспийцы, платеяне, орхоменцы и прочие из эллинов, враждебно настроенные к фиван­цам, пошли в поход вместе с царем и, ворвавшись в город, выместили

    свою вражду на несчастных. (6) Много жестокого страдания было в городе. Эллины безжалостно истребляли эллинов; родных уби­вали люди, близкие им по крови; одинаковость языка не меняла чувств. Наконец, застигла всех ночь, дома были разграблены; дети, женщины и старики, укрывшиеся в святилищах, выгнаны оттуда с великой обидой. Фиванцев погибло больше 6000; в плен увели больше 30 000; имущества унесли с собой невероятное ко­личество.

    14

    Царь похоронил убитых македонцев (их было больше 500 чело­век) и, собрав эллинских представителей, поручил общему собра­нию решить, как поступить с городом фиванцев. (2) Когда вопрос этот был поставлен на обсуждение, то кое-кто из эллинов, вра­ждебно относящихся к фиванцам, высказался за то, чтобы подверг­нуть фиванцев безжалостному наказанию; они ведь, по их словам, умышляли вместе с варварами против эллинов: при Ксерксе они пошли на Элладу в союзе с персами; только их, единственных из эллинов, персидские цари почтили титулом благодетелей и фи­ванским послам приказано ставить кресла впереди царских. (3) По­добными речами они ожесточили души заседавших: в конце кон­цов вынесено было постановление срыть город до основания; плен­ных продать; бежавших фиванцев задерживать всюду в Элладе; ни одному эллину не принимать фиванца. (4) Царь, следуя поста­новлению совета, срыл город и внушил великий страх грекам, думавшим об отпадении. Продав как военную добычу пленных, он собрал 440 талантов серебра.

    15

    После этого он отправил в Афины послов с требованием выдать тех десять ораторов, которые действовали против него; из них самыми знаменитыми были Демосфен и Ликург. Когда в народное собрание ввели послов и народ выслушал их речи, им овладела* великая тревога и недоумение. С одной стороны, он стремился сохранить достоинство государства, а с другой, потрясенный ги­белью фиванцев, охваченный великим страхом, он прислушивался к тому, в чем увещевали его несчастья соседей. (2) Много речей произнесено было в собрании; Фокион, прозванный «Честным» (он держался в политике направления, враждебного Демосфену и его сторонникам), сказал, что те, чьей выдачи царь требует, должны поступить так, как дочери Лео и Гиакинфиды, которые до­бровольно пошли на смерть, чтобы избавить свое отечество от не­поправимых бедствий; он порицал малодушие и трусость тех, кто не хочет умереть за государство. (3) Народ слушал его, негодуя,


    и грозными криками выгнал из собрания; Демосфен произнес обдуманную речь, и народ, в котором он сумел возбудить состра­дание к тем, чьей выдачи требовал царь, явно хотел спасти их. Наконец, Демад, убежденный, как говорят, 5 талантами серебра, которые были ему вручены от сторонников Демосфена, посовето­вал спасти тех, кому грозила опасность, и прочел псефизму, очень ловко составленную: она содержала и просьбу за этих людей, и обещание наказать по закону тех, кто будет достоин кары.

    (4)     Народ одобрил предложение Демада, утвердил эту псефизму и отправил его вместе с другими послом к царю; поручено было ему также просить Александра и за фиванцев, которые бежали: пусть он разрешит народу принимать фиванских беглецов. (5) Демад отправился в качестве посла и своим красноречием достиг всего: убедил Александра простить ораторов и согласиться на все просьбы афинян.

    16

    После этого, вернувшись в Македонию вместе с войском, царь собрал военачальников и наиболее почтенных «друзей» и предло­жил им обсудить вопрос относительно экспедиции в Азию: когда выступить в поход и каким образом начать войну. (2) Антипатр и Парменион советовали сначала народить детей и тогда уже браться за такое дело. Александр, деятельный, не выносивший ни в каком деле отсрочки, стал противоречить: стыдно, заявил он, военачальнику, поставленному всей Элладой, получившему от отца непобедимое войско, смирно сидеть, справляя свадьбы и ожидая рождения детей. (3) Объяснив им выгоды войны и воодушевив своими речами, он принес великолепные жертвы богам в месяце дии и устроил театральные представления в честь Зевса и Муз (первый дал их Архелай, царствовавший раньше). (4) Праздник справлялся в течение девяти дней, каждый день был посвящен той музе, чьим именем он был назван. Устроена была палатка на сто лож, и царь пригласил на пир друзей, военачальников и посоль­ства от городов. После роскошных приготовлений, угостив мно­гих, он роздал всему войску жертвенное мясо и все положенное для пира и дал солдатам отдых.

    17

    При афинском архонте Ктесикле и римских консулах Гае Суль- пиции и Луции Цапирии 3 Александр вместе с войском подошел к Геллеспонту и переправил его из Европы в Азию. (2) Сам он, с 60 военными кораблями, подплыл к Троаде и первый из маке­
    донцев метнул с корабля копье, которое вонзилось в землю; спрыг­нув на землю, Александр заявил, что боги вручают ему завоеван­ную им Азию. (3) Почтив могилы героев, Ахилла, Аянта и других, жертвами и прочим, чем положено прославлять их, он произвел тщательный смотр своему войску. Македонской пехоты оказалось 12 ООО, союзников 7000, наемников 5000; все они были под началь­ством Пармениона. (4) Одрисов, трибалов и иллирийцев следовало за ним 5000; лучников, так называемых агриан, тысяча, — так что всей пехоты было 30 000. Всадников было: македонцев полторы тысячи; командовал ими Филота, сын Пармениона; фессалийцев полторы тысячи под командой Каллата, сына Гарпала; остальных эллинов всего 600; командовал ими Эригий; разведчиков, фракий­цев и пэонов, 900 под командой Кассандра; всего, следовательно, всадников было 4500 человек. (5) В Европе под командой Антипатра осталось 12 000 пехоты и полторы тысячи всадников.

    (6)    Царь выступил из Троады и набрел на храм Афины. Жрец Аристандр, увидев, что статуя Ариобарзана, бывшего сатрапа Фригии, валяется на земле перед храмом и что налетели какие-то птицы, предвещающие доброе, подошел к царю и уверил его, что он победит в большом конном сражении и что совсем несомненна эта победа, если сражение произойдет во Фригии. (7) Он добавил, что, сражаясь, Александр своей рукой убьет знаменитого враже­ского военачальника: это указывают ему боги, главным образом Афина, которая будет царю споспешествовать.

    18

    Александр, услышав это предсказание, принес Афине велико­лепную жертву и посвятил богине собственные доспехи. Из до­спехов, лежавших в храме, он выбрал самый прочный щит и с ним бился в первом сражении, которое завершилось, благодаря его храбрости, громкой победой. Это случилось несколько дней спустя.

    (2)    Персидские сатрапы и военачальники не успели помешать переправе македонцев; собравшись, они стали совещаться, как вести войну с Александром. Мемнон родосец, известный своей воин­ской мудростью, советовал не вступать в сражения и, опустошая страну, не давать македонцам возможности идти вперед, — им нечего будет есть, — переправить в Македонию морские и пешие силы и вообще перенести военные действия в Европу. (3) Советы его, как это выяснилось из дальнейших событий, были превосходны, но они не убедили остальных военачальников, которые сочли их недостойными душевного величия персов. (4) Решение вступить в бой возобладало. Собрав отовсюду войска, значительно превос­ходившие силы македонцев, они двинулись во Фригию, лежащую у Геллеспонта. Лагерь разбили у реки Граника; оплотом служила эта река.


    19

    Александр, узнав о стечении варварских сил, двинулся уско­ренным маршем вперед и разбил свой лагерь напротив вражеского, так что Граник оказался между двумя станами. (2) Варвары, за­няв место у подножия гор, были спокойны и рассчитывали напасть на врага, когда он станет переправляться через реку: строй в ма­кедонской фаланге разобьется, и они легко ее одолеют. (3) Але­ксандр, однако, на рассвете смело переправил войско через реку, и враги не успели опомниться, как он выстроил его в боевом по­рядке. Варвары выстроили против целого македонского войска большую конницу, рассчитывая, что она решит исход боя. (4) На левом крыле стояли со своими всадниками Мемнон родосец и сатрап Арсамен, за ними Арсит выстроил своих конников пафла- гонцев, дальше стояла конница гирканцев, которой командовал Спифробат, сатрап Ионии. На правом крыле стаяли тысяча медов, Реомифр с 2000 всадников и столько же бактрийцев. В центре на­ходились всадники из других племен; было их много числом, и воины были они отборные. Всей конницы имелось больше 10 000. (5) Пехоты же было у персов не меньше 100 000; она спокойно стояла в арьергарде, считая, что и одной конницы хватит спра­виться с македонцами. (6) Всадники и одной и другой стороны рвались в бой; фессалийская конница, стоявшая под командой Пармениона на левом крыле, мужественно встретила натиск отряда, выстроенного против нее; Александр, у которого на правом крыле стояла наилучшая конница, первый поскакал на персов и в схватке с врагами перебил многих.

    20

    Варвары сражались мужественно; их ярость наталкивалась на мужество македонцев. Судьба свела в одно место наилучших вои­нов, чтобы решить исход сражения. (2) Сатрап Ионии Спифробат, перс родом, зять царя Дария, отличавшийся мужеством, прорвал с большим конным отрядом македонский строй. Рядом с ним сра­жалось 40 человек его родственников, людей исключительной храб­рости; он обрушился на противника и, доблестно сражаясь, кого убил, кого ранил. (3) Справиться с этим сильным человеком было трудно; Александр повернул коня в сторону сатрапа и подскакал к варвару. Перс подумал, что сами боги посылают ему счастливый случай: он один на один сразится с Александром, своим мужеством освободит Азию от великого страха, собственными руками убьет Александра — придет конец его дерзостным замыслам, о которых все прокричали; не будет посрамлено славное имя персов. Он пер­вый метнул в Александра дротик и кинулся на него так стре­
    мительно, с такой силой вогнал копье, что оно пробило щит и, за­дев правое плечо, прошло сквозь панцирь. (4) Царь вырвал вон­зившееся в руку железо, дал лошади шпоры и, рассчитывая, что в помощь ему будет сама стремительность его порыва, ударил сат­рапа дротиком в середину груди. (5) При виде такого мужества воины обеих сторон, стоявшие вблизи, громко вскрикнули. На­конечник сломался о панцирь, не причинив раны; перс выхватил меч и устремился на Александра, но царь, схватив дротик, успел ударить его в лицо и нанести сквозную рану. (6) Тогда брат пав­шего, Ресак, подскакав к Александру, так страшно ударил его мечом по голове, что раскроил шлем и слегка задел кожу. (7) Ре­сак собирался другим ударом рассечь голову, но Клит, по проз­вищу «Черный», вынесшись на лошади, отрубил варвару руку.

    21

    Родственники, собравшись все вокруг обоих павших, сначала метали дротиками в Александра, а затем, тоже всей гурьбой всту­пив в битву, шли на все опасности, только бы убить царя. (2) Его окружали великие опасности, но и множество врагов не смогло его одолеть: панцирь его был пробит в двух местах, шлем в одном, щит, взятый из храма Афины, в трех, но он не отступал; его ре­шимость и присутствие духа противостояли всем страхам. (3) После этого много славных персидских военачальников пало от его руки; славнейшими из них были Атизий, Фарнак, брат Дариевой жены, и Мифробузан, командовавший каппадокийцами. (4) Когда погибло много военачальников и все персидское войско было раз­бито, то полки, выстроенные насупротив Александра, вынуждены были первыми обратиться в бегство, за ними повернули назад и остальные. Царь единогласно был признан первым храбрецом и сочтен главным виновником всей победы. Очень прославляли му­жество фессалийских всадников, великолепно маневрировавших и отлично бившихся.

    (5)     После бегства конницы вступила в сражение пехота, но продолжалось оно недолго: варвары, потрясенные тем, что конница обратилась вспять, пали духом и устремились в бегство. (6) Пер­сов погибло: пехотинцев больше 10 ООО, всадников не меньше 2000; в плен взято было больше 20 000. После сражения царь устроил великолепные похороны скончавшимся, рассчитывая, что такие почести сделают его солдат еще неустрашимее.

    Вместе со своим войском прошел он через Лидию, овладел Сардами — городом и кремлем — и сокровищами, которые там на­ходились: сатрап Мифрен добровольно их ему вручил.

    22

    Уцелевшие в битве персы бежали вместе с военачальником Мем- ноном в Милет. Царь, расположившись лагерем возле города, ежедневно посылал войска на один приступ за другим; (2) осажден­ные сначала легко отбивали со стен эти атаки, потому что в городе собралось много войска, а стрел и всего, что нужно при осаде, имелось в изобилии. (3) Когда же царь стал разбивать стены маши­нами и решительно с суши и с моря повел осаду, а македонцы стали врываться в город через проломы в стенах, тогда лишь уступая силе, они обратились в бегство. (4). Тотчас же милетяне припали к царю с ветвями умоляющих, отдавая в его власть и себя и город. Что же касается варваров, то одних перебили македонцы, а дру­гие или выскользнули из города и бежали, или попали в плен.

    (5)      Александр с милетянами обошелся человеколюбиво, а всех остальных обратил в рабство. Так как флот оказался бесполезен, а расходов требовал больших, то он распустил его, оставив лишь несколько кораблей для перевозки стенобитных машин; в числе этих кораблей было 20 союзнических афинских.

    23

    Некоторые говорят, что Александр распустил флот с хитрым расчетом. Он поджидал Дария; предстояло большое и грозное сра­жение, и Александр решил, что македонцы будут сражаться мужественнее, если у них отнять надежду на спасение бегством.

    (2)    То же самое сделал он в битве при Гранике: он оставил в тылу реку, чтобы никому и в голову не пришло кинуться в бегство: что преследуемые найдут гибель в речном потоке, это было совер­шенно ясно. Впоследствии Агафокл, царь сиракузский, следуя примеру Александра, одержал неожиданную и большую победу.

    (3)    Высадившись в Ливии с небольшим войском, он сжег корабли, отнял у своих солдат надежду спастись бегством, заставил их тем самым храбро сражаться и победил карфагенян, выступивших против него с многотысячным войском.

    (4)    После взятия Милета много персов и солдат-наемников собралось в Галикарнассе; бежали туда и самые дельные воена­чальники. Это самый большой из городов Карии, ее столица, с пре­восходными крепостями. (5) Как раз в это время Мемнон отослал свою жену и детей к Дарию: тут была и предусмотрительная разумная забота об их безопасности, и расчет на то, что царь, имея таких важных заложников, охотнее доверит ему верховное командование. Так и случилось. (6) Дарий тотчас же отправил жителям приморских областей приказ повиноваться во всем Мемнону. Получив верховное командование, он стал приготовлять все необходимое на тот случай, если Галикарнасс окажется в осаде.

    24

    Царь Александр подвез морем к Галикарнассу осадные машины и хлеб, а сам со всем войском отправился в Карию; города, лежав­шие на пути, он привлек к себе своей добротой. Греческие города он особенно облагодетельствовал: дал им автономию, освободил от податей и заявил, что он поднялся войной на персов ради осво­бождения эллинов. (2) Во время этого путешествия он встретил женщину, Аду по имени, которой подобало, по ее роду, править карийцами. Она стала говорить ему о своих наследственных пра­вах на власть и просить его помощи. Он велел ей взять управле­ние Карией; благодеяние, оказанное этой женщине, расположило к нему карийцев. (3) Сразу же все города отправили к нему по­сольства, почтили его золотыми венками и пообещали действовать с ним заодно.

    Александр, расположившись лагерем возле города, повел осаду деятельным и устрашающим образом. (4) Сначала он посылал войска на один приступ за другим и целый день проводил в сраже­нии; затем подвел разные машины; рвы перед городом засыпал под прикрытием трех «черепах* и начал таранами бить по башням и стенам между башнями. Когда часть стены рухнула, то солдаты, прокладывая себе путь в рукопашных схватках, ворвались через пролом в город. (5) Мемнон сначала легко отражал приступы ма­кедонцев, так как в городе у него было много воинов; когда стали бить машины, то из города ночью под его предводительством вы­ступил большой отряд и поджег эти машины. (6) Перед городом происходили большие сражения; македонцы значительно превос­ходили врага храбростью; преимущество персов состояло в их числе и подготовленности. Стоявшие на стенах помогали им в бою и стрелами с катапульт убивали и ранили врагов.

    25

    Одновременно с обеих сторон трубы подали сигнал к бою; со всех сторон поднялся крик, которым воины выражали свое одоб­рение подвигам соратников. (2) Одни тушили огонь, взвивавшийся высоко над машинами, другие избивали врага, схватившись вру­копашную; третьи за рухнувшими стенами складывали другие стены и делали их прочнее старых. (3) Военачальники Мемнона сра­жались в первых рядах и вручали богатые подарки отличившимся; обе стороны горели несказанной ревностью победить. (4) Раненых (раны были спереди) и потерявших сознание выносили из сраже­ния; тела павших охраняли товарищи, которые жестоко сража­лись, не позволяя врагу их унести. Некоторые среди всех этих ужасов начинали падать духом, но ободряющие слова начальни­
    ков опять вливали в них мужество, и они исполнялись свежих сил. (5) Наконец несколько македонцев, в том числе и Неоптолем, военачальник и муж славный, пали у самых ворот. После этого две башни были разрушены до самого основания; два простенка рух­нуло, и какие-то солдаты Пердикки, напившись, полезли ночью, очертя голову, на стены акрополя. Мемнон и его помощники, понимая неопытность атакующих, выступили с отрядом, значи­тельно большим, отогнали македонцев и многих убили. (6) Узнав

    об   этом происшествии, многие македонцы бросились на помощь; завязалась жестокая сеча, и когда на поле битвы появился со своими воинами Александр, то персы отступили и заперлись в городе. Царь попросил через глашатая выдать для похорон трупы македонцев, павших за стенами. Афиняне Эфиальт и Фра- сибул, сражавшиеся вместе с персами, советовали отказать, но Мемнон согласился.

    «

    26

    После этого Эфиальт на военном совете предложил не ждать, пока город возьмут и они окажутся в плену: пусть наемники пер­выми нападут на врага, имея начальников в первых рядах. (2) Мемнон, видя, что Эфиальтом движет доблесть, и вполне на него полагаясь (был он человеком мужественным и физически сильным), разрешил ему поступить, как он хочет. (3) Он, взяв 2000 отборных наемников, одной половине их вручил зажженные факелы, дру­гую выстроил в боевом порядке и внезапно велел настежь распах­нуть ворота. На рассвете воины высыпали с ним и подожгли осад­ные машины. Сразу же вспыхнул огромный пожар; (4) Эфиальт, тесно сплотив узкий строй своих солдат, шел во главе их и обру­шился на македонцев, бежавших на помощь. Царь, узнав о про­исходящем, поставил впереди македонцев, сражавшихся всегда в первом ряду; сменой им были отборные воины, а в третьем ряду стояли отличавшиеся своей исключительной храбростью. Сам он стал впереди, удерживая врагов, считавших себя непобедимыми. Выслал он и солдат тушить огонь и спасать машины. (5) С обеих сторон одновременно раздался неистовый крик; трубы дали сиг­нал к бою, и завязалась великая битва, ибо доблестны были сра­жавшиеся и велика была у них жажда славы. Македонцы не дали огню распространиться, но воины Эфиальта одержали в сражении верх. (6) Значительно превосходя остальных телесной силой, он убил многих, подвернувшихся ему под руку. Стоявшие на новой, только что сложенной стене, градом сыпали стрелы и многих убили: выстроена была деревянная башня, высотой в 100 локтей, и в ней было полно стрел для катапульт. (7) Много македонцев пало; многие под этим градом стрел отступили; Мемнон привел на помощь большой отряд, и царь оказался в большом затруднении.

    27

    Когда перевес оказывался уже на стороне галикарнасцев, все неожиданно обернулось иначе. Старики-македонцы, освобожден­ные по своему возрасту от участия в бою, ходившие в походы еще с Филиппом и во многих битвах спасавшие положение, увидели, что настал для них час показать себя. (2) Значительно превосходя воинским разумением и опытом молодых солдат, которые стали от­ступать, они горько упрекнули их в трусости, составили отряд и, став щит к щиту, остановили неприятеля, уже считавшего себя победителем. (3) Убив в конце концов Эфиальта и многих других воинов, они заставили остальных бежать в город. (4) Наступала ночь, и македонцы вслед за беглецами ворвались за стены, но так как царь велел трубить отбой, то они вернулись в лагерь. (5) Мем- нон со своими военачальниками и сатрапами, собравшись, решили покинуть город, оставить в акрополе самый лучший отряд со всем снаряжением, которое нужно, остальных же и все имущество пере­везти на Кос. (6) Александр, узнав на рассвете о происшедшем, срыл город и обвел акрополь хорошей стеной и рвом. Часть вой­ска он с начальствующими отправил внутрь материка с приказа­нием покорить ряд племен.

    Энергично воюя, они покорили всю страну вплоть до Великой Фригии; солдат кормила вражеская территория. (7) Александр овладел всем побережьем до самой Киликии и приобрел много го­родов; после трудной и упорной осады достались ему и сильные крепости. Одну он одолел невероятным образом: стоит остановиться на этой необычайной истории.

    28

    На границе Ликии, на высоком, особенно укрепленном утесе жили так называемые мармары. Когда Александр проходил по этому месту, они напали на македонский арьергард, многих убили и забрали себе большое число рабов и вьючных животных. (2) Царь, обозленный этим, осадил крепость и прилагал всяческое старание к тому, чтобы овладеть ею. Мармары, отличавшиеся своим мужеством, храбро выдерживали осаду, уверенные в непри­ступности места. В течение двух дней один приступ сменялся дру­гим; было ясно, что царь не отступит, пока не возьмет крепости.

    (3)     Старики-мармары советовали сначала молодежи прекратить военные действия и помириться с царем на условиях, которые были бы возможны. Их не послушались, предпочитая умереть за сво­боду отечества. Тогда они стали уговаривать их умертвить детей, женщин и стариков, а самим, сильным мужчинам, пробиться си­лой в ночное время через вражеский лагерь и бежать в соседние горы. (4) Молодежь согласилась; все собрались по своим домам


    вместе с родными и за трапезой, состоявшей из самых вкусных яств и напитков, ожидали страшного часа. Молодежи было чело­век 600, они отказались поднять руку на близких, но подожгли дома и, высыпав через ворота, отступили в горы. (5) Они выпол­нили принятое решение, превратив родные дома в могилы; про­скользнули, пока стояла ночь, через раскинутый вокруг лагерь и бежали в горы. Все это произошло в том же самом году.

    29

    В тот год, когда архонтом в Афинах был Никократ, а консу­лами в Риме Цезон Валерий и Луций Папирий,4 Дарий послал Мем- нону очень много денег и сделал его главнокомандующим. (2) Тот собрал большое число наемников, посадил их на 30 кораблей и стал энергично вести войну: подчинил Хиос; подойдя к Лесбосу, без труда овладел Антиссой, Мефимной, Пиррой и Эресом, но Ми- тилену, город большой, превосходно снабженный, располагав­ший большим войском, он осаждал долго, потерял много солдат и взял с трудом. (3) Сразу же разнеслась молва о действиях ко­мандующего, и большая часть Кикладских островов отправила к нему посольства. В Элладу донеслись слухи, будто Мемнон думает направиться с войском к Эвбее; города на этом острове были охвачены страхом, а те греки, которые держали сторону персов (в числе их были и спартиаты), преисполнились надежд на переворот. (4) Мемнон подкупил многих греков и убедил их раз­делить чаянья персов. Судьба, однако, не позволила этому чело­веку развернуться во всю ширь. Он заболел и неожиданно скон­чался; смерть его погубила все дело Дария.

    30

    Персидский царь собирался перенести военные действия из Азии целиком в Европу. Услышав о кончине Мемнона, он собрал на совет близких ему людей и предложил им обсудить, посылать ли военачальников с войском в приморские области, или же самому царю со всей армией выступить против македонцев. (2) Некоторые высказались за то, чтобы царь сам взял на себя командование; персы, по их словам, будут тогда воевать с большей охотой. Афи­нянин же Харидем, человек изумительной храбрости и стратег искуснейший (он воевал вместе с царем Филиппом и был его пра­вой рукой и советником во всех предприятиях), посоветовал Да­рию не делать опрометчиво ставкой свое царство: пусть он несет на себе тяжесть управления Азией, а на войну отправит полко-


    водца уже испытанной доблести. (3) Стотысячного войска, треть которого составляют эллинские наемники, достаточно — и он на­мекнул, что он сам берется осуществить свое предложение. (4) Царь сначала согласился со словами Харидема, но близкие ему люди стали решительно возражать и внушили царю подозрение, что Харидем добивается верховного командования с целью пре­дать персов македонцам. Разгневанный Харидем обругал персов за трусость всеми словами, какие только пришли в голову, и тем еще больше задел царя. В раздражении, не думая уже о своей пользе, Дарий схватил Харидема за пояс, предавая его тем, по пер­сидскому обычаю, своим прислужникам на казнь. (5) Харидем, идя на смерть, крикнул, что царь скоро раскается в том, что сделал, а скорым наказанием ему за неправую месть будет крушение его царства. Харидему не удалось осуществить его больших надежд, и за свой смелый язык он преждевременно ушел из жизни. (6) Царь, когда раздражение у него улеглось, одумался, укорял себя в том, что допустил величайшую ошибку; случившееся, однако, и царская власть не могла сделать неслучившимся. (7) Поэтому, одержимый страхом перед доблестью македонцев, ясно представляя себе деятельную натуру Александра, он стал искать военачаль­ника, достойного принять власть Мемнона. Найти такого он не смог и был вынужден сам вести войну за свое царство.

    31

    Сразу же собрал он отовсюду войска и велел им встретиться в Вавилоне; из близких и родных выбрал подходящих людей; между одними распределил соответствующие должности, других взял с собой на войну. (2) Когда настал срок похода, все сошлись в Вавилон. Пешего войска было больше 400 ООО; всадников не меньше 10 ООО. С такой армией Дарий вышел из Вавилона и напра­вился в Киликию; с ним были жена, дети — сын и две дочери— и мать.

    (3)     Александр еще при жизни Мемнона узнал, что Хиос и го­рода на Лесбосе захвачены, Митилена взята силой, Мемнон с 300 триер и пешим войском собирается идти на Македонию, а большинство эллинов готово восстать. Его охватила великая тревога, (4) но когда ему принесли известие о кончине Мемнона, тревога эта несколько утихла. Вскоре после этого он тяжко забо­лел и, жестоко страдая, созвал врачей. (5) Никто не брался его лечить, и только Филипп, акарнанец родом, заявил, что он будет действовать решительно и быстро и своим лекарством изгонит болезнь. (6) Царь радостно его выслушал, так как ему сообщили, что Дарий с войском уже выступил из Вавилона. Врач дал ему вы­пить лекарство — в помощь пришли природа больного и удача,

    Александр сразу выздоровел. После такого неожиданного избав­ления от гибели он почтил врача великими почестями и принял его в число самых дорогих друзей.

    32

    В письме к Александру мать его, давая ему много полезных на­ставлений, между прочим, посоветовала остерегаться Александра линкейца. Он отличался мужеством, был преисполнен гордости и, находясь в свите Александра среди его друзей, пользовался его доверием. (2) Обвинение это подтвердилось множеством других основательных улик. Александр был схвачен и в ожидании суда посажен в оковах под стражу.

    Александр, узнав, что Дарий находится от него на расстоянии нескольких дней пути, послал Пармениона с войском заранее захватить проходы и так называемые «Ворота». Парменион, вторг­шись в эти места, прогнал варваров, успевших захватить ущелья, и завладел проходами. (3) Дарий, желая облегчить войску поход, отослал обоз и лишних людей в Дамаск, в Сирию. Узнав, что Алек­сандр успел захватить ущелья, и думая, что он не отважится всту­пить в бой на равнине, Дарий быстро двинулся ему навстречу.

    (4)   Местные жители пренебрежительно отнеслись к малочисленному македонскому войску; потрясенные величиной персидской армии, они оставили Александра и, перейдя на сторону Дария, с вели­кой готовностью доставляли персам еду и всяческое снаряжение, предсказывая по своим соображениям победу варварам.

    Александр овладел Иссом, важным городом, который был по­трясен неожиданностью.

    33

    Лазутчики сообщили, что Дарий находится от него в 30 стадиях и грозно надвигается со своим выстроенным в боевом порядке войском. Александр, понимая, что боги дают ему случай одним сражением покончить с владычеством персов, воодушевил подо­бающим словом воинов на решительный бой. Пешие полки и кон­ные отряды он расположил в соответствии с характером места: конницу поставил впереди всего войска, а пехоту поместил сзади в резерве. (2) Сам он, во главе правого крыла, двинулся на врага, имея при себе цвет конницы. Левое крыло занимали фессалийские всадники, выделявшиеся своим мужеством и опытностью. (3) Когда войска оказались на расстоянии полета стрелы, варвары забросали Александра и его солдат таким количеством дротиков и стрел, что, сталкиваясь между собой на лету, они теряли свою силу. (4) Трубы с обеих сторон подали сигнал к бою; македонцы
    первые согласно и оглушительно закричали, им ответили варвары* и соседние горы откликнулись эхом, более громким, чем самый крик: казалось, 500 ООО людей одновременно издали вопль. (5) Александр оглядывался во все стороны, стремясь увидеть Дария. Узнав его, он сразу же со своими всадниками понесся на него, стремясь не столько одолеть перса, сколько своей рукой обеспе­чить победу. (6) Одновременно с ним и все остальные всадники вступили в бой, и началась кровавая сеча. Доблесть сражавшихся делала исход битвы сомнительным. Победа склонялась то в одну, то в другую сторону; положение поочередно менялось. (7) Ни одна стрела, ни один взмах мечом не пропадали впустую: людей было так много, что нельзя было промахнуться. Поэтому много воинов пало (раны были спереди); неистово сражаясь до последнего вздоха, солдаты расставались с жизнью раньше, чем с доблестью.

    34

    Командиры каждого полка, сражаясь впереди своих подчинен­ных, собственной доблестью побуждали многих на подвиг. Люди были все в ранах; грозно и по-разному бились, стремясь к победе.

    (2)         Оксафр, брат Дария, восхваляемый за мужество, увидав Александра, неудержимо несущегося на Дария, поторопился раз­делить судьбу брата. (3) Взяв из своего отряда лучших всадников, он пробился с ними к Александру и, считая, что любовь к брату доставит ему громкую славу у персов, завязал бой перед Дарие- вой колесницей: сражаясь умело и храбро, он убил многих. (4) Александр и его воины отличались своим мужеством, и скоро перед Дариевой колесницей образовалась гора трупов. Все стремились нанести удар царю, бились со всем пылом и нисколько не щадили своей жизни. (5) В этой схватке пало много видных персов-воена- чальников; среди них Атизий, Реомифр и Стабак, сатрап Египта. Много пало и македонцев; сам Александр, окруженный со всех сторон неприятелем, был ранен в бедро. (6) Лошади, впряженные в колесницу Дария, покрытые ранами, в страхе перед грудами на­валенных вокруг тел, закусили удила — и вскоре Дарий оказался в гуще врагов. В этой крайней опасности царь сам схватился за вожжи: нужда заставила его забыть о своем высоком сане и пре­ступить закон, наложенный у персов на царей. (7) Слуги Дария подвели ему другую четверню, но пока он пересаживался, началась свалка; враги теснили Дария, и его охватил страх и ужас; персы, заметившие смятение царя, бросились бежать; когда то же сделали и всадники, окружавшие царя, то бегство стало всеобщим. (8) Так как бежать приходилось по крутизнам и сквозь теснины, то люди, сталкиваясь, падали и топтали друг друга; многие погибли, хотя вражеская рука не нанесла им ран. Грудами лежали тела;

    одни совсем безоружные, другие во всеоружии. Некоторые, держа в руках обнаженный меч, пронзали и убивали им пытавшихся его отнять. Большинство, вырвавшись на равнину и гоня во всю прыть лошадей, добралось до союзных городов. (9) Македонская фаланга и персидская пехота продолжали еще некоторое время сражаться, но поражение всадников было как бы вступлением к пол­ной победе македонцев. Вскоре все варвары обратились вспять, и так как многотысячной толпе пришлось бежать в теснинах, то вся окрестность наполнилась трупами.

    35

    С наступлением ночи персы без труда рассеялись по многим местам, а македонцы прекратили преследование и занялись гра­бежом: возились больше всего в царских палатках, где было много богатства. (2) Из царской сокровищницы расхищено было много серебра, немало золота, огромное количество роскошных одежд. Награблено было немало богатства у царских друзей, родных и прочих военачальников. (3) По древнему персидскому обычаю за армией на колесницах, обитых золотыми пластинками, следо­вали женщины не только из царской семьи, но из семей, родствен­ных и дружественных царю. Не зная меры богатству, предельно изнеженные, они везли за собой каждая множество драгоценной утвари и женских уборов. Страдания захваченных в плен женщин были ужасны. (5) Те, которые раньше, по изнеженности своей, с трудом переносили переезд в роскошных повозках, закутанные так, что ни одна часть тела не оставалась обнаженной, теперь в одних хитонах и лохмотьях, рыдая, выбегали из палаток, громко взывая к богам и припадая к коленям победителей. (6) Срывая дро­жащими руками свои уборы, бежали они с распущенными волосами по неприступным местам и, встречаясь с другими беглянками, молили о помощи тех, кто сам нуждался в защите. (7) Одни сол­даты тащили несчастных за волосы; другие, сорвав одежды, хватали обнаженных, ударяли их тупым концом копья и, пользуясь слу­чаем, попирали то, что составляло честь и славу у варваров.

    36

    Те из македонцев, в которых было много доброты, видя эту перемену судьбы, сочувственно отнеслись к несчастным женщи­нам и сжалились над бедствиями тех, которые лишились подобаю­щего почета и уважения, оказались среди чужеземцев и врагов и шли в плен, горестный и позорный. (2) До слез жалели Дариеву мать, его жену, двух взрослых дочерей и мальчика-сына. (3) Пере­мена в их судьбе, огромное и неожиданное несчастье, постигшее
    их на глазах у всех, естественно располагало видевших это к со­страданию. (4) Остался ли Дарий в живых или погиб вместе с осталь­ными, они не знали; они видели, что вооруженные мужчины гра­бят их палатку; что они позволяют себе неподобающие поступки, не зная, кто их пленницы; что вместе с ними вся Азия уже оказа­лась в плену. Жены сатрапов припадали к ним и молили помочь; они были не в силах это сделать и сами просили защиты. (5) Слуги Александра, захватив палатку Дария, приготовили там купанье и обед и, зажегши множество светильников, поджидали царя, чтобы, вернувшись после погони и застав к услугам своим все, что было у Дария, он увидел бы в этом счастливое знамение, предвещавшее ■ему власть над всей Азией.

    (6)     В сражении погибло: у варваров больше 100 ООО пехотин­цев, всадников не меньше 10 ООО; у македонцев: около 300 пехо­тинцев и человек полтораста всадников. Таков был исход битвы при Иссе в Киликии.

    37

    Дарий, побежденный в битве, бросился бежать и, меняя од­ного за другим лучших коней, мчался во всю конскую прыть, стремясь ускользнуть от Александра и добраться до сатрапий внутри материка. (2) Александр с конницей «друзей» и лучшими всадниками из других отрядов гнался за Дарием, стремясь за­хватить его. Промчавшись стадий 200, они около полуночи по­вернули обратно в лагерь. Смыв в бане усталость от всех трудов, они предались отдыху и сели за еду. (3) Кто-то пришел к жене Дария и к его матери и сказал им, что Александр вернулся из по­гони с доспехами, снятыми с Дария. Женщины подняли великий крик и плач; толпа пленниц разделила их скорбь, встретив гром­ким рыданием эту весть. Царь, узнав, почему они горюют, послал Леонната, одного из своих «друзей», успокоить их смятение, уте­шить Сисигамбу и всех, кто с ней, сказав, что Дарий жив и что Александр позаботится о них как подобает; он желает утром на­вестить их и на деле показать свое дружелюбие. (4) Пленницы, которым выпало такое необычайное и совершенно неожиданное счастье, почтили Александра как бога и прекратили свои рыдания.

    (5)    Царь на рассвете вместе с самым любимым другом своим, Ге- фестионом, пришел к женщинам. Оба они были одеты одинаково, но Гефестион был выше и красивее, и Сисигамба, приняв его за царя, пала перед ним ниц. Присутствовавшие стали качать голо­вой и руками показывать на Александра. Сисигамба, устыдившись своей ошибки, простерлась сызнова перед Александром, (6) но царь, подняв ее, сказал: «Не волнуйся, мать! он тоже Александр». Назвав старую женщину именем матери, самым ласковым на земле
    словом, он дал понять несчастным, как дружественно будет он с ними обращаться впредь. Подтвердив, что она будет для него вто­рой матерью, он на деле доказал правдивость своих слов.

    38

    Он надел на нее царский убор; вернул прежний почет и подо­бающие почести; отдал всех служанок, которые были даны Дариемг и прибавил от себя не меньшее число; заявил, что для девушек он выберет мужей лучших, чем выбрал бы Дарий, а мальчика воспи­тает как собственного сына и удостоит царских почестей. (2) Он подозвал его к себе и поцеловал; видя, что тот смело глядит на него и ничуть не пугается, сказал Гефестиону и его спутникам, что этот шестилетний ребенок смел не по летам и будет гораздо лучше своего отца. Он заявил, что позаботится о чести ее сана: ее окружит такой же почет, какой окружал в дни былого счастья. (3) Он еще много го­ворил с женщинами, и от его слов, жалостливых и добрых, от этой великой и неожиданной радости они залились неудержимыми слезами. На прощанье протянул каждой правую руку, и его хва­лили не только облагодетельствованные им — эту безграничную доб­роту одобрили все соратники. (4) Я же вообще думаю, что среди множества прекрасных деяний, совершенных Александром, нет ни одного большего и более достойного памяти историка.

    (5)      Осады городов, сражения и прочие воинские деяния удачно заканчиваются благодаря счастливому случаю или доблести, но только мудрый почувствует жалость к тем, кто целиком оказался в его власти. (6) Большинство по глупости своей в счастье превоз­носится; благоденствие делает их гордецами, и они забывают о томг что человек — существо слабое и бессильное. Поэтому и оказы­вается, что для большинства счастье бывает как бы тяжкой ношейг которую они не в силах нести. (7) Да встретит же Александр, живший за много поколений до нас, и в последующих веках суд справедливый и достойный его добродетели!

    39

    Дарий, достигнув Вавилона и собрав тех, кто уцелел в битве при Иссе, не пал духом, хотя его и постигло великое несчастье. Он написал Александру, прося его и в счастье не терять челове­ческого облика и отпустить пленных за большой выкуп. Он доба­вил, что если Александр пожелает стать ему другом, то он усту­пит ему всю Азию до Галиса. (2) Александр собрал друзей, но скрыл от них подлинное письмо и показал своим советникам дру­гое, которое написал сам и которое соответствовало его собствен­ным намерениям. Послы ушли ни с чем. (3) Дарий поэтому отка-


    зался от письменных переговоров и занялся большими приготов­лениями к войне: вооружил тех, кто при отступлении бросил все оружие; набрал новые полки; велел прибыть из глубины Азии ар­миям, которые он, стремительно собравшись в поход, оставил на месте. (4) Он вложил столько рвения в дело создания армии, что «солдат у него оказалось вдвое больше, чем были при Иссе: у него собралось 800 ООО пехотинцев, 20 ООО всадников; было еще много колесниц с серпами. Все это произошло в течение этого года.

    40

    Архонтом в Афинах был Никита; консулами у римлян Марк Атилий и Марк Валерий; шла 112-я олимпиада; победителем в тот год на олимпийских играх был Грилл халкидец.5

    Александр после победы при Иссе похоронил павших, в том числе и врагов, удививших своими подвигами. После этого он при­нес богам великолепные жертвы; почтил отличившихся в битве дарами, каждого по достоинству, и дал солдатам несколько дней передышки. (2) Затем он отправился в Египет и, вступив в Фини­кию, взял много городов, так как население охотно его принимало. Тирийцы же, когда царь пожелал принести жертву Гераклу ти- рийскому, очень опрометчиво запретили ему войти в город.

    (3)      Александр очень рассердился и пригрозил, что возьмет город. Тирийцы мужественно выдерживали осаду, рассчитывая этим услу­жить Дарию, приобрести прочную его благосклонность и получить богатые дары за свою услугу: отвлекая Александра длительной и опасной осадой, они давали Дарию возможность спокойно гото­виться к войне. Полагались они и на неприступность своего острова, и на свои приготовления к войне, и на Карфаген, свою колонию.

    (4)    Царь, видя, что с моря город не взять, так как он обведен сте­нами и располагает флотом, а с суши к нему не подобраться, по­тому что его от материка отделяют 4 стадии, все же решил идти на все опасности и труды, чтобы не оказаться македонскому войску в пренебрежении у какого-то единственного города. (5) Он разру­шил так называемый старый Тир, привез многое множество камня и сделал насыпь шириной в 2 плефра. На эту работу взяты были жи­тели всех соседних городов, и благодаря множеству рабочих рук закончена она была быстро.

    41

    Тирийцы сначала, подплывая к насыпи, посмеивались над царем и спрашивали, не считает ли он себя сильнее Посидона. Насыпь, однако, вопреки ожиданию, росла и росла, и тогда они по-


    становили отвезти детей, женщин и стариков в Карфаген, мужчин в цвете сил поставили на защиту стен и быстро подготовили флот:: имелось у них 80 триер. (2) Часть детей и женщин они успели поместить у карфагенян, но многие остались; для морского боя сил не хватало, и всем народом вынуждены они были выдерживать осаду. (3) Было у них огромное количество катапульт и других полезных при осаде машин; им легко было изготовить еще больше новых, так как в Тире жило множество разных ремесленников.

    (4)      Этими машинами, из которых многие были изобретены внове* уставили кругом все городские стены, и особенно то место, где насыпь подходила к стене. (5) Когда македонцы дотянули свою ра­боту до того места, до которого могла долететь стрела, боги по­слали некое знамение воюющим. Волной с моря прибило к этому сооружению кита невероятной величины; наткнувшись на насыпь, он не причинил ей никакого вреда и долго пролежал, уместив на ней часть своего туловища. Люди при виде этого дива были охва­чены ужасом, (6) а чудовище опять уплыло в море, повергнув обе стороны в суеверный страх. Те и другие, толкуя знамение в свою пользу, увидели в нем указание на будущую помощь от Посидона. (7) Случались и другие необычайные знамения, способ­ные внушить толпе смятение и ужас. Хлеб, разломанный маке­донцами себе в еду, оказался на вид окровавленным. Кто-то видел во сне, будто Аполлон сказал, что собирается покинуть город- (8) Народ заподозрил, что этот рассказ вымышлен в угоду Алек­сандру, и молодежь уже готовилась побить камнями этого чело­века; архонты укрыли его, он бежал в храм Геракла и как умоляю­щий спасся от наказания. Тирийцы в страхе приковали золотыми цепями статую Аполлона к пьедесталу, думая тем самым помешать богу покинуть город.

    42

    Тирийцы, встревоженные ростом насыпи, нагрузили множество мелких суденышек катапультами и стрелами и посадили на них лучников и пращников; подплыв к работавшим на насыпи, они многих ранили и немало людей убили. (2) Ни одна из стрел или дротиков, летевших в густую безоружную толпу, не пропадала даром, люди стояли на виду и ничем прикрыты не были. Стрелы ранили не только спереди, но пробивали насквозь тела тех, кто на этой узкой насыпи стоял лицом к врагу: невозможно было от­биться от врага, наседавшего с обеих сторон. (3) Александр, же­лая стремительно подать помощь в этом непредвиденном несча­стье, снарядил все свои корабли и, сам предводительствуя ими* поспешно отплыл к тирийской гавани, чтобы отрезать финикийцам отступление. (4) Варвары, боясь, как бы он, захватив гавань, не
    овладел городом, в котором не осталось солдат, поспешно поплыли к Тиру. Обе стороны усердно работали веслами; македонцы уже приближались к гавани, когда финикийцы, едва избежав гибели, бросив задние суда, приложили все силы и проскользнули в город.

    (5)    Царь, потерпев неудачу в важном предприятии, опять занялся насыпью и поручил большому числу судов охранять рабочих. Когда насыпь уже подошла к городу и он был бы уже скоро взят, сильный северный ветер испортил значительную ее часть. (6) Эта чисто случайная потеря стольких трудов поставила Александра в большое затруднение; он уже раскаивался в том, что начал осаду Тира, но, увлекаемый честолюбием, велел нарубить в горах боль­ших деревьев, привезти их и вместе с ветвями уложить в насыпь: был создан оплот против ярости моря. (7) Быстро восстановив по­врежденные части насыпи и с помощью множества рабочих при­близив ее к городу на расстояние полета стрелы, он поставил на ней машины и стал метать в стены камнями, а стрелами сгонять вои­нов с брустверов. С ними заодно действовали лучники и пращники и ранили многих горожан, помогавших солдатам.

    43

    У тирийцев были мастера морского дела и строители машин, которые придумали искусные средства обороны. В защиту от стрел с катапульт они изготовили колеса с частыми спицами; их вращали с помощью какого-то механизма, и стрелы, попав в такое колесо, или ломались, или отлетали в сторону и причинить вред уже не могли. Камни, летевшие из камнеметов, ударялись о сооружения из мягкого, упругого материала, который ослаблял силу, сообщае­мую машиной. (2) Царь, пока шел штурм с насыпи, обходил город со всем флотом, осматривая стены: было ясно, что он намерен брать город и с суши и с моря. (3) Тирийцы не осмеливались сра­зиться с этим флотом, но три корабля вышли из гавани; царь подо­шел к ним, уничтожил их и вернулся в свой лагерь. Тирийцы, желая удвоить свою оборонную линию, поставили новую стену, отступя на 5 локтей от старой. Шириной она была в 10 локтей; проход между обеими стенами они завалили камнями и землей.

    (4)    Александр, связав между собой триеры и поставив на них раз­ные машины, разрушил стену почти на один плефр. Воины вор­вались через пролом в город. (5) Тирийцы засыпали их стрелами, едва прогнали и с наступлением ночи поправили обвалившуюся часть стены. Между тем насыпь вплотную подошла к стене; город оказался на полуострове, и у стен начались жестокие бои. (6) Осаж­денные, ясно представляя себе ужас своего положения и об­думывая несчастья, которые ожидают их, если город будет взят, шли в бой с полным презрением к смерти. (7) Македонцы возвели
    башни, равные по высоте стенам, перекинули с них мостки и смело вошли на брустверы, но тирийские мастера придумали средство для обороны стен. (8) Выковав большие трезубцы с крючьями на концах, они рукой метали их в солдат, стоявших на башнях. Когда трезубец вонзался в щит, то, ухватившись за веревки, кото­рые были привязаны к трезубцу, тирийцы тащили вражеского воина. (9) Приходилось или бросать щит и подставлять ничем не прикрытое тело под град летящих стрел, или же, не выпуская из чувства чести щита, падать с высокой башни и разбиваться. {10) Другие набрасывали на воинов, бившихся на мостках, рыбачьи сети и, опутав им таким образом руки, притягивали их и сбрасывали с мостков на землю.

    44

    Изобретен был еще хитрый способ сломить мужество македон­цев и подвергнуть самых храбрых воинов мучениям, которых нельзя было и облегчить. Изготовлены были медные и железные щиты; в них насыпали песку и долго нагревали на сильном огне, так что песок накаливался. (2) С помощью какого-то механизма они бросали этим песком в тех, кто сражался всех мужественнее, и подвергали свои жертвы жесточайшим страданиям. Песок про­никал через панцирь и рубаху, жег тело, и помочь тут было не­чем. (3) Поэтому возле страдальцев, моливших о помощи, не было никого, чтобы облегчить их муки, и они кончались, впадая в не­истовство от страшной боли, в страданиях жалостных и неутоли­мых. (4) Финикийцы одновременно бросали огонь, дротики и камни; мужество осаждавших ослабевало под градом стрел; серпы на подъемных кранах подрезали канаты таранов и делали их бес­полезными; огнеметы швыряли огромными кусками раскаленного железа в противника, попадая без промаха, так как люди стояли густой толпой; «воронами» и железными крючьями стаскивали стоявших на бойницах. (5) Так как людей было много, то все ма­шины сразу пускали в действие и штурмующие гибли в большом числе.

    45

    Несмотря на весь этот невыразимый ужас и неодолимое упор­ство сопротивления, македонцы не теряли мужества: они шагали через падавших, и чужие страдания не служили для них уроком.

    (2)    Александр поставил камнеметы и бил в стены огромными кам­нями; катапульты сыпали с деревянных башен всяким метатель­ным оружием, нанося страшные раны стоявшим на стенах. (3) Ти­рийцы придумали защиту от них: по краю стен были поставлены
    мраморные колеса, которые, вращаясь с помощью каких-то ме­ханизмов, ломали стрелы, пущенные с катапульт, или отбивали их в сторону, уничтожая их пробивную силу. (4) Кроме того, они сшивали кожаные и меховые мешки, набивали их водорослями и подставляли их под камни из камнеметов. Мягкий и упругий ма­териал. лщпал удар его силы. (5) Вообще тирийцы защищались всеми способами и, обладая обилием средств обороны, мужественно противились врагу. Они спускались со стен, оставляли свои посты внутри башен и бились с врагом на самих мостках, противопостав­ляя храбрости врагов собственную доблесть. (6) Окруженные врагами, схватываясь с ними врукопашную, они отчаянно сража­лись за отечество; случалось, что топором отсекали противнику часть тела, пришедшуюся под удар. Один из македонских вождей, именем Адмет, отличавшийся мужеством и силой, смело выдержи­вал натиск тирийцев. Топором ему разрубили голову, и он тут же скончался смертью героя.

    (7)     Александр, видя, что тирийцы одолевают македонцев, ве­лел с наступлением ночи трубить отбой. Он решил сначала снять осаду и пойти походом на Египет, но затем передумал, сочтя позором прославить этой осадой не себя, а тирийцев. Из «друзей» одного мнения с ним был только Аминта, сын Андромена, но Алек­сандр решил продолжать осаду.

    46

    ' Уговаривая македонцев не уступать в мужестве, он снарядил все военные корабли и энергично повел осаду с моря и с суши. Заметив, что около верфи стена менее крепка, он подвел сюда триеры, на палубах которых стояли самые сильные машины. (2) И тут он отважился на такое дело, видя которое, люди не поверили своим глазам. Перебросив мостки с деревянной башни на городские стены, он — один — взбежал на стену, не убоявшись ни завист­ливой судьбы, ни храбрости тирийцев, взбежал перед зрителями— воинами, победившими персов. Он приказал македонцам следовать за собой; первый, в рукопашной схватке, убил одних копьем, дру­гих мечом, некоторых отбросил щитом и заставил врагов несколько присмиреть. (3) В это же время с другой стороны таран пробил большую брешь. Когда македонцы ворвались через пролом, а те, кто был вместе с Александром, взошли на стену, то город был взят. Тирийцы, ободряя друг друга, перегородили узкие про­ходы и все — за вычетом немногих — пали сражаясь. Было их больше 7000. (4) Царь обратил в рабство детей и женщин, а всех юношей (было их не меньше 2000) велел повесить. Хотя большая часть населения была увезена в Карфаген, пленных оказалось больше 13 000. (5) Тирийцы, решив выдерживать осаду, обнару­
    жили больше храбрости, чем благоразумия. Они навлекли на себя великие несчастья; в осаде просидели семь месяцев. (6) Царь снял с Аполлона золотые цепи и оковы и велел называть этого бога «Аполлоном, другом Александра». Он принес Гераклу великолеп­ные жертвы, почтил всех отличившихся, устроил великолепные похороны павшим и поставил в Тире царем Абдалонима. . . Алек­сандр пошел на Газу, охраняемую персами, и после двухмесячной осады взял город.

    49°

    В Афинах архонтом был Аристофан, в Риме консулами Спурий Постумий и Тит Ветурий.[2] В этом году, устроив все в Газе, Алек­сандр отправил в Македонию Аминту с десятью кораблями, при­казав набрать подходящую для военной службы молодежь. Сам он со всем войском отправился в Египет и мирным путем овладел всеми городами в этой стране. (2) Египтяне радостно приняли Александра, потому что персы оскорбляли их святыни и управ­ляли насилием. Уладив все дела в Египте, Александр отправился к Аммону вопросить бога. (3) В середине пути встретили его послы из Кирены, везшие ему венец и великолепные дары, в том числе 300 боевых коней и 20. превосходнейших лошадей для колесниц четверней. (4) Приняв их, он заключил с ними дружественный союз и вместе со своими спутниками отправился дальше к храму. Подойдя к безводной пустыне, он запасся водой и продолжал путь по стране, где песок лежал горами. Запас воды вышел за четыре дня; найти ее было негде. (5) Всеми овладело отчаяние, как вдруг разразился ливень, который поразительным образом спас людей, нуждавшихся в воде; они, неожиданно спасенные, приписали этот случай промыслу богов. (6) Набрав в какой-то впадине столько воды, сколько хватило бы на четыре дня, они после четырехднев­ного пути вышли из безводных мест. Дорога потерялась среди без­брежного песка, и проводники объявили царю, что вороны, кар­канье которых слышится справа, указывают дорогу, ведущую прямо к святилищу. Александр счел этот случай счастливым пред­знаменованием и, решив, что бог с радостью его примет, ускорил свой путь. Сначала он наткнулся на так называемое «Горькое озеро», а затем, пройдя 100 стадий, миновал «города Аммона» и через один день пути подошел к священному участку.

    50

    Участок этот, окруженный песчаной безводной пустыней, ли­шенной всего, что мило человеку, простирается стадий на 50 в длину и в ширину. По нему протекает множество прекрасных ручьев, и он засажен самыми разнообразными и очень урожайными деревьями. Погода тут напоминает нашу весеннюю. Вокруг стоит зной, и только здесь жители не знают ни жары, ни холода. (2) Святи­лище это было, говорят, основано Данаем египтянином; земля бога граничит на юге и на западе со страной эфиопов, на севере с кочевым племенем ливийцев и с племенем так называемых наса- монов, владения которых идут в глубь материка. (3) Жители этого оазиса селятся деревнями; посередине его находится акрополь, обведенный тройной стеной. За первой находится дворец древних властителей; за второй женские покои, помещения для детей, род­ных и стражи, а также обитель бога и священный источник, от­куда берут воду, чтобы освятить дары, приносимые богу; за тре­тьей жилье копьеносцев и царской охраны. (4) Недалеко от акро­поля выстроен под сенью высоких деревьев другой храм Аммона. Вблизи от него находится источник, который по следующей при­чине называют источником Солнца: вода в нем удивительным обра­зом меняется в соответствии с временем дня. (5) На рассвете его вода прохладна; чем дальше идут часы, тем она становится холод­нее и в полдневный жар достигает предельного охлаждения; за­тем, по мере того как день склоняется к вечеру, она все теплеет и теплеет, нагреваясь до самой полуночи, а затем начинает осты­вать, пока не придет с рассветом в свое начальное состояние.

    (6)  Статуя бога усыпана изумрудами и другими камнями; предсказа­ния он дает совершенно своеобразным способом: статую эту в зо­лотом киоте несут на своих плечах 80 жрецов, которые направляют путь не по своему выбору, а куда укажет им кивком бог. (7) За ними следует толпа девушек и женщин, которые всю дорогу поют, про­славляя бога старинной песнью.

    51

    Когда жрецы ввели Александра в храм и он увидел бога, старший пророк, человек очень преклонного возраста, подошел к нему со словами: «Привет тебе^ сын мой! так обращается к тебе бог». (2) — «Принимаю твой привет, — ответил Александр, — и впредь буду называться твоим сыном, если только ты дашь мне власть над всей землей». Жрец вошел в святилище, и пока люди, несшие бога, двигались, подчиняясь указаниям божест­венного голоса, он сказал Александру, что бог обязательно испол­нит его просьбу. (3) «Напоследок открой мне то, что я ищу узнать:
    настиг ли я всех убийц моего отца или кто-то еще остался?». — «Не кощунствуй, — закричал жрец, — нет на земле человека, который мог бы злоумыслить на того, кто родил тебя! Убийцы же Филиппа понесли наказание. Доказательством же твоего рожде­ния от бога будет успех в твоих великих предприятиях: и раньше ты не знал поражений, а теперь будешь вообще непобедим».

    (4)     Александр обрадовался этому предсказанию и, почтив богов великолепными приношениями, вернулся в Египет.

    52

    Тут он решил основать большой город и поручил людям, оста­вленным для этого дела, выстроить город между озером и морем.

    (2)     Вымеряв место и умело разделив его на кварталы, Александр назвал город по своему имени Александрией. Он находится в очень удобном месте вблизи от гавани Фароса; благодаря искусному расположению улиц город открыт етесиям, которые дуют с моря, приносят с собой прохладу и делают здешний климат умеренным и здоровым. (3) Он обвел город стеной, огромной и превосходно защищавшей город: она шла между озером и морем, а со стороны суши в нее вело только два узких, легко защищаемых прохода. Окончательный план города напоминает хламиду; почти по се­редине его прорезает улица, удивительная по своей величине и красоте: она идет от одних ворот и до других; длина ее равна

    40   стадиям, а ширина одному плефру; вся застроена роскошными домами и храмами. (4) Велел Александр выстроить и дворец; его величина и мощность постройки поразительны. Не только Але­ксандр, но и все, кто царствовал в Египте после него и до наших дней, прибавляли что-нибудь к роскоши дворца. (5) Вообще же город впоследствии так разросся, что многие считали его первым в мире. Он значительно выделяется и красотой, и размерами, возможностями хорошо заработать, и обилием предметов роскоши.

    (6)   И количеством народонаселения город этот превосходит осталь­ные. Во время нашего пребывания в Египте люди, имевшие спи­сок переписи населения, говорили мне, что в Александрии сво­бодных больше 300 ООО, а доходов из Египта царь получает больше 6000 талантов. (7) Александр, поставив нескольких друзей строить Александрию и распорядившись всем в Египте, вернулся с вой­ском в Сирию.

    53

    Дарий, узнав о его прибытии, собрал отовсюду войска и при­готовил все нужное для войны. Он заказал гораздо больше мечей и копий, чем у него было раньше, думая, что Александр выиграл
    сражение в Киликии благодаря обилию оружия. Изготовлено было и 200 колесниц с серпами, устроенных с правильным расче­том на то, чтобы пугать и устрашать людей. (2) В каждой колес­нице по обе стороны от пристяжных торчала, выдаваясь на Зпяди, прибитая к ярму гвоздями скребница, обращенная остриями к про­тивнику; на осях, перпендикулярно к чеке, были прикреплены две других, остриями, так же как и вышеупомянутые, прямо к противнику, но шире и длиннее первых. К их краям прилажены были серпы.

    (3)    Хорошо - вооружив войско и поставив доблестных вое­начальников, Дарий выступил из Вавилона; пехоты у него было около 800 ООО, конницы не меньше 200 000. Он шел, имея справа от себя Тигр, а слева Евфрат, по богатой стране, которая могла доставить и щедрый корм животным, и достаточную пищу воинам.

    (4)   Он торопился дать сражение около Ниневии: около нее при­вольно раскинулись равнины, на которых могла свободно мане­врировать собранная им огромная армия. Он расположился ла­герем возле деревни Арбел; тут он ежедневно делал смотр войскам и частыми упражнениями приучил их к дисциплине: его очень беспокоила мысль о том, как бы среди множества людей, говорив­ших на разных языках, не возникло в бою смятения.

    54

    Дарий и раньше посылал к Александру послов с переговорами о мире: он уступал ему всю землю до реки Галиса и обещал еще дать 2000 талантов. (2) Александр пренебрег этими предложе­ниями, и тогда Дарий послал других послов: благодарил за хо­рошее обращение с матерью и другими пленными, просил стать ему другом, предлагал всю землю до Евфрата, 3000 талантов серебра и одну из дочерей в жены. Став зятем царя и заняв положение сына, он разделит с Дарием всю его власть. (3) Александр собрал на совет всех своих «друзей», сообщил о сделанных предложениях и попросил каждого откровенно высказать свое мнение. (4) Никто не отваживался дать совет по такому важному вопросу; тогда Парменион выступил первый: «Если бы я был Александром, я взял бы то, что предлагается, и заключил бы договор». (5) «И я, — ответил Александр, — взял бы, если бы был Парменио- ном». Он произнес гордую речь; отверг персидские предложения, ценя славу выше протянутых даров, и дал послам такой ответ: как при двух солнцах вселенная не может сохранить своего строя и порядка, так и при двух самодержцах мир не может пребывать в мире и спокойствии. (6) Пусть поэтому они скажут Дарию: если он стремится первенствовать, то Александр будет сражаться с ним за единовластие; если же, презрев славу, он предпочтет свою

    пользу и легкую удобную жизнь, то пусть он служит Александру, выполняя его приказания, и царствует, получив по его милости свою власть.

    (7)     Распустив совет, он с войском пошел к вражескому лагерю. В это время умерла жена Дария, и Александр устроил ей пышные похороны.

    55

    Дарий, выслушав этот ответ, отказался от переговоров. Он ежедневно выстраивал свое войско и приучал его к быстрому выполнению приказов в минуту опасности. Одного из своих дру­зей, Мазея, он с отборными воинами отправил охранять переправу через реку и занять брод, а других послал жечь страну, через которую надо было идти неприятелю. Он думал, что река пре­градит путь македонцам. (2) Мазей, видя, что перейти через реку невозможно, потому что она глубока и течение у нее быстрое, и не подумал ставить здесь охрану; он занялся поджогами, опусто­шил большой округ и решил, что враги не смогут тут пройти из-за отсутствия пищи. (3) Александр же, придя к Тигру, узнал от местных жителей, где находится брод, и переправил через реку войско, с трудом, правда, и большой опасностью. (4) Брод был глубок, вода стояла выше сосков; стремительное течение ' многих сбивало с ног и отбрасывало в сторону; поток, ударяясь в щиты, многих уносил и подвергал смертельной опасности.

    (5)   Александр, чтобы противостоять быстроте течения, придумал следующее: приказал всем взяться за руки, образуя из собствен­ных тел нечто вроде плотины. (6) Македонцы едва уцелели при этой смелой переправе; Александр дал им отдохнуть весь этот день, а на следующий, построив войско, повел его на врага и рас­положился лагерем вблизи от персов.

    56

    Думая о величине персидской армии, о предстоящей грозной опасности, о наступлении часа, который решит все, он не спал целую ночь, охваченный тревогой за будущее. Перед утренней стражей он, однако, уснул так крепко, что и с наступлением дня никак не мог проснуться. (2) «Друзья» сначала с удовольствием смотрели на спящего, рассчитывая, что царь, хорошенько от­дохнув, будет полон сил для предстоящего боя. Время, однако, шло, а царь оставался во власти сна. Парменион, старший из «друзей», сам от себя отдал приказ войску готовиться к сражению.

    (3)   Сон не отпускал царя, и «друзья» едва его добудились. Все изумлялись этому случаю и хотели услышать, в чем его причина; Александр сказал, что Дарий, собрав войска в одно место, избавил

    его от всякого беспокойства. (4) В один день решится все, и они отдохнут от долгих трудов и опасностей. Обратившись к воена­чальникам с подобающим словом и воодушевив их на бой, он повел войско на варваров, поставив конные отряды впереди пеших полков.

    57

    На правом фланге он поставил царский эскадрон под началь­ством Клита, прозванного «Черным», рядом с ним других «друзей» под командой Филоты, сына Пармениона, и рядом семь других кон­ных полков под его же начальством. (2) За ними сзади был выстроен «пехотный отряд с серебряными щитами», отличавшийся блеском вооружения и мужеством воинов. Им предводительствовал Ника­нор, сын Пармениона. Возле них стояло войско элимиотов под начальством Кена; рядом полк линкестов и орестийцев; ими командовал Пердикка. Соседним полком командовал Мелеагр, а рядом с ним стоял Полисперхонт, под начальством которого находились тимфеи. (3) Филипп, сын Балакра, начальствовал над соседним полком; за ним стоял полк Кратера. Сплошной строй вышеупомянутых всадников дополняли всадники из Пелопоннеса и Ахайи, фтиоты, малийцы, локры и фокейцы; командовал ими митиленец Эригий. (4) Рядом стояли фессалийцы под командой Филиппа; мужеством и искусным маневрированием они значи­тельно превосходили остальных. Возле них он поставил критских лучников и ахейских наемников. (5) Каждый фланг загибался, чтобы не дать огромной армии врага возможности взять в окруже­ние небольшое войско македонцев. (6) Отбивать атаку колесниц с серпами царь придумал следующим образом: солдатам было приказано при приближении четверни сомкнуть щиты и сариссами ударять в них, чтобы лошади, испугавшись шума, понесли назад; если они все же будут стремиться вперед, то расступиться на такое расстояние, чтобы колесница проехала, не нанеся вреда македонцам. Сам он командовал правым флангом, который вы­строил наискось; он сознавал, что исход будет зависеть от него.

    58

    Дарий расположил свое войско по отдельным народностям; сам поместился против Александра и пошел на врага. Когда обе армии приблизились одна к другой, трубы с обеих сторон дали сигнал к бою, и воины с громким криком устремились одни на других. (2) Сначала серпы колесниц, мчавшихся во всю прыть, повергли македонцев в великий страх и ужас. Мазей, начальник конницы, бросил на врага вместе с колесницами густые ряды всадников, что сделало натиск колесниц еще страшнее. (3) Пехота
    македонцев, однако, сомкнула, как и приказал царь, свои щиты; все стали бить в них сариссами и подняли великий шум. (4) Ло­шади испугались; много колесниц повернуло обратно и неудер­жимо, опрометью понеслось на своих. Некоторые, впрочем, уже вот-вот ворвались бы в ряды пехоты, но македонцы расступились на значительное расстояние, и пока колесницы мчались по этому пролету, они одних возниц пронзили, а другие свалились сами. Некоторые колесницы, однако, летя во всю прыть и энергично действуя своим острым железом, наносили множество разных и смертельных ран. (5) Так остро было это, на погибель выкован­ное оружие и с такой силой оно действовало, что у многих были отрублены руки со щитами вместе; немалому числу перерезало шею; у голов, скатившихся на землю, глаза еще продолжали смот­реть и лицо сохраняло свое выражение; у некоторых метким уда­ром разворачивало бок, и они умирали в жестоких страданиях.

    59

    Когда армии сблизились и были истрачены стрелы, камни для пращей и дротики, завязалась битва врукопашную. (2) Пер­выми начали сражение всадники. Против македонцев, сражав­шихся на правом фланге, Дарий выставил свой левый фланг, где вместе с ним сражался конный отряд его родственников, людей исключительной доблести и преданности; было их в отряде тысяча. (3) На них глядел сам царь, и они спокойно встретили град пущенных стрел. С ними были и «носители айвы», много­численные и выделявшиеся своим мужеством; кроме того, марды и коссеи, вызывавшие удивление своим огромным ростом и ду­шевным величием. (4) С ними вместе сражалась дворцовая охрана и самые мужественные воины-инды. С громким криком ударили они на врага, сражались мужественно и благодаря превосходству сил стали одолевать македонцев. (5) Мазей, стоя на правом фланге с превосходной конницей, сразу же в первой схватке уничтожил немало противников; он послал отборный отряд, состоявший из 2000 кадусиев и тысячи скифских всадников, с приказом обойти неприятельский фланг, подойти к месту, где стоит обоз, и овладеть им. (6) Приказ этот был быстро выполнен: в лагерь македонцев ворвались; некоторые из пленных завладели оружием, стали по­могать скифам — и обоз был разграблен. Невероятный крик и смя­тение стояли по всему лагерю. (7) Пленные женщины ушли к вар­варам, но мать Дария, Сисигамба, не поддалась на увещания пленниц и осталась, спокойная и дружелюбная; может быть, она не доверяла счастливой перемене судьбы, может быть, не хотела запятнать себя неблагодарностью по отношению к Александру.

    (8)   Наконец, скифы, расхитив значительную часть обоза, ускакали
    к Мазею объявить о своей удаче. Точно так же и всадники, сра­жавшиеся под командой Дария, одолели своей численностью сражавшихся с ними македонцев и заставили их обратиться в бегство.

    60

    Это была вторая удача персов. Александр, торопясь собст­венным вмешательством поправить дело, устремился на самога Дария с царским отрядом и с другими превосходными всадниками.

    (2)    Царь персов встретил атаку неприятеля, сражаясь с колесницы; он бросал дротиками в несшихся на него врагов; воины его сра­жались вместе с ним, но цари кинулись друг на друга. Александр метнул дротиком в Дария, но промахнулся и попал в возницу* стоявшего рядом с царем. (3) Воины, окружавшие Дария, громко вскрикнули; те, кто стоял поодаль, решили, что убит царь; они положили начало бегству, и за ними устремилась целая толпа. Отряд, стоявший возле Дария, вскоре был разметан. Не оказалось защитников и с другой стороны, и сам царь в ужасе обратился в бегство. (4) Так бежали они; пыль от конских копыт поднима­лась облаком; Александр со своими воинами наседал сзади; толпа людей и густая пыль не позволяли разглядеть, куда направил свое бегство Дарий; стоны упавших, топот копыт, щелканье бичей сливались в сплошной грохот. (5) В это время Мазей, командовав­ший правым флангом, на котором стояли самые лучшие и много­численные конные отряды, жестоко теснил противника. Парме­нион с фессалийской конницей и другими полками, сражавшимися под его начальством, выдерживали этот натиск. (6) Сначала, блестяще сражаясь, они взяли верх благодаря мужеству фес­салийцев, но Мазей подавлял их численностью своего войска.

    (7)   Много людей было убито, сила варваров оказывалась необо­римой, и Парменион послал нескольких своих всадников к Але­ксандру, прося немедленной помощи. Те стремительно бросились выполнять это приказание, но узнали, что Александр, преследуя Дария, далеко оторвался от войска, и вернулись ни с чем. (8) Пар­менион, искусно пуская в ход фессалийские эскадроны и погубив многих, с трудом повернул вспять варваров, смертельно напуган­ных бегством Дария.

    61

    Дарий, военачальник опытный, воспользовавшись тем, что тучи пыли служили ему прикрытием, составил себе особый план бегства. Он устремился в противоположную сторону, чем прочие варвары; поднятая пыль прикрыла его бегство, и он вместе со своими спутниками проехал безопасно и укрылся в деревнях, находившихся в тылу у македонцев. (2) Наконец, все варвары:
    устремились в бегство; македонцы не уставали избивать отставав­ших, и скоро все окрестности той равнины были завалены тру­пами. (3) В этом сражении была перебита вся варварская кон­ница; пеших пало больше 90 ООО. У македонцев убито было че­ловек 500; раненых же оказалось очень много, был среди них и Гефестион, начальник телохранителей, один из наиболее из­вестных командиров (копье попало ему в руку), Пердикка, Кен, Менид и еще некоторые известные военачальники. Так окончилось сражение при Арбелах.

    62

    Архонтом в Афинах был Аристофонт; консульскую власть в Риме получили Гай Домиций и Авл Корнелий.8 В этом году весть о сражении при Арбелах дошла до Эллады. Многие города, подозрительно глядя на возвышение Македонии, думали, пока Персия держится, бороться за свою свободу. (2) Они рассчиты­вали, что Дарий поможет им и снабдит огромными деньгами для найма большой чужеземной армии; Александру же делить свои силы будет невозможно; (3) что если эллины равнодушно от­несутся к поражению персов, то они останутся одни и им нечего будет и думать о свободе. (4) К восстанию побуждал их и пере­ворот во Фракии, случившийся как раз около этого времени.

    (5)   Мемнон, правитель Фракии, располагавший войском и полный самомнения, возмутил варваров, отпал от Александра, вскоре оказался во главе большой армии и открыто готовился к войне.

    (6)    Антипатр со всем войском двинулся через Македонию во Фракию и начал войну с Мемноном. Лакедемоняне сочли, что пришел и их час готовиться к войне, и обратились к эллинам с призывом единодушно отстаивать свободу. (7) Афиняне, которым Александр оказал почета больше, чем другим грекам, не тро­нулись с места. Большинство пелопоннесцев и еще кое-кто со­гласились воевать и внесли имена своих городов в списки союз­ников. В зависимости от своих возможностей каждый город вы­ставил в качестве солдат цвет своей молодежи; всей пехоты было не меньше 20 ООО, а конницы около 2000. (8) Во главе стояли лакедемоняне; они выступили всем народом на войну за всех; командование над всеми принадлежало царю Агису.

    63

    Антипатр, узнав об этом сборе эллинов, кое-как закончил войну во Фракии и со всем войском направился в Пелопоннес. Присоединив к себе и отряды эллинов-союзников, он собрал армию не меньше чем в 40 000. (2) Произошло большое сражение;

    Агис пал; лакедемоняне долго и мужественно держались, но когда союзники их были разбиты, они бежали в Спарту. (3) В этой битве македонцев и союзников было убито больше 5300 человек; Антипатр потерял 3500 человек. . .

    64

    Дарий, потерпев поражение при Арбелах, бежал в глубь страны, рассчитывая, что дальность расстояния даст ему достаточно вре­мени, чтобы передохнуть и собрать войско. Добравшись до Экба- тан в Мидии, он сначала остановился там, собрал всех, кто уцелел после бегства, и вооружил безоружных. (2) Он послал за солда­тами к соседним племенам и разослал военачальникам и сатрапам в Бактрии и в глубине Азии увещания хранить ему верность. ХЗ) Александр, похоронив после победы убитых, направившись в Арбелы, нашел там великое изобилие съестных припасов, немало драгоценностей и варварскую сокровищницу, в которой находи­лось 3000 талантов серебра. Сообразив, что от множества трупов распространится зараза, он снялся с места и со всей армией направился в Вавилон. (4) Местные жители встретили его с ра­достью и роскошно угощали расквартированных македонцев; войско поэтому вскоре отошло от пережитой усталости. Александр провел в Вавилоне больше 30 дней, потому что имелся достаток во всем необходимом и радушны были жители. (5) Затем он по­ручил охрану крепости Агафону, жителю Пидны, оставив ему 700 человек солдат; Аполлодора из Амфиполя и Менета из Пеллы он поставил стратегами Вавилона и всех сатрапий до Киликии; дал им тысячу талантов серебра и приказал нанять как можно больше солдат-чужеземцев. (6) Мифрену, сдавшему крепость в Сар­дах, он отдал Армению. Из взятых денег он подарил каждому всаднику по 6 мин; всадникам из союзнических отрядов по пять, пехотинцу-македонцу по две. Воинов-чужеземцев наградил каж­дого двухмесячным жалованьем.

    65

    Когда Александр выступил из Вавилона и находился в пути, к нему пришли посланные Антипатром воины: 500 всадников- македонцев и 6000 пехоты, всадников-фракийцев было 600, а трал- лов 3500, пехоты из Пелопоннеса 4000, а всадников немного меньше тысячи. Друзья царя прислали из Македонии своих сыновей: 50 юношей для службы в царской охране. (2) Царь, приняв их, пошел дальше и через шесть дней достиг области ситакенов. Так как в этой земле было великое обилие всего необходимого, то он провел здесь много дней; он хотел, чтобы войско отдохнуло от
    дорожной усталости, а также решил заняться воинскими делами: продвинуть в должностях командиров и укрепить войско люд­ским пополнением и доблестными военачальниками. (3) Выполняя задуманное, очень внимательно распределив награды, продвинув многих с высоких должностей к должностям, облеченным полно­той власти, он всем военачальникам внушил еще большее уваже­ние и крепкую любовь к себе. (4) Позаботился он и о простых солдатах и, учтя многое, значительно улучшил их снабжение. Эти меры чрезвычайно расположили все войско к их предводителю и сделали его послушным и дисциплинированным, рвущимся к подвигам. Так Александр подготовился к будущим битвам.

    (5)   Придя в Сузиану, он без боя овладел знаменитым дворцом в Сузах, так как сатрап Абулет добровольно сдал ему город по приказу самого Дария, как пишут некоторые, отданного им до­веренным лицам: царь персов, по их словам, поступал так, чтобы искусно отвлечь Александра захватом знаменитых городов и боль­ших сокровищ и удержать его в бездеятельности: Дарий тем временем успеет приготовиться к войне.

    66

    Александр, овладев городом и всеми царскими сокровищами, нашел там больше 40 ООО талантов золота и серебра в слитках.

    (2)   Персидские цари с давних пор хранили в неприкосновенности этот запас на случай, если судьба переменится. Кроме того, ока­залось еще 9000 талантов чеканной монетой — дариками.

    (3)     Когда царь забирал эти сокровища, произошел один уди­вительный случай. Царский трон, на который он сел, оказался ему не по росту: был слишком высок. Кто-то из прислужников, видя, что ноги царя совсем не достают до подножия трона, взял Дариев стол и подставил ему под ноги. (4) Он пришелся как нельзя лучше, и царь одобрил находчивого слугу; тогда один из евнухов, стоявших около трона, потрясенный изменчивостью судьбы, залился слезами. (5) Александр спросил его: «Какую беду ты увидел, что плачешь?». — «Теперь я твой раб, — ответил евнух, — раньше был рабом Дария; любовь к*господину врождена мне, и мне стало больно, когда я увидел, что вещь, которая у него была в особом почете, теперь утратила всякую честь». (6) Этот ответ дал понять царю, какой переворот произошел в Персидском царстве, и он понял, что совершил поступок, исполненный пре­небрежения и совершенно недопустимый при добром отношении к пленницам. (7) Он подозвай того, кто поставил стол, и велел его убрать, но тут вмешался Филота: «Тут нет гордыни, сделано это не по твоему приказу, а по воле и промыслу некоего благого демона». Царь почел эти слова благим предзнаменованием и велел оставить стол в качестве подножия у трона.

    67

    Он оставил мать Дария, его дочерей и сына в Сузах, приставил к ним учителей греческого языка, а сам выступил с войском и через четыре дня подошел к реке Тигру. (2) Она берет начало в горной стране уксиев и сначала на протяжении тысячи стадий несется по суровой стране, перерезанной большими пропастями, а затем течет по равнине, все замедляя свой бег, и, пройдя 600 стадий, впадает в Персидское море. (3) Переправившись через Тигр, он вошел в землю уксиев, очень плодородную, орошаемую обильными водами, рождающую множество разных плодов. Когда наступит осень и плоды созреют, торговцы везут отсюда по Тигру в Вави­лонию разные произведения природы, потребные для стола. (4) По­дойдя к проходам, охраняемым Мадетом, родственником Дария, в распоряжении которого находилось большое войско, Александр увидел, насколько неприступны эти места. Пройти по этим кру­тизнам было невозможно, но какой-то местный житель, уксий родом, хорошо знавший эти места, заявил царю, что он переведет войско по какой-то узкой и опасной тропе — и тогда они займут позицию, господствующую над неприятелем. (5) Александр согла­сился, послал с этим человеком достаточно сильный отряд, а сам, подготовляя проход с того места, с которого мог, напал на стояв­шую здесь охрану. Завязалась горячая схватка, и пока варвары были увлечены боем, вдруг над теми, кто охранял проходы, не­ожиданно появились отправленные Александром солдаты. Вар­вары в ужасе бросились бежать; Александр овладел проходом и быстро покорил все города уксиев.

    68

    Оттуда он направился в Персию и через пять дней пришел к так называемым Сузиевым скалам. Их уже занял Ариобарзан, располагавший пехотой в 25 ООО человек и конницей в 300 всад­ников. (2) Царь решил захватить эти ворота и прошел, никем не тревожимый, через суровое и узкое ущелье. Варвары позволили ему дойти до какого-то места и, когда он оказался там, где дви­гаться было трудно, внезапно напали на него и многих скатили вниз, швыряя огромными камнями. Бросившись внезапно на ма­кедонцев всем скопом, они многих убили; немалое число сбили с крутизны стрелами, которые, попадая в густую толпу, поражали без промаха. Другие, швыряя камнями в надвигавшихся маке­донцев, заставляли их отступать. Они одержали верх, так как в помощь им было это непроходимое место; многих убили, немалое число ранили. (3) Александр был не в силах помочь беде; видя, что у врагов нет не только убитых, но даже и раненых, а из его
    солдат многие пали и почти все изранены, он велел трубить отбой.

    (4)    Отойдя назад от проходов на 300 стадий, он расположился лагерем и стал выведывать у местных жителей, нельзя ли пройти другим путем. Все сказали, что пройти никак нельзя, но обойти дорогой, которая потребует много дней, можно. Считая позором оставить мертвых без погребения и рассматривая просьбу о вы­даче трупов как непристойное молчаливое признание в своем пора­жении, он приказал вывести всех пленных. (5) Вместе с ними при­шел один человек, знавший два языка и говоривший по-персидски. Он рассказал о себе, что он ликиец родом, попал в плен и уже- много лет пасет скот в окрестных горах. Поэтому он хорошо знает эти места и может провести войско лесной дорогой, причем оно окажется в тылу отрядов, оберегающих проходы. (6) Царь пообещал щедро наградить его и взял проводником; ночью с тру­дом перебрались через горы: увязали в снегу, шли по крутизнам, по местности, пересеченной глубокими пропастями и ущельями.

    (7)    Появившись перед вражескими сторожевыми отрядами, ма­кедонцы перебили первый отряд, второй захватили в плен, а тре­тий обратили в бегство. Александр овладел проходами; большин­ство воинов Ариобарзана были перебиты.

    69

    Затем он отправился в Персеполь и в дороге получил письмо от Тиридата, правителя этого города. В нем было написано, что если Александр опередит войска, которые идут сохранить Пер­сеполь для Дария, то он овладеет городом, который Тиридат ему выдаст. (2) Александр поэтому спешно повел войско, перекинул мост через Араке и переправил своих воинов. Дальше на пути они увидели страшное и необычайное зрелище, внушившее не­нависть к палачам и наполнившее сердца жалостью и сострада­нием к жертвам, которые потерпели увечья неизлечимые. (3) На­встречу царю шло с ветвями умоляющих около 800 эллинов* которых предшественники Дария выгнали из их жилищ. Боль­шинство из них были людьми старыми, и все они были искалечены: одни без рук, другие без ног, третьи без ушей и без носа. (4) Тем, кто знал какую-нибудь науку или ремесло и был мастером своего дела, оставили только чле­ны, которыми они работали: все остальные отрубили. Все, гля­дя на их почтенный возраст и на их увечья, исполнились сострадания к несчастным; особенно жалел их Александр: но смог даже удержать слез. (5) Все разом стали кричать и просить Александра помочь им в их несчастьях; царь подозвал главарей этой толпы, отнесся к ним с уважением, достойным его вели­кодушия, и пообещал всячески позаботиться об их возвращении
    домой. (6) Они, собравшись вместе и посоветовавшись, сказали, что предпочитают не возвращаться домой, а остаться здесь. Вер* нувшись на родину, они рассеются маленькими кучками и, бродя по городам, встретят насмешки над жестокой обидой, которую нанесла им судьба; живя вместе, терпя одинаковое несчастье, они будут утешаться в своей беде такой же бедой соседа. (7) При следующей встрече с Александром они, объяснив свое решение, попросили его помочь им в домашнем устройстве. (8) Александр согласился с ними, выдал каждому по 3000 драхм, по пять одежд мужских и женских, по две пары волов, по 50 овец и по 50 медим- нов пшеницы, освободил от всех царских податей и приказал пра­вителям следить за тем, чтобы никто их не обижал. (9) Такими щедротами по своей доброте помог Александр несчастным.

    70

    Персеполь, столицу Персидского царства, Александр объявил самым враждебным из азиатских городов и отдал его, кроме царского дворца, на разграбление солдатам. (2) А был этот город самым богатым из всех существующих под солнцем, и в домах частных лиц с давних пор было полным-полно всякого добра. Македонцы, врываясь, убивали всех мужчин и расхищали иму­щество, которого имелось очень много: битком было набито и всякой утвари, и драгоценностей. (3) Унесено было много серебра, расхищено немало золота; множество роскошных одежд, выкра­шенных в пурпурную краску, добытую из моря, или расшитых золотом, стали наградой победителям. Огромный, по всему миру прославленный дворец был отдан на позор и полное уничтожение.

    (4)   Македонцы, целый день занимавшиеся грабежом, не смогли все-таки утолить неутолимую жажду обогащения. (5) Жадность их за время этих грабежей так развилась, что они вступали в драку друг с другом. Многих погубило обилие присвоенного имущества; некоторые, разрубив мечом самые роскошные материи, забирали свою долю; некоторые, не помня себя в гневе, отрубали руки тем, кто хватался за вещи, бывшие предметом спора. (6) Женщин в их уборах волокли силой, уводя их в рабство. Насколько Персеполь превосходил прочие города своим счастьем, настолько же превзо­шел их и своими страданиями.

    71

    Александр, явившись в крепость, завладел находившимися там сокровищницами. Они были полны золота и серебра, так как сюда складывали все поступления, начиная со времен Кира, пер­вого царя персов, и до того дня. Оказалось 120 000 талантов,
    переводя золото в цену серебра. (2) Желая взять часть этих денег с собой для военных нужд, а другую поместить на сохранение в Сузах, он потребовал из Вавилона, Месопотамии, а также из Суз караван мулов, ходивших под вьюками и в упряжке, и, кроме того, 3000 вьючных верблюдов. Они и привезли всё в указанные места. (3) Враждебно относясь к местным жителям, он не доверял им и решил совершенно уничтожить Персеполь.

    72

    Александр, празднуя победу, принес роскошные жертвы богам и устроил для «друзей» богатое пиршество. Товарищи его походов щедро угощались, и чем дальше шла пирушка, тем больше люди пьянели и наконец длительное безумие охватило души упившихся.

    (2)    Одна из присутствовавших женщин, Фаида по имени, уроженка Аттики, сказала, что из всех дел, совершенных Александром в Азии, самым прекрасным будет сожжение царского дворца: пусть он отправится веселой компанией вместе с ними, и женские руки заставят в один миг исчезнуть знаменитое сооружение персов.

    (3)     Слова эти, обращенные к людям молодым, которые, опьянев, преисполнились бессмысленной гордости, возымели, конечно, свое действие: кто-то закричал, что он поведет всех, и стал распо­ряжаться, чтобы зажгли факелы и шли отомстить за беззакония, совершенные в эллинских святынях. (4) Его одобрили, но сказали, что совершить такое дело подобает только Александру. Царя вооду­шевили эти слова; все вскочили из-за стола и заявили, что они пройдут победным шествием в честь Диониса. (5) Тут же на­брали множество светильников, прихватили женщин, игравших и певших на пиру, и царь выступил в этом шествии под звуки песен, флейт и свирелей. Зачинщицей всего была гетера Фаида. (6) Она после царя первая метнула во дворец зажженный факел; то же самое сделали и другие, и скоро дворец и все вокруг было охва­чено огромным пламенем. Самое удивительное, что за кощунство, совершенное Ксерксом, царем персидским, на афинском акрополе, отплатила той же монетой много лет спустя женщина, согражданка тех, кто был обижен еще в детстве.

    73

    Александр после этого отправился к другим персидским горо­дам; одними овладел силой, других привлек к себе добротой — и пошел на Дария. (2) Дарий собирал войска в Бактриане и глу­бинных сатрапиях и поспешно двинулся с войском в 30 ООО персов и эллинов-наемников, спасаясь в Бактры. Во время этого отступ­ления он был захвачен Бессом, сатрапом Бактрии, и изменни­
    чески убит. (3) Он только что скончался, как явился Александр, преследовавший его с конницей. Застав Дария мертвым, он почтил его царским погребением. (4) Некоторые пишут, что он застал его еще в живых и сокрушался над его бедствиями. Дарий просил его наказать убийцу; Александр обещал это сделать и отправился в погоню за Бессом, но тот значительно опередил преследователей и бежал в Бактрию. Александр повернул обратно, отказавшись от преследования. Таковы были дела в Азии.

    (5)     В Европе лакедемоняне, разбитые в большом сражении, вынуждены были в силу этого несчастья отправить посольство к Антипатру. Тот велел обратиться за ответом к общему собранию эллинов. Оно собралось в Коринфе; много речей было сказано за и против; постановили предоставить решение Александру.

    (6)    Антипатр взял заложниками 50 виднейших спартанцев, и ла­кедемоняне послали послов в Азию, прося простить им их заблу­ждения.

    74

    По прошествии этого года архонтом в Афинах стал Кефисофонт, в Риме поставили консулов Гая Валерия и Марка Клавдия.9

    Бесс после смерти Дария, ускользнув от Александра вместе с Набарзаном, Барзаентом и многими другими, добрался до Бак­трии, сатрапом которой его назначил Дарий. Народ поэтому его знал, и он стал призывать его к защите своей свободы. (2) Он указывал, что сама земля их во многом будет им помощницей: она недоступна, и населения в ней достаточно, чтобы приобрести независимость. Он заявил, что будет предводителем на войне; уговорил народ и объявил себя царем; набирал солдат, заготовлял много вооружения и ревностно занимался тем, что насущно требо­валось в данный момент.

    (3)    Александр, видя, что македонцы рвутся домой, считая, что со смертью Дария война окончена, собрал всех, воодушевил под­ходящей речью и убедил продолжать поход. Воинов из союзных греческих городов он созвал, поблагодарил за то, что они сделали, и отпустил, подарив каждому всаднику по одному таланту и ка­ждому пехотинцу по 10 мин. Он выплатил причитающееся им жалованье, добавив к нему плату за все время, какое они пробудут на возвратном пути домой. (4) Тем же, кто предпочел остаться вместе с царем, он выдал каждому по 3 таланта. Так богато одарил он воинов и потому, что был щедр по природе, и потому, что, преследуя Дария^ захватил много денег: (5) от хранителей сокро­вищниц он принял 8000 талантов; кроме этого, раздачи солдатам, включая драгоценности и кубки, обошлись в 13 000 талантов; разворовано же и разграблено было еще больше.

    75

    Александр отправился в Гирканию и через три дня распо­ложился лагерем возле города, называемого Гекатомпилами. Был он богат, изобиловал всякими съестными припасами, и Александр остановился там на несколько дней. (2) Пройдя затем полтораста стадий, он расположился лагерем возле большого утеса. У подошвы его находилась дивная пещера, из которой вы­текала большая река Стибет. Пронесясь стремительным потоком на протяжении 3 стадий, она разделяется на два рукава похожей на сосок скалой, под которой находится глубокая расселина. Вода, ударяясь о скалу и пенясь, низвергается туда с великим грохотом, протекает под землей 300 стадий и выходит у устья опять на свет. (3) Александр вторгся с войском в Гирканию и завладел всеми городами этой страны вплоть до Каспийского моря, которое иногда называют Гирканским. В нем, говорят, водится множество больших змей и разнообразных рыб, очень отличающихся от наших своей окраской. Проходя по Гиркании, Александр натолкнулся на так называемые «Счастливые селения»: они в действительности таковы. (4) Страна эта превосходит осталь­ные своим плодородием. (5) Говорят, каждая виноградная лоза дает у них метрет вина; с некоторых смоковниц получают 10 ме- димнов сухих винных ягод. Зерна из колосьев, оставшихся на ноле после жатвы, упав на землю, прорастают и дают обильный урожай. (6) Есть у местных жителей дерево, очень похожее на дуб, с листьев которого течет мед. Некоторые собирают его и де­лают себе большие запасы для еды. (7) Есть там крылатое насе­комое, которое зовется anthredon; оно меньше пчелы, но приносит очень большую пользу. Питаясь в горах соком разных цветов, оно в скалистых впадинах и древесных дуплах, выжженных молнией, устраивает свои соты из воска и приготовляет удиви­тельно сладкую жидкость, немного уступающую нашему меду.

    76

    Александр подчинил себе Гирканию и смежные с ней племена. Многие из военачальников, бежавших к Дарию, сами сдались ему. Милостиво обойдясь с ними, он прославился своим милосердием.

    (2)     Вскоре эллинские наемники, служившие в войске у Дария — было их около полутора тысячи отличались они своим мужеством — пришли к Александру с повинной, получили прощение и были им зачислены в свои полки с тем же жалованьем. (3) Пройдя по побережью Гиркании, Александр вторгся в страну так называемых мардов. Отличаясь исключительной силой, они пренебрежительно относились к успехам Александра и не удостоили его почетной
    встречи. (4) Заняв проходы восьмитысячным войском, они смело поджидали появления македонцев. Царь напал на них; в сражении многие были убиты, остальных прогнали в места непроходимые,

    (5)       страну стали опустошать огнем. Однажды, когда конюхи, ведшие царских лошадей, несколько отдалились от царя, варвары напали на них и увели лучшего коня. (6) Его подарил Демарат коринфянин, и он служил царю во всех сражениях в Азии. Не оседланный, он позволял садиться на себя только учителю вер­ховой езды, но когда на него надевали царскую сбрую, он не под­пускал к себе и его; только Александру соглашался он служить и приседал к земле, чтобы ему легче было сесть верхом. (7) Царь, огорченный потерей такого благородного животного, велел ру­бить леса и объявить жителям на их языке, что если они не вернут коня, то увидят свою землю вконец опустошенной, население же будет перебито до одного человека. (8) Угрозы эти стали стреми­тельно приводиться в исполнение; перепуганные варвары от­дали коня, прислали драгоценнейшие дары и еще отправили 50 человек просить прощения. Александр взял заложниками наи­более видных людей.

    77

    Когда он вернулся в Гирканию, к нему явилась царица ама­зонок, по имени Фалестрида; царствовала она в земле, лежавшей между Фасидой и Фермодонтом. Она отличалась красотой и фи­зической силой и славилась у земляков своим мужеством. Оста­вив свое войско у границ Гиркании, она прибыла с 300 амазонок в воинском вооружении. (2) Царь, изумленный необычайным явлением и достойным видом женщины, спросил Фалестриду, что ей надобно. Она ответила, что желает иметь ребенка: (3) он превзошел всех мужчин своими подвигами, она же выделяется среди женщин силой и мужеством; дитя, рожденное от родителей, которые превосходят прочих людей, конечно, будет первым в мире по доблести. Александр пришел в восторг, принял царицу и проведя с ней 30 дней, отпустил домой с богатыми дарами.

    (4) Теперь Александр решил, что намерения его осуществлены и власть непоколебима. Ему начала нравиться персидская изне­женность и роскошь азийских царей. Сначала он завел во дворце жезлоносцев и поставил на эту должность уроженцев Азии, затем сделал своими телохранителями виднейших персов, в том числе Дариева брата, Оксафра. (5) Затем он надел персидскую диадему, хитон беловатого цвета, персидский пояс и прочие принадлеж­ности персидского костюма, кроме штанов и кандии. Спутникам своим он дал багряные одежды, а на лошадей надел персидскую сбрую. (6) По примеру Дария он окружил себя наложницами;

    их было не меньше, чем дней в году, и они отличались красотой, так как были выбраны из всех азийских женщин. (7) Каждую ночь они становились вокруг царского ложа, чтобы он мог выбрать ту, которая проведет с ним ночь. Все эти обычаи, однако, Але­ксандр вводил очень постепенно, придерживаясь обычно прежних: он боялся раздражить македонцев, но многих, которые упрекали его, ему удалось улестить дарами.

    78

    Узнав, что сатрап Азии Сатибарзан перебил оставленных им воинов, сговорился с Бвссом и решил вместе с ним идти на маке­донцев, Александр выступил против него. Сатибарзан собрал войско в Хартаканах: это был самый знаменитый город в тех ме­стах, отличавшийся природной неприступностью. (2) Когда царь подступил к нему, Сатибарзан испугался и его большой армии, и прославленного мужества македонцев. Поэтому, взяв с собой 2000 всадников, он поскакал к Бессу, чтобы побудить его скорее по­дать помощь, а остальным приказал бежать на гору, названную. . . тут было много непроходимых мест и убежищ, удобных для тех, кто убегал от открытого боя. (3) Приказ этот был выполнен, но царь с присущей ему ревностью энергично повел осаду беглецов, засевших на какой-то высокой неприступной скале, и принудил их сдаться. (4) Затем в течение 30 дней он овладел всеми городами в этой сатрапии и отправился в Гирканию. Там он поселился во дворце Дрангены и дал отдых войску.

    79

    В это же время довелось ему совершить дело злое и не соответ­ствующее его благородному характеру. Лимн, один из «друзей» царя, за что-то упрекал его и, увлеченный гневом, решил составить против него заговор. (2) Был у него любимец Никомах; он убедил и его участвовать в этом заговоре. Тот, совершенный юнец, рас­сказал об этом деле своему брату Кебалину. Брат испугался, как бы кто-нибудь из участников заговора не раскрыл его царю раньше, чем он сам успеет это сделать, и решил рассказать обо всем Александру. (3) Придя во дворец, он наткнулся на Филоту и попросил его как можно скорее уведомить царя. Участвовал ли сам Филота в заговоре, не обратил ли он внимания на сказанное по беспечности, но только, придя к Александру, он в долгом раз­говоре на разные темы и словом не упомянул о сообщении Ке- балина. (4) Зайдя к нему, он сказал, что не было подходящего случая для раскрытия этого дела, но что завтра он будет с царем наедине и все ему откроет. Назавтра, однако, Филота повел себя
    таким же образом, и Кебалин, боясь, как бы ему не попасть в беду, если донос сделают другие, оставил Филоту в покое и обратился к одному из царских прислужников; кое-что он ему рассказал и просил как можно скорее уведомить царя. (5) Слуга спрятал Ке- балина в оружейной, а сам отправился к царю, в это время мыв­шемуся, уведомил о сказанном ему и добавил, что он задержал Кебалина. Царь в испуге велел тотчас же схватить Лимна, и узнав все, послал за Кебалином и Филотой. (6) Их обо всем рас­спросили, дело было расследовано; Лимн покончил с собой, но Филота, сознаваясь в беспечности, отрицал свое участие в заговоре, и Александр поручил судить его македонцам.

    80

    Выслушав много речей, македонцы приговорили к смерти Фи­лоту и других обвиненных вместе с ним. Среди этих последних находился и Парменион, считавшийся первым другом Александра. Его не было в это время при дворе, но решили, что весь заговор устроен им с помощью сына, Филоты. (2) Филота под пыткой со­знался в заговоре и был вместе с соучастниками казнен по ма­кедонскому обычаю, так же как и линкестец Александр. Его об­виняли в злоумышлении против царя и уже три года держали под стражей; получил он эту отсрочку по причине своей дружбы с Антигоном, но тут его привели на суд, и так как он не смог оправдаться, то его умертвили. (3) Александр послал на дрома­дерах людей, которые опередили весть о казни Филоты и тайком убили его отца, Пармениона, поставленного правителем Мидии, которому доверены были царские сокровищницы в Экбатанах, где находилось 180 ООО талантов. (4) Александр отобрал тех ма­кедонцев, которые дурно говорили о нем; тех, кто негодовал на гибель Пармениона; тех, кто в письмах, отправленных родным в Македонию, дурно отзывался о царских намерениях; он соеди­нил их в один отряд под названием «отряд беспорядочных», так как боялся, чтобы они своим ропотом и свободными речами не развратили остальное войско.

    81

    После этого, устроив все в Дрангене, Александр вместе с вой­ском выступил против народа, который раньше звали аримас- пами, а теперь зовут «благодетелями» по следующей причине. Кир, подчинивший власти персов мидян, во время одного похода оказался на краю гибели, так как в пустыне, по которой он шел, не было ни еды, ни питья. Голод заставил солдат поедать друг друга, когда с 30 ООО подвод, нагруженных хлебом, явились


    аримаспы. За это неожиданное избавление Кир освободил их от платежей, пожаловал еще другими милостями и переменил прежнее имя на «благодетелей». (2) Александр, войдя в их страну, был приветливо встречен жителями и почтил их подобающими ми­лостями. Так же отнесся к нему и соседний народ гедросиев; он ответил им приличествующими случаю милостями. Оба названных народа он причислил к стратегии Тиридата.

    (3)    Пока он находился здесь, к нему пришли с известием, что Сатибарзан прибыл из Бактрии с большим конным войском в Арию и убедил тамошнее население отпасть от Александра. Царь, услышав о случившемся, выслал против него часть своего войска под начальством Эригия и Стасанора, а сам подчинил Арахозию, покорив ее за несколько дней.

    82

    По прошествии этого годового срока архонтом .в Афинах стал Эвфикрит, а в Риме консульскую власть получили Луций Плав- тий и Луций Папирий; шла 113-я олимпиада.10

    В этом году Александр выступил против парапамисадов.

    (2)     Страна их лежит на крайнем севере, вся завалена снегом и недоступна для других народов по причине чрезвычайных холо­дов. Большая часть ее представляет собой безлесную равнину, покрытую деревнями. (3) Крыши на домах черепичные, с острым коньком. По середине крыш оставлен просвет, через который идет дым. Так как дом окружен со всех сторон постройками, то оби­татели его хорошо укрыты от холода. (4) Жители по причине боль­ших снегопадов большую часть года проводят дома, заготовив себе запасы пищи. Виноградные лозы и фруктовые деревья они на зиму прикрывают землей, которую убирают, когда приходит время растениям распускаться. (5) Страна не имеет вида обрабо­танной и засаженной: она лежит в сверкающей белизне снегов и застывшего льда. Не присядет и птица, не перебежит через дорогу зверь: все неприветливо и неприступно в этой стране. (6) И все же царь, несмотря на все эти препятствия, преодолел, благо­даря обычному мужеству и упорству македонцев, трудности пере­ходов. (7) Много солдат, впрочем, и людей, сопровождавших вой­ско, выбилось из сил и отстало. Некоторые ослепли от сверкания снегов и резкого отраженного света. (8) Ничего нельзя было раз­глядеть на расстоянии, только по дыму македонцы могли опреде­лить, где находятся деревни. Солдаты находили там обилие при­пасов и восстанавливали свои силы. Скоро царь покорил всех местных жителей.

    83

    После этого он подошел к Кавказу и расположился там ла­герем; некоторые называют эту гору Парапамисом. Пересекши эту гору за 16 дней, он у прохода, ведущего в Мидию, основал город, который назвал Александрией. По середине Кавказа находится утес, окружность которого равна 10 стадиям, а вы­сота 4; местные жители показывают в нем пещеру Прометея, гнездо сказочного орла и следы цепей. (2) Александр основал еще один город на расстоянии одного дня пути от Александрии. В этих городах он поселил 6000 варваров, 3000 из числа людей, сопро­вождавших войско, и тех наемников, которые пожелали. (3) Сам же вместе с войском отправился в Бактрию, так как услышал, что Бесс надел на себя царскую диадему и собирает войско. Так обстояло дело с Александром.

    (4)     Стратеги, посланные в Арию, застали там большие силы мятежников под предводительством Сатибарзана, опытного вое­начальника и мужественного человека, и расположились лагерем поблизости от врагов. Часто завязывались перестрелки, бывали небольшие схватки; (5) наконец, дошло до настоящего сражения. Победа не склонялась ни в одну сторону; тогда вождь восставших, Сатибарзан, сорвал с себя шлем и, встав во весь рост, предложил желающему из военачальников вступить с ним в единоборство. (6) Отозвался Эригий; в героическом поединке победа выпала Эригию. Варвары, устрашенные смертью военачальника, уве­ренные в том, что останутся целы, сдались Александру.

    (7)                                                                                                                                                                                                    Бесс, провозгласивший себя царем, принес жертву богам и, пируя вместе с друзьями, за выпивкой, повздорил с одним из приятелей, Гобареном. Самолюбие Бесса было задето; в раздра­жении он готов был убить Гобарена, и только уговоры друзей заставили его одуматься. (8) Спасшийся Гобарен ночью бежал к Александру. Главные военачальники, узнав о том, что Гобарен в безопасности, и соблазнившись дарами, которые обещал Але­ксандр, сговорились и, схватив Бесса, отвели его к Александру. (9) Царь почтил их щедрыми дарами, а Бесса передал на казнь брату Дария и другим его родственникам. Они всячески издева­лись над ним и увечили его: разрубали тело на маленькие куски и стреляли кусками из пращей...................................................

    84

    На этом и поклялись, и царица, изумляясь великодушию Александра, прислала богатейшие дары и обещала выполнить все, что было велено....

    Наемники сразу же, по условиям соглашения, вышли из города и, пройдя стадий 80, расположились беспрепятственно лагерем, без всякой тревожной мысли о*будущем. (2) Александр относился к наемникам с неизменной враждебностью; построив своих солдат, он пошел вслед за варварами и внезапно бросился на них; многие были убиты. Наемники сначала кричали, что на них нападают вопреки договору, и призывали богов, оскорбленных Александром. Он громко крикнул им в ответ, что разрешил им уйти из города, но что они явные враги македонцам. (3) Наемники не испугались грозной опасности: став тесным строем, они образовали круг, внутри которого поместили детей и женщин; таким образом врага, нападающего со всех сторон, они встречали лицом к лицу. Би­лись они с мужеством отчаяния; сражение было страшным: и по причине их проверенной в битвах храбрости, и по причине рвения македонцев, не желавших уступить варварам в доблести. (4) Би­лись врукопашную; враги, схватившись грудь на грудь, и по­ражали насмерть разным и многоразличным образом, и наносили многочисленные разнообразные раны. Македонцы, пробивая са- риссами щиты варваров, вонзали железные наконечники своих копий им в легкие; наемники, бросая копья в гущу врагов, били без промаха по близкой цели. (5) Много было раненых, немало убитых; женщины подбирали оружие павших и бились рядом с мужчинами. Страшная опасность и напряжение заставили их забыть свою природу и вступить в бой. Некоторые, вооружившись, смыкали свой щит со щитом мужа; некоторые нападали без ору­жия, хватали щиты врагов и сильно им мешали. (6) Все, муж­чины и женщины, сражаясь вместе и погибая от рук многочислен­ного врага, выбрали для себя славную смерть, предпочитая ее низкому жизнелюбию. Александр повернул обратно свою кон­ницу, уводя с собой бесполезную невооруженную толпу и уцелев­ших в битве женщин.

    85

    После осады множества других городов, уничтожив сопротив­лявшихся, он подошел к утесу, называемому Аорном. Сюда бе­жало уцелевшее население в расчете на полную неприступность этого места. (2) Рассказывают, что Геракл в древности осаждал эту крепость и снял осаду по причине сильных землетрясений и других знамений. Этот рассказ только подстрекнул у Александра желание осадить твердыню и вступить с божеством в состязание о славе. (3) Утес в окружности имел 100 стадий, а в высоту 16; был он весь гладкий и круглый. Южную часть его омывал Инд, са­мая большая из индийских рек; с остальных сторон окружали глубокие пропасти и отвесные обрывы. (4) Александр осмотрел
    эти недоступные места и отказался от мысли взять Аорн приступом. В это время к нему пришел какой-то старик со своими двумя сы­новьями. (5) Был он совершенный бедняк и давно уже жил в этих местах, поселившись в пещере, в скалистых стенах которой было выбито три ложа. Здесь нашел себе убежище старик с сыновьями и превосходно ознакомился со всеми окрестностями. Подойдя к царю и рассказав ему о себе, он заявил, что проведет его по этому бездорожью и он окажется над варварами, занявшими скалу.

    (6)    Александр пообещал ему богатые дары и взял его проводником; сначала он занял проход, ведущий на скалу, и так как он был един­ственный, то варвары оказались совершенно запертыми. Затем, располагая большим количеством людей, он велел завалить про­пасть и сделать насыпь у подошвы утеса. Подойдя к нему вплот­ную, цн повел энергичную осаду, непрерывно в течение семи дней и стольких же ночей бросая людей на приступ. (7) Сначала вар­вары, занимавшие позиции на высотах, оказывались победителями; много воинов, упорно шедших на приступ, было убито. Когда же насыпь была закончена, поставлены катапульты, метавшие стрелы, и прочие машины, причем стало ясно, что царь не намерен снимать осаду, то инды перепугались. Александр, проницательно догады­ваясь о том, что произойдет, отозвал стражу, занявшую проход,, и открыл путь желавшим уйти со скалы. Варвары, боясь муже­ства македонцев и честолюбия царя, ночью оставили скалу.

    86

    Хитростью Александр победил индов, незнакомых с таким спо­собом ведения войны, и завладел скалой, не подвергая себя опас­ности. Проводнику он дал обещанные дары, а сам с войском отпра­вился в путь. (2) В этих местах оказался на то время некий инд, Африк по имени, с войском в 20 ООО человек и с 15 слонами. Era убили, принесли его голову Александру и этой услугой обеспе­чили собственное спасение. (3) Царь принял их к себе и овладел слонами, бродившими по стране.

    Придя к реке Инду, он застал там вполне готовые тридцати­весельные суда, перебросил мост и дал солдатам тридцатидневный отдых. Принеся великолепные жертвы богам, он переправил вой­ско; и тут случилось удивительное событие. (4) Царь Таксил умер еще раньше; сын его Мофис, наследник его власти, еще раньше, когда Александр был в Согдиане, посылал к нему с известием, что он будет воевать вместе с ним против непокорных индов. И тут он отправил к нему посольство сказать, что он передает ему власть над своим царством. (5) Когда Александр отстоял от него на 40 ста­дий, он выстроил войско, как выстраивают его для боя, украсил слонов и пошел навстречу царю вместе с друзьями. Александр,.

    видя приближающееся к нему большое выстроенное в боевом порядке войско, решил, что заявления инда сделаны были с ко­варной целью: напасть на македонцев врасплох. Он велел трубить сигнал к бою, выстроил воинов и двинулся на индов. (6) Мофис, видя смятение в македонском войске и сообразив, что происходит, оставил войско и поскакал вперед с малочисленной свитой. Объяснив македонцам их ошибку, он вручил и себя и свое войско царю. (7) Обрадованный Александр оставил ему царскую власть и переименовал его в Таксила; он и в дальнейшем был Александру другом и союзником. Вот события этого года.

    87

    Архонтом в Афинах был Хремет; римляне поставили консу­лами Публия Корнелия и Авла Постумия.11 В этом году Александр, дав войску отдохнуть в земле Таксила, пошел походом против Пора, царя соседних индов, (2) у которого было: пехоты больше 50 ООО, конницы около 3000, колесниц больше тысячи и 130 сло­нов. Он заключил союз с другим соседним царем, Эмбисаром, вой­ско которого было немногим меньше его собственного. (3) Але­ксандр, услышав, что Эмбисар находится в 40 стадиях, решил напасть на Пора прежде, чем Эмбисар подойдет. (4) Когда он приблизился к индам, Пор, узнав, что враги находятся побли­зости, сразу же выстроил свое войско: всадников поместил на флангах, а слонов, в их грозном воинском уборе, с фронта, на рав­ных промежутках друг от друга. Между животными он расставил пехотинцев, которьш было приказано помогать животным и препятствовать стрельбе с боков. (5) Вся расстановка в целом напоминала укрепленный город: слоны стояли как башни; солдаты между ними играли роль простенков. Александр, рассмотрев вра­жескую диспозицию, расставил свое войско в соответствии с ней.

    88

    Во время сражения конница первым делом уничтожила почти все колесницы индов. Затем в бой вступили слоны, должным обра­зом используя и огромную массу своих тел, и свои силы: одни гибли под их ногами, растоптанные вместе с оружием; других они обхватывали хоботом и, подняв вверх, швыряли на землю: люди умирали страшной смертью; многие были насквозь пронзены клы­ками и тут же испускали дух. (2) Македонцы мужественно про­тивостояли всем страхам; перебив сариссами воинов, стоявших между животными, они уравновесили боевые силы. (3) После этого они стали дротиками и стрелами поражать слонов; животные,


    покрытые ранами, обеспамятели от боли, и инды, ходившие за ними, не могли уже их удержать: повернув, они неудержимо понеслись на своих, топча и давя их. (4) Началось великое смя­тение; Пор, видя, что происходит (он сидел на самом сильном слоне), собрал вокруг себя 40 слонов, находившихся в спокой­ном состоянии, и устремил всю массу этого отряда на врага. Много людей было перебито, тем более, что физической силой Пор значительно превосходил своих соратников. Высотой он был в 5 локтей; панцирь его был вдвое шире, чем у других отличав­шихся силой воинов. (5) Дротики, брошенные его рукой, ударяли почти с такой же силой, как стрелы из катапульты. Македонцы, стоявшие против него, испугались; Александр вызвал лучников и легковооруженных и приказал всем целить в Пора. (6) Воины быстро выполнили этот приказ; множество стрел разом полетело в инда, и так как был он размеров огромных, то все попали в цель. Пор героически бился; потеряв от множества ран много крови, ■он лишился чувств и, склоняясь к спине животного, скатился на землю. (7) Когда разнеслась молва, что царь убит, все войско индов «обратилось в бегство.

    89

    Во время этого бегства многих убили; Александр, победив в славном сражении, велел трубить отбой. В этом сражении индов пало больше 12 ООО; среди них двое сыновей Пора и самые славные военачальники. (2) В плен взяли больше 9000; поймали 80 слонов. Пора, который еще дышал, поручили попечениям индов. (3) У ма­кедонцев пало 280 всадников и больше 700 пехотинцев. Царь похоронил убитых, почтил по достоинству отличившихся и принес жертву Гелиосу, как пославшему победу над восточными областями.

    (4)  Так как на соседних горах росло много крепких елей, не­мало кедров и сосен и вообще имелось великое изобилие корабель­ного леса, то Александр построил достаточное количество кораблей.

    (5)     В мыслях у него было дойти до границ индийской земли и, покорив всех ее обитателей, спуститься по реке к Океану. (6) Он основал два города: один за рекой, в том месте, где он перепра­вился, а другой на месте победы над Пором. Работы были быстро выполнены — рабочих было много; Пора, уже вылечившегося, Александр за его доблесть поставил царем страны, которой он управлял и раньше, а войску своему дал тридцатидневный отдых, пользуясь изобилием всяких припасов.

    90

    ... (4) Александр устрашил царя Эмбисара, союзника Пора, опоздавшего подать ему помощь, и -заставил его выполнять то, что ему приказано, а сам с войском переправился через реку и
    пошел по стране исключительно плодородной. (5) Росли здесь деревья разных пород, высотой в 70 локтей и такой толщины, что их с трудом могли обхватить четверо. Тень от них падала на 3 плефра. Была эта страна полна змей, маленьких и очень разнообразных. (6) Одни напоминали медные прутья; у других имелся густой волосатый гребень; укус их причинял быструю смерть; ужаленный жестоко мучился, и по телу его ручьями струился кровавый пот. (7) Поэтому македонцы придумали хит­рый способ уберечь себя от укусов: стали подвешивать постели к деревьям и большую часть ночи проводили без сна. Узнав от местных жителей, какой корень служит противоядием, они избавились от своих страхов.

    91

    Когда Александр продвигался вперед со своей армией, к нему пришли с известием, что царь Пор, двоюродный брат разбитого им Пора, оставил свое царство и бежал к народу гапдаров. (2) Раз­досадованный Александр послал в его страну Гефестиона с вой­ском и приказал -передать его царство Пору, который остался ему верным. Сам он пошел на племя адраистов; одни города их взял силой, другие привлек на свою сторону убеждением и отбыл в страну кафеев. (3) У них существует правило, чтобы жены сжигали себя на костре вместе с трупами мужей. Этот закон был у них уста­новлен по вине одной женщины, отравившей своего мужа. (4) Царь, осадив самый большой и самый укрепленный их город, подверг­шись многим опасностям, взял его и сжег. Он осадил другой круп­ный город; инды вышли к нему с ветвями умоляющих, и Александр даровал им мир.

    После этого он пошел на города, которые находились под властью Сопифа и были управляемы по законам превосходным. Строй их воспитывает в гражданах жажду славы; величайшим почетом пользуется у них красота. (5) Поэтому детей у них раз­деляют с раннего возраста: пропорционально сложенных, обе­щающих стать красивыми и сильными, воспитывают хорошо; уродов почитают недостойными воспитания и уничтожают.

    (6)    В соответствии с этим и браки заключаются без всякой заботы о приданом и о всяких роскошных вещах: обращают внимание только на красоту и физические достоинства. (7) Поэтому боль­шинство жителей этих городов выделялось своим обликом, но больше всех славился царь Сопиф красотой и ростом: было в нем больше 4 локтей. Он вышел из города* где находился его дворец, вручил себя и свое царство Александру и вновь принял его от царя по милости победителя. (8) Сопиф с великой охотой роскошно угощал все войско в течение нескольких дней.

    92

    Александру он предложил много богатых даров; подарил ему полтораста собак, удивительных по величине, силе и прочим достоинствам: говорили, что это помесь кобелей с тигрицами.

    (2)     Желая, чтобы Александр своими глазами убедился в высоких качествах этих собак, Сопиф приказал загнать в загородку взрос­лого льва и напустил на него двух наихудших из подаренных им псов. Им было не под силу справиться со зверем; выпустили еще двух собак. (3) Четверо одолело льва; тогда Сопиф послал чело­века с мечом отрубить правую лапу у одной собаки. Царь закричал, прибежали телохранители и схватили инда за руку. Сопиф по­обещал вместо этой собаки дать трех, и охотник стал спокойно понемногу срезать мясо с лапы. Пес не издал ни рычания, ни воя; вцепившись зубами в льва, он не двигался с места, пока, обескров­ленный, не упал мертвым на зверя.

    93

    В это время явился Гефестион вместе со своим войском: он покорил значительную часть Индии. Александр похвалил его за доблесть. Сам он вторгся во владения Фегея; туземцы радушно приняли македонцев; Фегей встретил их с богатыми дарами. Александр оставил его царем; роскошно принятый вместе с вой­ском, он, погостив два дня, двинулся к реке Гипанису, ширина которой равна 7 стадиям, глубина 6 оргиям; течение стремитель­ное, делающее переправу очень затруднительной. (2) Александр не поверил рассказу Фегея о землях за Индом, о том, что сразу за рекой на протяжении двенадцатидневного пути лежит пустыня, а за ней находится река Ганг, шириной в 32 стадии, самая глубо­кая из индийских рек; за Гангом живут прасии и гандары, а цар­ствует над ними Ксандрам, у которого имеется 20 ООО всадников, 200 ООО пехотинцев, 2000 колесниц и 4000 боевых слонов. Он при­гласил Пора и тщательно разузнал от него обо всем, что ему было сообщено. (3) Пор подтвердил истину всего сказанного и добавил, что царь Гайдаров человек совершенно ничтожный и обесславлен­ный; его даже считают сыном цирюльника. Цирюльник этот, его отец, был красив; в него влюбилась царица, хитростью извела мужа и передала царскую власть любовнику. (4) Александр понимал, что поход на гандаров будет делом трудным, но упор­ствуя в своем честолюбии, полагаясь на храбрость македонцев и на предсказания, все же питалнадежду покорить варваров: пифия ведь назвала его непобедимым, и Аммон обещал ему дать власть над всей землей.

    94

    Видя, что солдаты утомлены непрерывными походами, что их вымотала восьмилетняя служба, проведенная в трудах и воен­ных опасностях, он решил, что надо сказать им подобающее слово и воодушевить на поход против Гайдаров. (2) Воинов погибло много, а окончания войн не предвиделось. У лошадей от непрерывного пребывания в пути поистирались копыта; оружие в большей части своей уже никуда не годилось; эллинская одежда изорвалась, и солдаты вынуждены были одеваться по-варварски; они только укорачивали индийские плащи. (3) Случилось как раз, что в те­чение 70 дней неистовствовала буря, удары грома раздавались один за другим, молнии били без промаха. Александр понимал, что все это ставит препятствия его намерениям; единственная надежда была у него на то, что он сумеет своими милостями це­ликом расположить к себе солдат. (4) Поэтому он разрешил им грабить места, лежавшие по реке и богатые всем необходимым. Пока войско занималось собиранием добычи, Александр созвал солдатских жен и детей, велел выдать каждой хлебный паек на месяц, а мальчикам выплатить каждому сумму, соответствую­щую жалованью его отца. (5) Когда солдаты вернулись, нагру­женные множеством награбленного добра, он созвал всех на со­брание и произнес обдуманную речь относительно похода на Гай­даров. Македонцы, однако, не сдавались на его увещания, и он отказался от своего замысла.

    95

    Решив здесь положить конец своим походам, он прежде всего соорудил алтари 12 богам, высотой в 50 локтей, затем велел об­вести рвом пространство, втрое большее, чем то, которое занимал лагерь; ров выкопать шириной в 50 и глубиной в 40 футов. Груды выкопанной земли употреблены были на постройку высокой стены за рвом. (2) Каждому пехотинцу велено было устроить палатку с двумя кроватями в 5 локтей каждая; всадники должны былиг кроме того, сколотить по паре ясель, вдвое больших, чем обычные, и соответственно увеличить размеры всех предметов, которые собирались здесь бросать. Все это он делал, желая придать лагерю вид обиталища героев и в то же время оставить туземцам следы того, что здесь находились люди огромного роста, обладавшие сверхъестественной силой.

    (3)   После этого он со всем войском повернул обратно и той же дорогой, по которой двигался раньше, пришел к реке Акесину. Найдя там готовые суда, он набрал для них экипаж и велел строить еще новые. (4) В это время пришли из Эллады под командой
    стратегов союзники и наемники: пешего войска больше 30 000г всадников немного меньше 3000. Привезено было полное и пре­восходное вооружение для 25 ООО пехотинцев и на 100 талантов лекарственных снадобий. Все это он роздал солдатам. (5) Закон­чена была постройка судов: изготовлено 200 судов без палуб и 800 легких, обслуживающих. Города, основанные у реки, он назвал один Никеей, потому что здесь одержал победу, а другой Букефалой, потому что здесь в битве с Пором погиб его конь.

    96

    Сев на суда вместе с «друзьями», он стал спускаться по реке к Океану, лежавшему на юг. Большая часть войска шла берегом реки под начальством Кратера и Гефестиона. Дойдя до места, где Акесин и Гидасп сливаются, Александр высадил солдат и повел их на так называемых сибов. (2) Говорят, что это потомки воинов, осаждавших вместе с Гераклом Аорн, потерпевших не­удачу и поселенных в этом месте Гераклом. Александр распо­ложился лагерем вблизи очень большого города, и к нему вышли именитейшие граждане. Повстречавшись с царем, напомнив ему о своем родстве с ним, они пообещали все с готовностью выпол­нить, как и положено родственникам, и поднесли ему роскошные дары. (3) Александр не пренебрег их добрым расположением,, объявил их города свободными и пошел дальше на соседние пле­мена. Настигнув войско агалассов, собравших 30 000 пехоты и 3000 всадников, он завязал с ними сражение и победил их; боль­шинство было убито; оставшиеся бежали в соседние города, но по взятии этих городов обращены были в рабство. (4) Другие туземцы собрались вместе, и 20 000 их бежало в большой город, который Александр взял приступом; тогда инды перегородили узкие улицы и мужественно отбивались из домов; немало маке­донцев было убито. (5) Александр в гневе велел поджечь город; большинство людей сгорело. Около 3000 уцелевших туземцев сбежались в акрополь и вышли к Александру с ветвями умоляю­щих; он отпустил их.

    97

    Затем он опять сел с «друзьями» на суда и поплыл по реке до того места, где упомянутые реки сливаются с Индом. Так как здесь в одном.месте сталкивается много вод, то образуется большое коли­чество страшных водоворотов; суда начинает вертеть, и они гибнут. Течение так сильно и стремительно, что искусству кормчих ока­залось не под силу с ним справиться: два военных корабля зато­нуло, многие суда прибило к берегу. (2) Головной корабль по­
    несло на большой водоворот; царь оказался на краю гибели. Видя смерть перед глазами, Александр разделся и голышом бросился в воду, надеясь на возможное спасение. (3) Вокруг него было великое смятение: люди боролись с мощным течением; река одолевала все человеческие планы и человеческую силу. Але­ксандру едва удалось вместе с судами прибиться к берегу. Спасшись вопреки ожиданию, он принес жертву богам за избавление от великой опасности, после борьбы с рекой, подобно Ахиллу.

    98

    После этого он пошел на оксидраков и маллов (это племена большие и воинственные) и настиг туземцев, собравших больше 80 ООО пехоты, 10 ООО всадников и 700 колесниц. Племена эти перед прибытием Александра воевали между собой, но когда царь подошел к их земле, они помирились, закрепив мир брач­ными союзами: каждое племя отдало другому в замужество 10 000 девушек. (2) Они, однако, не сговорились: начался спор о том, кому предводительствовать, и они разошлись по ближай­шим городам. Александр, подойдя к первому на его пути городу, решил с ходу брать его приступом. (3) Тогда один из гадателей, Демофон, подошел к нему и сказал, что птицы предвещают царю большую опасность от раны, которую он получит при осаде. Он просил поэтому Александра оставить сейчас этот город и заняться другими делами. (4) Царь выбранил его за то, что он пугает сол­дат, и, дав распоряжения относительно осады, пошел первым на стены, стремясь силой овладеть городом. Осадные машины запоздали; царь первым разбил ворота и, ворвавшись в город, многих убил, а остальных обратил в бегство и преследовал их до акрополя. (5) Македонцы еще дрались у стен; он схватил лест­ницу, приставил ее к стенам крепости и, прикрыв голову щитом, полез наверх. Стремительно действуя, он предупредил передовых варварских воинов и быстро оказался на стене. (6) Инды не ре­шались вступить с ним врукопашную, но издали метали дротики и пускали стрелы. Царь обессилел под этим градом; македонцы, приставив две лестницы, полезли по ним всем скопом; обе лестницы подломились, и люди рухнули на землю.

    99

    Царь, оставшись без всякой помощи, отважился на поступок невероятный и достойный упоминания. Считая, что спуститься со стены к своим, ничего не сделав, недостойно его, он, один- одинешенек, с оружием в руках спрыгнул в город. (2) Инды сбе­жались к нему; он храбро выдерживал натиск варваров. Закрытый
    справа деревом, росшим у самой стены, а слева самой стеной, он отбивался от индов, представляя себе, как доблестно должен вести себя царь, совершивший такие дела, если он хочет закон­чить свою жизнь подвигом славнейшим. (3) Шлем его был пробит во многих местах; немало дыр было и в щите. Наконец, стрела попала ему под сосок; он упал на одно колено, осиленный болью. Тотчас же подбежал к нему инд, пустивший в него стрелу; он уже не боялся царя и замахнулся на него, когда Александр всадил меч ему в пах. Рана оказалась смертельной; варвар упал, а царь, схватившись за ближайшую ветку и поднявшись, стал вызывать желающих сразиться с ним. (4) В это время один из оруженосцев, Певкест, поднявшись по другой лестнице, первый закрыл царя щитом. За ним появилось множество других македонцев, которые навели страх на варваров и спасли Александра. Город был взят приступом, и македонцы в гневе за царя перебили всех встреч­ных и завалили город трупами. (5) Много дней царь провел в без­действии, так как должен был лечиться, между тем эллины — поселенцы в Бактрии и Согдиане, уже давно с трудом терпевшие житье среди варваров, теперь, когда до них дошел слух, что царь ранен и умер, восстали. (6) Их собралось до 3000; они понесли много трудов, чтобы вернуться домой. Позднее, уже после смерти Александра, их перебили македонцы.

    100

    Александр, выздоровев от ран, принес богам благодарствен­ные жертвы и стал устраивать роскошные пиршества «друзьям». За одной попойкой случилось событие своеобразное и заслужи­вающее упоминания. (2) Среди застольников был один македонец, по имени Корраг, отличавшийся физической силой и совершивший немало подвигов в бою. Разгоряченный вином, он вызвал на единоборство афинянина Диоксиппа, атлета, увенчанного за свои славные победы. (3) Участники пира, разумеется, стали подстрекать соперников, Диоксипп согласился, и царь назначил день для поединка. Когда пришло время единоборства, на это зрелище собрались десятки тысяч. (4) Македонцы, земляки Кор- рага, и сам царь желали ему победы; эллины болели за Диоксиппа. Македонец вышел в дорогом вооружении; афинянин обнаженный, смазанный маслом, с обыкновенной палицей в руке. (5) Оба вызы­вали изумление своей необычайной крепостью и силой; казалось, будто ожидают поединка богов. Македонец всем своим складом и блестящим вооружением внушал великий страх и напоминал Ареса; Диоксипп огромной силой, осанкой атлета и палицей походил на Геракла. (6) Когда они сошлись, македонец метнул с подобающего расстояния копье; его противник, слегка откло­
    нившись, избежал удара. Тогда Корраг, выставив вперед маке­донскую сариссу, пошел на Диоксиппа, но когда уже прибли­зился к нему, тот ударил палицей по сариссе и сломал ее. (7) После этих двух неудач македонец схватился за меч, но пока он его вы­таскивал, противник опередил его: подскочив к нему, он левой рукой схватил руку, извлекавшую меч, а другой столкнул про­тивника с его места и, ухватившись за ноги, свалил его наземь.

    (8)     Когда тот рухнул, он стал ему ногой на шею и, подняв па­лицу, посмотрел на зрителей.

    101

    Толпа закричала, и от неожиданности, и от удивления перед таким подвигом. Царь приказал отпустить побежденного и окон­чить зрелище; он ушел, опечаленный поражением македонца.

    (2)     Диоксипп отпустил поверженного и ушел, одержав громкую победу; земляки украсили его лентами, словно он прославил всех эллинов. Судьба, однако, не позволила ему долго хвастать своей победой. (3) Царь становился к нему все холоднее; друзья же Александра и все придворные македонцы, завидуя его доблести, уговорили его слугу подбросить ему под подушку золотой кубок; на очередной пирушке его обвинили в воровстве, ссылаясь на то, что у него нашли кубок: Диоксипп был опозорен и обесславлен.

    (4)   Видя, что македонцы устремляются на него, он ушел с пирушки. Вскоре после этого, прибыв уже к себе домой, он написал Алек­сандру о подстроенной ему ловушке, поручил близким передать это письмо царю, а сам покончил с собой. Безрассудно согласился он на поединок и еще бессмысленнее оборвал свою жизнь. (5) По­этому многие корили его и осуждали за глупость, говоря, что худо иметь большое тело и малый ум. (6) Царь, прочтя письмо, опечалился смертью Диоксиппа и часто вспоминал о его доблести. Пренебрегая живым и тоскуя об умершем, который уже ничем не мог послужить ему, он раскрыл низость клеветников и понял высокие качества этого человека.

    102

    Александр велел войску идти вдоль реки навстречу флоту, а сам спустился по реке к Океану и вошел в страну самбастов.

    (2)     По многочисленности мужского населения и по его доблести они не уступают ни одному индийскому племени. Живут они по городам, которые управляются народом; узнав о вторжении ма­кедонцев, они собрали пешего войска 60 ООО и 500 колесниц.

    (3)    Когда подошел флот, то этот чуждый и непонятный им способ прибытия привел их в ужас; испугала их и громкая слава маке­
    донцев. Старшины посоветовали им не вступать в бой, и они от­правили к Александру 50 виднейших людей с просьбой отнестись к их народу дружественно. (4) Александр поблагодарил послов и согласился на мир; туземцы почтили его богатыми дарами и почестями, которые положены героям. После этого он присоеди­нил к себе содров и массанов, живущих по обеим сторонам реки. В этих местах у реки он основал город Александрию, набрав для него 10 ООО жителей. (5) После этого он направился в земли царя Мусикана; захватив покоренного властелина, он убил его, а народ подчинил себе. Сразу затем вторгшись во владения Пор- тикана, он с ходу осадил два города, разрешил солдатам их раз­грабить и велел сжечь дома. Самого Портикана, бежавшего в неприступное место, он настиг и убил в бою. Все города, нахо­дившиеся под его властью, он взял и уничтожил, наполнив стра­хом соседей. (6) Сразу затем он опустошил царство Самбы; боль­шинство городов уничтожил, жителей обратил в рабство и пере­бил 80 ООО варваров. (7) Такие бедствия обрушились на племя так называемых брахманов. Остальные пришли с ветвями умоляю­щих; он наказал наиболее виновных и отпустил остальных. Царь Самб с 30 слонами бежал к границам Индии и таким образом спасся,

    103

    Пограничный- город брахманов, Армателия, горделиво пола­гался на мужество своих жителей и на свою неприступность. Александр отправил туда небольшое число легковооруженных, приказав завязать военные действия, а если враг выйдет, то обра­титься в бегство. (2) Отряд в 500 человек принялся штурмовать стены, но вызвал к себе только пренебрежение. Из города вышли 3000 воинов; те притворились испуганными и бросились бежать.

    (3)    Царь с небольшим отрядом встретил преследователей; в жесто­кой битве одни варвары были убиты, другие взяты в плен. Немало царских воинов было ранено и находилось на краю гибели, (4) так как варвары смазывали свое оружие смертельным ядом. Пола­гаясь на его силу, они и вышли, чтобы решить боем свою судьбу. Яд этот получали из каких-то змей: их ловили и, убив, клали на солнце. (5) От зноя змеиные трупы становились мягкими, из них вытекала жидкость: в этой влаге и заключался змеиный яд. Раненый сразу впадал в оцепенение, вскоре начинались жестокие боли; судороги и дрожь сотрясали все тело. Кожа становилась холодной и синей; больного рвало желчью; из раны текла черная пена, и начиналась гангрена, быстро бежавшая по главным ча­стям тела; смерть была ужасной. (6) Одинаковая судьба ожидала и тех, кто получил большие раны, и тех, кого случайно и слегка оцарапало. Такой гибелью погибали раненые, но царь не так уж
    печалился над их судьбой; особенно огорчала его рана Птолемея, будущего царя, а тогда царского любимца. (7) С Птолемеем слу­чилось, однако, нечто исключительное и необычайное; некоторые видели здесь божественный промысел. Птолемея любили все за его доблесть и щедроты, которыми он осыпал всех; ему и подана была помощь, подобающая человеколюбцу. Царь увидел сон: ему приснился дракон, который держал в пасти траву, объяснял ее свойства и силы и говорил, где она растет. (8) Проснувшись, Александр разыскал траву, растер ее, обложил ею тело Птолемея, дал ему выпить — и поставил его на ноги. Знакомство с этим полезнейшим растением спасло и остальных, лечившихся таким же образом.

    Александр собирался осаждать город армател^иев, укрепленный и большой, но население вышло к нему навстречу с ветвями умо­ляющих, сдалось ему, и он их не наказал.

    104

    Войдя в Океан вместе с «друзьями», он увидел там два острова; тотчас же принес там великолепные жертвы богам; совершая возлияния, бросил в море много чаш и больших золотых сосудов, поставил алтари Фетиде и Океану и решил закончить предпри­нятый поход. Повернув оттуда назад, он подошел по реке к знаме­нитому городу Тавале, (2) политическое устройство которого напоминало Спарту: тут было два наследственных царя из двух родов, которые ведали всеми военными делами; верховная власть принадлежала геронтам.

    (3)     Александр сжег пострадавшие суда, остальной же флот поручил Неарху и другим друзьям с приказом проплыть по Океану вдоль всего побережья, все осмотреть и ждать его в устье Евфрата.

    (4)      Сам он с войском прошел большое пространство, покоряя сопротивляющихся, дружественно принимая покорных. Ара- битов и жителей Гедросии он присоединил к своему царству мир­ным путем. (5) Пройдя затем по большой пустыне, в значительной части безводной, нередко без всякого населения, он подошел к границам земли оритов. Он разделил войско на три части: во главе одной поставил Птолемея, во главе второй Леонната.

    (6)   Птолемею он приказал опустошать побережье; Леонната с той же целью отправил внутрь страны; предгорья и горную область стал разорять сам. Огромное пространство одновременно оказалось в руках врага: всюду пылали пожары, шли грабежи и убийства. (7) Вскоре у солдат оказалось множество добычи; ко­личество убитых исчислялось десятками тысяч. Гибель этих племен наполнила ужасом соседей, и они сдались царю. (8) Алек­
    сандр очень хотел основать при море город. Найдя гавань, защи­щенную от бурь, и вблизи от нее удобное место, он основал город Александрию.

    105

    Пройдя через проходы в землю оритов, он быстро всю ее под­чинил себе. Обычаи оритов сходны с обычаями индов, кроме од­ного, совершенно невероятного. (2) Тела умерших выносят их родственники, раздетые догола, с копьями в руках. Положив тело в каком-нибудь дубовом лесу, они срывают с трупа весь его убор и оставляют тело умершего в снедь зверям. Разделив одежды умершего, они приносят жертву подземным героям и устраивают поминки для родных.

    (3)    После этого Александр отправился берегом моря в Гедро- сию и наткнулся на племя негостеприимное и совершенно зверо­подобное. (4) Обитатели здешних мест от рождения и до старости не обрезают ногтей и оставляют волосы сбиваться, как войлок; горячее солнце опалило их кожу; одеваются они в звериные шкуры.

    (5)     Пищей им служит мясо огромных животных, выбрасываемых морем. Дома они строят так: выводят стены, а крыши ставят из китовых ребер, нарезая из них брусья длиной в 18 локтей. Брусья эти покрывают вместо черепицы рыбьими кожами. (6) Александр с трудом прошел через эту область, так как еды здесь не хватало, и вступил в пустыню, где вообще не было ничего, чем поддержи­вается жизнь. Многие погибли от голода; войско пало духом; Александр был во власти печали и заботы: страшное зрелище представляла собой смерть этих людей, которые превзошли всех своей воинской доблестью и теперь бесславно погибали в пустыне от голода и жажды. (7) Он послал скороходов в Парфию, Драп- гену, Арию и прочие соседние с пустыней области с приказом быстро привести к границам Кармании караван быстроногих верблюдов, приученных ходить под вьюками, с грузом хлеба и других припасов. (8) Быстро проделав путь, они явились к сатра­пам указанных областей и заставили их переправить в указанное место целые амбары провианта. Но еще раньше от безвыходной нужды Александр потерял много воинов, а потом какие-то ориты напали на отряд Леонната, когда он находился в пути, многих перебили и бежали в свою землю.

    106

    С трудом перейдя пустыню, он вошел в населенную страну, обильную всем необходимым; дал войску отдохнуть в течение семи дней и потом в торжественном шествии с войском в парад­
    ной одежде прошел, справляя праздник Дионису и упиваясь до опьянения во время пути.

    (2)    После этого он наказал многих сатрапов и стратегов, услы­шав, что многие творят беззакония и, пользуясь своей властью, притесняют и обижают людей. Молва о царской ненависти к без­законным начальникам широко разошлась, и многие стратеги, знавшие за собой дела насильнические и беззаконные, устраши­лись; некоторые, имевшие наемников, восстали на царя; неко­торые собрали свое имущество и бежали. (3) Узнав об этом, царь написал всем азийским сатрапам и стратегам, чтобы они, по полу­чении письма, немедленно отпустили всех наемников.

    (4)     В это время царь проживал в приморском городе Салмунте. Однажды, когда он был в театре, прибыли те, кому велено было плыть вдоль океанского побережья. Неожиданно появившись в театре, они приветствовали Александра и стали рассказывать о том, что было. (5) Македонцы, ликуя по поводу их возвращения, отметили это событие громом рукоплесканий; весь театр был полон безмерной радости. (6) Прибывшие рассказывали, что в Океане приливы и отливы бывают величины невероятной, что при отливе около мысов видно множество больших островов; с наступлением же прилива все эти места покрывает водой; в сторону суши дует сильный порывистый ветер, и вода сплошь покрывается белой пеной. Самое же изумительное — это множество морских животных невероятной величины, которых они встретили. (7) Ис­пугавшись их, они сначала отчаялись в своей жизни, думая, что уже вот-вот погибнут вместе со своими судами, но затем все стали враз кричать, грохотать оружием и вдобавок трубить в трубы: животные, вопреки ожиданию, испугались и погрузились в море.

    107

    Царь, выслушав это, приказал командирам флота плыть к Евфрату, сам же с войском, пройдя большое пространство, дошел до границ Сузианы. В это время ий^ Калан, великий знаток философии, пользовавшийся уважением Александра, по­кончил с собой удивительным образом. (2) Прожив 73 года и за все это время ни разу не болев, он решил добровольно уйти из жизни, ибо природа и судьба дали уже ему всю полноту сча­стья. (3) В испытаниях болезни, становившейся со дня на день все тяжелее, он попросил царя приготовить ему большой костер и, когда он взойдет на него, велеть прислужникам подложить огонь. (4) Александр сначала пытался отвратить его от этого намерения, но так как Калан не слушался, то он согласился выполнить то, о чем его просили. Весть об этом разнеслась, и когда приготовили костер, то посмотреть на диковинное зрелище
    собралась толпа. (5) Калан, согласно своему учению, мужественно взошел на костер и погиб в огне. Присутствовавшие при этом сочли его одни сумасшедшим, другие хвастуном, желавшим просла­виться своей выдержкой; некоторые восхищались его мужеством и презрением к смерти. (6) Царь устроил ему роскошные похо­роны и отправился в Сузы, где женился на старшей дочери Да­рия, Статире; младшую, Дрипетиду, он выдал за Гефестиона. Убедил он жениться и виднейших своих «друзей» и выдал за них знатнейших персианок.

    108

    * В это время пришло в Сузы 30 ООО персов, совершенных юн­цов, отобранных за свою красоту и силу. (2). Их собрали по при­казу царя, они достаточно долго обучались военному делу под руководством приставленных к ним учителей и воспитателей. Теперь, роскошно одетые, в полном македонском вооружении, они маневрировали перед городом, показывая царю свое уменье и успехи в военном деле, и были им особо награждены. (3) Так как македонцы отказались идти за Ганг, часто протестовали в собра­ниях и издевались над тем, что он якобы происходит от Аммона, то он и организовал этот полк из персов-однолеток, который можно было бы противопоставить македонской фаланге. Так обстояли дела с Александром.

    (4)    Гарпалу была доверена в Вавилоне охрана сокровищниц и поступлений. Как только царь пошел походом на Индию, Гар- пал решил, что ему не вернуться. Он окружил себя роскошью; поставленный сатрапом большой страны, он стал творить насилия над женщинами, вступать в преступные любовные связи с вар­варами. Много денег из сокровищницы ушло на его безудержные прихоти: издалека, от Красного моря, везли ему множество рыбы; о его расточительной жизни ходили злые толки. (5) Он выписал к себе из Афин тамошнюю знаменитейшую гетеру Пифонику, при жизни осыпая ее царскими дарами, по смерти устроил ей роскошные похороны и соорудил в Аттике дорогой памятник.

    (6)   После этого он выписал из Афин другую гетеру (ее звали Гли- кера) и зажил жизнью, слишком роскошной и расточительной. Приготовляя себе убежище на случай поворота судьбы, он стал осыпать благодеяниями Афины. Когда Александр, по возвра­щении из Индии, стал казнить уличенных сатрапов, Гарпал, испу­гавшись наказания, взял 5000 талантов серебра, нанял 6000 солдат и отплыл в Аттику. (7) Никто не обращал на него внимания; он оставил у Тенара наемников и, взяв часть денег, предстал перед народом в качестве умоляющего. Антипатр и Олимпиада потре­бовали его выдачи; он, щедро заплатив ораторам, говорившим


    в его пользу, бежал и направился к наемникам, ждавшим у Те- нара. (8) Оттуда он отплыл на Крит и был изменнически убит Фиброном, одним из своих друзей. Афиняне, разыскивая денеж­ные счеты Гарпала, обвинили Демосфена и еще других ораторов в том, что они присвоили деньги Гарпала.

    109

    В Олимпии происходили игры, и Александр объявил, что все изгнанники могут вернуться на родину, кроме святотатцев и убийц. Он отобрал самых пожилых граждан, служивших у него в войске, и уволил их; было таких около 10 000. (2) Узнав, что многие из них обременены долгами, он в один день уплатил эти долги, доходившие почти до 10 000 талантов. Оставшиеся македонцы возмутились; поднялся громкий ропот; Александр в гневе смело стал осыпать их упреками. Он так напугал толцу, что осмелился, сойдя с трибуны, собственными руками передать зачинщиков смятения прислужникам для наказания. (3) Недовольство росло; царь поставил начальниками персов, выдвинув их на первое место. Македонцы одумались и, обливаясь"слезами, едва умолили Александра помириться с ними.

    110

    Архонтом в Афинах был Антиклес; римляне поставили кон­сулами Луция Корнелия и Квинта Публилия.12 В этот год Алек­сандр пополнил персами число отпущенных солдат; тысячу пер­сов он взял в качестве дворцовой стражи, считая их не менее вер­ными, чем македонцев. (2) В это время прибыл Певкест с 20 000 персидских лучников и пращников; царь влил их в старые полки и таким путем преобразовал всю армию, создав войско смешанное и способное служить его намерениям.(3) Он в точности установил число сыновей, родившихся от македонцев и пленных женщин, назначил каждому сумму, нужную для получения хорошего во­спитания, приставил к ним воспитателей, которые дали бы им подходящее воспитание, а сам с войском выступил из Суз, пе­решел Тигр и расположился лагерем возле деревень, называв­шихся Карами. (4) Сразу же, пройдя за четыре дня Ситакену, он вошел в так называемые Самбаны. Там он оставался семь дней, дал отдохнуть войску и затем за три дня дошел до страны келонов, где и посейчас живу!* беотийцы, которые во время похода Ксер­кса были согнаны со своих мест, но еще помнили родные законы.

    (5)    Говорили они на двух языках: на одном, который уподоблял


    их местным жителям, и на другом, в котором сохранилось боль­шинство греческих слов; сохранили они и некоторые обычаи.

    Пробыв там несколько дней, Александр отправился в путь и отклонился от намеченной дороги, чтобы посмотреть на странуt называвшуюся Багистаном: это был дивный сплошной сад, полный всего, что услаждает человека.(6) Затем он пришел в страну, где паслись огромные табуны лошадей. В старину, говорят, там хо­дило на свободе до 160 ООО коней; но когда Александр туда прибыл, их насчитывалось всего 60 ООО. Пробыв там 30 дней, он за семь дней дошел до Экбатан в Мидии. (7) Говорят, в окружности они имеют 250 стадий; тут находятся царский дворец (это столица всей Мидии) и богатые сокровищницы. Он дал войску некоторое время на отдых, устраивал театральные представления и частые пирушки для «друзей». (8) От неумеренных выпивок Гефестион заболел и умер. Царь тяжко переживал случившееся и поручил Пердикке перевезти тело умершего в Вавилон, так как хотел устроить пышное погребение.

    111

    В это время в Элладе происходили смуты и движения в пользу переворотов. Тут берет начало свое так называемая Ламийская война, возникшая по следующей причине. Александр приказал всем сатрапам распустить наемников; приказание это было вы­полнено, и много чужестранцев, уйдя с военной службы, разбре­лось по всей Азии и стало добывать себе пропитание грабежом. Наконец, они стеклись со всех сторон к Тенару. (2) Точно так же уцелевшие персидские сатрапы и другие начальники, собрав денег и воинов, приплыли к Тенару и объединили свои силы. (3) И в до­вершение всего полномочным стратегом выбрали Леосфена, афи­нянина, человека блистательных душевных качеств и непримири­мого врага Александра. Он после тайных переговоров в собрании взял 50 талантов для раздачи наемникам, оружия в количестве, необходимом для безотлагательных нужд; послал посольство к этолийцам, враждебно настроенным к царю, для переговоров о союзе и вообще занят был подготовкой всего для войны. Леос- фен, предвидя, что война будет тяжелой, к ней и подготовлялся.

    (4)   Александр пошел с легковооруженным войском на коссеев, отказавшихся подчиниться. Племя это, отличающееся силой, живет в горных областях Мидии; полагаясь на неприступность родных мест и на свою воинскую доблесть, они никогда не подчи­нялись чужеземному властителю; были независимы от персид­ского царя и пренебрежительно отнеслись к доблести македон­цев, не считая ее для себя страшной.(5) Царь захватил проходы, опустошил большую часть земли коссеев; одерживая победу во


    всех схватках, он уничтожил много варваров и еще больше взял в плен. Коссеи, повсюду побеждаемые, удрученные количеством своих пленных, вынуждены были ради спасения их принять раб­ское иго. (6) Думая также и о себе, они пошли на мир и согласи­лись выполнять приказания царя. Александр за 40 дней покорил все племя, основал большие города в неприступных местах и дал войску отдых...........................................................................................................

    112

    Александр, покорив коссеев, выступил со своим войском и по­шел к Вавилону, все время останавливаясь и разбивая лагери, давая войску отдохнуть и медленно продвигаясь вперед. (2) Когда он был в 30 стадиях от Вавилона, он встретил так называемых халдеев. Они пользовались великой славой, как знатоки астро­логии, и вековые наблюдения выучили их предсказывать будущее. Выбрав из своей среды наиболее пожилых и наиболее сведущих, они поручили им, узнав по звездам, что царя ожидает в Вавилоне смерть, предупредить его о грозящей опасности и посоветовать ему никоим образом не входить в город. (3) Он может избежать беды, если восстановит памятник Белу, уничтоженный персами, и, оставив выбранную им дорогу, минует город. Глава халдей­ского посольства, Белефант, не отважился поговорить с царем, а встретясь наедине с Неархом, одним из друзей Александра, кое-что рассказал ему и попросил сообщить царю. (4) Александр, выслушав от Неарха о предсказании халдеев, испугался; чем больше думал он о мудрости и славе этих людей, тем больше росло его смятение. Наконец, он отослал многих друзей в город, а сам обогнул Вавилон по другой дороге и стал лагерем в 200 стадиях от него. Все были изумлены, и к нему явилось много эллинов, в том числе и философ Анаксарх со своими последователями.

    (5)    Узнав, почему царь не прибыл в Вавилон, они пустили в ход все философские рассуждения и настолько переубедили царя, что он преисполнился презрения ко всякой мантике, особенно же к той, которую так ценили халдеи. Поэтому царь, словно исце­ленный философскими рассуждениями от душевной раны, дви­нулся с войском в Вавилон. (6) Население, как и раньше, радушно приняло солдат, и все предались отдыху и наслаждениям, так как всяких припасов было в изобилии. Все это произошло в этом году.

    113

    В Афинах архонтом был Гегесий, римляне поставили кон­сулами Гая Петелия и Папирия;13 шла 114-я олимпиада; на олим-


    пийских играх в беге победил родосец Микин. В этот год почти со всех концов ойкумены пришли посольства; одни поздравляли царя с его успехами; другие подносили ему венки; некоторые за­ключили дружественные союзы; многие привозили роскошные дары; некоторые оправдывались в обвинениях, которые на них взводили. (2) Кроме посольств от асийских племен и городов, а также властителей, пришли послы из Европы и Ливии: из Ли­вии явились представители карфагенян, ливиофиникийцев и всех народов, живущих на побережье вплоть до Геракловых Столбов; из Европы послали послов эллинские города, македонцы, илли­рийцы, большинство с берегов Адриатики; фракийские племена; соседние галаты, народ, с которым тогда впервые познакомились эллины. (3) Александр, получив список посольств, распределил порядок, в котором он будет их принимать. Первыми он принял тех, кому поручено было переговорить о вопросах, касающихся святынь; затем выслушал подносивших дары, потом разобрал спорящих с соседями; в-четвертых, принял людей, пришедших к нему по своим личным делам; в-пятых, протестующих против возвращения изгнанников. (4) Первыми он принял элейцев, потом аммониев, дельфийцев и коринфян, затем эпидаврийцев и прочих, ставя их в очередь в зависимости от прославленности их святилищ. Всем посольствам он дал ответы милостивые и от­пустил их, удовлетворив по возможности.

    114

    Отпустив посольства, Александр занялся похоронами Гефе­стиона. Он приложил к этому столько заботы, что эти похороны превзошли не только все бывшие раньше: и для будущего не оста­ется возможности их превзойти. Александр любил Гефестиона. . . почтил умершего почестями, которые не превзойти. При жизни он ценил его больше всех своих друзей, хотя тут соперником Гефестиона был Кратер. (2) Когда кто-то из друзей сказал, что Кратер любит царя ничуть не меньше, чем Гефестион, Александр воскликнул: «Кратер любит царя, а Гефестион Александра». Когда мать Дария при первой встрече с Александром, по незна­нию поклонившаяся в землю Гефестиону, как царю, смутилась от своей ошибки, Александр сказал ей: «Не беспокойся, мать! он ведь тоже Александр». (3) Вообще Гефестион пользовался большим Влиянием и как друг мог высказываться очень свободно. Когда Олимпиада, не любившая его из ревности, резко упрекала его в письмах и стала грозить ему, он написал ей укоризненное письмо и закончил его такими словами: «Перестань клеветать на меня, не неистовствуй и не грози. Меня это, впрочем, мало беспокоит. Ты знаешь, что Александр сильнее всех».

    (4)     Царь, устраивая похороны, приказал всем соседним го­родам содействовать по мере сил их роскошному устроению; всем обитателям Азии приказал загасить до окончания похорон так называемый священный огонь: персы это обычно делают при похоронах царей. (5) Народ счел этот приказ дурным предзна­менованием; решили, что божество предрекает смерть царя. Слу­чились и другие удивительные знамения, возвещавшие кончину Александра; о них мы скажем дальше, закончив рассказ о похо­ронах.

    115

    Начальники и друзья, каждый стремясь угодить царю, зака­зали изображения Гефестиона из слоновой кости, золота и других материалов, ценимых людьми. Сам он собрал строителей и толпу искусных мастеров, чтобы на пространстве в 10 ^стадий снести стену и отобрать обожженный кирпич. Он велел выровнять место для алтаря и воздвигнуть квадратный алтарь со сторонами каждая в одну стадию. (2) Постройка была разбита на 30 комнат; крыша сделана из стволов финиковых пальм: все сооружение имело вид четырехугольника. Вокруг расставлены были всяческие укра­шения. Фундамент сложили из 240 золотых носов пентер; на их «ушах» было два лучника, припавших на колено, высотой в 4 ло­ктя, и статуи вооруженных людей; промежутки были завешаны шерстяной пурпурной материей. (3) Над ними, во втором этаже, стояли канделябры высотой в 15 футов с золотыми венками на ручках; на верхушке, около места, где зажигался огонь, нахо­дились орлы, распростершие крылья и глядевшие вниз, основание обвивали змеи, смотревшие на орлов. В третьем изображена была охота на разных во множестве представленных зверей. (4) Чет­вертый этаж занимала кентавромахия, отлитая из золота; в пя­том стояли вперемешку золотые львы и быки. На самом верху стояло македонское и варварское оружие, свидетельствовавшее одно о победе, другое о поражении: Надо всем поднимались си­рены, которых сделали полыми; внутри цх могли спрятаться певцы, исполнявшие погребальный плач. (5) Сооружение это поднималось в высоту более чем на 130 футов. Вообще же на­чальники, все воины, послы и местные жители, соревнуясь друг с другом в доле участия в этих пышных похоронах, истратили, говорят, больше 12000 талантов. В соответствии с этой роскошью и прочими почестями, оказанными умершему при похоронах, Александр в конце концов приказал всем приносить Гефестиону жертвы как божеству младшего чина. Случайно пришел в это время один из царских друзей, Филипп, с повелением от Аммона чтить Гефестиона как бога. Александр чрезвычайно обрадовался^
    что бог утвердил его мысль; он первый принес жертву и роскошно угостил народ, так как в жертву принесено было 10 000 разных •животных.

    116

    После похорон царь предался отдыху и празднествам. Каза­лось, он находился тогда на вершине могущества и счастья, но судьба укоротила ему срок жизни, даваемый природой. Сразу же божество послало знамение, предвещавшее его кончину; случи­лось много необычайных знамений и предвещаний. (2) Однажды, когда царь умащался (царская одежда и диадема лежали на троне), какой-то колодник из местных жителей освободился от оков и, незамеченный стражей, беспрепятственно вошел во дворец. (3) По­дойдя к трону, он надел царскую одежду, возложил на себя диадему и спокойно уселся на троне. Царь, увидя это, поражен­ный таким необычайным явлением, подошел к трону и спокойно, не показывая удивления, спросил сидевшего: кто он и зачем так поступил? (4) Тот ответил, что он решительно ничего не знает. Спросили об этом знамении гадателей; те ответили, что, по их мне­нию, этого человека надо убить, чтобы злое предзнаменование осуществилось на нем. (5) Царь же, взяв свою одежду, принес ее в жертву богам, отвращающим беды. Он был очень обеспокоен: вспомнил предсказание халдеев; бранил философов, убедивших его вступить в Вавилон, восхищался искусством халдеев и муд­ростью их; вообще поносил всех, кто своей болтовней думает обма­нуть силу судьбы.

    Вскоре божество послало ему другое знамение относительно его царства. Александр захотел посетить озеро, находившееся около Вавилона. Он плавал по нем с друзьями на легких суде­нышках; в течение нескольких дней его ладья, отбившись от дру­гих, блуждала в полном одиночестве, так что он уже потерял на­дежду спастись. (6) Когда он плыл по какому-то узкому рукаву, совершенно закрытому нависшими над ним деревьями, веткой сорвало с него диадему. Она упала в озеро; один из гребцов под­плыл к ней и, желая доставить ее в полной сохранности, надел себе на голову и подплыл к судну. Проблуждав три дня и три ночи, Александр выбрался на верную дорогу и опять обратился к гадателям с вопросом относительно этого происшествия.

    117

    Они велели со всяческим тщанием принести великолепные жертвы богам. Затем его пригласил к себе на пирушку один из «друзей», Мидий фессалиец. Обильно наливая себе чистого випа, он под конец выпил большой Гераклов кубок. (2) Вдруг, словно
    пораженный сильным ударом, он громко вскрикнул и застонал; друзья вынесли его на руках. Прислужники сразу уложили его в постель и неотступно сидели при нем. (3) Болезнь усиливалась; созвали врачей, но никто не смог ничем помочь. В тяжких стра­даниях, понимая, что ему уже не жить, он снял свой перстень и отдал его Пердикке. (4) Когда друзья спросили его: «Кому ты оставляешь царство?» — он ответил: «Лучшему», и добавил (это были его последние слова), чтобы первые его друзья устроили в его память большие погребальные игры. (5) Так скончался Але­ксандр; царствовал он 12 лет и 7 месяцев и совершил дела вели­чайшие и не только сравнительно с делами прежних царей: не совершал таких никто и в дальнейшем, вплоть до наших дней.

    Так как некоторые писатели не соглашаются относительно его кончины, утверждая, что он умер от яда, то мы считаем необ­ходимым не обойти молчанием их слов.

    118

    Говорят, что Антипатр, оставленный им в Европе в качестве военачальника, рассорился с Олимпиадой, матерью царя. Сна­чала это его не беспокоило, так как Александр не обращал вни­мания на клевету, которую она на него возводила. Вражда, од­нако, росла и росла; царь по своему благочестию хотел во всем угождать матери, и Антипатр во многих случаях обнаруживал свою неприязнь к царю. Вдобавок гибель Филоты и Пармениона заставила содрогнуться «друзей», и Антипатр приказал своему сыну, который был кравчим, дать царю яд. (2) После смерти Алек­сандра он остался в Европе самым могущественным; после него царскую власть получил его сын Кассандр, и многие не решались писать об отравлении. Действия Кассандра явно показывали, что он относится к деяниям Александра крайне отрицательно. Он убил Олимпиаду и бросил ее тело без погребения, а Фивы, разрушенные Александром, восстановил с великой заботой.

    (3)   После смерти царя и Сисигамба, мать Дария, горько опла­кивая кончину Александра и свое одиночество, решила уморить себя голодом и на пятый день умерла, покончив свою жизнь скорбно, но не бесславно.


    ПРИЛОЖЕНИЯ

    КРАТКИЙ СЛОВАРЬ ГЕОГРАФИЧЕСКИХ И ЭТНИЧЕСКИХ НАИМЕНОВАНИЙ


    Абастаны — независимое ин­дийское племя; место, где оно обитало, неизвестно VI.15.1.

    А б д е р а — город во Фракии при устье реки Неста; основан кла- зоменцами, почему и назван «эл­линским городом» 1.11.4.

    Абидос — город на Геллеспонте (теперь Дарданеллы) в том месте, где пролив этот наиболее сужи­вается; наискось на фракийском берегу лежит Сеет 1.11.6.

    автариаты — иллирийское племя, жившее в горах Далматии

    1.5.1.

    агриане — фракийско-македон­ское племя, жившее по реке Стримону (теперь Струма) между горами Гем и Родопы; славились как искусные стрелки из лука; упоминаются неоднократно.

    адраисты — независимое ин­дийское племя, жившее за Гид- раотом V.22.3.

    Акесин — река в Пенджабе (те­перь Чинаб) VI.1.2, 3.1, 4.4,

    13.1.    14.5, 15.1, 15.4.

    а л б а н ы — жители Албании (те­перь Дагестан) III.8.4, 11.4,

    13.1.

    Алийская долина — плодо­родная долина в Киликии между реками Пирам и Cap II.5.8.

    А л и н д ы — укрепленное место в Карии 1.23.8.

    А м а н и к с к и е ворота — см. Киликийские Ворота.

    Амафунт — город на южном бе­регу Кипра; известен культом Афродиты II.22.2.

    Амбракия — город в Эпире II.16.5. амфилохи — жители Амфи- лохии, северо-восточной части Амбракии II.16.5.

    Амфиполь — город в Македо­нии, недалеко от устья Стри- мона 1.1.5, 2.5.

    А н д а к а — область в Индии, рас­положение неизвестно IV.23.5. Антиливан — горная цепь в Финикии, идущая параллельно Ливану II.20.4.

    Анфемунт — город в Македонии

    11.9.3.

    А н х и а л — город в Киликии

    II.5.2—5.

    А о р н — общее наименование гор­ных неприступных крепостей: в Бактрии III.29.1, в Индии

    IV.      28.1.

    Аполлония — город в Македо­нии 1.12.7.

    А р а б и й — река в Гадросни

    VI.21.3.

    арабиты — независимое индий­ское племя VI.21.4.

    Арад — город на острове того же имени, находившемся у берегов Финикии (самый малый из Барей- новых островов) 11.13.7, 20.1. Араке — река в Армении VII.16.3;

    у Персеполя III.18.6. арахоты — жители Арахозии, самой крайней юго-восточной об­ласти Персидского царства, к югу от Гадросии III.8.4, 11.3, 21.6,

    28.3,      VI. 17.3; всадники-арахоты

    V.                   11.3,                VII.6.3.

    А р б е л ы — город в северной Ас­сирии III.8.7, VI.11.4.

    Аргос — восточная область Пело­поннеса II.5.9, 16.1, IV.И.6.

    А р и г е й — место в Индии, распо­ложение неизвестно IV.2.6.

    А р и с б а — город в Троаде 1.12.6.

    Ария или Ариана — область Персидского царства II 1.8.4,

    25.1,    28.2, IV.6.6.

    Аркадия — центральная об­ласть Пелопоннеса 1.9.4, 10.1.

    Артакоана — древняя столица Арии 'III.25.5.

    Артемисий — мыс на острове Эвбея и прилежащая к нему бе­реговая полоса VI.И.6.

    аспасии — племя, жившее между реками Хой и Инд в области парапамисадов IV.23.1.

    А с п е н д — город в Памфилии на реке Эвримедонте; колония арги­вян 1.27.1; переговоры с Александ­ром 1.26.2 и 5.

    а с с а к е н ы — индийское племя, жившее к северу от места слия­ния Кабула и Инда IV.23.1*

    25.6,      30.5, V.20.7.

    Ассирийские Ворота — см. Киликийские Во­рота.

    Атлант — высокая гора в северо- эшадной Африке VI 1.1.2.

    А т у р и я — Ассирия II 1.7.7.

    ^(Ахейская гавань» — га­вань у слияния рек Ксанф и Си- моис 1.11.6.

    Б а г и — место в Согдиане, нигде больше не упоминаемое IV.17.4. Б а з и р ы — место в Индии IV.27.5, V.28.1.

    Б а к т р и я, или Бакт­риана — северная область Персидского царства IV.16.4,

    IV.                   30.4;              главный город Бактры на реке Бактро III.29.1.

    Беотия — область в средней Гре­ции к северу от Аттики 1.7.5,

    8.8,      II.7.8.

    В и б л — древний финикийский го­род II. 15.6; царь Библа 11.20.1. Б о с п о р — фракийский, т. е. Константинопольский пролив

    V.        7.I.

    Боттивя - область в Македо­нии 1.2.5.

    бретанов острова — Анг­лия и Шотландия VI 1.1.4.

    Букефалы — город на западном берегу Гидаспа V.19.4, 29.5.

    Б v м е л — река в Ассирии II 1.8.7, ‘'VI.11.5.

    Вавилония — область между Тигром и Евфратом с городом Вавилоном V.25.5, VII.9.8, 19.4.

    Великое море, или Внеш­нее — океан; так называли и Атлантический океан, и Индий­ский.

    Византий — город на фракий­ском Боспоре (теперь Константи­нополь) 1.3.3.

    вифинские фракийцы — переселенцы из окрестностей Стримона в Вифинию (область в северо-восточном углу Малой Азии).

    Внутреннее море — Сре­диземное море.

    «Вор о т а» — Фермопильские вс- рота — горный проход из се­верной Греции в среднюю 1.7.5.

    Гавгамелы — селение в асси­рийской области Атурии VI. 11.5.

    Г а д е й 1> а — теперь Кадикс

    III.30.9,        VIT.1.2.

    Гадросия — часть Арианы

    VI.                   22.1, 23.1; главный город Пура VI.24.1, 27.1; покорена Александром III.28.1, VI. 27.1; пустыня Гадросия VII.10.7.

    Г а з а — 1) крепость на границе между Палестиной и Египтом

    II.25.4,        26.1. . .27.7. . .; 2) го­род в Согдиане IV.2.1 и 3.

    Галатия — область в Малой Азии II.4.1.

    Г а л и к а р н а с с — самый боль­шой город Карии; столица мест­ных династов 1.20.2—3. . .

    Г а л и с — самая большая река Ма­лой Азии; для древних греков была границей между «Азией по эту сторону» (от Галиса и до Эгей­ского моря) и «Азией по ту сто­рону» (остальной материк) II.4.2.

    Г е б р — главная река Фракпи (те­перь Марица) 1.11.4.

    Геллеспонт — теперь Дарда­неллы 1.11.3 и G, 1Я.6, IV.15.6,


    VI 1.9.6: мост через Геллеспонт, наведенный Ксерксом V.7.1;

    ^ наказан Ксерксом VII.14.5.

    Гелиополь — древний город, лежавший к востоку от Нильской дельты, со знаменитым храмом Солнца (по-гречески «город Солнца») II 1.1.3.

    Г е м — гора, теперь Балканы

    1.                         1.5—6, 2.1.

    Геракловы Столбы — наз­вание это уже в древности толко­вали по-разному: по мнению од­них, это были действительно столбы, поставленные Гераклом на крайних точках Африки и Европы в ознаменовапие своего самого далекого путешествия; другие считали, что это Абила — крайняя северо-западная вер­шина Атласа в Мавритании — и лежавшая напротив нее гора Кальпе в Испании. Геракл ра­зорвал эти горы, соединив таким образом Средиземное море и Ат­лантический океан II.16.4,

    V.26.2.

    Г е р е с т — мыс на юго-восточной стороне острова Эвбея; на нем находился город с этим же именем П.1.2.

    Герм — река; берет начало во Фри­гии, протекает через Лидию и впадает в Гермейский залив

    1.17.4,          V.6.7; долина Герма у Сард славилась своим плодо­родием V.6.4.

    Г е р м о т — место, упомянутое только здесь, находилось где-то между Лампсаком и Колонами

    1.12.6.

    Героополь («город героев») — город в Египте III.5.4, VII.20.8.

    геты — фракийское племя, жившее по ту сторону Истра 1.3.2. . ., 4.3...; «дарующие бессмертие»: Ге­родот (IV.94) рассказывает, что геты каждые пять лет выбирали посольство, которое должно было отправиться к их богу За- молксису, чтобы лично поведать ему о всех нуждах народа. В землю втыкали три копр,я и, взяв послов за руки и за ноги, подбрасывали их вверх так, что они падали прямо на копья. Счи­талось, что эти люди не умерли, но обрели бессмертие, которое и даст им возможность выполнить возложенное на них поручение.

    Г и д а с п — приток Инда (теперь Джелум); истоки и течение V.5.4, 9.4; величина V.4.2, 9.4, VI.4.2; соединяется с Акесином VI.1.5,

    3.1,      4.4, 14.5; прибытие Алек­сандра к Гидаспу V.8.4; пере­права V.11.1. . .20.1, VII.10.6; плавание по Гидаспу VI. 1.1...; остров на этой реке V.11.1, 14.3; города, основанные Алек­сандром на берегах Гидаспа

    V.     19.4, 29.5.

    Г и д р а о т (т. Рави) — река в Пенд­жабе; соединившись с Акесином

    VI.              5.7,    13.1. 14.4, впадает в Инд; истоки V. 5.5; величина V.4.2, 21.4; берег VI.8.4.

    Гипарны — укрепленное место на границе Карии 1.24.4.

    Г и р к а н и я — область в Азии, лежавшая на север и на восток от Каспийского моря; положение и особенности II 1.23.1; главный город Задракарты III.25.1; гир- канцы в войске Дария III.8.4,

    11.            4; сатрап Гиркании, назна­ченный Александром IV.22.1.

    Г и ф а с — самая восточная из пяти рек Пенджаба; истоки V.5.5; величина V.4.2; соединяется с Акесином VI.14.4; страна, оро­шаемая Гифасом V.25.1, 29.2.

    г л а в г а н II к и или главе ы— индийское племя, упоминаемое только здесь V.20.2.

    Г о р д и й — древняя столица фри­гийских царей 1.29.3. . ., II.3.1. . .

    Г р а н и к — река в Мизии, на ко­торой Александр одержал первую победу над Дарием 1.13.1—2.

    г у р е и — индийское племя, жив­шее по реке Гурею IV.23.1, 25.6. ..

    дай — скифы-кочовники, жившие к востоку от Каспийского моря; упоминание о них появляется впервые со времен Александра; они были среди союзных Дарию племен, а затем пристали к Спи- тамену; после того как восстание в Согдиане было подавлено, их конники пошли с Александром
    в Индию; дай в войске Дария III

    II.             3;          в войске Бесса III.28.9; у Александра V.12.2.

    Дамаск — древняя столица Ке- лесирии V.11.9, 15.1.

    Даскилий — город в Вифинии; был резиденцией сатрапов Мизии и Малой Фригии, которая иногда и называлась «Даскилийской сатрапией»; после битвы при Гра­нике Алексапдр оставил там Пар­мениона 1.17.2.

    Дельфы — город в Фокиде у подошвы Парнасса; знаменитое прорицалище Аполлона IV. 11.7.

    Дион — город в Македонии; важ­нейшая крепость Македонии на южной ее границе; здесь постав­лены были статуи македонцев, павших при Гранике, работы Лисиппа; впоследствии Метелл увез их в Рим 1.16.4.

    Диркейский источник — протекал через Фивы.

    Д и р т а — город ассакенов IV.30.5.

    д р а н г и — иранский народ, жив­ший по пижнему течению Эти- мандра (Гилменд); название это встречается только после похо­дов Александра; первоначальная форма их имени была <заранги» от зендского «zrayanh» — море; Александр отдал их область в управление Арсаму, сатрапу Арии, но после восстания в Сог­диане сменил его, поставив на его место Стасандра из Сол II 1.21.1, 28.1; всадаики-дранги в македонском войске VI 1.6.3,

    10.6.

    Дран сак а — город в Бактриане

    III.       29.1.

    Задракарты — см. Гиркания.

    з а р а н г и — см. д ранги.

    Зариаспы — полагают, что Ар­риан называл главный город Ту- ранской области то Зариаспами, то Бактрами (теперь Балх)

    IV.               1.5,    7.1.

    3   е л е я — город в Мизии у под­ножия горы Ида 1.12.8; зелиты 1.17.2

    И а с с — город на островке, лежа­щем у самого берега Карии

    1.19.10.

    Идейские горы — лесистые горы в западной Мизии; много ключей 1.12.6.

    Икар — 1) остров в юго-восточной части Эгейского моря, которая называется Икаровым морем

    VII.                  20.5; 2) остров в Персидском заливе, получивший это наимено­вание от Александра VII.20.4.

    иллирийцы — жили в Илли­рии к западу от Фессалии и Македонии; покорены Филиппом; после его смерти восстали 1.1.4; всегда враждебно настроены по отношению к македонцам V.26.6,

    VII.9.2.

    Инд — река в Индии; ее истоки V.4.1; течение V.5.5; величина

    V.              4.1,      6.8; соединяется с Акеси- ном VI.14.4; дельта Инда 4.1,

    VI.                    18.2,               20.1; мост через Инд

    IV.                    22.7,              30.9, V.3.5, 7.1, 8.1; плавание по Инду VI.18.4. . .

    Индия — страна V.6.2, VII.20.2 и 8; горы V.3.3; реки III.29.2,

    V.                     4.1...               6.7; охота на слонов

    IV.                   30.8; лошади в некоторых ме­стностях неизвестны VI.3.4; му­дрецы VI.16.5, VII.1.5, 2.2; лю­бовь к пению и пляске VI.3.5; поход Александра в Индию

    IV.                   22.6. . .VI.22.1.

    Ионийский залив — Ад­риатическое море 1.4.6.

    Иония — греческая область на западном берегу Малой Азии

    1.                    12.8; завоевана Александром

    III.22.3,        V.25.4, VII.9.7.

    И п с — город во Фригии; в 321 г. до н. э. здесь погиб Пердикка, шедший походом против Птоле­мея, а в 301 г. — Антигон, разби­тый Лисимахом и Селевком

    VII.     18.5.

    И с с — город в Киликии у морского залива, названного по его имени; цветущий и богатый город, утра­тивший свое значение после ос­нования по соседству с ним в Си­рии Александрии II.7.1; битва при Иссе II.20.3, III.1.2, 8.7.

    22.4,     VI.11.4.

    И с т м — «перешеек»; так преиму­щественно называют перешеек между Коринфским и Сароний- ским заливом, соединяющий Пе­
    лопоннес с остальной Грецией

    VI.                   11.6, VII.2.1.

    Истр — Дунай; истоки, течение, величина 1.2.2. . .; устье 1.3.2; мост через Истр V.7.I. . . ихтиофаги           («рыбоеды») —

    племя, жившее в Гадросии по берегу Красного моря VI.28.5.

    К а в н — город в Карии II.5.7.

    К а д м е я — кремль в Фивах, наз­ванный по имени мифического основателя города Кадма 1.7.1, 7.9—10.

    к а д у с и и — воинственное племя, жившее к западу от Каспийского моря, в персидской области Ат- ропатене III.8.5, 11.3.

    Каик — река в Мизии V.6.7; до­лина Каика отличалась своим плодородием V.6.4.

    К а и с т р — река в Лидии V.6.7; долина Каистра отличалась своим плодородием V.6.4.

    К а л л а т и я— город во Фракии на Понте VI.23.5.

    Каллилоль — город в Карии

    11.5.7.

    Калхедон — город у южного конца фракийского Боспора, нап­ротив Константинополя III.24.5.

    К а н о п — город в устье Нила в 20 с лишним километрах от Александрии II 1.1.5.

    Каппадокия — область в Ма­лой Азии к востоку от Фригии, завоевана Александром II.4.2. V.25.4; наместник Каппадокии

    1.16.3,       III.8.5; каппадокийская конница в войске Александра

    111.11.7.

    К а р и я — юго-восточная область Малой Азии; управлялась ца­рями 1.23.7; завоевана Александ­ром 1.23.6; карийцы-моряки во флоте Александра VI.1.6; ка­ри йцы-«выселекцьт» ITI.8.5, 11.5, 13.1; «карийская равнина», оро­шаемая Меандром V.6.4.

    Кармания — береговая страна вдоль Персидского залива VI.17.3,

    27.2,     28.1. . .

    Каспийские Ворота — проход на восточной стороне горы Тавра — единственный путь из северо-западной Азии в северо- восточные провинции Персид­ского царства III.19.2, 20.2 и 4,

    VII.10.6.

    кафеи — воинственное и незави­симое индийское племя, жившее или между Гидаспом и Акесином, или между Акесином и Гидрао- том V.29.1. . .

    к в а д ы — кельтское племя, жив­шее на Дунае 1.3.2.

    К е л е н ы — большой цветущий го­род в Великой Фригии, недалеко от реки Меандра 1.29.1.

    К е р к и н ид с к о е озеро — озеро в Македонии, через которое протекает река Стримон 1.11.3.

    К е ф и с — река в Беотии.

    Кидн — река в Киликии II.4.7.

    Кикладские острова — лежащие вокруг (cyclos — по- гречески «круг») острова Делос в Эгейском море II.2.2.

    Киликийские, или А м а н и- кские, Ворота — глав­ный проход в отрогах Тавра и Каппадокии в Киликию, к северо- западу от города Тарса, через этот проход Александр проник в Киликию II.4.2, 5.1, 7.1, 8.1—2; они назывались еще Ассирий- скими Воротами II.6.1.

    К и л и к и я — прибрежная об­ласть Малой Азии к югу от Кап­падокии II 1.7.4, 22.4; отделяется от Памфилии Тавром III.28.5, V.5.2; сатрапия II.12.1—2; де­лится на равнинную и горную; обитатели последней «горные ки- ликийцы» II.5.6, 6.4.

    К и р е н а — главный город Ки- ренаики, самый большой после Карфагена в северной Африке

    111.28.7,    VII.9.8; родипа Эратос­фена V.3.I.

    К и ф н — один из Кикладских ост­ровов.

    Колоны — город в Мизии, ос­нованный милетянами 1.12.6.

    Кос — остров у берегов Карии

    11.5.7,    13.4, III.2.6.

    к о с с е и — разбойничье племя, жившее в горах на севере Су- зианы VII.15.1, 23.1.

    К о ф е н — приток Инда (теперь Кабул) IV.22.5, V.I.I.

    К с а н ф — большой город в Ли­кии и река того же имени 1.24.4. к с а ф р ы — независимое индий­ское племя VI.15.1.

    Лада — островок напротив Ми­лета, прикрывавший его гавань

    I.                           18.4—5,       19.3 и 9.

    лакедемоняне — противники

    Александра 1.1.2, 7.4, III.6.3, 16.10; получают деньги от Дария

    II.                    14,6;                отправили к нему по­сольство II.15.2, III.24.4; война с Афинами 1.9.2; с Фивамц 1.9.4; воспитание у них и у персов V.4.5.

    Лампсак — довольно значитель­ный город на северо-восточном берегу Геллеспонта, основан фо- кейцами 1.12.6; назывался еще «городом Г1 риала», по имени бога плодородия, которого здесь осо­бенно почитали 1.12.7.

    Левктры — город в Беотии 1.9.4.

    Лесбос — большой остров в Эгей­ском море у берегов Мизии; теперь называется Мнтилини по главному своему городу II. 1.1,

    13.3,     III.2.6.

    Ливия — часть Азии II 1.30.9. По широко распространенному в дре­вности воззрению Африка была не самостоятельной частью света, а составляла часть Азии.

    Л и г и н — река во Фракии, упо­мянута только однажды 1.2.1.

    Лидия — страна на западном бе­регу Малой Азии, управлялась сатрапами 1.12.8, 17.1, III.6.8; завоевана Александром 1.17.4, V.25.4.

    Лик — восточный приток Тигра в Ассирии; Александр, преследуя Дария, разбитого при Гавгаме- лах, настиг у Лика множество бежавших персов; перейдя реку по мосту, который Дарий недавно построил и не решился разру­шить из боязни отрезать своему войску отступление, он дал отдых войску II 1.15.4; ассирийское наз­вание реки «Заби», от слова «zebu» — волк; греческое «lykos» — «волк» — перевод местного наз­вания.

    Л и к и я — полуостров на юго-за- паде Малой Азии 1.24.3—5; по­корена Александром V.25.4.

    Лукания — западная часть юж­ной Италии; обитатели ее, лу- каны, самнитское племя, сильно эллинизованное VI 1.15.4.

    М а г а р с — местечко в Киликии при устье реки Пирама с храмом Афины и гаванью для города Малла, основанного, по преда­нию, сыном Амфиарая, Амфи- лохом II.5.9.

    Маг нес и я — город в Карии на реке Меандре 1.18.1.

    Македония верхняя — гористая область на севере и западе страны 1.2.5.

    М а л е я — мыс на юго-востоке Лакедемона II. 1.2.

    М а л л — см. М а г а р с II.5.9,

    6.1,      20.2.

    маллы и оксидраки — прославленные храбростью, сво­бодные индийские племена, жили по обе стороны реки Гидраота V.22.2, VI.4.3,5.4, 6.1, 14.1—2; города маллов VI.6.2.

    Мант инея — город в Аркадии

    I.           9.4.

    М а р а к а н д ы — главный город Согдианы (ныне Самарканд)

    III.                    30.6,              IV.3,6, 5.2, 6.3, 16.2.

    М а р а ф — город в Финикии, напро­тив Арада II.13.7, 14.1, 15.6.

    м а р д ы или с м а р д ы — воин­ственное горное племя, жившее в Мидии и Гиркании III.24.1,

    IV.     18.2; лучники в войске Да­рия III.11.5,13.1.

    Мариамма — город в Келеси- рии, зависимый от царя Арада

    II.         13.8.

    маркоманы — кельтское (по мнению Арриана) племя, жившее на берегах Дуная 1.3.2.

    Марон ея — греческая колония на южном берегу Фракии 1.11.4.

    массагеты — скифы-масса- геты — воинственное племя, ко­чевавшее у северо-восточных бе­регов Каспийского моря IV.16.4.. .

    17.1.

    М а с с а г и — главный город ас­сакенов IV.26.1, 27.5, 28.4.

    Меандр — река, протекающая че­рез Фригию и Карию 1.19.7; долина Меандра в Карии V.6.4.

    Мегарида — область в Греции к западу от Аттики II 1.6.7.

    Мелос — островок на Эгейском море 1.9.5; за его приверженность Спарте в Пелопоннесскую войну был жестоко наказан Афинами: жители были или перебиты, или проданы в рабство (416 г.).

    Мемфис — древняя             столица

    Египта, расположенная на ле­вом берегу Нила III.1.4, 4.5,

    5.1,     6.1.

    Меотийское озеро, или М е о т и д а (ныне Азовское море) — названо по имени сосед­него племени меотов III.30.8—9,

    V.               5.4, VII.1.3.

    Мер — священная гора индов

    V.                1.6, 2.5; по древнему мифу, Семела, мать Диониса и возлюб­ленная Зевса, пожелала увидеть его в его божественном облике и сгорела, опаленная молниями; Зевс взял недоношенного Дио­ниса и доносил его в своем бедре (по-гречески бедро — meros); в память этого события Дионис, как рассказывает Арриан, н наз­вал гору Мером.

    М е ф и м п а — город на северном берегу острова Лесбос III.2.4.

    М и з и я — область на северо-за­паде Малой Азии V.6.4.

    Микале — мыс в Ионии; крайпяя западная оконечность горы Мес- согис (напротив острова Лесбос)

    1.18.5,    19.2 и 7.

    Микены — древний город Ар- голиды IT.16.5.

    М и л а с с ы — самый большой го­род в Карии 1.20.4, 21.1.

    Милет — важнейший город Ионии, находившийся в 80 стадиях от устья Меандра 1.18.3. . .19.1. . .

    М и л и ада — «область в Вели­кой Фригии» — древнее назва­ние Ликии 1.24.5.

    Минд — приморский город в Ка­рии, лежавший к северо-западу от Г аликарнасса I .20.5. . ., II.5.7.

    Мири а н д р,и или М и р и а н д— финикийский город на берегу Иссейского залива II.6.2.

    Митилена — город на восточ­ной стороне острова Лесбос; за­нят персами II. 1.1—2; освобожден македонцами III.2.6.

    Н а в т а к и — город в Согдиане

    III.                    28.9,               IV.18.2. '

    Несс — река во Фракии, впадает в Эгейское море (теперь Место)

    1.1.5.

    Н и к е я — 1) город в Индии на гра­нице области парапамисадов

    IV.                 22.6; 2) город на реке Гидаспе, основанный Александром в па­мять победы над Пором V.19.4,

    29.5.

    Н и с а — город в Индии; где на­ходился, неизвестно V.1.1,

    2.1.    . .26.5, VI.2.3.

    Н и с е й с к а я д о л и н а в М и- д и и— огромная равнина, где паслись табуны лошадей, при­надлежавшие персидскому царю

    VII.13.1.

    Номады     ливийские

    общее наименование обитателей северного побережья Африки, получивших от греков это назва­ние по своему кочевому образу жизни II 1.30.9.

    одрисы — фракийское племя; всадники в войске Александра

    III.12.4.

    Оке — Аму-Дарья III .28.9, IV.15.7, VI 1.10.6; истоки и величина

    III.29.2,         VII.16.3.

    оксидраки — см. м а л л ы.

    О л и н ф — главный город фракий­ской Халкидики IV.10.1.

    О н х е с т — древний город Беотии у Копаидского озера, в 50 ста­диях от Фив 1.7.5—7.

    О п и с — город на Тигре VII.7.6.

    О р б е л — гора в северо-восточной Македонии, на границе с Фра­кией 1.1.5.

    Орестида — область Македонии

    VI.28.4.

    ориты — независимое индийское племя, жившее к западу от реки Арабия VI.21.3, 22.3.

    Оробатида — город Индии, упо­мянутый только здесь IV.28.5.

    О рхомен — один из древнейших городов Беотии; после Фокей-
    ской войны был разрушен фи­ванцами и жители его проданы в рабство; некоторые источники приписывают его восстановление уже Филиппу, отцу Александра

    1.9.10.

    О р ы — город в Индии; расположе­ние неизвестно IV.27.5. . .28.4. оссадии — независимое индий­ское племя VI.15.1. острова бретанов — см. бретанов острова.

    Памфилия — область на юж­ном берегу Малой Азии V.24.3,

    V.                  25.4; отделена Тавром от Ки­ликии III.28.5.

    П а н г е й — гора в Македонии между реками Стримон и Несс

    1.11.4.

    Паравия — область в Эпире, граничившая с Иллирией и Ма­кедонией 1.7.5.

    Парапамис — Гиндукуш

    V.                  3.3, 5.3; парапамисады (их земля — теперешний Кабули- стан) IV.22.4, V.3.2, VI.26.1.

    Паретака («горы) — название многих областей Персидского царства; Арриан упоминает две:

    1)     между Мидией и Персидой

    III.                   19.2; 2) между Оксом и Як- сартом IV.21.1, 22.1.

    Паретоний — город в Ливии с гаванью III.3.3.

    П асаргады («сокровищница персов») — столица Персии, ос­нованная Киром Старшим после его победы над Астиагом

    III.                                    18.10-11, VI.29.1, VII.1.1,

    19.2.

    Пас и тигр — река в Согдиане

    III.17.1.

    П а т а л ы — дельта Инда и город на ней V.4.1, VI.17.2, 18.3, 20.1,

    21.3.

    П а т а р ы — большой приморский город в Ликии, прославлен ора­кулом Аполлона 1.24.4.

    Пафлагония — область Ма­лой Азии на Черном море II.4.1,

    V.25.4.

    П е в к а — остров в устье Дуная, получивший название от сосно­вых лесов (peuke — по-гречески «сосна»), которые его покрывали

    1.2.3.

    Певкелаотида или П е в- к е л а — область и город на вос­точном берегу Инда IV.22.7, 28.6.

    П е л и н а — город в фессалийской области Гестиотиде 1.7.5.

    Пелла — столица македонских парей 1.5.4, III.5.3.

    П е л л и й — город в Иллирии 1.5.5.

    Пелопоннес — южная часть Греции (теперь полуостров Морея)

    1.1.1.

    Пелусий — город на восточном ру­каве Нила, ключ к Египту II 1.1.1.

    Пеней — главная река Фесса­лии, протекающая через Темпей- скую долину; впадает в Фер- мейский залив (теперь Саламв- рия) IV.6.7.

    Перга — город в Памфилии 1.25.9,

    26.1,      27.5.

    П е р и н ф — город во Фракии на Пропонтиде (Мраморное море); жестоко стесненный Филиппом, он получил помощь и поддержку от персов II.14.5.

    Перкота — город в Мизии 1.12.6.

    Персеполь («город персов») — столица Персии VII.1.1.

    Персида — «персидская земля»

    VI.                   29.1, VI1.3.1/23.1; «Персид­ские Ворота», иначе «Сузийские Скалы», или «Ворота» — узкий проход между землей уксиев и Персидой, через который шла дорога на Сузы III.18.2; Персид­ский залив V.26.2, VI.19.5; Пер­сидское море VII.1.1, 19.3 —это Персидский залив (Красным мо­рем в древнейшие времена на­зывался весь Индийский океан, позднее — только Персидский залив) III.8.5, VII.16.2.

    П е т и к а — область во Фракии

    1.11.4.

    П и д н а — город в Пиериде II 1.5.3.

    Пиерида — область Македонии у горы Олимпа; считалась роди­ной Орфея 1.11.2.

    Пимпрама — город адраитов

    V.22.3.

    П и н а р — река в Киликии II.7.1,

    8.5.

    П и н а р ы — город в Ликии у под­ножия горы Краг 1.24.4.

    Пирам — река в Киликии II.5.9.

    П л а т е и — город в Беотии, дер­жавший сторону Афин в греко­персидской войне; был разрушен Ксерксом; в Пелопоннесскую войну жители его были частью перебиты спартанцами, частью переселены; за свои связи с Афи­нами был разрушен фиванцами и только с помощью Александра город был восстановлен 1.9.5 и 7.

    Политимет — так греки пе­реименовали реку Согд (другие ее местные названия Когик и Зерав- шан — «золотоносная река»)

    IV.                 5.6;         величина реки IV.6.7.

    Практий — река в Мизии 1.12.6.

    Пропонтида — Мраморное

    море IV.15.6.

    п э о н ы — обитатели Пэонии, об­ласти в северной Македонии, по­коренной Филиппом 1.5.1; пэоны в войске Александра II.7.5, 9.2.

    Р а г и — большой город в восточ­ной Мидии III. 20.2.

    Рамбакия — селение оритов в Гадросии VI.21.5.

    Родос — остров в Эгейском море

    11.20.2.

    савроматы — общее название разных племен, живших в Сар- матии 1.3.2.

    Сагаласс — город в Писидии

    1.28.2.

    сакесины — племя, жившее в северо-восточной Армении

    III.                8.4, 11.4.

    с а к и — скифское племя, жившее в горах к востоку от Бактрии и Согдианы III.8.3, 11.4, VII.10.5.

    Салмакида — кремль Гали- карнасса 1.23.3.

    Самос — остров, лежащий напро­тив мыса Микале (теперь Кефало­ния) 1.19.8, V.5.2.

    Самофрака — остров в Эгей­ском море, прославленный куль­том таинственных божеств, из­вестных под именем Кабиров. Самофракийские мистерии счи­тались равными элевсинским.

    Сангалы — крепость кафеев

    V.                22.2.   . .

    Сангарий — река в Вифинии

    1.29.5.

    Сарды — древняя столица лидий­ских царей; позднее резиденция персидских сатрапов; располо­жена по обеим берегам реки Пак- тола 1.17.3. . .24.3; кремль Сард на горе Тмол был почти непристу­пен 1.17.5, III.16.5.

    С е л г а — город писидов на скло­нах Тавра 1.28.1.

    Сеет — город во Фракии напротив Абидоса 1.11.5—6.

    Си ге й — мыс в Троаде, северо- западная оконечность всей Малой Азии; при входе в Геллеспонт из Эгейского моря на мысе лежал город того же имени 1.12.1.

    С и г р и й — мыс на западной сто­роне острова Лесбос И.1.2.

    С и г о н — город неизвестный

    II.13.8.

    Сида — город в Памфилии 1.26.4.

    С и д о н — древний финикийский город, добровольно подчинился Александру II.15.6, 19.5—6, 22.6.

    С и л л и й — укрепленное место в Памфилии между Аспендом и Сидой 1.26.5.

    Синоп — греческая              колония

    в Паф л агонии VI 1.2.1; была под­чинена персам III.24.4.

    Сирия — страна между Евфратом и Средиземным морем; Келесирия («глубокая Сирия») — долина между Ливаном и Антиливаном; иногда ее зовут «Нижняя Сирия», «Сирия между реками» — Ме­сопотамия, страпа между Ев­фратом и Тигром II.13.7, III.6.8,

    8.6,     11.4, 16.9, IV.13.4, VII.9.8.

    Ситакена — самая южная об­ласть Ассирии II 1.8.5, 11.5.

    С и ф н — один из Кикладских ост­ровов И.2.4, 13.4.

    С к и о н а — городок на полуост­рове Паллене; во время Пелопон­несской войны афиняне, овладев им (в 421 г.), перебили все взрослое мужское население, а женщин и детей продали в рабство 1.9.5.

    скифы — на Дунае 1.3.2; самый многочисленный народ в Европе

    IV.               1.1; посольство к Александру

    IV.                 15.1. . .VII.15.4; скифское племя саков в Азии III.8.3; Кир и скифы III.27.4, IV.11.9, V.4.5; скифские всадники в персидском
    войске III.8.6, 11.6, 13.3, 19.3; в македонском войске
    V.12.2; «скифская пустыня» IV.5.4,

    V.                      25.5;              общий совет скифов

    IV.5.1.

    С о г д и а н а — область между Аму- и Сыр-Дарьей (ныне Бухара), граничит с землей массагетов

    IV.  17.4; главный город Марака- канды II 1.30.6; «Согдийская Скала» IV.18.4; заселение сог­дийских городов IV.17.3.

    с о г д ы — индийское племя, жив­шее по нижнему течению Инда

    VI.       15.4.

    Солы — приморский город в Ки- ликцр II.5.5. . .6.4, 12.2, 20.2.

    Сохи — место неизвестное II.6.1.

    Стимфея — береговая область в Эпире 1.7.5.

    Стримон — одна из важнейших рек в Македонии (теперь Струма)

    1.11.3.

    Сузы — зимняя резиденция пер­сидских царей III.16.2 и 7, 17.1,

    19.8,     VI.27.5, VII.4.4, 10.7.

    С у н и й — мыс на юге Аттики

    VI.11.6.

    С у с и я — город в Арии на гра­нице с Парфией III.25.1.

    тавлантии — иллирийское племя 1.5.1. . .6.1—4.

    Тавр — 1) гора, отделяющая Пам- филию от Киликии II 1.28.5,

    V.             5.2; 2) общее название для гор Передней Азии.

    Таксилы - главный город ин­дийского князя Таксила V.3.6,

    8.2,      VII.2.2.

    Т а н а и с — 1) Дон III.30.8;

    2)   Яксарт, Сыр-Дарья III.30.8,

    IV.                   1.3, 3.6, V.25.5, VII.10.6.

    т а п у р ы — племя, жившее в Ми­дии между Парфией и Каспий­скими Воротами III.8.4, 11.4,

    23.1,      24.3, VII.23.1.

    Таре — главный город Киликии на реке Кидне II.4.5.

    Телмесс — город в Ликии 1.24.4,

    II.3.3.

    Т е н а р — мыс на южной оконеч­ности Лаконики (теперь мыс Мата- наи) И.13.6.

    Тенедос — остров у берегов Тро- ады II.2.2.

    Термесс — город в Писидии у горы Тавра 1.27.5, 28.1.

    Тир — богатый торговый город в Финикии, основан сидонянами

    II.             15.6—7; осада Тира Александ­ром 11.18—24.

    Т и р и н ф — древний город Аргоса, где царем был Амфитрион, муж Алкмены, матери Геракла; по версии мифа, более распростра­ненной, Геракл родился в Фивах, куда Амфитриона с Алкменой изгнал Сфенел; Александр сле­дует версии, по которой изгнание произошло уже после рождения Геракла V.26.5.

    тиррены — этруски VII.15.4.

    Т м о л — гора в Лидии V.I.2.

    Траллы — город в Карии 1.18.1,

    23.6.

    Трапезу нт — колония Синопа, на берегу Черного моря в вос­точной части Понта VII.13.4.

    трибалы — фракийское племя, жившее на территории нынешней Болгарии 1.1.4, 2.2. . .3.3, 4.6,

    V.                  26.6, VII.9.2.

    Триопий — мыс в Карии, около Книда; самая крайняя юго-за­падная точка Малой Азии II.5.7.

    Триполи с — город в Финикии, состоявший из трех частей; каж­дая часть отстояла от другой на одну стадию и каждая была обведена собственной стеной

    II.13.2.

    у к с и и — разбойничье племя, со­седи коссеев VII.15.1; в войске Дария III.8.5, 11.5; покорены Александром III.17.1..., VII.10.5.

    Ф а п с а к — торговый город на Ев­фрате и место переправы для едущих в Вавилон и в глубь Азии II.13.1, III.6.4, 7.1, VII.19.3.

    Фарос — остров, который Алек­сандр соединил с Александрией длинной дамбой; на нем стоял знаменитый маяк, называвшийся также Фаросом VII.23.7.

    Фаселида — приморский город в Памфилии 1.24.5—6.

    Ф е р а — город в Карии II.5.7

    Фессалия — самая северная об­ласть Греции, покорена Филип­пом VII.9.4; в войске Александра была превосходная фессалийская конница (Фессалия славилась сво­ими лошадьми), часто упоминае­мая Аррианом.

    Фивы — главный город Беотии; отношение к Македопии II.15.2 ..., VI 1.9.4; взятие Фив Александ­ром 1.8.1. . .; разрушение города

    1.9.9.   . .

    Филиппы — город у горы Пан­гей, основанный Филиппом, от­цом Александра 1.1.5.

    Финикия — славилась своим плодородием VII.19.5; управля­лась своими царями II.13.7, 20.6; завоевана Александром III.1.2,

    16.9,    V.25.4; жители Финикии — искусные моряки 1.18.7, II.20.7,

    24.1,    III.6.3, VII.19.3; умеют находить путь по звездам VI.26.4.

    Ф о к и д а — область в северной Греции 1.8.8, VII.9.4.

    Фракия — соседняя с Македо­нией область, прилегающая к ней с северо-востока; опасное сосед­ство до Филиппа VI 1.9.2; поко­рена им VII.9.3; фракийские пле­мена, еще оставшиеся независи­мыми, подчинил Александр

    I.             1.5.        . .; фракийцы в войске Алек­сандра в качестве пехотинцев и всадников 1.14.3, 28.4, II.5.1,

    7.8,        9.3, III.12.4—5; их воин­ственность II.7.5.

    Фригия — срединная область в западной части Малой Азии, делившаяся на Великую Фригию и Малую III.22.3, V.25.4, VII.9.7.

    Фурии — греческий город в юж­ной Италии II.22.2.

    Халкида — город на острове Эв­бея II.2.4.

    Хиос — остров в Эгейском море

    II.                         1.1—2,         13.4.

    X о й — река в Индии, вероятно Алингар, приток Кабула IV.23.2.

    хорасмии — племя, жившее в пустыне Каракум между Кас­пийским морем и Аральским

    IV.                   15.4, V.5.2, VII.10.6.

    Ч  е р н а я (Melas) — река во Фра­кии, впадающая в залив того же- названия 1.11.4—5.

    э в а к и — племя, совершенно не­известное; возможно, что самое название его неправильно пере­дано греческим произношением

    VII.6.3.

    Эваспла — река в Индии; ве­роятно, написание ошибочное: Хо- асп (теперь Чонар) IV.24.1.

    Эвбея — самый большой остров в Эгейском море (теперь Эврипо)

    II.                  2.4,    III.19.6.

    Эвксинское море или Э в-

    к с и н — Черное море 1.3.2—3,

    12.6,       III.30.9, IV.15.4, V.27.7,

    VII.1.3.

    Эвримедон — судоходная река в Памфилии 1.27.1.

    Э в р и п — узкий канал между Эв­беей и Беотией 11.2.4.

    Эгейское море — море между Грецией и Малой Азией (теперь Архипелаг) VII.20.4.

    Э г и — древняя столица и усыпаль­ница македонских царей 1.11.1.

    Э г и н а — остров в Саронийском заливе между Аттикой и Арго- лидой VI .11.6.

    Эгоспота мы — место на фра­кийском Херсонесе у реки того же имени 1.9.3.

    Экбатаны — главный город Ми­дии; летняя резиденция персид­ских царей III.19.2, IV.7.3,

    VII.                 14.1 и 5.

    Элевсин — место в Аттике на­против острова Саламин; знаме­нито культом Деметры и Персе- фоны и мистериями, справляв­шимися в их честь III.16.8.

    Элевферы — селение на границе между Аттикой и Беотией 1.7.9.

    Э л е у н т — город на юге Фракии у мыса Мастузии 1.11.5—6.

    Элефантина — город на ост­рове того же имени на Ниле

    III.       2.7.

    Элида — область на западном бе­регу Пелопоннеса 1.10.1, 29.4.

    Элимиотида — юго-западная область Македонии 1.7.5.

    Эмболимы — город в Индии, вероятно, при впадении (emballem «впадать») Кабула в Инд IV.28.7.

    Эордаик — река в Илларии (те­перь Девол) 1.5.5.

    Э о рдея — область в северо-за­падной Македонии с городом того же имени 1.7.5, VI.28.4.

    Эпидавр — город в Арголиде с храмом Асклепия, бога-цели- теля болезней VII.14.6.

    Э р и г о н — река в Македонии (ныне Черна) 1.5.5.

    ■Э р и ф и я — остров вблизи Герак­ловых Столбов II.16.5.

    Этимандр — так греки назвали реку Гельманд в Индии IV.6.6. Э т о л и я — область в западной части средней Греции 1.7.4, 10.2.

    Эфиопия — ныне Нубия V.4.4

    VI.                 1.3,   VII.1.2, 15.4.

    я з и г и — сарматское племя 1.3.2. Я к с а р т — Сыр-Дарья III.30.7,

    VII.     16.3.


    Агора — городская площадь.

    Аммон — божество египтян, ко­торое отождествляли с Зевсом греческим. Важнейший из его храмов находился в «оазисе Ам­мона» (ныне оазис Сивах).

    Амфиктиония — союз горо­дов, расположенных по сосед­ству с каким-либо святилищем. Целью союза была охрана свя­тилища, взаимная охрана прав союзников и устройство общих празднеств.

    А м ф и о н — мифический герой и царь Фив, где ему было выстроено святилище.

    Анталкидов мир — заклю­чен между Персией и Элладой в 387 г. По этому миру греческие города в Азии оставались в под­данстве у персов.

    Антей — сказочный великан. Был неодолим, пока соприкасался с землей. Убит Гераклом, отор­вавшим его от земли.

    Апеллес — знаменитый худож­ник, современник Александра.

    А р е с — бог войны у греков.

    Асклепий — бог здоровья и вра- чевства. Главный храм его нахо­дился около Эпидавра (в Аргосе, восточной области Пелопоннеса).

    Ахилл — главный герой греков в их войне с троянцами.

    Б а г о й — евнух при дворе царя Дария.

    Бел — верховный бог вавилонян (иначе Ваал).

    беотархи — представители и главные магистраты свободных беотийских городов; в Фивах было два беотарха.

    Бусирид — сын Посидона, ми­фический царь Египта, прино­сивший всех чужестранцев в жертву Зевсу. Убит Гераклом.

    варвары — этим именем греки называли всех негреков. Великие Мистерии — см.

    Д е м е т р а.

    «Великий царь» — так звали персидского царя, ветви умоляющих — см.

    умоляющие, ветры: борей — северный, а позднее — северо-восточный; нот — южный; я п и г — се­веро-западный; этесии — на Эгейском море ветры, дующие с севера или с северо-запада в течение 40 дней после вос­хода Пса (Сириус), в Индий­ском океане — муссон, войско: агема — копная гвар­дия, «царская ила», добавленная как 16-й эскадрон к 15 другим конным отрядам; агемы состояли из сыновей знати; это был бли­жайший эскорт царя в сражении; «бегуны» — разведчики; они были пешие и конные; г и п п а р- х и я — отряд конницы; предпо­лагают, что их было четыре, по тысяче всадников в каждом; гип- парх (iuuapyoc) — начальник от­ряда (ОТ 171710? — конь и архш — начальствую); гоплит — пе­хотинец с тяжелым вооружением: щитом и копьем, в панцире, шлеме и поножах; «д в у д о л ь-


    и и к» — солдат, получавший, как отличие за свою храбрость, двой­ную плату; легковоору­женные отряды — только с луками и стрелами или с пра­щами; лох — подразделение пе­хотного полка; после гибели Фи­лоты Александр разделил и кон­ные эскадроны (илы) на два лоха каждый, начальник лоха назы­вался «лохаг»; таксиарх — начальник полка, который со­стоял обычно из 4000 человек; начальник каждой тысячи назы­вался хилиархом; фру- р а р х — начальник воинского поста; щитоносцы — щит носил каждый тяжеловооружен­ный пехотинец, и в этом смысле «щитоносцами» именовалась вся пехота, но был особый пехотный отряд, составлявший царскую лейб-гвардию, который имено­вался «щитоносцами» по пре­имуществу; они иногда именуются «агемой щитоносцев», «пешей аге- мой» или «царской агемой».

    «в о р о н ы» — сооружение вроде со­временного подъемного крана.

    Гармодий и А р и с т о г и- т о н — убийцы афинского тирана Писистрата. Им были поставлены статуи.

    гегемония — верховная власть.

    Гекате й — греческий историк VI в. до н. э.

    Г с л о н — брат Гиерона, прави­тель города Гены, а затем Сира­куз.

    Гера — супруга и сестра Зевса.

    Гера к лиды — потомки Геракла, величайшего героя греческой ми­фологии.

    Г е р и о н — сказочный трехголо­вый великан; обладатель пре­красных стад, которые отнял у него Геракл.

    Гиакинфиды — дочери мифи­ческого афинского царя Эрехфея, принесшие себя в жертву для спасения отечества.

    Г и е р о н — тиран сиракузский (V в. до н. э.).

    гиматий — длинный плащ, на­деваемый поверх хитона.

    г и м н а с и й — место для гимна­стических упражнений.

    гинекей — женская половина дома.

    г и п а р х (йтсао^ое) — правитель- области; князь (от греч. o7iapv — быть в подчинении у старшего); не смешивать с гиппархом — начальником отряда, см. в о й-: с к о.

    Гиперид — афинский оратор, со­временник и единомышленник Де­мосфена и Ликурга.

    Демад — оратор, сторонник ма­кедонской партии и враг Демо­сфена.

    Деметра — богиня хлебной нивы. Дочь ее, Персефона, была похи­щена богом подземного царства. Зевс сжалился над горем ма­тери и разрешил Персефоне про­водить полгода с матерью на земле; другие полгода она оста­валась в Аиде. Этот миф в его аллегорическом толковании и со­ставлял содержание элевсинских мистерий.

    Демосфен — знаменитый афин­ский оратор, яростный противник Македонии; глава антимакедон- ской партии в Афинах (385— 322 гг. до и. э.).

    Дионис — бог виноградников^ вина и мистической одержимости*. В его честь справлялись шумныо торжества, участники и участ­ницы которых находились в со­стоянии экстаза. О них говорили,, что они «охвачены Дионисом».

    дифирамб — хоровая песня, ис­полнявшаяся двумя перекликав­шимися между собой хорами. Наиболее известными авторами дифирамбов были в IV в. до н. э. Телест и Филоксен.

    Длинные Стены — стены* соединявшие Афины с их главной гаванью Пиреем. Разрушены были после поражения Афин в Пело­поннесской войне спартанским полководцем Лисандром, но вос­становлены в 392 г. до н. э.

    дочери Лео — были прине­сены в жертву для избавления Афин от чумы.

    к а н д и я - верхняя персидская одежда: кафтан с рукавами, келевст — человек, распоряжав­шийся гребцами. По его знаку весла в такт поднимались и опу­скались.

    кентавромахия — бой кен­тавров с лапифами; кентав­ры— мифические существа, полу- люди-полулошади; лапифы — гор­ное племя, жившее в Фессалии, к и д а р а — головной убор персид­ских царей, кифаред — артист, играющий на кифаре, струпном инструменте, похожем па лиру, к л о д о н ы — так в Македопии на­зывали вакханок, к о м о с — веселая процессия в честь Диониса.

    Ксенократ — философ, ученик Платона. Афины неоднократно отправляли его послом к Фи­липпу Македонскому, отцу Александра.

    Л и к у р г — афинский оратор и го­сударственный деятель; против­ник Македонии, боровшийся про­тив усиления македонского влия­ния (396—325 гг. до н. э.). Лисипп — знаменитый скульп­тор, современник Александра.

    м а п т и I а - искусство гадания.

    Междуречье — Месопотамия метеки — греки, проживавшие не в своем родном городе, а в чужом, и к^'к таковыг не пользовавшиеся в нём всеми гражданскими пра­вами.

    м и м а л л о н ы — вакханки.

    «я а в а р х — командир флота, ад­мирал.

    Неоито лем — сын Ахилла.

    «н о с и т е л и айв ы» — царская свита, у которой древко копья оканчивалось не острием, позво­лявшим воткнуть копье в землю, а изображением айвы, золотым или серебряным.

    Орфей — мифический певец, ко­торого позднее стали считать основателем секты орфиков, имевшей свои таинства.

    панкратист — человек, искус­ный в борьбе и в боксе. Парал — государственное судно Афин, на котором отправлялись государственные посольства, парасанга — персидская мера длины, равная 30 стадиям, пеан — песня, которую пели в тор­жественных и важных случаях, а также в честь богов.

    П е л е й — отец Ахилла.

    Персей — мифический герой, убийца страшной Медузы, взгляд которой обращал всех в камень. Алкмена, мать Геракла, была внучкой Персея.

    Пиндар — знаменитый лириче­ский поэт V в. до н. э. Уроженец Фив.

    П оси дон — бог моря у греков. Поход 10 ООО — Кир Младший по­шел на своего брата Артаксеркса Мемнона, имея в своем распоря­жении греческое наемное войско (10 ООО). Лишившись после смерти Кира, убитого в сражении, своего главного военачальника, грече­ское войско двинулось обратно к морю; отступлением этим ру­ководил • Ксенофонт, описавший его в своем «Анабазисе». Приам — престарелый царь Трои, отец Гектора и Париса.

    П р и а п — бог плодородия, садов, полей и стад. Его особенно по­читали в Лампсаке, почему город этот назывался «городом При- апа». Позднее культ его распро­странился в Греции и Италии. Лампсак находится на берегу Дарданелл, проксен — некто вроде совре­менного консула: гражданин го­сударства, которому другое го­сударство поручило защищать его интересы в государстве проксена. Афины, например, брали своим проксеном в Коринфе коринф­ского гражданина.

    * П р о т е з и л а и — участник по­хода против Трои. Он первым выскочил на сушу с корабля и был первым воипом, павшим под Троей, псефизма — народное постанов­ление.

    рапсоды — сказители, деклами­ровавшие нараспев эпические поэмы.

    Семирамида — основательница Ассирийского царства. Она . покорила ряд стран; поход ее против Индии ' был неудачен. В истории ее истина так пере­плетена с легендой, что выделить первую очень трудно.

    стоя — портик, задняя сторона та­кого портика обычно расписы­валась картинами; возле нее ста­вили статуи.

    трапезит — меняла. Он обме­нивал деньги одного государства на деньги другого и производил ряд денежных операций. Свое имя он получил от слова стол — trapeza, за которым вершил свои дела. В присутствии трапезита составляли долговые расписки и разные договоры.

    тройные ворота — ворота с тремя проходами, из которых средний предназначался для по­возок, а боковые для пешеходов.

    умоляющие — подвергшиеся преследованию или гневу какого- либо сильного человека искали спасения и защиты у алтаря любого божества. Они садились у этого алтаря с масличными вет­вями в руках. Увести «умоляю­щего» от алтаря считалось тяг­чайшим преступлением.

    Феникс — старик, воспитатель Ахилла.

    ф е о р ы — члены посольства, кото­рое государство отправляло в ка­кие-либо святые места, чтобы принести жертву богу или спро­сить оракула.

    Феофраст — ученик Аристо­теля, «отец ботаники», оставив­ший два замечательных сочинения о растительном мире. Место, на которое намекает Плутарх, взято,* вероятно, из его работы «Об огне».

    Ф е р о н — тиран Агригента (ныне Джиржженти в Сицилии); вместе с Гелоном разбил Карфаген в 480 г.

    Фетида — морская богиня, мать Ахилла.

    Ф и л и с т — историк Сицилии (V в.

    до н. э.). флот: гемиола — легкое пи­ратское суденышко; керку- р а — маленькая барка для пере­воза грузов; триера — воен­ное судно с тремя рядами весел; тетрера — галера с четырьмя рядами весел; пентср а — судно с пятью рядами весел.

    Херонея — город в Беотии, под которым Филипп, отец Алек­сандра, разбил в 338 г. греческое войско, составленное антимаке- донской коалицией, хитон — нижняя рубаха, хламида — короткий свободный плащ, который застегивался на шее аграфом. Его носили на войне, на охоте и в путешествиях, «черепаха» — передвижной на­вес, под защитой которого про­изводились осадные работы.

    Э а к — мифический судья в загроб­ном мире. Из его рода проис­ходил Неоптолем, сын Ахилла. Э а к и д ы — потомки Эака. эвергеты — буквально «благо­детели», спасшие Кира и его войско от голодной смерти; жили на границе с Гедросией II 1.27.4. Эврисфей — царь Микен и Ти- ринфа (в Арголиде), на службе у которого состоял Геракл, эдонянки — женщины из Эдо- нии, маленькой области по реке Стримону.

    Эпаминонд — крупный поли­тический и военный деятель Фив (IV в. до н. э.). Одержал^ над Спартой, посягавшей на свободу Беотии, блестящие победы при Левктрах (местечко в Беотии) и Мантинее (город в Аркадии). Эрифила — супруга мифического прорицателя Амфиарая, побудив­шая его принять участие в походе против Фив, будучи подкуплена его врагами.

    Эсхин — афинский оратор, совре­менник Демосфена и его полити­ческий враг; сторонник Маке­донии .


           
         
     

    (Рис. 1 5 взяты из кн. И. Резникова «Александр Македонский». JI., 1940).

     
     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     


    Щито- Гоплиты ___________

    J ФессалЛсоюз№<иносцы                                                 .Друзья"^/

    40 тысяг

     
     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     


     
     

    , | _                                           Лусники, пращники и

    « iliV-'L-i.. 1 L -Друзья легкая кавалерия

    а . Щитоносцы Г (8иле)

    р. — *J-*     г, Александр

     
     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     



    Рис. 4. Сражение при Гидаспе.


                               
           

    САРМАТЫ

    ’/'ГУ*"

     
     
     
       

    ГСанг

     
     
       

    ФрсУЧ^—=^ШЛлександ^йЬ Арохозййская

    и A<m W

    (ИРАН ЩЬРАНГИ АНА'Ч# Ь f&U

     
     
               

    15Ч.

    Патталы

     
     
     
     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     



    Рис. 5. Карта походов Александра.


     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     


     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     


     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     


     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     


    26 См.: G. W i г t h. Ptolemaios als Historiker. Pauly—Wissowa— Kroll, XXIII, 2, ст. 2467 сл.; E.Schwartz. Aristobulos. Pauly—Wissowa,

    911 cji.; F. Wenger. Die Alexandergeschichte des Aristobul von Kas- sandrea. 1914. В статье Вирта заслуживает внимания анализ устных выступле­ний Александра.

    43 Strabo, XIV.682; XV.730.

    6  Главы 47 и 48, как не относящиеся к Александру, не переведены (Прим. переводчика).



    [1] Главы 6 н 7, какие относящиеся к Александру, не переведены. (Прим. переводчика).

    [2]  331 г. до н. э. (Прим. переводчика).