Юридические исследования - К.Е. ВОРОШИЛОВ СТАТЬИ И РЕЧИ Часть 11 -

На главную >>>

Иные околоюридические дисциплины: К.Е. ВОРОШИЛОВ СТАТЬИ И РЕЧИ Часть 11


    Настоящий сборник состоит из основных выступлении Народного Комиссара Обороны СССР маршала Советского Союза т. К. Е. ВОРОШИЛОВА за период 1925-1936 гг.


    ПРОЛЕТАРИИ ВСЕХ СТРАН, СОЕДИНЯЙТЕСЬ!




    К.Е.ВОРОШИЛОВ

    СТАТЬИ И РЕЧИ

    П А Р Т И 3 ДАТ ЦК В К п /6/  1 9 3 7


    ОТ ИЗДАТЕЛЬСТВА

    Настоящий сборник состоит ид основных выступлении Народного Комиссара Обороны СССР маршала Советского Союза т. К. Е. ВОРОШИЛОВА за период 1925-1936 гг.

    ПАРТИЗДАТ ЦК ВКП(6)


    БУДЕТ ЛИ ВОЙНА?

    „Империализм поставил па карту судьбу европейской культуры: за данной войной, если не будет ряда успешных революций, после­дуют вскоре другие войнысказка о послед­ней войне* есть пустая, вредная сказка*х.

    Т

    рудящихся во всем мире больше всего волнует вопрос, будет ли новая война или нет. Громадный интерес к этому во­просу объясняется тем, что в случае новой бойни отвечать своей жизнью придется прежде всего рабочим и крестьянам. Зная это, банкиры, фабриканты, помещики и их верные слуги — социалисты кричат везде и всюду, что мировая война была последней войной. Это делается совершенно сознательно для того, чтобы одурачить трудящихся и скрыть от масс свои истин­ные намерения. Ленин еще в ноябре 1914 г. пазвал сказку о последней войне пустой, вредной сказкой". И это действи­тельно так.

    То, что произошло после мировой войны, и то, что проис­ходит сейчас во всем капиталистическом мире, полностью под­тверждает слова великого пролетарского вождя.

    КАПИТАЛИСТЫ ГОТОВЯТСЯ К ВОЙНЕ

    После мировой войны, под непрерывные лицемерно-гнусные речи о вечном мире, был заключен Версальский мир (по имени местечка около Парижа, куда съехались в масках миротворцев империалистические разбойники). По этому „мирному" договору с побежденных стран и особенно с Германии сдиралась бук­вально шкура. Трудящиеся массы побежденных стран обраща­лись на долгие десятилетия в рабство, так как они должны были платить громадную контрибуцию победителям. Уже это одно, т. е. разделение европейских пародов на получающих контри­буцию и платящих ее, на собирающих военную дань и платя­щих эу дань, конечно не могло быть предпосылкой для веч­ного" мира. Правда, л сама буржуазия с окончанием войны перестала кричать на всех перекрестках, во всех своих газетах о мире всего мира". Да оно и понятно. >

    Не успели еще солдаты империалистических армий разойтись по домам, как возникли новые ®ойны. Буржуазия Греции нри помощи французской и английской пошла войной на Турцию, пытаясь отнять ее земли, правда, очень неудачно: турки их но­били и прогнали от своих границ. Французская буржуазия моби­лизовала 150-тысячную армию и около двух лег уничтожала на севере Африки, в Марокко, племена риффов, пытавшихся сбро­сить с себя ее ярмо. С большим усердием и с не меныней жесто­костью расправлялись с теми же риффами испанские генералы.. Испания не принимала участия в мировой бойне, и ее буржуазия наверстывала потерянное в своих африканских колониях, потре­бляя коренных жителей этих районов Африки. Англичане и французы усилили свои войска в Малой Азии, Египте, Индии, Китае и вели там непрерывные войны с (восставшими против них угнетенными египетскими, арабскими, индусскими и китай­скими рабочими и крестьянами, уничтожая их тысячами, сжигая их села и даже огромные города, как Дамаск.

    Но кроме этих так называемых колониальных Boihf, которые непрерывно велись за последние годы мировыми империали­стами, отношения между ними самими менее всего напоминали их разговоры о вечном мире.

    Если капиталисты, банкиры, помещики и их генералы, иска­лечив десятки миллионов человек, действительно решили больше войн не вести, так для чего же они непрерывно увеличивают свои военные расходы, усовершенствуют старые и изобретают новые орудия истребления? Почему и для чего бешено растут вооружения?

    Ленин учил нас не верить па слово, а проверять на фактах. Самый кровожадный убийца может прикинуться кротким голу­бем, чтобы достичь своей цели. Самый разбойничий империа­лизм предпочитает побольше на словах болтать о миро и по­больше на деле готовиться к войне.

    О чем же говорят факты? Что делается после мировой войны в отношении вооружений у тех крупнейших империалистов, кото­рые вышли победителями и которые громогласно провозглашали наступление вечного мира? Цифры показывают следующее.

    Если взять пять главных государств (Франция, Англия, Ита­лия, Североамериканские соединенные штаты и Япония), то их армии в 1913 г., т. е. как раз в разгар подготовки к мировой империалистической бойне, насчитывали 1827 тыс. человек, а в 1929 г. опи выросли до 2068 тыс. человек, т. с. увеличи­лись па 241 тыс. человек. Военные расходы в этих же странах, но официальным правительственным отчетам (на самом деле


    они были больше), составляли: в 1913 г.—2430 млн. золотых рублей, а в 1929 г.—уже 4451 млн. золотых рублей, т. е. почти в два раза больше.

    Этому росту численности армий и расходов па вооружение соответствует рост воепной техники. Так во Франции в 1913 г. на дивизию полагалось только 24, а теперь—483 пулемета, т. е. увеличение в 20 раз.. Североамериканские соединенны© штаты в 1913 г. тоже имели 24 пулемета, а теперь имеют 924, т. е. увеличение в 38 раз. Сильно возросла артиллерия, ее дально­бойность и мощность. Бывший президент США Вильсон в 1919 г. выступал в качестве апостола мира, возвещавшего ко­нец истребительных войн. А в 1923 г. в США происходит пе­ревооружение всей армии вновь сконструированными современ­ными пулеметами и орудиями. Воздушные флоты во всех импе­риалистических странах растут с каждым годом и по качеству и по количеству. Создаются новые быстроходные, сильно воору­женные танки; изобретаются новые удушливые и ядовитые гады и вещества. Паука и техника снова призваны буржуазией на работу для кровавой войны. Империализм вооружается до зубов на суше и на море, в воздухе и под водою.

    Для чего все это готовится? Неужели для вечного мира? Неужели для мира изобретаются новые отравляющие вещества? Неужели для мира капиталистические государства наперегонки, опережая друг друга, строят свои вооружения? Конечно все Это делается для войны, для подготовки к новой ужасной бойне, которая грозит человечеству. Почему? Потому, что капитализм в нынешней стадии —это империализм, а империализмэто война. Потому, что, доколе будет существовать капиталистический мир, он будет время от времени потрясаться вооруженными схватками, как это было во всю предыдущую историю чело­вечества. Война заложена в самой природе капитализма. Раз­виваясь, отдельные буржуазные государства могут богатеть, только опираясь на источпикп сырья и на рынки сбыта това­ров. А так как на земле и рынки сбыта и места, где есть сырье, ограничены, то между капиталистами и за рынки и за сырье, не прекращаясь, идет борьба, переходящая при известных усло­виях в войну.                                      ,

    Вот например против кого вооружаются Англия и Америка? Друг против друга. До мировой войны Англия была владычи­цей морей, мировым купцом, чьи корабли п товары собирали со всего земного шара обильную прибыль. А теперь положение резко изменилось. Необычайно выросла Америка. Ей уже тесло в своих пределах. Америка сейчас переживает величайшие эко-
    помические затруднения. И вот пути ее сталкиваются всюду с путями Англин. Буржуазия обеих стран вооружается, чтобы боками своих рабочих решить, кому должно принадлежать пер­венство иа морях и океанах, кто должен грабить колониальные и полуколониальные народы, в чьи банки должны течь золотые потоки прибылей — в английские или американские.

    Против кого вооружается Япония? Против той же Америки. Она объединяется с Англией, потому что американские капиталы и товары теснят японских хищников в Азии. По тем же при­чинам вооружаются Франция, Италия и остальные империали­сты. Даже буржуазия разбитой Германии и та стремится вос­становить свою былую военную мощь, чтобы в будущей войне занять подобающее место.

    По одинаково все империалисты, вся мировая буржуазия вооружаются против своих рабочих и крестьян, против коло­ниальных угнетенных народов. Войны в колониях продолжаются. То здесь, то там происходит жестокое подавление восстаний коло­ниальных рабов. В то же время, боясь, что большие армии, состоящие в подавляющей численности из рабочих и крестьян, могут отказаться служить интересам буржуазии по примеру русских солдат в 1917 г., военные специалисты империализма работают усиленно над тем, как бы, опираясь на современною технику, ограничиться небольшими профессиональными, наем­ными армиями. Этп армии можно было бы подобрать из клас­сово близких буржуазии элементов и этим обезопасить себя от восстаний внутри собственных войск. В своей армии (самой большой в Европе) Франция постепенно уже осуществляет эту мысль: в 1913 г. у нее в армии было 8,4 о/0 военпых-профес- сионалов, т. е. людей, сделавших военное ремесло своим постоян­ным занятием, а остальные служили по призыву; в 1928 г. э.тпх профессионалов стадо уже 40,/о.

    ПОДГОТОВКА ВОЙНЫ ПРОТИВ СОВЕТСКОГО СОЮЗА

    Капиталистический мир полон противоречий и вражды. Пока существует капитализм, это порождает и не может не поро­ждать войны. До Октябрьской революции в нашей стране бур­жуазия всех стран чувствовала себя более или менее спокойно. Она знала, что ее интересы находятся под мощной защитой сво­его буржуазного государства, а всякое государство для этой цели имеет вооруженную армию, полицию, церкви, попов и социа­листов. Война же не только пе пугала буржуазию, а, наоборот, была для нее прежде всего средством наживы и грабежа
    своего народа. Установившийся священный" порядок, существо­вавший многие века, заключался в том, что помещики и капи­талисты являлись полновластными хозяевами, а многомиллион­ные массы трудящихся были рабами капитала и его государ­ственной машины. Диктатура буржуазии и помещиков царство­вала па всем земном шаре. И только угнетенные и эксплоати- руемые пролетарские массы время от времени грозно напоми­нали о себе забастовками и вооруженными восстаниями.

    Так было до Великого Октября 1917 г. И совсем по-другому стало с тех пор. Октябрьская революция передала в бывшей России масть в руки рабочего класса. И в мире образовалось два мира: старый буржуазный, где диктатором осталась бур­жуазия, помещики и их генералы; новый, наш СССР, где дик­татором стал: пролетариат, который перестраивает у себя всю хозяйственную и политическую жизнь страны на социалистиче­ский лад.

    Буржуазия давно поняла, какая смертельная рана нанесена ей самым фактом создания первого рабочего государства. По­этому с самого начала выступления вооруженных белогвардей­ских банд против советской власти мировые империалисты во главе с Францией и Англией оказывали им всемерную помощь. На востоке Колчаку помогали Англия и японская буржуазия, занявшая часть Дальнего Востока. Остальные фронты были поделены особым соглашением между Францией и Англией. По этому соглашению французы должны были помогать на Украине, в Крыму, западной части Дона и в Польше; англичане —на севере России, в Прибалтике, на Кавказе, Кубани, восточной части Дона и в Туркестане. Во всех этих пунктах были выса­жены смешанные военные силы. Широкой рекой лилась бело­гвардейцам финансовая и материальная помощь. Большие и малые хищники капитала не хотели упустить удобного случая — пограбить рабочих и крестьян в тогдашней России. Они были уверены, что Октябрьская революция погибнет от руки бело- гвардейщины. Помимо миллионов золота, военного снаряжения и оружия империалисты бросили в Россшо свои войска. Англия;, Япония, Америка, Италия, Греция, Германия, Польша, Румыния, Чехословакия, Франция, Турция—все они пустили в ход свои вооруженные силы против победившего социализма. Таким обра­зом, воюя с Деникиным, Колчаком, Юденичем, Врангелем и прочими царскими генералами, побитыми в мировой войне, мы собственно воевали с мировыми империалистами, которые уже тогда отчетливо и ясно представляли себе, какую страшную угрозу для них представляет наше существование. И их беда
    заключается в том, что молодая Красная армия разметала бело­гвардейские полчища, изгнала их из пределов СССР, а вместе с ними и войска грабителей-империалистов.

    В настоящее время большинство буржуазных государств вос­становило с нами отношения.

    Но это вовсе не означает отказа империалистов от аюйны с рабочим государством. Это означает лишь временное изменение способов борьбы и использование новых средств борьбы. Не дубьем, так рублем",— решили империалисты. Подчиним их (т. е. нас с вами) экономически (т. е. хозяйственно), думали они, проникнем к ним с нашими капиталами. И тогда с ростом хозяйства советская власть постепенно переродится и пойдет на сделку с мировой буржуазией за счет рабочих и крестьян. Но ненависть к большевистскому строю и страх перед грядущим во много раз увеличились, когда расчеты и надежды буржуазии не оправдались и паше хозяйство начало бурно расти на социа­листической основе.

    С этого момента начинается уже планомерная подготовка нового вооруженного нападения на Советский Союз» Эта под­готовка заключается, во-первых, » том, что граничащие с нами государства (Польша, Румыния, Эстония, Латвия, Финляндия) Заключают между собой целый ряд явных и тайных военных договоров и политических соглашений. Против кого? Позади них находится разоруженная Германия, за Германией — Франция и Англия, с которыми они находятся в тесной дружбе и согла­сии. Остаемся только мы —страна рабочих и крестьян. Зна­чительная часть этих договоров была опубликована в буржуаз­ных газетах, и оказалось, что все договоры между Румынией и Польшей, между Полыней и Францией, Латвией и Эсто­нией и так далее—направлены против СССР. Мы это знали и до опубликования, но буржуазные газеты еще pap сами подтвердили это.

    Подготовка наших соседей к войне с нами заключается в чрезвычайной старательности, с которой вооружаются наши Западные соседи. Например Польша —небогатая страна, и однако она всех перещеголяла своими военными расходами, которые достигли в 1928 г. 38 процентов всех ее государственных рас­ходов. Франция предоставляет Польше заем за займом, но не деньгами, а оружием. Финляндия, Эст01гая, Латвия, Польша и Румыния в 1923/24 г. официально расходовали 335 млн. золотых рублей, а в 1928/29 г.—уже 380 млн. золотых рублей. В Поль­ше—жестокий хозяйственный кризис, закрываются заводы и фабрики, и в то же время растет мощная военная промышлен-


    иость (орудийные, патронные, авиационные, химические и дру­гие заводы).

    Против кого все эго направлено? Конечно фашистской Польше необходимы вооруженные силы для подавления своих рабочих, угнетенных белорусских, украинских и польских кре­стьян. Но главная масса всех этих вооружений, так же как и военные договоры, направлена против СССР.

    За этой непрочной цепью пограничных с нами стран стоит вся махина капиталистического мира. В подготовке к новому нападению на СССР крупнейшие хищники предпочитают дей­ствовать не прямо, а окольными путями и чужими руками. Они рассуждают так: сперва пустим против них (т. е. нас) какой-нибудь небольшой отряд. Будет успех, подадутся назад рабочие и крестьяне СССР, в другом месте ткнем пх посильней, а потом навалимся всей силой и раздавим навсегда.

    Так например империалисты и поступили в истекшем году. Сперва пытались ударить нас со стороны Афганистана бандит­скими отрядами басмачей с целью разорить и помешать разви­тию нашего хлопководства. Мы дали баядитам крепко по рукам. Попытка не удалась. Затем ТУ же самую операцию, но уже в большем масштабе, империалисты повторили на Кнтаиско- восточной железной дороге с помощью помещичьих и генераль­ских китайских наемных войск. Расчет был простой: прощупаем, может быть большевики окажутся слабыми, ну, тогда мы па них спустим новую свору.

    Но и белокитайцы получили от нас по заслугам. Вторая по­пытка также не удалась. Но это пе значит, что подобные по­пытки в дальнейшем прекратятся. Строй социализма несовместим со строем капитализма как внутри каждой страны, так и между разными странами. Капиталистический мир не может допустить, чтобы мы развивались, потому что наш рост означает прибли­жение его гибели. И поэтому он готовился и готовится к воору­женному нападению па нас. И поэтому, выбирая подходящий момент, мировой империализм будет направлять против пас отдельные удары, с тем чтобы попытаться нанести решитель­ный удар.

    КРЕПИ ОБОРОНУ СОВЕТСКОГО СОЮЗА!

    Какие же из этого следуют выводы? Прежде всего все раз­говоры продажных политиков и писак буржуазии, лицемерные завывания их продажпых лакеев — социал-демократов о вечном мире, наступившем после мировой войны, есть гнуснейшая ложь,


    дымовая завеса, şa которой кроется подготовка новых, более кровавых войн. Недаром империалисты каждый год созывают конференции, комиссии, подкомиссии но всеобщему и морскому разоружению и в то же время упорно и злобно отклоняют советский проект всеобщего и даже частичного разоружения. Побольше болтать о мире и в то же время еще больше на дело готовиться к войне —вот обычай империалистов. Войны неизбежны при капитализме, и опи исчезнут только с исчезно­вением капиталистического строя. Эти войны в любой момент могут возникнуть (и неминуемо возникнут) между группами империалистов за новый раздел рынков, за право преимуще­ственного грабежа угнетенных народов Востока. Но главная угроза войны в данпое время заключается в подготовке империа­листов к нападению на СССР. До полной и неизбежной победы социализма во всем мире обреченный на гибель класс — буржуа[1] Зия попытается еще не раз встать на нашем пути и воору­женной рукой задушить страну рабочиж и крестьян, чтобы отдалить час своей смерти.

    Какие задачи для нас вытекают из всего этого? Что касается войн между империалистами,— мы не сомневаемся в их неизбеж­ности. Мы знаем, что они ускорят приход пролетарской рево­люции. Но по отношению к обороне СССР мы должны принять сейчас все от нас зависящие подготовительные меры. В граждан­скую войну Красной армии громадную поддержку оказал между­народный пролетариат. Несомненно он окажет нам мощную под­держку и в грядущих схватках. Но может случиться, что первым удар пам придется выдержать исключительно на своих плечах. Из этого надо исходить.

    Владимир Ильич всегда придавал чрезвычайное значение вопросам обороны государства.

    Мы можем строить социализм только при условии, если про* летариат, получивший возможность вооружиться, овладеет ору­жием и сумеет отстоять себя в случае нападения врага. Ленин говорил:

    „Угнетенный класс, который не стремится к тому, чтобы на­учиться владеть оружием, иметь оружие, заслуяшвал бы лишь того, чтобы с ним обращались, как с рабами. Не можем же мы, не превращаясь в буржуазных пацифистов1 или оппортунистов 2, забыть, что мы живем в классовом обществе и что из него пет


    и быть не может ипого выхода кроне классовой борьбы и свержепия власти господствующего класса"[2].

    Мы имеем не только оружие: мы уже имеем Рабоче-кре­стьянскую Красную армию. Паша обязанность—всемерпо ее укреплять, чтобы вооруженная. рука империалистов пе сорвала строительства социализма, чтобы враги получили достойный отпор.

    Красная армия состоит из рабочих и крестьян, т. е. из тех, кому принадлежит власть в пашей стране. Красная армия есть' классовая армия, и пи один эксплоататор, кулак, торговец или нэпман, не допускается в ее ряды. Для того чтобы противо­стоять оружию современного империализма, Красная армия должна прежде всего поднять уровень своей техники. Это важнейшая задача в настоящее время.

    Владимир Ильич в свое время говорил, что война неизбежна. Мы полагали, что война начнется через 3—4 года. Прошло почти 9 лет после окончания войпы с Польшей и ликвидации Врангеля, а мы благополучно живем и развиваемся в мирных условиях. Этим сравнительно большим сроком передышки мы обязапы, во-первых, мировому пролетариату, который любовь и симпатию к СССР неустанно показывает перед своей буржуа­зией; и, во-вторых,—нашей неизменной мирной политике и на­шей Красной армии, которая, являясь плотью и кровью рабочих и крестьян, зорко следит за поведепием мировой буржуазии, будучи готова каждую минуту грудью прикрыть пролетарское государство. Империалисты пе начали и неизвестно, когда еще осмелятся начать против нас войну. Их обезоруживает страх перед своими рабочими, которые войне с нами могут предпо­честь ликвидацию своей буржуазии.

    Их страшит Краспая армия, выросшая в могучую силу, способную противостоять своим врагам. Политика мира СССР разоблачает капиталистов и. затрудняет им подготовку к новым бойпям. Чтобы и дальше так же было, мы должны неустанно усиливать оборону СССР.

    Развертывай, крепи социалистическое строительство, но одновременно крепи оборону СССР!—вот клич. Социализм должен быть надежно защищен —вот наша задача.

    Брошюра „Булет ли война?", „Москов­ский рабочий", 1930 г.

    РЕЧЬ НА XVI СЪЕЗДЕ ВКП(б)

    2     июля 1930 г.

    Товарищи, в своем отчетном докладе т. Сталин нарисовал яркую картину процессов, происходящих пьгае в странах капитализма. На одном из этих процессов я позволю себе за­держать ваше внимание. Па общем фопе разрушения частич­ной послевоенной стабилизации капитализма, в условиях вели­чайшего экономического кризиса, вовлекшего в свою орбиту почтя все страны капитала1, в условиях нарастающего обострения классовой борьбы и огромной безработицы, при резко обостряю­щихся междуимпериалпстических противоречиях и конфликтах, в условиях прогрессирующих противоречии между двумя поли­тико-экономическими системами — социалистическим СССР и ка­питалистическим миром — усиливается, как об этом говорил т. Сталин, горячка вооружений. ЭТ(> так и есть. Происходят своеобразные гонки между империалистическими странами по части вооружений, по оснащению армии все повыми и новыми, все более и более совершенными средствами истребления. Ве­дется лапряжепная подготовка к будущей, еще невиданной по своей кровопролитности и разрушениям, войне.

    Империалисты готовятся к войне по-настоящему — методами, резко отличными от тех, которые еще пе так давно применялись, и в несравненно более широком масштабе. Ими учитываются уроки и опыт недавнего прошлого. Поэтому в настоящий момент армия как таковая перестала уже играть основную, домини­рующую роль в подготовке к будущим вооружеппым столкно­вениям. Страна, ее экономика в целом — промышленность, сель­ское хозяйство и транспорт, ее культурные учреждения и ее научные силы —вот рычаги, приведенные сейчас в действие для подготовки к будущим жестоким схваткам. Армии империа­листов сейчас уже весьма отличны от того, что пни предста­вляли собой еще 5—6 лет тому назад. Я не сталу утомлять вашего внимания перечислением многочисленного фактического материала, который ярко характеризует силы нынешних армий. Достаточно привести лишь немногие примеры, могущие до­полнить то, что вы хорошо знаете из газет, для того чтобы показать, куда растут вооруженные силы капиталистического


    мира. Вот маленький пример: если армия Франции в 1914т., в мирное время, перед самым началом воины, имела 1300 пу­леметов, то на сегодня, в эшрное же время: армия Франции спабжепа уже 35 тыс. пулеметов. Английская армия перед империалистической войной имела лишь 900 пулеметов, ныпе — 13 тыс. (в метрополии без англо-индийской армии); Северо­американские соединенные штаты имели 1300 пулеметов, сей­час—35 тыс.

    Перед мировой войной армии того времени тапков вовсе пе имели. В настоящий момент в строю имеют: Франция—2 тыс. танков, Англия—450, США—550 танков. Перечисленное коли­чество предметов воспной техники является главным образом лишь средством обучения, средством лабораторной проработки вопросов боевой подготовки и обучения кадров бойцов для бу­дущих сражений. Можно было бы привести еще бесчисленное количество не менее' ярких справок о наличии, количестве и качестве других современных средств вооружения: об артил­лерии, авиации, химии, инженерных средствах борьбы и т. д. Указанные мною количества пулеметов и тапков в современных армиях, разумеется, ни в малой степени пе могут характери­зовать армий военного1 времени, армий, действующих на фрон­тах войпы. В момепт развертывания армий для войпы капита­листические страпы будут иметь и пулеметов, и тапков, н авиации, и иных средств истребления во много раз больше, нежели опи имеют теперь.

    Приближенное понятие о том, что будут представлять собой армии военного времени, можно получить хотя бы из сле­дующего.

    Североамериканская экспедиционная армия, действовавшая на полях Франции в 1918 г., состояла из 2 млн. человек, 5 тыс. орудий, 300 тапков, 2 тыс. самолетов п 40 тыс. автомобилей. В 1920 г. актом пациопальной оборопы США быа в законо­дательном порядке определена на случай войны армия уже в Зу'з млп. человек вместо 2 млп.; орудий—15 тыс. вместо 5 тыс.; танков—6 тыс. вместо 300; самолетов—5 тыс. вместо

    2     тыс. и автомобилей—200 тыс. вместо 40 тыс., имевшихся в действующей североамериканской армии в 1918 г. Решение правительства США о новой армии было принято 10 лет тому назад. У пас нет данных, что это решение за 10 лет не пере­смотрено в сторону еще большего увеличения армии и воору­жений.

    Мощь армии ныне измеряется не только количеством военной техники, но в немеиыней степени и ее качеством.

    Качество вооружения к настоящему времени гигантски вы­росло и продолжает непрерывно (в самом точном значении Этого слова) расти и совершенствоваться. Достаточно указать, что в составе нынешней авиации имеются бомбовозы, которые в состоянии поднимать до 12 т полезного груза, пе говоря о других колоссальной важности показателях, резко изменивших физиономию этого нового средства войны. Группа из 10 таких бомбовозов в состоянии сбросить одновременно около 7 тыс. пудов взрывчатого вещества. Сотня таких бомбовозов может разрушить большой современный город.

    Параллельно с ростом технической мощи развертывается работа но реорганизации армий. Насыщение техникой п ее Эволюция диктуют новые организационные формы армии. Вой­сковые соединения большой численности ныне уже не всегда отвечают требованиям, недостаточно поворотливы, мешковаты, дорого стоят, ддя того чтобы ими оперировать. И в Англии, и в Америке, и в других капиталистических государствах ве­дется не только лабораторная, пе только опытная, по и на­стоящая реорганизационная работа в направлении изменения структуры войсковых соединений. Англичане например запроек­тировали механизированные дивизии. Сравнение такой дивизии с ныне существующей намечает перспективу путей дальнейшего развития современных вооруженных снл буржуазии. Проекти­руемая дивизия будет иметь 4 тыс. человек вместо 17 тыс. в дивизии существующей нормальной организации военного времени; пушек будет 81 вместо 60, пулеметов легких всего лишь 216, зато тяжелых—450 вместо 350 легких п 192 тяже­лых; суточный переход такой дивизии уже измеряется не 20, а 80 км. Иными словами, такая дивизия будет иметь большую огневую мощь, нежели дивизия нормальная, в четыре раза уве­личенную подвижность п вдобавок благодаря большей насыщен­ности тапками и бронеавтомобилями —значительно меньшую уязвимость как с земли, так и с воздуха.

    Пе менее важно и то, что буржуазия, пытаясь реорганизо­вать свои вооруженные силы, думает убить и другого зайца — она надеется этим же путем вытеснения человека машиной разрешить труднейшую ддя нее проблему личного состава, за­дачу укозшлектования своих вооруженных сил политически на­дежным контингентом.

    За последние годы по вопросу о численном составе армии ведутся весьма оживлеппые дискуссии. Есть две школы, если так можно выразиться,—шкода старая, которую возглавляют весьма почтенные военные и политические деятели буржуазии,


    эта школа стоит на точке зрения необходимости сохранения пока массовых армий. Идеологи этой школы видят в этих мас­совых армиях единственную возможность в настоящих условиях вести большие войны и побеждать в пих.

    Другая школа настаивает па коренной реорганизации всей системы вооруженных сил,— она требует организации небольших, до предела механизированных и моторизованных частей, ко­торые можно будет возможно полнее обеспечить политически надежным составом. Такая армия —по мнению этой новой школы, возглавляемой Фуллером, 3°льданом » рядом других военных специалистов, писателей и политиков,—мощыо своей колоссальной техники будет решать не только боевые задачи па фронте, но опа будет достаточпо подготовленной и послуш­ной и для борьбы с революционным движением, для подавления пролетарских масс.

    К настоящему моменту, невзирая на весьма как будто веские доводы школы „молодых*4 о механизированной армии, буржуа­зия остается еще все же на позиции массовых армий, конечно высоко технически оснащеппых. В то же время изыскиваются пути, как сделать эти армии своим верным орудием во всех отношениях.

    В мирное время Англия, Америка и Германия имеют на­емные армии, составленные исключительно из добровольцев- профессиолалов, остающихся па военной службе долгие годы. Франция, имеющая самую большую сухопутную армию, вы­нуждена также итти по пути усиления кадров, уменьшения процелта мобилизованных, итти по пути, по которому пошли Америка и Англия. В настоящий момент постояппый кадр французской армии вместо сравнительно небольшой насыщен­ности еще несколько лет назад возрос почти до 51 о/о всего состава армии. Эт0 свидетельствует о том, что в настоящий момент буржуазия не доверяет мобилизованной армии. Но Забота буржуазии о надежных кадрах не ограничивается только войсками мирного времепи: ее руководители прекрасно пони­мают, что если в мирное время профессионал-военный — верный слуга эксплоататорских классов — может составлять больпшн- ство в армии, то для ведения войны, когда армия разверлется в несколько раз, пужно призвать массы. И здесь капиталисты ведут интенсивнейшую работу по подготовке надежных классо­вых укомплектований для массовой армии через различные воен­ные общества и союзы, насчитывающие сейчас миллионы членов.

    Помимо насыщения армий профессионалами и подготовки массовых фашистских кадров принимаются все меры к тому,
    чтобы сделать войска послушными, обезопаситься от всяких псожиданностей. Во Франции, в Японии и в Америке уже проведепы драконовские законы, которые будут немедленно олубликовапы и введены в жизпь, как только начнется мо­билизация. Этими закопамн определяется поведение пе только каждого гражданина, но и всех организаций, включая проф­союзы и др. Этюш законами предопределяется судьба наших братских компартий. Им, разумеется, нужно будет уходить в подполье в первый же день объявления мобилизации, если не рапыпе, принимая необходимые меры для самосохранения и возможности продолжения дальнейшей работы.

    Рост техники, изменения в структуре армий —все это пред­определяет щ новые формы будущих столкновений. Ныне уже стало ходячей истиной положение, что в будущих столкнове­ниях, в будущих войнах понятия тыла и фронта будут стерты. Авиация, танкн, химия —все эти средства борьбы не знают прежних границ или во всяком случае границы фропта в старом понимании для них не обязательны.

    Отсюда мы с вами обязапы сделать все необходимые выводы. Центральный комитет, вся партия, весь рабочий класс эти выводы уже сделали, и я надеюсь, что и на будущее время в нашей практической работе мы будем исходить из необхо­димости зорко следить за процессами, происходящими за на­шими рубежами, для того чтобы не упустить времени, не опоздать с мероприятиями, жизнеппо необходимыми для за­щиты наших границ, для обороны нашей пролетарской ре­волюции.

    Вкратце о военно-морских вооружениях. На море буржуазия вооружается с неменьшей энергией, чем на суше и в воздухе. Морские вооружения, невзирая на крики о морских разору­жениях и бесплодные разговоры на бесчисленных конференциях, продолжают неуклонно усиливаться. Иным стал только харак­тер вооружений — в соответствии с теми задачами, которые ставит своим флотам международный империализм.

    Военно-морской флот необходим империалистическим стра­нам прежде всего для того, чтобы в случае войны обеспечить себе морские сообщения с колониями и источниками, сырья, нарушить сообщения своего противника и наносить его при­брежной территории и флоту быстрые неожиданные удары. Для этого прежде всего пужпы многочисленные легкие морские силы. Молчаливо сошедшись на этой установке, пять основных держав согласились пе соперничать в строительство дредноутов, Этих весьма дорогостоящих гигаптов открытого морского боя.

    Это л выгодно, и можно попытаться замазать глаза трудящимся массам, прокричав на всех перекрестках о сокращении морских вооружении. Сейчас буржуазия идет по линии строительства легкого флота: крейсерского, миноносного и подводпого. Дак- иые, которые я вам приведу, целиком и полностью это подтвер­ждают. Дредноутов у пяти, держав Англии, Америки, Японии, Франции и Италии —в 1922 г. было 63. Столько же, по обусловленной ими программе, будет в 1932 г. Зато авпоиоснев вместо 7, имевшихся в 1922 г., будет в 1932 г. 23, современных крейсеров вместо 55 будет 222, миноносцев вместо 437 будет 831 н подводных лодок вместо 153 будет 461. Качество этих судов несравненпо выше во всех отношениях судов тина ми­ровой воины.

    Как видите, разговоры о сокращении морских вооружений целиком лживы и являются только разговорами для отвода глаз.

    Финансирование будущей войны идет также быстро па- растающпм темпом/ В 1913 г. те же пять держав расходовали на армию мирного времени 2 300 млн. золотых рублей. В на­стоящем году опи расходуют уже 5 700 млн. золотых рублей. Причем было бы наивностью (а большевики пикогда наивными но были), если бы мы думали, что расходы на вооружение ограничиваются только рамками военных бюджетов. Как я уже сказал, ведется подготовка всей страны и по всем буквально министерствам; по всем рубрикам смет и во внесметном порядке расходуются огромные деньги для подготовки войны, в общей сумме во всяком случае не мепьшис, чем официальные военные бюджеты.

    Два слова о наших ближайших западных соседях. Если бе­шено вооружается буржуазия всего мира, то и наши западные соседи, особенно Польша и Румыния, из кожи лезут вон, чтобы не отстать. Им однако трудно поспевать за старшими" вслед­ствие бедности, вследствие тех острых экономических затруд­нений, которые эти страны переживают. Тем ие менее благодаря тому „историческому назначению", которое определил для этих государств мировой империализм, благодаря тому, что эти наши соседи готовятся как военпый авангард буржуазного мира против СССР,— Польша, Румыния и другие государства непрерывно, а за последнее время в особенно больших размерах, получают в деле усиления вооружений весьма солидную всестороннюю поддержку от своих богатых благодетелей — поддержку на­столько солидиую, что Польша в течение последних лет до­стигла достаточно серьезных успехов в весьма дорогом деле перевооружения своей армии. По насыщенности своих дивизий


    пулеметами и артиллерией Польша уже сейчас почти не отстает от современной французской дивизии. Польша за последнее время организовала неплохую специальную военную промыш­ленность. Когда товарищ Сталин говорил, что па фопе общего капиталистического кризиса процветает одна только военная промышленность, он был прав, и в частности его слова целиком относятся к положению в Польше. Достаточно сказать, что если на XV* съезде я докладывал о наличии в польской военной промышленности 18 заводов, то в настоящий момент их имеется ужо 32. ЭП1 заводы строятся лучшими фирмами Франции, Англии и Чехословакии. Старые заводы реконструируются, и, что нужно всегда учитывать, мощность военной промышлен­ности растет несравненно быстрее, чем число вновь создаваемых предприятий.

    Буржуазия вооружается, разумеется, пе для парадпых пред­ставлений; она вооружается не только для того, чтобы пы­таться с помощью оружия разрешить свои неразрешимые про­тиворечия, вооружается пе только для того, чтобы выйти из своего исторического тупика, из которого выхода, кроме ми­ровой революции, пет,— опа вооружается, помимо всего про­чего, и для того, чтобы бороться с надвигающейся революцией и, в первую голову, чтобы попытаться сорвать иаше социа­листическое строительство. Зная этом, мы не можем быть абсолютно спокойными за судьбы пашей страны, мы не имеем права забывать ни на одну секунду о необходимости припятия всех мер, нужных для обеспечения безопасности нашего со­циалистического строительства. Вы в праве спросить ЦК: что же делается для того, чтобы наше пролетарское государство могло в полной боевой готовности встретить врага в тот момент, когда мы вынуждены будем защищаться, когда мы, невзирая на все меры предотвращения войны, будем вынуждены за­щищать наше социалистическое отечество?

    Выступая па XV* съезде по докладу Рыкова, я говорил, что основную базу обороны нашего государства мы видим в форсированном развитии нашего хозяйства, в увеличении выпуска металлов, в развертывании химического производства^ в строительстве автомобилей, тракторов, в форсировании общего машиностроения. Я должен сказать, что генеральная линия нашей партии, проводимая ЦК со всей жесткостью, со всей большевистской напористостью, была в то же время и липией на укрепление, на усиление оборопы нашего государства. Уве­личение программы к концу пятилетки по чугуну с Ю1/2 млн* л* до 17 млн., соответственное увеличение программы по стали,
    по выпуску тракторов —в три раза и автомобилей — в два раза, пересмотр в сторону роста программы по цветпой метал­лургии, химии и по всем основным отраслям нашей промыш­ленности—это не только необходимейшая линия повышенных темпов социалистического строительства, это одповременно за­лог усиления обороноспособности государства, усиления нашей Красной армии.

    Но, разумеется, одного этого было бы недостаточно, если бы ЦК нашей партии не "уделял также особого внимания специаль­ным вопросам строительства вооруженных сил.

    На протяжении истекших двух с половиной лет ЦК вы­нужден был заниматься вопросами обороны много и осно­вательно. Достаточно много вопросов военного строительства, из них огромное большинство принципиальных, прошло через Политбюро.

    По решение —это одно, а проведение в жизнь, осуществле­ние решений —вещь совершенно другая. И если т. Андреев Здесь указывал, что решающая победа на фронте коллективи­зации будет одержана тогда, когда это дело по-настоящему возьмут на свои плечи наши товарищи промышленники", паши хозяйственники, паша социалистическая индустрия, точно так же с не меньшим, а с еще большим основанием должен заявить и я, что подлинное укрепление оборопы, подлинная сила пашей армии ныне в громаднейшей степени зависят от нашей про­мышленности. Я пе могу пожаловаться на то, чтобы кто-либо из ЦК или из правительства мало уделял внимания вопросам обороны, но я имею все основания заявить если не жалобу, то во всяком случае довести до вашего сведения, что работники нашей проз1ышленности, в том числе и военной промышленно­сти, недостаточно еще прониклись всей серьезностью вопроса, недостаточно еще занимаются делом, которым они обязаны за­ниматься пе только как работники промышленности, пе только как большевики, но и как люди, которые должны выполнять свои обязанности в отпошении заказчика, каковым мы, воен­ное ведомство, по существу являемся. Паша военная промыш­ленность и промышленность в целоз! в смысле снабжения обо­ропы всем необходимым как в отношении количества, так и качества, к сожалению, еще хромает довольно основательно. По этим вопросам я буду выступать по докладу т. Куйбышева, п мне придется сказать кое-что но совсем приятпое для пашей промышленности.

    Что представляет наша армия в целом? Что собой предста­вляют наши Соевые силы—сухопутные, морские и воздушпые?


    Я думаю, что мы, военные работники, находимся в несколько ином положении, чем товарищи, работающие в других областях нашего строительства. Если нашу индустрию, наше сельское хозяйство, нашу торговлю и кооперацию и пр. и пр. можно критиковать здесь, имея для этого и основание и факты, то пас так критиковать нельзя. Нам кажется —то, что мы делаем по боевой и политической подготовке армии, мы делаем пе- плохо. Настоящая же поверка качества этой работы будет про­изведена только на войне. Только война является действи­тельной поверкой правильности и боевой подготовки и всей организации всякой армии, в том числе, разумеется, и пашей Красной армии. Только война является мерилом, которое опре­деляет, что собой представляет армия как боевая сила. Поэтому весьма трудная и ответственная паша работа требует .макси­мальной, на все 10/о, поддержки со стороны партии и всего рабочего класса.

    С этими оговорками я должен заявить, что все мы, работ­ники армии, т. е. весь командно-политический состав, можем констатировать, что вооруженные силы нашего Союза являются в организационном, боевом и политическом отношении вполне надежной вооруженной опорой диктатуры пролетариата.

    Это наше заявление пе является голословным. За последнее время Краспая армия имела возможность на деле проверить свою боевую готовность и политическую устойчивость. На Дадь- пем Востоке один из отрядов Красной армии выдержал бле­стяще экзамен на боевую способность п политическую зрелость. ОДВА ведь пе была чем-либо исключительным по сравнению с другизш частями всей Красной армии, расположенными иа других участках нашего необъятного Союза. Дальневосточная боевая проверка Красной армии целиком и полностью под­твердила правильность методов боевой подготовки наших частей и правильность их политического воспитания.

    Кроме этого боевого экзамена за эти 21/2 года мы имели ряд других возможностей проверить политическую зрелость и устойчивость Красной армии.

    Затруднения с хлебозаготовками и вылазки кулацких эле­ментов, перегибы, допущенные в отдельных местах при коллек­тивизации, напор мелкобуржуазной стихни, происки правого уклона —всо это, товарищи, такие факторы, которые дали нам полную возможность основательпо проверить политическую устойчивость и преданность красноармейских масс делу проле­тарской революции. После этих проверок мы можем с гордостью заявить, что, невзирая на затруднения, несмотря па обострен-


    пую классовую борьбу на протяжении этих двух с поло­виной лет, Краспая армия пи разу пе дрогнула. Самые, я бы сказал, разнузданные правые уклонисты, асоторые в споем оппозиционном угаре не забывают „пройтись44 но оборонным вопросам, не могут привести ни одного случая, ни одного при­мера, пи одного факта, говорящего о политической неустойчи­вости нашей армии как армии диктатуры пролетариата. (Апло­дисменты.)

    Тем не мене© это не мешало и пе мешает пе только „левым“, но и правым уклонистам клеветать на нашу армию. Я должен сказать, что все оппозиционные течения внутри партии, начи­ная с троцкистов, охотно и, я бы сказал, с некоторой страстью" пытались найти отзвук своим политическим настроениям в ря­дах армии.

    Я приведу только несколько выдержек из того, что в свое время говорили троцкисты об армии.

    В 1927 г. левые44 говорили об армии следующее:

    Особо опасное положение создается в Красной армии. Командный состав ее, вопреки требованиям партийной про­граммы о необходимости классового сплочения4* и возможно тесной связи с фабриками п заводами, профессиональными сою­зами, организациями деревенской бедноты и комплектования командного состава, на первых порах хотя бы низшего, из среды сознательных рабочих и крестьян,—в значительной сте­пени сформирован из старых офицеров и кулацких элементов крестьянства".

    И далее:

    Ограничения участия в армии петрудовых элементов все более отменяются. В терчастях, особенно конпых, преобладает зажиточное крестьянство, па низших командных должностях — главным образом кулачество. Что касается партнйцев-краскомов, то па них не может пе отражаться бюрократизация партии и ослабление ее связи с рабочими. Влияние пролетариата в армии ослабевает. При таких условиях Краспая армия грозит пре­вратиться в удобное орудие для авантюр бонапартистского по­шиба44.

    Тогда же Зиновьев в статье Контуры грядущей войпы и наши задачи44 писал:

    „Не может быть сомнения в том, что в период нэпа, в связи с ростом кулака и новой буржуазии вообще, среди военспецов „подросли и подрастают44 люди, мечтающие о роли русского Чан Кай-ши. Рабочий класс СССР должен реальпо обеспечить такую постановку дела Красной армии, которая


    (постановка) автоматически уничтожила бы всякого Чан Кай-ши раньше, чем он поднял бы руку против нашей революции".

    За последние годы в клевете по адресу Красной армии пытались упражняться и правые уклонисты, пуская в ход ра,зпого рода сплетни в духе троцкистских выпадов против Краспой ар­мии. Как и раньше, эти глупые сплетни охотно подхватывались и раздувались контрреволюционной бедой эмиграцией и бур­жуазией.

    И правым и левым" в свое время хотелось найти какой- либо мостик к нашей Красной армии. Из этой попытки конечно ничего, кроме конфуза для оппозиционеров, пе могло получиться. Наша Красная армия политически выросла, большевистские ее командно-политические кадры представляют собой достаточно надежную организующую силу, обеспечивающую целиком и пол­ностью преданность Красной армии интересам пролетарской революции.

    Повторяю, на протяжении всего этого времени в Крас­ной армии пе было ни едипого, ни единого случая, кото­рый мог бы вызвать тревогу в отношении ее политической стойкости не только у ЦК, по и у непосредственных ее руко­водителей.

    А теперь подобные случаи в армии еще менее возможпы, хотя бы по одному тому, что к настоящему времени Красная армия значительно изменила свой социальный облик, даже по сравнению с 1927 г. Так например, если в 1927 г. в рядах Красной армии рабочих и батраков было 23,8 о/0, то к настоя­щему времени, к январю 1930 г., их стадо 32,9 о/0, крестьян было в 1927 г. 63 ,/о, а теперь—57,9о/о, служащих было 8,6о/о* теперь—8,8о/о, прочих было /о, а теперь—/0. Таким образом, как вы впдите, процент батраков и рабочих благодаря правиль­ному комплектованию увеличился за счет крестьян и „прочих".. А это означает усиление в армии пролетарского влияния, еще большее укрепление ее рядов.

    Начальствуюгций состав, т. е. командный и политический состав Красной армии,—это основное звено в системе наших вооруженных сил, это цемент, скрепляющий все их составные части, это та организующая сила, которая определяет, регуди« руст политико-моральное и боевое состояние Красной армии в соответствии с происходящими в страпе и вне ее социально- политическими процессами. Так вот это звено, о котором троц­кисты говорили, что оно перерождается, „формируется из ста­рых офицеров и кулацких элементов крестьянства4*, в содиаль-
    пом отношении представляет собой вполне надежную рево­люционную силу. Так рабочая прослойка в нем составляет ЗОо/о (без политсостава, где рабочая прослойка доходит до 46,7 о/0), а партийная прослойка (без политсостава) составляет 51,1 о/о. Наши военные школы, т. с. те лаборатории, в которых го­товятся папш командиры, из года в год улучшают социальный состав своих слушателей. В 192$ г. принято в военные школы рабочих 5'1,/о, в 1929 г.—уже 67,3 о/о рабочих от стапка. Я, товарищи, должен все же просить, чтобы вопросам комплек­тования военных шкод партия уделяла больше внимания. (Го­лоса: Правильно!“)

    Правые оппозиционеры, которые не переставали считать себя истинными коммунистами, тоже наболтали о составе армии вещи, которые не соответствуют действительности. А если их спросить: что же вы практически сделали для того, чтобы улуч­шить социальный состав Красной армии, то они должны будут ответить: ровно ничего. Угланов, паркомтруд, который ве­дает вопросами труда, т. е. вопросами подбора и укомплек­тования заводов, фабрик и учреждений, ровным счетом ни­чего пе сделал для пролетаризации армии пли хотя бы пере­менного состава военпых школ. Почему ему пе принять уча­стия в этом деле, почему он пи разу не позвонил хотя бы мне и не спросил, как обстоит дело с комплектованием школ, нельзя ли подбросить тебе пролетариев. Но в томо и штука, что правые были заинтересованы в другом, в чем им пришлось и разочароваться и за что опи теперь расплачиваются. Мы каждого пролетария в Красную армию принимаем с распро­стертыми объятиями.

    Тем не менее, вопреки веем наговорам правых, мы имеем неплохие по своему социальному положению командные кадры. Участников гражданской войны среди командиров пехотных пол­ков и дивизий 96,6 о/о, среди командиров кавалерийских полков и кавдивизий—97,5о/о. Примерно такая же картина и с коман­дирами батальонов. Среди командиров рот участников граждан­ской войны 7/о. Все эти командиры прошли с нами всю гра­жданскую войну. Разумеется, пролетарская революция для них дорога, как и для всякого рабочего и коммуниста. Бывших офи­церов, па которых кивают правые и левые44, у нас в средпем комсоставе, основной массе комапдиров, всего 6,/о. Всего же бывших офицеров в Красной армии 10,/о, причем боль­шинство из них —члены партии. Разговоры о том, что Краспая армия руководится старыми царскими офицерами,—сейчас уже устаревшая и клеветническая болтовня: 10,6о/о старых офицеров,
    тонущие в 51 о/о командиров-партийцев, большевиков,—это су­щий пустяк. Эти>1 можно пугать только малых ребят да тешить себя уклонистам некоторыми оппортунистическими иллюзиями. (Аплодисменты.)

    Два слова о нашей парторганизации.

    Мьг, большевики, прпвыкди верить,— а теперь эта вера уже переходит в знание,—что большевики все могут. А если этих большевиков мпого, если опи оргапизованы по всем правилам большевистского искусства да если они идут пога в ногу с Цен­тральным комитетом своей партии, осуществляющим волю пар­тийных съездов, во.ш всей партии,—то этп большевики всемо­гущи. Так вот в пашей Красной армии большевиков в 1928 г. было 82 тыс., а в 1930 г. их уже стало 129 тыс. человек. (Аплодисменты.) При этом нуя;по иметь в виду, что рядом с этой могущественной организацией мы имеем другую органи­зацию, которая работает с таким же энтузиазмом в Красной армии, организацию, которая идет пога в ногу с нашей партий­ной организацией,—это комсомольская организация. Она насчи­тывает в своих рядах 150 тыс. человек. Соедините эти две силы—130 тыс. партийцев и 150 тыс. комсомольцев — и вы подучите 280-тысячпую монолитную силу, готовую самоотвер­женно выполнять волю нашей партии. (Аплодисменты.) Можно ли при таких условиях допускать мысль о политической неустой­чивости Красной армии? Можно ли думать, что опа может когда бы то ни было отказаться от выполнения своего долга? Только сумасшедшие, только люди, которые не только не верят в силы нашей партии, но не верят и в силы революции, люди, которые вообще запутались в трех соснах, люди, мозги которых представляют собой нечто разжиженное, способны договориться до подобной глупости.

    Но может быть наша военная парторганизация состоит сплошь из мелкобуржуазных элементов, из крестьянства, т. е. из элементов, вчера пришедших из деревни и поэтому не совсем еще окрепших, не связанных с пролетариатом?

    Ничего подобного. В 1928 г. мы им&ди в пашей парторга­низации рабочих 41 о/о, крестьян —32о/о, служащих —25%. А в 1930 г., т. е. через два года, мы имеем в парторганизации рабочих 58,/о. (Аплодисменты.) Не всякая организация может такими процентами похвастать — 58,/0 рабочих! Крестьян мы имеем 29 од, и с .тужащих 12 о/о, т. е. уменьшение в два раза по сравпению с 1928 г. Такая организация, если ее будут пра­вильно обслуживать вышестоящие органы, если она будет птти нога в ногу с Центральным комитетом, обеспечивает на все


    100 о/о политическую крепость нашей Красной армии. А поли­тическая сознательность и стойкость предопределяют и боевую мощь армии.

    ЦКК, подводя итоги чистки и проверки армейских парт­организаций, дала им следующую, по-моему правильную, оценку:

    Вполне здоровое состояние, рост идеологической выдер­жанности и большевистской стойкости партийных организаций РККА, могущих успешно проводить генеральную линию партии и обеспечить боевое и политическое воспитаиие Красной армии44.

    Вот какую оценку дала Центральная контрольная комиссия, которая весьма и весьма (жупа по части хороших отзывов, да еще нехорошим организацию!. ЦКК поступила совершенно пра­вильно, ибо она дала хорошую оценку хорошей организации за хорошую работу.

    В заключение корбтко остановлюсь на правых делах и гром­ких словах, которые мы здесь все слышали. Я не стану утомлять вашего внимания повторением того, что здесь говорилось. На XVI съезде, по-моему, дана сокрушительная, убийственная боль­шевистская опепка выступлениям и действиям правых оппорту­нистов.

    Я хочу остапшиться только на одном эпизоде. Томский, выступая с этой трибуны, заявил следующее: „Пас (т. е. Ры­кова, Томского, Бухарина) партия знает давно, мы—старые испытанные работники. Мы и раньше ошибались, и нас, меня, Томского в частности, Ленин бивал и бивал больно44. Эт° очень характерное заявление, но оно было бы более правильным и по-большевистски более достойным, если бы Томский про­должил свою мысль и рассказал бы, что Ленин больно бивал не только его, а их всех, т. е. Томского, Рыкова и Бухарина, а также —за что бивал их Ленин. ЭТ0: было бы интересно и поучительно.

    Ленин их действительно бивал, и бивал за все то же, за что их теперь бьет съезд, за что их била партия. Они, и Том­ский немножко, и Рыков больше, и очень много Бухарин, в свое время оппозиционно44 грешили при Ленине, и за это их Ледип бил. Ленин в своем так называемом завещании запи­сал в отношении Зиновьева и Каменева, что их дезертирство перед Октябрьской революцией было не случайпо. Я думаю, что ошибки Рыкова, Томского и Бухарина и вытекавшее от­сюда пзбпепие или биванпе, как здесь образно выразился Том­ский, нх Лениным тоже было не случайпо. Не случайностью также является и то обстоятельство, что Томский, Рыков и

    Бухарин па протяжении всего времени, когда мы с ними вме­сте работали после Ленина, когда они имели возможность осно­вательно продумать, что их бил Ленин и как опи должны вести себя без Ленина, чтобы избежать ошибок,—совершенно пе случайно, что onit этого ие продумали и соответствующих выводов для себя не сделали. Наоборот, они сделали для себя как раз обратный вывод.

    11а самом деле, что произошло? Бухарин, Рыков и Том­ский вместе с нами, так сказать единым фронтом, шли против „левых” оппортунистов, троцкистов и зиновьевцев. Мы громили их общими сипами. Почему же немедленно, буквально на второй же день после того, когда мы еще пе уничтожили, но уже поста­вили на колени „девых оппортунистов, почему Рыков, Бухарин и Томский свернули с ленинского пути п пошли направо? Чем Это объясняется? Объясняется это одпако очепь просто. При жизни Ленина их бивали, а если иной раз не так уж больно, то потому, что опи не так много „грешили. Ведь при Ленине все-таки „грешить групповщиной и уклоном было очепь трудно. Ленин имел в сотни раз большую жесткость и крепость руки, чем товарищ Сталин, которого сплошь и рядом обвиняют в жест­кости.

    Но вот Леннпа пе стало. Партия должна была повести ожесточеннейшую борьбу с троцкистами, которые на словах прикрывались левыми фразами, а на деле вели нашу револю­цию к гибели. Томский, Бухарин и Рыков заодно с нами били „левых”, но думали — теперь это стало яснее ясного —все время о правых делах. И как только партия покончила с „левыми, эта тройка быстро себя осознала, потом, немного потолковав между собой, обнаружила свое правое путро и сразу же начала обви­нять нас в „левизне, в троцкизме. Получилась этакая аберра­ция зрения, по-ученому выражаясь, или какое-то психологиче­ское затмение у этих товарищей, причина чему, по-моему, кроется в следующем: дерясь с Троцким Зиновьевым, правые думали, что вся ленинская партия приняла открыто правую про­грамму, что она после разгрома „левых оппортунистов пойдет по новому — правому — пути, по пути сдачи наших позиций, по пути ликвидации генеральной линии, по пути уступок мелкой буржуазии, по пути „спуска на тормозах”. И когда этого не‘слу­чилось, произошел разрыв между нашей ленинской партией п Бухариным, Рыковым, Томским и др.

    Вот об этом нужно было бы порассказать Томскому.

    Когда правые, умолчав об этом, спрашивают, за что же вы пас сечете, мы-де признали свои ошибки, мы готовы работать,


    когда Томский взывает к съезду —дайте поработать, нельзя же без конца каяться, проверьте меня на работе, то у нас, осо- беппо у тех, кто непосредственно1 соприкасался па протяже­нии всех этих лет с Рыковым, Бухариным, Томским, Углано­вым па практической работе, у меня лично, грешного, возникают большие сомпспия в возможности выздоровления этих това­рищей. Болезпь эта —правая болезнь, как и всякая другая болезнь оппозиции, напоминает коросту, своеобразную чесотку, от которой почти невозможно или очеиь трудно излечиться (смех), тем более если лечащийся сам не обнаруживает особенно большого желания излечиться. Этот грех за правыми водится. Прошло немало времени с момента подачи ими заявления об отказе от своих оппортунистических взглядов, а что на деле ими сделано, чтобы доказать партии, пролетариату искренность своего отказа от оппозиции, действительный поворот в сторону партии и ее генеральной линии? Ровно ничего для этого пе сделало.

    Когда буквально на второй день, после XV съезда Рыков, Томский и Бухарин показали свое истинное лицо, начади на наших глазах праветь и выступать против политики ЦК (осо­бенно по вопросу хлебозаготовок), которая; была единственно правильной, единственно возможной политикой л» наших усло­виях, мы приппмали все1 меры товарищеского воздействия на правых лидеров. Пам сперва казалось, чго это—временное за­блуждение, вызванное обнаружившимися трудностями. Но, не­взирая на все паши старания, на всю нашу добрую волю помочь товарищам, невзирая ва ангельское, я бы сказал, если бы на большевистском съезде было уместно такое выражение, тер­пение, проявленное всеми членами Политбюро в отношении Бухарина, Томского и Рыкова, а в особенности в отношении первых двух, на протяжении чуть ли не восьми месяцев сабо­тировавших решение Политбюро и волю ЦК,—все это впрок пе пошло.

    Будет ли им впрок XVI съезд партии, смогут ли они найти в себе настолько большевистской смелости, храбрости и стойко­сти, чтобы заявить о своих политических ошибках а сказать, что опи намерены делать для того, чтобы (стать действительно в ряды нашей большевистской партии и вместе ic ней итти по труднейшим путям, которые одни ведут нас к окончательной победе,— ближайшее будущее покажет.

    Здесь кто-то из выступавших сказал, что все объективные предпосылки для пашей окончательной победы налицо. Только субъективные факторы могут помешать нам решить историче-

    29    Вi. 'siriuos. Статьи в ча


    скую задачу, возложенную на наши; плечи, т. е. окончательно

      довести нашу страну до социализма и тем самым сделать громаднейший шаг вперед в борьбе мирового пролетариата За свое окончательное освобождение от капиталистического рабства.

    Этим главнейшим субъективным фактором является наша партия. Если она будет единой, монолитной, если воля нашей партии будет волей Ленина, если наша партия не будет знать никаких шатаний, если партия будет беспощадна ко всем укло­нам и еще более—-к их конкретным посителям, какое бы вы­сокое место опи пи занимали,— выпавшую на нас величайшую Задачу раскрепощения человечества от капитала мы безусловно разрешим. (Бурные, продолжительные аплодисменты.)

    Стенографический отчет XVI сЪезда ВКИ(б), стр. 504516, Лартиздат, 1935 г.




    [1] Оппортунисты — соглашатели.— Ред.

    [2]  Ленин, О лозунге ,.разоруягешиг£, Соч., т. XIX, стр. 315.