Юридические исследования - ТЕНЬ ДОЛЛАРА НАД РОССИЕЙ. Г. К. СЕЛЕЗНЕВ -

На главную >>>

Иные околоюридические дисциплины: ТЕНЬ ДОЛЛАРА НАД РОССИЕЙ. Г. К. СЕЛЕЗНЕВ


    Книга представляет собой исследование политики американских монополий в отношении России в 1914—1920 гг. В ней показаны американские планы закабаления России и их провал в результате Великой Октябрьской социалистической революции и поражения иностранной военной интервенции; рассказывается об экономической экспансии США в Россию в годы первой мировой войны, о роли аме­риканских империалистов в борьбе с назревавшей в России проле­тарской революцией, о подрывной деятельности США против моло­дого Советского государства.

    Книга рассчитана на широкие круги читателей, интересующихся историей России, а также историей внешней политики США и между­народных отношений.


    Г. К. СЕЛЕЗНEB




    Г. К. СЕЛЕЗНЕВ

    КАНДИДАТ ИСТОРИЧЕСКИХ НАУК



    ИЗ ИСТОРИИ АМЕРИКАНО-РУССКИХ ОТНОШЕНИЙ


    ВОЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО МИНИСТЕРСТВА ОБОРОНЫ СОЮЗА ССР МОСКВА • 1957



    Книга представляет собой исследование политики американских монополий в отношении России в 1914—1920 гг. В ней показаны американские планы закабаления России и их провал в результате Великой Октябрьской социалистической революции и поражения иностранной военной интервенции; рассказывается об экономической экспансии США в Россию в годы первой мировой войны, о роли аме­риканских империалистов в борьбе с назревавшей в России проле­тарской революцией, о подрывной деятельности США против моло­дого Советского государства.

    Книга рассчитана на широкие круги читателей, интересующихся историей России, а также историей внешней политики США и между­народных отношений.




    ПРЕДИСЛОВИЕ

    Предлагаемая вниманию читателя книга посвящена одной из важных страниц в истории агрессивной внешней политики американского империализма. В ней рассматри­вается проникновение американских монополий в царскую Россию в годы первой мировой войны и причины, которые побудили правящие круги Соединенных Штатов Америки после победы Великой Октябрьской социалистической ре­волюции стать на путь разжигания гражданской войны в России и активного участия в военной интервенции про­тив Советского государства.

    Для миролюбивых народов, в том числе и для амери­канского народа, весьма поучительны уроки, которые дает история этой захватнической политики. Они напоминают

    о   провале попыток американских монополий превратить Россию в полуколонию и удушить молодую Советскую рес­публику. Уроки истории, в том числе и те исторические со­бытия, исследованию которых посвящена настоящая ра­бота, подтверждают, что американских претендентов на мировое господство ждет такой же бесславный конец, как и их незадачливых предшественников — гитлеровцев.

    В настоящее время на идеологическом фронте, как и на всех других фронтах, империализм ведет с нами острую борьбу. В этой идейной борьбе империалистическая реак­ция широко использует услуги буржуазных фальсифика­торов истории. Реакционные, в первую очередь американ­ские, историки стремятся затушевать хищническую, граби­тельскую сущность внешней политики США в период им­периализма. Политика американских монополистов в от­ношении России изображается ими как якобы «друже­ственная» русскому народу, а посылка американских войск на советскую территорию — как мероприятие, не имеющее ничего общего е вмешательством во внутренние дела Советской России. Так, например, профессор Прин­



    стонского университета бывший посол США в СССР Джордж Кеннан в своей книге «Россия выходит из войны», опубликованной в 1956 г., старается обелить реакционную антисоветскую внешнюю политику американского импе­риализма. Основной лейтмотив книги Кеннана сводится к тому, что правительство США не вмешивалось якобы во внутренние дела нашей страны, что политика США оп­ределялась демократическими принципами и «симпатией» к народам России. Кеннан стремится скрыть участие пра­вящих кругов США в попытках удушения Советской Рос­сии. Кеннан утверждает, что правительство США «ясно и недвусмысленно отклонило все предложения, излагаю­щие какие-либо планы иностранной интервенции в Си­бири. Причиной такой позиции было опасение вызвать враждебные чувства со стороны русского народа» 1.

    Кеннан затушевывает враждебность империалистиче­ских держав к Великой Октябрьской социалистической революции, утверждая, будто «революция в Петрограде сначала рассматривалась западными державами главным образом с точки зрения влияния, которое она может ока­зать на судьбу мировой войны»2. Таким образом, буржу­азная американская литература рисует политику США в отношении России в 1914—1920 гг. в идеализированном виде, маскирует хищнический характер политики амери­канского империализма 3.

    Разоблачение ухищрений реакционной идеологии всег­да составляло и составляет одну из основных задач марк­систско-ленинской теории. Марксизм-ленинизм учит, что теоретическая борьба является одной из важнейших форм классовой борьбы.

    За последние годы вышло в свет несколько работ со­ветских историков, разоблачающих активную роль амери­канского империализма в иностранной военной интервен­ции. Это работы А. В. Березкина «США — активный орга­низатор и участник военной интервенции против Совет­ской России», Б. Е. Штейна «Русский вопрос» на Париж­ской мирной конференции (1919—1920 гг.), А. Е. Куниной «Провал американских планов завоевания мирового гос­подства в 1917—1920 гг.», А. Гулыги и А. Геронимуса


    1  G. Kennan. Russia leaves the war, Princeton, 1956, p. 328.


    2  Там же, p. 76. Подробнее об этой книге см. рецензию в жур­нале «Вопросы истории», № 8, 1957.


    3  Th. Bailey, F. Dulles, V. Dean, Cl. Manning, P. Tompkins, G. Kennan и др. (См. Указатель основной Ли­тературы и источников).



    «Крах антисоветской интервенции США. 1918—1920» и другие. Как видно из приведенных названий трудов, в них рассматривается период с 1918 по 1920 г. Империалисти­ческая политика американских монополий в годы первой мировой войны (1914—1917 гг.) и в первые месяцы Со­ветской власти (до июля 1918г.) исследованы очень мало. Заполнить этот пробел и является основной задачей пред­лагаемой работы. В связи с этим период 1919—1920 гг. в данной работе освещен кратко. Речь в ней идет не толь­ко о целях политики США, но и о финансово-экономиче­ских и дипломатических методах, при помощи которых американский империализм пытался осуществить эти цели. Это важно не только с точки зрения изучения исто­рии, но и с точки зрения понимания политики США и це­лей американских монополий в настоящее время, выясне­ния движущих пружин внешней политики этой сильней­шей империалистической державы.

    Автор не стремился специально исследовать политику Англии, Франции и других капиталистических держав в отношении России в 1914—1918 гг., поэтому в книге за­тронуты лишь основные линии политики этих держав в связи с проблемой американо-русских отношений в этот период.

    Основополагающим источником работы служили труды классиков марксизма-ленинизма и решения съездов и конференций Коммунистической партии Советского Союза.

    Документальную основу настоящей работы составляют прежде всего неопубликованные источники из архивов Москвы и Ленинграда. На первое место среди них следует поставить богатейшие фонды Архива внешней политики России. Важное дополнение к ним составляют документы Центрального государственного исторического архива в Ленинграде, Центрального государственного военно­исторического архива и Центрального государственного архива Октябрьской революции. Значительно меньше материалов было извлечено из Центрального государствен­ного архива Красной Армии. Автор выражает глубокую благодарность всем архивным учреждениям и особенно Архиву внешней политики России за предоставление ему возможности использовать значительное число неопубли­кованных источников.

    Кроме того, при написании настоящей книги были ис­пользованы документы, изданные Народным комиссариа­том иностранных дел СССР, документы государственного департамента США, стенографические отчеты заседаний



    конгресса США, мемуары государственных деятелей и дипломатов того времени, русская буржуазная, советская и иностранная пресса.

    При написании данной работы была изучеиа основная американская литература по теме исследования. Амери­канские буржуазные историки изображают империали­стическую политику США как политику «помощи» России, «защиты» России от германских и японских захватчиков. В США издано много книг по истории американо-русских отношений, призванных замаскировать хищнический анти­советский характер политики американского империа­лизма, фальсифицировать историю.

    В данной работе учтены последние достижения совет­ских исследователей, занимающихся изучением внешней политики США периода 1918—1920 гг. Как уже отмеча­лось, в последние годы появилось несколько работ совет­ских историков, правильно освещающих вопрос об актив­ном участии США в антисоветской военной интервенции.

    Однако некоторые из этих исследователей, борясь с порочной теорией «пассивного участия» США в антисо­ветской интервенции, допустили явное преувеличение роли США в интервенции и преуменьшение роли в ней импе­риалистов других стран. Они переоценили степень могу­щества США, слабо учитывали межимпериалистические противоречия. Стремясь доказать, что американский импе­риализм являлся главным организатором интервенции против Советской России, они изображали Англию, Фран­цию и Японию как орудие империалистов США и припи­сывали последним руководство военными действиями ин­тервентов на всех фронтах, а также финансирование всех мероприятий союзников.

    Научное исследование политики США в отношении нашей страны в 1917-—1920 гг. и разоблачение американ­ских фальсификаторов истории — важная задача совет­ских исследователей.

    *           *

    *

    За товарищескую критику и помощь в подготовке на­стоящей работы автор выражает глубокую признатель­ность доктору исторических наук A. J1. Нарочницкому, академику И. И. Минцу, кандидатам исторических наук А. В. Березкину, Э. Н. Бурджалову, А. Е. Куниной и чле­нам кафедры истории нового времени Московского город­ского педагогического института им. В. П. Потемкина.



    ПРОНИКНОВЕНИЕ АМЕРИКАНСКОГО КАПИТАЛА В ЦАРСКУЮ РОССИЮ

    (1914-1916 гг.)


    В

     конце XIX столетия американский капитализм всту-
    пил в высшую и последнюю стадию своего разви-
    тия — в стадию монополистического капитализма,
    империализма. На рубеже XX века США обогнали

    в экономическом отношении другие капиталистические
    страны. Концентрация промышленности и капиталов до-
    стигла здесь высокого уровня, влияние финансового капи-
    тала стало решающим во всей экономической и политиче-
    ской жизни страны. 60 богатейших семейств-миллиарде-
    ров, 90 семейств — звезд второй величины и 550 се-
    мейств сателлитов представляли собой, по свидетель-
    ству американского журналиста Ландберга, «жизнен-
    ный центр современной промышленной олигархии, господ-
    ствующей над Соединенными Штатами, действующей при
    демократической де-юре форме правительства, за спиной
    которого со времени гражданской войны постепенно обра-
    зовалось правительство де-факто, абсолютистское и плуто-
    кратическое по своему характеру» *.

    Крупнейшими финансовыми магнатами были миллиар­деры Морган и Рокфеллер. В 1912 г. все национальное бо­гатство США составляло 120 млрд. долларов. Из них око­ло трети, т. е. примерно 40 млрд. долларов, принадлежало двум трестам Моргана и Рокфеллера, или подчинялось этим трестам!2


    1  Ф. Ландберг. Шестьдесят семейств Америки, М., 1948, стр. 1.


    2  См. В. И. Ленин. Соч., т. 18, стр. 375.



    Кучка крупнейших монополистов, магнатов финансо­вого капитала, чьими послушными приказчиками являлись президент Вильсон, министры, сенаторы, во имя своих узкоэгоистических интересов определяла политику прави­тельства США — политику реакции внутри страны и аг­рессивную политику экспансии на международной арене. В погоне за максимальными прибылями американские монополисты выдвинули в начале XX века широкую про­грамму закабаления более слабых государств Латинской Америки и Азии.

    Накануне войны 1914—1918 гг. правительство США не только было хорошо осведомлено о взаимоотношениях военно-политических блоков в Европе, но и проявило зна­чительную активность в деле разжигания европейской войны.

    4 августа 1914 г. президент Вильсон провозгласил «ней­тралитет» США в европейской войне. Этот шаг дикто­вался корыстными интересами крупнейших монополисти­ческих групп — Моргана, Рокфеллера, Дюпона, Меллона. Война ослабляла силы обеих воюющих коалиций — Ан­танты и австро-германского блока, что отвечало интересам американского империализма. В то же время позиция «нейтралитета» способствовала быстрому усилению эко­номической и военной мощи США. «Пацифистская» фра­зеология Вильсона прикрывала проводившуюся Соединен­ными Штатами политику затягивания войны и захвата тем временем позиций своих империалистических сопер­ников в странах Латинской Америки, а также подготовку условий для будущего экономического закабаления Ев­ропы и Азии.

    В годы первой мировой империалистической войны возросла также роль России в планах американских мо­нополий. Богатейшие области русского Дальнего Востока и Сибири давно были объектом грабительских планов американской буржуазии. В начале XX века американские предприниматели активизировали свои попытки добиться различных концессий от царского правительства *. Отмечая, что финансовый капитал и соответствующая ему международная политика, которая сводится к борь­бе великих держав за экономический и политиче­ский раздел мира, создают целый ряд различных форм

    1 См. М. Я. Гефтер. Из истории проникновения американ­ского капитала в царскую Россию до первой мировой войны. «Истори­ческие записки», Тг 36.



    зависимости, В. И. Ленин указывал: «Типичны для этой эпохи не только две основные группы стран: владеющие колониями и колонии, но и разнообразные формы зави­симых стран, политически формально самостоятельных, на деле же опутанных сетями финансовой и дипломатиче­ской зависимости» *. Одной из этих форм зависимости являлись и отношения царской России с более сильными империалистическими державами, в частности с Ан­глией, Францией и США.

    Как известно, к 1914 г. важнейшие отрасли тяжелой промышленности России уже находились в руках франко­бельгийского и английского капитала. Франция и Англия предоставили России миллиардные займы, что также при­ковало царизм к англо-французскому империализму, пре­вратило Россию в зависимую от англо-французского империализма страну. Но рассматривать Россию как «по­луколонию» было неправильно.

    По подсчетам некоторых экономистов, промышленные инвестиции крупнейших империалистических держав в России в 1914 г. составляли 2 млрд. руб. Из них на долю Франции приходилось 32%, на долю Англии — 25%, Гер­мании— 16%, Бельгии— 15%, США — 5% 2.

    Таким образом, до начала .ройны американский капи­тал не играл существенной роли в экономике России.

    Капиталы США были помещены главным образом в два предприятия: Международную компанию жатвен­ных машин (филиал Интернэйшнл харвестер компани — 60 млн. руб.) и Мануфактурную компанию Зингер (фи­лиал Зингер мануфэкчуринг компани — 50 млн. руб.). Таким образом, в отношении инвестиций позиции США в России к началу первой мировой войны были неизме­римо слабее, чем позиции Англии и Франции.

    Примерно такими же слабыми были позиции монопо­лий США в борьбе за рынки России. Правда, США зани­мали на русском рынке третье, после Германии и Англии, место3. Но в среднем за 1909—1913 гг. причоз из СШ составлял в русском импорте только 7% 4. Так, в 1912/13


    1  В. И. Ленин. Соч., т. 22, стр. 250.


    *Л. П. Посвольский и Г. Маультон. Русские долги и восстановление России. 1925, стр. 26—27: П. Оль. Иностранные капиталисты в России, Пг., 1922, стр. 119—120.


    См. «Вестник финансов, промышленности и торговли> № 11,


    4 Там же, № 45.



    финансовом году экспорт США в Россию составлял всего 26,5 млн. долларов

    До 1914 г. Россия не получала займов в США, амери­канские монополии не имели концессий в России. О сла­бости американских позиций в России говорит также и то, что американские банки не имели здесь своих отделений.

    Слабость экономических позиций США в России усу­гублялась некоторой напряженностью американо-русских дипломатических отношений накануне войны. Ухудшение отношений между США и Россией привело к расторжению торгового договора, заключенного еще в 1832 г. В числе причин, способствовавших обострению американо-русских отношений, было соперничество США и России за господ­ство в Маньчжурии, сближение царизма с американским конкурентом — Японией, конкуренция на мировых рынках в области торговли хлебом, а также хищническое истреб­ление американскими предпринимателями котиков и дру­гого морского зверя в русских дальневосточных водах.

    Американцы разоряли чукчей и эскимосов, скупая у них за бесценок пушнину. Камчатский губернатор писал в 1916 г., что промысел сильно упал «преимущественно благодаря деятельности американских промысловых су­дов, которые, пользуясь отсутствием нашей охраны, истребляют в громадном количестве у наших берегов вся­кого морского зверя»2.

    Начало войны в Европе оказало большое влияние на экономику США. Начали поступать военные заказы от стран Антанты (Германия ввиду английской блокады была отрезана от США), усилился спрос на американские то­вары со стороны тех стран, которые ранее покрывали свою потребность на английском и французском, а также германском рынках.

    Мировая война благоприятствовала американским мо­нополистам в. укреплении их позиций на русском рынке, ибо отсталая экономика царской России не могла обеспе­чить выполнения огромных военных заказов для армии.

    С одной стороны, правящие круги США, с самого на­чала войны желавшие взаимного ослабления Германии


    1  По данным официального статистического отчета. См. бб Con­gress, 2 session, 1917—1918. Foreign commerce and navigation of the United States for the year ending June 30, 1917, pp. XIIXIII. В отличие от календарного финансовый год начинается в США с 1 июля.


    2  Архив внешней политики России (АВПР), ф. Тихоокеанский стол, д. 1465, лл. 2, 3, 12, 17.



    и Антанты, почувствовали свою заинтересованность в ис­пользовании военной мощи России для ослабления конку­рента США Германии. Военные поставки США в Рос­сию были вызваны не только стремлением американских империалистов извлечь максимальные прибыли, но и по­литическим расчетом, — вооружив русскую армию, ис­пользовать ее в качестве пушечного мяса, затянуть войну между Россией и Германией и тем самым ослабить одно­временно оба лагеря империалистических конкурентов США.

    С другой стороны, царское правительство перед лицом обнаружившейся военной слабости России и отсталости ее экономики стало проявлять особую заинтересованность в размещении в США заказов на вооружение, боеприпасы, машины и т. п., в получении американских кредитов и зай­мов. Например, большой интерес царского правительства к размещению в США заказов на боеприпасы объяснялся тем, что положение со снабжением армии артиллерий­скими снарядами уже в первые месяцы войны стало ката­строфическим *. Война заставила американских монопо­листов пересмотреть свои планы в отношении России. Они рассчитывали, что вступление России в войну с Герма­нией, взаимное ослабление этих стран откроют для США новые, более широкие перспективы для укрепления своих позиций в экономике России и вытеснения оттуда фран­цузских, английских, германских и других конкурентов.

    Проводимая Соединенными Штатами в период первой мировой войны политика экономической экспансии осу­ществлялась в значительной мере под флагом сотрудни­чества, под видом «помощи». Лишь изредка в заявлениях американских политиков можно найти откровенное изло­жение экспансионистских планов, направленных на эко­номическое порабощение других стран монополистическим капиталом США. В этой связи представляет большой ин­терес план Пратта — программа, изложенная на Между­народной торговой конференции в Нью-Йорке в декабре

    1915    г. в речи Эдварда Пратта, одного из высокопостав­ленных чиновников министерства торговли США. В своей речи Пратт подчеркнул, что перед американскими моно­полистами стоит неотложная задача «теперь же подгото­вить почву к прочному приобретению таких богатых и ин-


    1   Ом. Г. И. Ш ига лин. Военная экономика в первую миро­вую войну (1914—1918 гг.), Воениздат, 1956, стр. 173.



    тересных рынков, как Южная Америка, Южная Африка, Австралия, Индия, Дальний Восток и Россия». Россию Пратт характеризовал так: «.. .Это — рынок, заслужи­вающий особенного и серьезного внимания со стороны каждого промышленника и экспортера. Импорт в Россию за последние годы достигал иногда суммы 500 млн. дол­ларов, и это громадный рынок, открытый американцам по крайней мере наравне со всеми другими странами. Не на­до забывать, что Россия — страна с огромными естествен­ными богатствами, страна во многих отношениях еще не развитая. Железные дороги, порты, разные общественные предприятия — все это России необходимо, все это дол­жно только строиться» *.

    В том же духе рисовал перспективы завоевания рус­ского рынка бывший коммерческий атташе США в Петро­граде Г. Бекер. Выступая перед членами Америкямо-рус- ской торговой палаты в Нью-Йорке 25 июля 1916 г., он заявил: «Россия... со временем должна явиться одним из лучших наших внешних рынков. Это — рынок такой же огромный и многообещающий, каким был Запад нашей страны по отношению к Востоку и в особенности к городу Нью-Йорку в прошлом столетии»2.

    В изданной в 1916 г. Американо-русской торговой па­латой (АМРТП) в Нью-Йорке брошюре о России говори­лось: «Возможности американской торговли с Россией тесно связаны с возможностями для американских капи­таловложений. Мы уверены... что еслц американские биз­несмены старательно используют имеющиеся возмож­ности, то русский рынок будет широко открыт для амери­канской торговли и что любой товар, который Россия по­лучает ия оазных стран, может быть приобретен в Соеди­ненных Штатах Америки»

    Это заявление вскрывает вожделения американского капитала, мечтавшего - завоевать господство на рынках России, вытеснить Германию и Англию и установить моно­польный контроль над русским импортом.

    В конце 1914 г. Банкере траст компани пытался навя­зать России заем на сумму 300 млн. долларов, причем гарантией должны были служить природные богатства России — нефтяные источники, рудники и обширные


    1  «Вестник Русско-американской торговой палаты» № 1, 1916.


    2 Там же, №9, 1916.


    3  «Commercial Russia». Publ. by the Aftierican-Russian Chamber of Commerce, New York, 1916, p. 5.



    участки недвижимой собственности, которые должны была быть даны американским учреждениям «для обеспечения права владельцев облигаций» '. Выручку от реализации займа предполагалось расходовать исключительно в США под контролем американских властей. Условия займа были столь тяжелы, что царское правительство отказалось от него.

    Осенью 1915 г. попытку навязать России заем на сумму 350 млн. долларов предпринял Нэйшнл сити бэнк оф Нью- Йорк. Банк выдвинул требование «обеспечить» заем путем депонирования определенного количества золота. Не удов­летворившись этим, он потребовал депонирования русских государственных процентных бумаг. Получив согласие русского правительства на оба эти условия, американский банк потребовал выдачи ему первой закладной на важней­шие русские казенные железные дороги: Николаевскую, Московско-Курскую, Нижегородскую, Южную и Екатери­нинскую. Только при этом условии банк соглашался пре­доставить России даже краткосрочный заем. Условия но­сили столь Тяжелый характер, что даже царский министр финансов Барк назвал их «несовместимыми с достоин­ством России, как великой державы», и отклонил их2.

    Наряду с займами планы США включали расширение позиций на рынках России. В 1915 г. к представителю рос­сийского министерства торговли и промышленности в Ва­шингтоне поступило от американских коммерсантов около 2000 письменных запросов относительно возможности тор­говли с Россией. Помимо этого, свыше 7 тыс. человек об­ратились к нему с личными запросами 3.

    Экспансионистские планы американских империали­стов убедительно подтверждает письмо, направленное в апреле 1916 г. президентом АМРТП Чарльзом Бойнто­ном русским политическим деятелям и предпринимателям. В этом письме Бойнтон проводил мысль о необходимости внедрения американских капиталов в основные отрасли экономики России и прямо указывал, что «американские концерны особенно заинтересованы в следующих русских отраслях производства: 1) железо и сталь; 2) медь; 3) прочее металлическое производство; 4) уголь; 5) нефть; 6) развитие сельского хозяйства; 7) хлопок; 8) текстиль­


    1  АВПР, ф. II Департамент, 1—5, «Война», д. 214, л. 405.


    2  Т ам же.


    3  «Вестник финансов, промышленности и торговли» № 17, 1916.



    ная индустрия; 9) предприятия коммунальных услуг; 10) железные дороги» К

    Таким образом, к весне 1916 г. планы американских империалистов уже не ограничивались проникновением в какую-либо отдельную отрасль промышленности — они охватывали все важнейшие отрасли народного хозяйства России.

    К началу 1917 г. 2500 американских фирм сбывали или добивались права сбыть свои товары в Россию2. В доне­сении посла США в Петрограде Фрэнсиса в государствен­ный департамент дается яркая картина планов американ­ских монополистов в России. «Американские компании, — писал он осенью 1916 г., — уже смотрят жадными глазами на имеющиеся в России залежи ископаемых, запасы вод­ной энергии, возможности железнодорожного строитель­ства. .. все считают, что на земле нет другого поля дея­тельности, подобного этому»3*.

    В январе 1917 г. Американо-русская торговая палата в Нью-Йорке командировала в Россию специального деле­гата — Портера. В связи с предстоящей поездкой Портер заявил: «Совершенно необходимо, чтобы американские фирмы приложили все усилия к завоеванию русского рын­ка»4. Так как расширение сбыта американских товаров в Россию с осени 1916 г. существенно затруднялось отсут­ствием в стране иностранной валюты, то министерство торговли США пропагандировало мысль об организации продажи России товаров на условиях долгосрочного кре­дита б.

    Итак, американская буржуазия обещала предоставить России снаряды и паровозы в кредит. Она хотела, чтобы Россия продолжала войну с Германией, хотела укрепить свои позиции на рынках России. Центральный военно-про- мышленный комитет доложил царскому правительству,


    1  Письмо президента АМРТП Чарльза Бойнтона Председателю Совета Министров (Штюрмеру) 26 апреля 1916 г. АВПР, ф. II Де­партамент, 1—5, p. III, 1915, д. 27, лл. 5—6 (подчеркнуто мною.— Г. С.).


    2  См. «Промышленная Америка», Нью-Йорк, 1917.


    3  «Papers Relating to the Foreign Relations of the United States. The Lansing Papers 1914—1920», v. II, Washington, 1940, p. 319. (В дальнейшем этот источник обозначается «The Lansing Papers» с указанием тома и страниц. — Г. С.).


    4  «Вестник Русско-американской торговой палаты» № 1, 1917.


    8 См. АВПР, ф. II Департамент, 1—5, p. III, 1917, д. 6, л. 2.



    что необходимый кредит может быть дан не только бан* ками, но и «особой корпорацией» самих американских предпринимателей.

    Представители русской промышленной буржуазии не только не противодействовали проникновению американ­ских монополий на русский рынок, но, напротив, услуж­ливо прокладывали им дорогу, рассчитывая, что при этом кое-что перепадает и на их долю.

    Накануне войны, в 1913 г., в Москве была создана Рус­ско-американская торговая палата (РУАМТП) которая после начала мировой войны значительно усилила свою активность. Об этом свидетельствуют, в частности, такие факты, как учреждение в январе 1915 г. специального пе­чатного органа палаты — «Вестника Русско-американской торговой палаты», открытие отделений палаты в Петро­граде (август 1915 г.) и Киеве (май 1916 г.) 2. К 1 августа

    1916   г. палата насчитывала свыше 500 коллективных и ин­дивидуальных членов3. Во главе палаты стоял Н. И. Гуч­ков — брат известного лидера октябристов, ставшего в дальнейшем военным министром Временного прави­тельства. С помощью этой палаты американский империа­лизм изучал русский рынок, пропагандировал среди рус­ской буржуазии необходимость широкого привлечения в страну американских капиталистов, т. е. иными словами прокладывал себе дорогу в Россию.

    В передовой статье первого номера «Вестника РУАМТП» говорилось: «... Важной задачей (РУАМТП. — Г. С.) является привлечение американского капитала к развитию производительных сил России... Без широкого прилива иностранных капиталов дальнейший экономиче­ский рост страны и расцвет таящихся в ней великих воз­можностей совершенно немыслимы». Развивая идею необ­ходимости ориентироваться именно на американский ка­питал, редакция журнала отмечала, что после войны «французский и английский капиталы будут в значитель­ной степени отвлечены нуждами собственных стран и для американского капитала откроется широкое поле деятель­ности в России» 4.


    1 В числе учредителей палаты был генеральный консул США Снодграсс. 24 мая 1913 г. проект устава палаты был утвержден Николаем II. Центральный государственный исторический архив в Ленинграде (ЦГИАЛ), ф. 23, оп. 11, д. 158, лл. 1—16.


    *   ЦГИАЛ, ф. 23, оп. 11, д. 168, лл. 29, 92.


    3  «Вестник Русско-американской торговой палаты» № 8, 1916.


    4  Т а м же, № 1, 1915.



    Один из членов РУАМТП, член Государственного со­вета профессор И. Озеров, написал статью, содержащую призыв к американским бизнесменам вкладывать свои капиталы в русскую экономику. Он выдвигал план созда­ния специального русско-американского» банка, который дал бы возможность американцам получать концессии на постройку железных дорог, на строительство ороситель­ных каналов и сооружений и т. д. Озеров услужливо со­общал, что «Соединенным Штатам следует обратить осо­бенное внимание на эксплуатацию в России нефти, меди и т. д.... легче всего им внедриться в этой области можно сейчас: они могли бы отчасти скупать понизившиеся рус­ские бумажные ценности этих категорий, отчасти образо­вывать новые предприятия...»

    Взгляды, подобные тем, что высказывал И. Озеров, все шире распространялись в кругах русской буржуазии. Вы­двигавшая собственные империалистические планы в об­ласти внешней политики (захват Дарданелл и т. п.), рус­ская буржуазия в то же время готова была пойти по пути привлечения иностранного капитала в Россию, а это не­минуемо вело к закабалению страны иностранным, в дан­ном случае американским, империализмом.

    В своем выступлении на конференции в Нью-Йорке в декабре 1915 г. представитель РУАМТП А. В. Бер за­явил: «При наличии у нас рабочих рук высокой произво­дительности, цена на которые составляет лишь 25% того, что Вы платите здесь (в США. — Г. С.), имея неисчер­паемые запасы сырья, топлива и водяной движущей силы... тем (американским капиталистам. — Г. С.), кто пожелает приложить свой капитал, труд и познание для разработки наших богатств, обеспечен несомненный успех».

    Пытаясь соблазнить американских монополистов «крупными выгодами» приложения капиталов в России,

    А.   В. Бер говорил: «Условия настоящего момента делают работу каждого американского доллара, помещенного в России, значительно более легкой, чем во времена этих двух пионеров (Международной компании жатвенных ма­шин и компании Зингер. — Г. С.). Американский капитал может быть выгодно приложен к разработке руд, увели­чению сети железных дорог, обработке миллионов акров плодородной почвы и транспортированию ее продуктов,


    1   «Вестник Русско-американской торговой палаты» № 1, 1915.



    устройству фабрик и заводов для снабжения товарами 180-миллионного населения страны, для упорядочения вы­воза наших продуктов, обработки на наших фабриках сырья, привозимого из Америки» *.

    Активно включившись в кампанию за привлечение ино­странных капиталов в страну, газета «Новое время»

    1   июня 1916 г. в редакционной статье писала, что США могли бы сыграть «особенно полезную роль» в качестве обладателя огромных денежных капиталов, которым нужно найти выгодное помещение и которые могли бы найти его как в русской промышленности, так и в техни­ческом оборудовании России железными дорогами, реч­ными каналами, морскими портами и кораблями, ороси­тельными и осушительными сооружениями и т. п.2. Таким образом, руководящий орган русской реакции одобри­тельно отнесся к американским планам капиталовложений в Россию. Отражая интересы буржуазии, царское прави­тельство также широко распахнуло двери в Россию перед американскими инвесторами.

    На заседании Государственной думы 9 февраля 1916 г. министр иностранных дел Сазонов произнес речь, в кото­рой, между прочим, отметил «интерес американской про­мышленности к русскому рынку», подчеркнув, что усилия царского правительства будут направлены к «экономиче­скому сближению» с Америкой 3. Эта речь свидетельствует о том, что царское правительство и русская буржуазия были не способны решить задачу ликвидации технико­экономической отсталости России собственными сред­ствами. Они искали решения этой задачи на путях привле­чения иностранного капитала, несмотря на то, что этот путь вел к усилению зависимости России от более разви­тых империалистических стран.

    В середине декабря 1916 г. Русско-американская тор­говая палата в Москве направила министру иностранных дел Покровскому официальную докладную записку «О привлечении американских капиталов в Россию». В этой записке палата указывала на желание американских фаб­рикантов и финансистов «организовать в России заводы и финансировать существующие предприятия для расши­


    1  «Вестник Русско-американской торговой палаты» № 1, 1916.


    2  «Новое время», 1 июня 1916 г.


    3  «День», 10 февраля 1916 г.



    рения производства» и заявляла о «целесообразности* привлечения в Россию американских капиталов

    Ответ Покровского (кстати сказать, также члена Рус­ско-американской торговой палаты) свидетельствовал о том, что он поддерживает идею привлечения американ­ских капиталов в Россию2.

    В кампании за привлечение американских капиталов в народное хозяйство России активно участвовали как представители российской торгово-промышленной бур­жуазии, так и представители и организации мелкобур­жуазной демократии, например Центральный военно-про­мышленный комитет (ЦВПК) 3.

    Разумеется, между царской Россией и США существо­вали и острые империалистические противоречия, возник­шие на почве борьбы за рынки сбыта и «сферы влияния». В этой борьбе русский империализм пытался опереться на Японию. Сближение России и Японии было направлено как против США, так и против Германии. Это сближение повлекло заключение в 1916 г. русско-японского союза.

    Несмотря на слабость русской буржуазии (в сравне­нии с американской), отдельные ее слои пытались конку­рировать с монополистами США. Так, например, вла­дельцы бакинских нефтяных приисков, связанные с ан­глийскими монополистами, в 1912—1915 гг. вступили в борьбу с Рокфеллером из-за североманьчжурского рынка.

    Царская Россия считала Северную Маньчжурию сфе­рой своего влияния. Однако русские предприниматели с трудом выдерживали конкуренцию со стороны рокфел­леровского треста Стандарт ойл. После длительной борь­бы, после затраты значительных материальных средств и энергии русским властям «удалось достигнуть сущест­венного сокращения потребления там (в Северной Маньч­журии. — Г. С.) американских нефтяных продуктов» *. Но Рокфеллер не отказывался от надежды захватить ры­нок Северной Маньчжурии. В декабре 1915 г. трест Стан­дарт ойл попытался добиться от царского правительства разрешения ввозить керосин и другие нефтяные продукты в Маньчжурию. Американское посольство поставило этот вопрос перед правительством России в особой ноте от


    1  АВПР, ф. II Департамент, 1—5, p. Ill, 1916, д. 9, лл. 3—4.


    2  т з м ж е


    3  См. АВПР, ф. II Департамент, 1—5, p. III, 1917, д. 6, л. 2.


    4  АВПР, ф. II Департамент, 1—5, p. III, 1916, д. 53, л. 11.



    10 апреля 1916 г. Русское министерство торговли и Про­мышленности высказалось за отклонение этого ходатай­ства. «Разрешение в настоящее время транзита через Им­перию в Маньчжурию американских нефтяных продук­тов, — говорилось в его письме, — отразясь, несомненно, весьма неблагоприятно на наших торговых интересах, уничтожит достигнутые нами с значительными усилиями благоприятные результаты». 4 июня 1916 г. министерство иностранных дел России сообщило посольству США об отклонении ходатайства, указав в качестве предлога на крайнюю загруженность путей сообщения грузами казен­ного и срочного характера ‘.

    Стремясь расширить свое экономическое и политиче­ское влияние в России, американские монополии создали ряд специальных организаций как в США, так и в России. К их числу относится, напрдмер, упоминавшаяся выше Русско-американская торговая палата. Американский историк Вильямс прямо признает: «В Русско-американ­ской торговой палате в Москве и Петрограде господство­вали люди Моргана»2.

    В 1915 г. в Петрограде было основано Общество сбли­жения между Россией и Америкой К В уставе общества говорилось, что оно будет устраивать музеи, выставки, лекции, вечера и съезды, печатать периодические и непе­риодические издания, содействовать установлению с Аме­рикой «деловых сношений» в области торгово-промышлен­ной деятельности, а также научной и литературной, от­крывать отделения в различных городах России.

    Если верить уставу, общество имело возвышенные цели: содействие дружественному сближению обеих стран, развитию торговых и культурных связей. В действитель­ности же речь шла о другом, и деятельность общества но­сила, несомненно, реакционный характер. Правящие круги и дипломатические представители США в России стреми­лись, видимо, использовать это общество как один из ка­налов расширения политического влияния среди русской буржуазии, содействия экономическому проникновению США в Россию. Через это общество посол США в России установил тесную связь, например, с лидером кадетов Ми­


    1  АВПР, ф. II Департамент, I—5, p. III, 1916, д. 53, л. 11.


    2  W. A. Williams. American-Russian Relations, 1781—1947, New York, 1952, p. 85.


    3  «Известия Общества сближения между Россией и Америкой», вып. 1, 1915, декабрь.



    люковым. О реакционном характере этой организации говорит и то, что она объединяла крупных капиталистов и банкиров, высших царских чиновников, деятелей реак­ционных партий К

    В 1914—1915 гг. создаются специальные «русские от­делы» при различных монополистических организациях США, как, например, при Национальной ассоциации про­мышленников, при Нэйшнл сити бэнк и других2. Осенью 1915 г. возник план создания в Нью-Йорке Русско-амери­канского импортного и экспортного агентства для «акти­визации» использования американскими монополистами России в качестве рынка сбыта и источника дешевого сырья. Инициатором этого плана был агент русского ми­нистерства торговли и промышленности в США Медзы- ховский. Это агентство, писал царский министр торговли и промышленности, могло бы оказывать импортерам и экс­портерам обеих стран реальное содействие в деле купли и продажи, главным же образом — содействовать непо­средственному импорту в Америку русского сырья 3. Мед- зыховский сообщал, что «Джон Пирпонт Морган весьма сочувственно отнесся к настоящей идее и обещал полное свое содействие» 4. Проект Медзыховского — Моргана стимулировал интерес американских промышленников и банкиров к русскому рынку5.

    В конце 1915 г. в США была создана мощная экспорт­ная фирма Американская международная корпорация (АМК) 6, ставившая своей целью содействие «размещению американских капиталов за границей». В нее вошли де­сятки крупнейших финансовых и промышленных корпора*


    1  Во главе общества стоял барон Розен — русский посол в США в 1905—1911 гг., в дальнейшем белоэмигрант. В Совет общества входило шесть человек: Н. Чайковский — будущий премьер марио­неточного архангельского белогвардейского «правительства»; Е. Н. Барбот-де-Марни — статский советник, председатель правле­ния Южносибирского золотопромышленного общества, кандидат в директоры правления Ленского золотопромышленного общества; Ф. А. Иванов — член Государственного совета, директор-распоряди­тель Кыштымских горных заводов и другие.


    2  АВПР, ф. II Департамент, 1—5, p. III, 1916, д. 5, л. 2.


    3   См. письмо министра торговли и промышленности министру иностранных дел от 10 октября 1915 г., АВПР, ф. II Департамент, 1—5, p. III, 1915, д. 25. л. 1.


    4  АВПР, ф. II Департамент, 1—5, p. III, 1915, д. 25, л. 2.


    6 ЦГИАЛ, ф. 23, оп. И, д. 158, л. 54.


    8   АВПР, ф. II Департамент, Г—5, p. III, 1916, д. 5, л. 3.

    3D



    ций США К Инициатором и главным участником АМК был моргановский банк Нэйшнл сити бэнк. Президентом корпорации был избран Чарльз Стоун, председателем правления — Франк Вандерлип2.

    Устав корпорации разрешал производить любые опе­рации: продажу иностранных акций, облигаций и вексе­лей, продажу земель, минеральных залежей, копей, тор­говлю всякими товарами и ведение всяких торговых дел на всем земном шаре; основание, финансирование, покуп­ку и продажу всяких заводов; управление и участие капи­талом во всех горнопромышленных и тому подобных пред­приятиях во всех частях света Уже вскоре после своего создания АМК проявила особый интерес к русскому рын­ку. Агент министерства торговли и промышленности в Ва­шингтоне сообщал, что «основная деятельность корпора­ции будет направлена, главным образом, к завоеванию русского рынка» 4.

    В январе 1916 г. в Нью-Йорке была создана Америка­но-русская торговая палата б. В эту организацию вошел ряд крупнейших американских монополий, особенно заин­тересованных в закабалении России. Представление о том, какие американские монополии особенно заинтересовались Россией, дает список членов руководящего органа АМРТП — Бюро директоров 6.

    Сразу же после своего создания АМРТП развила энер­гичную и широкую деятельность, изучая «кадры» русских промышленников с точки зрения их отношения к сотруд­ничеству с американским империализмом.


    1  Наглядное представление о мощи этого сверхтреста дает состав правления АМК. В него вошли: Армор — от Армор энд компани, Коффин — от Дженерал электрик, Кун — от Кун, Леб энд компани, Перси Рокфеллер, Сэбин — от Гаранти траст компани, Стиллмэн и Вандерлип — представители Нэйшнл сити бэнк, Виггин — от Чейз Нэйшнл бэнк и другие. ЦГИАЛ, ф. 23, оп. И, л. 227, л. 8.


    2  Вандерлип; Франк Артур — банкир. С 1919 г. — президент Нэйшнл сити бэнк.


    3 ЦГИАЛ, ф. 23, оп. И, д. 227, л. 13.


    4  АВПР, ф. И Департамент, 1—5, p. III, 1916, д. 5, л. 3.


    5  Т а м же, 1915, д. 27, л. 4.


    6  В Бюро директоров входили: Самуэль Мак Робертс — вице- президент Нэйшнл сити бэнк, Кингсли — президент Нью-Йорк лайф иншуриенс компани, Чарльз Сэбин — президент Гаранти траст ком­пани, Хепборн — президент Чейз Нэйшнл бэнк и другие. Во главе АМРТП был поставлен Чарльз Бойнтон — владелец фирмы Чарльз Бойнтон энд компани. АВПР, ф. II Департамент, 1—5, p. III, 1916, Д. 9, л. 1.



    В целях успешной реализации программы широкого экономического проникновения в Россию американские миллиардеры решили поставить на пост американского посла в России человека, который был бы не только пре­дан Уолл-стриту, но сам был энергичным и опытным дель­цом. Такого человека они нашли в лице Дэвида Фрэнсиса. В апреле 1916 г. состоялось назначение его на пост посла США в России. Фрэнсис представлял собой тип дипло- мата-дельца. В инструкциях, полученных им при этом на­значении» содержалось требование заключения с Россией выгодного торгового договора.

    После прибытия Фрэнсиса в Петроград активность американских дельцов на русском рынке значительно воз­росла. Фрэнсис широко ввел в практику посылку специаль­ных нот в поддержку ходатайств американских дельцов о закупке в России различного сырья, запрещенного к вы­возу во время войны'.

    Захватывая внешние рынки, американские монопо­листы выступали единым фронтом против иностранных конкурентов, однако это не мешало монополистическим группировкам США вести между собой упорную борьбу за внешние рынки, в том числе за русский рынок. Так, весной 1916 г. в Чикаго была организована Международ­ная компания фабрикантов и заводчиков в Америке (МКФЗ). Во главе ее московской конторы был поставлен делец и авантюрист Каламатиано, который позже, в 1918 г., явился одним из руководителей антисоветского «заговора Локкарта». Руководители МКФЗ прямо писали, что их компания организована и финансируется американ­скими промышленниками «с целью увеличения роли США во внешней торговле России». Общий капитал членов компании составил 365 млн. долларов. В числе директо­ров МКФЗ находились: Роджерс — от фирмы Дюпон, Херринг — от Лоуренс энд компани. Обращает на себя внимание тот факт, что во время своей организации МКФЗ получила большую помощь от министерства торговли США, от различных торговых палат и органа крупнейших монополий США — Национальной ассоциации промыш­ленников2. Параллельное существование ее с Американ­ской международной корпорацией объяснялось конкурент-


    1    См. АВПР, ф. Экономический департамент, 2 д-во, д. 548, лл. 1—2; д. 560, л. 13; д. 563, лл. 2—3; д. 566, л. 91.

    а ЦГИАЛ, ф. 23, оп. 11, д. 363, лл. 230, 232, 233, 273.



    ной борьбой трех финансовых групп США — нью-йорк­ской, бостонской и чикагской.

    Американские империалисты считали одной из своих важных задач расширение позиций на русском рынке, на котором война в корне изменила обстановку. Прежде всего с самого начала войны с этого рынка была полностью вытеснена Германия. В значительной мере ослабли пози­ции и других европейских держав. Ослабление торговых связей между Англией, Францией и Россией было неиз­бежно, поскольку промышленность и морской транспорт западноевропейских держав обслуживали главным обра­зом военные нужды. Ослабление торговых связей между Западной Европой и Россией было использовано Соеди­ненными Штатами в значительной мере благодаря тому, что в течение первых двух с половиной лет войны США формально соблюдали нейтралитет.

    В годы войны экспорт США в Россию резко возрастает. Однако британский империализм не намеревался отка­заться от преобладания на русском рынке. Соперниче­ство на русском рынке было одним из проявлений обо­стрившихся противоречий капиталистической системы.

    Американские буржуазные историки утверждают, буд­то США в 1914—1916 гг. вели «взаимовыгодную» тор­говлю с Россией, будто расширение этой торговли не свя­зано с планами экспансии и вызывалось лишь стремлением к дружественному «сотрудничеству» с Россией *.

    Марксизм-ленинизм учит, что внешняя торговля в эпоху империализма становится орудием капиталистиче­ских монополий, использующих ее для закабаления коло­ниальных и зависимых стран, для господства над миро­выми рынками сбыта и источниками сырья и для борьбы за мировое господство. Созданные развитием мирового рынка международные экономические связи капитализм использует лишь как средство борьбы за повышение при­былей. Хозяйственное сближение народов на деле пре­вращается в ограбление и подчинение более слабых наро­дов капиталом более развитых стран. Мировой рынок пре­вращается в арену ожесточенной борьбы отдельных капи­талистов и целых капиталистических государств за внеш­ние рынки.


    1  М. М. L a s е г s о п. The American impact on Russia, 1781—1917. New York, 1950; Th. В a i 1 e j. America faces Russia: russian-ame- rican relations from early times to our day. Stanford University, 1950.



    Лозунги «открытых дверей» и «развития торговли» в истории капиталистической внешней торговли служили обычно прикрытием стремления наиболее сильных капиталистических стран свободно проникать на рынки сбыта и овладевать богатствами более слабых стран.

    Конечно, укрепление своих позиций на рынках Латин­ской Америки имело первостепенное значение для моно­полий США. Они захватили торговлю своих ослабленных и отсутствующих соперников и вторглись в их традицион­ные сферы капиталовложений. В период с 1913 по 1920 г. торговля США со странами Латинской Америки выросла почти на 400% *. Возрастала и активность американских монополий в отношении России. Во время войны, пока более сильные в этом районе соперники Соединенных Шта­тов— Англия и Германия — были заняты взаимным уни­чтожением, империалисты США закреплялись на русском рынке.

    Статистические данные об американском экспорте в Россию в годы мировой войны говорят о резком увеличении ввоза товаров из США. Экспорт США в Россию (в мил­лионах долларов) составлял: в 1914 г. — 31,3; в 1915 г.— 60,8: в 1916 г. — 309,82. Таким образом, в 1915/16 финан­совом году стоимость американского экспорта в Россию превысила 300 млн. долларов и по сравнению с пред­шествующим 1914/15 годом увеличилась на 409%, а в сравнении с 1912/13 годом — на 1069%.

    Германия и Англия вплоть до первой мировой войны сохраняли господствующее положение во внешней тор­говле России. В 1909—1913 гг. на долю Германии прихо­дилось 43,6% всего импорта России, тогда как на долю Англии—13,2%, а США — 7,0%. В 1916 г. картина резко меняется в пользу Соединенных Штатов. В 1916 г. удельный вес США в импорте России составил более 60%, т. е. США добились преобладания на русских рын­ках и вышли «а первое место в качестве поставщика России.

    Настойчиво лроводя политику усиления зависимости России от американского капитала, США ограничивали ввоз русских готовых изделий, сами экспортировали в


    1  G. Н. Stuart. Latin America and the United States, New York, 1943, p. 9.


    2          По данным официального статистического отчета 65 Congress,

    2   session, 1917—1918. Foreign commerce and navigation of the United States for the year ending June 30, 1917, pp. XII—XIII.



    Россию в основном готовые изделия и импортировали сырье (пушнина, шерсть, льноволокно).

    Внешняя торговля являлась одним из важных орудий эксплуатации народов России финансовым капиталом США, осуществляемой путем неэквивалентного обмена — продажи американских промышленных изделий по моно­польно высоким ценам и выкачивание сырья и продоволь­ствия из России по низким ценам. В этих условиях, естественно, русский экспорт в США развиваться не мог. Наплыв американских товароз весьма отрицательно ска­зывался на торгозом балансе России. В 1915/16 финан­совом году, например, стоимость русского экспорта в США составила 5,9 млн. долларов *. Иными словами, стоимость импорта из США в 51 раз превышала стоимость экспорта. Это обстоятельство повлекло за собой как де­фицитность внешнеторгового баланса России, так и рост ее зависимости от Соединенных Штатов.

    Превращая Россию в рынок сбыта своей продукции, американские империалисты всячески ограничивали по­ставки ей машин и металлообрабатывающих станков. Такой же односторонний характер носил и экспорт Англии и Франции. Поставки вооружения, боеприпасов и снаря­жения составляли главную часть американского экспорта в Россию. Так, взрывчатые вещества в 1916 г. были вве­зены на сумму 92,4 млн. доллароз, колючая проволока — на 13,1 млн. долларов и т. п. Кроме того, экспорт США состоял из хлопчатобумажных и шерстяных тканей (39,8 млн. долларов), продовольственных товаров (1,3 млн. долларов) и сельскохозяйственных машин (0,8 млн. долларов).

    Ярким показателем растущего интереса американских бизнесменов к богатствам России являются переговоры между государственным секретарем США Лансингом и русским послам в США Г. П. Бахметьевым, закончив­шиеся подписанием 23 сентября 1915 г. специального соглашения, которое предусматривало ряд льгот для аме­риканских коммерсантов в отношении дефицитного сырья, запрещенного к вывозу из России в связи с войной2.


    1          По данным официального статистического отчета 65 Congress,


    2  session, 1917—1918. Foreign commerce and navigation of the United States for the year ending June 30, 1917, pp. XII—XIII.

    2   ЦГИАЛ, ф. 23, on. 11, д. 453, л. 1.



    Важную роль в усилении зависимости России от США играли быстро возраставшие русские заказы <в Америке. Американские фирмы проявляли особый интерес к при­быльным военным заказам, гарантированным правитель­ством России. Русский фронт испытывал хронический недостаток в артиллерии, снарядах, амуниции. Загранич­ные военные заказы России неуклонно росли и уже в 1916 г. составили почти половину общей суммы военных заказов (41,7%). Особенно велика была зависимость снабжения русской армии от иностранных поставщиков по некоторым важным видам вооружения. Так, за послед­ние полтора года войны (1916—1917 гг.) за границей было размещено 55% всех заказов пороха, 76% прово­локи и т. д.

    В целях централизованного размещения русских зака­зов царское правительство создало в США специальный орган — Русский заготовительный комитет, который опла­чивал заказы за счет кредитов, полученных Россией от Англии.- Стремясь сохранить роль главного поставщика России, Англия добилась права контролировать русские заграничные заказы: 30 сентября 1915 г. Англия заклю­чила с Россией соглашение о порядке использования кре­дитов, по которому Русский заготовительный комитет лишался права производства заказов в США без согла­сия Англии. В Лондоне был создан Англо-русский прави­тельственный комитет, который утверждал размещение русских заказов как в Англии, так и в США 2.

    Посредничество давало Англии двойную выгоду: оно удорожало стоимость русских заказов в США и сохра­няло за Англией роль главного кредитора России. Упол­номоченный Центрального военно-промышленного коми­тета в Америке сообщал, что Англия нередко отказывает в платежах по русским заказам, срывает подписание кон­трактов с американскими фирмами, приходя к выводу: «День англо-русского соглашения — день огромного не­поправимого несчастья. Мы затянули себе на шее ве­ревку и концы ее, как поводок, дали Англии» 3.

    Однако невозможность для английской промышлен­ности удовлетворить потребности русской армии привела к тому, что в 1916 г. роль главного поставщика России,


    1  «Россия в мировой войне», ЦСУ, М., 1925, стр. 54—56.


    *  Центральный государственный военно-исторический архив (ЦГВИА), ф. 2000, on. 1, д. 5596, л. 16.


    3  Там же, оп. 11, д. 6787, л. 1.



    как уже отмечалось выше, перешла к США. Русские воен­ные заказы в Америке возрастали с каждым месяцем. К сентябрю 1916 г. сумма, на которую были сделаны за­казы, достигла 1215 млн. руб., в том числе заказы на трехдюймовые снаряды исчислялись на сумму 519 млн. руб., на порох — 208 млн. руб., на винтовки — 195 млн. руб., на патроны — 98 млн. руб.'.

    Заказы в Англии к концу 1916 г. составляли всего 377 млн. руб., во Франции — 297 млн. руб.2. Таким об­разом, несомненно, что заказы в США играли преобла­дающую роль среди русских заграничных заказов. К концу 1917 г. общая сумма заказов в США, по данным начальника главного артиллерийского управления гене­рала Маниковского, достигла 1287 млн. долларов, или 2570 млн. руб. г.

    В то время как русские войска, испытывая нужду в вооружении и боеприпасах, истекали кровью, американ­ские фирмы наживали прибыли, вздувая цены на воору­жение. Многие фирмы, получив от русского правитель­ства задаток, теряли интерес к заказам, грубо нарушая договорные обязательства о сроках поставок.

    Прибыльные военные заказы захватывали в свои руки крупнейшие американские монополии. Так, например, за­казы русского главного артиллерийского управления были переданы в США, главным образом заводам Дюпона и заводам Ремингтона 4.

    К русскому заказу на винтовки американские фирмы подошли рвачески: получив аванс, они стали саботиро­вать выполнение заказа. До 1 августа 1916 г. в Россию поступило 144 600 винтовок, хотя согласно установленным контрактами срокам их должно было поступить 1050 тыс. штук Б. Среди доставленных в Россию американских вин­товок, как отмечал Совет министров, «огромный процент винтовок оказались негодными» 6.

    Английские, французские и русские военные заказы служили американским монополиям источником огром­ной наживы. Чистые прибыли девяти крупнейших моно­


    ' ЦГВИА, ф. 369с, д. 253, лл. 34—37.


    *  Там же, д. 230, лл. 1—2.


    3А. М а н и к о в с к н й. Боевое снабжение русской армии в ми­ровую войну, т. II, стр. 247. Примечание: 1 доллар = 1,98 рубля.


    *  ЦГИАЛ, ф. 583, оп. 6, д. 59, л. 12.


    *   ЦГВИА, ф. 369с, оп. 23, д. 16, л. 142.


    *   ЦГИАЛ, ф. 560, оп. 26, Д. 1250, л. 146.



    полий США увеличились в 1914—1916 гг. в 8,5 раза

    В.   И. Ленин писал, что на каждом принадлежащем аме­риканским монополиям долларе «ком грязи от «доходных» военных поставок»2.

    Усиливается в годы войны проникновение монополий США в Россию и посредством вывоза капитала. Амери­канские капиталовложения в России росли за счет приоб­ретения концессий, скупки русских акций и т. л. Созда­вая в России свои дочерние предприятия, американские монополисты преследовали цель получения более высо­ких прибылей, чем от экспорта в Россию готовых изделий, так как в этом случае они избавлялись от необходимости уплачивать пошлину. Кроме того, одним из источников дополнительной /прибыли был более низкий (почти вчет­веро), чем в США, уровень заработной платы русских рабочих.

    Вое большее число американских монополистов «посы­лали своих агентов в Россию с целью разведать возмож­ности развертывания своей деятельности на ее террито­рии. Так, для переговоров о капиталовложениях в марте 1915 г. в Россию прибыл Уолс-Смит, представитель одной из крупнейших транспортных монополий США Америкэн экспресс компани3. В Саянских горах были открыты богатые месторождения золота, серебра и меди. Место­рождением заинтересовались американцы, отправив туда для осмотра экспедицию. Прибывшие в марте 1916 г. в Томск американские уполномоченные начали перего­воры о скупке золотых приисков. Американские геологи обследовали также недра между побережьем Охотского моря и городом Благовещенском и обнаружили там месторождения золота, оцененные ими в 6 млрд. руб.4.

    В 1916 г. представитель калифорнийских металлурги­ческих синдикатов Вашневецкий (одновременно представ­лявший интересы английских фирм) приобрел на Урале за бесценок 365 золото-платиновых, железных, медных и асбестовых месторождений, а также месторождений ири­дия и осмия. Почти одновременно в Петроград прибыли представители американо-канадской компании для пере­говоров с Лесным департаментом о сдаче в долговремен­


    1  См. Ф. Ландберг. Шестьдесят семейств Америки, стр. 525—527.


    2  В. И. Ленин. Соч., т. 28, стр. 46.


    3  ПГИАЛ, ф. 23, оп. 11, д. 363, л. 200.


    4  «Деловая Сибирь», 8 апреля 1916 г. и 18 июля 1916 г.



    ную аренду тайги в Томской губернии и в Приамурье для массовой вырубки леса. В декабре 1916 г. в Сибирь приехала группа американцев для разведки угольных и золотых месторождений

    Таким образом, «а протяжении 1916 года американ­ские монополии расширили свои позиции в экономике России, пытаясь установить контроль над залежами цен­ных ископаемых и лесными богатствами Сибири и Урала.

    Монополии США стремились упрочить и расширить свои позиции © России. Журнал «Вестник общества си­бирских инженеров» в 1916 г. сообщал: «Группа амери­канских капиталистов заинтересовалась Сибирью, где они предполагают в ряду других предприятий организовать в широких размерах кожевенное производство».

    Используя вызванную войной нехватку рабочих рук в сельском хозяйстве России, расширил сбыт своей про­дукции морпановский трест Международная компания жатвенных машин. В Сибири эта компания открыла до двухсот своих складов с главной конторой оначала в Омске, а затем в Новониколаевоке (Новосибирске).

    Иностранный капитал пытался прибрать к рукам сибирские недра. «Торгово-промышленная газета» сооб­щала в 1916 г., что из Америки «выехали представители крупных банков и капиталистов со специальной целью обследовать сибирские губернии в отношении месторо­ждений некоторых полезных ископаемых». Не случайно здесь, в Сибири, появлялся представитель финансового капитала США, будущий президент Герберт Гувер. Он стал директором «Русско-азиатского объединенного акционер­ного общества», созданного им совместно с английским миллионером Лесли Уркартом.

    В ноябре 1916 г. представитель американского синди­ката Бирон Брукс получил концессию на постройку ка­зенного нефтеперегонного завода в Баку2.

    Осенью 1916 г. ряд американских фирм выразил же­лание вложить капиталы в горные и промышленные пред­приятия в России 3. Например, одна фирма в Сент-Луисе выразила готовность вложить в русские предприятия до 10 млн. долларов4.


    1  «Деловая Сибирь», 18 июля, 5 декабря и 26 декабря 1916 г.


    2  ЦГИАЛ, ф. 23, оп. 11, д. 215, л. 151.


    3  «Вестник Русско-американской торговой палаты» 10, 1916.


    4  АВПР, ф. II Департамент, 1—5, p. III, 1917, д. 6, л. 2.



    Показателем растущего интереса к русскому рынку служит также готовность многих гмериканских фабрикан­тов и заводчиков принимать в уплату за свои товары облигации 5,5-процентного русского военного займа *.

    2   января 1917 г. в Петрограде открылось первое отде­ление крупнейшего банка США Нэйшнл сити бэнк2.

    Его создание усилило активность американских моно­полий в России. В январе 1917 г. американские предпри­ниматели, за спиной которых стоял железнодорожный магнат Гарриман, возбудили перед министерством путей сообщения ходатайство о предоставлении им концессий на постройку в России трех важных железнодорожных линий: Московско-Донецкой, Перевальной (Тифлис — Владикавказ) и Симбирской3.

    Влиятельные американские финансовые и деловые круги проявили живой интерес к строительству проекти­руемой министерством путей сообщения Петроград- Уральской железной дороги4. По-видимому, не без уча­стия петроградского отделения Нэйшнл сити бэнк аме­риканская фирма Нью-Йорк лайф иншуриенс компани скупила акции русских железных дорог на огромную сумму — свыше 20 млн. долларов Б.

    Американские монополии хотели принять участие в «восстановлении» народного хозяйства России, разорен­ного войной, рассчитывая нажить на этом немалые при­были. Американо-русская торговая палата в Нью-Йорке сообщала, что американские фирмы «проявляют большой интерес к восстановлению местностей в России, разорен­ных вследствие войны»6.

         *

    *

    Экспансия американского монополистического капи­тала осуществлялась, в частности, путем предоставления кабальных кредитов. Вскоре после начала войны царское правительство стало испытывать трудности из-за не­хватки долларов, необходимых для оплаты русских воен­ных заказов в США. Нехватку вооружения и боеприпасов


    1 «Вестник Русско-американской торговой палаты» № 10, 1916.


    *   Та м же, № 1, 1917.


    3  ЦГИАЛ, ф. 23, оп. 11, д. 1447, л. 42.


    4  Т а м же, ф. 32, on. 1, д. 666, л. 84.


    *   «Current History», March 1928, p. 909. Philadelphia.


    *   ЦГИАЛ, ф. 23, on. 11, д. 492, л. 27.



    для русской армии американские монополисты использо­вали для алчного вымогательства, предоставляя кредиты на еще более тяжелых условиях, чем французские и ан­глийские финансисты. В то время как для русских заказов во Франции был открыт кредит в Банк де Франс, а Англия требовала присылки золотых рублей в размере 60% суммы каждого заказа, США требовали полной оплаты своих поставок наличным русским золотом

    Особую алчность к наживе на русских заказах прояв­лял Морган. Вскоре после начала мировой войны он через своего представителя в Париже Харджеса обратился к русскому военному атташе полковнику А. А. Игнатьеву с предложением предоставить Моргану исключительное право на размещение русских заказов в США *. В октябре

    1914   г. правительство США дало понять, что оно не будет препятствовать заключению займов у американских бан­киров в порядке «частного соглашения»

    В декабре 1914 г. чиновник особых поручений мини- стерства финансов Г. А. Виленкин заключил соглашение с Морганом об учете им русских векселей, выдаваемых за американские товары, на сумму 25 млн. долларов на шесть месяцев из 6% годовых. Осенью 1915 г. Виленки-н начал переговоры с Морганом о заключении еще одного, более крупного займа 4.

    До 1916 г. Россия получала в США лишь краткосроч­ный банковский кредит. В апреле 1916 г. Нэйшнл сити бэнк и фирмы Гаранти траст компани, Киддер, Пибоди энд компани, Ли, Хиггинсон энд компани создали консор­циум, который открыл России кредит в 50 млн. долларов из 6,5% годовых сроком на три года. В результате займов русский долг Америке к 1 ноября 1916 г. достиг 117 млн. долларов5. Создание консорциума американских банков и переход на путь долгосрочных кредитов свидетельство­вали об активизации американской экспансии в Россию в 1916 г. К марту 1917 г. русокие займы в США выросли до 136 млн. долларов6.


    1   А. А. Игнатьев. Пятьдесят лет в строю, кн. IV, М., 1944, стр. 90.

    *   Та м же, стр. 131.

    *   АВПР, ф. II Департамент, 1—5, «Война», д. 214, л. 6.

    4    Т а м ж е, лл. 10, 34.


    *         «Вестник финансов, промышленности и торговли», 17 января,

    9    мая и 12 декабря 1916 г.

    *Г. Маультон и Л. Посвольский. Военные долги, М., 1938, стр: 32.



    США, Англия и Франция снабжали Россию деньгами на невыгодных для нее условиях для покупки в этих странах военного снаряжения и для продолжения изнури­тельной войны. Некоторая часть займов шла на уплату процентов по прежним займам, «а поддерж?ние курса рубля. Иностранные займы, несомненно, усиливали зави­симость царской России от США, Англии и Франции, спо­собствовали ее закабалению.

    Англо-французские монополии с тревогой следили за шагами своих американских конкурентов, однако они редко высказывали вслух свое недовольство, ибо сами в ходе войны сильно зависели от американских поставок и принуждены были сохранять «дружественные» отно­шения с Америкой.

    Тем не менее англо-французские круги подчас прого­варивались о своем беспокойстве. Так, в январе 1916 г. в английской прессе была опубликована статья крупней­шего фабриканта Джеймса Армстронга, который, указы­вая на создание в США специального синдиката с капи­талом в 250 млн. франков для развития и финансирова­ния торговли с Россией, писал: «Для нас подобный син­дикат является дружественной угрозой...» 1 Английская газета «Фейрплей» в августе 1916 г. с тревогой писала, что «Соединенные Штаты напрягают ©се силы для того, чтобы как можно шире развить товарообмен с Россией при помощи широкого кредитования»2.

    Аналогичные опасения росли и у французских магна­тов капитала. Эти опасения привели к созыву в 1916 г. специальной экономической конференции. Еще в конце

    1915     г. французские правящие круги выдвинули план созыва в Париже экономической конференции стран Ан­танты, которая состоялась 1—4 июня 1916 г.

    По мысли французского правительства, Парижская экономическая конференция должна была содействовать созданию экономического блока группы империалистиче­ских держав при обеспечении преобладающей роли за французскими монополиями. На конференции были пред­ставлены правительства Англии, России, Италии, Бель­гии, Сербии и Японии. США на Парижскую конферен­цию приглашены не были: формально потому, что США не входили в число «союзных» стран, а по существу по­


    1  ЦГИАЛ, ф. 23, оп. 27, д. 52, л. 15.


    2  Цит. по «Вестнику финансов, промышленности и торговли» J6 7, 1916.



    тому, что намечавшиеся Францией мероприятия были направлены, с одной стороны, против Германии, с другой стороны, несомненно, и против США.

    Правящие круги Франции с тревогой наблюдали рост экспансии американских монополий в Россию и другие страны. Влиятельная французская буржуазная газета «Журналь де Деба» писала б июня 1916 г.: «Повсюду на всех рынках надо будет считаться с конкуренцией Соеди­ненных Штатов, которая будет по меньшей мере столь же опасной, как и германская конкуренция»

    Парижская конференция постановила, что державы Антанты должны предоставлять друг другу преимущества в использовании своих природных богатств и принять меры к взаимному обеспечению себе рынков сбыта, ока­зывая друг другу на льготных условиях «помощь» в вос­становлении хозяйства 2. Постановления Парижской кон­ференции существенным образом ущемляли интересы американской буржуазии, которая сама стремилась полу­чить значительную долю на европейских рынках, в том числе в России, для сбыта своих товаров и в особенности в эксплуатации природных богатств России. Они не только не привели к образованию «экономического блока» держав Антанты, но, напротив, обострили конкурентную борьбу между ними за рынки сырья, сбыта и вывоза капитала. Обострилась также борьба между США и стра­нами Антанты.

    Решения Парижской экономической конференции встретили .враждебное отношение со стороны посла аме­риканских монополий Фрэнсиса. Комментируя решения конференции, он предлагал правительству «подтолкнуть американский капитал и предприимчивость, с тем чтобы они могли противостоять (если не более) выполнению широко задуманного Англией, а -возможно и Францией плана по захвату послевоенной торговли с Россией»3.

    О серьезном беспокойстве в США в связи с постанов­лениями конференции свидетельствуют также и прения в сенате США. В июле 1916 г. сенатор Уильям Стоун прямо заявил, что резолюции Парижской конференции не отвечают интересам США. Экономическая война, кото­рую Антанта намерена объявить Германии, будет, пред­


    1  «Journal des Debates», 6 июня 1916 г., Paris.


    2  ЦГИАЛ, ф. 23, оп. 27, д. 55, лл. 14—22.


    3  «The Lansing Papers», v. II, Washington, 1940, p. 319.



    сказывал Стоун, направлена не только против этой по­следней, «но и против всего мира, стоящего вне держав Антанты», т. е. и против Соединенных Штатов

    Парижская экономическая конференция побудила мо­нополии США усилить экспансионистскую политику в отношении России. Конференция оказала также суще­ственное влияние на американо-русские политические отношения. Конференция привела к охлаждению отноше­ний между США и царским правительством, содейство­вала сближению царской России с Японией и усилила тягу правящих кругов США к сближению с оппозиционно настроенными кругами буржуазии, подготовлявшими дворцовый переворот.

    *           *

    *

    Подведем некоторые итоги. Мировая система капита­листического хозяйства к началу первой мировой войны характеризовалась порабощением горсткой держав (Англия, Франция, Германия, США, Япония) большин­ства отсталых, колониальных и зависимых стран.

    К началу первой мировой войны Россия не была полу­колонией, хотя и находилась в зависимости от Англии и Франции, которые подчинили своему контролю команд­ные позиции в экономике России. Этот контроль попыта­лись захватить в свои руки США, опиравшиеся на свою растущую экономическую и финансовую мощь и взаим­ное ослабление воюющих стран.

    Финансовые магнаты США рассматривали войну в Европе как источник прибыли и сверхприбыли. Уолл­стрит имел все основания считать войну для себя выгод­ной. К концу 1916 г. цены на фондовой бирже в Нью- Йорке поднялись на 60% по сравнению со средними це­нами 1914 года2. Как отмечает один американский автор, «для акционеров и банкиров 1916 год был годом наиболь­шего процветания во всей истории Америки»

    План превращения России в американскую сферу влияния был составной частью американских планов установления мирового господства. Проникновение США


    1   «Congressional Records», v. 53, part. 11, p. 10678.

    8 См. Ф. Ландберг. Шестьдесят семейств Америки, стр. 176.


    * Та м же.



    достигалось мероприятиями как экономического, так и политического характера.

    Находясь в выгодном положении «нейтральной» страны, используя экономические и военные затруднения, которые испытывала Россия, американские монополии пытаются увеличить свои капиталовложения, стремятся играть роль «главного поставщика» оружия и материа­лов, организуют разведку ценных ископаемых и других естественных богатств нашей страны. Создаются Амери­канская международная корпорация и другие компании, главной целью которых было усиление активности амери­канских монополий в закабалении России.

    За 1915—1916 гг. американские монополии значи­тельно упрочили свои позиции в России: увеличили свои капиталовложения, завоевали первое место в русском импорте, предоставили займы и приобрели концессии в Си­бири и на Урале. Однако общий размер американских инвестиций к концу 1916 г. оставался все же значительно ниже английских и французских, и американский капи­тал занимал в России сравнительно скромное место. По сравнению с английской финансовой «помощью» России американские кредиты были крайне незначительны.

    В 1914—1916 гг. монополии США разработали ряд планов, направленных на закабаление России в ходе •войны и в послевоенный период. Однако в тот период им удалось реализовать лишь ничтожную часть своих обшир­ных экспансионистских планов. Утверждения американ­ских буржуазных историков о том, будто США в 1914—

    1916     гг. стремились к дружественному и взаимовыгод­ному «сотрудничеству» с Россией, являются фальшивой фразой, призванной приукрасить американский имлериа- лизм.

    С конца XIX столетия самостоятельная роль царизма в европейской политике постепенно стала падать. К 1914 г. Россия была на положении зависимой от Англии и Фран­ции страны, причем темпы роста зависимости России от США в 1914—1916 гг. были выше, чем темпы роста зави­симости от союзников — Англии и Франции.

    Русская армия воевала на полях сражения за инте­ресы как российского, так и англо-французского империа­лизма. В. И. Ленин указывал, что мировая война ведется ради аннексий и захватов, что царская Россия на чужие деньги вела войну, что царское и Временное правитель­ства «связаны прямыми договорами о разбойнических



    целях этой войны с Англией, Францией, Италией, Япо­нией и другими группами капиталистов-разбойников» ■.

    Зависимое положение царской России не мешало ей, разумеется, иметь собственные захватнические, импе­риалистические цели. Однако необходимо учитывать как ослабление России в ходе войны, так и взаимоотношения России с Антантой и США, ибо, как отмечал VI съезд большевистской партии, «российская буржуазия оказа­лась связанной с капиталистами Европы и Америки и об­щими целями и тяжелой золотой цепью, концы которой сходятся в банкирских домах Лондона и Нью-Йорка» 2.

    Соперничество англо-франко-японоких империалистов мешало расширению позиций американских монополий в России. Но главным препятствием для осуществления замыслов монополий США и стран Антанты было назре­вание в России революционного подъема.


    1  В. И. Ленин. Соч., т. 23, стр. 326.


    2  КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пле­нумов ЦК, ч. I, изд. 7-е, стр. 390.



    сто


    ГЛАВА 2

    ЭКСПАНСИЯ АМЕРИКАНСКИХ МОНОПОЛИЙ В РОССИЮ ПОСЛЕ ФЕВРАЛЬСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ 1917 г.

    (Февральоктябрь 1917 г.)


    В

     истории экспансии американских монополий
    в Россию 1917 год занимает особое место. Именно
    в это время, опираясь на свою растущую экономи-
    ческую и финансозую мощь и взаимное ослабле-

    ние воюющих стран, американские империалисты усилили
    борьбу за мировое господство. Пользуясь растущей зави-
    симостью буржуазного Временного правительства от ино-
    странных империалистов, правительства США, Англии
    и Франции приступили к активному осуществлению своих
    экспансионистских планов в отношении России. Они
    стремились закабалить Россию и одновременно подавить
    революционную борьбу русского рабочего класса и кре-
    стьянства.

    Эта последняя-задача была тесно связана с первой. Подавление освободительной борьбы русского пролета­риата рассматривалось империалистами всех стран как важнейшая предпосылка для упрочения строя капитали­стической эксплуатации, раздела мировых рынков.

    Срывая демократический покров, которым американ­ские монополии и их ученые лакеи пытались замаскировать истинное содержание и направление политики правитель­ства Вильсона, В. И. Ленин подчеркивал: «Идеализиро­ванная демократическая реопублика Вильсона оказалась на деле формой самого бешеного империализма, самого бесстыдного угнетения и удушения слабых и малых на­родов» ‘.

    1 В. И. Ленин. Соч., т. 28, стр. 169.



    Экспансия американского монополистического капи­тала в Россию в 1917 г. шла по трем главным направле­ниям: захват позиций в русской экономике, идеологиче­ское наступление и активное вмешательство во внешнюю и внутреннюю политику Временного правительства. При этом следует иметь в виду, что свои экспансионистские планы в отношении России американские империалисты осуществляли в условиях ожесточенной схватки с герман­ским конкурентом и при наличии глубоких противоречий с империалистами Англии, Франции, Японии и самой капиталистической России.

    Реакционную политику правящих кругов США пол­ностью поддерживали обе буржуазные партии — демо­кратическая и республиканская, а также оппортунистиче­ские главари социалистической партии и шовинистиче­ские лидеры Американской федерации труда (АФТ).

    Нажива на войне способствовала превращению США к 1917 г. из страны-должника в страну-кредитора. Пози­ции США к этому времени усилились в результате вза­имного ослабления в первой мировой войне Германии, с одной стороны, Англии, Франции и России — с другой.

    6 апреля 1917 г. правительство США в атмосфере воинствующего шовинистического угара провело через конгресс решение об объявлении состояния войны с Гер­манией. Вступление США в мировую войну резко усилило заинтересованность американских империалистов в том, чтобы Россия продолжала активно участвовать в войне на стороне Антанты.

    Образование в России после свержения царизма бур­жуазного Временного правительства отвечало интересам империалистов США, Англии и Франции. Правительство США 9(22) марта первым признало Временное прави­тельство, рассчитывая, и не без оонований, что с его помощью легче будет осуществить экспансионистские планы в отношении России. Образование империалисти­ческого Временного правительства встретило в правящих кругах США «чрезвычайно сочувственный отклик»

    Империалисты США хотели использовать Россию в ка­честве одного из орудий разгрома Германии и одновре­менно рассчитывали, что ослабление России в войне облегчит ее закабаление американским капиталом. Эти планы ясно видны из заявления видного американского


    1   АВПР, ф. Посольство в Вашингтоне, д. 79, л. 1.



    банкира Шиффа из Кун. Леб энд компани, сделанного 31 марта 1917 г. «Мы должны, — заявил он, — поддер­живать Временное правительство, содействовать ему в сохранении непоколебимого стратегического положения русской армии... Русско-американский экономический и финансовый союз выгоден для обеих стран. Россия нуждается в иностранном капитале для промышленного развития» *.

    Американо-русская торговая палата в Нью-Йорке уполномочила американского посла в Петрограде пере­дать министру иностранных дел Временного правитель­ства Милюкову «чувство сердечной симпатии и наилуч­шие пожелания»2. В послании конгрессу от 2 апреля Вильсон писал о буржуазно-демократической революции в России 27 февраля (12 марта) 1917 г., как о «чудесных и блестящих событиях, происшедших в России за послед­ние недели»3.

    Но если создание империалистического Временного правительства дало повод правящей клике США привет­ствовать «свободную Россию», то растущая активность народных масс России вызывала у нее тревогу и смяте­ние. Любопытно отметить, что, призывая к скорейшему признанию правительства Львова, Фрэнсис с тревогой отмечал неустойчивость Временного правительства. В беседе с Фрэнсисом 6(19) марта А. Гучков заявил, что позиции Временного правительства будут усилены, если оно будет признано Соединенными Штатами. Он просил Фрэнсиса ускорить признание, выразив сомнение в том, что Временное правительство «может дожить» до 23 марта. Фрэнсис спросил, сколько сил у правительства. Гучков ответил, что правительство может положиться не больше, чем на 25 тыс. солдат из 125 тыс. солдат петро­градского гарнизона 4. Фрэнсис прямо заявлял, что Аме­рика первая признала Временное правительство для того, чтобы помочь ему бороться с революцией. «Если бы не признание Временного правительства, — писал Фрэн­


    1  Центральный государственный архив Октябрьской революции (ЦГАОР), ф. 3, on. 1, д. 74, л. 243.


    2  АВПР, ф. Канцелярия министерства иностранных дел, «Война», д. 189, л. 113.


    3         Т а м ж е, ф. Канцелярия министерства иностранных дел,

    1917,   д. 134, л. 80.


    4  D. F г а п о-i s. Russia from the American Embassy, New York, 1921, pp. 91—92.



    сис, — то большевистская революция, имевшая место в ноябре, произошла бы в марте 1917 года» *.

    Хотя вывод Фрэнсиса неверен, ибо роль США в поли­тической жизни России им явно преувеличена, тем не менее это признание ценно, ибо проливает свет «а анти­народные, контрреволюционные мотивы, определившие признание Соединенными Штатами Временного прави­тельства.

    Вступление США в войну усилило также стремление буржуазного Временного правительства к сближению с США. В письме к князю Львову о торговой политике России Милюков, между прочим, отмечал, что «экономи­ческое и .политическое сближение с Соединенными Шта­тами Америки» будет иметь для правительства, по его мнению, «крупное значение» 2. Конечно, сближение США с капиталистической Россией не ликвидировало противо­речий между ними. Русская империалистическая буржуа­зия, чьи интересы выражал Милюков, рассчитывала ис­пользовать англо-американские и франко-американские противоречия, чтобы получить поддержку США в ряде вопросов при будущем империалистическом переделе мира.

    Важным орудием экономической экспансии США являлась Русско-американская торговая палата, создан­ная в Москве еще в 1913 г. 13(26) апреля 1917 г. эта палата направила Временному правительству второй ме­морандум о необходимости привлечения в Россию аме­риканских капиталов. В ответе министерства торговли и промышленности говорилось: «Временное правительство, относясь вполне сочувственно к приливу в Россию аме­риканских капиталов, не предполагает делать каких-либо ограничений в смысле формы помещения их в наши пред­приятия» Таким образом, Временное правительство, изображавшее себя знаменосцем «революционной демо­кратии», на деле продолжало ту же антинародную и анти­национальную политику расчистки путей для подчинения экономики России иностранным капиталом, какую на протяжении ряда лет проводило царское правительство. Более того, оно пошло гораздо дальше по этому пути.

    31 мая (13 июня) 1917 г. в Петроград прибыла спе­


    1 D. Francis. Russia from the American Embassy, New York, 1921, p. 103.


    *   ЦГИАЛ, ф. 23, on. 11, д. 550, л. 2.


    3  Tа м же, д. 277, л. 25.



    циальная американская дипломатическая миссия во главе с бывшим государственным секретарем США, лидером правого крыла республиканской партии, «верным слугой Дж. П. Моргана» 1 Элиа Рутом в ранге чрезвычайного посла. Одна из основных задач миссии Рута заключалась в том, чтобы обеспечить дальнейшее проникновение амери­канских монополий в экономику России. Не случайно в со­став этой «дипломатической» миссии были включены прямые представители монополий: миллионер Сайрус Мак-Кормик, известный нью-йоркский банкир Семюэль Бертрон и крупный чикагский промышленник, личный друг президента Вильсона, Чарльз Крейн. Характерно, что в ее состав предполагалось включить также предсе­дателя Американской федерации труда Гомперса, кото­рый должен был по замыслу американских монополий отвлечь русских рабочих от революционной борьбы, однако его кандидатуру сочли слишком уж одиозной. В письме Ламсингу 19 апреля Вильсон писал: «... Попро­сите у Гомперса совета относительно того, кого мы можем послать, который бы в глазах социалистов там (в Рос­сии.— Г. С.) не считался бы активным противником со­циализма. Сам Гомлерс и лидеры, непосредственно свя­занные с иим, известны как открытые противники социа­лизма и едва ли были бы авторитетны для правящих ныне рабочих кругов в Петрограде»2.

    Для изучения идеологических вопросов и подготовки к проведению большой политической кампании в России в миссию были включены руководитель американской Христианской ассоциации молодежи Джон Мотт и два представителя «от рабочих»: вице-президент Американской федерации труда Джеймс Дункан и журналист Чарльз Рассэл, слывший «авторитетом по вопросам социализма». В целях «изучения» боеспособности русских вооруженных сил в состав миссии были включены начальник генераль­ного штаба США генерал Хью Скотт и адмирал Джеймс Гленнон. Многообразный состав миссии показывает, какие широкие задачи перед ней были поставлены.

    Отражавшая интересы банкиров Уолл-стрита, газета «Нью-Йорк тайме» 15 мая 1917 г. писала, что целью миссии Рута является «спасение России для дела Ан­танты». Другими словами, миссия Рута стремилась навя­зать русскому народу продолжение империалистической


    1   Ф. Ландберг. Шестьдесят семейств Америки, стр. 175.


    5  «The Lansing Papers», v. II, Washington, 1940, p. 327.



    войны и открыть двери для экспансии американского капитала в Россию. Особое значение американский импе­риализм придавал установлению господствующего поло­жения США в Сибири и в Донбассе.

    В ходе переговоров с министрами Временного прави­тельства Рут обещал средства для «восстановления» хо­зяйства России. Огромные масштабы предполагавшегося займа 1 лишний раз показывали растущий интерес аме­риканских монополий к проникновению в экономику Рос­сии. Прикомандированный Временным управительством к американской миссии капитан Солдатенков сообщал министру иностранных дел Терещенко, что Рут и Бертрон «детально разрабатывают вопрос о юге... думаю, что возможно достижение полного соглашения»2.

    Английские, французские и японские монополии с тревогой следили за экспансионистскими шагами США. Англия и Франция были вынуждены допустить американ­ского конкурента к ограблению России, но они, понятно, не собирались «уступать» США Донбасс, где сами зани­мали командные позиции. С этой целью они стремились помешать укреплению позиций США в России.

    В Петрограде миссия Рута вела переговоры с Времен­ным правительством о предоставлении американцам пре­имущественных прав на разработку горных богатств в Сибири и на Северном Сахалине. Это вызвало тревогу у японских монополистов. Русский посол в Японии Кру- пенский сообщал в Петроград, что известие о перегово­рах Рута «произвело сильное впечатление в японских деловых кругах, и в обеих палатах парламента были сде­ланы запросы по этому поводу». 7 июля 1917 г. Кэупен- ский был вызван к министру иностранных дел Японии Мотоно, который заявил, что Япония настаивает -на пре­кращении переговоров о концессиях между Временным правительством и США Наряду с Рутом активную дея­тельность развернули и остальные члены миссии. Мак­Кормик, например, вел переговоры с министрами Времен­ного правительства об увеличении ввоза в Россию аме­риканских сельскохозяйственных машин и о привлечении


    1  В Таврическом дворне циркулировали слухи, что Америка даст 8 млрд. руб. (см. И. В. Сталин. Соч., т. 3, стр. 176).


    2  АВПР, ф. Канпетярия министерства иностранных дел, «Война», д. 170, л. 33. Солдатенков — чиновник Временного правительства.


    3   АВПР, ф. Канцелярия министерства иностранных дел, 1917, д. 93, лл. 159, 162.



    американского капитала к «развитию» машиностроения внутри России К На совещании с министром финансов Шингаревым Мак-Кормик и Бертрон выяснили потреб­ность России в американской валюте2. Получив согласие Временного правительства на широкое внедрение амери­канского капитала в Россию, сулившее огромные при­были американским монополиям, Рут откровенно заявил* «Мы уезжаем обнадеженные, радостные и счастливые» *

    Вынашивая планы закабаления России, американские империалисты особенно стремились к захвату русских железных дорог — основного нерза всей хозяйственной жизни страны. 31 мая (13 июня) 1917 г. одновременно с миссией Рута в Петроград прибыла американская же­лезнодорожная техническая миссия. Возглавлял ее аме­риканский капиталист с дипломом инженеэа и в ранге посланника Стивенс. В миссию входили майор Уошборн, тесно связанный с американским железнодорожным магнатом Гарриманом, Джон Грейнер и другие.

    Стивенс и его сотрудники развернули активную дея­тельность.

    Под видом «технической помощи» американский империализм осуществлял свои корыстные ттланы. Госу­дарственный департамент считал, что подчинение Даль­него Востока и Сибири следует начинать с захвата Транс­сибирской железной дороги. Тот же Рут -называл желез- нодооожную проблему в России «самой важной».

    Делая лицемерные заявления об оказании «помощи» России, американские агенты начали прибирать к -рукам сначала Великий Сибирский путь, Уссурийскую и Китай- ско-Восточную железные дороги, а затем и Николаев­скую железную дорогу, связывающую Петроград и Москву. Добиваясь принятия своих «’рекомендаций», Стивенс ссылался на полномочия, полученные им от пра­вительства США. Боясь, что наглое поведение Стивенса сорвет маскировку с американских планов, Вильсон по­спешил сделать «внушение» Стивенсу. В телеграмме из Вашингтона говорилось: «Президент весьма высоко ценит работу, проводимую Стивенсом и его товарищами в Рос­сии, но считает полезным напомнить.Стивенсу о важности того, чтобы не возникало чувство, что он и его коллеги представляют или говорят от имени правительства


    1  См. «Речь», 11(24) июня 1917 г.


    2  См. «Новое время», 25 июня (8 июля) 1917 г.


    3  «Новое время», 27 июня (10 июля) 1917 г.



    США»Далее настоятельно рекомендовалось не забы­вать делать вид, что члены миссии посланы за границу «только для службы русскому правительству». Указание Вашингтона Стивенс постарался выполнить. Осенью

    1917    г. ему был предоставлен пост советника министра путей сообщения во Временном правительстве.

    Следует отметить, что оказание «помощи» в деле железнодорожного строительства является одним из характерных приемов американских империалистов при закабалении ими других стран, например Китая и стран Латинской Америки. Задачей Стивенса было не только поставить под американский контроль русскую железно­дорожную сеть, но и активно бороться с революционным движением железнодорожников. К осени ему удалось добиться от Временного правительства «приглашения» в Россию уже 340 американских инженеров-«экспертов», из которых 290 были офицерами американской армии. Эти 340 американцев составили Русский корпус железно­дорожной службы во главе с полковником Эмерсоном. «Русский» железнодорожный корпус был отобран и орга­низован военным министром США. Корпус был разбит на 20 подразделений. Каждое из них, предназначенное для работы на узловой станции, состояло из диспетчеров, механиков, мастеров во главе с начальником в чине капи­тана. Десять таких подразделений Стивенс намеревался расположить между Омском и Владивостоком, восемь — между Омском и Москвой, два — между Москвой и Петроградом 2.

    Используя растущую финансовую зависимость Вре­менного правительства от США, американские империа­листы спешили расширить и укрепить свои позиции в Рос­сии. Для выгрузки и сборки вагонов и паровозов, которые США обещали предоставить под воинские перевозки, Вре­менное правительство решило передать в распоряжение американцев пять причалов литерной пристани Эгер- шельд во Владивостоке, железнодорожные мастерские у станции Первая речка и мастерские КВЖД в Харбине3.


    1   R. S. Baker. Woodrow Wilson. Life and Letters, v. VII, New York, 1939, p. 215.


    *  «Papers Relating to the Foreign Relations of the United States,

    1918,     Russia», v. Ill, Washington, 1932, p. 196. (В дальнейшем этот источник обозначается «FRUS. 1918. Russia» с указанием тома К страниц.— Г. С.).

    s ЦГАОР, ф. 6, 1917, оп. 2, Д. 1, ч. II, л. 64.



    В августе 1917 г. Временное правительство командиро­вало в Сибирь в качестве своего комиссара товарища ми­нистра путей сообщения Устругова. Реакционное «Новое время» писало, что цель Устругова — «ревизия» Сибир­ской магистрали. Но на самом деле Устругов имел секрет­ное предписание правительства выполнить требования, предъявленные миссией Стивенса. Предавая нацио­нальные интересы страны, Временное правительство помогало иноземным империалистам осуществлять ковар­ные замыслы превращения России в свою колонию. Министр путей сообщения Юренев -предлагал, чтобы тре­бования миссии Стивенса были выполнены «без всякого промедления». Но так как мероприятия по плану Стивенса касались «как железнодорожной сети, так и водных путей», а во-вторых, должны были осуществляться на протяжении многих тысяч километров, то Юренев пред­лагал поручить осуществление намеченной программы «одному лицу с предоставлением ему особых широких полномочий — комиссару Временного правительства». Такого рода комиссаром и был назначен Устругов. Его деятельность должна была распространяться на Сибир­скую и Китайско-Восточную железные дороги, на Том­ский округ водных путей и управление водными путями Амурского бассейна *. Устругов получил от правительства широкие полномочия, и с его помощью американцы осу­ществляли свои экспансионистские планы.

    Наряду с захватом в свои руки контроля над рядом железных дорог американские монополии усилили актив­ность по овладению другими важнейшими опорными пунктами русской экономики. Подчинение России финан­совыми магнатами США протекало в условиях соперни­чества между отдельными монополиями. Экспансию США возглавлял банкирский дом Моргана, который действовал через Нэйшнл сити бэнк оф Нью-Йорк, Америкэн интер- нейшнл -корпорейш!К и другие объединения. Кроме того, усиленную активность проявлял «фабрикант смерти» Дюпон, возглавлявший крупнейший химический трест Дюпон де Немур. В апреле Дюпон предложил Временному правительству заем в сумме до 500 млн. рублей для покупки американских товаров, оплачиваемых «военным займом или другими приемлемыми русскими бумагами» 2.


    1  ЦГАОР, ф. 6, оп. 2, д. 354, л. 1.


    2  T а м же, ф. 3, on. 1, д. 4, л. 53.



    Но не в интересах Моргана было усиление Дюпона, й предложение Дюпона осталось без последствий. Однако в июне 1917 г. представитель треста Дюпон де Немур Бамстед все же прибыл в Россию, чтобы выяснить воз­можность расширения старых и строительства новых пороховых заводов'.

    Летом американские монополисты организовали гео­логоразведочную экспедицию для обследования отро­гов Северного Урала и верхнего бассейна реки Печоры.

    Временное правительство решило продать с аукциона за 3 млн. рублей Приморско-Сестрорецкую железную дорогу. Узнав об этом, группа американских капитали­стов заявила министру путей сообщения о своем жела­нии купить эту дорогу. Вопрос был передан на рассмотре­ние Временного правительства 2.

    Об усилении деятельности американских магнатов, спешивших захватить возможно более выгодные позиции в России и ничего не упустить, свидетельствовало и то, что в июле в правительственных кругах США с участием президента Вильсона оживленно обсуждался план мор- гановского агента В. Тарло насчет широкого финансиро­вания, иначе говоря, подчинения русского земледелия и промышленности. Для выполнения указанной задачи предполагалось создать новое «сильное финансово-коммер­ческое учреждение», которое объединило бы стремления отдельных американских фирм, монополий и банков к эксплуатации русских богатств. В функции этой новой американской компании должны были входить: централи­зация торговли США с Россией, подготовка средств мор­ской и сухопутной транспортирозки для американо-рус- ской торговли, организация в России хранения и продажи американских товаров, оказание деятельной помощи аме­риканским предприятиям при организации ими в России отделов, а равно фабрик и заводоз

    План Тарло был «сочувственно встречен» сенатором Рутом, министерством торговли США и президентом Вильсоном. Ссылаясь на их поддержку, Тарло обратился со своим планом к Временному правительству. В письме Керенскому он настоятельно требовал немедленно при­


    1 АВПР, ф. Посольство в Вашингтоне, д. 505, л. 7.


    *   «Новое время»,. 22 сентября (5 октября) 1917 г.


    3  АВПР, ф. II Департамент, 1—5, p. III, 1917, д. 11, лл. 18, 20-22.



    нять «решительные меры... для того, чтобы обеспечить возможность... американского финансирования России»

    Таким образом, к лету 1917 г. американские империа­листы разработали обширную программу подчинения эко­номики России и приступили к ее осуществлению. Правя­щие круги Англии и Франции, поглощенные войной с Германией, не могли оказать в тот момент серьезного про­тиводействия своему американскому конкуренту, но при­ложили все усилия, чтобы несколько ограничить планы экспансии заатлантического «союзника», угрожавшего позициям англо-французских монополий в России.

    В августе 1917 г. империалисты Англии, США и Фран­ции заключили между собой в Лондоне секретный дого­вор относительно закабаления России. Лондонский дого­вор на протяжении двух месяцев был тайной даже для... Временного правительства. В октябре 1917 г. министр иностранных дел Терещенко сообщил послу в Вашингтоне Бахметьеву, что «на одной из последних конференций в Париже или Лондоне, по-видимому, состоялось согла­шение о России», и просил сообщить какие-либо сведения об этом соглашении, представляющем «громадный инте­рес». Вскоре Бахметьеву удалось разузнать, что 8 августа на конференции в Лондоне, созванной якобы для обсуждения вопроса об оказании содействия «восста­новлению боевой мощи России», между Англией, США и Францией было достигнуто соглашение о разграничении сфер влияния в России, что весьма походило на план ее расчленения. На конференции участвовали представители английского, французского и итальянского правительств (представителя Временного правительства даже не сочли нужным пригласить!). Конференция приняла решение: Англия возьмет на себя «реорганизацию» русского мор­ского транспорта, Франция — армии, США — русских железнодорожных коммуникаций.

    Англо-французокие империалисты вскоре поняли, что установление американского контроля над железными дорогами России даст США преобладание над всеми дру­гими иностранными монополиями и сделает беспредмет­ным «контроль» последних над русской армией и флотом. И соглашение, достигнутое в Лондоне, было видоизме­нено: «помощь» Мурманской дороге становилась прерога­тивой Англии, западным и юго-западным дорогам —


    1  ЦГАОР, ф. 3, оп. 2, Д. 130, л. 1.



    Франции *. Это изменение, несомненно, было вызвано империалистическими противоречиями между США, с одной стороны, Англией и Францией — с другой.

    В целом, однако, лондонский сговор предполагал не только широкое вмешательство империалистов Антанты во внутренние дела России, но и начало ее раздела на сферы влияния.

    Япония тоже хотела принять участие в дележе. Она стремилась использовать слабость Временного прави­тельства, чтобы добиться от него уступок: концессий и пр. В июле—августе 1917 г. Временное правительство сде­лало ряд шагов для сближения с Японией и получило от нее крупные кредиты. Стремясь помешать русско-япон- скому сближению, «правящие круги США стали усиленно муссировать в печати слухи о подготовке японской агрес­сии против России. Объясняя свое волнение «дружествен­ной симпатией» к России, разжигая недоверие и вражду к Японии, американские политики не жалели усер­дия, советуя России искать друзей... за океаном:

    Летом 1917 г. японские империалисты, учитывая бла­гоприятное для них соотношение сил, решили понудить американскую дипломатию примириться с фактом укре­пления позиций Японии на Дальнем Востоке. Из Токио в США была направлена специальная миссия во главе с Исии. В ходе этих переговоров США сделали некоторые уступки Японии в Китае, добившись в то же время от нее поддержки американской политики в России. В частности, 6 сентября Лансинг в беседе с Исии добился обязатель­ства Японии предоставить свой транспортный флот для перевозки в Россию из США «железнодорожных мате­риалов и военного снаряжения» 2. Вместо получения вы­соких прибылей от собственных поставок в Россию япон­ские капиталисты должны были удовлетвориться получе­нием фрахта. Переговоры Лансинга — Исии закончились подписанием 20 октября (2 ноября) соглашения. Япо­ния должна была принять пресловутый принцип «откры­тых дверей», опираясь на который американские импе­риалисты рассчитывали сохранить свои позиции в Китае и в будущем даже добиться там экономического преоб­ладания. В свою очередь японские империалисты доби­лись от США признания «специальных интересов» Япо­нии во всем Китае.


    1  АВПР, ф. Посольство в Вашингтоне, д. 81, лл. 51, 64.


    2  «The Lansing Papers», v. II, p. 433.



    Соглашение Лансинга — Исий не ликвидировало, понятно, стремления каждого из империалистических хищников урвать себе побольше за счет «партнера». Со­глашение носило временный, непрочный и условный ха­рактер, оно не устранило и, разумеется, не могло устра­нить острейших противоречий между этими империали­стическими державами. Наличие этих противоречий вы­нужден признать и буржуазный американский историк Томпкинс >.

    Американские монополисты, внедряясь в русскую эко­номику, вынашивали планы широкого использования Рос­сии в качестве рынка сбыта и оттеснения с этого рынка других империалистов. Как уже указывалось в главе 1, США с 1 января 1913 г. денонсировали торгозый договор с царской Россией, а в 1916 г. посол США Фрэнсис без­успешно пытался заключить новый русско-американский торговый договор. В мае 1917 г. Временное правитель­ство решило денонсировать торговые договоры России со всеми другими странами и перезаключить их на новых началах. Это решение всецело отвечало интересам аме­риканских монополий, так как оно ликвидировало преи­мущества соперников США. В то же время американцы стремились опередить своих соперников и добиться от России выгодного торгового договора. Осенью 1917 г. Кливлендская торговая палата обратилась через Русско- американский комитет к Временному правительству с письмом, в котором подчеркивала необходимость безотла­гательного обсуждения условий будущего торгового дого­вора между Россией и США 2. Этот догозор обещал быть крайне невыгодным для России и сулил важные преиму­щества США.

    Такой характер предстоящего экономического согла­шения объяснялся заметным изменением в соотношении сил. Уже в 1916/17 финансозом году резко возрос ввоз американских товаров в Россию и США заняли первое место в русском импорте. Общая сумма американского экспорта достигла 558 миллионов долларов — в 21 раз больше, чем в 1912/13 финансовом году. Резко односто­ронний характер торговли с Россией служил дополнитель­ным источником наживы американских монополий:


    1  P. Tompkins. American-Russian Relations in the Far East, New York, 1949, p. 42.


    2  АВПР, ф. II Департамент, 1917, 1—5, p. Ill, д. 11, л. 24.



    импорт США был в 58 раз меньше, чем экспортТаким образом, поток американских товаров, поступавших в Россию и продававшихся на русском рынке сто взвинчен­ным ценам, при Временном правительстве возрастал еще быстрее, чем при царизме.

    Структура торговли России с США в 1917 г. опреде­лялась военной обстановкой, была характерной для аграр­ной страны и отражала ее экономическую зависимость от индустриально развитых империалистических госу­дарств: Россия ввозила взрывчатые вещества, оружие, боеприпасы, снаряжение, орудия производства, металлы, а вывозила сельскохозяйственное сырье, в котором сама, в условиях хозяйственной разрухи, остро нужда­лась.

    За три месяца (август — октябрь 1917 г.) из США было отправлено в Россию свыше 277 тысяч винтовок, свыше 500 пулеметов, более 11 млн. патронов2.

    Видоизменилась и структура американского импорта из России. Следует отметить, например, что американские империалисты разработали и стали осуществлять про­грамму скупки и вывоза в США культурных ценностей России а.

    Русская буржуазия не препятствовала внедрению аме­риканского капитала в экономику страны. Так, б июня

    1917    г. Подготовительная комиссия Экономического сове­щания о развитии производительных сил страны наме­тила привлечь американские капиталы в следующие от­расли народного хозяйства: электротехническую промыш­ленность, горное дело, лесную промышленность, хлопко­водство, холодильное дело, химическую промышленность, кожевенную и меховую промышленность, машинострое­ние и транспорт4.

    Технико-экономическая отсталость России и антина­циональная политика правящих классов вели к тому, что при Временном правительстве зависимость страны от аме­риканского империализма неуклонно усиливалась. Перед страной вырастала угроза полной потери политической и


    1 См. 65 Congress, 2 session. Foreign commerce and navigation of the United States for the year ending June 30, 1917.


    *   ЦГВИА, ф. 2000, on. 1, д. 6191, лл. 6, 104, 134, 219, 223, 259, 311, 424, 484.


    3  См. «Аполлон» № 6—-7, 1917, стр. 74.


    4  ЦГИАЛ, ф. 23, on. 27, д. 65, лл. 13—19.



    экономической независимости и «превращения в колонию мирового империализма. Если бы рабочие и крестьяне России не свергли в октябре 1917 г. правительство капи­талистов и помещиков, наша Родина рисковала бы окон­чательно утратить свою независимость.


    Империалисты США стремились с помощью буржуаз­ного Временного правительства добиться активизации военных усилий России. Понятно, что назначение на пост министра иностранных дел лидера кадетов империалиста Милюкова вызвало удовлетворение посла США, сообщив­шего в Вашингтон, что руководство внешней политикой России «находится в надежных руках»Настаивая 5(18) марта на признании Временного правительства, Фрэнсис подчеркивал, что «Родзянко и Милюков оба уве­ряли меня, что Временное правительство будет энергично продолжать войну»2.

    Империалисты США хотели возможно полнее исполь­зовать русскую армию в войне против Германии, моно­полистический капитал которой американские монополии считали своим самым опасным в то время конкурентом. Деятельность американской дипломатии была направлена поэтому на укрепление военного союза между правитель­ством США и Временным правительством, wa расправу с революционным рабочим классом и крестьянством в России, требовавшими прекращения империалистической войны.

    США соглашались предоставить Временному прави­тельству займы и кредиты лишь при условии, если Рос­сия будет закупать американское военное снаряжение для продолжения войны, что еще более отягчало и без того кабальные условия обещанных займов и кредитов. Аме­риканские монополисты получали, таким образом, воз­можность сбывать излишки промышленной продукции и зарабатывать дополнительные прибыли на поставках военных припасов по повышенным ценам. Первый кре­дит на сумму в 100 млн. долларов был открыт правитель­ством США Временному правительству 16 мая 1917 г. Менее чем через два месяца, 9 июля, был открыт допол-


    1 D. Francis. Russia from the American Embassy, pp. 24—25.


    *   «FRUS. 1918. Russia», v. I, p. 10.



    нательный кредит в 75 мля. долларов. Последний выда­вался по частям, причем на каждую выплату требовалось специальное ходатайство посла США Фрэнсиса. 23 авгу­ста был предоставлен третий заем — на сумму 100 мля. долларов, главным образом для оплаты русских заказов в США на винтовки. В октябре Временное правительство получило от США еще 50 млн. долларов, а 19 октября (1 ноября) —новый кредит — на сумму 125 млн. долла­ров, аннулированный сразу после Октябрьской револю­ции. Таким образом, сумма одних прямых американских кредитов Временному правительству России достигла 450 млн. долларов', не считая значительных кредитов США через посредство Англии, которая и в 1917 г. стре­милась играть роль главного кредитора России.

    Понятно, что предоставление займа в размере 450 млн. долларов само по себе не могло привести к закабалению России- Главную роль играли не столько займы, сколько русские заказы в США, достигшие к осени 1917 г. огром­ной суммы — свыше 3,0 млрд. рублей2. Эти заказы и займы, с одной стороны, вели к тому, что империалисты США и Антанты прочно привязывали буржуазное Вре­менное правительство России к своей колеснице. В усло­виях, когда русская армия терпела все более острую нехватку в боеприпасах и снаряжении, от поставок аме­риканского оружия в значительной мере зависела ее активность на фронте. С другой стороны, американские поставки предназначались Временным правительством для оснащения верных ему частей, сосредоточенных в крупных промышленных центрах для подавления рево­люционной борьбы рабочего класса. Американские кре­диты, следовательно, непосредственно служили укрепле­нию контрреволюционного Временного правительства.

    В то же время американские кредиты усиливали зави­симость Временного правительства от США. Этому, в ча­стности, способствовала та форма, в которую была обле­чена процедура предоставления России кредитов. Они предоставлялись, как мы видели, небольшими частями, причем в каждом отдельном случае Временное прави­тельство должно было заново ходатайствовать о предо­ставлении очередного кредита, и каждый раз ему предъ-


    ' «FRUS. 1918. Russia», v. Ill, pp. 9, 15, 22, 26. г См. ЦГВИА. ф. 369с, оп. 3, д. 230, лл. 1—2; оп. 18, д. 19, л. 200.



    1гвлялись новые военные, политические или экономиче­ские требования. Так, извещая- Временное правительство 4(17) мая об открытии кредита в сумме 100 млн. долла­ров, Лансинг поручил Фрэнсису объявить министру фи­нансов Временного правительства, что США ожидают от России «продолжения войны» и уполномачивают спе­циальную миссию во главе с Э. Рутом «детально обсудить с русским правительством» план его мероприятий в этой области'.

    Декларация Временного правительства от 28 марта (10 апреля) хотя и глухо, но высказывалась за «утвер­ждение прочного мира на основе самоопределения наро­дов». Это, конечно, был маневр для обмана революцион­ных масс, жаждавших мира. Но декларация произвела на союзных империалистов неприятное впечатление. Они потребовали прямого ответа, будет ли воевать Россия. 6(19) апреля Фрэнсис передал Милюкову телеграмму, в которой говорилось, что «американцы встревожены со­общениями, что определенные элементы требуют сепарат­ного мира 2 между Россией и центральными державами», и выражалась уверенность, что Милюков пойдет «на величайшие жертвы для поддержки существующего демократического правительства» 3, то есть любыми сред­ствами обеспечит участие России в войне. Телеграмму подписали юрист Маршалл, бывшие послы США в Тур­ции Моргентау и Штраус, известный банкир Шифф, круп­ный коммерсант из Чикаго Розенвальд.

    Сообщая Фрэнсису 8(21) апреля о вотировании кон­грессом семимиллиардного военного займа, из которого 3 млрд. будут даны России и союзным правительствам, Лансинг подчеркнул, что последние сообщения о том, что «новое правительство находится под влиянием крайних социалистов, стремящихся к заключению сепаратного мира, сильно вредят русским интересам здесь, и если эти сообщения не прекратятся, то это может помешать Рос­сии получить свою долю в займе, предоставляемом союз­никам». Лансинг предлагал послу: «... Настаивайте, чтобы были приняты все меры к исправлению злополуч-


    1  См. cFRUS. 1918. Russia», v. Ill, pp. 9—10.


    4 Следует подчеркнуть, что обвинение по адресу большевистской партии в пропаганде сепаратного мира представляло собой грубый вымысел (см., например, В. И. Ленин. Соч., т. 25, стр. 138).


    3 АВПР, ф. Канцелярия министерства иностранных дел, «Война», д. 189, ч. II, л. а



    наго дурного впечатления», произведенного поступив­шими известиями на правящие круги США'.

    Слух об этой секретной ноте США проник в иностран­ную прессу. Во французской газете «Информасьон»

    16    мая появилось сообщение, что Америка согласна пре­доставить России большой заем при условии «встречных гарантий», под которым понималось в первую очередь «начало наступления на русском фронте» 2.

    10 апреля государственный департамент США полу­чил телеграмму от Фрэнсиса, который, сообщая, что в России растут настроения против войны, высказал опасе­ние, что это может оказать пагубное влияние на русскую армию, и просил принять срочные меры. Лансинг немед­ленно переслал телеграмму президенту Вильсону. В пре­проводительной записке Лансинг писал: «Я хочу, чтобы мы сделали что-нибудь, чтобы помешать социалистиче­ским элементам в России осуществить любой план, кото­рый может подорвать эффективность усилий союзных держав»3. В качестве первой меры Лансинг предлагал послать в Россию упомянутую выше чрезвычайную мис­сию во главе с Элиа Рутом.

    Прямым выражением империалистических планов рус­ской буржуазии и ответом на нажим США и Антанты была известная нота Милюкова от 18 апреля (1 мая), в которой Временное правительство заверяло, что будет соблюдать обязательства, взятые царской Россией в до­говорах с «союзниками», и что свершившийся переворот не ослабит, а усилит стремление России довести войну до решительной победы. Известно, что нота Милюкова вы­звала бурное возмущение солдатских и рабочих масс и после апрельской демонстрации наиболее ненавистные народу министры Милюков и Гучков вынуждены были уйти © отставку, а в новое коалиционное Временное пра­вительство вошли министры-«социалисты».

    В связи с нотой Милюкова Англия и Франция при­слали 11 и 13 мая ответные ноты. 12 мая министерство иностранных дел получило американскую ноту, которую оно опубликовало 28 мая.

    Эта задержка с опубликованием американской ноты не была случайностью. Напуганный судьбой Милюкова, новый министр Терещенко попытался войти в переговоры


    1  «Красный архив», т. 5 (24), 1927, стр. 132.


    2  «L’Information», 16 мая 1917 г., Paris.


    3  «The Lansing Papers», v. II, p. 325.



    с союзниками, чтобы получить другие, более для него удовлетворительные ответы, т. е. такие, где для обмана масс говорилось бы о стремлении США и Антанты к миру. По словам Милюкова, «попытки Терещенко внести в них изменения, которые бы сделали их приемлемыми для Со­вета рабочих и солдатских депутатов, увенчались лишь очень слабым успехом для английской и французской ноты и не имели никакого успеха с американской нотой». «Всего неприятнее для Терещенко, — признает Милю­ков, — оказался текст американской ноты, в которой Фрэнсис не согласился изменить ни одного слова» *.

    В своей ноте американское правительство выразило удовлетворение нотой Милюкова, поскольку в ней Времен­ное правительство обязалось «продолжать оказывать пол­ную помощь и поддержку в продолжении войны до успеш­ного конца» 2.

    Разъясняя народным массам истинный смысл ответ­ных нот «союзных» империалистов, ЦК РСДРП (б) в своей резолюции писал: «... Из этих заявлений ясно вы­текает стремление продолжать войну вплоть до осущест­вления их захватных целей, с одной стороны, и желание в союзе с русской буржуазией превратить русскую армию в пассивное орудие этой политики затягивания мировой бойни, международного грабежа и насилия над народа­ми — с другой» 3. Несмотря на включение в правительство «социалистов», сущность Временного правительства оста­лась прежней. Керенский, ставший военным министром, стремился всеми силами подавить революционное движе­ние в армии и во флоте, упрочить власть реакционного командного состава, чтобы возобновить активные действия на фронте, начать наступление.

    Агент русского министерства финансов 13 мая сообщал из Вашингтона: «Слухи о неустойчивости внутреннего рас­порядка России неблагоприятным образом отзываются на курсе рубля и наших фондах на американском рынке» 4. Таким образом, союзный капитал оказывал прямое дав­ление на Временное правительство путем резкого пониже­ния курса рубля на бирже, предъявляя требование: «Рос­сия должна воевать, а не разговаривать».


    1  П. М и л ю к о в. История второй русской революции, т. 1, София, 1921, стр. 178.


    2  АВПР, ф. Канцелярия министерства иностранных дел, 1917, д. 61, л. 214.


    3  См. «Правда», 31 мая 1917 г.


    4  АВПР, ф. Посольство в Вашингтоне, д. 79, л. 117.



    Американская печать была заполнена требованиями к Временному правительству принять все меры для упроче­ния своей власти и продолжения войны. «России, — заяв­ляла газета «Чикаго Дейли ньюс», — нужна твердая власть»1. Газета «Нью-Йорк ивнинг джорнэл» выражала уверенность, что «Временное правительство, взяв в свои руки бразды правления, воплощая в себе единую и силь­ную власть (ликвидация двоевластия! — Г. С.) решитель­но и властно» подавит революционное движение трудя­щихся масс России 2.

    Выполняя волю русских и англо-американских импе­риалистов, Временное правительство усиленно разверты­вало подготовку к наступлению на фронте. Эта подготовка велась при явном нажиме на Временное правительство со стороны империалистов Антанты и США. Одна из основ­ных задач миссии Рута и состояла в том, чтобы исполь­зовать еще сохранившуюся военную мощь буржуазной России для разгрома германского соперника американ­ских монополий. В ноте Фрэнсиса Временному прави­тельству от 13 (26) мая говорилось, что «миссия готова обсудить лучшие способы и пути к наиболее эффектив­ному продолжению войны» 3. В обмен на кабальную «по­мощь» американские империалисты требовали отказа от национальной независимости и суверенитета России. Эти плайы маскировались разговорами о «союзе». На приеме, устроенном Временным правительством для американской миссии, моргановский агент Рут заявил: «Мы желали бы сделать ваше дело нашим и наше вашим и путем общ­ности цели и взаимной поддержки в твердом союзе обеспе­чить победу» 4.

    Член миссии Рута генерал Скотт ознакомился с со­стоянием русской армии, посетил ставку, проверял подго­товку к наступлению; адмирал Гленнон выяснял состояние флота: он осматривал, например, военные суда и бере­говые укрепления в Рижском заливе; Дункан и Рассэл устанавливали контакт с эсеро-меньшевистскими лидера­ми. Накануне своего отъезда из Петрограда Рут в беседе с сотрудником реакционной газеты «Новое время» доволь­но прозрачно намекнул на необходимость более энергичной


    1  «Chicago Daily News», 25 мая 1917 г.


    2  «New York Evening Journal», 27 мая 1917 г.


    3  АВПР, ф. Канцелярия министерства иностранных дел, 1917, д. 152, л. 7.


    4  «Вестник Временного правительства», 4(17) июня 1917 г,



    подготовки наступления на фронте и решительной рас­правы с революционным движением в стра.не. Он заявил, что «победа на фронте и укрепление положения прави­тельства. .. — это две стороны единой задачи» *.

    Не только русская, но и американская империалисти­ческая буржуазия отводила мелкобуржуазным партиям эсеров и меньшевиков важную роль в укреплении Времен­ного правительства и мобилизации сил в России для про­должения войны. С этой целью, как выше было сказано, правительство США включило в миссию Рута матерого предателя интересов американского рабочего класса Дун­кана и «левого» фразера лжесоциалиста Рассэла. Ми­нистр труда США обратился к министру труда Времен­ного правительства Скобелеву с особым письмом, реко­мендуя Дункана как «одного из самых видных представи­телей рабочего движения». Но эта рекомендация не со­здала Дункану авторитета в России. Максим Горький в беседе с американским журналистом разоблачил Дун­кана и Рассэла, заявив, что они являются представите­лями правящих кругов США, а не американских рабочих 2.

    Для оказания поддержки Временному правительству, для обмана народных масс эсеро-меньшевистские главари рассчитывали использовать I Всероссийский съезд Сове­тов. На съезде выступили оба представителя «рабочего движения» США, а на деле агенты американского импе­риализма — Чарльз Рассэл и Джеймс Дункан. Последний требовал, чтобы русский народ продолжал войну. Он зая­вил, что для обеспечения фронта «работы на заводах, фабриках и мельницах должны вестись в течение 24 часов каждый день», призывал рабочих военных заводов отка­заться от требования восьмичасового рабочего дня, нагло обрушивался на истощенных недоеданием русских рабо­чих, которые-де устраивают забастовки «из озорства»3. Американские агенты помогли эсеро-меньшевистским гла­варям добиться принятия съездом резолюции, одобряв­шей продолжение войны.

    Известие о наступлении на фронте, начатом Керенским 18 июня (1 июля), и успешные для американских плуто­кратов переговоры Рута значительно повысили авторитет Временного правительства в глазах правящих кругов


    1  «Новое время», 27 июня (10 июля) 1917 г.


    2  «New York Times», 18 мая 1917 г.


    3  Первый Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов, т. II, М.— Л., 1931, стр. 40, 42—48.



    США. Б. А. Бахметьев сообщал: «Показательно необычай­но выгодное положение, которое Россия приобрела в на­стоящее время здесь в связи с наступлением на фронте, последними сообщениями Рута и работой нашей миссии»

    Мак-Кормик, Бертрон, Крейн и другие члены миссии Рута отдавали себе отчет в том, что планы американского империализма, и прежде всего Моргана, окажутся под угрозой, если в России развернется и победит социалисти­ческая революция. Поэтому они потребовали от Времен­ного правительства выработки срочных мер к обузданию революционных рабочих и солдат, к тому, чтобы удержать их в повиновении.

    Коммунистическая партия неоднократно разоблачала контрреволюционные планы американских миллиардеров, их стремление «затянуть потуже удавную петлю на шее русской революции» 2.

    В докладе о политическом положении на VI съезде партии И. В. Сталин справедливо отмечал, что американ­ские монополисты стремятся к закабалению России и тор­жеству контрреволюции, толкают Россию на гибельный путь «продолжения войны, продолжения наступления на фронте, подчинения всем приказаниям союзного капитала и кадетов...»3. Большевистская печать, указывая народ­ным массам путь к освобождению от капиталистического гнета, клеймила контрреволюционные планы империали­стов США. Так, газета «Пролетарий» поместила статью И. В. Сталина «Американские миллиарды», в которой под­черкивалось, что «американский капитал снабжает мил­лиардами коалицию Керенского — Милюкова — Церетели для того, чтобы, обуздав вконец русскую революцию, по­дорвать разрастающееся на Западе революционное дви­жение» 4.

    Добиваясь разгрома своих германских конкурентов, американские монополисты стремились усилить боеспо­собность как Западного, так и Восточного фронтов.

    Однако состояние русской армии внушало им все бо­лее сильную тревогу. В американских кругах обсуждался даже план посылки американских войск на русско-гер­


    1  АВПР, ф. Канцелярия министерства иностранных дел, «Война», д. 189, ч. III, л. 4.


    2  'Манифест VI съезда РСДРП (б). КПСС в резолюциях и реше­ниях съездов, конференций и пленумов ЦК, ч. I, изд. 7-е, стр. 390.


    3  W. В. Сталин. Соч., т. 3, стр. 175—176.


    4  «Пролетарий» от 19 августа 1917 г.; И. В. Сталин. Соч., т. 3, стр. 234—235.



    манский (Восточный) фронт для усиления этого фронта, но Вильсон отнесся к этим проектам отрицательно'. Из­вестно, что первые контингенты американской армии, предназначенные для действий на европейском театре, закончили подготовку и прибыли в Европу лишь весной 1918 г. Тем временем правящие круги США продолжали возлагать свои главные надежды на армии Антанты и Рос­сии. Находившиеся на Восточном фронте представители США принимали все меры к тому, чтобы внушить рус­ским солдатам мысль о необходимости продолжать войну. При этом они получали поддержку со стороны армейских комитетов, находившихся в руках эсеров и меньшевиков, В начале октября представитель американской миссии майор Керт посетил, например, армейский комитет XII армии и заявил затем, что этот комитет оставил у него «благоприятное впечатление» 2 своей решимостью поддер­живать лозунг войны до победного конца. Вскоре после визита Керта исполком Совета солдатских депутатов XII армии потребовал от дивизионных комитетов реши­тельной борьбы с революционным движением, не останав­ливаясь ни перед чем для его подавления» 3.

    Стремясь разгромить Германию чужими руками, Лан­синг выдвинул план посылки на Восточный фронт япон­ских войск. Побочная цель этого плана заключалась в том, чтобы ослабить военные силы Японии в бассейне Тихого океана. Проект Лансинга был передан на рассмотрение английского правительства, которое, учтя антияпонские тенденции плана, заявило, что «японские власти никогда не согласятся с подобным проектом»4. Так и произошло. Япония отказалась активно воевать с Германией и та­скать каштаны из огня для своего американского сопер­ника, она берегла свои войска для захвата в подходящий момент русского Приморья и ослабления позиций США на Тихом океане.

    В то время как правящие круги США и Антанты об­суждали различные проекты, имевшие целью добиться поражения Германии и вынудить русскую армию и дальше воевать за интересы русских и иностранных империали­стов, в России все выше вздымалась волна социалисти­ческой революции.


    1  R. S. Baker. Woodrow Wilson. Life and Letters, v. VII, p. 214.


    2  ЦГАОР, ф. 6, on. 2, д. 550, л. 333.


    3  Tа м же, л. 278.


    *  «FRUS. 1918. Russia», v. II, p. 1.



    * *

    *


    Наибольшую опасность для своих классовых интересов американские империалисты усматривали в наличии Сове­тов в России и в растущей популярности лозунгов боль­шевистской партии, взявшей курс на перерастание бур­жуазно-демократической революции в социалистическую.

    Только революционные рабочие и крестьяне России, руководимые партией большевиков, были способны сор­вать антинародные планы российских и иностранных им­периалистов. Партия развернула огромную работу по созданию политической армии социалистической револю­ции. Партия разъясняла массам, что демократического мира нельзя добиться без революционного выхода из вой­ны, без свержения господства буржуазии. Разоблачая империалистическую сущность политики Временного пра­вительства, его зависимость от монополистов США и Ан­танты, партия содействовала нарастанию открытого рево­люционного возмущения.

    Усилия русской буржуазии, интересы которой выра­жала партия кадетов, были направлены на то, чтобы по­давить нарастание социалистической революции, устра­нить Советы, установить свое единовластие. Монополисты США всецело поддерживали контрреволюционные планы русской буржуазии, требуя при этом принятия самых ре­шительных мер для подавления революционного движе­ния в стране, прежде всего в армии и во флоте.

    Стремясь укрепить свои позиции в России, американ­ский империализм расширял свою агентуру в среде рус­ской буржуазии. Активность Русско-американской торго­вой палаты резко увеличилась1; активизировало свою подрывную деятельность и Общество сближения между Россией и Америкой. В апреле 1917 г. был создан по ини­циативе американского посольства Русско-американский комитет — «особый орган по объединению правительст­венных и общественных усилий в деле русско-американ­ского сближения»2. Во главе комитета был поставлен по­следний царский министр иностранных дел Н. Н. По­кровский, в состав комитета прежде всего вошли предста­вители Русско-американской торговой палаты, Общества


    1  См. «Русско-американская торговая палата в г. Москве». Справка о деятельности, М., 1918, стр. 5.


    2   «Известия Центрального военно-промышленного комитета», 28 июля 1917 г.



    сближения между Россией и Америкой, многочисленных организаций русской монополистической буржуазии, бур­жуазных общественных организаций и Временного пра­вительства. Членами комитета были директор правления Петроградского международного банка Вышнеградский, председатель общества заводчиков и фабрикантов Петро­градского района Э. Нобель и другиеКомитет открыл сеть своих отделений в провинции, выпустил рекламные издания об Америке, вел переговоры по экономическим вопросам с членами миссии Рута.

    Правительство США применяло в России, как и в дру­гих странах, пресловутую «дипломатию доллара». Уже через несколько дней после свержения царизма и образо­вания буржуазного Временного правительства, 6(19) мар­та, Фрэнсис телеграфировал Лансингу: «Временное пра­вительство сильно нуждается в деньгах... Помощь, кото­рая удовлетворила бы неотложные нужды, была бы очень своевременной и была бы высоко оценена. Финансовая помощь от Америки в данный момент была бы мастерским ходом...»2 Вскоре из Вашингтона поступило предложе­ние русскому правительству об оказании России денеж­ной помощи. Кредит предоставлялся при условии, что Россия будет продолжать империалистическую войну.

    Но предоставление кредитов Временному правитель­ству не могло остановить развития революции в России. В стране крепли революционные силы, полные решимости покончить с империализмом и войной. Их вела за собой партия большевиков, вооруженная ленинским планом борьбы за перерастание буржуазно-демократической ре­волюции в социалистическую, партия, которая крепла ор­ганизационно и идейно.

    Апрельская конференция завершила сплочение всей партии вокруг ленинской линии, данной в «Апрельских тезисах», и закрепила курс на победу социалистической революции в России. На основе решений Апрельской кон­ференции партия развернула огромную работу по завое­ванию масс, по боевому их воспитанию и организации. Путем терпеливого разъяснения своей политики и разо­блачения соглашательства меньшевиков и эсеров партия добивалась изоляции этих партий от масс. Широкий отклик находили лозунги Коммунистической партии


    1  АВПР, ф. II Департамент, 1917, 1—5, p. III, лл. 10, 27.


    s «FRUS. 1918. Russia», v. I, p. 7.



    в солдатских массах. Солдаты постепенно изживали свои оборонческие иллюзии, на фронте усилилось братание с солдатами противника.

    Эти события угрожали сорвать планы империалистов США и Антанты в России. Представители правящих кру­гов США и буржуазная американская пресса стали от­крыто выоказыватэ свои опасения. 16(29) апреля рус­ский поверенный в делах в США отправил секретную те­леграмму Временному правительству, информируя его, что «правительство США обеспокоено свободой действий, ко­торой пользуются в России революционные элементы, и слухами о подрыве дисциплины в русской армии» >.

    Сообщая 10(23) марта в Вашингтон о революционных требованиях рабочих и солдат, Фрэнсис рекомендовал прислать для «успокоения» телеграммы от председателя АФТ социал-предателя Гомперса и других известных «ра­бочих лидеров»2. 21 марта (3 апреля) государственный департамент передал Фрэнсису телеграмму Гомперса на имя одного из меньшевистских лидеров Чхеидзе. В теле­грамме Гомперс приветствовал «революционную Россию» (то есть режим Временного правительства и сотрудничав­ших с ним эсеро-меныневистских Советов), заявлял об «опасности» дальнейшего развития революции и призы­вал рабочих стать на путь «единства и сотрудничества» с буржуазией9. Так американские империалисты через своего холопа инструктировали Чхеидзе, снабжая его ар­гументами для социальной демагогии о «необходимости» соглашения с буржуазией и поддержки Временного пра­вительства.

    Одной из главных задач миссии Рута было усилить идеологическую экспансию американского империализма в Россию и помочь русской буржуазии укрепить свое идеологическое влияние на трудящихся. Особое внимание Рут уделял пропаганде в армии.

    Вернувшись в США, Рут представил государственному департаменту документ под характерным заголовком «План американской деятельности по сохранению и укре­плению морального состояния армии и гражданского на­селения в России». В этом документе Рут предлагал пра­вительству США не жалегь средств на пропаганду в Рос­


    1  АВПР, ф. Посольство в Вашингтоне, д. 79, л. 67.


    2  «FRUS. 1918. Russia», v. I, p. 16.


    3  Tам же, p. 18.



    сии, чтобы удержать ее в войне и укрепить капиталисти­ческий строй в России. «План Рута» предусматривал ассигнование для этой цели 5,5 млн. долларов.

    Выдвигая свой план, Рут приводил следующий «под­счет». Содержание одного американского полка на фронте обходится правительству США в 10 млн. долларов в год. Истратив вдвое меньшую сумму на военную пропаганду в России, можно заставить воевать против Германии 640 русских полков'. Подобная перспектива выглядела весьма заманчиво для милитаристов США.

    Для осуществления подобных планов американские империалисты стремились укрепить буржуазную власть в России. В опубликованной 7(20) июня беседе с сотруд­ником реакционной газеты «Русская воля» Рут подчерк­нул, что в России необходимо установить «сильную власть». Он заявил: «Единственным подводным камнем, который мне кажется серьезным, является несколько за­медленный темп воссоздания новой власти вместо ушед­шей старой (царизма. — Г. С.). Между тем новая, сильная власть необходима». Еще в мае американский посол тре­бовал нанести удар авангарду революционного рабочего класса России — большевистской партии2.

    Империалисты США считали необходимым для укре­пления власти Временного правительства организовать широкую реакционно-демагогическую пропаганду, при­званную оправдать продолжение войны и любыми сред­ствами ослабить влияние большевистской партии на на­родные массы.

    Народы России все больше убеждались в правоте большевистской партии, которая обличала антинародный характер «великой демократии» США, ибо она «казнит электричеством своих социалистов, с оружием в руках ду­шит маленькие народы и устами своих беспримерных по наглому цинизму дипломатов толкует о вечном мире»9. Партия пролетарского социализма неуклонно и последо­вательно срывала лживую маску миролюбцев с хищни­ков империализма. Разоблачение большевиками империа­листического характера войны, зависимости Временного правительства от империалистов США и Антанты вызы­вало в правящих кругах США большую тревогу. Стремясь


    1  «FRUS. 1918. Russia», v. I, p. 148.


    2  D. Francis. Russia from the American Embassy, pp. 109—111.


    3         Манифест VI съезда РСДРП (б). КПСС в резолюциях и реше­


    ниях съездов, конференций и пленумов ЦК, ч. 1, изд. 7-е, стр. 390.



    Ослабить могучее влияние большевистских идей на созна­ние народных масс, особенно армии, находившиеся в Рос­сии представители США развернули яростную контррево­люционную пропаганду. Активными организаторами и вдохновителями ее были представители американского Красного Креста в России, среди них — майор Раймонд Робинс *. Американский Красный Крест уже в те годы был тесно связан с финансовой олигархией США. Американ­ский журналист Ландберг справедливо называет его «военной разведкой Уолл-стрита». Возглавлял Красный Крест компаньон Моргана Генри Дэвисон. Еще в начале апреля 1917 г. Дэвисон и горнопромышленный магнат Уильям Томпсон — оба тесно связанные с банкирским до­мом Моргана — встретились в Нью-Йорке, чтобы обсудить вопрос об «укреплении» власти Временного правитель­ства 2. Решено было сделать это под флагом Красного Креста.

    Вскоре по совету Моргана Дэвисон был назначен Вильсоном главой американского Красного Креста. Свой пост он использовал для реализации намеченных ранее контрреволюционных планов.

    Чиновники американского Красного Креста понимали, что необходимо скрыть американское происхождение по­рученной им пропагандистской кампании. По их собствен­ному признанию, «союзники» в глазах трудящихся Рос­сии были не лучше царского самодержавия. Американские империалисты решили использовать агентуру внутри Рос­сии, надеясь, что в этом случае пропаганда будет более успешной. «Предприятие, — откровенно признавал Ро­бинс, — должно было быть русским». Апрельский поли­тический кризис, вызванный протестом масс против «ноты Милюкова», усилил интерес правящих кругов США к по­добной маскировке и стремление более широко использо­вать эсеров и меньшевиков. Лидеры эсеров охотно согла­сились принять политическую и финансовую поддержку «деловых кругов», т. е. финансистов США, при условии, если она будет облечена в форму невинной «благотвори­


    1   «Октябрьская революция перед судом американских сенаторов» (перевод с английского), М. — Л.. 1927, стр. 129. В дальнейшем эта книга нами называется сокращенно «Комиссия Овермэна».


    Следует отметить, что после Октябрьской революции Робинс занимал иную позицию. Он выступил сторонником делового сотруд­ничества с Советской Россией, чем нав"ок на себя гнев правящих кругов США. Подробнее об этом см. дальше.

    *   W. A. Williams. American-kussian Relations, p. 88.



    тельной» помощи Красного Креста. Так «социалисты» и «революционеры» стали платными американскими аген­тами.

    Для ведения антибольшевистской пропаганды сотруд­ники американского Красного Креста организовали Ко­митет социально-политического просвещения во главе с эсеркой Брешко-Брешковской, в который вошли и дру­гие эсеры. Робинс обещал эсерам выделить на контррево­люционную деятельность 2 млн. долларов. И действитель­но в конце июня он положил в банк на текущий счет Брешковской два с лишним миллиона рублей. На деньги американских империалистов Комитет организовал в пол­ках лекции и доклады шовинистического содержания, издавал антибольшевистские брошюры. С помощью Бреш­ковской эсеровские газеты «Воля народа» и «Земля и воля» превратились в рупор американских империали­стов *.

    Деятельность эсеровского Комитета социально-поли­тического просвещения была высоко оценена представите­лями русской буржуазии. В своем отзыве о работе этого комитета председатель особого совещания по обороне го­сударства при Временном правительстве 2 октября 1917 г. писал: «... Особенно энергичной и полезной была работа комитета в дни, предшествующие событиям 3—5 июля...»2 Эти факты подкрепляют оценку позиции эсе­ров и меньшевиков VI съездом большевистской партии, в резолюции которого говорилось, что к июлю 1917 г. они окончательно превратились в прямых агентов империа­лизма.

    В июльские дни буржуазия и контрреволюционный ге­нералитет при прямой поддержке эсеров и меньшевиков подавили мирную революционную демонстрацию рабочих, солдат и матросов Петрограда и обрушились на больше­вистскую партию. Контрреволюционные действия Времен­ного правительства вдохновлялись русскими и англо- франко-американскими империалистами. Фрэнсис и Рут тогда прямо предлагали Терещенко устроить суд над вож­дем рабочего класса В. И. Лениным по обвинению его в «государственной измене» с заранее подготовленным смертным приговором 3. Мероприятия Временного прави­


    1  См. сПравда», 8 декабря 1917 г.


    2  ЦГАОР, ф. 3, on. 1, д. 82, л. 208.


    3  D. Francis. Russia from the American Embassy, p. 141; Ph. Jessup. Elihu Root, v. II, New York, 1938, p. 369.



    тельства показывали, что предложение американских эмиссаров было принято к исполнению.

    Июльские события привели к ликвидации двоевластия, к установлению диктатуры контрреволюционной буржуа­зии. Однако буржуазии не удалось задушить революцион­ное движение. Победа контрреволюции была непрочной.

    После июльских дней мирный период революции кон­чился. Ввиду изменившейся обстановки Коммунистиче­ская партия изменила свою тактику и стала на путь под­готовки вооруженного восстания против Временного пра­вительства.

    Огромное значение в истории Коммунистической пар­тии и нашей Родины имел VI съезд партии. Центральным на съезде был вопрос о политическом положении. Тезисы доклада по этому вопросу подготовил В. И. Ленин и пере­слал их в ЦК. Делал доклад о политическом положении И. В. Сталин. Нацелив партию, на вооруженное восстание, съезд указал нашей стране яоный путь к освобождению от иностранной зависимости, от угрозы превращения ее в колонию американского и западноевропейского импе­риализма, к избавлению 150-миллионного народа от ка­питалистического рабства и эксплуатации.

    Наступление на фронте и июльский расстрел рабочих и солдат в Петрограде укрепили уверенность правящие кругов США в способности Временного правительства обеспечить активную роль вооруженных сил России1 в ми­ровой империалистической войне и навести «порядок» внутри страны ].

    Июльский расстрел правящие круги США рассматри­вали как победу: государственный департамент опублико­вал телеграмму Фрэнсиса, который сообщал об «улуч­шении внутреннего положения в России» и о том, что ввиду этого «задача Керенского упрощается» 2. Американ­ские сенаторы заявляли, что нужно «возносить молитвы богу о сохранении драгоценной жизни Керенского».

    В период правительственного кризиса, связанного с от­ставкой Керенского 3 августа, империалисты США грубо вмешались во внутренние дела России, оказав прямое давление с целью сформирования угодного им правитель­ства. Посол США вызвал к себе Милюкова и изложил


    1  См. «Речь», 11 августа 1917 г.


    2  «Новое время», 29 июля 1917 г.



    ему «советы» о кандидатуре на пост премьер-министра России; назвав нескольких лиц, он в конце концов остано­вился на Керенском К Во главе второго коалиционного Временного правительства, сформированного 6 августа, действительно встал Керенский.

    Одержав победу в июле, буржуазная контрреволюция готовила силы для нанесения решающего удара револю­ционному пролетариату. 12 августа 1917 г. в Москве от­крылось Государственное совещание. Президент Вильсон прислал участникам совещания приветственную телеграм­му, в которой выражал надежду на то, что совещание сыграет важную роль в деле укрепления сил Временного правительства, т. е. будет способствовать победе контр­революционных сил России.

    На Государственном совещании контрреволюция орга­низовалась во всероссийском масштабе. За спиной русской контрреволюций стояли империалисты США и Антанты. Газета «Биржевые ведомости» сообщала, что в результате симпатии американцев к Московскому совещанию появи­лась возможность получить на американском рынке 5-миллиардный государственный заем 2. Большевистская печать заклеймила тогда же контрреволюционную роль правящих кругов США. И. В. Сталин писал в газете «Про­летарий»: «Американская империалистическая буржуа­зия, финансирующая коалицию русской империалистиче­ской буржуазии (Милюков!), военщины (Керенский!) и мелкобуржуазных верхов, лакейски услужающих «жи­вым силам» России {Церетели!) — вот она, картина ны- нешнегр положения» 3.

    В условиях нарастания революционного движения ино- земмые и русские империалисты взяли ставку на установ­ление военной диктатуры Корнилова. В полном согласии с Вашингтоном американские представители в России ока­зывали всемерную поддержку и помощь Корнилову, мя­теж которого готовился при фактической поддержке Ке­ренского. Как сообщал из Вашингтона корреспондент Петроградского телеграфного агентства, выступление Кор­нилова не явилось для американских правящих кругов неожиданностью, так как они «ждали, что после москов­


    1  D. Francis. Russia from the American Embassy, p. 149.


    2  «Биржевые ведомости», вечерний выпуск 17 августа 1917 г.


    3  «Пролетарий», 19 августа 1917 г.; И. В. Сталин. Соч., т. 3, стр. 234.



    ского совещания неизбежно последует попытка вроде кор­ниловской» 1.

    В августе, накануне корниловского мятежа, Лансинг заявил о необходимости укрепления власти Временного правительства и предостерег Керенского от «левых» ма­невров, от попыток найти «среднюю линию».

    В числе соучастников Корнилова был адмирал Колчак, которого заговорщики даже включили в состав будущего «правительства» Корнилова. В дни мятежа Колчак был в «дальнем плавании» — 1 августа он выехал в Вашинг­тон по особому приглашению правительства США 2. Нахо­дясь в США, Колчак пропагандировал необходимость установления военной диктатуры в России, с нетерпением ожидал известий из Петрограда. После провала корни­ловского заговора Колчак не торопился с отъездом в Рос­сию, а правящие круги США считали этого недобитого корниловца своим дорогим гостем. В октябре Колчаку была оказана милость: он был принят президентом Виль­соном а,ав ноябре 1918 г. империалисты США и Антанты поставили Колчака у власти, чтобы «верховный правитель России» задушил молодую Советскую республику.

    Глава американской «технической миссии» Стивенс подготавливал корниловщину на транспорте. 16 августа он выступил с докладом на заседании бюро Русско-аме­риканского комитета, требуя от Временного правитель­ства создания «железнодорожной диктатуры на время войны», т. е. милитаризации железных дорог и разгона ра­бочих организаций. Он прямо заявил: «В железнодорож­ном деле должна быть твердая власть, участие служащих в управлении дорогами недопустимо» 4.

    Мятеж начался. Видя, что контрреволюционный поход Корнилова терпит поражение, послы США, Англии и Франции пытались спасти Корнилова, предложив Времен­ному правительству свое «посредничество» ? в конфликте. Предложение послов показывало, что в тот момент они надеялись на победу Корнилова и вследствие этого сочли возможным отступить от дипломатического «этикета».


    1  «Социал-демократ», 6(19) сентября 1917 г., Москва.


    2  АВПР, ф. Посольство в Вашингтоне, д. 505, л. 16.


    3  R. S. Baker. Woodrow Wilson. Life and Letters, v. VII, p. 309.


    4  «Новое время», 4 августа 1917 г.


    5  П. Милюков. История второй русской революции, т. I, стр. 254.



    Корниловский мятеж был разгромлен в результате са­моотверженной борьбы рабочих и солдатских масс, реши­тельной, умелой тактики большевиков, возглавлявших массы.

    Убедившись в провале генеральской авантюры, послы, по предложению Фрэнсиса, поспешили заявить, что они якобы на всем протяжении мятежа занимали позицию строгого «нейтралитета». В секретных же телеграммах в Вашингтон посол США не скрывал своего неудовольст­вия по поводу провала корниловского восстания, упрекая Корнилова в «неуместных методах» и «несвоевременности выступления» К

    В сентябре правительство США одобрило проект Рута

    о  развертывании пропагандистской работы для «поднятия духа» русской армии. В начале октября во Владивосток прибыло 50 работников так называемой Христианской ассоциации молодежи, (направлявшихся на фронт2. Ассо­циация ассигновала на их контрреволюционную деятель­ность 5 млн. долларов 3 — как раз ту сумму, с помощью которой Рут рассчитывал удержать на фронте 640 рус­ских полков.

    Христианская ассоциация молодежи стремилась «по­крыть целой сетью солдатских клубов все фронты Дейст­вующей армии и все крупные города России» 4. Она выпи­сала из Америки 300 американских инструкторов, 50 тыс. пар солдатских сапог, 100 киноаппаратов и т. п. В октябре

    1917     г. ассоциация попросила, чтобы Временное прави­тельство предоставило ей большие льготы: провоз всех грузов по всем железным дорогам, бесплатно и вне оче­реди, освобождение от таможенных пошлин и сборов всех товаров, следующих из-за границы для нужд ассоциации и т. д. На этом заявлении Керенский наложил резолюцию: «Согласен. Необходимо всячески содействовать ускорен­ному развитию работ Союза». 22 октября во Владивосток прибыло еще 500 членов Христианской ассоциации 5.


    1  cFRUS. 1918. Russia», v. I, p. 190.


    2   Во главе Христианской ассоциации молодежи стоял Мотт. Офи­циально эта организация преследовала благотворительно-просвети­тельные цели. В действительности она занималась подрывной контр­революционной деятельностью. После установления Советской власти она стала прикрытием для шпионской сети американских развед­чиков.


    3  См. сДалекая окраина», 1(14) октября 1917 г., Владивосток.


    4  ЦГАОР, ф. 6, on. 1, д. 68, л. За.


    5  ЦГАОР, ф. 6, оп. 2, д. 550, л. 407.



    Пропаганда среди русских солдат на румынском фрон­те, которую вел американский капитан Иетс, началась еще в мае 1917 года К Учитывая опыт, приобретенный на ру­мынском фронте, Фрэнсис предлагал Лансингу организо­вать подобную пропаганду «по всему русскому фронту, а также внутри страны». Предложение Фрэнсиса было одобрено, и летом 1917 г. японский военный атташе до­нес в Токио, что державы Антанты начали антибольшеви­стскую пропаганду и «тратят на это большие суммы».

    Агенты Уолл-стрита в американском рабочем движении поспешили с предложением своих услуг в этой клеветни­ческой кампании. Американский лжесодиалист Джон Спарго 30 августа заявил, что «Россия нуждается в под­нятии настроения». Из его заявления явствовало, что в Россию отправится делегация, состоящая из американских социал-шовинистов, чтобы активизировать военные усилия России.

    Одной из американских разведывательно-пропаганди- стских организаций, развернувших свою подрывную ра­боту, был русский филиал Комитета общественной инфор­мации2, созданный в России осенью 1917 г. В конце ок­тября Вильсон ассигновал комитету для расходов в России 1 млн. долларов а, поручив своему уполномоченному Эдгару Сиссону развернуть антисоветскую пропаганду.

    Осенью сотрудники американского Красного Креста в России получили задание принять новые меры для укре­пления власти Временного правительства Керенского и в связи с этим усилили пропагандистскую работу в армий. Пытаясь противопоставить революционной пропаганде большевиков свою буржуазную пропаганду, чиновники американского Красного Креста выступали на многочис­ленных митингах, расхваливая американскую «демокра­тию» и призывая бороться до конца вместе с «союзни­ками».

    В Воссию была послана специальная миссия Красного Креста, которая 7 августа 1917 г. прибыла в Петроград. Один американский автор признает, что «краснокрестная


    1  АВПР, ф. Канцелярия министерства иностранных дел, «Война», д. 189, ч. И, л. 143.


    2   Комитет общественной информации при правительстве США был создан в апреле 1917 г. и вел пропаганду войны в Америке и за границей. Председателем комитета был Криль. В числе высокопостав­ленных чиновников комитета был Сиссон.


    3  R. S. Baker. Woodrow Wilson. Life and Letters, v. VII, p. 323:



    внешность миссии служила лишь маскировкой» *. Даже реакционный американский историк Кеннан вынужден признать, что «деятельность некоторых членов миссии... не имела ничего общего с функциями Красного Креста» 2. Руководителем миссии был Уильям Бойс Томпсон — агент Моргана. Миссия Томпсона меньше всего имела в виду оказание помощи раненым. Об этом говорит уже тот факт, что в ее состав входили финансисты и юристы. Сам руко­водитель миссии Томпсон — миллионер, бывший директор нью-йоркского федерального банка, видный деятель рес­публиканской партии — был заинтересован в получении концессий в Сибири, в предприятиях по разработке место­рождений меди. Члены миссии были наделены по указа­нию президента Вильсона «самыми широкими полномо­чиями» Ближайшей задачей миссии Томпсона было фи­нансирование контрреволюционных сил, развертывание пропагандистской и осведомительной работы, удушение большевистской печати.

    По признанию одного американского агента в России, посол Фрэнсис «прекрасно понимал, сколь важно было контролировать печать в России. Мы предполагали захва­тить в свои руки бумажный рынок в России и уничтожить большевистскую прессу. На фронте печаталось очень много листков, которые мы хотели задушить, чтобы со­здать вместо них ряд газет для солдат и поставить на ноги несколько боевых (т. е. шовинистических — Г. С.) печат­ных органов» 4. Эту обширную программу выполнить, од­нако, удалось только частично. Томпсон перевел из США

    1   млн. долларов. На эти деньги в России издавалось

    17   газет, а также множество брошюр и листовок погром­ного, резко антибольшевистского характера. Но задушить большевистскую печать империалистам не удалось.

    Миссия Красного Креста организовала также устную реакционную пропаганду. На американские деньги содер­жалось более 800 эсеро-меныпевистских ораторов 5. 25 ав­густа 1917 г. Комитет социально-политического просвеще­ния принял меры к увеличению тиража эсеровской еже­дневной газеты «Воля народа» и распространению изда­


    1  W. W i 11 i а ш s. American-Russian Relations, p. 90.


    2  G. Ken nan. Russia leaves the war, Princeton, 1966, p. 21.


    *   «Речь», 9(22) августа 1917 г.


    4  «Комиссия Овермэна», стр. 52 (подчеркнуто мною. — Г. С.).


    5  Там же, стр. 140.



    ний комитета в армии К К октябрю в провинции было ор­ганизовано 16 отделов комитета, он работал в контакте с политическим управлением военного министерства. Лек­торы комитета читали лекции о текущем моменте в пол­ках: Кексгольмском, Московском, Измайловском, Егер­ском, 1-м запасном пехотном, в Царскосельской школе. На американские деньги комитет выпустил 16 листовок тиражом более 3 млн. экземпляров 2.

    Брешковская находилась на прямом содержании США. За составление обращения к Вильсону «от имени русского народа» с призывом о «помощи» Брешковской был выпла­чен довольно щедрый гонорар — 100 тыс. рублей 3. Томп­сон сообщал в Вашингтон: «Работа американского Крас­ного Креста здесь высоко оценивается (Временным. — Г. С.) правительством, включая его помощь, оказанную пропагандистской работе комитета Брешковской». Теле­грамма эта имела характерную пометку: «Секретно, исключая президента Вильсона» 4.

    Но никакая контрреволюционная пропаганда не могла сорвать революционной борьбы рабочих и крестьян Рос­сии за мир, за свержение власти капиталистов и помещи­ков и за установление диктатуры пролетариата. Буржуаз­ную пропаганду опровергали живые факты жизни, неумо­лимый ход классовой борьбы.

    Разгром корниловского мятежа показал, что партия большевиков выросла в решающую силу революции, спо­собную разбить любые происки контрреволюции, и явился началом нового революционного подъема в стране. После корниловщины Советы снова развернули кипучую револю­ционную деятельность. Началась полоса большевизации Советов. Большевики вновь выдвинули старый лозунг — «Вся власть Советам!», временно снятый после июльских дней. Теперь этот лозунг означал прямой подход револю­ции к диктатуре пролетариата путем восстания, органи­зацию и государственное оформление диктатуры проле­тариата.


    1  ЦГАОР, ф. 3, on. 1, д. 97, л. 18.


    2  Tа м же, д. 18, лл< 94—95.


    3  «Правда», 8 декабря 1917 г.


    4  АВПР, ф. Посольство в Вашингтоне, д. 81, л. 14. В дальнейшем, в 1919 г., Брешковская была приглашена в США, где призывала усилить помощь Колчаку и распространяла клевету против Совет­ской власти (ЦГАОР, ф. 200, оп. 7, д. 146, л. 36).



    Меньшевики и эсеры пытались преградить путь нара­стающей социалистической революции. Они хотели напра­вить поднимающуюся революционную волну в русло бур­жуазного парламентаризма. С этой целью эсеро-меньше- вистский ЦИК Советов 14 сентября 1917 г. созвал так на­зываемое Демократическое совещание из представителей социалистических партий, соглашательских советов и т. д. На совещание были приглашены буржуазные элементы, ряд же рабочих и солдатских советов был вовсе лишен представительства на совещании.

    В подготовке совещания активное участие принимали сотрудники американского Красного Креста. Ик была дана директива: «Заполните совещание нашими сторон­никами» К По заданию американских агентов Брешков- ская от имени Организационного совета петроградской группы эсеров выпустила во время Демократического со­вещания лживое обращение «Ко веек социалистам-рево- люционерам России». Этим обращением она стремилась сплотить членов партии около себя, подорвать влияние левых эсеров, увлечь членов партии на «созидательную работу» 2, т. е. на укрепление позиций контрреволюцион­ного Временного правительства. Американский Красный Крест истратил 1 млн. долларов на подкуп делегатов со­вещания 3, чтобы оно поддержало Керенского и его про­грамму войны. Усилия империалистов США и русской контрреволюции не увенчались успехом, однако эсеро­меньшевистским лакеям буржуазии с помощью американ­ских денег удалось добиться принятия совещанием, хотя и в замаскированной форме, идеи коалиции с буржуаз­ными партиями.

    31 августа впервые Петроградский Совет, а 5 сентября Московский Совет приняли большевистскую резолюцию. К октябрю 1917 г. большевики завоевали большинство в Советах почти всех крупных промышленных центров страны. Руководимые большевиками, местные Советы со всей решительностью ставили вопрос о переходе власти в руки рабочих и деревенской бедноты. Вместе с тем все больше углублялся развал фронта.

    В условиях нарастания революционного движения в стране русская империалистическая буржуазия выдви­гала различные проекты удушения революции. В их числе


    1  W. Williams. American-Russian Relations, p. 100.


    2  ЦГАОР, ф. 6, on. 2, д. 583, лл. 103, 118.


    зф. Ландберг. Шестьдесят семейств Америки, стр. 180.



    был составленный империалистами Антанты заговор об отдаче Петрограда немцам, чтобы таким способом заду­шить оплот революции — питерский пролетариат. Ссы­лаясь на план перевода Временного правительства из Пи­тера в Москву, В. И. Ленин в октябре 1917 г. подчерки­вал, что «между Керенским и англо-французскими капи­талистами заключен заговор об отдаче Питера «емцам и об удушении русской революции...» К

    Несомненно, что правительство США знало и поддер­живало планы заговорщиков. План «переезда» Времен­ного правительства в Москву, т. е. план сдачи Петрограда немцам, был сообщен Фрэнсису и им одобрен2. Но рабо­чий класс, руководимый Коммунистической партией, сор­вал контрреволюционные замыслы империалистов.

    Злейшие враги революционной России — внутренние и иностранные империалисты — сознавали, что необходи­мо принять экстренные меры против революционного движения, но не могли договориться между собой о ме­тодах.

    Вооруженное восстание пролетариата приближалось. 10 октября состоялось историческое решение Централь­ного Комитета партии о подготовке вооруженного восста­ния. Выбор момента открытия восстания опирался на все­сторонний анализ обстановки, учитывалось, что кризис дошел до высшей точки, что имелись уже налицо готов­ность авангарда биться до конца, готовность резерва под­держать авангард и максимальная растерянность в рядах противника.

    Растерянность в лагере врагов революции ярко вскры­лась на совещании 21 октября (3 ноября) 1917 г. в по­мещении американского Красного Креста в Петрограде. На совещании присутствовали: глава американской воен­ной миссии и военный атташе посольства США генерал Джадсон, глава военной миссии и военный атташе англий­ского посольства генерал Нокс, глава военной миссии и .военный атташе французского посольства генерал Нис- сель, генерал Нейслаковский из штаба Керенского, лич­ный секретарь Керенского Давид Соскис, американский полковник Томпсон и Робинс. Совещание не дало реаль­ных результатов. Причиной этому было не только отсут­


    1  В. И. Ленин. Соч., т. 26, стр. 119.


    2  «FRUS. 1918. Russia», v. I, p. 182.



    ствие «благонадежных» воинских частей, но и неверие английских «союзников» в силы Керенского.

    На этом совещании произошел характерный инцидент: генерал Нокс в присутствии русских белогвардейцев при­нялся бичевать Керенского за его некомпетентность, за боязнь перестрелять большевиков, а русских генералов — за поражение на фронте. Когда оскорбленные представи­тели Керенского вышли из комнаты, генерал Нокс заявил: «... Я не заинтересован в правительстве Керенского, оно слишком слабо; необходима военная диктатура, необхо­димы казаки». Нокс заявил, что возглавить военную дик­татуру мог бы Савинков или Каледин.

    Американский представитель Робинс скептически от­несся к прожектам Нокса, напомнив бесславный провал авантюры Корнилова. Более трезво оценивая положение в России, Робинс выступил с предложением использовать для спасения престижа Керенского аграрную реформу. «Единственное спасение (от революции. — Г. С.), — зая­вил Робинс, — это раздать немедленно крестьянам землю. Это есть единственный шаг, — подчеркнул он, — способ­ный выбить почву у Ленина». Робинс считал, что только эта крайняя мера даст возможность «восстановить армию», т. е. провести разоружение и чистку революционно на­строенных полков, и начать активные действия на фронте 1.

    Но предложение Робинса показалось его коллегам че­ресчур рискованным. «Раздать землю в России сегодня — и через два года это будет сделано в Англии!» — восклик­нул в испуге Нокс. «Союзные» представители в России были увлечены мыслью о втором Корнилове, который за­душит революцию на фронте и в тылу.

    Правящие круги США, Англии и Франции не верили в способность народных масс свергнуть капиталистические порядки в России и были далеки от мысли о возможности победы социалистической революции в России. Беседуя в сентябре 1917 г. с Родзянко, Фрэнсис высказал уверен­ность в том, что Временное правительство сумеет спра­виться с Советами. Эту же точку зрения Фрэнсис выска­зал затем Гучкову2.

    24   октября (6 ноября), накануне победы Октябрьской революции, Фрэнсис телеграфировал в Вашингтон, что, по словам Терещенко, Временное правительство сумеет


    1  W. Williams. American-Russian Relations, p. 103.


    2  «FRUS. 1918. Russia», v. I, p. 182.



    подавить выступление большевиков '. Даже после Вели­кой Октябрьской социалистической революции 28 октября (10 ноября) английский и французский послы в Петро­граде заверяли свои правительства, что «торжество боль­шевиков будет непродолжительным» 2.

    Великий Ленин высмеивал надежды врагов социали­стической революции на то, что большевики не смогут удержать государственную власть3. Руководимый Комму­нистической партией пролетариат России в союзе с бед­нейшим крестьянством 25 октября 1917 г. сверг господство отечественных и иностранных империалистов. Утром 25 октября, когда революционные моряки и красногвар­дейцы намечали план штурма Зимнего дворца, американ­ские империалисты оказали Керенскому важную услугу. К этому времени Зимний дворец был окружен, но Керен­скому удалось бежать — посольство США предоставило ему свой автомобиль под американским флагом 4.

    Победа Великой Октябрьской социалистической рево­люции означала провал планов экспансии американского империализма, направленных на экономическое и полити­ческое закабаление России, обеспечила свободу и неза­висимость нашей Родины, проложила путь к торжеству социализма.

    V &

    $

    После февральской буржуазно-демократической рево­люции и вступления США в войну активность американ­ского империализма в отношении России значительно воз­росла. Создание империалистического Временного прави­тельства встретило восторженный отклик в правящих кру­гах США. Рассматривая Временное правительство как надежный оплот против революционного движения и учи* тывая растущую разруху народного хозяйства России, американские империалисты выдвинули обширную про­грамму «помощи» своему военному союзнику. В обмен за кабальную финансовую и иную «помощь» правительство США требовало наступления на фронте, подавления ре­волюционного движения в армии и в тылу, предоставле­ния концессий и различных льгот для американских мо­нополий.


    1  cFRUS. 1918. Russia», v. I, p. 220.


    2  АВПР, ф. Посольство в Вашингтоне, д. 81, л. 127.


    3  См. В. И. Ленин. Соч., т. 26, стр. 71.


    4  Д. рьюкенен. Мемуары дипломата, М., 1925, стр, 280—281.



    Растущая зависимость Временного правительства от США была одним из обстоятельств, побудивших Англию и Францию выступить в августе 1917 г. инициаторами раздела России на «сферы влияния», чтобы ограничить тем самым проникновение монополистического капитала США в Россию. Американские и англо-французские импе­риалисты оказывали широкую поддержку Временному правительству и контрреволюционным партиям с помощью финансовых, политических и иных мероприятий. Импе­риалисты США вместе с империалистами Англии и Фран­ции приняли активное участие в подготовке расправы 3—5 июля и контрреволюционного корниловского мятежа.

    Американские империалисты играли ведущую роль в идеологической диверсии против революционного дви­жения, пытаясь путем широкой контрреволюционной про­паганды нейтрализовать влияние большевистских идей.

    Осуществляя закабаление России, американские импе­риалисты опирались на свой возросший экономический потенциал и на антинациональную политику Временного правительства.

    Великая Октябрьская социалистическая революция развеяла в прах замыслы империалистов и нанесла удар по всем их позициям в России. Она повернула развитие нашей Родины и всей мировой истории на новый путь.

    Победа Октябрьской революции означала коренной поворот во всемирной истории человечества от старого, капиталистического мира к новому, социалистическому миру. Она положила начало крушению системы капита­лизма, открыла новую эпоху в истории человечества — эпоху социализма.



    еъэ


    ГЛАВА 3

    АМЕРИКАНСКИЕ ИМПЕРИАЛИСТЫ НАЧИНАЮТ БОРЬБУ ПРОТИВ СОВЕТСКОЙ РОССИИ

    (Ноябрь 1917 — февраль 1918 г.)


    П

    обеда Великой Октябрьской социалистической рево-
    люции и происходивший под ее непосредственным
    влиянием рост рабочего и национально-освободи-

    тельного движения во всем мире вызвали страх
    и смятение среди эксплуататорских классов, среди правя-
    щих империалистических кругов. В скорейшей ликвидации
    Советской власти в России империалисты видели «сред-
    ство спасения» своих стран от влияния идей социализма.
    Кроме того, империалисты не хотели терять свои экономи-
    ческие и политические позиции в России, не хотели упу-
    скать возможность выколачивать для себя из России мак-
    симальные прибыли.

    Эти причины определили особую активность междуна­родной реакции в ее борьбе против молодого Советского государства в 1918—1920 гг. Каждая из империалистиче­ских группировок, занятых в то время в первой мировой войне, — Антанта и австро-германский блок — стремилась объединить внутренние силы контрреволюции в России, чтобы задавить Советскую власть. При этом империа­листы США выступали в роли одного из главных органи­заторов интервенции против Советской республики.

    Интервенция, как известно, вовсе не исчерпывается вводом войск, и ввод войск не составляет основной осо­бенности интервенции. Вмешательство империалистиче­ской страны во внутренние дела другой суверенной страны, т. е. интервенция, может иметь различные формы, среди которых следует отметить две основные — открытую, т. е. с вводом своих войск, и замаскированную, т. е. путем ор­



    ганизации и разжигания беспорядков и гражданской войны в чужой стране, моральной и финансовой поддер­жки своих агентов.

    Интервенция США, Англии, Франции, Японии против Советской России началась с первого дня Октябрьской ре­волюции.

    В условиях продолжавшейся мировой войны, когда главные империалистические государства были разделены на две воевавшие друг с другом коалиции, когда нара­стали противоречия между участниками каждой из груп­пировок (например, противоречия между США и Япо­нией), империалисты не имели возможности сразу же, без политической и иной подготовки, начать военную интер­венцию против Советской страны. Поэтому до лета 1918 г. они проводили интервенцию в замаскированной форме, путем организации и разжигания гражданской войны, ока­зывая внутренней контрреволюции в России всяческую помощь и руководя ее борьбой против Советской власти. Что касается Германии и Австро-Венгрии, то они, как из­вестно, осуществили вооруженную интервенцию, захват Украины и других районов Советской страны еще весной 1918 г.

    Целью замаскированной интервенции США, Англии и Франции в Советской России было свержение Советской власти, превращение России в полуколонию. Интервенция шла по нескольким направлениям: 1) непризнание Совет­ского правительства и мероприятия, направленные на ослабление Советской России; 2) противодействие выходу Советской России из империалистической войны; 3) под­держка русской контрреволюции; 4) распространение че­рез американскую прессу и конгресс злостной клеветы на Советскую власть с целью подготовки почвы для органи­зации открытой въенной интервенции; 5) прямая страте­гическая подготовка военной интервенции и ее осуществ­ление— сначала чужими, а затем и своими войсками.

    Отказываясь признать революционное Советское пра­вительство, отрицая суверенное право народов России самостоятельно выбирать политическую форму общества, американский империализм совершал тем самым вмеша­тельство (интервенцию) во внутренние дела России и вдохновлял контрреволюционные силы на борьбу против Советского правительства.

    Великая Октябрьская социалистическая революция установила в огромной стране диктатуру пролетариата,



    она нанесла мировому капитализму смертельную рану, углубила общий кризис капиталистической системы. Победа пролетарской революции рривела к созданию Со­ветского государства — могучего оплота мира и независи­мости народов. Первым международным выступлением Советской власти был Декрет о мире, принятый И съездом Советов 26 октября (8 ноября) 1917 г. Молодое Советское государство предложило всем народам воюющих стран немедленно прекратить военные действия и приступить к переговорам о демократическом мире.

    Американские империалисты встретили Октябрьскую социалистическую революцию и ее декреты бешеной зло­бой. 8 ноября Фрэнсис писал Саммерсу, что он надеется на скорое свержение Советского правительства ‘. На сле­дующий день государственный департамент сделал воин­ственное заявление о том, что-де Советская власть в Рос­сии не может быть терпима 2. Все буржуазмые коммента­торы, а также официальные лица, вплоть до министра финансов США Мак Аду, выразили уверенность, что Со­ветская власть быстро придет к концу J.

    Сразу же после победы Советской власти послы держав Антанты и посол США в Петрограде договорились не предпринимать без взаимной консультации каких-либо шагов в отношении Советского правительства и не при­знавать его. Союзные миссии в Петрограде отказывались иметь дело с Советским правительством. Фрэнсис не счи­тал нужным уведомлять, как это принято, Народный ко­миссариат иностранных дел о получении им нот от Совет­ского правительства 4.

    Вскоре, однако, начальник американской миссии Крас­ного Креста полковник Робинс и американский военный атташе генерал Джадсон предприняли попытки вступить на путь установления контакта с представителями Совет­ской власти, посетив Смольный — резиденцию Советского правительства5. После этого визита Джадсон заявил Фрэнсису, что интересы США требуют признания Совет­ского правительства6. Государственный департамент от-


    1         D. Francis. Russia from the American Embassy, p. 187.


    s F. L. S chum an. American policy toward Russia since 1917, New York, 1929, p. 56.


    3  «New York Times», 10 ноября 1917 г.


    4  «FRUS. 1918. Russia», v. I, pp. 232, 244—245.


    5  М. С e й efp с и А. К а н. Тайная война против Советской России, М., 1947, стр. 19.


    6  «FRUS. 1918. Russia», v. I, p. 282.



    кликнулся на визит Джадсона грозным приказом, требо­вавшим, чтобы американские представители «прекратили все прямые связи с большевистским правительством» К Вскоре генерал Джадсон был отозван в США.

    Робинс хотел подать в отставку в знак протеста против такой политики государственного департамента. К его удивлению, Фрэнсис предложил ему остаться на своем посту и поддерживать связь со Смольным. Фрэнсис меньше всего думал об улучшении отношений с Советским правительством, он стремился использовать любые каналы для получения информации о деятельности Советского правительства. Но этим не ограничивается смысл его за­дания Робинсу. Несомненно, что Фрэнсис рассчитывал использовать в будущем Робинса для неофициального на­жима на Советское правительство. Наконец, Фрэнсис рас­считывал использовать переговоры Робинса в качестве маскировки своей антисоветской деятельности Фрэнсис тем охотнее шел на продолжение переговоров Робинса, что они не являлись признанием Советского правительства де-факто, так как, будучи работником Красного Креста, Робинс не являлся официальным лицом.

    Уже отказ Вильсона от признания Советского прави­тельства был актом вмешательства США во внутренние- дела России. США объявили также о непризнании ими всех советских законов. В связи с опубликованием декрета ВЦИК от 10 февраля 1918 г. об аннулировании всех госу­дарственных (в том числе и иностранных) займов, выпу­щенных царским и Временным правительствами, министр финансов США Мак Аду заявил Лансингу, что никакое русское правительство не должно быть признано США, если оно не признает займов Временного правительства. Лансинг охотно согласился с этим2. 12 февраля диплома­тический корпус в Петрограде заявил, что он не признает декрета об аннулировании иностранных займов3.

    *          *

    *

    Не ограничиваясь непризнанием Советского прави­тельства, американская дипломатия с первых же дней после установления Советской власти встала на путь орга-


    1  «FRUS. 1918. Russia», v. I, p. 282.


    2  F. L. Schuman. American policy toward Russia since 1917, p. 73.


    3  «Известия», 15 февраля 1918 г



    низации блокады, наложив запрет на экспорт воемног® снабжения и продовольствия в Советскую Россию *.

    Одновременно с установлением эмбарго правящие круги США наложили запрет на дальнейшее предоставле­ние России займов. Накануне революции американский ставленник во Временном правительстве Керенский вел переговоры с США о получении нового займа для закупки оружия и продовольствия в Америке. Фрэнсис советовал тогда увеличить американские кредиты России2. 10 ноября Фрэнсис телеграфировал госдепартаменту уже иное: «Теперь, конечно, мы не дадим займа России»3.

    Не удовлетворяясь провозглашенным ею непризнанием Советского правительства, американская дипломатия по­ставила перед собой задачу добиться полной изоляции Со­ветской России на международной арене. США явились по сути дела организаторами дипломатической блокады Советской России.

    Получив в декабре 1917 г. сигналы о возможном уста­новлении правительствами скандинавских стран диплома­тических отношений с Советским правительством, правя­щие круги США приложили усилия к тому, чтобы рас­строить наметившееся соглашение. Лансинг поручил аме­риканским представителям в Швеции, Норвегии, Голлан­дии и Дании сделать соответствующее «внушение» пра­вительствам этих стран. В результате американского на­жима шведское правительство обещало «не спешить с при­знанием большевистского правительства и следовать при­меру остальных держав» 4. Подобные же заверения дали американским представителям министры иностранных дел Норвегии, Голландии и Дании 5.

    В условиях продолжавшейся мировой войны империа­листы Антанты не могли отправить в Россию больших военных сил, так как эти силы были нужны им для войны с Германией. В то же время русская контрреволюция, имевшая людскую силу, испытывала сильнейшую нехватку в деньгах и вооружении.

    Условия борьбы с Советской властью диктовали объ­единение Обеих антисоветских сил — иностранной и внут­


    1 Накануне перемирия. «Красный архив», т. 4(23), 1927, стр. 210.


    *   «FRUS. 1918. Russia», v. I, p. 209.


    s Там же, p. 299.


    4  Посол в Париже — Бахметьеву 22 ноября (5 декабря) 1917 г., АВПР, ф. Посольство в Вашингтоне, д. 508, л. 91.


    » «FRUS. 1918. Russia», v. I, pp. 287, 298, 300.



    ренней. Чтобы стало возможно это объединение, США и Антанте нужно было нащупать и установить связь с рус­ской контрреволюцией. Практическое осуществление этой задачи было возложено на дипломатических и консуль­ских представителей США, Англии и Франции в России.