Юридические исследования - СУДЕБНЫЙ ОТЧЕТ по ДЕЛУ АНТИСОВЕТСКОГО „ПРАВО-ТРОЦКИСТСКОГО БЛОКА“ . Часть 1. -

На главную >>>

Иные околоюридические дисциплины: СУДЕБНЫЙ ОТЧЕТ по ДЕЛУ АНТИСОВЕТСКОГО „ПРАВО-ТРОЦКИСТСКОГО БЛОКА“ . Часть 1.



    НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ЮСТИЦИИ СССР


                                       СУДЕБНЫЙ ОТЧЕТ

                                              по делу

    АНТИСОВЕТСКОГО „ПРАВО-ТРОЦКИСТСКОГО БЛОКА“.

    РАССМОТРЕННОМУ ВОЕННОЙ КОЛЛЕГИЕЙ ВЕРХОВНОГО СУДА СОЮЗА ССР 2—13 марта 1938 г.

    ПО ОБВИНЕНИЮ                                            

    Бухарина Н. И., Рыкова А. И., Ягоды Г. Г., Крестия- ского Н. Н., Раковского X. Г., Розенголъца А. П., Иванова В. И., Чернова М. А., Гринько Г. Ф„ Зе­ленского И. А., Бессонова С. А., Икрамова А., Ходжаева Ф., Шапанговша В. Ф., Зубарева П. Т., Буланова П. П., Шевина Л. Г., Плетнева Д. Д., Казакова И. Н„ Максймова-Диковского В. А.

                      и Крючкова П. П.

    в преступлениях, предусмотренных ст. ст.

    58Ц 582, 587, 58S 589 и 5811 Уголовного кодекса РСФСР, а Иванова, Зеленского и Зубарева, кроме того, в преступлениях, пре­дусмотренных ст. 5813 Уголовного кодекса РСФСР

    ПОЛНЫЙ ТЕКСТ СТЕНОГРАФИЧЕСКОГО ОТЧЕТА


    МОСКВА 1938 ЮРИДИЧЕСКОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ЮСТИЦИИ СССР



    Ответственные за выпуск — В. Усков и В. Л1ашукоб Техническое оформление — Л. Васильке. Ответственный за корректуру — В. Пчелинцеб. Сданов набор 20/III 1938 г. Подписано к печати 28/111—6/IV 1938 г. Печ. листов 44,25. Уч.-авт. листов 52,31. Уполномоченный Главлита № Б-42812.


    1-я Образцовая типография Огиза РСФСР треста «Полиграфкнига».Москва,Валовая, 28



    СОДЕРЖАНИЕ


    Утреннее заседание 2-го марта

    Открытие судебного заседания..................................................................................................................... 7

    Обвинительное заключение............................................................................................................                 ц

    Допрос подсудимого Бессонова................................................................................................................. 39

    Вечернее заседание 2-го марта

    Допрос подсудимого Гринько..................................................................................................................... Qg

    Допрос подсудимого Чернова...................................................................................................................... 84

    Утреннее заседание 3-го марта

    Допрос подсудимого Иванова......................................................................................................... 104

    Допрос подсудимого Зубарева .......................................................................................................           128

    Допрос свидетеля Васильева Д. Н.................................................................................................           138

    Вечернее заседание 3-го марта.

    Допрос подсудимого Крестинского.............................................................................................. 141

    Допрос подсудимого Рыкова........................................................................................................... 146

    Утреннее заседание 4-го марта

    Допрос подсудимого Шаранговича.............................................................................................. 183

    Допрос подсудимого Ходжаева...................................................................................................... 194

    Вечернее заседание 4-го марта

    Допрос подсудимого Розенгольца................................................................................................. 222

    Второй допрос подсудимого Крестинского.............................................................................. 238

    Допрос подсудимого Раковского................................................................................................... 259

    Утреннее заседание 5-го марта

    Продолжение допроса подсудимого Раковского................................................................... 265

    Допрос подсудимого Зеленского.................................................................................................... 283

    Вечернее заседание 5-го марта

    Допрос подсудимого Икрамова..................................................................................................... 305

    Допрос подсудимого Бухарина...................................................................................................... 331

    Утреннее заседание 7-го марта

    Продолжение допроса подсудимого Бухарина....................................................................... 351

    Допрос свидетеля Яковлевой В. Н................................................................................................ 390

    Вечернее заседание 7-го марта

    Продолжение допроса свидетеля Яковлевой В. Н................................................................ 403

    Допрос свидетеля Осинского В. В. . . ....................................................................................                   407

    Допрос свидетеля Манцева В. Н..................................................................................                              414

    Допрос свидетеля Камкова Б. Д..................................................................................................... 430

    Допрос свидетеля Карелина В. А......................................................................................... .                  440

    Вопросы к экспертизе..................................................................................................................................... 45!



    Утреннее заседание 8-го марта

    Допрос подсудимого Левина . *................................................ 454

    Вечернее заседание 8-го марта

    Допрос подсудимого Буланова ...........................................    488

    Допрос подсудимого Ягоды . ........................................  .         502

    Допрос подсудимого Крючкова ..........................................    515

    Утреннее заседание 9-го марта

    Допрос подсудимого Плетнева ...........................................    520

    Допрос подсудимого Казакова ...................................................... ............................................ 52G

    Ответы медицинской экспертизы на вопросы, поставленные

    государственным обвинителем................................ 535, 544

    Допрос подсудимого Максимова-Диковского ...... 537

    Допрос свидетеля доктора М. Ю. Белостоцкого ..... 542

    Закрытое судебное заседание.................................. 549

    Утреннее заседание 11-го марта

    Речь государственного обвинителя Прокурора Союза ССР

    А........................................................................................ Я. Вышинского........................................................................ 55и

    '                 Вечернее заседание 11-го марта

    Речь защитника И. Д. Брауде                                                      д[5

    Речь защитника Н. В. Коммодова......................................... g21

    Последнее слово подсудимого Бессонова . .......................... 03q

    Последнее слово подсудимого Гринько................................ 533

    Последнее слово подсудимого Чернова................................ дзд

    Утреннее заседание 12-го марта

    Последнее слово подсудимого Иванова...............................

    Последнее слово подсудимого Крестинского........................ 644

    Последнее слово подсудимого Зубарева............................... §49

    Последнее слово подсудимого Рыкова....................................... 050

    Последнее слово подсудимого Шаранговича.............................. 654

    Последнее слово подсудимого Ходжаева............................. 65б

    Последнее слово подсудимого Зеленского........................... ggQ

    Последнее слово подсудимого Икрамова.................................... gg5

    Последнее слово подсудимого Раковского...........................

    Последнее слово подсудимого Розенгольца................................. 674

    Вечернее заседание 12-го марта

    Последнее слово подсудимого Бухарина..................................... 67g

    Последнее слово подсудимого Левина................................. ggg

    Последнее слово подсудимого Буланова..............................

    Последнее слово подсудимого Ягоды.................................. 0дд

    Последнее слово подсудимого Крючкова.................................... б9б

    Последнее слово подсудимого Плетнева..............................

    Последнее слово подсудимого Казакова..................................... qqj

    Последнее слово подсудимого Максимова-Диковского . . .          qqq

    Приговор ...............................................



    СУДЕБНЫЙ ОТЧЕТ



    СОСТАВ СУДЕБНОГО ПРИСУТСТВИЯ ВОЕННОЙ КОЛЛЕГИИ ВЕРХОВНОГО СУДА СОЮЗА ССР


    ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ:

    Армвоенюрист В. В. Ульрих, Председатель Военной Коллегии Верховного Суда Союза ССР

    ЧЛЕНЫ СУДА:

    Корвоенюрист И. О. Матулевт,

    Заместитель Председателя Военной Коллегии Верховного Суда Союза ССР

    Диввоенюрист Б. И. Иевлев,

    Член Военной Коллегии Верховного Суда Союза ССР

    СЕКРЕТАРЬ:

    Военный юрист 1-го ранга А. А. Батнер

    ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ОБВИНИТЕЛЬ:

    А.   Я- Вышинский,

    Прокурор Союза ССР

    ЗАЩИТНИКИ:

    И. Д. Брауде и Н. В. Коммодов, члены Московской коллегии защитников





    Комендант суда. Суд идет, прошу встать.

    Председательствующий. Садитесь. Заседание Военной Колле­гии Верховного Суда Союза ССР объявляется открытым.

    Слушается дело Бухарина Николая Ивановича, Рыкова Алексея Ивановича, Ягоды Генриха Григорьевича, Крестин- ского Николая Николаевича, Раковского Христиана Геор­гиевича, Розенгольца Аркадия Павловича, Иванова Вла­димира Ивановича, Чернова Михаила Александровича, Гринько Григория Федоровича, Зеленского Исаака Абра­мовича, Бессонова Сергея Алексеевича, Икрамова Акмаля, Ходжаева Файзуллы, Шаранговича Василия Фомича, Зубарева Прокопия Тимофеевича, Буланова Павла Петро­вича, Левина Льва Григорьевича, Плетнева Дмитрия Дмит­риевича, Казакова Игнатия Николаевича, Максимов а- Диковского Вениамина Адамовича и Крючкова Петра Петровича, обвиняемых в измене родине, шпионаже, диверсии, терроре, вредительстве, подрыве военной мощи СССР, провокации военного нападения иностранных государств на СССР, — то есть в преступлениях, предусмотренных ст. ст. 58, 582, 587, 588, 589 и 5811 УК РСФСР.

    Подсудимый Бухарин Николай Иванович, обвинительное за­ключение вы получили?

    Бухарин. Да, получил.

    Председательствующий. Подсудимый Рыков Алексей Ивано­вич, обвинительное заключение вы получили?

    Рыков. Да.

    Председательствующий. Подсудимый Ягода Генрих Григорь­евич, обвинительное заключение вы получили?

    Ягода. Да.

    Председательствующий. Подсудимый Крестинский Николай Николаевич, обвинительное заключение вы получили?

    Крестинский. Да.

    Председательствующий. Подсудимый Раковский Христиан Георгиевич, обвинительное заключение вы получили?

    Раковский. Получил.

    Председательствующий. Подсудимый Розенгольц Аркадий Павлович, обвинительное заключение вы получили?

    Розенгольц. Да.


    7



    Председательствующий. Подсудимый Иванов Владимир Ива­нович, обвинительное заключение вы получили?

    Иванов. Обвинительное заключение получил. Председательствующий. Подсудимый Чернов Михаил Алек­сандрович, обвинительное заключение вы получили?

    Чернов. Получил.

    Председательствующий. Подсудимый Гринько Григорий Фе­дорович, обвинительное заключение вы получили?

    Гринько. Получил.

    Председательствующий. Подсудимый Зеленский Исаак Абра­мович, обвинительное заключение вы получили?

    Зеленский. Получил.

    Председательствующий. Подсудимый Бессонов Сергей Алек­сеевич, обвинительное заключение вы получили?

    Бессонов. Получил.

    Председательствующий. Подсудимый Икрамов Акмаль, обви­нительное заключение вы получили?

    Икрамов. Да.

    Председательствующий. Подсудимый Ходжаев Файзулла, об­винительное заключение вы получили?                                   Ходжаев. Получил.

    Председательствующий. Подсудимый Шарангович Василий Фомич, обвинительное заключение вы получили?

    Шарангович. Получил.

    Председательствующий. Подсудимый Зубарев Прокопий Ти­мофеевич, обвинительное заключение вы получили?

    Зубарев. Получил.

    Председательствующий. Подсудимый Буланов Павел Петрович обвинительное заключение вы получили?                                    

    Буланов. Получил.

    Председательствующий. Подсудимый Левин Лев Григорьевич обвинительное заключение вы получили?                                   н

    Левин. Получил.

    ,и"Р,еДСеГеЛЬСТВуЮЩИЙ- Подсудимый Плетнев Дмитрий Дмит­риевич, обвинительное заключение вы получили5 Плетнев. Получил.       '

    . "?еДСе^ТеЛЬСТВуЮЩИЙ- ПоДсУДИмый Казаков Игнатий Нико­лаевич, обвинительное заключение вы получили?

    Казаков. Получил.

    Председательствующий. Подсудимый Максимов Вениамин

    мГГоЧн жПбрамошТ ФаМИЛИЯ Диковский Ве«иамин Ада- Максимов. Да.

    «у,ЙГЛ"',"'СТУЮЩЛ О®™™®™, заключение вы „о- Максимов. Да.

    Крючков. Получил.



    Председательствующий. Состав суда по данному делу:

    Председательствующий — председатель Военной Коллегии Верховного Суда Союза ССР армвоенюрист В. В. Ульрих; члены суда: заместитель председателя Военной Коллегии — кор- военюрист М а т у л е в и ч И. О., диввоенюрист Иевлев Б. И. и запасный член суда—бригвоенюрист Зырянов И. М.

    Обвинение поддерживает Прокурор Союза ССР А. Я. В ы- ш и н с к и й.

    Защищают подсудимых: Левина — член Московской коллегии защитников И. Д. Брауде, подсудимых Плетнева и Казакова — член Московской коллегии защитников Н. В. К о м м о д о в; остальные подсудимые при окончании предварительного след­ствия на вопрос о защите отказались от защитников, заявив, что> защищаться будут сами.

    Я повторяю вопрос о защите.

    Подсудимый Бухарин, вы желаете иметь защитника?

    Бухарин. Нет.

    Председательствующий. Подсудимый Рыков, вы желаете иметь защитника?

    Рыков. Нет.

    Председательствующий. Подсудимый Ягода, вы желаете иметь защитника?

    Ягода. Нет.

    Председательствующий. Подсудимый Крестинский, вы желаете иметь защитника?

    Крестинский. Нет, я буду защищаться сам.                                      .

    Председательствующий. Подсудимый Раковский, вы желаете иметь защитника?

    Раковский. Нет.

    Председательствующий. Подсудимый Розенгольц, вы желаете иметь защитника?

    Розенгольц. Нет.

    Председательствующий. Подсудимый Иванов, вы желаете иметь защитника?

    Иванов. Нет, защита мне не нужна, защищаться я не соби­раюсь. Я здесь нахожусь для того, чтобы нести полную ответ­ственность за свои преступления.

    Председательствующий. Подсудимый Чернов, вы желаете иметь защитника?

    Чернов. Нет.

    Председательствующий. Подсудимый Гринько, вы желаете иметь защитника?

    Гринько. Нет.

    Председательствующий. Подсудимый Зеленский, вы желаете иметь защитника?

    Зеленский. Нет.


    9



    Председательствующий. Подсудимый Бессонов, вы желаете иметь защитника?

    Бессонов. Нет.

    Председательствующий. Подсудимый Икрамов, вы желаете иметь защитника?

    Икрамов. Нет.

    Председательствующий. Подсудимый Ходжаев, вы желаете иметь защитника?

    Ходжаев. Нет.

    Председательствующий. Подсудимый Шарангович, вы желаете иметь защитника?

    Шарангович. Нет.

    Председательствующий. Подсудимый Зубарев, вы желаете иметь защитника?

    Зубарев. Нет.

    Председательствующий. Подсудимый Буланов, вы желаете иметь защитника?

    Буланов. Нет.

    Председательствующий. Подсудимый Максимов, вы желаете иметь защитника?

    Максимов. Нет.

    Председательствующий. Подсудимый Крючков, вы желаете иметь защитника?

    Крючков. Нет.

    Председательствующий. Разъясняю тем подсудимым, которые отказались от защиты, что они имеют право на защитительные •речи, независимо от последних слов.

    Разъясняю всем подсудимым, что они имеют право задавать вопросы друг другу, а также давать разъяснения по отдельным моментам судебного следствия.

    Товарищ Прокурор, вы имеете ходатайства о вызове допол­нительных по делу свидетелей или о приобщении к делу допол­нительных документов?

    Вышинский. Нет, пока не имею, но Уголовно-процессуаль­ный кодекс мне предоставляет право в любое время судеб­ного следствия заявлять ходатайства о вызове свидетелей и приобщении дополнительных документов. Прошу это право за мной сохранить.

    Председательствующий. Несомненно. Защита имеет хода­тайства?

    Защитники. Нет.

    Председательствующий. У подсудимых есть заявления о вы­зове, свидетелей или приобщении документов? Нет.

    Приступаем к оглашению оовинительного заключения

    Секретарь суда (оглашает обвинительное заклю­чение).

    ю




    по делу Бухарина Н. И., Рыкова А. И., Ягоды Г. Г., Крестинского Н. Н., Раковского X. Г., Розенголfa­il а А. П., Иванова В. И., Чернова М. А., Гринько Г. Ф., Зеленского И. А., Бессонова С. А., И к р а- мова А., Ходжаева Ф., Шаранговича В. Ф., Зуба­рева П. Т., Буланова П. П., Левина Л. Г., Плетнева Д. Д., Казакова И. Н., Максимова-Диковского В. А. и Крючкова П. П., — обвиняемых в том, что они по заданию разведок враждебных к Советскому Союзу иностран­ных государств составили заговорщическую группу под назва­нием «право-троцкистский блок», поставившую своей целью шпионаж в пользу иностранных государств, вредительство, ди­версии, террор, подрыв военной мощи СССР, провокацию воен­ного нападения этих государств на СССР, расчленение СССР и отрыв от него Украины, Белоруссии, Средне-Азиатских респуб­лик, Грузии, Армении, Азербайджана, Приморья на Дальнем Во­стоке — в пользу упомянутых иностранных государств, наконец, свержение в СССР существующего социалистического общест­венного и государственного строя и восстановление капитализма, восстановление власти буржуазии.

    Произведенным органами НКВД расследованием установлено, что по заданию разведок враждебных к СССР иностранных госу­дарств обвиняемые по настоящему делу организовали заговор­щическую группу под названием «право-троцкистский блок», по­ставившую своей целью свержение существующего в СССР соци­алистического общественного и государственного строя, восста­новление в СССР капитализма и власти буржуазии, расчленение СССР и отторжение от него в пользу указанных выше государств Украины, Белоруссии, Средне-Азиатских республик, Грузии, Ар­мении, Азербайджана и Приморья.

    Следствием установлено, что «право-троцкистский блок» объ­единял в своих рядах подпольные антисоветские группы троц­кистов, правых, зиновьевцев, меньшевиков, эсеров, буржуазных националистов Украины, Белоруссии, Грузии, Армении, Азербай­джана, Средне-Азиатских республик, что подтверждается матери­алами не только настоящего следствия, но и материалами судеб­ных процессов, прошедших в разных местах в СССР, и, в частно­сти, судебных процессов по делу группы военных заговорщи­ков — Тухачевского и других, осужденных Специальным Присутствием Верховного Суда СССР 11 июня 1937 года, и по де­лу группы грузинских буржуазных националистов — Мдивани, Окуджава и других, осужденных Верховным Судом Грузин­ской ССР 9 июля 1937 года.

    Лишенные всякой опоры внутри СССР, участники «право-тро­цкистского блока» все свои надежды в борьбе против существу­ющего в СССР общественного и государственного социалистиче­ского строя и за захват власти возлагали исключительно на во-

    77



    оружейную помощь иностранных агрессоров, ооещавших ока­зать заговорщикам эту помощь на условиях расчленения СССР и отторжения от СССР Украины, Приморья, Белоруссии, Сред­не-Азиатских республик, Грузии, Армении и Азербайджана.

    Такое соглашение «право-троцкистского блока» с предста­вителями указанных выше иностранных государств облегчалось тем, что многие руководящие участники этого заговора явля­лись давнишними агентами иностранных разведок, осущест­влявшими в течение многих лет шпионскую деятельность в пользу этих разведок.

    Это прежде всего относится к одному из вдохновителей за­говора— врагу народа Троцкому. Его связь с Гестапо была исчерпывающе доказана на процессах троцкистско-зиновьев- ского террористического центра в августе 1936 года и антисо­ветского троцкистского центра в январе 1937 года.

    Однако, имеющиеся в распоряжении следствия по настояще­му делу материалы устанавливают, что связь врага народа Троцкого с немецкой политической полицией и разведками других стран относится к значительно более раннему периоду времени. Следствием точно установлено, что Троцкий был связан с германской разведкой уже с 1921 года и с английской «Ин- теллидженс Сервис» — с 1926 года.

    Что касается привлеченных по настоящему делу, то значи­тельная часть этих обвиняемых по их собственному признанию являются шпионами-агентами иностранных разведок уже дли­тельное время.

    Так, обвиняемый Крестинский Н. Н. по прямому зада­нию врага народа Троцкого вступил в изменническую связь с германской разведкой в 1921 году.

    Обвиняемый Розенгольц А. П. — один из руководите­лей троцкистского подполья — начал свою шпионскую работу для германского генерального штаба в 1923 году, а для англий­ской разведки — в 1926 году.

    Обвиняемый Раковский X. Г. — один из ближайших и особо доверенных людей J1. Троцкого — являлся агентом английской «Интеллидженс Сервис» с 1924 года и японской оаз- ведки — с 1934 года.

    Обвиняемый Чернов М. А. начал свою шпионскую паботу в пользу Германии в 1928 году, связавшись с германской раз­ведкой по инициативе и при содействии небезызвестного эми­гранта — меньшевика Дана.

    Обвиняемый Шарангович В. Ф. был завербован и пере­брошен польской разведкой для шпионской работы в СССР в 1921 году.

    Обвиняемый Гринько Г. Ф. стал шпионом германской и польской разведок в 1932 году.

    Руководители «право-троцкистского блока», в том числе обви­няемые по настоящему делу Рыков, Бухарин и другие были полностью осведомлены о шпионских связях своих соучаст­ников и всячески поощряли расширение этих шпионских связей.

    Все это достаточно объясняет, почему эти господа состояв- 12 ’



    шие на службе иностранных разведок, с такой легкостью шли на расчленение СССР и отторжение целых областей и респуб­лик в пользу иностранных государств.

    Соглашение «право-троцкистского блока» с иностранными разведками также облегчалось и тем, что некоторые из обвиня­емых по настоящему делу заговорщиков являлись провокато­рами и агентами царской охранки.

    Пробравшись на ответственные посты в Советском государ­стве, эти провокаторы, однако, не переставали опасаться разоб­лачения своих преступлений против рабочего класса, против дела социализма. Охваченные постоянным страхом своего раз­облачения, эти участники заговора видели свое единственное спасение в свержении Советской власти, ликвидации советского строя, восстановлении власти помещиков и капиталистов, в ин­тересах которых они продавались царской охранке и при кото­рой они только и могли чувствовать себя вне опасности.

    Так, обвиняемый Зеленский И. А. являлся агентом са­марского жандармского управления с 1911 года. С того вре­мени Зеленский под кличками «Очкастый» и «Салаф» си­стематически информировал жандармское управление о дея­тельности самарской организации большевиков, получая за это регулярно ежемесячное денежное вознаграждение.

    Обвиняемый Иванов свою провокаторскую деятельность начал с 1911 года, когда был завербован тульской охранкой и стал агентом охранки под кличкой «Самарин».

    Обвиняемый Зубарев был завербован царской полицией в 1908 году и сотрудничал в ней под кличками «Василий», «Па- лин» и «Прохор».

    Как установлено следствием, для достижения своих преступ­ных целей по свержению Советского правительства, захвату вла­сти и восстановлению капитализма в СССР заговорщики, по пря­мым указаниям иностранных разведок, вели широкую шпион­скую работу в пользу этих разведок, организовывали и осущест­вляли вредительские и диверсионные акты в целях обеспечения поражения СССР в предстоящем нападении на СССР фашист­ских агрессоров, всячески провоцировали ускорение этого на­падения фашистских агрессоров, а также организовали и осу­ществили ряд террористических актов против руководителей партии, правительства и выдающихся советских деятелей.

    I.   ШПИОНАЖ ПРОТИВ СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА И ИЗМЕНА РОДИНЕ

    Следствием установлено, что большинство главарей «право­троцкистского блока», обвиняемых по настоящему делу, осуще­ствляло свою преступную деятельность по прямому указанию Троцкого и по планам, широко задуманным и разработанным в генеральных штабах некоторых иностранных государств.

    Агент германской разведки — видный троцкист, обвиняемый Крестинский — на допросе в Прокуратуре Союза ССР 2 де­кабря 1937 года заявил:



    «На шпионскую связь с немцами я пошел по прямому за­данию Троцкого, который поручил мне начать по этому поводу переговоры с генералом Сектой...»

    (т. 3, л. д. 102).

    Касаясь обстоятельств установления связей троцкистской ор­ганизации с немецкой разведкой, обвиняемый Крестинский показал, что он зимой 1921 года вел с командующим германским рейхсвером генералом Сектой переговоры о получении от рейхсвера денежных средств для ведения троцкистской подполь­ной работы взамен предоставления троцкистами немецкой раз­ведке шпионских материалов.

    Обвиняемый Крестинский по этому поводу показал:

    «...Т р о ц к и й поручил мне по приезде в Берлин завязать по этому вопросу переговоры с генералом Сектой. Эту ди­рективу Троцкого я выполнил...» (т. 3, л. д. 14 об.).

    Обвиняемый Крестинский, говоря далее о своей и своих сообщников изменнической деятельности, показал:

    «С генералами Сектом и Хассе мы договорились о том, что будем содействовать рейхсверу в создании на терри­тории СССР ряда опорных разведывательных пунктов путем беспрепятственного пропуска командируемых рейхсвером раз­ведчиков и что мы будем снабжать рейхсвер разведыватель­ными материалами, то есть, попросту говоря, будем немецкими . шпионами. За это рейхсвер обязался ежегодно выплачивать 250.000 марок в виде субсидии на контрреволюционную троц­кистскую работу...»

    (т. 3, л. д. 102).

    «Выплата денежных субсидий производилась регулярно частями, несколько раз в год, главным образом, в Москве и изредка в Берлине...

    В Берлине эти деньги, когда их по тем или иным причи­нам не выплачивали в Москве, получал я непосредственно от Секта, обычно. отвозил в Москву сам и передавал Too и­. К0МУ*-  (т. 3, л. д. 15)

    Другой видный троцкист, один из руководителей антисовет­ского троцкистского подполья и активный участник заговора обвиняемый Розенгольц, уличенный в шпионаже, подтвеп-’ показал;следствии Факт соглашения Троцкого с рейхсвером,

    «Моя шпионская деятельность началась еще в 1923 ronv когда по директиве Троцкого я передал ряд секретных’ данных командующему рейхсвером Секту и начальник^ мецкого генштаба Хассе. В дальнейшем со мной™сред-

    Z*T° СВЯЗЗЛСЯ............. П0С0Л в СССР г-н N, которому я пе­р одически передавал сведения шпионского характера После

    П1>ВД0Мал ш"»о»«УК> связь Левым пос-


    14


    лом г-ном N».                                              , й                „ ---

    (г. Ь, л. д. 131 об.).



    После фашистского переворота в Германии шпионская работа троцкистов приняла еще более широкий и резко выраженный пораженческий характер.

    Обвиняемый Бессонов, по его собственному признанию, принимавший активное участие в нелегальных переговорах троц­кистов с германскими фашистскими, преимущественно, военными кругами о совместной борьбе против СССР, не только лично вел переговоры о поддержке антисоветского заговора с ближайшим сотрудником Розенберга по внешне-политическому отделу фашистской партии Д а й ц е м, но и был в курсе встреч и пере­говоров Л. Троцкого с Гессом, Нидермайером и проф. Хаусховером, с которыми Л. Троцкий и достиг соглашения на условиях, о которых говорил Пятаков на судебном процессе по делу антисоветского троцкистского центра.

    Обвиняемый Бессонов показал, что:

    «... как видно из этих условий... центр тяжести подпольной работы троцкистов переносился на подрывные шпионские, диверсионные и террористические акты внутри СССР».

    (т. 11, л. д. 106).

    Наличие соглашения Л. Троцкого и троцкистской органи­зации в СССР с фашистскими кругами и проведение в СССР подрывной пораженческой работы по указаниям германской разведки признали на следствии и другие обвиняемые по на­стоящему делу.              .

    Однако, связями с германским фашизмом пораженческая ра­бота троцкистских наймитов не ограничивалась. Они вместе с другими участниками антисоветского заговора, в соответствии с линией Л. Троцкого, ориентировались и на другого фа­шистского агрессора — Японию.

    Фактическая сторона изменнических отношений антисовет­ских заговорщиков с японской разведкой представляется по ма­териалам следствия в таком виде.

    Как показал обвиняемый Крестинский, во время свида­ния с Л. Троцкимв Меране, в октябре 1933 года, Троцкий ему заявил о необходимости установления более тесной связи с японской разведкой.

    Это указание Троцкого было Крестинским передано Пятакову и другим главарям заговора, которые через обви­няемого Раковского и других участников заговора вошли в изменнические сношения с представителями Японии, обязав­шимися оказать заговору вооруженную помощь в свержении Советской власти, взамен чего заговорщики обещали отдать Японии советское Приморье.

    Как установлено следствием, обвиняемый Раковский в связи с его пребыванием в Японии летом 1934 года получил от Пятакова указание о том, что —

    «... нужно усилить одновременно и внешнюю деятельность в смысле контакта с враждебными СССР правительствами..., надо попытаться использовать поездку в Токио, и что, веро-



    ятно,

    НИИ».


    предпримет необходимые шаги в этом направле-

    (т. 4, л. д. 194).


    Это поручение обвиняемый Раковский выполнил -и, нахо­дясь в Токио, действительно установил преступную связь с..............................

    кругами.                                                                 v

    По этому поводу обвиняемый Раковский показал:

    «Все эти обстоятельства имели своим логическим и прак­тическим последствием тот факт, что я... стал со времени

    моего пребывания в Токио прямым агентом-шпионом ........................

    будучи завербован для этой цели, по поручению ....................  г-ном

    N, влиятельнейшим политическим деятелем капиталистиче- ско-феодальной Японии и одним из крупнейших ее плуто­кратов».                                                                       (т. 4, л. д. 186).

    Тот же обвиняемый Раковский, говоря о связи врага на­рода Л. Троцкого с английской разведкой, показал:

    «Троцкий, как мне было известно, являлся агентом «Интеллидженс Сервис» с конца 1926 года. Об этом мне сооб­щил сам Троцкий».

    (т. 4, л. д. 363).

    Входившие в состав «право-троцкистского блока» группы буржуазных националистов также были теснейшим образом свя­заны с иностранными разведками.

    Так, обвиняемый Гринько, являвшийся агентом немецкой и польской разведок, касаясь антисоветской деятельности украинской национал-фашистской организации, одним из руко­водителей которой он являлся, показал:

    «... к 1930 году относится обсуждение в нашей организа­ции вопроса о необходимости договориться с Польшей об оказании военной помощи повстанческому выступлению на Украине против Советской власти. В результате этих пере­говоров с Польшей было достигнуто соглашение и польский генеральный штаб усилил переброску на Украину оружия, диверсантов и петлюровских эмиссаров».

    (т. 9, л. д. 18).

    И далее:

    «В конце 1932 года я, на почве моей националистической работы, вступил в изменническую связь с г-ном N. Мы встре­чались с ним в моем служебном кабинете, куда г-н N являлся по делам германской концессии».

    «Во второй половине 1933 года г-н N мне прямо сказал, что германские фашисты хотят сотрудничать с украинскими националистами по украинскому вопросу. Я ответил г-ну N согласием на сотрудничество. В дальнейшем, на протяжении 1933 1934 годов у меня было несколько встреч с г-ном N, а перед его отъездом из СССР он связал меня с г-ном N, с ко­торым я продолжал свои изменнические сношения».


    16


    (т. 9, л. д. 286 об.).



    Другой участник антисоветского заговора и один из руково­дителей националистической организации в Узбекистане обви­няемый Икрамов показал:

    «Перед нами постоянно возникал вопрос о необходимости ориентироваться на одно из сильных европейских государств, которое оказало бы нам непосредственную помощь в момент вооруженной борьбы против Советской власти...»

    (т. 12, л. д. 59, 60).

    «...некоторые члены контрреволюционной организации счи­тали Англию наиболее реальной в деле оказания помощи нам, *ак как она страна мощная и сможет с достаточной силой поддержать нас в момент непосредственной вооруженной

    борьбы...»                                                      , „

    *                                                                                    (т. 12, л. д. 60).

    Обвиняемый Шарангович, агент польской разведки и один из руководителей антисоветской организации белорусских национал-фашистов, признал, что эта организация вела свою под­рывную работу не только по указаниям правых и «право-троц­кистского блока», но и по директивам польской разведки.

    По этому поводу обвиняемый Шарангович показал:

    «К этому периоду (1933 год) сгладились какие-либо разно­гласия между правыми, троцкистами и национал-фашистами. Все мы ставили перед собой одну задачу — задачу борьбы с Советской властью любыми методами, включая террор, ди­версию и вредительство. Конечной целью всех этих трех ор­ганизаций, действовавших на территории национальной рес­публики, было отторжение Белоруссии от Советского Союза и создание «независимого» буферного государства, которое, несомненно, находилось бы целиком в руках Польши и Гер­мании...»        (т. 14, л. д. 27).

    II далее:

    «Несмотря на то, что директивы, получаемые нами, исхо­дили, с одной стороны, из Москвы, от центра правых и троц­кистов, а с другой стороны, из Варшавы — от польских................................

    ........ кругов, никакого различия в их содержании не было,

    они были едины и нами претворялись в жизнь».

    (т. 14, л. д. 31).

    Обвиняемый Рыков полностью подтвердил наличие измен­нической связи правых с фашистской Польшей, показав:

    «...группа участников организации правых, в соответст­вии с указаниями центра правых и моими личными указания­ми, в целях осуществления наших заговорщических, измен­нических планов установила связь с фашистской Польшей, с польскими разведывательными органами в частности».

    (т. 1, л. д. 118).

    Говоря далее о планах отторжения от СССР Белоруссии, об­виняемый Рыков показал:


    2 Процесс «право-троцкистского блоки»


    77



        «Общая формула, на которой мы тогда сошлись, своди­лась к тому, что в переговорах с поляками... мы пойдем на отторжение от СССР Белорусской советской республики, на создание «независимой» Белоруссии под протекторатом Польши...»         (т. 1, л. д. 119).

    Как установлено следствием, вся преступная деятельность вхо­дившей в «право-троцкистский блок» антисоветской группы правых доказывает, что правые были такой же агентурой ино­странных генштабов, как и другие участники этого заговора.

    Одни из правых — непосредственно, другие — через своих со­общников также были связаны с разведками иностранных го­сударств, на помощь которых в своей борьбе против Советской власти они только и рассчитывали.

    Обвиняемый Бухарин был в курсе переговоров Л. Т р о ц­к о г о с немецкими фашистами и, также, как и Л. Троцки й, подготовлял поражение СССР и отторжение от СССР Украины» Белоруссии, Приморья, Грузии, Армении, Азербайджана и Сред­не-Азиатских республик.

    Это признал полностью обвиняемый Бухарин, показавший следующее:

    «К тому времени, когда Троцкий вел переговоры с не­мецкими фашистами и обещал им территориальные уступки, мы, правые, уже были в блоке с троцкистами. Р а д е к мне говорил, что Троцкий считает основным шансом прихода блока к власти поражение СССР в войне с Германией и Япо­нией и предлагает после этого поражения отдать Германии Украину, а Японии — Дальний Восток. Радек мне сообщил об этом в 1934 году...»                        (т. 5, л. д. 107).

    По этому поводу обвиняемый Ф. Ходжаев на следствии показал:

    «Бухарин указывал, что Узбекистан и Туркмения должны быть отторгнуты от СССР и существовать под протекторатом Японии и Германии, но что при этом не удастся обойти и Англию и потому надо пойти на завязывание связей с ан­гличанами. Реальнее всего стоял вопрос о протекторате Анг­лии и потому упор был взят на нее».

    (т. 13, л. д. 89—89 об.).

    Показание обвиняемого Ф. Ходжаева находит себе полное подтверждение и в других материалах следственного производ­ства, полностью изобличающих пораженческую линию «право­троцкистского блока».

    Так, обвиняемый Рыков по этому вопросу показал:

    «Что же касается нашей пораженческой позиции, то и ее Бухарин полностью разделял и высказывался за эту пози­цию еще более резко, чем мы. В частности, именно он внес предложение и формулировал идею открытия фронта нем­цам в случае войны».        "

    (т. 1, л. д. 152).


    1S



    Характеризуя свое отношение к этому вопросу, обвиняемый Рыков показал:                                                      .

    «Как и другие члены центра правых, я был осведомлен об изменнических переговорах представителей нашей контррево­люционной организации с германскими фашистами, поддерж­ку которых мы искали. Естественно, что такая поддержка бы­ла связана с необходимостью уступок германским фашистам, на что мы и шли».                                      

    (т. 1, л. д. 151 об.).

    Такова была шпионская и пораженческая работа «право­троцкистского блока», этих изменников, продававших иностран­ным разведкам советские государственные тайны, торговавших свободой народов СССР, независимостью и неприкосновенностью Социалистического государства рабочих и крестьян.

    Осуществляя свои преступные замыслы, антисоветские заго­ворщики, по прямым директивам иностранных фашистских раз­ведок, организовали в отдельных республиках, краях и областях Советского Союза' разветвленную сеть диверсионных и вреди­тельских гнезд, охватив ими ряд предприятий промышленности, транспорта, сельского хозяйства и системы товарооборота.

    Заключив соглашение с фашистскими кругами о предатель­ском открытии армиям этих фашистских государств наших фрон­тов во время войны, участники право-троцкистского заговора готовили подрыв материально-технической базы Красной Ар­мии — оборонной промышленности.

    Рядом подготавливаемых ими разрушительных диверсионных действий заговорщики рассчитывали во время войны взорвать и уничтожить решающие оборонные предприятия нашей социа­листической родины. Они подготовляли также проведение круше­ний железнодорожных воинских поездов с массовыми человече­скими жертвами.

    Они ставили своей задачей парализовать всю хозяйственную жизнь страны, питание армии и снабжение ее вооружением.

    Следствием установлено, что целый ряд таких диверсионных и вредительских актов заговорщиками был уже проведен в раз­личных отраслях народного хозяйства.

    Наймит иностранных разведок, враг народа Троцкий, как это установлено следствием, в ряде своих писем и личных ука­заний руководящим участникам антисоветского заговора в СССР, требовал усиления вредительской и диверсионной деятельности внутри Советского Союза.

    Руководящий участник заговора — обвиняемый Крестин­ский показал, что ему лично в 1933 году в Меране Л. Троц­кий заявил, что —■

    «...ему, Троцкому, будет гораздо легче вести перего­воры с немцами, если он сможет сказать им, что по линии проведения диверсионно-вредительских актов и подготовки террора действительно ведется серьезная работа».


    2*


    (т. 3, л. д. 54—55).

    '      19



    Следствием установлено, что ряд совершенных в ДВК дивер­сионных актов был подготовлен и проведен участниками антисо­ветского заговора по прямым директивам японских разведыва­тельных органов и врага народа J1. Троцкого. Так, по дирек­тиве японской разведки было организовано крушение товарного поезда с воинским грузом на ст. Волочаевка и на перегоне Хор Дормидонтовка поезда № 501, когда было уоито 21 чел. и ранено 45 чел. По тем же указаниям японцев были совершены диверсии на шахтах №№ 10 и 20 в Сучане.

    (т. 45, л. д. 1 —14).

    О таких же директивах, исходящих от Л. Троцкого, под­робные показания на следствии дал обвиняемый Розенгольц, показавший следующее:

    «Наряду с директивой Троцкого, полученной мною через Крестинского и Седова, о проведении во Внеш­торге вредительской работы, направленной на оказание пря­мой помощи Германии и Японии, — характер моей вредитель­ской деятельности определялся еще указаниями............................................................

    послов в СССР г-на N и г-на N, связь с которыми в этом от­ношении сыграла крупную роль, так как мне приходилось ру­ководствоваться в работе их конкретными указаниями.

    После установления контакта с Тухачевским и Ры­ковым я известил первого через Крестинского, а пос­леднего лично о директиве Троцкого по вредительской работе, и оба они одобрили проведение мною этой работы.

    Вредительство во внешней торговле в результате всего это­го шло, главным образом, по следующим трем линиям: пер­вое— экономическая помощь Германии и Японии за счет СССР; второе — нанесение экономического ущерба и вреда СССР; третье — нанесение политического ущерба СССР».

    (т. 6, л. д. 49).

    По указаниям «право-троцкистского блока», обвиняемый Ш а- рангович развернул широкое вредительство в области сель­ского хозяйства и промышленности БССР.

    По этому поводу обвиняемый Шарангович показал:

    «На местах, для практического осуществления наших вре­дительских замыслов, была создана сеть вредительских дивер­сионных групп... Все мы, начиная с руководителей организа­ции и кончая ее рядовыми членами, являлись национал-фаши­стами и вели работу против Советской власти, за отрыв Бе­лоруссии от Союза ССР, не гнушаясь никакими способами...»

    (т. 14, л. д. 40). Обвиняемый Чернов, связанный на протяжении ряда лет с германской разведкой в качестве ее секретного агента в СССР, также активно использовал свое высокое служебное положение в СССР для организации по заданиям германской разведки ряда диверсионно-вредительских действий в сельском хозяйстве.

    Германский шпион, обвиняемый Чернов о своих преступ­ных связях с германским разведчиком — корреспондентом газеты 20



    «Берлинер-Тагеблат» Шефером и о своей вредительской ра­боте в области сельского хозяйства показал следующее:

    «Когда я перешел на работу в Комитет Заготовок, i о Шефер передал мне задание немцев — проводить вредитель­скую деятельность по линии Комитета Заготовок, в особенно­сти в области мобилизационных запасов.

    Задания разведки по вредительству совпадали с указа­ниями, которые я, как член организации правых, получал от Рыкова. Тем с большей готовностью я принял их к испол­нению».

    (т. 8, л. д. 98 об., 25). По этому поводу обвиняемый Чернов показал:

    «В 1934 г., встретившись с Рыковым на его даче, я по­лучил от него задание широко развернуть вредительство в об­ласти сельского хозяйства. Это задание я выполнил и прово­дил вредительскую подрывную деятельность достаточно активно».

    (т. 8, л. л 93).

    Значительная подрывная вредительская деятельность в обла­сти сельского хозяйства вскрыта следствием и по Узбекистану, где орудовали националистические организации, блокировавшие­ся через своих главарей — обвиняемых Икрам ова и Ход­жа е в а с центром антисоветского заговора.

    Один из руководителей этой националистической организации обвиняемый Ходжаев Файзулла показал:

    «Мы не ограничивались только подготовкой кадров для вооруженной борьбы с Советской властью, но мы уже сейчас активно действовали в целях подрыва мощи СССР».

    (г. 13, л. д. 66).

    Широкое проведение вредительских мероприятий по Узбеки­стану полностью подтвердил также обвиняемый И к рам о в, по­казавший, что «право-троцкистский блок» поставил перед ним следующие задачи:

    «...а) развернуть работу по подготовке в Узбекистане во­оруженного восстания, приурочивая его к моменту интервен­ции;

    б) решительно развернуть вредительскую и диверсионную работу во всех отраслях народного хозяйства с тем, чтобы последствиями вредительства вызвать недовольство у грудя­щихся к Советской власти и тем самым подготовить благо­приятную почву для организации в нужный момент воору­женного восстания».

    «Кроме того, — показал'обвиняемый Икрамов, — по на­шему замыслу наша подрывная вредительская работа должна была препятствовать укреплению обороноспособности CCCPv.

    (г. 12, л. д. 95—96).

    Разрушительную деятельность как в области сельского хозяй­ства, так и в ряде других областей народного хозяйства и со-

    2/



    циалистического строительства вели и другие оовпняемые по
    настоящему делу.

    Так, обвиняемый Гринько вел вредительскую работу в об-
    ласти финансов.

    Обвиняемый Г ринько показал:

    «Подрывная работа по Наркомфину преследовала основ-
    ную цель: ослабить советский рубль, ослабить финансовую
    мощь СССР, запутать хозяйство и вызвать недовольство на-
    селения финансовой политикой Советской власти, недовольст-
    во налогами, недовольство плохим обслуживанием населения
    сберегательными кассами, задержками в выдаче заработной
    платы и др., что должно было привести к организованному
    широкому недовольству Советской властью и облегчить за-
    говорщикам вербовку сторонников и разворот повстанческой
    деятельности».

    (т. 9, л. д. 79).

    Обвиняемый Зеленский и организованные им в Центро-
    союзе и системе кооперации вредительские группы запутывали
    планирование по таким товарам, как сахар, масло, яйца, махорка
    и т. п., умышленно задерживали продвижение товаров в деревню,
    запутывали всячески учет и отчетность, что содействовало
    безнаказанному расхищению и разбазариванию государствен-
    ных средств, поощряли обсчитывание и обкрадывание потреби-
    теля.

    Говоря об установленной им в Центросоюзе вредительской си-
    стеме учета товаров и отчетности, обвиняемый
    3 е л е н с к и й
    показал:

    «При таком положении вор оставался безнаказанным, а че-
    стный работник, вследствие сложного учета, запутывался и
    незамедлительно попадал в растратчики».

    (т. 10, л. д. 56).

    Изменническую вредительскую деятельность в значительных
    масштабах проводил также ныне разоблаченный агент иностран-
    ных разведок обвиняемый
    Розенгольц.

    О своей изменнической деятельности в этой области обвиняе-
    мый
    Розенгольц показал следующее:

    «Поскольку Троцкий имел соглашение с Германией и

    Япониеи, о чем я был извещен (как во время переговоров_______

    при свидании с Седовым в 1933 году, так и о состояв-
    шемся соглашении — при свидании с ним в 1934 году) и имел
    в этом отношении соответствующее указание
    Троцкого

    то и моя вредительская работа по внешней торговле служила

    ТТР.ТТи'Ь                                                                ^


    этой цели».

    (т. 6, л. д. 48).

    ™°Вре«еНН0 ° °РганизаЧией активной диверсионно-вреди-
    искои работы заговорщики по приказу фашистских разведок

    задачей вызвать бандитско-повстанческое движе-




    своих повстанческих антисоветских банд в тылу Красной Армии к моменту начала интервенции против СССР.

    . Обвиняемый Рыков показал:

    «Мы стали на путь насильственного свержения руководства партии и Советской власти, решив произвести это свержение путем организации кулацких восстаний».                                          

    (т. 1, л. д. 150 об.).

    Следствием установлено, что эти подготовлявшиеся кулацко- повстанческие вооруженные выступления в тылу Красной Армии находились в зависимости от планов и расчетов фашистских го­сударств, готовивших нападение на СССР, и что по сигналу ге­неральных штабов фашистских стран право-троцкистские заго­ворщики и готовили свое выступление.

    Следуя этим директивам фашистских разведок, участники за­говора накапливали бандитско-повстанческие кадры, подготавли­вая их к активным вооруженным выступлениям на Дальнем Во­стоке, Северном Кавказе и в других местах Советского Союза, в частности, в Узбекистане.

    По этому поводу обвиняемый Ходжаев показал:

    «Основной задачей практической работы наших организа­ций была подготовка активных антисоветских кадров и их воспитание в духе борьбы с СССР. Мы ориентировали уча­стников организации на то, что борьба с Советской властью примет острые формы и будет доходить до вооруженных столкновений. Поэтому мы уделяли внимание подготовке бое­вых сил участников нашей организации».

    (т. 13, л. д. 66).

    Организаторы бандитско-повстанческих кадров опирались лишь на остатки старых контрреволюционных элементов, ориен­тируясь на пополнение своих повстанческих резервов за счет пе­ребрасываемых на территорию Советского Союза остатков бас­мачества, белогвардейцев, а также уголовных бандитов, заклю­ченных в лагерях и т. д.

    Обвиняемый Икрамов о бандитско-повстанческой деятель­ности руководимой им буржуазно-националистической организа­ции в Узбекистане показал:

    «Мы сохраняли необходимые кадры, которые в будущем должны были быть использованы для вооруженной борьбы против Советской власти. Этими кадрами в первую очередь являлись остатки кулачества, духовники и бывшие басмачи. Мы дали задание членам нашей организации, находящимся на руководящей районной работе, о сохранении этих кадров. Кроме того, мы предполагали, что во время вооруженного вы­ступления из-за кордона перейдут на советскую территорию ушедшие в свое время остатки басмаческих банд».

    '                                                                      (т. 12, л. д. 56).

    Материалами следствия и личными показаниями обвиняемых Бухарина, Зубарева, Зеленского и других установ­


    23



    лено, что они вели активную подготовку повстанческих кадров, пытаясь охватить возможно больше районов Советского Союза, причем в целях максимального расширения повстанческой базы руководители заговора установили контакт и с нелегально дейст­вовавшей эсеровской организацией.

    Так, обвиняемый Бухарин показал:

    «Установление связей с эсерами относится к периоду став­ки организации правых на кулацкие восстания. В связи с тем, что правые шли на организацию этих восстаний, возникла не­обходимость в связи с эсерами, имевшими корни в кулацких прослойках в деревне.

    ...Лично я через Семенова установил связь с подполь­ным ЦК эсеров в Союзе и через Членова — с закордонным ЦК эсеров в Париже»,

    (т. 5, л. д. 90—91).

    Такова цепь позорных злодеяний «право-троцкистского бло­ка», осуществлявшего в течение ряда лет свою предательскую деятельность в интересах враждебных СССР иностранных госу­дарств.                             '


    II.    УБИЙСТВА ДЕЯТЕЛЕЙ СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА С М КИРОВА

    В.  Р. МЕНЖИНСКОГО, В. В. КУЙБЫШЕВА, А. М. ГОРЬКОГО. - ’ ’ ЗАГОВОР ПРОТИВ В. И. ЛЕНИНА В 1918 ГОДУ

    Не питая надежд на свержение советского строя методами шпионажа, вредительства, диверсий, кулацких восстаний, право­троцкистские заговорщики, охваченные злобой и ненавистью к СССР, перешли к подготовке и совершению террористических актов против руководителей правительства и ВКП(б).

    Как установлено следствием, по прямому сговору с японской и германской разведками и по заданию врага народа Л Т р о ц кого, «право-троцкистский блок» организовал и совершил пят террористических актов против лучших людей нашей родины Переход «право-троцкистского блока» к террору обвиняемый Рыков мотивировал следующим образом:

    «При нелегальном заговорщическом характере контооевп- люционной организации правых, при отсутствии какой-либо массовой оазы для ее контрреволюционной работы при от­сутствии надежды каким-либо другим путем притти к вта- сти, — принятие террора и «дворцового переворота» давато по мнению центра, какую-то перспективу».                                                                         Давало,

    ^  (т. 1, л. д. 50). Обвиняемый Бухарин, признавший на следствии что на

    путь террора «право-троцкистский блок»                    стал еще в 1932 го-rv

    показал следующее:                                                                          Г°Д>>

    В и и l0ysZ ^3неГг°оДоУбПеРго "видении ГГсТд оВП " ^ лучении от С е д о в а прямой директивы Троцко го^ерей"



    ти к террору против руководства партии и Советской власти. Должен также признать, что, по существу, тогда мы и пошли на соглашение с террористами, а мой разговор с П я т а к о- в ы м явился соглашением о координации наших с Т р о ц­к и м действий, направленных к насильственному свержению руководства партии и Советской власти».

    (т. 5, л. д. 105 об.). Террористическая деятельность заговорщиков была тесно свя­зана со всей их пораженческой работой, о чем свидетельствует, например, следующее показание обвиняемого Иванова:

    «Говоря о терроре, Бухарин заявлял, что «ликвидиро­вать», как он выражался, вождей партии и Советской власти... будет очень важно для нашего прихода к власти и будет спо­собствовать поражению СССР в войне».

    (т. 7, л. д. 81).

    Следуя принятым в этом отношении решениям, заговорщиче­ский блок широко развернул организацию террористических групп и практическую подготовку к совершению террористиче­ских актов против руководителей ВКП(б) и Советского прави­тельства.

    Вот что показал по этому поводу обвиняемый Рыков:

    «К тому времени мы уже стали на путь террора, как одно­го из методов нашей борьбы с Советской властью... Эта наша позиция вылилась в совершенно конкретную нашу и, в част­ности, мою деятельность по подготовке террористических ак­тов против членов Политбюро, руководителей партии и пра­вительства, а в первую очередь, против Сталина, Моло­това, Кагановича и Ворошилова. В 1934 году уже я дал задание следить за машинами руководителей пар­тии и правительства созданной мною террористической группе Артеменк о».

    (т. 1, л. д. 150 об.— 151) Обвиняемый Бухарин, говоря о предложении эсера Семе­нова организовать террористическую группу, показал:

    «Я хочу показать правду и заявляю, что предложение это было мною доложено на совещании центра и мы решили по­ручить Семенову организацию террористических групп».

    (т. 5, л. д. 106 об.).

    Следствием установлено, что злодейское убийство С. М. К и­р о в а, осуществленное ленинградским троцкистско-зиновьев- ским террористическим центром 1 декабря 1934 года, было осу­ществлено также по решению «право-троцкистского блока», участники которого привлечены в качестве обвиняемых по на­стоящему делу.

    Следствием установлено, что одним из соучастников этого злодейского убийства являлся обвиняемый Ягода, показавший следующее:

    «О том, что убийство С. М. Кирова готовится по реше­нию центра заговора, я знал заранее отЕнукидзе. Ену-



    к и д з е предложил мне не чинить препятствий организации этого террористического акта, и я на это согласился. С этой целью я вызвал из Ленинграда Запорожца, которому и дал указания не чинить препятствий готовящемуся террори­стическому акту над С. М. Кировым», (т. 2, л. д. 209).

    Это же подтвердили на следствии Запорожец и Е н у­к и д з е.

    Убийством С. М. К и р о в а не ограничивается злодейская тер­рористическая деятельность право-троцкистских изменников и заговорщиков.

    Как установлено следствием по настоящему делу, А. М. Горький, В. Р. Менжинский и В. В. Куйбышев пали жертвами террористических актов, осуществленных по заданию объединенного центра «право-троцкистского блока».

    О причинах, побудивших право-троцкистских заговорщиков на неслыханное по своей чудовищности убийство А. М. Гор fa- ко г о, обвиняемый Ягода показал:

    «Объединенный центр право-троцкистской организации в течение долгого времени пытался обработать Горького и оторвать его от близости к Сталину. В этих целях к Г о р ь к о м у были приставлены Каменев, Томский и ряд других. Но реальных результатов это не дало. Горький . попрежнему верен Сталину и является горячим сторонни­ком и защитником его линии. При серьезной постановке во­проса о свержении сталинского руководства и захвате власти право-троцкистами центр не мог не учитывать исключитель­ного влияния Горького в стране, его авторитет за грани­цей. Если Г орький будет жить, то он подымет свой голос протеста против нас. Мы не можем этого допустить. Поэтому, объединенный центр, убедившись в невозможности отрыва Горького от Сталина, вынужден был вынести решение о ликвидации Г орького».                                    (т. 2, л. д. 200).

    Показания обвиняемого Ягоды полностью подтверждаются и обвиняемым Рыковы м, который на допросе Прокурором Союза 10 января с. г. показал:                                                                        '

    ^«Мне известно, что Троцкий через своих представите­лей в контактном центре всячески разжигал злобные настро­ения в отношении Г орького. Это, естественно, объяс­няется тем, что Троцкому было хорошо известно, что Горький считает его проходимцем и авантюристом. С дру­гой стороны, общеизвестна близость Горького к Сталину, и то обстоятельство, что он является несгибае­мым политическим сторонником Сталина, вызывало злоб­ное отношение к нему нашей организации».

    7. , _                         „ ^                        (т. 1, л. д. 166 об.).

    31 ому оовиняемыи Рыков добавил:

    «В 1935 году я беседовал с Енукидзе, который прямо мне заявил, что троцкистско-зиновьевская часть блока наста­ивает на ликвидации политической активности Горького и


    25



    для осуществления этого не остановится ни перед какими средствами. Из этого разговора мне стало ясно, что может пойти речь и о террористических методах ликвидации Горь­кого».                                                       (т. 1, л. д. 166 об. —167).

    Это же подтвердил и обвиняемый Бухарин, показавший, что в начале 1935 года Томский ему сообщил, что:

    «...троцкистская часть объединенного центра блока внесла предложение об организации враждебного акта против А. М. Горького, как сторонника сталинской политики».

    (т. 5, л. д. 119 об.).

    При этом обвиняемый Бухарин пояснил, что он не исклю­чает, что тогда речь шла именно о физическом устранении Горького. То, что речь шла именно о подготовке физичес­кого устранения М. Горького, видно из показаний обвиняе­мого Бессонова, лично получившего такого рода «установку» непосредственно от Л. Т р о ц к о г о во время свидания с послед­ним в конце июля 1934 года.

    При этом свидании Л. Т р о ц к и й, как показал обвиняемый Бессонов, заявив, что —

    «... было бы непростительным жеманством, если мы по­следовательно сейчас же не перешли бы к физическому устранению Сталина и всех его ближайших соратни­ков...», сказал —

    «М. Г ор.ький очень близко стоит к Сталину. Он иг­рает исключительно большую роль в завоевании симпатии к СССР в общественно-мировом демократическом мнении и осо­бенно Западной Европы. Г о р ь к и й широко популярен, как ближайший друг Сталина и проводник генеральной линии партии. Вчерашние наши сторонники из интеллигенции в зна­чительной мере под влиянием Г орького отходят от нас. При этом условии я делаю вывод, что Г орького надо убрать. Передайте это мое поручение Пятакову в самой категорической форме: «Г орького уничтожить физически во что бы то ни стало».     (т. 11, л. д. 74—75).

    На основе этой директивы врага народа Л. Троцкого «право-троцкистский блок» и принял свое чудовищное решение об убийстве А. М. Г о р ь к о г о.

    «Выполнение этого решения было поручено мне» — пока­зал обвиняемый Ягода.

    В качестве непосредственных исполнителей этого злодейско­го замысла обвиняемый Ягода привлек обвиняемых по насто­ящему делу д-ра Левина Л. Г., бывшего домашнего врача

    А.  М. Горького, проф. Плетнева Д. Д., секретаря А. М. Горького П. П. Крючкова и своего секретаря Булано­ва П. П.

    Один из организаторов этого преступления, обвиняемый Б у- лайов показал:


    27



    «В умерщвлении А. М. Горького принимали непосред­ственное участие профессор Плетнев, доктор Левин и секретарь Горького Крючков. Я лично, например, был свидетелем того, как Ягода неоднократно вызывал к себе Крючкова, советуя последнему простудить Горького, вызвать у него тем или иным путем болезнь. Ягода подчер­кивал, что состояние легких у Горького таково, что вся­кое простудное заболевание ускоряет шансы его гибели. А уже остальное довершат Плетнев и Левин, которые на этот счет имеют соответствующие задания».

    (т. 16, л. д. 72).

    Обвиняемый Плетнев, принимавший непосредственное уча­стие в деле убийства А. М. Горького и В. В. Куйбышева, показал:

    «Ягода мне заявил, что я должен помочь ему в физи­ческом устранении некоторых политических руководителей страны. Он прямо предложил мне воспользоваться своим по­ложением лечащего врача у В. В. Куйбышева и А. М. Горького и ускорить их смерть путем применения непра­вильных методов лечения. Я пытался отказаться, но в конце концов был вынужден согласиться. После этого Ягода мне сообщил, что моим сообщником будет доктор Левин, а в отношении А. М. Горького кроме того и секретарь А. М. Горького — Крючков П. П.

    Приняв это страшное задание Ягоды, я вместе с докто­ром Левиным выработал план убийства А. М. Г о р ь к о г о и В. В. Куйбышева.

    Должен признать, что в моем согласии на эти преступле­ния сыграли свою роль и мои антисоветские настроения. Эти свои антисоветские настроения я до ареста всячески скрывал, двурушничая и заявляя о том, что я советский человек».

    (т. 18, л. д. 72, 73).

    Это же подтвердил и обвиняемый Левин, показавший:

    «Я признаю себя виновным в том, что, применив умышлен­но неправильное лечение и использовав несоответствующие данному заболеванию лекарства, я вместе с моими сообщни­ками, по согласованию с Ягодой, был виновником прежде­временной гибели Максима Горького и Куйбы­шева».  (т. 17, л. д. 10).

    Обвиняемые ЛевиниПлетневна следствии дали подроб­ные показания о том, как они практически осуществили умерщ­вление А. М. Г о р ь к о г о и В. В. К у й б ы ш е в а.

    Как установлено следствием, в организации смерти В. В. К у ft- бы ш е в а активное участие принимал также секретарь В. В. Куйбышева обвиняемый Максимов, показавший следу­ющее:

    «На это преступление я пошел как член контрреволюцион­ной организации правых, к которой я примкнул еще в 1928 году.


    2S



    Ягода также знал о моей принадлежности к контррево­люционной организации и присутствовал при одном из моих разговоров с Е н у к и д з е, когда мы разрабатывали план устранения Куйбышева».                      (т. 20, л. д. 45 об.).

    По прямому указанию Ягоды обвиняемыми д-ром Л е в и- н ы м и д-ром Казаковы м был убит также председатель ОГПУ В. Р. Менжинский.

    Обвиняемый Казаков на допросе Прокурором Союза 4 февраля с. г. показал:

    «Ягода заявил мне, что Менжинский ко мне хоро­шо относится и доверяет мне и поэтому мне вместе с док­тором Левиным должно удаться устранение Менжин­ского. Ягода дал мне следующее указание: я должен вы­работать с доктором Левиным такой метод лечения В. Р. Менжинского, который обеспечит ускорение его смерти и закончит как можно скорее его жизнь...».

    (т. 19, л. д. 51 об.).

    Изложив далее содержание разговора с ним обвиняемого Ягоды о необходимости ускорить наступление смерти В. Р. М е н ж и н с к о г о, обвиняемый Казаков показал:

    «После этого разговора с Ягодой я выработал совмест­но с Левины м такой метод лечения В. Р. Менжинско­го, который фактически разрушал его последние-силы и об­условливал скорейшее наступление смерти. Фактически, таким образом, я и Левин убили В. Р. Менжинского.

    Я дал доктору Левину составленную мною смесь лиза­тов, которые в сочетании с алкалоидами привели к нужному нам результату, то есть фактическому убийству Менжин­ского».                                                                 (т. 19, л. д. 51 об.).

    Это полностью подтвердили и обвиняемые Левин Л. Г. и Б у л а н о в П. П.

    Обвиняемый Л е в и н Л. Г. подтвердил, что, получив от обви­няемого Ягоды поручение ускорить наступление смерти В. Р. Менжинского, он, Левин, решил привлечь к осуществле­нию этого преступления д-ра Казакова.

    Обвиняемый Левин показал:

    «Я сказал, что лучше всего это может сделать Казаков, так как он действует препаратами, которые сам бесконтрольно приготовляет' в своей лаборатории, что он впрыскивает — известно только ему одному.

    После предварительных подготовительных бесед с Каза­ковым я передал ему полученную мною директиву от Я г о­д ы. Он вначале очень колебался, боясь раскрытия преступле­ния, но потом согласился., Я не спрашивал, что он применял, тем более, что он обычно засекречивал свои препараты, но я знал, что возможности в этом отношении у него широкие.

    Смерть В. Р. Менжинского произошла внезапно среди сна, если не ошибаюсь, накануне смерти Максима Пеш-



    к ов а (сына А. М. Г орького), от паралича сердца. Я не сомневался, что это дело рук Казаков а».

    (т. 17, л. д. 54—"л.

    Обвиняемый Буланов по поводу убийства В. Р. М е н ж и н­с к о г о показал:

    «Физическое устранение Менжинского Ягода заду­мал давно. Он не раз в моем присутствии высказывал недо­вольство тем, что Менжинский продолжал жить и зани­мать пост руководителя ОГПУ. Потом он прямо сказал, что надо убрать Менжинского. Организовать это через д-ра Левина было трудно, потому что Менжински й Л е­вина не любил и лечиться у него не хотел. Тогда я предло­жил Ягоде «пристроить» к Менжинскому какого-либо другого врача. Так и было сделано. И при содействии д-ра Левина к Менжинскому «пристроили» д-ра К а з а­к о в а, который и довел дело до конца, то есть, попросту го­воря, ускорил смерть Менжинского путем заведомо не­правильного его лечения».                                                           (т. 26, л. д. 75).

    Помимо убийства А. М. Горького и В. В. К у й бышева, обвиняемые Левин и Крючков, по прямому заданию об­виняемого Ягоды, аналогичным путем в 1934 году умертвили также и сына А. М. Горького — М. А. Пешкова.

    По этому поводу обвиняемый Левин показал:

    «Признавая себя виновным в убийстве Максима, я хочу здесь указать на то, что сделал это по прямому требованию Я.годы. У меня не хватило гражданского мужества отказать­ся и я стал убийцей».                                                   (т. 17, л. д. 138 об.).

    Обвиняемый Крючков, принимавший активное участие в организованных Ягодой преступлениях, показал:

    «В этих преступлениях я руководствовался директивами некоторых участников антисоветской организации правых. В частности, директивами Ягоды. Именно от Ягоды я получил указание насильственно устранить Максима П е ш- к о в а, а затем и Алексея Максимовича Горького».

    «Кроме меня, Ягода привлек к участию в этих преступ­лениях врачей Левина и Виноградова и профессора Плетнева».                                                                        (т. 21, л. д. 16).

    Обвиняемый Ягода, подтвердив, что М. А. П е ш к о в был убит по его заданию, показал:

    «В мае 1934 года, при содействии Крючкова, Макс (М. А. Пешков) заболел крупозным воспалением легких, а врачи Левин, Виноградов и Плетнев залечили его до смерти».        о, л. д. 193).

    Обвиняемый Ягода после снятия его с должности Народ­ного комиссара внутренних дел СССР принял меры также к осу­ществлению убийства Народного комиссара внутренних дел СССР тов. Н. И. Ежов а. зо



    Обвиняемый Ягода так объясняет в своих показаниях при­чины, побудившие его форсировать террористический акт против

    Н. И. Ежова:

    «Мое отстранение от работы в НКВД, приход на мое ме­сто Ежова означали полный провал нашего заговора по­тому, htq удержать разгром кадров антисоветской организа­ции нельзя будет. Ежов раскопает все, — надо избавиться от Ежова. Это было единственное решение, к которому я пришел и которое я начал решительно готовить...» “

    (т. 2, л. д. 141, 142).

    Этот свой замысел Ягода пытался осуществить через своих сообщников, виднейшая роль среди которых принадлежала обви­няемому Буланову.

    По признанию обвиняемого Ягоды и обвиняемого Була­нова, убийство тов. Н. И. Ежова предполагалось осущест­вить путем отравления специально приготовленным . для этой цели ядом.

    «Когда Ягода был снят с НКВД, — показал обвиняемый Буланов, — он дал мне и своему личному порученцу С а в о- л а й н е н у прямое задание — отравить Ежова».

    (т. 16, л. д.. 27).

    Подробно описав способы, при помощи которых обвиняемый Ягода пытался осуществить убийство тов. Н. И. Ежова, обви­няемый Буланов показал, что, он, Б ул а н о в, сам делал смесь ядов, предназначенных для отравления тов. Ежова.

    Обвиняемый Ягода на допросе в Прокуратуре Союза ССР полностью признал это свое преступление, показав:

    «Да, вынужден признать, что я подготовлял это преступ­ление. Организовывал подготовку убийства Ежова, как че­ловека, опасного для контрреволюционного заговора и могу­щего разоблачить нашу контрреволюционную организацию».

    (т. 2, л. д. 209).

    Таким образом, следствие считает установленным с несомнен­ностью, что привлеченные по настоящему делу к уголовной от­ветственности руководящие участники «право-троцкистского бло­ка» совершили террористические акты против С. М. Кирова, В. Р. Менжинского, В. В. Куйбышева, А. М. Г о р ь к о­го, М. А. П е ш к о в а и подготовляли ряд других террористиче­ских актов, которые осуществить не успели.

    Убийства советских деятелей завершили собой круг тягчай­ших государственных преступлений, при помощи которых банда презренных отщепенцев нашей родины, провокаторов царской охранки, наймитов иностранных разведок, продававших иност­ранным капиталистам нашу землю и нашу свободу, стремилась осуществить фашистский план свержения советского строя и вос­становления в нашей стране капитализма.

    *


    57



    Как теперь выяснилось, эти чудовищные преступления не бы­ли случайностью ни для троцкистов, ни для правых.

    Следствием установлено, что уже в 191Ь год\ непосредствен­но вслед за Октябрьской революцией, в период заключения Бре­стского мира, Бухарин и его группа гак начинаемых «левых коммунистов» и Троцкий с его группой совместно с «левыми^- эсерами организовали заговор против В. И. Л е н и н а, как главы

    Советского правительства.

    Бухарин и другие заговорщики, как эго видно из мате­риалов следствия, имели своей целью сорвать Брестский мир, свергнуть Советское правительство, арестовать и убить

    В.  И. Л е н и н а, И. В. С т а л и н а и Я- М. Свердлова и сфор­мировать новое правительство из бухаринцев, которые тогда для маскировки называли себя «левыми коммунистами», троцкистов

    и «левых» эсеров.

    Допрошенный в Прокуратуре Союза 19 и 20 февраля с. г. бывший член центрального комитета партии «левых» эсеров Карелин В. А. дал следующие показания о заговорщической деятельности в 1918 г. эсеров и бухаринцев:

    «Окончательное соглашение с «левыми коммунистами» в борьбе против Советского правительства во главе с Лениным, Сталиным и Свердловым было нами достигнуто после VII съезда Коммунистической партии.

    Переговоры с «левыми коммунистами» вели по поручению ЦК «левых» эсеров К а м к о в, П р о ш ь я н и я».

    (т. 44, л. д. 86).

    Говоря о характере этих переговоров и роли обвиняемого Бухарина Н. И., Карелин В. А. далее показал:

    «Предложение Бухарина было—-не останавливаться на аресте правительства, а провести физическое уничтожение руководителей Советской власти и, в первую очередь, Ленина и Сталина».                                                 (т. 44, л. д. 38).

    Это же подтвердили и другие лица, допрошенные в качестве свидетелей по настоящему делу.

    Один из бывших руководителей центрального комитета пар­тии «левых» эсеров К а м к о в Б. Д. показал:

    «Я лично имел разговор с Бухариным, который мне заявил, примерно, следующее: «борьба у нас в партии против позиции Ленина по вопросу о Брестском мире принимает острые формы. В наших рядах дебатируется вопрос о созда­нии нового правительства из «левых» эсеров и «левых ком­мунистов». При этом Бухарин назвал Пятакова, как возможного кандидата в руководители нового правительства, и заявил, что смена правительства мыслится путем ареста его состава во главе с Лениным.                                                     

    Дальнейшие переговоры с Бухариным велись Каре­линым и Прошьяном. К концу марта месяца между «левыми коммунистами» и «левыми» эсерами было достигну­



    то окончательное соглашение о том, что: 1) «левые комму­нисты» в борьбе с большевиками и Советским правительством оказывают «левым» эсерам организационную и политическую помощь; 2) совместными действиями «левых» эсеров и «ле­вых коммунистов» должно быть свергнуто правительство Ленина и сформировано новое правительство в составе «ле­вых коммунистов» и «левых» эсеров.

    После этого «левые» эсеры организовали убийство Мир- б а х а и июльский мятеж. В курсе готовившегося убийства М и р б а х а и июльского мятежа «левые коммунисты» были полностью».                                                                (т. 44, л. д. 92 об.).

    Допрошенные в качестве свидетелей в Прокуратуре СССР 39 февраля с. г. бывшие руководители и активные участники группы «левых коммунистов» Яковлева В. Н., Осин- ский В. В. и МанцевВ. Н. полностью подтвердили наличие в 1918 году заговора, организованного по инициативе обвиняе­мого Бухарина блоком «левых коммунистов» и «левых» эсеров против В. И. Ленина, как главы Советского правитель­ства.

    Так, Яковлева В. Н. показала:

    «Бухарин мне развил ту мысль, что политическая борьба приобретает все более острые формы и дело не мо­жет ограничиться одной лишь политической формулировкой о недоверии к ЦК партии. Бухарин заявил, что дело не­избежно должно дойти до смены руководства, в связи с чем стоит вопрос об аресте Ленина, Сталина и Сверд­лов а и даже о физическом их уничтожении...»

    .                                                  (т. 44, л. д. 77)..

    О с и н с к и й В. В. по этому поводу показал:

    «Основной разговор о наших мерах по свержению прави­тельства Ленина у меня был с Бухариным Н. И.... Приблизительно в мае 1918 г. (или конце апреля) я имел бе­седу с Бухариным, в которой спросил его, насколько правдивы мои сведения о его намерениях подвергнуть аресту правительство Ленина.

    Бухарин не отрицал такого своего намерения».

    (т. 44, л. д. 54).

    Говоря далее об этих «мерах», Осинский В. В. показал:

    «О блоке «левых коммунистов» с «левыми» эсерами мне стало известно от Яковлевой, а затем от Бухарина. Мне было также известно от них, что в марте или апреле 1918 года Бухарин выступил на бюро (московском област­ном) с предложением арестовать Ленина, Сталина и Свердлова. При этом Бухарин подчеркнул, что он склоняется к той точке зрения, что после ареста правительст­ва нужно будет Ленина, Ст а л и н а и Свердлова фи­зически уничтожить».                                (т. 44, л. д. 88 об.).

    3^ Процесс «право-тродкистского блока»                                                                                                                  00



    Аналогичное показание дал и Манцев В. Н., допрошенной в Прокуратуре Союза 20 февраля с. г., а именно.

    «Я подтверждаю, что между ^«левыми кОАШНис*а.и,..-> и - ле­выми» эсерами был заключен блок.                   _                    узгоу Я подтверждаю, что, примерно, в ы^ртс алр^лс ^ с . заседании бюро Бухарин сделал доклад, в котором допу­стил ряд клеветнических утверждений по адресу Советского правительства и предлагал организовать свержел*^ Совеiслои власти и арестовать Ленина, Сталина и Свирд .. . а с тем, чтобы физически их уничтожить». (т. 4-,. л. _ ь_).

    О роли Л. Троцкого в заговоре против В. И. Ленина в 1918 году обвиняемый Бухарин показал:

    «К этому времени вновь возникла идея переворот и аре­ста Ленина, Сталина и Свердлова, как опреде­ляющих фигур партийного и советского руководства, на этот раз по инициативе Троцкого, которому предложение ^ле­вых» эсеров стало известно, очевидно, как я предполагаю, от Пятакова».    (т- л- Д- 3^)-

    Допрошенная на предварительном следствии Я к о в- л е в а В. Н. показала:

    «Троцкий считал, что политическая борьба находится лишь в самом начале, что она может дойти до самых агрес­сивных форм, что против позиции Ленина по вопросу о мире «левые коммунисты» найдут поддержку у «левых» эсе­ров и у других партий, что надо готовиться к смене прави­тельства и аресту его вождей, с Лениным и С т а л н н ы л во главе. Троцкий считал, что в столь острый период рево-

       люции, при дальнейшем развитии борьбы, дело может не ог­раничиться одним лишь арестом вождей, что из ареста с ло­гической неизбежностью вытекает и вопрос об их физическом устранении».                                                                        (т. 44, л. д. 78).

    Один из руководителей группы «левых коммунистов» М а н- цев В. Н., допрошенный на предварительном следствии, пока­зал:

    «Через несколько дней после разговора с Яковлевой меня пригласил к себе Троцкий. Я с ним имел тогда боль­шой разговор на его квартире, причем Троцкий тогда про­странно развивал мысль о необходимости убийства Ленина и Сталина».         (т. 44, л. д. 84).

    Следствие в настоящее время располагает неопровержимыми данными о том, что произведенное 30 августа 1918 г. эсеровской террористкой Ф. Каплан злодейское покушение на жизнь

    В.  И. Ленина явилось прямым результатом осуществления преступных замыслов «левых коммунистов» во главе с Б у х а- риным Н. И., и их сообщников — «левых» и правых эсеров, к по инициативе обвиняемого Бухарина.

    На допросе в Прокуратуре Союза ССР от 19 февраля с. г. Карелин В. А. показал:


    31



    «Я должен также признать самое тяжелое преступление — участие «левых» эсеров и «левых коммунистов» в организа­ции покушения на Ленина. 20 лет скрывался этот факт от советского народа. Было скрыто, что мы совместно с пра­выми эсерами по настоянию Бухарина пытались убить Ленина. Процесс правых эсеров не вскрыл подлинной об­становки этого преступления и не выявил роли в нем «левых» эсеров и «левых коммунистов».

    После июльского мятежа ЦК «левых» эсеров принял реше­ние о переходе к террористическим методам борьбы с Совет­ским Правительством.                                                    '

    Необходимо заметить, что Про-шьян и после мятежа встречался с Бухариным, который прямо поставил перед ним вопрос о физическом уничтожении Ленина. Точнее, вопрос о террористическом акте против Ленина был под­нят Бухариным во второй половине июля 1918 года. Об этом Прошьян доложил нам, членам ЦК «левых» эсеров.

    Такого рода требование «левых коммунистов» сыграло свою роль в смысле ускорения террористического акта про­тив Ленина, совершенного ЦК правых эсеров».

    (т. 44, л. д. 86—87).

    Это же подтвердил и О си некий В. В., на допросе от 19 февраля с. г. показавший следующее:

    «В конце 1918 года Стуков, который вместе с Буха­риным был связан с эсерами, сказал мне, что выстрел, про­изведенный правой эсеркой Каплан в Ленина, был со­вершен не только по указанию руководства правых эсеров, но и явился результатом мероприятий, намеченных в свое время блоком «левых коммунистов» с эсерами и направлен­ных к физическому уничтожению Ленина, Сталина и Свердлова».        (т. 44, л. д. 89).

    На произведенных Прокуратурой Союза ССР очных ставках с обвиняемым Бухариным свидетелей О с и н с к о г о В. В., Яковлевой В. Н., Манцева В. Н., Карелина В. А. и К а м к о в а Б. Д. последние полностью подтвердили свои пока­зания, изложенные выше.

    Под тяжестью этих улик обвиняемый Бухарин признал ряд преступных фактов и показал:

    «Я должен признать, что у нас был непосредственный контакт с «левыми» эсерами, который базировался на плат­форме насильственного свержения Советского правительства во главе с Лениным, Сталиным и Свердловым, с последующим арестом Ленина, Сталина и Свердлова и созданием нового правительства из «левых коммунистов» и «левых» эсеров...»                                                  (т. 5, л. д. 122 об.).

    Установленные в настоящее время данные о преступлениях, совершенных обвиняемым Бухариным и врагом народа Троцким в 1918 г. против Советского государства и его



    руководителей В. И. Ле н и н а, И. В. Сталина и Я- М. Сверд­лова, проливают полный свет на всю последующую преступ­ную контрреволюционную деятельность банды Бух ар ина и Троцкого, обвиняемой в настоящее время в тягчаиших го­сударственных преступлениях, совершенных ею шэ прямым за­даниям фашистских разведок в период 1921 1937 г.г.


    ФОРМУЛА ОБВИНЕНИЯ

    Следствие считает установленным, что:

    1.   В 1932__ 33 г.г. по заданию разведок враждеоных СССР

    иностранных государств обвиняемыми по настоящему делу была составлена заговорщическая группа под названием «право-троц­кистский блок», поставившая своей целыо шпионаж в пользу иностранных государств, вредительство, диверсии, террор, под­рыв военной мощи СССР, провокацию военного нападения этих государств на СССР, поражение СССР, расчленение СССР и от­рыв от него Украины, Белоруссии, Средне-Азиатских республик, Грузии, Армении, Азербайджана и Приморья на Дальнем Во- стоке_в пользу упомянутых иностранных государств, наконец, свержение существующего в СССР социалистического общест­венного и государственного строя и восстановление в СССР ка­питализма и власти буржуазии.

    2.  «Право-троцкистский блок» вступил в сношение с некото­рыми иностранными государствами в целях получения с их сто­роны вооруженной помощи для осуществления своих преступ­ных замыслов.

    3.  «Право-троцкистский блок» систематически занимался в пользу этих государств шпионажем, снабжая иностранные раз­ведки важнейшими государственными секретными сведениями.

    4.  «Право-троцкистский блок» систематически осуществлял вредительские и диверсионные акты в различных отраслях соци­алистического строительства (в промышленности, в сельском хо­зяйстве, на железнодорожном транспорте, в области финансов, коммунального хозяйства и т. п.).

    5.  «Право-троцкистский блок» организовал ряд террористи­ческих актов против руководителей ВКП(б) и Советского прави­тельства и осуществил террористические акты против С. М. Ки­рова, В. Р. Менжинского, В. В. Куйбышева, А. М. Горького.

    Все обвиняемые уличаются как показаниями свидетелей, так и имеющимися в деле документальными данными и вещественными доказательствами и полностью признали себя виновными в предъявленных им обвинениях.

    На основании изложенного обвиняются:

    1) Бухарин Николай Иванович, 1888 года рождения; 2) Рыков Алексей Иванович, 1881 года рождения; 3) Ягода Генрих Гри­горьевич, 1891 года рождения; 4) Крестинский Николай Никола­евич, 1883 года рождения; 5) Раковский Христиан Георгиевич, 36



    1873 года рождения; 6) Розенгольц Аркадий Павлович, 1889 года рождения; 7) Иванов Владимир Иванович, 1893 года рождения; 8) Чернов Михаил Александрович, 1891 года рождения; 9) Гринь­ко Григорий Федорович, 1890 года рождения; 10) Зеленский Исаак Абрамович, 1890 года рождения; 11) Бессонов Сергей Алексеевич, 1892 года рождения; 12) Икрамов Акмаль, 1898 года рождения; 13) Ходжаев Файзулла, 1896 года рождения; 14) Шарангович Ва­силий Фомич, 1897 года рождения; 15) Зубарев Прокопий Тимо­феевич, 1886 года рождения; 16) Буланов Павел Петрович, 1895 года рождения; 17) Левин Лев Григорьевич, 1870 года рож­дения; 18) Плетнев Дмитрий Дмитриевич, 1872 года рождения; 19) Казаков Игнатий Николаевич, 1891 года рождения; 20) Мак- симов-Диковский Вениамин Адамович (Абрамович), 1900 года рождения; 21) Крючков Петр Петрович, 1889 года рождения,— в том, что, являясь активными участниками антисоветского заговора, совершили тягчайшие государственные преступления, указанные в п. п. 1—5 формулы обвинения, предусмотренные ст.ст. 58, 582, 587, 588, 589 и 5811 УК РСФСР, а обвиняемые Иванов, Зеленский и Зубарев, кроме того, совершили преступле­ния, предусмотренные ст. 5813 УК РСФСР.

    Вследствие изложенного все указанные выше обвиняемые подлежат суду Военной Коллегии Верховного Суда Союза ССР.

    Дела в отношении Осинского В. В., Яковлевой В. Н., Ман- цева В. Н., Карелина В. А., Камкова Б. Д., Стукова И. Н., Арте- менко Е. В., Запорожца И. В., Саволайнена И. М., Семенова Г. И. и Членова С. Б. — выделены в особое производство.

    Дело в отношении д-ра Виноградова А. И. за его смертью производством прекращено.

    Дело в отношении Енукидзе А. С. рассмотрено Военной Кол­легией Верховного Суда СССР 15 декабря 1937 года.

    Настоящее обвинительное заключение составлено в г. Москве 23 февраля 1938 года.

    4 Прокурор Союза ССР

    А. ВЫШИНСКИЙ.


    Председательствующий. Подсудимый Бухарин, вы признаете себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Бухарин. Да, я признаю себя виновным в предъявленных мне обвинениях.                             

    Председательствующий. Подсудимый Рыков, вы признаете себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Рыков. Да, признаю.

    Председательствующий. Подсудимый Ягода, вы признаете се­бя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Ягода. Да, признаю.

    Председательствующий. Подсудимый Крестинский, вы при­знаете себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Крестинский. Я не признаю себя виновным. Я не троцкист. Я никогда не был участником «право-троцкистского блока», о су­ществовании которого я не знал. Я не совершил также ни одного

    37



    из тех преступлений, которые вменяются лично мне в частности, я нГприЙаю себя виновным в связях с германской разведкой. Председательствующий. Ваше признание на предварительном

    СЛХТеТтшскиПа!ен^реГваритеЛьном следствии признавал, но

    Я НПредседательствуто Повторяю вопрос, вы признаете себя

    ВИ Крестинский. Я до ареста был членом Всесоюзной Коммуни­стической партии (большевиков) и сейчас остаюсь я таковым.

    Председательствующий. Вы признаете себя виновным в у стии в шпионской деятельности и в участии в террористической

    ДСЯКрестинский. Я никогда не был троцкистом, я не участвовал Б «право-троцкистском блоке» и не совершил ни одною преет -

    П Председательствующий. Подсудимый Раковский, вы признаете себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Раковский. Да, признаю.

    Председательствующий. Подсудимый Розенгольц, вы призна­ете себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Розенгольц. Да, признаю.

    Председательствующий. Подсудимый Иванов, вы признаете себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Иванов. Да, Признаю.

    Председательствующий. Подсудимый Чернов, вы признаете себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Чернов. Признаю.

    Председательствующий. Подсудимый Гринько, вы признаете себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Гринько. Да, признаю.

    Председательствующий. Подсудимый Зеленский, вы призна­ете себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Зеленский. Да, признаю себя виновным в участии в организа­ции правых, признаю себя виновным во вредительской деятель­ности, которую проводил по поручению центра правых, признаю себя виновным.в засорении аппарата Центросоюза чуждыми и повстанческими кадрами, признаю себя виновным в службе в царской охранке. ‘

    Председательствующий. Подсудимый Бессонов, вы признает;' себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Бессонов. Да, признаю.

    Председательствующий. Подсудимый Икрамов, вы признаете себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Икрамов. Да, признаю.

    Председательствующий. Подсудимый Ходжаев, вы признаете себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Ходжаев. Да, признаю.

    Председательствующий. Подсудимый Шарангович, вы приз­наете себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Шарангович. Я признаю целиком и полностью себя виновным.


    38



    Председательствующий. Подсудимый Зубарев, вы признаете .себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Зубарев. Да, признаю.

    Председательствующий. Подсудимый Буланов, вы признаете ■себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Буланоз. Да, признаю. '

    Председательствующий. Подсудимый Левин, вы признаете се­бя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Левин. Да, признаю.

    Председательствующий. Подсудимый Плетнев, вы признаете себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Плетнев. Да, признаю. ■

    Председательствующий. Подсудимый Казаков, вы признаете .себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Казаков. Да, признаю.

    Председательствующий. Подсудимый Максимов, вы признаете себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Максимов. Да, признаю.

    Председательствующий. Подсудимый Крючков, вы признаете себя виновным в предъявленных вам обвинениях?

    Крючков. Да, признаю.

    Председательствующий. Объявляется перерыв на двадцать зшнут.


    ' Комендант суда. Суд идет, прошу встать.

    Председательствующий. Садитесь. Заседание суда продол­жается. Товарищ Прокурор, у вас есть предложения о порядке ведения судебного следствия?

    Вышинский. Да, имею. Я просил бы установить следующий порядок ведения судебного следствия: начать допрос с подсу­димого Бессонова. Далее я прошу допросить Гринько, Чернова, Иванова, Крестинского, Зубарева, Рыкова, Шаранговича, Ходжа- ева, Зеленского, Икрамова, Раковского, Розенгольца и затем Бу­харина, Левина, Буланова, Ягоду, Плетнева, Крючкова, Казакова и последним Максимова.

    Председательствующий. У защиты есть возражения против .предложенного порядка?

    Брауде. Нет.

    Председательствующий. У подсудимых есть возражения про­тив предложенного Прокурором порядка ведения судебного след­ствия?

    Подсудимые. Нет.

    Председательствующий. Прежде чем приступить к допросу подсудимых, я считаю необходимым предупредить стороны и подсудимых, что те пропуски и умолчания, которые были при -оглашении обвинительного заключения, должны быть приняты во внимание в ходе судебного следствия.

    Подсудимый Бессонов, вы подтверждаете те показания, кото­рые дали на предварительном следствии?


    39



    Прокурор, у вас есть во­просы к подсудимому Бессонову?

    По™удимый^ессон^в,0сообщите суду коротко, в нескольких

    СЛ°Бессонов! ЯИр°0ДиЙЮв 1892 году в городе Киржаче, Владимир, ской губернии. Учился я во Владимирском духовном училище, в духовной семинарии, затем был направлен за границу.

    Вышинский. Вы окончили духовную семинарию.

    Бессонов. Нет, не окончил. Я был два раза исключен.

    Вышинский. А чем объясняется, что вы поступили именно в

    ДУХБе?сшов!М0НтецИбь1л дьячком-этим и объясняется то, что я поступил в духовное училище, а затем и в духовную семина­рию.     о

    Вышинский. Кем вы были отправлены за границу .

    Бессонов. Московским меценатом Шаховым в 191*. году.

    Вышинский. В 1912 году? Затем?

    Бессонов. Затем я вернулся в Россию, чтобы получить диплом. Был выслан в Вологодскую губернию вследствие того, что при­нимал участие в эсеровской организации.

    Вышинский. Вы вступили в эсеровскую партию в 1912 году?

    Бессонов. Да.

    Вышинский. И в этой партии пробыли?

    Бессонов. До 1918 года.

    Вышинский. Следовательно, Октябрьская революция вас за­стала в рядах эсеров?

    Бессонов. Да.                                                                      ц

    Вышинский. Ваше отношение к Октябрьской революции?

    Бессонов. Эсеровское.

    Вышинский. То есть?

    Бессонов. Вместе с другими эсерами я не принимал Октябрь­ской революции. В августе 1918 года я порвал с эсерами и в октябре 1918 года об этом заявил официально.

    Вышинский. Но до 1918 года?

    Бессонов. До 1918 года разделял целиком и полностью уста­новки эсеровской партии за исключением военного периода, ко­гда я был пораженцем.

    Вышинский. В этот период времени ваше отношение к Ок­тябрьской революции, к Коммунистической партии было какое? Положительное или отрицательное?

    Бессонов. Отрицательное. '

    Вышинский. В чем заключалось ваше отрицательное отно­шение?

    Бессонов. Я выступал по поручению вологодского городского и областного комитетов эсеровской партии в качестве доклад­чика на собраниях, развивая и обосновывая позиции эсероз в отношении Октябрьской революции и по событиям текущего дня. Последним моим публичным выступлением было выступле­ние по поводу Брестского мира.


    40



    Вышинский. В чем выражалось это ваше выступление?

    Бессонов. Я резко и отрицательно относился к заключению Брестского мира.

    Вышинский. В 1919 году?

    Бессонов. В 1919 году я стоял целиком и полностью на плат­форме поддержки Советской власти, пошел добровольцем в Красную Армию.

    Вышинский. Когда вы вступили в Коммунистическую партию?

    Бессонов. В 1920 году, в мае месяце.

    Вышинский. Когда вы вступили на путь троцкистской дея­тельности?

    Бессонов. Я просил бы разрешения дать мне возможность рассказать об этом подробнее.

    Вышинский. Это дело суда.

    Председательствующий. Изложите только основные факты.

    Бессонов. Моя троцкистская деятельность началась в 1931 году в Берлине.

    Вышинский. При каких обстоятельствах?

    Бессонов. Я работал в 1931 году в Берлинском торгпредстве- СССР и заведывал отделом торговой политики. В процессе пере­говоров, которые Советское правительство вело в 1931 году с германскими промышленниками относительно предоставления кредитов, я оказался одной из наиболее активных фигур в пере­говорах. И на этой почве тесно связался с Пятаковым, который и вовлек меня в троцкистскую организацию.

    Вышинский. В чем выразилась ваша подпольная троцкистская деятельность в тот период времени?

    Бессонов. Основная задача, которую передо мною тогда по­ставил Пятаков, независимо от моего участия в переговорах с германскими промышленниками, — переговорах, которые, конеч­но, заслуживают того, чтобы на них остановиться несколько более подробно позже, — основной задачей, которую поставил передо мною Пятаков, было установление постоянной, регуляр­ной связи с Троцким.

    Вышинский. Почему именно к вам обратился Пятаков с пред­ложением организовать эту связь?

    Бессонов. Насколько я понимаю, Пятаков находился в связи с Троцким и до того. Но эта связь носила нерегулярный характер, страдала целым рядом дефектов. А между тем, обстоятельства требовали от Пятакова и от всей троцкистской организации уста­новления регулярной, постоянной связи, при которой получение директив Троцкого и информации о деятельности троцкистов в СССР было бы постоянным. Это был основной мотив, который привел к созданию в Берлине постоянного пункта связи, функ­ционировавшего вплоть до моего отъезда из Берлина в феврале прошлого года.

    Вышинский. По каким же обстоятельствам выбор остановился на вас?

    Бессонов. Я представлял из себя одну из наиболее, я бы ска­зал, прочных фигур в составе Берлинского торгпредства.

    Вышински&г-Какую должность вы там занимали?

    АУ                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              41

    L* НИКИТЕ» »

    1 W-iiflE I



    Бессонов. Я занимал должность члена советского торгпредства.

    Вышинский. В Берлинском торгпредстве.

    Бессонов. Да, в Берлинском торгпредстве, которое оыло тогда

    наиболее^ентральным торгпредством, через которое велись торго-

    рые переговоры с десятью европейскими егрэиамн. I а°ота aia-rpv. бовала очень длительных навыков, и совершенно ес-гесгвенно, су­ществовало определенное мнение о том, что в этой остановке я, рсооятно останусь и наиболее длительно буду сидеть в Берлине.

    Вышинский. Следовательно, ваше служеоное положение пред­ставляло значительное удобство ДЛЯ выполнения ооязанностеи

    связиста?

    Бессонов. Совершенно правильно.

    Вышинский. Вы согласились на эту роль.

    Бессонов. Да, я согласился.

    Вышинский. Почему?

    Бессонов. Я уже сказал, что Пятаков вовлек меня в троцкист­скую организацию...                                 ,                                   

    Вышинский. Следовательно, согласились как троцкист?

    Бессонов. Пятаков вовлек меня в троцкистскую организацию, •следовательно, я принимал на себя тем самым и определенные ■обязательства в отношении этой организации. Если мне давалось поручение, в частности, организовать с Троцким связь, то я это

    поручение выполнял.

    Вышинский. В то время вам было известно, что троцкистская организация под руководством Пятакова, как представителя Троцкого в СССР, и самого Троцкого, ведет уже определенную .заговорщическую конспиративную подрывную работу?

    Бессонов. Да.

    Вышинский. Каким образом это вам стало известно и при

    каких обстоятельствах?

    Бессонов. Пятаков, когда он вел со мною один из решитель­ных разговоров в этой области, дал мне картину состояния оп­позиции внутри СССР. Кроме того, он обрисовал положение в СССР в совершенно ложном, клеветническом виде. Картина, ко­торую он нарисовал, была достаточно выразительной, чтобы по­влиять на меня определенным образом. Кроме того, сам Пятаков, как личность, не мог не импонировать мне. Из среды людей, с которыми до сих пор сталкивала меня жизнь, он вели­колепно ориентировался в европейских делах и импонировал мне как хозяйственник.

    Я стал слушать Пятакова со значительно большим вниманием, чем при других обстоятельствах. Я, как и многие другие сотруд­ники за границей, широко знакомился с иностранной нелегальной, в наших советских условиях, литературой, в частности, с выпу­скавшимся Троцким бюллетенем. И, наконец, Пятаков, когда он пришел для того, чтобы меня организовать — завербовать — он дал мне картину состояния оппозиционных сил внутри СССР. Прежде всего он отметил факт общения троцкистов и зиновьев- цев на общей платформе. Он указал далее на то, что предпри­няты шаги, установлен контакт с правыми, шаги, которые обе­щают быть очень успешными. Говорилось о фактическом недо­



    вольстве среди широких слоев нелегальных объединений троц- кистско-зиновьевских организаций, к которым потом предпола­галось привлечь и правых, с которыми в действительности кон­такт был установлен. Пятаков ставил довольно решительно во­прос о том, что идет речь о смене руководства.

    Вышинский. Вы тогда из разговоров с Пятаковым узнали, что существует оформленная организация?

    Бессонов. Да.

    Вышинский. Под чьим руководством эта организация действо­вала?

    Бессонов. Пятаков нисколько не скрывал, что организация в целом руководствовалась директивами Троцкого.

    Вышинский. Что конкретно вам говорил Пятаков относи­тельно правых и кого он называл?

    Бессонов. Пятаков говорил, что предпринимаются шаги для установления организационного контакта с правыми.

    Вышинский. С кем именно?

    Бессонов. С Бухариным, Рыковым и Томским.

    Вышинский. А эти последние — Бухарин, Рыков и Томский — со своей стороны делали какие-либо шаги в этом направлении?

    Бессонов. До 1931 года таких разговоров я не знаю.

    Вышинский. А были ли такие разговоры?                     .

    Бессонов. В 1932 году Пятаков об этом говорил, правда, не останавливаясь на этом подробно.

    Вышинский. Что говорил?

    Бессонов. В 1932 году Пятаков говорил о том, что контакт установлен.

    Вышинский. В 1932 году, следовательно, задача налаживания такого контакта удалась?

    Бессонов. Да.

    Вышинский. При каких обстоятельствах?

    Бессонов. В 1932 году я виделся с Пятаковым несколько раз. Он очень длительное время был в Германии по делам торговых переговоров. Я видался с ним очень часто, и в один из разгово­ров он мне сказал об этом.

    Вышинский. Словом, троцкистская группа организована под руководством своего центра, к ней примыкают зиновьевцы и в этот период времени ведутся, по вашим данным, переговоры с бухаринцами?

    Бессонов. Да.

    Вышинский. Позвольте спросить у Бухарина.

    Председательствующий. Пожалуйста.

    Вышинский. Обвиняемый Бухарин, вы можете подтвердить показания Бессонова, что в этот период ваша группа вела пере­говоры с зиновьевской организацией о вашей работе?

    Бухарин. Я подробно показал в своих показаниях на предва­рительном следствии, что попытки контакта правых с зиновьев- цами, а потом и с троцкистами были и раньше.

    Вышинский. Вы — обвиняемый Бухарин, а также Рыков и Томский — вели переговоры с Пятаковым и другими троцки­стами об объединенных действиях против Советской власти?


    43



    Бухарин. Да.

    Вышинский. Вы это подтверждаете?

    Бухарин. Я это подтверждаю.                         ^                   ^

    Вышинский Бессонову). Продолжайте ваши ооьясне-

    ния.                                                              

    Бессонов, Пятаков поставил передо мной задачу организо­вать систематическую, постоянную связь с Троцким.

    Вышинский. Что же реально вы сделали в этом отношении?

    Бессонов. После нескольких разговоров с ним на эту тему (это было в начале мая 1931 года) и по его совету я с реко­мендательной запиской Пятакова разыскал в Берлине сына Троцкого — Седова и через него передал первое письмо Пята­кова к Троцкому.

    Вышинский. Скажите, где, когда, в какое время и при какой обстановке вы вручали ему письмо?

    Бессонов. Седов стоял тогда в центре внимания германской,, я бы сказал, бульварной прессы, ибо перед этим с его сестрой — дочерью Троцкого — произошло одно происшествие, в резуль­тате которого германская печать очень много писала о самом Троцком, об его детях и, в частности, о Седове, который в то время учился в Берлинском политехникуме. Разыскать Седова не представляло для меня никаких трудностей, точно также как не представляло трудностей разыскать любого человека в Бер­лине, потому что я располагал в Берлине очень многими свя­зями, Я мог установить связь с Седовым любым образом, но по совету Пятакова для того, чтобы не очень афишировать это дело, воспользовался адресом, который он указал в одной из дневных берлинских газет...

    Вышинский. ...и по этому адресу?

    Бессонов. ...и по этому адресу в конце мая 1931 года с реко­мендательной запиской Пятакова я разыскал Седова и имел с ним краткий разговор.

    Вышинский. Седов вас знал до этого?

    Бессонов. Нет, не знал.

    Вышинский. Вы для него были совершенно новый человек?

    Бессонов. Да, новый человек.

    Вышинский. Почему же Седов согласился вести с вами, с не­знакомым ему человеком, разговор на эту тему?

    Бессонов. Я передал записку Пятакова — этого было доста­точно.

    Вышинский. И после этого?

    Бессонов. После этого он со мной разговаривал довольно подробно по вопросу об организации этой переписки. Он сразу сказал, что речь идет не об одном-двух письмах, которые можно взять для переотправки, а об установлении систематиче­ской связи.         

    Вышинский. Чем кончился разговор с Седовым?

    Бессонов. Он считал, что необходимо, если ставить перед со­бой задачу постоянной связи, выделить специального человека, не столь стоящего на виду, как стоит он, Седов. Через некоторое время, встретившись с Седовым заранее условленным спосо-

    44



    бом — на одном из берлинских вокзалов, я ему передал письмо от Пятакова к Троцкому, которое Троцкий и получил и на кото­рое в сравнительно непродолжительном времени был получен ответ. Вместе с тем были переданы и первые деньги, которые дал мне Пятаков.                                                         ,

    Вышинский. Какие деньги?

    Бессонов. > Он дал мне 2 ООО марок для передачи Седову спе­циально на расходы, связанные с переотправкой первых писем.

    Вышинский. Что это были за деньги?                                             '

    Бессонов. Я не знаю. Пятаков располагал довольно большими суммами.

    Вышинский. Какие это были суммы, ему лично принадлежа­щие?

    Бессонов. Я думаю, что они не принадлежали Пятакову.

    Вышинский. А чьи же они были?

    Бессонов. Это были деньги Советского государства, предо­ставленные Пятакову как председателю комиссии по перего­ворам...

    Вышинский. Для чего они были предоставлены?

    Бессонов. Я так полагаю, что они были предоставлены для так называемых представительских расходов.

    Вышинский. То есть расходов, связанных с его официальной работой?

    Бессонов. Да, конечно. -Но эти деньги были использованы для организации первоначальной связи с Троцким.

    Вышинский. Как вы можете это квалифицировать в соответ­ствии с нынешней обстановкой на языке Уголовного кодекса? Как можно квалифицировать такое использование чужих средств з преступных целях?                                        .

    Бессонов (молчит).

    Вышинский. Может быть я вам помогу?

    Бессонов. Я думаю, что вы это сделаете лучше меня. То, что у меня может звучать сейчас неискренно и неубедительно, у вас будет звучать по-настоящему.

    Вышинский. Выходит так, что Пятаков крал государственные деньги? Воровал их и направлял эти деньги на помощь троц­кистской организации?

    Бессонов. Да, совершенно верно.

    Вышинский. А вы ему помогали в этом деле?

    Бессонов. Да.

    Вышинский. Он воровал, вы ему помогали, передав от Пята­кова 2 ООО марок, принадлежащих Советскому государству.

    Бессонов. Да, это так, но на этом денежные отношения с Се­довым кончились, потому что, насколько я помню, в тот период через Седова было отправлено и получено не больше трех писем.

    Вышинский. А вообще денежные отношения с троцкистами на этом кончились?

    Бессонов. Я предпочитаю коснуться этого позже, потому что имею показать по этому вопросу целый ряд фактов. Должен ска-

    45



    зать, что, конечно, денежные отношений с Троцкие хами ка этом

    отнюдь не закончились.

    Вышинский. Они продолжались и дальше. _

    Бессонов. Я бы не сказал, что было прямое с.лк-сапч.рованне

    из советских денег...

    Вышинский. Но что имело место.                                           ^

    Бессонов. Но имело место использование ситуации, создав­шейся в Германии, и советского служебного положения длнеши­рокого получения средств на нелегальную троцкистскую paooiy. Это не подлежит никакому сомнению.                               u

    Вышинский. Финансирование троцкистской организации за счет интересов Советского государства продолжалось и дальше. Бессонов. Безусловно. ^

    Вышинский. Продолжайте.

    Бессонов. Во время первого свидания с Седовым он поставил вопрос о том, чтобы для постоянной связи с Троцким выделить

    специального человека.

    Вышинский. Это была инициатива Седова.

    Бессонов. Да, я говорил об этом с Пятаковым. Он считал это совершенно правильным и вскоре (это было в начале июля или в конце июня 1931 года) познакомил меня с инженером Райхом, в то время работавшим в отделе черной металлургии Берлин­ского торгпредства, человеком, который очень хорошо знал Европу, в частности, европейскую металлургию, бывал в разных странах, говорил на нескольких европейских языках.

    Вышинский. А главное?

    Бессонов. И самое главное, с 1923 года был троцкистом. Вышинский. Вы его до этого момента не знали?

    Бессонов. Я его до этого момента не знал.

    Вышинский. Совершенно?

    Бессонов. Совершенно.

    Вышинский. И не встречались с ним?

    Бессонов. Я видел его иногда в коридорах торгпредства. Вышинский. Если вы его видели в торгпредстве, значит знали? Бессонов. Я не знал его фамилии.

    Вышинский. Хорошо, но знали этого человека в лицо? Знали, что есть такой Райх, но не знали его лично?

    Бессонов. Да, до тех пор пока меня не познакомил с ним... Вышинский. До тех пор пока вас с ним не познакомил, как с троцкистом, Пятаков, вы Райха знали?

    Бессонов. Как сотрудника торгпредства.

    Вышинский. Это не был для вас новый человек?

    Бессонов. Нет.

    Вышинский. Вы только не знали, что он связан с Троцким? Бессонов. Нет.

    Вышинский. И вас связал с ним как с троцкистом Пятаков? Бессонов. Да.

    Вышинский. А когда Райх стал Иогансоном?

    Бессонов. Райх заявил, что техника связи представляет собою очень простое, несложное дело, правда, это требует довольно большого количества денег и большой скромности от человека,


    46



    который осуществляет эту связь. Но сотруднику советского тор­гового представительства, который всюду ездит с созетским пас­портом, это довольно затруднительно, потому что на каждой границе он будет вызывать специальное внимание и с этой точки зрения нужно найти другого человека, который мог бы осуще­ствлять эту работу по связи таким образом, чтобы курсировать через границу, не возбуждая подозрения.

    Когда об этом было сообщено Пятакову, он сказал, что ино­странца искать для этой цели нет смысла, а можно Райха сделать иностранцем. И действительно, Райх стал иностранцем, то есть в 1931 году, я думаю это было в декабре месяце, Райху удалось не без помощи троцкистов превратиться в Карла Иогаисона.

    Вышинский. При помощи троцкистов?

    Бессонов. Да, при помощи троцкистов.

    Вышинский. При помощи троцкистов он получил паспорт?

    Бессонов. Я знаю, что получение паспорта связано с подку­пом должностных лиц, я не исключаю возможности, что это имело место при денежной поддержке троцкистов, потому что мне Пятаков говорил, что это стоит известных денег.

    Вышинский. Троцкисты достали паспорт?

    Бессонов. Паспорт они достали датской натурализации.

    Вышинский. Но все это было подложной механикой, на са­мом деле он не датчанин, в Дании до этого не был?

    Бессонов. Никогда он не был в Дании.

    Вышинский. Какая же тут натурализация, когда он не был в Дании?

    Бессонов. Паспорт был форменный, настоящий.

    Вышинский. Но по существу?

    Бессонов. По существу здесь имело место двойное граждан­ство. В конце 1931 или начале 1932 года Райх, будучи советским гражданином, сотрудником торгпредства, сделался, благодаря со­действию троцкистов и деньгам, датским гражданином. Весной 1932 года он был откомандирован в Москву, но в Москву он не поехал и стал невозвращенцем. И с тех пор я его знаю как Иогансона, который служит для связи между мною и Троцким.

    Вышинский. Райх стал датчанином и невозвращенцем. Он был двойником?

    Бессонов. Некоторое время он имел два гражданства, из них одно — советское гражданство — было открытое, а датское — тай­ное.

    Вышинский. Какое гражданство было открытое?

    Бессонов. Советское гражданство было открытое, а датское — тайное.

    Вышинский. Следовательно, здесь подлог, и кроме того не- возвращенство, а это измена уже, когда советский гражданин превращается в невозвращенца, этим самым он изменяет своей родине.

    Бессонов. Безусловно.

    Вышинский. Вы это знали и этому делу содействовали, так я понимаю?

    Бессонов. Это совершенно правильно.


    47



    Вышинский. Что же этот Райх играл крупную роль в смысле

    связи по троцкистским делам? ^

    Бессонов. Безусловно, он играл большую роль.

    Я знаю что Райх выполнял поручения Троцкого и по ряду других стран. Я хочу говорить только то, что я знаю.

    Вышинский. Нас интересует не то, что вы предполагаете, а

    то. что вы знаете.

    Бессонов. Его работа выражалась в систематическом привозе и отвозе корреспонденции. Во-вторых, он организовывал встре­чи с Троцким или с Седовым, когда это нужно было. Вышинский. Встречи с вами?

    Бессонов. Я имею в виду встречу Пятакова в 1932 году, за­тем я имею в виду встречу Крестинского с Троцким, которая бы­ла в октябре 1933 года.                                                                                             Вышинский. Значит, в октябре 1933 года, при помощи Райха,

    была организована встреча Крестинского с Троцким?

    Бессонов. Да, была организована встреча Крестинского с Троц-

    Вышинский. А вам откуда было известно, что Райх организо­вал встречу?

    Бессонов. О существовании Райха, кроме меня и Пятакова, ни­кто не знал.                                                                                       Вышинский. А Крестинский знал о существовании Райха?

    Бессонов. Он, вероятно, знал.

    Вышинский. Почему вы так полагаете?

    Бессонов. Крестинский работал в Берлине в качестве полпре­Д Вышинский. Райх был в полпредстве как официальное лицо. Это верно?

    Бессонов. Безусловно.

    Вышинский. Каким образом этот Райх организовал свидание Крестинского с Троцким?

    Бессонов. Я, собственно говоря, технических условий этого свидания не могу рассказать суду, ибо их не знаю.

    Вышинский. А что вы можете показать?

    Бессонов. Когда Крестинский поздним летом 1933 года приез­жал лечиться в Германию, он долгое время оставался в Берлине. Он имел со мной два раза разговор, который можно было харак­теризовать, как разговор членов троцкистской организации. Пер­вый разговор касался условий свидания между Троцким и Кре- стинским.

    Вышинский. Кто же желал этого свидания: Троцкий или Кре­стинский?

    Бессонов. Крестинский. Нужно сказать, что это была нелег­кая задача в тот период. В этот период Троцкий стал в извест­ной степени в центре европейского внимания, о нем много писа­ли в газетах, и в этих условиях организовать свидание было не­легко. Я не сомневался, что Иогансон располагает широкими свя­зями и это дело может без труда устроить. Я вызвал его в Бер­лин и, действительно, через некоторое время он вернулся и сооб­щил, что свидание может состояться в октябре 1933 года.

    4S



    Вышинский. Когда?

    Бессонов. В октябре 1933 года.

    Вышинский. Следовательно, вы оказали Крестинскому содей­ствие в организации встречи с Троцким?

    Бессонов. Крестинский знал, что я организовал это дело, но как я организовал это дело, Крестинский не знал.

    Вышинский. Технической стороны?

    Бессонов. Да, технической.

    Вышинский. Значит, мы можем установить такие факты: пер­вое это то, что Крестинский проезжал через Берлин.

    Бессонов. Я думаю, что это было в сентябре или в конце ав­густа 1933 года.

    Вышинский. Куда он ехал?

    Бессонов. В Киссинген.

    Вышинский. Зачем?

    Бессонов. Он лечился. Он остановился в торгпредстве и я с ним разговаривал. Дважды мы разговаривали на троцкистские темы.

    Вышинский. А он говорит, что никогда троцкистом не был. Может быть он порицал троцкистов? Вы слышали сами здесь, что он говорил, что он троцкистом не был. Как это, правильно или нет?

    Бессонов (улыбается).

    Вышинский. Что вы улыбаетесь?

    Бессонов. Я улыбаюсь потому, что я стою здесь на этом месте, потому что Николай Николаевич Крестинский назвал меня как связиста с Троцким. И кроме него и Пятакова никто об этом не знал. И если бы в декабре 1933 года Крестинский со мной не говорил об этом обстоятельстве, то я бы не находился на скамье подсудимых.

    Вышинский. Так что вы считаете, что вы обязаны ему в этом деле? Позвольте спросить подсудимого Крестинского.

    Подсудимый Крестинский, вы действительно проезжали в Кис­синген в 1933 году в августе или сентябре?

    Крестинский. В начале сентября.

    Вышинский. Этот факт подтверждаете?

    Крестинский. Подтверждаю.

    Вышинский. С Бессоновым виделись?

    Крестинский. Да.

    Вышинский. Разговаривали?

    Крестинский. Да.

    Вышинский. О чем? О погоде?

    Крестинский. Он был советником полпредства в Берлине, в это время исполнял обязанности поверенного в делах. Он инфор­мировал меня о политическом положении в Германии, о на­строениях фашистской партии, которая в то время была у власти, об их программе и установке к СССР.

    Вышинский. А о троцкистских делах?

    Крестинский. Мы с ним не говорили. Я троцкистом не был.

    Вышинский. Никогда не говорили?

    Крестинский. Никогда.

    4 Процесс «право-троцкистского блока»                                                                                                                      ^



    Вышинский. Значит, Бессонов говорит неправду, а вы гово­рите правду. Вы всегда говорите правду.

    Крестинский. Нет.                                ц тг                  

    Вышинский. Не всегда. Подсудимым Крестинскии, нам при­дется с вами разбираться в серьезных делах и горячиться не нуж­но. Следовательно, Бессонов говорит неправду;

    Крестинский. Да.                                                                 о .

    Вышинский. Но вы тоже не всегда говорите правду. Верно.

    Крестинский. Не всегда говорил правду во время следствия.

    Вышинский. А в другое время говорите всегда правду.

    Крестинский. Правду.

    Вышинский. Почему же такое неуважение к следствию, когда ведут следствие, вы говорите неправду? Объясните.

    Крестинский (м о л ч и т).

    Вышинский. Ответов не слышу. Вопросов не имею. Подсуди­мый Бессонов, когда имели место ваши разговоры с Крестин- ским о троцкистских делах?

    Бессонов. В Берлине был не первый разговор, а второй.

    Вышинский. А где был первый?

    Бессонов. Первый имел место в Москве, в мае 19оЗ года.

    Вышинский. При каких обстоятельствах, когда и о чем имен­но вы говорили с Крестинским в Москве о троцкистских делах?

    Бессонов. Вернувшись в Москву со всей торговой организаци­ей из Англии, я был назначен советником полпредства СССР в Германии. Прежде чем принять этот пост, я имел длительную беседу с Пятаковым и Крестинским. '                                                                  ^

    Вышинский. Пятаков меня сейчас не интересует, сейчас инте­ресует Крестинский. Где вы разговаривали с ним?

    Бессонов. В кабинете Крестинского, в НКИД.

    Вышинский. О троцкистских делах?

    Бессонов. Да, Крестинский мне сказал, что на основе реко­мендации и разговора Пятакова он считает необходимым со мною говорить совершенно откровенно относительно тех задач, которые стоят передо мною в Берлине. Он сказал мне, что он уже говорил о моем назначении с немцами, московскими немцами, — имея в виду немецкое посольство в Москве.

    Председательствующий. Подсудимый Бессонов, вы не забыли моего предупреждения в начале судебного следствия?

    Бессонов. То, что я хочу сказать, ни в какой степени, ве­роятно, не затрагивает чести ни одного из посольств и что гер­манская страна довольна моим назначением, потому что я долго работал в Германии, хорошо знаю Германию и они меня знают и что с этой точки зрения они довольны тем, что имеют знако­мую фигуру. Действительный смысл, конечно, всего этого за­мечания заключался в том, что очень ярко формулировал рань­ше, до этого, Пятаков, неоднократно и до этого говорил мне Крестинский, что моя работа в Германии в течение 1931— 1932 годов, безусловно, создала мне, как члену троцкистской ор­ганизации, определенную популярность и симпатии среди из­вестных кругов германских промышленников и отчасти герман­ских военных, популярность, которая теперь должна быть ис- 50



    пользована для новых задач. Эти задачи Крестинский формули­ровал следующим образом...

    Вышинский. Коротко, потому что я думаю, что об этих зада­чах будет говорить сам Крестинский позже.

    Бессонов. Если бы совершенно кратко формулировать основ­ные мысли Крестинского и то задание, которое я от него полу­чил,— оно заключалось в том, что я на должности советника Берлинского полпредства должен в первую очередь и раньше все­го приложить все усилия к тому, чтобы задержать и по воз­можности не допустить нормализации отношений между Совет­ским Союзом и Германией на обычном, нормальном дипломати­ческом пути.

    Вышинский. Подсудимый Крестинский, вы не припомните та­ких «дипломатических» разговоров с Бессоновым?

    Крестинский. Нет, у нас не было таких разговоров.

    Вышинский. Вообще не было дипломатических разговоров?

    Крестинский. Я не совсем расслышал, что говорил Бессонов в последнюю минуту. Здесь плохо слышно.

    Вышинский. А вы очень близко к нему сидите.

    Крестинский. Здесь сзади плохо слышно то, что говорит Бес­сонов.

    Вышинский. Разрешите мне просить вас, товарищ Председа­тель, пересадить Крестинского поближе к Бессонову, чтобы он хорошо слышал, а то я опасаюсь, что в наиболее острые момен­ты Крестинскому будет изменять слух.

    (Крестинский пересаживается ближе к Бесс о* нов у.)

    Вышинский. Я прошу Бессонова специально для Крестинского повторить то, что он сказал, а Крестинского попрошу внима­тельно слушать, напрячь свой слух.

    Бессонов. Я повторяю. Задание, которое я тогда получил от Крестинского, заключалось в том, что я на должности советника Берлинского полпредства СССР, где я, конечно, располагаю из­вестными возможностями для осуществления этой задачи, должен всеми доступными мне средствами, — само собою разу­меется, соблюдая весь дипломатический декорум,— всеми доступ­ными мне средствами помешать, задержать, не допустить норма­лизации отношений между Советским Союзом и Германией на нормальном дипломатическом пути и тем самым вынудить нем­цев искать нелегальных, недипломатических, секретных и тайных путей к соглашению с троцкистской организацией.

    Вышинский. Вы слышали это?

    Крестинский. Да.

    Вышинский. У вас в мае месяце 1933 года были разговоры с Бессоновым?                                       -

    Крестинский. У меня были разговоры с Бессоновым перед его отправлением в Берлин.

    Вышинский. Были. О чем, не помните?

    Крестинский. Я не помню деталей.

    Вышинский. Вы деталей не помните, а Бессонов помнит.



    Крестинский. Не было ни одного звука о троцкистских ycva-

    Н°ВВышинский. Вы говорили о том, что он должен делать за

    границей или не говорили?

    Крестинский. Конечно, говорил.

    Вышинский. Говорили, что он должен делать.

    Крестинский. Да.                                 ^

    Вышинский. Что он должен делать г

    Крестинский. Что он должен стараться создавать нормальные отношения в тех пределах, в которых это возможно^

    Вышинский. В каких возможно. А если невозможно.

    Крестинский. Если не будет удаваться другое дело, но он

    Д Вышинский. Обвиняемый Бессонов, правильно говорит Кре-

    ° Бессонов. Совершенно неправильно. Больше того, Крестин­ский в этом разговоре дал мне подробную организационную ди­рективу, каким образом я должен с ним сноситься в оудущем. Помимо официальных писем, которыми обменивается полпред­ство в Германии с НКИД, я должен буду состоять в переписке с Коестинским. И если в этой переписке Крестинский оговорится, что он держится в текущих вопросах советско-германских отно­шений такой-то точки зрения, что он советует обождать в этом вопросе официальных директив, то это означает, что я должен буду действовать в духе его «личной» точки зрения, независимо от того, какие будут официальные директивы.

    И наконец, в-третьих, Крестинский отправлял к своему бли­жайшему сотруднику по троцкистской линии и по служебной линии Штерну, для того чтобы я мог получить адреса для уста­новления связи с Троцким.

    Вышинский. Вы слышите, что Бессонов достаточно подробно говорит о ваших разговорах, которые носят далеко не такой ха­рактер, который вы им придаете. Как же быть?                                                  ^

    Крестинский. Таких разговоров не было, хотя на очной ставке, которая была в январе месяце, я часть разговора признал.

    Вышинский. Вы на очной ставке с Бессоновым подтверждали эту часть?

    Крестинский. Да.

    Вышинский. Значит, был такой разговор?

    Крестинский. Нет.

    Вышинский. Значит, то, что говорит Бессонов, надо понимать наоборот?

    Крестинский. Не всегда.

    Вышинский. Но ваше признание?

    Крестинский. На следствии я несколько раз давал неправиль­ные показания.                                                                         

         Вышинский. Вы говорили, что «в состав троцкистского цен­тра я формально не входил». Это правда или неправда?

    Крестинский. Я вообще не входил.

    Вышинский. Вы говорите, что формально не входили. Что здесь правда, что здесь неправда? Может быть, все правда или 52



    все неправда, или наполовину правда? На сколько процентов, на сколько граммов здесь правды?

    Крестинский. Я не входил в состав троцкистского центра по­тому, что я не был троцкистом.

    Вышинский. Вы не были троцкистом?

    Крестинский. Не был.

    Вышинский. Никогда?

    Крестинский. Нет, я был троцкистом до 1927 года.

    Председательствующий. В начале судебного заседания на мой вопрос вы ответили, что никогда троцкистом не были. Вы это заявили?

    Крестинский. Я заявил, что я — не троцкист.

    Вышинский. Итак, вы до 1927 года были троцкистом?

    Крестинский. Был.

    Вышинский. А в 1927 году вы когда перестали быть троцки­стом?

    Крестинский. Перед XV съездом партии.

    Вышинский. Напомните дату.

    Крестинский. Я датирую мой разрыв с Троцким и с троцкиз­мом 27-м ноября 1927 года, когда я через Серебрякова, возвра­тившегося из Америки и находившегося в Москве, направил Троцкому резкое письмо с резкой критикой...                                                      .

    Вышинский. Письма этого у нас нет в деле. У нас есть другое письмо — ваше письмо на имя Троцкого.

    Крестинский. Письмо, о котором я говорю, находится у су­дебного следователя, потому что оно изъято у меня при обыске, и я прошу о приобщении этой переписки.

    Вышинский. В деле есть письмо от 11 июля 1927 года, изъя­тое у вас при обыске.

    Крестинский. Там же есть письмо от 27 ноября.

    Вышинский. Нет такого письма.

    Крестинский. Не может быть...

    Вышинский. У нас сейчас ведется судебное следствие, а ведь вы на следствии не всегда говорили правду. Вы говорили на предварительном следствии, что вы формально не входили в центр. Значит, на предварительном следствии вы признали, что входили вообще, по существу, в троцкистский центр. Вы призна­вали это на предварительном следствии?

    Крестинский. Нет, не признавал.

    Вышинский. В ваших показаниях (т. 3, л. д. 9) вы показали: «Формально не входил...».

    Значит, можно понимать так, что не формально входили. Верно?

    Крестинский. Я не входил вообще в состав троцкистского центра.

    Вышинский. Значит, вы дали неправильные показания?

    Крестинский. Я же заявил, что эти мои показания не соответ­ствуют действительности.

    Вышинский. Когда я вас допрашивал на предварительном следствии, вы мне говорили правду?

    Крестинский. Нет.


    53



    Вышинский. Почему вы мне говорили неправду? Я вас просил говорить неправду?

    Крестинский. Нет.

    Вышинский. Просил я вас говорить правду?

    Крестинский. Просили.

    Вышинский. Почему же, когда я вас прошу говорить правду, вы все-таки говорите неправду и заставляете следователя пи­сать это, потом подписываете? Почему?

    Крестинский. Я дал прежде, до вас, на предварительном след­ствии неправильные показания.

    Вышинский. ...и потом держались?

    Крестинский. ...и потом держался, потому что на опыте своем личном пришел к убеждению, что до судебного заседания, если таковое будет, мне не удастся опорочить эти мои показания.

    Вышинский. А теперь вы думаете, что вам их удалось опо­рочить?

    Крестинский. Нет, не это важно. Важно то, что я заявляю, что не признаю себя троцкистом. Я не троцкист.

    Вышинский. Вы сообщали, что вы находились на особо кон­спиративном положении. Что это значит — «особо конспиратив­ное положение»?

    Крестинский. Вы же знаете...

    Вышинский. Вы меня в качестве свидетеля не привлекайте к этому делу. Я вас спрашиваю, что значит — на особо конспира­тивном положении?

    Крестинский. Это было сказано в моем показании...

    Вышинский. Вы не хотите отвечать на мои вопросы?

    Крестинский. Эта фраза о том, что я нахожусь на особо кон­спиративном положении, есть в моем показании от 5 или 9 июня, которое от начала до конца является неправильным.

    Вышинский. Я не об этом вас спрашиваю, поэтому прошу не спешить с ответами. Я спрашиваю, что значит — нахожусь на особо конспиративном положении?

    Крестинский. Это не соответствует действительности.

    Вышинский. Это мы потом будем выяснять. Я хочу понять смысл заявления о том, что вы находитесь на особо конспира­тивном положении.

    Крестинский. Если бы это соответствовало действительности, то это означало бы, что я, будучи действительно троцкистом’ принимаю все меры для того, чтобы скрыть свою принадлеж­ность к троцкизму.

    Вышинский. Прекрасно, а чтобы скрыть, надо отрицать свой троцкизм?

    Крестинский. Да.

    Вышинский. Сейчас вы заявляете, что вы не троцкист. Не для того ли, чтобы скрыть, что вы троцкист?

    Крестинский (после молчани я). Нет, я заявляю, что я не троцкист.                                                                                .

    Вышинский (обращаясь к суду). Можно спросить обви­няемого Розенгольца? Оовиняемый Розенгольц, вы слышали этот диалог?


    54



    Розенгольц. Да.

    Вышинский. Как вы считаете, Крестинский был троцкистом?

    Розенгольц. Он троцкист.

    Вышинский. Обвиняемый Крестинский, прошу слушать, а то потом вы будете заявлять, что не слышали.

    Крестинский. Мне стало нехорошо.

    Вышинский. Если обвиняемый заявляет, что ему нехорошо, я не имею права его допрашивать.

    Крестинский. Мне нужно только принять таблетку и я могу продолжать.                                                                                 "

    Вышинский. Вы просите вас пока не допрашивать?