Юридические исследования - Когда появляются призраки. Мезенцев В.А. -

На главную >>>

Иные околоюридические дисциплины: Когда появляются призраки. Мезенцев В.А.



    В. Мезенцев


    КОГДА

    Появляются призраки




    когда

    появляются

    призраки


    Издательство ♦ДЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА* Москва 1971



    Рисунки А, Добрицына




    Призраки... Неожиданные, порой пугающие видения. Их совсем не так мало вокруг нас. История их стара, как сам мир. Стоит только вспомнить, сколько ходит по свету рассказов о встречах с чем-то ред­ким, невиданным, «потусторонним».

    Во многие из таких историй трудно поверить, еще труднее в них отделить правду от сознательной лжи и подчас нелегко обнаружить материальную, естественную основу увиденного. А рассказы, волную­щие человеческое воображение, рождающие древний страх перед не­ведомым, существуют завидно долго, не переставая питать живитель­ными соками мир суеверий.

    Пожалуй, нет на земле такого уголка, где природа поскупилась на то, чтобы иной раз поразить человека чем-то невероятным, порой не­уловимым, бестелесным. А между тем представители мира призраков чаще всего пугают нас лишь своей необычной внешностью. Это — «видимое ничто». Иной раз за фантастическим обликом призрака скрываются самые обычные проявления природных сил. И всегда можно обнаружить материальность окружающего нас мира, законы, по которым живет природа.

    А призраков много. Самых разнообразных.

    ...Поздний вечер, быстро сгущается тьма. Вы торопитесь домой. По пути надо пройти небольшой лесок. Тропинка пустынная. Вы неволь­но ускоряете шаг. И вдруг впереди возникает человеческая фигура. В голове проносятся мысли о недобрых людях. Идти навстречу или повернуть назад? Вы делаете еще несколько шагов — и очертания «человека», который так ясно был виден, пропадают.

    Перед вами сломанное грозой дерево.

    ...Когда-то (уже давно) в одном из католических храмов-костелов в Польше произошло крайне неприятное для монахов этого храма событие. Во время богослужения в воздухе на фоне кадильного дыма



    вдруг появился «враг рода человеческого» — черт. Хотя по размерам он был невелик, все бывшие в храме явственно разглядели у него рога, хвост и ноги с копытами! Попрыгав в воздухе, чертенок исчез. Ужас верующих и монахов, как говорится, не поддавался описанию.

    Постепенно об этом происшествии забыли, хотя, конечно, оно мно­гих людей укрепило в вере в потусторонний мир, в ад и рай. Прошло немало лет. И снова в том же костеле показал свою мерзкую рожу чертик!

    Правда, на этот раз очевидцем был только один из монахов — привратник монастыря. Но он клялся всеми святыми, что видел черта совершенно ясно и никак не мог ошибиться.

    Что же это было? Не торопитесь. Как говорится в древней восточ' ной поговорке, «сверни свой ковер нетерпения и положи его в сундук ожидания».

    ...Широко раскинув руки в стороны, призрак медленно надвигался прямо на женщину. «Бежать! Скорее бежать назад, в дом, где есть люди!» — мелькнуло в сознании, но страшное оцепенение приковало ее к месту. Привидение безмолвно приближалось. Женщина вскрик­нула и упала без чувств.

    Хотя с тех пор прошло уже много лет, но женщина, с которой про­изошел этот случай (жительница деревни Новая Распашь Архангель­ской области), очень хорошо помнит лицо привидения. Она не могла ошибиться: это был незадолго до того умерший сосед. Она очень боялась одна выходить в сумерках в сени, опасаясь встретиться с умершим соседом. И не напрасно! Здесь-то и встретилось ей приви­дение.

    ...В романе писателя Костылева «Иван Грозный» есть такое место:

    «Дрожащей рукой царь Иван отодвинул занавес.

    Испуганными глазами взглянул на небо.

    Лицо его перекосилось от ужаса: на небе, в темной вышине, засты­ло крестообразное небесное знамение...

    Опираясь на посох, вышел царь на красное крыльцо наблюдать дивное видение, о котором только что сказала ему царица.

    Долго молча смотрел он на небо, усеянное густой звездной рос­сыпью, и на этот таинственный крест, смутно проступавший в небес­ной глубине, и вдруг, зашатавшись от слабости, прошептал:

        Вот знамение моей смерти! Вот оно!»

    Светящийся крест на небе — не выдумка писателя. О таких воз­душных призраках не раз упоминали летописцы.

    А призраки в горах? Вы с ними не встречались? Несколько лет назад их довелось увидеть А. Курсову, живущему на Кольском полу­острове. О своей встрече он написал в редакцию журнала «Наука и религия»:

    «Дело было осенью. Наступал вечер, когда наша группа подошла к подножию Хибинских гор. Здесь у костра мы и заночевали. Рано



    утром решили подняться на одну из гор Хибинского массива. К один­надцати часам дня были уже на вершине.

    Погода стояла ясная, прохладная. Низкое осеннее солнце почти не грело. Дул небольшой ветерок, гнавший белые облака с запада на восток. Вдали простиралось плато Расвумчорр. Его отделяло от нас глубокое ущелье.

    К половине двенадцатого дня мы подошли к западному склону горы, за которым был крутой обрыв к ущелью.

    Вот здесь-то мы и увидели нечто такое, что поразило наше вообра­жение. Никто из нас до сих пор не видел подобных чудес природы. Прямо перед нами из глубины ущелья и высоко над горизонтом, на расстоянии двух с половиной — трех километров, возвышалась груп­па великанов. Их было столько же, сколько и нас. Каждая из фигур этой группы печаталась темной тенью на туманном фоне. Никаких искажений, изломов — все четко и ясно, как проекция на огромном экране. Каждый из нас в одном из великанов узнавал себя. Трудно определить масштаб увеличения, но, кажется, высота каждой фигуры была метров до двадцати пяти. Вокруг великанов светился радужный ореол.

    Мы пробыли на этом месте двадцать минут, и все время группа, напоминающая что-то сказочное, сверхъестественное, приковыва­ла наше внимание. Мы двигались, поднимали руки — и всякий раз каждое наше движение повторяли великаны в радужном ореоле...*

    В декабре 1957 года на Плещеевом озере в Ярославской области несколько рыболовов-любителей оказались свидетелями другого ред­кого явления. Шел снег. Было уже темно. Температура около нуля градусов. Один из рыбаков, поднимая над лункой удочку, вдруг с удивлением заметил на ней голубовато-белый огонек. Недоумевая, он быстро опустил удочку вниз и схватил «огонь» варежкой. Свечение исчезло. Потрогал верхнюю часть удочки — ту, которая «горела», — она была совсем холодной. Что за наваждение! Рыбак попросил сидя­щих рядом товарищей поднять вверх удочки. Когда они это сделали, у всех появились голубые огоньки! Стоило прикоснуться рукой к та­кому огоньку, даже только попытаться поднести к нему руку, как он исчезал. Горящие холодным, неуловимым огнем удочки. Огонь-при­зрак!

    Наконец, вот такую трагическую историю рассказал в своей книге «Тропою легенд» И. И. Акимушкин. Один американский солдат за­блудился в джунглях Филиппинских островов. Пробродив много часов по лесу, он лег отдохнуть. Пробуждение было кошмарным: прямо перед ним сидел призрак с оскаленным ртом и с двумя огненными шарами вместо глаз. Обезумевший от страха человек бросился бе­жать. Когда его нашли, он говорил только одну фразу: «Эти глаза! Эти глаза!»

    Что же это было?



    Суеверный американский солдат решил, что увидел самого черта, и от страха сошел с ума.

    История народов знает множество подобных примеров, когда пси­хика человека, верящего во всякого рода чертовщину, не выдержива­ла встречи с «привидениями». Такие встречи не столь уж редки, как может показаться на первый взгляд. Вот почему путешествие в мир призраков может быть полезным для всех.

    Прочитав эту книгу, вы узнаете, какие причины порождают этот призрачный мир природы, какова естественная, земная сущность са­мых разнообразных «привидений», появляющихся перед нами днем и ночью, в доме и в лесу, в небе и на земле.




    Предание рассказывает.

    Давно это было. В Шотландии в огромном мрачном замке жил граф Оркни. Это был нелюдимый и жестокий человек. За малейшую провинность он мог приказать затравить человека собаками или за­точить его до конца жизни в одну из башен своего замка.

    Многие рыцари, известные своей смелостью в бою, старались не встречаться с Оркни, объезжали его владения стороной. Только его жена да несколько слуг жили в замке в постоянном страхе перед сво­им хозяином. Особенно свирепым становился он, когда нагружался старым крепким вином, что хранилось в подвалах.

    В один из таких дней и случилась трагедия. В горах, где находил­ся замок Оркни, разыгралась снежная буря. Рыцарь Томас Лермант, застигнутый бурей, свернул к замку и попросил гостеприимства. Уже захмелевший граф Оркни обрадовался неожиданному гостю и послал слугу за новой порцией вина. Но мирная беседа длилась совсем не­долго: пока не вышла к столу графиня. Взглянув на хозяйку замка, рыцарь не мог скрыть восхищения ее красотой. В то же мгновение Оркни бросился на него с мечом. Он видел теперь в случайном госте своих недругов, всех тех, кто не хотел с ним встречаться. Страшной силы удар обрушился на рыцаря. Графиня потеряла сознание.

    Медленно приходил в себя убийца. Увидев дело своих рук, он под­нял труп гостя и отнес его в потайную комнату, вход в которую знал только он. А затем снова сел за стол...

    Скоро он окончательно потерял человеческий облик. В полутемном зале, освещенном бликами каминного огня, ему мерещился поднимаю­щийся с полу рыцарь. Убийца вскакивал со стула, хватался за меч, но тут же снова впадал в хмельное забытье. Но и тогда его преследо­вали видения. Вдруг он увидел перед собой жену. Но что это? Она склонилась над телом убитого! Озверевший граф бросился к ней, все еще лежащей в обмороке, поднял на руки и, изрыгая проклятия, от­нес ее в ту же тайную комнату.



    С грохотом захлопнулась массивная железная дверь, оставив не­счастную женщину вместе с мертвым рыцарем. «Подыхай вместе с ним!» — крикнул хозяин замка и вернулся к столу, но тут же свалил­ся в тяжелом угарном сне на пол.

    Нет, не ужаснулся граф Оркни тому, что совершил в тот вечер! Наутро вспомнил все и... ожесточился еще больше: «Будет так, как я сказал!» Только через два дня он решил, что достаточно наказал жену, и пошел выпустить ее из комнаты. И тут пришло возмездие. Открыв потайную дверь, убийца вошел в комнату и забыл вынуть ключ из пружинного замка. Он успел увидеть лишь безумные глаза жены, и массивная дверь захлопнулась и похоронила его вместе с жертвами.

    Какими были последние часы преступного графа и его несчастной жены, история не сообщает. Его проклятия и стоны, доносившиеся словно из подземелья, возможно, слышали немногие оставшиеся у не­го слуги. Но, не зная секрета потайной двери, они, смертельно испу­ганные, оставили дом.

    Замок перешел к наследникам. Внезапное исчезновение семьи гра­фа осталось для всех загадкой. Прошли века. Один из предков графа решил перестроить заМок. Йриглашенный для этой цели архитектор обнаружил потайную дверь и открыл ее. На полу лежали три скелета. Вот тогда и была сочинена легенда о страшной драме, разыгравшейся несколько веков назад в старинном замке.

    Но самым неожиданным оказался ее конец. Обнаружив комнату и скелеты и вспомнив россказни суеверных людей о каких-то ночных звуках в замке, владелец сообразил, какую выгоду может ему при­нести вся эта история. Замок был оставлен в прежнем виде, а в путе­водителях по стране появилось еще одно упоминание о доме с приви­дениями, каких так много до сих пор в Англии.

    Показывая туристам потайную комнату, гид говорит заученные фразы:

         Обратите внимание, дамы и госпбда! Скелет, лежащий в том углу, принадлежит графу Оркни. Рядом — его жена. А вот здесь — с разбитым черепом молодой Томас Лермант. Их души бродят по замку, только когда кругом бушует непогода. В такие ночи рыцарь Томас с мечом в руках ходит по коридорам и комнатам, надеясь встретиться со своим убийцей. Когда они сходятся, слышно, как скрещиваются их мечи, раздаются проклятия, а рядом, ломая руки, тихо плачет призрак графини. Если кто из вас пожелает все это услы­шать, — продолжает гид, — тот может пожить у нас некоторое время. К вашим услугам все удобства. Цены за комнаты вполне умеренные...

    В современной Великобритании, как в стародавние времена, при желании можно встретиться с миром привидений. Сотни замков и до­мов располагают собственными фамильными призраками. Есть они в больших магазинах, 6 театрах, в банках.

    О том, насколько широко распространена здесь древняя вера в при­



    видения, в мир «блуждающих душ», можно судить по тому, что ред­кий день в газетах не появляются о них упоминания, заметки, расска­зы. Описываются места появления призраков, пересказываются бесе­ды с ними, даются советы, как себя вести при этом. «Научное обще­ство спиритических привидений» дает, например, такой совет: «Если вы увидите внезапно появившееся/ привидение, оставайтесь спокой­ным, отметьте время и место появления его, а если хотите, чтобы оно исчезло, направьте на него какой-нибудь острый металлический пред­мет, хотя бы булавку...»

    Все это без тени шутки!

    В 1963 году в английском городке Бринтвуде состоялась даже охо­та за призраком некоего Хонтера, убитого в прошлом веке в одной из таверн города. Видимо, в отместку за свою гибель дух Хонтера решил не оставлять в покое посетителей таверны. По словам хозяина, в помещении «громыхает посуда в буфете, загораются сами по себе электрические лампочки, шевелятся стулья, помещение наполняется запахом заплесневелой кожи».

    Избавить таверну от неспокойного духа взялся «специалист» по выходцам с того света. Он решил «уговорить» духа покинуть тавер­ну. Рассказывая об этом случае, французская газета «Юманите» дала тогда хороший совет: «Рекомендуйте хозяину таверны подложить клин под одну из ножек буфета, исправить электропроводку, почи­нить ходуном ходящий пол и чаще проветривать шкафы и все поме­щение».

    В январе 1951 года было объявлено о том, что на экранах англий­ского телевидения будет показан призрак пятой жены Генриха У1П. Передача будет проводиться из дворца Хэмптон Керт, излюбленного места появления этого призрака.

    Великое открытие науки наших дней — и... привидения!

    Недаром так едко и остроумно высмеял это средневековое суеверие замечательный английский писатель Джером К. Джером:

    «Привидения... среднего сословия время от времени, насколько я слышал, появляются в другие вечера, в свободное время. В день всех святых и в ночь под Ивана Купалу некоторые из них склонны отме­чать своими посещениями какие-нибудь события местного значения, например, годовщину повешения своего или чужого дедушки. Или появляются, чтобы предсказать какое-либо несчастье.

    Ах, как он любит напророчить беду, этот рядовой британский при­зрак! Пошлите его предсказать кому-нибудь горе, и он просто вне себя от счастья. Дайте нашему призраку возможность ворваться в безмятежную семью и перевернуть там все вверх дном, пообещав чле­нам семьи в самое ближайшее время похороны, разорение, бесчестье или иное непоправимое зло, о котором любой здравомыслящий чело­век не желал бы узнать раньше, чем оно свершится, — и наш дух примется за дело, сочетая чувство долга с большим личным удоволь­ствием.



    Он бы никогда не простил себе, если б с кем-нибудь из его потом­ков приключилась беда, а он за несколько месяцев до того не пока­чался бы ночью на спинке кровати будущей жертвы или не выкинул бы какую-нибудь чертовщину на лужайке перед домом*.

    Повесть «Пирушка с привидениями*, откуда взят приведенный от­рывок, написана несколько десятков лет назад. Но отношение сооте­чественников Джерома к пришельцам из потустороннего мира не претерпело больших изменений.

    Впрочем, будем справедливы. Конечно же, не только на Британ­ских островах верят в существование загробного мира. Старая мудрая поговорка советует нам прежде посмотреть на самих себя. И если у нас уже ушла в небытие вера в таких представителей мира привиде­ний, как, скажем, лешие или домовые, то этого не скажешь о многих других призраках, пугающих и по сей день йпишне доверчивых, суеверных людей.

    Почему же так живуча древняя и слеп&я вера в то, что рядом с нами существует мир привидений?

    А может быть, эта вера не так слепа?

    Можно ли верить собственным глазам?

    «Что за вопрос! Конечно, можно», — ответите вы и будете правы.

    Однако всегда ли? Проверьте зоркость своих глаз. Перед вами три рисунка. Требуется определить на глаз; в первом случае — какая из фигур — 1, 2 или 3 — больше, во втором — вертикальны ля$ буквы в слове «тень», и в третьем — что вы видите: спираль или круги.

    А теперь сравните то, что вы определили на глаз, с тем, что есть на самом деле. Из трех фигур выше последняя. Все четыре буквы в слове «тень» стоят строго вертикально. На последнем рисунке изо­бражены круги.

    Глаза подвели вас.

    Как и в случае с призраком в лесу, когда перед вами было сло­манное грозой дерево.

    Но если в первом случае — с фигурами и кругами — мы встрети­лись с чисто оптической, глазной иллюзией, то во втором случае при­зрак был рожден воображением.

    Тот, кто увидел в дереве человека, уже думал о возможности та­кой встречи. Причем мысли могли быть и не четкими, не ясно выра­женными. Человек может подумать о неприятной встрече лишь мель­ком и тут же, идя дальше, забыть, но в мозгу воспоминание об этом останется. И стоит только глазами увидеть что-то даже весьма отда­ленно напоминающее фигуру человека, как в действие вступает во­ображение, которое почти бессознательно превращает неясные очертания встречных предметов в фигуры людей или животных.

    Еще чаще бывает так: стоит подумать о том, что по дороге можно встретить чем-то опасных или неприятных незнакомцев, и эта мысль



    уже не отпустит вас, не даст
    покоя. И тогда ваше внима-
    ние ко всему, что появляется
    по пути, еще больше обост-
    ряется. При этом разыгры-
    вается и воображение. Если
    человек суеверен, то обычный
    пень оборачивается для него
    чертом, а низко пролетевшая
    сова преображается невесть в
    какую нечистую силу.

    На кладбище таким лю-
    дям мерещатся поднявшиеся
    из могил мертвецы, в темном
    лесу иной за каждым дере-
    вом видит притаившегося
    грабителя, а ребенку, воз-
    бужденному страшной сказ-
    кой, обычные предметы в
    полумраке комнаты могут
    показаться притаившимися
    живыми существами.

    Все это так называемые
    иллюзии. Можно сказать, что
    при иллюзиях мы сперва на-
    страиваем свои мысли в опре-
    деленном направлении, —
    скажем, думаем о воре, за-
    бравшемся в дом, и тогда лю-
    бой предмет, хотя бы отда-
    ленно напоминающий чело-
    века, может быть принят за
    него: ведь наше сознание
    уже подготовлено к такой
    встрече, а воображение дори-
    совывает черты того, кого мы
    боимся увидеть.

    Интересный пример того,
    как может влиять на наши
    восприятия определенный
    строй мыслей, приводит в

    своей книге «Среди тайн и чудес» Н. А. Рубакин. Священнослужи-
    телю и военному предложили (дело было в прошлые века) посмотреть
    на Луну в подзорную трубу. Оба до того времени ничего не знали
    о том, как Луна выглядит при увеличении. Труба была неважная, и
    вместо четкой картины лунной поверхности в нее можно было увидеть




    только какие-то пятна. Присматриваясь к ним, военный уверенно за­явил, что перед ним укрепленный замок с крепостными стенами и ба­стионами. А когда подзорную трубу взял священнослужитель, то ему показалось, что он видит на Луне старинную церковь (I).


    Иллюзии бывают не только зрительные, но и слуховые, осязатель­ные. Каждый из вас может это проверить. Поставьте на стол три та­релки (глубокие) и налейте в них воды: в левую — холодную, в пра­вую — горячую, чтобы только терпела рука, а в среднюю — той и другой воды пополам.

    Теперь опустите руки в крайние тарелки, правую — в правую, ле­вую — в левую, подержите их так несколько минут, а затем перенеси­те одновременно в среднюю тарелку. Как вы думаете, какой покажет­ся вам вода в этой тарелке?

    Для левой руки она будет горячей, а для правой — холодной!

    Вот и тут нас подводит одно из чувств.

    Сновидений наяву

    Иллюзии, пожалуй, самые безобидные из призраков, связанных с нашей психикой. Многие другие призраки уже не столь обычны и не столь безобидны.

    ...У врача сидит женщина:



         Помогите! Я измучилась. Каждую ночь он ко мне приходит.

         Кто именно?

         Мой брат... Умер он в прошлом году. Сильно болел перед смертью... А я возьми да и скажи ему: «Надоело мне с тобой возить­ся!» Что на меня тогда нашло, сама не знаю... Извелась я вся... Тут и дети, и муж неизвестно где, и он... царство ему небесное! Посмотрел он на меня тогда, словно душу глазами проткнул... «Нехорошо, гово­рит, сестра. Я ведь скоро умру. И тебя освобожу, и сам успокоюсь. Дай, говорит, мне последние-то дни...»

    Женщина судорожно вздохнула и заплакала. Спустя несколько минут она продолжала:

         И вот, как умер он, похоронили, все как положено... с того дня и началось. Каждую ночь ко мне приходит!.. Появится, встанет около кровати и смотрит на меня. А глаза-то, глаза-то... Господи, грешница я!.. Ничего не говорит, но я знаю, зачем он приходит. Обидела я его! Насмерть обидела. Вот и приходит душенька на землю... Куда ей еще! Одна родная сестра была у нее, да и та...

    Женщина снова заплакала.

         Обидела я Петра! Сама вижу: смотрит на меня с укором. А что делать-то? Как поправить?.. Уж я и молилась за него, и на могилку ходила, прощения просить. Не помогает.

    Она испуганно оглянулась на дверь, посмотрела в темный угол и, понизив голос, добавила:

          А когда появляется он, не могу слова сказать. Немею вся! Только смотрю на него. А он на меня! Что делать, доктор? Слышала я, помогаете вы... Заболела я, видно... Или, — женщина снова боязли­во посмотрела в дальний угол комнаты, — лечение тут не поможет? Душа приходит!

         Заболели, — ответил врач. — Будем лечить. Лекарство прини­мать. Но главное вот что: не думайте о брате. Не думайте! Все это вам только кажется.

         Да как же кажется! — изумилась больная и обидчиво доба­вила: — Напрасно вы, доктор, меня за неразумную принимаете. Ду­маете, пришла бы к вам, если бы вот так его перед собой не видела? Яснее ясного! Как живого!

    «Случай нелегкий!» — подумал про себя психиатр, а вслух ска­зал:

         Верю. Но волноваться не надо. Не надо!

    Для врача картина заболевания была ясна. К нему пришел чело­век, страдающий галлюцинациями.

    Что же это такое?

    Если иллюзии могут возникать и возникают у любого человека и не говорят ни о каком заболевании, то при галлюцинациях чаще всего мы встречаемся с болезненной психикой. В редких случаях они на­блюдаются и у здоровых людей, но при сильных переутомлениях нервной системы.



    Галлюцинации называют сновидениями наяву. И действительно, между теми и другими немало общих черт.

    Знаете ли вы, как возникают сновидения? Как и почему наступает сон?

    Почти треть своей жизни мы проводим во сне. Сон так же необ­ходим, как пища. Самые сильные, здоровые люди не могут пробыть без сна дольше нескольких суток. Недаром в старое время одной из самых ужасных пыток была пытка бессонницей. Но почему сон так необходим человеческому организму? Многие века это оставалось за­гадкой. Многие века люди верили в то, что во время сна из тела че­ловека уходит его душа, особый бестелесный и бессмертный двойник, без которого якобы нет жизни. Отделившись от тела, душа совершает различные действия: беседует со знакомыми, в том числе и с душа­ми умерших, путешествует и т. д. А когда она возвращается обратно, человек просыпается. У некоторых народов даже существовал обычай, запрещавший будить спящего: ведь его душа может находиться в этот момент где-нибудь далеко и не успеет возвратиться в тело — человек умрет!

    В наше время в слово «душа* мы обычно вкладываем уже совсем иной смысл. Например говорят: «Что-то невесело у меня на душе», имея в виду свое грустное настроение. Про добрых, отзывчивых людей говорят: «Он душевный человек». Душевной, психической деятель­ностью мы называем наши мысли, желания, чувства.

    Во всех этих случаях слово «душа» не имеет того особого значе­ния, какое придает ему религия. Ведь по религиозным воззрениям душа — это нечто сверхъестественное. А такой «души» наука не при­знает. Замечательный русский мыслитель А. И. Герцен говорил, что верить в существование отделимой от тела души — это значит верить, будто свойства можно отделить от вещи, считать, например, что чер­ная кошка убежала из комнаты, но черный цвет от нее остался.

    Теперь мы знаем, что источник всех психических явлений — наш мозг. Наши ощущения и представления об окружающем мире, наше сознание, мышление — результат работы мозга. Без его деятельности нет психики, нет сознания. То, что люди тысячи лет называли ду­шой, — это работа нашей центральной нервной системы, высшая нерв­ная деятельность. Работу этой системы можно изучать, исследовать, что и делают ученые. И теперь уже никак нельзя сказать, что «чело­веческая душа» есть нечто непознаваемое. Многие и многие ее загад­ки, в том числе загадка сна, уже раскрыты наукой.

    Когда человек спит, его сознание как бы отступает на задний план, так как прекращают работать те участки коры головного мозга, кото­рые ведают сознанием, контролируют наши впечатления и представ­ления.

    Но многие другие клетки продолжают работать. Эта деятельность мозга и вызывает сновидения. В мозгу спящего непроизвольно, без участия его сознания, возникают различные воспоминания о том, что



    он когда-то видел и слышал и что оставило свой след в клетках коры головного мозга.

    Во сне резко сокращается поток сигналов, образов, идущих в наш мозг из внешнего мира, мозг в это время как бы извлекает из кладо­вых своей памяти былые впечатления, все то, что его волновало, о чем он думал, что обратило когда-то на себя его внимание. Эти воспо­минания предстают в ярких картинах и образах, которые, наклады- ваясь друг на друга, создают самые причудливые, фантастические сновидения. Наше сознание не может «их контролировать, как это бы­вает в бодрствующем состоянии.

    Сюда же вплетаются и те сигналы извне, которые частично воспри­нимаются мозгом уснувшего, например шум ветра, лай собаки и т. п. Кроме того, в мозг продолжают идти сигналы раздражения от внут­ренних органов. Если работа какого-то органа затруднена, например нарушается нормальная деятельность сердца, это тоже сказывается на характере сновидений: человеку снится, что он задыхается, пада­ет в пропасть либо спасается бегством.

    Галлюцинации, как уже сказано, можно назвать сном наяву. Но сон этот болезненный. Как и в сновидениях, при этом контроль сознания бывает неполным или даже отсутствует совсем. Рождающие­ся в мозгу больного образы и картины нередко переплетаются между собой самым нелепым, фантастическим образом.

    Галлюцинирующему человеку кажется, что он видит (или слышит) то, чего на самом деле нет, — это лишь следы представлений, кото* рые мозг сохранил в своей памяти. И если человек суеверный, верит в «нечистую силу», то ему могут «явиться» и черти, и домовой, выле­зающий из темного угла. Все это, как уже сказано, происходит обыч­но тогда, когда психика человека нездорова. Галлюцинации появля­ются при различных психических заболеваниях, под влиянием силь­ных нервных переживаний — чувства тоски, страха, навязчивых мыслей.

    Галлюцинации столь явственно предстают перед человеком, что он отказывается поверить в то, что призраки существуют лишь в его болезненном сознании. Он убежден, что столкнулся «лицом к лицу» с потусторонним миром. Часто бывает даже так, что больной решает проверить себя: он открывает и закрывает глаза, затыкает уши, но призраки не пропадают, он продолжает видеть, скажем, умерших лю­дей, слышать их голоса.

    По рассказам психически больных людей, верующих в бога, из­вестно, что они не только видели богородицу, святых, ангелов, но и слышали их голоса. В Коране рассказывается о том, что Магомет раз­говаривал с архангелом Гавриилом (у мусульман он Джебраил), Жан­на д’Арк слышала голос, приказавший ей идти спасать свою родину от англичан. Все это, если оно существовало в действительности, было не чем иным, как слуховыми галлюцинациями нервнобольных людей.

    Надо заметить, что до галлюцинаций нередко себя доводят фана­



    тически религиозные люди. Бесконечные изнуряющие тело и душу молитвы, посты, непрестанное самобичевание — мысли о «греховнос­ти», об «адских муках», о «спасении», — и вот результат: человек становится нервнобольным, а с болезнью приходят «видения» — гал­люцинации. Ослабевший морально и физически, он может увидеть прямо перед собой лик богородицы или чтимого им святого таким, ка­ким видел и запомнил его на иконах.

    Известно также, что появлению галлюцинации сильно способству­ют внушение и самовнушение. Другими словами, если человек начи­нает непрестанно думать или убеждать сам себя в чем-либо, то это «что-то» и может возникнуть в виде образов-призраков в сознании. Вспомните пример с женщиной, которая много думала о том, что она смертельно обидела своего брата. Эта мысль стала у нее навязчивой, она уже не могла об этом не думать. Конечно, главная причина тут — больная, неустойчивая психика; она в конце концов и привела чело­века к серьезному заболеванию. А толчок к нему дало самовнушение.

    А женщина, которая «встретилась» с умершим соседом? И тут ро­ковую роль сыграли ее неоднократные опасения встречи с мертвецом (суеверие не размышляет!), страх перед такой встречей.

    Интересно, что нередко порожденную страхом и самовнушением «нечистую силу» можно «возвратить в небытие» контрсамовнушени­ем. Для этого надо убедить себя, что ты видишь только призрак. Имен­но к такому внушению прибегает верующий человек, когда он, увидев что-то «дьявольское», осеняет себя крестом и шепчет молитвы. Этим он вселяет в себя уверенность в то, что перед крестом привидение не устоит. Иногда такой метод действует: галлюцинация прекращается.

    Происходит смешное явление: сначала суеверный человек само­внушением вызывает у себя галлюцинацию, потом тем же внушением ее прогоняет от себя! В том и в другом случае его сознанием руково­дит бездумная, слепая вера в потусторонний мир.

    Человеку с ослабленной, болезненной психикой нетрудно внушить какие-либо навязчивые мысли со стороны. Вот какой случай описан в книге «Записки психиатра». Ее автор, Л. А. Богданович, рассказы­вает о женщине, которая страдала серьезным нервным заболеванием. В детские годы на нее угнетающе действовала религиозная атмосфе­ра в семье. Изнуряющие молитвы, церковные службы, запугивание адом — все это привело в конце концов к нервному заболеванию. Она со страхом слушала рассказы фанатически богомольной тетки о сатане. Постепенно в ее сознании сложился яркий образ дьявола. Девочка представляла его так ясно, точно видела перед собой. Ее стал пугать всякий шорох.

    Однажды тетка, узнав по ее напуганному лицу, что она «согре­шила», зловеще сказала: «Согрешила? Вот явится тебе дьявол». Ночью мысль о том, что он явится, неотступно стала преследовать де­вочку. И «дьявол» явился. Явился именно таким, каким она создала его в своем воображении.



    Приведенный пример убедительно свидетельствует о том, что обра­зы галлюцинаций, как и в сновидениях, создаются запасом тех впе­чатлений, которые хранит сознание человека. Верит он в черта, боит­ся его, думает о нем — и тогда, если человек заболевает, ему может явиться тот образ «нечистого», каким он себе его представляет. Так же могут появиться образы родных и знакомых уже умерших. Они могут быть столь же яркими, «живыми», как и те, что мы видим порой во сне, хотя, проснувшись, не удивляемся тому, что видели умерших людей.

    Привидение по заказу

    А теперь поговорим о том, как вызвать привидения на... ну, ска­жем, на 12 часов ночи.

    Это можно?

    Да, исследуя природу галлюцинаций, врачи умеют это делать, при­меняя различные средства. То, что «видения» можно вызвать искусст­венно, совсем не удивительно. Ведь галлюцинации порождаются моз­гом, расстройством работы некоторых его участков. Поэтому, воздей­ствуя каким-то образом на мозг, можно либо прекращать, либо, на­оборот, приводить человека к галлюцинациям.

    Одна английская исследовательница-врач вызывала призраки, уединяясь в отдельной комнате и стараясь устранить все внешние впечатления. Она пристально вглядывалась в поверхность какого-ни­будь тускло блестящего предмета, например кристалла или зеркала. Это утомляло ее мозг, и на фоне сумеречного сознания всплывали образы галлюцинаций.

    Кстати, с подобным явлением мы встречаемся при новогоднем га­дании с помощью зеркала. Человек садится в полутемном помещении перед зажженной свечой и зеркалом и не отрываясь смотрит на зер­кальную поверхность, заранее настраивая себя на то, что хотел бы увидеть. При этом он изолирует себя от внешних впечатлений, а устремленный на блестящую поверхность взгляд постепенно затума­нивает ясность сознания. Человек впадает в полусон, и в его сознании всплывают былые впечатления, возникают образы. И в зеркале появ­ляются именно те образы, которых он сознательно или подсознатель­но ждет. Человек здесь как бы гипнотизирует сам себя. При этом по­вышается внушаемость, а значит, и склонность к галлюцинациям.

    Галлюцинации могут появиться и при нарушении нормальной дея­тельности организма. Одного ученого в течение нескольких лет пре­следовали видения знакомых и незнакомых ему людей. Некоторые из них, как он знал, уже умерли. Галлюцинации были вызваны при­ливом крови к голове. Кровь возбудила участки коры головного моз­га, вызвав в них оживление минувших впечатлений. Призраки исчез­ли лишь после того, как ученому были поставлены медицинские пиявки.



    Как видите, галлюцинировать могут и люди со здоровой психикой.

    Можно вспомнить и о звуковой галлюцинации подобного рода. С ней многие из вас сталкивались сами. Вспомните: вы ожидаете гос­тя, а его все нет. Те, кто его ждет, начинают нервничать, прислуши­ваться, не зазвенит ли звонок, не раздастся ли стук в дверь. И вот один из ожидающих нервно вздрагивает и говорит: «Звонок!» — «Да- да, я тоже слышал», — подтверждает другой. Хозяин бросается к двери, но за ней никого нет. «Показалось», — говорят в таких слу­чаях.

    Это была слуховая галлюцинация.

    Бывают и еще более удивительные галлюцинации. Вот что рас­сказывает врач П. И. Буль:

    ♦На одном из занятий студентам заявили: «Товарищи! Сегодня мы будем изучать деятельность обонятельного анализатора. Предла­гаем вашему вниманию следующий опыт». С этими словами на ва­ту было налито несколько капель темной жидкости из специально приготовленного флакона. Присутствующих попросили поднять руку, как только они почувствуют неприятный, резкий запах. Вскоре в пер­вых рядах поднялось несколько рук. Дальше запах распространялся все глубже по аудитории и наконец дошел до задних рядов амфите­атра. В это время некоторым сидящим впереди стало плохо, и их при­шлось вывести из аудитории.

    Каково же было удивление студентов, когда после окончания опы­та им заявили: «Никакого запаха не было! Вы его напряженно жда­ли, принюхивались, и вот у вас развилась внушенная массовая обоня­тельная галлюцинация».

    Удивительно, не правда ли?

    Здесь мы встречаемся с тем же внушением. Студентам специаль­но внушали, что они слышат запах, хотя в действительности ничего не было. Это был, по существу, массовый гипноз.

    О том, что представляет собой гипноз, мы еще побеседуем, а сей­час расскажем еще о нескольких массовых галлюцинациях.

    В прошлые века они были не так уж редки. Известный психиатр В. М. Бехтерев писал:

    ♦Коллективные или массовые галлюцинации, случающиеся при известных условиях, представляют собой одно из интереснейших явле­ний. Почти в каждой семейной хронике можно слышать рассказы о видении умерших родственников целой группой лиц».

    Эти слова взяты из его статьи «Взаимовнушение в сообществе лю­дей и коллективные галлюцинации». В ней он рассказывает о несколь­ких удивительных случаях, коцда галлюцинировало одновременно много людей. Вот, например, что произошло с двумя французскими кораблями в 1846 году. Фрегат «Бель-Пуль» и корвет «Берсо» были застигнуты в Индийском океане сильным ураганом. Фрегат благопо­лучно перенес бурю и, потеряв из виду корвет, направился к зара­нее условленному месту встречи— у восточного берега Мадагаскара.



    Корвета там не оказалось. Шли дни, он не появлялся. Прошел целый месяц. Все спасшиеся моряки переживали судьбу своих товарищей на корвете «Берсо». И вдруг наблюдатель, сидевший на мачте, заметил на западе близ берега корабль, лишенный мачт.

    Весь экипаж бросился наверх. Да, наблюдатель не ошибся: все увидели несчастный корабль.

    Это событие взволновало всех, но затем волнение стало еще боль­ше: когда корвет приблизился к фрегату, моряки увидели, что пе­ред ними не корабль, а плот с людьми, буксируемый морскими шлюп­ками.

    Видение продолжалось несколько часов, причем с каждой мину­той выяснялись всё новые и новые подробности видимой картины.

    На помощь морякам отправился стоящий на рейде крейсер «Архи­мед». День уже подходил к концу, когда он подошел к «потерпевшим кораблекрушение». И «плот с людьми» оказался массой вырванных с берега огромных деревьев, принесенных сюда течением.

    В развитии этой массовой галлюцинации, отмечает В. М. Бехтерев, явно заметно влияние внушения. Несомненно, что все пережитое силь­но возбудило нервы моряков. Беспокоясь об участи своих товарищей, они вели разговоры только о них. В это время сигналист замечает на горизонте странный предмет с неясными очертаниями. Мысль о крушении корвета тут же рождает в его воображении картину гибну­щего корабля. Одних его слов, что вдали виднеется разбитый корабль, было достаточно, чтобы внушить всем тот же образ. Далее, обменива­ясь мыслями о видимом, все соглашаются, что это не разбитый ко­рабль, а плот. Многие слышат крики о помощи. Общая иллюзия и галлюцинация длились до тех пор, пока посланные шлюпки не вре­зались в густую листву плавающих деревьев.

    Известен и другой, схожий с первым, рассказ о хромом коке. Его неожиданная смерть взволновала многих, кто был на корабле. В тот же день повара похоронили по морскому обычаю — спустили в море. А вечером многие увидели мертвеца, идущего по воде за суд­ном и прихрамывающего на одну ногу! Всю ночь напуганные люди не могли заснуть. А утром все разъяснилось: вместо призрака кока все увидели обрубок дерева, привязанный к корме.

    «К числу коллективных галлюцинаций,— пишет В. М. Бехтерев,— относится, между прочим, видение небесной рати одним отрядом рус­ских войск пред Куликовской битвой, видение крестоносцами зако­ванной в латы и нисходящей с неба небесной рати под предводитель­ством св. Георгия, Димитрия и Теодола и многое другое...

    Массовые религиозные видения случались неоднократно и в позд­нейшее время. Так в период тяжелой холерной эпидемии в 1885 году жители дер. Корано близ Неаполя начали видеть мадонну в черном одеянии, молящуюся за спасение людей на ближайшем холме, где стояла часовня. Слух об этом происшествии быстро распространился по окрестностям, и в Корано начал стекаться народ. Видение продол­



    жалось до тех пор, пока правительство не предприняло решительных мер против дальнейшего распространения этой эпидемической галлю­цинации. Часовня была перенесена на другое место, холм же был занят отрядом карабинеров, после чего видение прекратилось».

    Во время франко-прусской войны, в прошлом веке, сотни крестьян Прирейнской провинции в местах сражений видели на облаках изо­бражения мадонны и распятие Христа. Похожие массовые галлюци­нации наблюдались и в годы первой мировой войны.

    Наконец, та же природа видений на сектантских молениях. Галлю­цинации, появляющиеся сначала у одного доведенного до умопомра­чения молящегося, передаются затем другим. Одинаковое у всех на­строение, объясняет В. М. Бехтерев, взаимовнушение, связанное с постоянными разговорами об одном и том же предмете, приводит к тому, что галлюцинация становится общей для массы.

    Более простым примером взаимного внушения может служить та­кой факт. Каждый знает, как меняется настроение, когда среди ску­чающих появляется веселый человек. Очень быстро, даже особенно не стремясь к этому, его весельем заражаются остальные. Бывает и так, что у скучающего человека становится хорошее настроение, ког­да он попадает в веселое и оживленное общество.

    Вспомним теперь и о чертике, появившемся в костеле перед моля­щимися. Нет, это не была массовая галлюцинация. Дело оказалось куда более необычным. Сообщение о нем прислал не так давно в жур­нал «Знание — сила» П. В. Юрьев из Польши. Вот оно.

    Странными явлениями в костеле заинтересовались исследователи старины. Было это лет семьдесят назад.

    Обратили внимание на то, что в этом храме на почетном месте ви­село старое, запыленное зеркало. Оно относилось к тем временам, когда стеклянных зеркал в Польше еще не знали, их изготовляли из специальных металлических сплавов. Осматривая зеркало, ученые об­наружили на раме надпись на латинском языке, которая свидетель­ствовала, что зеркало принадлежало пану Твардовскому, герою поль­ских народных рассказов, легенд и песен.

    Жил он в XVI столетии в Кракове и занимался чернокнижием, астрологией, вызыванием духов и другими подобными делами. Сохра­нились свидетельства историков, что он по просьбе короля Сигизмун- да-Августа вызывал призрак его молодой жены Барбары Радзивилув- ны, незадолго перед тем скончавшейся.

    При этом, по свидетельству тех же исторических хроник, в то вре­мя, когда Твардовский «вызывал дух королевы», у него на столике около черепа находились распятие и зеркало!

    После того прошли еще десятилетия. И вот недавно история с зеркалом Твардовского снова привлекла внимание ученых. Возник­ла мысль, что описанное событие с вызовом духа королевы может служить доказательством того, что в эпоху Сигизмунда-Августа в Польше уже был известен волшебный фонарь.



    Разгорелись споры. Большинство было согласно с этим мнением. Но один из исследователей усомнился. Нет, говорил он, волшебный фонарь был бы слишком заметен при такой «операции», как появле­ние призрака. Скорее всего, Твардовский воспользовался каким-то другим инструментом.

    И тогда вспомнили про зеркало. Еще раз внимательно его осмотре­ли и обнаружили, что в нем скрыты выгравированные под определен­ным углом рисунки, отражающие от себя свет! В недрах зеркала на­ходился рисунок, изображающий фигуру молодой женщины, — так появлялся призрак Барбары Радзивилувны. Была здесь и фигура за­бавного черта — того самого, который так смутил молящихся и пе­репугал монаха.

    Для успешного сеанса с этим зеркалом требовалось:

    1.    Чтобы зеркало находилось под строго определенным углом по отношению к сильному источнику света, например к солнцу или све­тильнику.

    2.    Перед зеркалом, шагах в тридцати — сорока от него, должен клубиться дым кадильниц — своеобразный экран.

    3.     Между зеркалом и «экраном» не должен находиться какой-ли­бо предмет, заслоняющий собою проецируемое зеркалом изображение.

    Так раскрылась «загадка черта» спустя столетия после смерти «великого мага». Видимо, дело было так. Перед праздником монахи очистили зеркало от пыли. В день праздника костел был ярко осве­щен, лучи света падали на зеркало. К потолку поднимался кадильный дым. И спрятанный в зеркале чертик запрыгал в воздухе на фоне ка­дильного дыма!

    А затем он при таких же условиях появился перед монахом, и это было его последнее появление. Ключи, брошенные испуганным служ­кой, повредили укрытую в толще зеркального слоя гравюру.

    Так к явлениям, связанным с больной психикой, всякого вида про­ходимцы добавляли (и добавляют в наши дни!) свои «чудеса», сфаб­рикованные руками.

    Слово лечит и калечит

    Итак, в мире призраков немалую роль играют внушение, самовну­шение и гипноз. Поговорим теперь о них подробнее.

    Все эти три понятия — «родственники». Все они имеют отношение к воздействию на человека, на его сознание и поступки.

    О внушении и самовнушении мы уже упоминали. Вот еще не­сколько любопытных историй.

    Рассказывают, что один музыкант, уволенный из духового оркест­ра, решил отомстить своим товарищам и выбрал для этого такой спо­соб. Он дождался, когда оркестр должен был играть на каком-то празднестве торжественный марш, подошел к музыкантам и начал есть... лимон. Один вид лимона и того, как этот человек ел лимон, вы­



    звали у оркестрантов такое усиленное выделение слюны, что они не смогли играть!

    Мы привели этот пример как курьез. Возможно, что рассказ не­сколько преувеличивает действия зрелища. Но он нам был нужен для другого — чтобы сказать: не только вкус и вид лимона может вы­звать выделение слюны, но и упоминание о нем. В чем тут дело?

    Познакомимся с так называемыми условными и безусловными рефлексами. Вы обожгли спичкой палец и отдергиваете руку сразу же, не раздумывая. Болевое раздражение кожи нервные волокна пе­редали группе клеток в центральной нервной системе, ведающих двигательными функциями мышц рук. Возникшее в них возбуждение тут же передалось по другим нервным волокнам мышцам. Они резко сократились — рука дернулась, огонь уже не обжигает палец.

    Это безусловный рефлекс. Их у нас множество. Они врожденные.

    А рефлексы условные нужно создавать, вырабатывать. Исследо­вания в этой области связаны с именем нашего знаменитого физиоло­га И. П. Павлова. Он показал, что если какой-то безусловный рефлекс будет неоднократно сопровождаться определенным раздражением, то через некоторое время раздражитель начнет вызывать этот рефлекс.

    Вот пример. Вам делают укол иглой и одновременно звонят в ко­локольчик. После некоторого числа повторений звук колокольчика становится сигналом к тому, чтобы отдернуть руку. Игла не уколола, а рука непроизвольно дернулась. Условный рефлекс создан.

    Условные рефлексы играют важную роль в жизни животных и человека. Ребенок, обжегшись огнем, в дальнейшем отдергивает руку еще до того, как огонь снова опалит ему кожу. Лесной зверь, близко познакомившись с какой-то опасностью, в другой раз ведет себя бо­лее осторожно. Такое восприятие окружающей действительности моз­гом человека и животных И. П. Павлов назвал первой сигнальной системой.

    Кроме того, у человека существует и вторая сигнальная система. При этом условным раздражителем являются слова — образы и по­нятия. Если, скажем, человек испытал сильнейший испуг, связанный с пожаром, то при нем достаточно крикнуть слово «пожар», чтобы вызвать такой же испуг.

    Обе сигнальные системы в нашем организме тесно связаны. Они и представляют работу нашей центральной нервной системы. А послед­няя регулирует всю деятельность организма.

    Известно, что различные душевные переживания (испуг, горе, ра­дость и т. д.) могут вызвать изменения работы сердца (учащение и замедление сердцебиения, сужение или расширение кровеносных со­судов, покраснение или побледнение кожи), могут привести к поседе­нию волос и т. д. Значит, тем или иным способом мы можем оказы­вать влияние и на работу многих внутренних органов. И в том числе можно повлиять словом. Оно способно заметно влиять на психику, а значит, на работу всего организма.



    Так и получается: вы слышите слово «лимон», и оно тут же вызы­вает у вас выделение слюны.

    Воздействие словами называют внушением. К нему особенно вос­приимчивы люди, у которых нервная система ослаблена, более воз­будима. Такому человеку нетрудно, например, внушить чувство стра­ха перед чем-либо или, наоборот, поднять у него настроение, сделать его веселым. А о том, какая дорожка ведет отсюда к призракам, мы уже говорили.

    Столь же сильное, а иногда даже более сильное действие на орга­низм может оказывать самовнушение. Под действием его можно и вылечиться и заболеть. Как это бывает? Нервный, мнительный чело­век почувствовал легкое недомогание. Но он начинает думать о серь­езном заболевании. Например, охрип от простуды, а ему уже кажет­ся, что голос пропадает совсем. Эта мысль неотвязно преследует впе­чатлительного человека, он как бы сам себя убеждает в том, что ско­ро потеряет голос. И действительно теряет голос!

    Известен рассказ о приговоренном к смерти преступнике, которо­му при завязанных глазах было внушено, что ему вскрыли вену и что он истекает кровью. Через несколько минут он умер, несмотря на то что вместо крови по телу его струилась теплая вода!

    В прошлые века сила слова пугала суеверных людей. Тех, кто это мог делать, называли колдунами, способными нагнать «порчу» на че­ловека. Полвека назад в одной деревушке под Москвой стали околе­вать коровы. Крестьяне решили, что это дело рук колдуна (таким счи­тали одного старика). Задумали расправиться с ним. Но когда они собрались около его избы, старик вышел из дому и властно закричал: «Я все с вами могу сделать! У тебя сейчас будет понос! — и он пока­зал рукой на одного из крестьян. — А ты начнешь заикаться!» — по­казал он на другого крестьянина. И действительно: один тут же по­чувствовал расстройство желудка, а другой начал заикаться.

    Все дело было в том, что крестьяне были убеждены во всемогу­ществе старика, верили в то, что он колдун и способен «наслать» бо­лезнь. Именно эта вера и совершила необычное. Слова старика, его внушение оказали на психику людей, на их сознание столь сильное воздействие, что у них и в самом деле начались различные расстрой­ства в организме. Еще более необыкновенную историю рассказывают об одном наполеоновском солдате, который прославился тем, что мгновенно исцелял от болезней. Когда к нему приходил человек с парализованной ногой, он грозно смотрел на него, а затем громко командовал: «Встать!» И это на некоторых действовало чудесным об­разом: больной бросал свои костыли и начинал ходить!

    Солдат так прославился своими удивительными исцелениями, что к нему обращались сотни людей, страдающих тяжелыми заболевания­ми. Далеко не всех он исцелял, но некоторые уходили от него выздо­ровевшими. Это были люди с различными нервными заболеваниями: параличом рук и ног и т. д.



    А самовнушение? Известный советский актер И. Н. Певцов за­икался, но на сцене преодолевал этот недостаток речи. Каким обра­зом? Актер внушал себе, что на сцене действует и говорит не он сам, а другой человек — персонаж пьесы, который не заикается. И это всегда действовало!

    Парижский врач Матье проделал такой интересный опыт. Он объ­явил своим больным, что скоро получит из Германии новое средство, быстро и надежно излечивающее туберкулез. В то время от этой бо­лезни еще не существовало никаких медикаментов.

    Эти слова сильно подействовали на больных. Никто, конечно, не подумал о том, что это лишь выдумка доктора. Внушение врача ока­залось настолько действенным, что когда он объявил, что лекарство получил и стал им лечить, то многие стали гораздо лучше себя чув­ствовать, а некоторые даже выздоровели.

    А чем он лечил больных? Простой водой!

    Внушение и самовнушение могут вылечить человека от вредной привычки, заставить не бояться того, что пугает, и т. д.

    Наверное, и вы можете вспомнить случай из своей жизни, когда вы убеждали себя в чем-либо и это помогало. Скажем, такой пример. Человек боится темноты и в то же время знает, что это глупо. Он идет в темную комнату и говорит сам себе: «Бояться нечего! Там никого нет!» Самовнушение действует, и безотчетный страх исчезает.

    Под действием самовнушения у человека могут отняться ноги и руки, наступить внезапная глухота и слепота. В медицине такие забо­левания называются психогенными. Они легко возникают у людей, страдающих истерией. И вот что при этом существенно: у человека, например, потерявшего зрение, повреждены не глазные нервы, а лишь нарушается деятельность того отдела мозга, который ведает зритель­ными восприятиями. В нем под действием самовнушения разви­вается стойкий очаг болезненного торможения, то есть надолго пре­кращают работать нервные клетки. Они перестают принимать прихо­дящие сигналы и отвечать на них.

    На такие психогенные заболевания внушение и самовнушение оказывают огромное влияние. При истерии могут наблюдаться при­падки, судороги, рвота, немота, глухота, паралич конечностей. Все эти расстройства часто связаны с самовнушением.

    Имеется много достоверных рассказов о факирах, религиозных фанатиках, средневековых ведьмах и колдунах, свидетельствующие о том, что в состоянии экстаза они утрачивали чувствительность к боли и с поразительной стойкостью переносили самые невероятные самоистязания, пытки и т. п.

    Можно вспомнить и еще более невероятные, на первый взгляд, ис­тории. Весной 1956 года несколько тысяч человек собрались перед домом крестьянки в немецком местечке Коннерсрейт. Некоторые про­ехали десятки, сотни километров. Все жаждали только одного: уви­деть Терезу Нейманн.



    Тереза Нейманн стигматичка. Это значит, что на теле у нее откры­лись стигмы — раны, по расположению и характеру похожие на ра­ны распятого Христа.

    Эта странная история началась в 1926 году, когда Терезе было двадцать восемь лет. На левом боку, прямо против сердца, у нее вдруг появилась рана, обильно источавшая кровь. Появились ранки и во­круг головы, на кистях и ступнях. Вызвали доктора Отто Зейдля из ближайшего города. Врач подробно обследовал Терезу. В его отчете сказано, что рана против сердца имеет длину около четырех сантимет­ров. Смазав кровоточащие места мазью, озадаченный врач уехал. После этого женщину осматривали многие врачи.

    Тереза ощущала мучительные боли до 17 апреля, когда боль ста­ла утихать и вскоре исчезла. Раны зажили, не оставив рубцов. Впро­чем, их едва ли можно было назвать зажившими: они затянулись прозрачной пленкой, сквозь которую виднелась мышечная ткань. Снова вызвали доктора Зейдля, и он записал: «Это самый необыч­ный случай. Раны не гноятся, не воспаляются. Нет ни малейшей воз­можности подделки, о которой говорили некоторые».

    После этого Терезу Нейманн неоднократно обследовали врачи. Было установлено, что у нее имеются открытые раны на кистях, ступнях, на лбу, на боку. Каждый год незадолго до пасхи эти раны начинают кровоточить, и кровотечение продолжается всю следующую за пасхой неделю, иногда несколькими днями дольше. Обследование доказывает, что это действительно кровь и что она начинает течь са­мопроизвольно.

    Для человека, впервые услышавшего подобное, все это кажется каким-то ловким обманом. Между тем в рассказанном нет выдумки. История стигматиков насчитывает уже более трехсот таких случаев. Так, примерно в те же годы в западных областях Украины была известна стигматичка батрачка села Млины Львовской области Настя Волошин. Она страдала тяжелой формой истерии, и у нее, как и у Те­резы Нейманн, на руках и ногах были «раны Исуса Христа».

    Уже в 1914 году было описано 49 случаев стигматизации: 41 у женщин и 8 у мужчин. И в большинстве случаев стигматизация воз­никала на религиозной почве. Но известен и такой случай: сестра присутствовала при жестоком наказании плетьми горячо любимого брата — и ее спина покрылась такими же кровоточащими рубцами, как у него.

    Несмотря на всю кажущуюся невероятность таких явлений, они имеют свое объяснение. Перед нами тот же результат самовнушения. Конечно, он возможен только у лиц с исключительно возбудимой, силь­но расстроенной, болезненной психикой. На таких людей не только действительные страдания, но и воображаемые действуют столь силь­но, что это отражается на работе внутренних органов. Мы уже гово­рили о том, как у болезненно-мнительных людей мысли о заболевании вызывают само заболевание, а еще чаще такое болезненное состояние,



    которое по видимости сильно напоминает ту или иную болезнь. Изве­стны случаи, когда начиналось кровотечение из горла, как при тубер­кулезе, появлялись язвы на теле, напоминающие различные кожные заболевания, и т. д.

    Именно тот же механизм возникновения язв у стигматиков. Все такие больные относятся к фанатически верующим людям. В послед­нюю неделю перед пасхой в храмах читают о том, как распяли Хри­ста, и это может оказать на больного человека настолько сильное воз­действие, что его психика не выдерживает: появляется навязчивая мысль о муках, которые испытывал Христос, когда его прибивали к кресту. Начинаются галлюцинации. Перед глазами этого человека как живая стоит картина распятия. Вся нервная система потрясена. И вот результат: в тех местах, где были, по легенде, раны у Христа, у измученного психической болезнью появляются открытые кровото­чащие раны.

    При лечении таких больных решающую роль могут играть так же вера и слова. Вера в человека, который лечит, вера в то, что он ска­жет.

    «Секрет целительного внушения, — писал по этому поводу В. М. Бехтерев, — был известен многим лицам из простого народа, в среде которого он передавался из уст в уста в течение веков, под ви­дом знахарства, колдовства, заговоров и т. д... Самовнушением объяс­няется, например, действие многих так называемых симпатических средств, оказывающих нередко то или другое целительное действие. Ферраус излечивал лихорадку с помощью бумажки, на которой были начертаны два слова: «Против лихорадки». Больной должен был каждый день отрывать по одной букве. Известны случаи целебного действия «хлебных пилюль», «невской воды», просто «наложения рук» и т. д.».

    Еще и в наши дни часто приходится слышать: старушка «загово­рила» бородавку, и та исчезла. Так бывает, и ничего чудесного в этом нет. Лекарь здесь — внушение и самовнушение. А точнее говоря, вера в то, что знахарка может излечить человека. Когда она прихо­дит к больному, тот уже слышал о ней, знает, что она кого-то излечи­ла, и жаждет излечения.

    И совершенно неважно, завязывает ли знахарка бородавку ниткой или волосом. Неважно, что она шепчет над этой бородавкой. Все ре­шает вера в то, что бородавка после такого «заговора» исчезнет.

    Человек уничтожает свою бородавку самовнушением! Действует тут и внушение знахарки, когда она уверенно говорит: бородавка сойдет.

    Врачи-психиатры неоднократно проверяли такой способ лечения. Один врач, например, смачивал бородавку обычной водой, а человеку говорил, что это новое сильно действующее лекарство, от которого бородавка должна исчезнуть. И на многих это действовало. Люди ве­рили в лекарство, в то, что оно им поможет, и бородавки исчезали.



    Именно этим объясняются известные в истории «чудесные» исце­ления у различных «святых мест». Так было, в частности, во Фран­ции на могиле католического дьякона Франсуа де Пари, умершего в 1728 году. Первой пришла на могилу мотальщица шелка Мадлена Беньи, у которой отнялась рука. Ее привела сюда уверенность в том, что тело прожившего «праведную жизнь» дьякона получило способ­ность исцелять болезни. Приложившись к могиле, она почувствовала некоторое облегчение и, когда вернулась домой, уже настолько свободно владела рукой, что немедленно приступила к работе обеими руками. После этого к могиле стали стекаться страдающие различ­ными недугами, и некоторые из них действительно исцелились.

    Уже свыше ста лет небольшой городок на юге Франции Лурд сла­вится среди католиков «чудесными» исцелениями. Чудодейственной силой здесь обладает якобы водный источник. Искупавшись в нем, можно исцелиться. В действительности продуманная система воздей­ствия на сознание паломников — вот основа лурдских «чудес».

    Кто едет в Лурд? Как правило, это люди, которые очень надеются на чудесное исцеление. Ведь о лурдских «чудесах» говорят с кафедр соборов, пишут в газетах, о них рассказывают очевидцы.

    И вот больные собираются в путь. С этого времени все внимание, все разговоры — о чудесных исцелениях. А тут уже за паломника бе­рутся «святые отцы». Каждый вагон в поездах, идущих в Лурд, со­провождают монахи, специальные «сестры» и «братья» милосердия. Они знакомятся с каждым больным, с его родственниками, рассказы­вают им всевозможные истории о чудесах Лурда, раздают специаль­ные книжки, фотографии выздоровевших после паломничества.

    Когда паломники прибывают в Лурд, их встречают новые церков­нослужители и ведут в «святой грот». Они молчаливы, каждое их слово кажется многозначительным.

    Во время молитвы у грота все больные хором повторяют одни и те же слова: «Господи Иисусе! Исцели наших больных! Всемогущая де­ва, спаси нас!» Все с большей верой и надеждой звучат эти слова, нарастает нервное возбуждение, и вот уже в толпе молящихся разда­ются громкие вздохи, истерические выкрики.

    Нетрудно видеть, какое большое значение имеет здесь внушение и самовнушение. Создается обстановка, способствующая возникнове­нию гипнотического состояния. В романе «Лурд» Эмиль Золя превос­ходно описал одно такое исцеление в столь прославленном месте:

    «...Глаза больной, еще лишенные всякого выражения, расшири­лись, а бледное лицо исказилось, словно от невыносимой боли. Она ничего не говорила и, казалось, была в отчаянии. Но в ту минуту, как пронесли святые дары и она увидела сверкнувшую на солнце да­роносицу, ее словно ослепило молнией. Глаза вспыхнули, в них появи­лась жизнь, и они загорелись, как звезды. Лицо оживилось, покры­лось румянцем, осветилось радостной, здоровой улыбкой. Пьер уви­дел, как она сразу встала, выпрямилась в своей тележке...



    Безудержный восторг овладел тысячами взволнованных паломни­ков, давивших друг друга, чтобы увидеть исцеленную, оглашавших воздух криками, словами благодарности и восхваления. Раздалась буря аплодисментов, и гром их прокатился по всей долине.

    Отец Фуркин потрясал руками, отец Массиас кричал что-то с ка­федры; наконец его услышали:

         Бог посетил нас, дорогие братья, дорогие сестры...» Пропагандируя лурдские «чудеса», церковники утверждали, что там бывало ежедневно по нескольку чудесных исцелений. За сто лет были записаны в особую книгу тысячи имен якобы исцелившихся лю­дей. Однако проверка этой книги (проверяла специальная комиссия, состоявшая из врачей) показала, что за сто лет в Лурде произошло лишь четырнадцать исцелений. Все они объясняются наукой.

    Ну, а как же лечил наполеоновский солдат? Для этого надо вспом­нить, что к «чудесному» исцелению может привести... испуг. Известен случай, когда к ногам старика с парализованной половиной тела и с потерей речи упала женщина, выбросившаяся из окна. Это так силь­но подействовало на него, что он вновь начал говорить! К лечению испугом прибегают и знахари. Скажем, неожиданно бросают на больного кошку. Так же действовало и солдатское лекарство. Когда он громко и властно командовал: «Встать!» — это слово действовало на иных столь сильно (вспомните его славу лекаря), что истерический паралич ног внезапно проходил. Очаг торможения, поразивший дви­гательные центры нервной системы, снимался, и мышцы начинали работать.

    Если вспомнить историю народов, то нетрудно увидеть, что подоб­ные методы лечения были известны уже в древнем мире. Доктор ме­дицинских наук психиатр В. Е. Рожнов пишет:

    «Древние греки обращались с мольбой о ниспослании здоровья и сил к богу-врачевателю Аскледию. Самый известный из посвящен­ных ему храмов находился в восьми километрах от города Эпидавра. В храме имелось специальное помещение для сна паломников, стекав­шихся со всех концов страны. Оно называлось «абатон». Войти сюда можно было, лишь пройдя предварительные сложные обряды «очи­щения» души и тела. Жрецы храма подолгу говорили с каждым, спрашивая, что привело его сюда, укрепляя надежду на выздоровле­ние, веру в могущество и доброту бога — дарователя здоровья. Этому немало способствовали и местоположение, и вся обстановка храма. Он был расположен в густой зеленой роще, среди которой журчали десятки кристально чистых ручьев. Ветер доносил сюда свежий запах моря. Сказочная прелесть природы сливалась в нерушимую гармонию с величественной и строгой красотой белоснежного здания самого хра­ма. В центре его высилось огромное мраморное изваяние Асклепия. Наружные стены храма были составлены из огромных каменных плит, на которых вырезаны надписи, рассказывающие о самых вы­дающихся из совершившихся здесь исцелений. Эти плиты были най­



    дены археологами при раскопках, и по сохранившимся надписям можно установить, какие болезни и почему здесь излечивались. Вот, например, одна из них: «Девочка немая. Обегая вокруг храма, она увидела змею, вползавшую на дерево в роще; в ужасе стала звать отца и мать и ушла отсюда здоровой». Другая: «Никанор паралич­ный. Пока он сидел и отдыхал, один мальчишка украл у него костыль и бросился наутек. Он вскочил, побежал за ним и стал здоров».

    Психиатрам давно уже известно, как целительно бывает иногда действие внезапных эмоциональных раздражителей (роль которых в данных примерах в первом случае сыграл внезапный испуг, во вто­ром — гнев), и они с успехом используют их для лечения разнообраз­ных проявлений истерии, в том числе для устранения некоторых па­раличей, слепоты, глухоты и немоты. Так что в этих фактах исцеле­ния немой и параличного, разумеется, нет ничего сверхъестествен­ного».

    Ко всему сказанному добавим, что, конечно, подобные исцеления совсем не часты и, кроме того, они далеко не всегда приводят к пол­ному восстановлению здоровья больного.

    Ленинградский ученый Л. Л. Васильев рассказывал о случае, про­исшедшем на его глазах. Молодой человек, выйдя из жарко натоплен­ной деревенской бани, заметил ранее ему не встречавшееся отврати­тельного вида насекомое — уховертку. С чувством гадливости он взял насекомое пальцами правой руки с целью поближе его рассмотреть. Уховертка изогнулась и попыталась защемить своими «щипцами» державший ее палец; но это ей не удалось, так как человек, вскрик­нув от неожиданности, резким движением стряхнул насекомое на землю. А через некоторое время на кожных участках пальцев, кото­рыми было взято насекомое, появились отчетливо видимые багровые пятна — одно на большом пальце и два на указательном! Ни жже­ния, нц боли в побагровевших участках кожи не ощущалось. Отмыть пятна не удалось.

    Что же произошло?

    Здесь сыграли роль сильный испуг и самовнушение, что уховертка укусила палец, хотя в действительности этого не было. Испуг и само­внушение вызвали местное расширение кожных кровеносных сосудов.

    А теперь о гипнозе

    Человек, находившийся под гипнозом, безучастен к большинству внешних раздражителей так же, как и обычно уснувший. При этом у загипнотизированного человека остаются отдельные бодрствующие участки, через которые он поддерживает тесную словесную связь с гипнотизером. Это — своеобразные «сторожевые пункты», как их на­зывал И. П. Павлов.

    Такие пункты существуют и при обыкновенном сне. Как бы ни был он глубок, какая-то небольшая часть наших нервных клеток не



    прекращает своей интенсивной работы. Это часовые, оставленные на посту, — небольшой очаг возбуждения. Через него организм сохраня­ет свою связь с внешним миром. Особенно быстро и чутко реагируют «сторожевые пункты» мозга на те сигналы, которые «нельзя про­спать». Профессор К. К. Платонов рассказывает о том, как в годы Отечественной войны он наблюдал врача, которому после нескольких бессонных суток удалось наконец заснуть. А в это время привезли ра­неных. Врача пришлось будить. Его трясли, брызгали в лицо воду, но смертельно уставший человек не просыпался. Тогда, вспоминает К. К. Платонов, профессор попросил, чтобы все замолчали, и, когда стало тихо, сказал негромко, но очень отчетливо:

        Доктор! Привезли раненых. Нужна ваша помощь!

    И врач тут же проснулся.

    Что произошло? Когда врача будили обычным способом, это дей­ствовало лишь на глубоко заторможенные участки мозга. Профессор обратился к его «сторожевому пункту». Нервные клетки «сторожевого пункта» заторможены не полностью (они находятся в так называемой парадоксальной фазе) и при этом более чувствительны к слабым раздражителям, чем к сильным. Именно поэтому слова, разбудившие врача, произносились негромко, но очень четко.

    Есть «сторожевые пункты» и у животных. Благодаря им, напри­мер, летучие мыши спят, повиснув вниз головой, не падая; стоя спят лошади, а у осьминога есть одна «дежурная» нога, которая всегда бодрствует.

    У загипнотизированного «сторожевой пункт» иной. Это уже не ча­совой, который дает знать о том, что надо проснуться, а скорее теле­фонный аппарат, соединенный только с одним абонентом — с гипно­тизером. По этому аппарату мозг уснувшего принимает слова-приказы и выполняет их. При этом здесь слово — закон. Находясь в гипноти­ческом сне, человек не может воспринимать слова врача критически, не может оценивать их смысл. Каждое слово действует как беспре­кословный приказ или принимается на веру. Например, веря словам, он принимает чужого человека за своего брата. Ему можно внушить, что в доме пожар или наводнение, и он со страхом «видит» бушую­щее пламя, потоки воды. С помощью словесного внушения у него воз­никают галлюцинации, рождаются картины мира призраков.

    Более того: воздействуя на загипнотизированного, можно, напри­мер, не только внушить ему, что он пьет воду стакан за стаканом, хотя в действительности он не делает этого, но и вызывать у него уси­ленное выделение мочи с пониженным удельным весом, то есть вы­звать все те последствия, что и после действительного введения в организм большого количества воды! Внушение сытости вызывает у загипнотизированного увеличение числа лейкоцитов в крови (так называемый пищевой лейкоцитоз, обычно наблюдаемый после при­нятия пищи).

    Следует подчеркнуть, что «послушность» загипнотизированного



    зависит от степени глубины гипноза. Таких степеней три: сонливость, гипотаксия («подчинение») и сомнамбулизм («снохождение»). При сонливости человек находится в дремотном состоянии, мышцы рас­слаблены, нет желания открыть глаза. По окончании опыта он пом­нит все, что с ним было. На второй ступени — при гипотаксии — загипнотизированный уже не может делать произвольные движения. Часто в этом состоянии ему можно придать какую-либо необычную позу, например поднять его ногу, и в таком положении он будет на­ходиться часами, пока не услышит приказа гипнотизера изменить положение.

    Но особенно интересна последняя ступень. Это глубокий гипноз, при котором наблюдаются такие явления, которые и посейчас пора­жают многих.

    На стадии сомнамбулизма человеку можно внушать самые раз­личные образы и галлюцинации: зрительные, слуховые, обонятель­ные. По приказу гипнотизирующего он ходит по комнате с открыты­ми глазами, выполняет разнообразные задания, перевоплощается в других людей, не чувствует укола булавкой и т. д. По некоторым данным такой гипноз возможен примерно у четверти всех людей.

    Врачи-гипнологи замечали, что при глубоком гипнозе можно вспомнить то, что, казалось, уже совсем утрачено. Врач Левенфельд наблюдал поразительное явление: пожилая женщина, находясь в глубоком гипнозе, с легкостью танцевала бальные танцы, известные ей в молодые годы. После пробуждения она отказалась поверить это­му — ведь прошло целых двадцать лет с тех пор, как она прекратила танцевать!

    Перед нами, по существу, не только восстановление памяти — требовалось вспомнить все довольно сложные па, но и перевоплоще­ние человека: старая женщина снова чувствовала себя молодой, пол­ной сил, здоровья.

    На этой же стадии гипноза иногда удается внушить необыкновен­ную остроту чувств, в частности зрения. Вот какие эксперименты про­водил английский исследователь Хартленд. Из новой колоды выни­мается одна карта и показывается загипнотизированному с тыльной стороны. Гипнотизер запоминает, какую карту он показал пациенту, и внушает ему, что, когда тот увидит эту карту во второй раз, он уви­дит на ее тыльной стороне черный крест. Затем карта кладется в ко­лоду, колода тасуется, и загипнотизированному начинают показывать одну за другой все карты (той же тыльной стороной), пока человек, находящийся в глубоком гипнозе, не опознает на одной из них вы­мышленный черный крест.

    Только в редких случаях этот опыт оканчивался неудачей!

    Интересны случаи, когда удаются «послегипнотические» внуше­ния. Гипнолог внушил своему пациенту, что тот, проснувшись, не бу­дет ничего помнить и в то же время выполнит один приказ: через четыре дня в тот же час позвонит врачу-гипнологу и справится о его



    здоровье. «Мой телефон такой-то, — сказал врач, — но вы его тоже забудьте».

    Все произошло без осечки. Все четыре дня человек не думал о гип­нотизере, но примерно за час до назначенного срока он вдруг начал сильно беспокоиться о враче: «Как он там, не заболел ли?» Ему за­хотелось немедленно позвонить врачу по телефону, но тут же пациент подумал, что телефона не знает. Тревога нарастала. Не в силах сидеть за рабочим столом, он подошел к телефону и почти машинально, на­угад, набрал номер телефона. Ответил врач-гипнолог.

    В каких тайниках подсознания хранила память сказанный под гипнозом нужный номер телефона?

    ...К руке человека, находящегося в состоянии глубокого гипноза, прикладывали монету и говорили, что она раскалена. На этом месте появлялся ожог! Столь необыкновенную силу может иметь слово. Не удивительно, что многие века, даже тысячелетия гипноз, это зага­дочное состояние человеческой психики, использовался всякого рода шарлатанами, знахарями, колдунами в своих целях. Да и только ли в прошлом! И в наши дни еще нередки случаи, когда за различными «чудесами» мы видим явления, вызванные гипнозом.

    Многие гипнотизирующие приемы были непременной составной частью древнейших религиозных церемоний, хотя люди, пользовав­шиеся такими приемами, и не понимали их сущности. Вспомним хотя бы сцены «изгнания злого духа» (то есть исцеления больного) шама­ном. Одетый в обрядовую одежду, он многократно повторяет одни и те же слова и фразы, призывает на помощь добрых «духов-помощни- ков», угрожает «злым духам». Заклинания шамана сопровождаются непрерывными ритмическими ударами в бубен и различными движе­ниями, в чуме стелется дым ядовитых курений. Сильнее и сильнее гремит бубен, быстрее и быстрее пляска шамана. Наконец, его завы­вания, мечущиеся движения, ядовитый дым делают свое дело: все, кто присутствует в чуме, одурманены происходящим. Им уже слы­шатся «потусторонние» голоса вызываемых духов. Шаман, доводя се­бя до исступления, впадает в гипнотическое состояние. Теперь он поражает зрителей — режет себя ножом, выхватывает раскаленные угли из костра и не чувствует боли.

    С особым вниманием и надеждой следит за действиями шамана сам больной. Он так хочет быть здоровым! Мало-помалу все окру­жающее, кроме звуков голоса шамана, перестает достигать его созна­ния. Он впадает в забытье, в котором речь шамана воспринимается особенно остро, глубоко западает в одурманенный разум. Выкрики шамана о бегстве и поражении «духов зла», о победе «духов-помощ­ников» звучат для больного желанной вестью о выздоровлении. Он уже чувствует себя сильным, боли, которые изнуряли его тело, куда- то ушли, отступили.

    И вот результат: к концу обряда у некоторых особо впечатлитель­ных больных действительно наступало улучшение. От поселка к по-




    селку, от селения к селению передается восторженная, всячески пре­увеличенная весть об удивительном исцелении. Вместе с ней растет вера людей в потусторонний мир. Они забывают о том, что шаман исцелил лишь единицы, а навредил сотням.

    О методах лечения, которые применяют колдуны и знахари раз­личных народов, рассказывает врач Гарри Райт в своей книге «Сви­детель колдовства», изданной в Лондоне в 1964 году. Он своими гла­зами наблюдал различные обряды у племен Южной Америки и Афри­ки в наше время. Нетрудно увидеть, что за внешней оболочкой ми­стики и всякого рода театральными приемами эти врачеватели поль­зуются внушением, самовнушением и гипнозом. Вот отрывок из его книги:

    «Я пришел к выводу, что африканские колдуны знают и приме­няют силу психологического воздействия. Несомненно, они обладают также весьма богатыми знаниями лекарств. Современное «чудодей­ственное» лекарство серпазил, например, было известно знахарям и миссионерам в Африке и применялось ими для лечения гипертонии и умственных расстройств задолго до того, как о нем узнала европей­ская медицина. Однако использование неизвестных лекарств не может объяснить всего, что я видел. Я убежден, что очень многое зависит от умелого применения прикладной психологии. В этом знахари и колдуны достигли столь многого, что нам, современным врачам, по­чти невозможно понять их методы.

    Например, я слышал из совершенно надежных источников исто­рию об одном ньянга, как называют колдунов в Танганьике, которого пригласили помочь представителям власти в расследовании обстоя­тельств смерти вождя племени. После долгих уговоров он отвел их на место, где лежало тело мертвого вождя. Африканцы обычно выби­рают для захоронений недоступные места — недоступные для духов, животных и человека. Это происходило в жаркой, иссушенной солн­цем местности к югу от Килиманджаро. В таких условиях мертвое тело должно было начать разлагаться через несколько часов. По­скольку цель захоронения состоит в том, чтобы защитить тело от вра­гов умершего и от животных, его засовывают в расщелину или в пе­щеру.

    В этом случае, однако, тело мертвого вождя было вытянуто на земле во весь рост. Чиновникам не удалось заметить никаких следов ран или разложения. Ньянга воспротивился детальному осмотру тела врачом на том основании, что прикосновение к нему сделает невоз­можным для духа умершего вождя найти врагов, виновных в его смерти.

    «Вождь ищет убивших его врагов, и, пока он не найдет их, к его телу нельзя прикасаться», — сказал ньянга. Ничто не могло заста­вить его согласиться на осмотр.

    День или два спустя пришло известие, что «враги» вождя были соответствующим образом наказаны и английский врач может теперь



    осмотреть тело. Все вернулись к могиле, и, когда подняли одеяло, прикрывавшее мертвеца, оказалось, что тело исчезло.

    Это вызвало подозрение чиновника, но ньянга заверил его, что, если властям не будет немедленно сообщено об этом, тело «вернется». Он объяснил, что умерший «спрятал» свое тело, чтобы его не осквер­нили прикосновением, пока он не разделается со своими врагами. Получив торжественные заверения в том, что к телу не будут при­касаться ни руками, ни хирургическим инструментом, ньянга опять снял одеяло, и на этот раз тело оказалось на месте.

    Было ли все это результатом гипноза? Об этом можно только до­гадываться». Мы можем добавить: несомненно тут был гипноз.

    Не надо, однако, думать, что гипноз всесилен. Опыт убеждает, что загипнотизированного человека нельзя заставить совершать поступ­ки, идущие вразрез с его моральными устоями. Так, один врач дал загипнотизированной под видом кинжала игральную карту и прика­зал заколоть его. Пациентка немедленно выполнила внушение. Тогда гипнотизер вложил ей в руку нож и повторил приказ заколоть его. Загипнотизированная забилась в припадке.

    Доктор психологических наук В. Пушкин, рассказывая о том, на­сколько трудно заставить человека совершить при помощи гипноза поступок, противоречащий его нравственным убеждениям, подчерки­вает, что такие опыты говорят о реальном существовании неосознавае­мой психической деятельности. При этом возможна глубокая внутрен­няя борьба, о которой человек, в мозгу которого она происходит, и не догадывается.

    Французские психологи ставили такой опыт. Женщина погружа­лась в состояние глубокого гипноза. Гипнотизер, убедившись, что все его приказания выполняются автоматически, вкладывает ей в руку нож и приказывает: «Идите в соседнюю комнату. Там на кушетке лежит человек, завернутый в простыню. Подойдите к кушетке, вонзи­те нож в человека и возвращайтесь обратно. Нож не вынимайте».

    Загипнотизированная не знала, что на кушетке находится завер­нутое в простыню чучело. Несмотря на это, она выполнила задание — после небольшого колебания вонзила нож в тело. Затем, когда жен­щина вернулась к гипнотизеру, он приказал ей забыть обо всем, что было в гипнозе, забыть о совершенном ею «преступлении».

    И действительно, проснувшись, она забыла обо всем. Но сразу же впала в необъяснимое беспокойство. Тяжелая тоска все нарастала. Через несколько дней женщина уже не могла спать. Она обратилась к гипнотизеру с просьбой помочь избавить ее от невыносимого со­стояния.

    Пациентку снова загипнотизировали и показали, что на кушетке лежало чучело. При ней же из этого чучела извлекли нож. Гипноти­зер объяснил, что никакого убийства не было. А затем снова прика­зал ей все забыть, когда проснется. Состояние тягостного напряжения исчезло полностью!



    «Это острый, даже жестокий эксперимент, — говорит В. Пуш­кин. — Такие опыты не могут войти в повседневную психологичес­кую практику. Но, оглядываясь назад, следует признать, что при всей своей жестокости этот эксперимент был необходим: он показал, ка­кую огромную роль в психической деятельности человека играют его нравственные устои. Человек, низведенный, казалось бы, благодаря глубокому гипнозу до уровня автомата, продолжает вести внутрен­нюю борьбу с теми воздействиями, которые идут вразрез с принци­пами его личности».

    В одном из писем Эрнст Тельман рассказывает, как он подвергал­ся пыткам. В камеру пришел врач и пытался загипнотизировать Тельмана. Заключенный знал, ради чего это делается, и активно вос­противился. Попытка загипнотизировать стойкого политического бой­ца не удалась!

    Но у Эрнста Тельмана была огромная сила воли. Гораздо чаще бы­вает так, что человек, самонадеянно объявив о своей стойкости, затем, как и все другие, впадает в гипнотическое состояние. Об одном забавном случае такого рода рассказал П. И. Буль:

    «После одной из лекций о гипнозе на сцену поднялся молодой человек и заявил: «Я в это не верю! Попробуйте подействовать на меня!» Гипнотизер внушил маловеру, чтобы его рука «примерзла» к мочке уха. И парень, этот скептик, никак не мог отнять руку от соб­ственного уха. Минут десять он старался отнять «примороженную» руку, даже помогал другой рукой и наконец признал: «Да, тут что-то есть!»

    Из всего сказанного легко сделать вывод: при такой силе внуше­ния врач-гипнотизер может лечить словом различные заболевания, и прежде всего те же психогенные, тесно связанные с расстройством нервной системы.

    Профессор В. Е. Рожнов в книге «Гипноз и чудесные исцеления» рассказывает об одном случае из своей практики. Женщина после нервного потрясения перестала ходить. Был начат курс лечебного гип­ноза. Перелом в ее состоянии произошел уже после четвертого сеанса. В глубоком гипнотическом сне ей внушалось: «Вы поправились. Вы можете и будете ходить. Вы уверены в себе. Вы здоровы».

    После пробуждения больная самостоятельно встала на ноги и без посторонней помощи вышла из кабинета, забыв костыли!

    Вот еще более интересный пример из той же книги. Девушка по­теряла зрение при необычных обстоятельствах. С детских лет ее пу­гали: не трогай электрическую лампочку, а то она может взорвать­ся и ты ослепнешь. Однажды (уже взрослая), отвинчивая лампочку, она услышала звон бьющегося стекла. Молодая женщина внезапно почувствовала резь в глазах, как от множества стеклянных осколков, и перестала видеть. На самом деле лампочка была цела, а разбился графин. Врачи не обнаружили никаких повреждений глаз. Потеря зрения объяснялась нервным потрясением. Услышав, что ей может



    помочь внушение, больная заявила: «О внушении и гипнозе я много слышала. Верю, что это мне поможет». Было начато лечение. Сеанс был закончен словами: «Откройте глаза. Вы видите, как прежде. Вы здоровы».

    И истерическая слепота прошла!

    «Больная К., 19 лет, — пишут авторы книги «Правда о «чудес­ных» исцелениях» М. А. Рожнова и В. Е. Рожнов, — обратилась к нам с жалобой на то, что у нее после испуга, вызванного угрозой ава­рии, внезапно пропал голос. В течение нескольких месяцев она не могла произнести ни слова. Всякие попытки лечения у врачей — спе­циалистов по болезням уха, горла и носа были безрезультатными. После восьми сеансов лечебного внушения в гипнозе наступило замет­ное улучшение. Больная в гипнотическом состоянии могла повторять отдельные слова, произносимые врачом. После 12 сеансов гипноза было достигнуто полное возвращение голоса...»

    И далее авторы подчеркивают:

    «Нетрудно заметить, что приведенные нами примеры по харак­теру тех нарушений, которые при них отмечаются, подобны болезнен­ным состояниям, избавление от которых и приносило славу «чудес­ных деяний». Разве не напоминают они факты, приносившие успех колдунам и шаманам и создавшие славу Лурду? Однако весьма су­щественная разница состоит в том, что при врачебной работе, опи­рающейся на научное понимание природы болезненного состояния и путей его устранения, не бывает тех зачастую значительно более тя­желых, чем само заболевание, осложнений, которые возникают как следствие неграмотных, невежественных приемов знахарей».

    И в заключение нашего путешествия в область гипнотических «чу­дес» вспомним снова о призраках. Речь идет о пока еще не изученных возможностях гипноза. Известно, что человека под гипнозом можно убедить в том, что ему, скажем, не восемнадцать лет, а всего четыре года. И «четырехлетний» ребенок начинает вести себя соответствен­но этому возрасту. Возникает очень интересный вопрос: до каких пределов может доходить такое перевоплощение?

    В последнее время этот вопрос все больше занимает внимание гипнологов. Вот одно из сообщений. Автор его, Д. Бауман, из Хаба­ровска, рассказывает:

    «В опытах мы «превращали» студентов музыкального училища в детей того возраста, когда начиналось их первое знакомство с му­зыкой. Затем последовательно каждому «прибавляли» по два года и предлагали сыграть то, что они уже умеют. Можно было наблюдать и неверную постановку руки — след работы плохого педагога, и не­умелое, напряженное разыгрывание примитивного этюда с ошибками, и «деревянность» пальцев (тех самых, что за полчаса до этого испол­няли шопеновское скерцо!). С каждым «годом» игра становилась лучше, уверенней.

    Значит, мозг действительно фиксирует, сохраняет навыки, привыч­



    ки, особенности поведения всех периодов жизни человека. Их можно выявить, оживить...

    Мы проверили также влияние гипноза на речь, состояние эмоцио­нальности и характерность переживаний в заданной ситуации, в ко­торой могли проявиться скрытые способности людей. Эксперименты проводили с группой молодежи 16—19 лет.

    Юноши и девушки «превращались» во сне в Евгения Онегина, Татьяну и Ольгу Лариных, в Тараса Бульбу, в Анну Каренину и т. д. Разыгрывались драматические этюды, а иногда целые сцены. Напри­мер, Ольге Я., никогда не выступавшей даже в самодеятельности, предложили ситуацию: она — Анна Каренина, другой (не спящий) был Карениным. Происходит объяснение Анны с мужем после ска­чек. На глазах у присутствующих разыгрывается бурная сцена, на­стоящий эмоциональный взрыв. Ни при каких других обстоятельст­вах так «сыграть» Ольга Я. не смогла бы.

    Подобным же образом прошли сцены встречи Маши Мироновой с императрицей («Капитанская дочка»), Андрия и Тараса Бульбы. Иногда предлагали ситуацию, отсутствующую в литературном источ­нике. Например, польская панночка приходит к Тарасу Бульбе про­сить его за Андрия. Во всех случаях творческий характер поведения загипнотизированных действующих лиц выходил далеко за пределы их обычных возможностей. В то же время это нельзя назвать игрой в смысле «представления». Это было именно перевоплощение.

    А как увидеть «привидения»?

    В сцене с Онегиным Татьяне (Люба С.) вместо героя предложили... пустой стул; Татьяна должна была увидеть Онегина, ощутить его руку и говорить с ним. И она «видела»! Больше того — после пробуж­дения сохранила в памяти внешность и особенности поведения Оне­гина». Так наука, вторгаясь в мир призраков, рождаемый нашим со­знанием, воображением, срывает с них покрывало мистики.

    „Ты в сновиденьях мне являлся..."

    Помните эти строки? Ну конечно, из письма Татьяны к Онегину. Влюбленная в Евгения, она постоянно думает о нем, и образ его яв­ляется ей во сне.

    А чем, собственно, отличаются образы из сновидений от тех при­зраков, с которыми вы уже познакомились? Только тем, что здесь это не связано с нарушением психики. Сны видят все люди. Более того, исследования последних лет приводят ученых к мысли о том, что сновидения даже необходимы для нормальной работы нашего моз­га. Если лишить человека сновидений, это приводит к расстройству психики.

    Получается, что наши сновидения — это столь же необходимая работа мозга, как и обычная умственная деятельность. Сновидения нужны нам, как дыхание или пищеварение.



    Когда-то Сеченов говорил, что сновидения — это «небывалые ком­бинации былых впечатлений». И действительно, как видно из того, что мы теперь знаем о природе сна, наши сновидения представляют со­бой особую форму психической деятельности. И уж если говорить о том, в каком состоянии находится наш организм ночью и днем, то правильнее делить нашу жизнь не на сон и бодрствование, а на сон без сновидений, сон со сновидениями и бодрствование. Сон со сно­видениями — это совсем особое состояние организма, при котором мозг столь же интенсивно работает, как и в бодрствующем состоянии, только эта работа иначе организована.

    Впрочем, поговорим обо всем этом по порядку.

    Что такое сон? Еще недавно ответ науки был таким: сон — это отдых нервных клеток коры головного мозга. Говоря точнее, это про­цесс охранительного торможения, захватывающий клетки-нейроны коры и постепенно распространяющийся на более глубокие участки мозга. При этом нейроны перестают отвечать на приходящие к ним сигналы-раздражения, находятся в состоянии торможения.

    Таким образом, ответственными за сон (и за сновидения) призна­вались клетки коры головного мозга. И только. Новые исследования ученых раскрыли более сложную картину. Еще в 30-х годах извест­ный ученый П. К. Анохин, исследуя работу мозга, высказал мысль: в механизме сна участвуют наряду с клетками коры и подкорковые отделы головного мозга. Исследования показали, что так оно и есть.

    Это было открыто, когда ученые принялись детально изучать ра­боту отдельных частей головного мозга, в том числе и тех, которые находятся под большими полушариями. Особенно заинтересовало ис­следователей так называемое сетчатое образование, или ретикуляр­ная формация, в стволе головного мозга.

    Было установлено: как только ствол мозга отделялся от больших полушарий, животное (опыты проводились на высших животных) по­гружалось в беспробудный сон. Стало ясно, что именно тут, в стволе мозга, действует какой-то механизм, организующий наш сон. Но ка­кой?

    Скоро ответ был найден. Помогли электрические методы исследо­вания, что раньше не делалось (ученые стали исследовать биоэлек­трические токи мозга). Оказалось, что ретикулярная формация — будем называть ее проще, РФ, — дает энергию нейронам коры голов­ного мозга, что и позволяет организму бодрствовать. Подобно элек­тростанции, РФ обеспечивает энергией нейронный город — мозг. Выключается рубильник, и в городе гаснут огни, город спит.

    Были найдены и источники питания самой РФ. Ими оказались органы чувств и некоторые вещества: углекислый газ, гормоны, кровь, лишенная питательных веществ. Нашли ученые и такие вещества, ко­торые подавляют деятельность клеток РФ, а значит, и вызывают сон. Как и можно было ожидать, к ним относятся многие наркотики.

    Казалось бы, все стало проясняться.



    Но... были известны другие факты, и они противоречили новым открытиям. Швейцарский ученый Гесс еще раньше установил, что «центром сна» является вовсе не РФ, а другое подкорковое образо­вание — гипоталамус. Кто прав? Ответ мог быть только один: надо продолжать исследовать.

    Выяснилось, что взаимоотношения клеток коры и клеток РФ более сложны. Подкорка снабжает кору энергией, но это снабжение нахо­дится под контролем корковых нейронов. Они сами регулируют, когда и сколько им требуется энергии, решают, должна ли работать РФ в полную силу или ее следует на время выключить.

    Воздействуют корковые нейроны и на работу гипоталамуса. Когда человек не спит, значит, они сдерживают деятельность «центров сна». Но вот клетки коры мозга начинают утомляться, им требуется отдых. Воздействие их на гипоталамус слабеет, и это сразу же используют клетки гипоталамуса — они «выключают рубильник» РФ — электро­станции. Нейронный город погружается в темноту, человек начинает засыпать.

    Такова в самом общем виде корково-подкорковая теория сна, раз­работанная П. К. Анохиным.

    Итак, человек заснул. А как протекает его сон?

    Тут ученые установили в последнее время много интереснейших фактов. Прежде всего оказалось, что у каждого из нас есть два сна: сон медленный и сон быстрый, или парадоксальный. У взрослых около четверти всего времени сна падает на быстрый сон, а осталь­ное — на медленный.

    Когда смотришь на человека в то время, когда он находится в фа­зе парадоксального сна, можно сделать вывод, что спящий что-то пе­реживает: у него учащается дыхание, изменяется сердцебиение, ше­велятся руки или ноги, наблюдаются быстрые движения глаз, мышц лица. Исследователи предположили, что именно в такие моменты уснувший человек и видит сон. Так и оказалось.

    Как известно, среди нас есть такие, кто утверждает: «Я никогда не вижу снов». Теперь это заблуждение разоблачено. Исследователи следили за уснувшим человеком, и как только у него наступал быст­рый сон, тут же будили и спрашивали, что он видел во сне. Разбу­женный помнил сон и рассказывал о нем.

    Стоило того же человека разбудить во время медленного сна, он уверял, что никаких снов не видел. Причина была простой — он их уже забыл, пока длился медленный сон.

    Опыты показали, что эти два вида сна чередуются друг с другом. За 6—8 часов сна медленный сон продолжительностью 60—90 минут несколько раз сменяется быстрым — на 10—20 минут. Таким обра­зом, за ночь у нас бывает четыре-пять «пятнадцати-двадцатимину- ток», когда мозг позволяет себе «погулять по стране сновидений».

    Неизменное появление сновидений, их регулярность и навели ис­следователей на мысль: а не являются ли они необходимыми организ­




    му? Вероятно, если лишить человека возможности видеть сны, то это как-то скажется на организме.

    Начались исследования. Сотни добровольцев были подвергнуты изучению во время сна. Им разрешали спать только во время медлен­ного сна, а как только наступал парадоксальный сон, будили. Иными словами, людям давали возможность спать, но не позволяли видеть сны.

    Параллельно с ними других будили так же часто, но в периоды сна без сновидений. Что же наблюдали у тех, кому не давали видеть сновидения? Прежде всего увеличилась частота возникновения сно­видений — быстрый сон наступал через меньшие промежутки. А за­тем некоторое время спустя у людей без сновидений появились невро­зы — чувство страха, тревоги, напряженности.

    А после того как им снова позволяли спать быстрым сном, он тя­нулся дольше, чем обычно, как будто организм наверстывал упущен­ное!

    Та же закономерность наблюдалась и у животных. Ученые прово­дили, например, опыты с кошками: когда их будили при появлении быстрого сна, интервалы между периодами быстрого сна уменьша­лись с 10—30 минут до 1 минуты. Животное как бы старается видеть сны тем чаще, чем больше этому препятствуют.

    Как только подопытную кошку перестают будить, периоды быст­рого сна удлиняются.

    Важное открытие было сделано в Лионском университете во Фран­ции. Исследователь мозга профессор Жувэ нашел в мозгу кошки учас­ток, который является как бы «пусковым» центром для начала сно­видений. Этот пусковой центр можно искусственно включать и вы­ключать. Когда центр поврежден, периоды сновидений исчезают. Открытие подтверждает мысль о том, что сновидения необходимы ор­ганизму.

    Почему?

    Опять-таки надо исследовать!

    Еще одно важное заключение сделали ученые- «мозгопроходцы», основываясь на опытах: оказывается, никак нельзя сказать, что во время сна мозг находится в пассивном состоянии. Добрая половина нейронов мозга у спящего работает даже активнее, чем днем. Это от­носится прежде всего к глубинным отделам мозга.

    Есть такая поговорка: «Чем дальше в лес, тем больше дров». Эта поговорка хорошо отражает сущность научного познания. Неизмен­ная основа науки состоит в том, чтобы, никогда не останавливаясь, идти вперед и вперед. Идти и все время находить новое, ибо с каж­дым шагом человек, идущий по великому пути научных открытий, видит и глубже и дальше.

    А наука о мозге? Мы еще только начали свое путешествие в ска­зочно необыкновенный, исключительно сложный и мудрый мир че­ловеческого сознания.




    Чего только не увидишь во сне! Словно на «машине времени», мы переносимся в другой век, путешествуем по странам, сражаемся. Без удивления встречаемся с умершими, говорим с животными, летаем по воздуху. В мозгу спящего, как в кино, за короткое время проходит порой целая человеческая жизнь. И какие бы фантастические карти­ны ни развертывались перед нами во сне, все они кажутся подлинны­ми, реальными.

    Необычность сновидений и древняя вера в потустороннее, в иной мир, населенный бестелесными духами, призраками, божествами, уже с незапамятных времен натолкнули человека на ложную мысль о том, что сновидения могут предсказать ему будущее. «Сон дает от­дых и успокоение для всех, кроме суеверного, — писал знаменитый древнегреческий писатель Плутарх. — Несчастную душу его трево­жат страшные видения и чудные призраки, так что мучительные сно­видения прогоняют самый сон. Но и проснувшись, суеверный не при­знает своих видений лживыми, так что страх не оставляет его ни во сне, ни наяву».

    Да, нелегко переубедить таких людей! И неудивительно: ведь все, что связано с психической деятельностью, было для наших предков великой тайной. Человека пугали не только «бесноватые», психически больные люди, не только колдуны с их страшной силой влияния на других, но и обыкновенные сновидения. Хотя были они не в диковин­ку, но ведь в них раскрывался какой-то совсем иной, неведомый мир призраков. Надо ли столь строго судить наших пращуров за их убеж­денность в том, что за сновидениями стоят какие-то силы, вещающие человеку его будущее, его судьбу?

    В большом ходу были у наших предков «сонники» — книги, в ко­торых растолковывался почти любой сон. Каких только «объяснений» в них не было! Увидеть блох — к беспокойству, а барана — к по­честям, флюгер — к разводу, а змею — к неприятностям. Приснится вырванный зуб — жди потери, кровь — жди родственников, булка — жди богатства... И никого не смущало, что разные «сонники» совсем по-разному толковали увиденное во сне.

    Люди хотели верить — и верили!

    Только в прошлом веке в России были изданы десятки толстых книг, владельцы которых становились счастливыми обладателями призрачных ключей от заветных дверей в будущее. Чего стоили одни названия таких книг: «Сонник, сказующий матку-правду», «Милли­он снов, выбранных из сочинений знаменитых египетских и индий­ских мудрецов и астрономов». А самым известным был «Древний и новый всегдашний гадательный оракул, найденный после смерти у одного стошестилетнего старца Мартина Задеки, по которому узна­вал он судьбу каждого чрез круги счастия и несчастия человеческого, с присовокуплением волшебного зеркала или толкования снов» (!).



    Надо признать, что бездумная вера в «вещие» сны не так уж бес­почвенна. Известно множество рассказов о том, когда виденное во сне потом сбывалось наяву. Что же это за сновидения? С ними стоит познакомиться.

    Предположим, что человеку приснилось, будто его укусила за но­гу собака. Проходит несколько дней, и он действительно чувствует на месте мнимого укуса сильную боль, а затем на ноге образуется на­стоящая язва.

    Значит, сон оказался «вещим»? Не будем торопиться с выводом. Да, действительно, когда снился этот сон, язвы еще не было. Но бо­лезненный процесс уже протекал. И в этом весь секрет «вещего» сна.

    Болевые сигналы поступали в мозг человека и днем, но они заглу­шались другими впечатлениями, событиями, ощущениями. Поэтому больной просто не замечал, не чувствовал этих сигналов. А когда на­ступил сон и сильные раздражители были устранены, тогда дали знать о себе слабые: они-то и были замечены человеком во время снови­дения. Сновидение не предсказало, а лишь только отразило то, что уже существовало в действительности!

    Подобные «вещие» сны не так редки. По ним врачи иногда узнают о скрытно развивающихся болезненных процессах. Еще в 1935 году один из наших исследователей, доктор М. И. Аствацатуров, писал: «Можно, например, признать, что если тревожные сновидения с эле­ментами страха смерти сочетаются с внезапными пробуждениями, сопровождающимися безотчетным страхом смерти, то это может воз­буждать подозрение о заболевании сердца в таком периоде, когда ни­каких других субъективных жалоб, указывающих на такое заболева­ние, не имеется».

    Когда человеку снится, что он хочет вынырнуть из воды, или на грудь наваливается тяжесть, или что он лезет в узкую щель и застре­вает в ней, либо поднимается в гору, или его грудь сдавливает тяже­лая одежда, при таких сновидениях возможны воспаление легких, плеврит, туберкулез.

    К доктору В. Н. Касаткину пришла пожилая женщина, которую вот уже месяц преследовал сон: она сама или кто-то из ее знакомых ест сырую или испорченную рыбу. Доктор направил ее на исследова­ние желудочно-кишечного тракта и не ошибся — у женщины была обнаружена острая форма гастрита.

    Женщина легла спать, не чувствуя никаких недомоганий. Ночью она увидела сон: ее угощают вкусным пирогом, но она не может про­глотить откушенный кусок, ее душит. Утром у нее обнаружили анги­ну. И здесь в сновидении отразилось уже начавшееся заболевание.

    Конечно, не все здесь так просто. При диагностике с помощью сно­видений мешают всевозможные случайности и отклонения. Но если сновидения навязчивы и однотипны, они указывают на большую ве­роятность какого-то скрытого заболевания тогда, когда остальные средства диагностики могут и не обнаруживать эти заболевания.



    В своей книге «Теория сновидений, некоторые закономерности воз­никновения и структура» кандидат медицинских наук В. Н. Касат­кин на основании богатейшего материала (он проанализировал около четырех тысяч снов) высказывает точку зрения, что сновидения могут предсказать такие заболевания: болезнь Боткина (желтуха) — при­мерно за неделю; неврозы — от недели до нескольких месяцев; хро­нический гастрит— около месяца; туберкулез легких — за один-два месяца; гипертонию — за два-три месяца и опухоли головного моз­га — иногда за год.

    А вот грипп и ангина, желудочно-кишечные отравления, острый аппендицит, катар дыхательных путей, то есть все быстро развиваю­щиеся болезни, могут отразиться в сновидении лишь накануне явного заболевания.

    Пример другого характера. У вас тяжело заболел близкий чело­век. Вы начинаете думать о том, не приведет ли болезнь к трагическо­му исходу. Вы гоните прочь эту мысль, но она продолжает преследо­вать вас, вселяет чувство постоянного беспокойства. С другой сторо­ны, вы знаете, что если человеку приснится выпадение зуба, то это предвещает смерть близких людей. Так что же будет удивительного в том, если эта навязчивая мысль и тревожное состояние в конце концов все же вызовут у вас «роковое» сновидение о выпавшем зубе? И если болезнь была смертельной, сон оказывается «вещим», снови­дение сбывается. Попробуйте теперь переубедить человека, что его «вещий» сон был навеян самовнушением!

    Еще случай, посложнее. Это, если хотите, уже настоящий сон-ве­щун. Известно старинное поверье: если приснятся давно умершие ро­дители — быть ненастной погоде. Казалось бы, никакой связи тут не может быть. Но не будем торопиться. Известный русский физиолог Н. Е. Введенский пишет, что в этой примете, пожалуй, есть свой смысл. Дело в том, что чем глубже сон человека, тем к более ранне­му периоду его жизни относятся ожившие во сне следы былых впе­чатлений. А известно, что перед ненастьем обычно человек спит бо­лее глубоко. Ну, а раз глубже сон, то и образы всплывают из более далекого прошлого.

    Бывает, что причиной «вещего» сна оказываются слабые раздра­жения, приходящие в мозг из внешнего мира. В одном доме площад­ка лестницы была украшена стеклянным шаром. Потом шар был раз­бит и долгое время ничем не заменялся. По лестнице ежедневно ходил довольно рассеянный человек. И вот однажды ему приснилось, что вместо шара на лестнице поставлено новое украшение — большая медная шишка. Проснувшись утром, он рассказал свой сон семье и был удивлен, что уже несколько дней такая шишка поставлена вместо разбитого шара.

    Что здесь произошло? Ясно, что человек до того, как увидеть сон, уже несколько раз прошел мимо нового украшения и мельком уви­дел его. Но это впечатление было слабым и не доходило до его созна­



    ния: мозг был занят в это время другими мыслями. Однако виден­ное оставило в памяти человека какие-то слабые следы. Во сне, когда чувствительность к слабым раздражениям увеличилась, эти следы и вызвали «вещий» сон.

    Несколько лет назад автор этой книги получил письмо от незна­комого человека из подмосковного колхоза. Он работал на животно­водческой ферме, любил читать научно-популярную литературу, лю­бил поговорить о новейших достижениях науки, поспорить о нерешен­ных проблемах. И вот с ним приключился «необъяснимый» казус.

    Вечером к нему зашел сосед, с которым он накануне ходил на охоту, и поделился своей неприятностью: потерял в лесу охотничий нож.

    Человек, написавший мне письмо, ножа не видел, но ночью ему приснился сон, в котором он вдруг совершенно ясно увидел то место, где лежит нож. Проснувшись, он рассказал о нем соседу.

    И каково же было его удивление, когда тот действительно нашел там свой нож!

    Автор письма был явно озадачен: выходит, «вещие» сны все же бывают?!

    «Я знаю Вас как популяризатора науки, — писал он. — Можно ли объяснить то, что произошло с моим знакомым, как-то иначе? На днях я буду в Москве, разрешите мне заглянуть к Вам и побеседовать об этом».

    Беседа наша состоялась. Увидев несколько смущенного славного парня, его открытый взгляд, я невольно улыбнулся его потревожен­ной уверенности в силе науки.

    Он повторил свой вопрос: можно ли объяснить то, что произошло с ним и с его соседом, какими-то естественными, не мистическими причинами? И я ответил:

        Можно. И даже легко!

    На лице моего молодого визитера отразилось явное сомнение.

         Когда вы вдвоем возвращались с охоты, кто из вас шел впе­реди?

         ...Николай. Но разве это имеет какое-то значение? Ведь ножа- то я на самом деле не видел! Неужели бы я прошел мимо и не под­нял...

         А вы его видели и не видели, — ответил я. — Скажите, а вы не рвали по дороге ягоды?

    Мой собеседник удивленно вскинул голову:

        Откуда вы знаете? Да, я искал землянику.

        Ну вот, теперь совсем все ясно, — с удовлетворением сказал Я. — Слушайте же: когда вы шли, ваши глаза искали только ягоды, ничего больше, но видели они, конечно, не только ягоды, а и многое другое. Вот об этом-то мы и забываем. Мимолетный взгляд, брошен­ный на сломанную ветку, на ползущих муравьев, на падающий лист, не вызывает никаких дальнейших мыслей — увидел и тут же забыл.



    А наш мозг все это отметил, и в нем остаются какие-то следы. Вот эти следы и могут затем ожить в сновидении.

         Как так?

         Да очень просто! Нож этот вы увидели, но только на мгнове­ние, и так как внимание ваше было занято одним — поисками ягод,— виденное даже не дошло до сознания. Но где-то в мозгу запечатле­лось. А позднее, во сне, мозг -«вытащил» это мимолетное воспомина­ние из своей неисчерпаемой памяти и «выдал» в сновидении!

    Помолчав, мой новый знакомый сказал:

        Вот видите как... А я сомневался.

    Между тем с подобного рода снами мы сталкиваемся не так уж редко. Вы идете по улице, и у вас в мозгу запечатлевается образ про­ходящего человека. Но вы этого не осознаете, ваше внимание занято чем-то другим. Затем этот человек вам снится, через некоторое время вы опять его встречаете, узнаете того, которого видели во сне, и де­лаете вывод: эту встречу предсказал сон. На самом деле все произо­шло проще.

    Известен рассказ о сновидении банковского работника, который при составлении отчета обнаружил недостачу крупной суммы денег, но не мог вспомнить, куда эти деньги были израсходованы. Расстро­енный, он целый день думал, кому выдал деньги, но так и не мог вспомнить, а заснув, увидел того человека. На следующий день он убедился в правильности виденного во сне, а позднее вспомнил и то, почему забыл: при выдаче денег его отвлекли и он забыл сделать необходимую отметку.

    Наконец, продолжая разговор о «вещих» снах, надо сказать, что чаще всего сновидения сбываются благодаря случайным совпадениям или того проще: верящий в «вещие» сны просто подгоняет какое-либо событие из своей жизни под сновидение, чтобы оправдать его, убе­дить себя и других в том, что сон оказался «вещим».

    Не нужно также забывать, что нередко рассказы о сбывшихся снах — это просто выдумки фантазеров, которые любят поболтать и поразить чем-нибудь своих слушателей.

    К выводу о том, что никаких «вещих» снов типа «увидел блох — к беспокойству», а «барана — к почестям» в действительности не бы­вает, всегда приходят даже верящие в них, если они трезво поразмыс­лят над любым таким сновидением.

    Ведь стоит только подумать вот о чем: сновидения являются от­ражением того, что когда-то запас в своих «кладовых памяти» наш мозг. Несмотря на всю фантастичность сновидений, в них может со­держаться лишь то, что уже было воспринято мозгом. В сновидениях слепых от рождения никогда не бывает зрительных образов. И понят­но почему: ведь этих образов, воспоминаний об этих образах нет и не было в мозгу, в его «кладовой памяти».

    Так как же можно полагать, что сновидение способно предупре­дить, предсказать будущее событие?



    О наивности веры в «вещие» сны говорит и тот факт, что сновиде­ния можно делать «на заказ».

    Немецкий ученый Бюхнер закрывал спящему нос ватой. Человек начинал метаться, стонать и затем просыпался. Чаще всего ему сни­лось, что его хотели задушить. Причем, если это был, скажем, охот­ник, то ему снился какой-нибудь зверь, а в мозгу невежественного, суеверного человека возникали персонажи из сказок — домовой, леший...

    К ногам человека, когда он спал, приложили горячую грелку, и ему приснилось извержение вулкана: он бежит с горы по горячим камням, которые обжигают ему ноги. Как оказалось, незадолго пе­ред опытом этот человек читал книжку о вулканах и вулканических извержениях.

    Нетрудно представить себе, какие выводы может сделать суевер­ный человек, увидев во сне что-либо подобное. Он постарается выяс­нить у «знающих» людей, что именно предвещает такой сон. Но ведь этот сон ему попросту навязали! Говоря другими словами, взяли его судьбу в свои руки и стали определять, чему в его будущей жизни быть и чему не бывать.

    Вот еще несколько интересных опытов по определению «будущей судьбы» людей.

    Лицо спящего закрыли одеялом, ему стало трудно дышать и при­снилось, что на него набросилось какое-то чудовище и душит его. А если спящему закрыть лицо одеялом и тут же быстро снять его, то ему приснится, что он летает по воздуху.

    Очень часто причинами тяжелых сновидений служат духота в комнате, переполненный желудок, неудобное положение спящего в постели. Нередко рассказывают, что во сне человек видит себя летя­щим в пропасть или проваливающимся в яму, после чего он сейчас же просыпается. Такое сновидение может произойти оттого, что спя­щий лег на левый бок и затруднил работу сердца. Сердце на несколь­ко секунд останавливается, и в этот момент может присниться паде­ние в пропасть.

    Если лицо спящего осветить красным светом, то ему может при­сниться гроза с яркими вспышками молнии. Сновидение с падением в пропасть можно вызвать и другим путем: быстро разогнув у спя­щего согнутые в коленях ноги. А ведь человек, верящий в «вещие» сны, определенно будет думать: «Нет, это неспроста!»

    Внешние ощущения во время сна могут вызвать в сновидениях связанные с ними образы-призраки. Однажды был проведен такой интересный опыт. Человек, который неоднократно бывал в команди­ровках в разных городах, в одном из них по просьбе исследователя применял всегда один и тот же сорт духов. После этого, как только у его изголовья во время сна открывали флакон таких духов, он неиз­менно переносился в сновидениях в тот город, где привык ощущать знакомый запах!



    А вот еще один весьма любопытный пример «наведенных» снови­дений. В одной из швейцарских гостиниц во время ночной грозы поч­ти все путешественники видели во сне, будто во двор с большим гро­хотом въезжают экипажи с новыми путешественниками, которые еще больше стесняют уже устроившихся в гостинице. Такое массовое совпадение сновидений объяснялось просто: в течение дня на созна­ние путешественников непрерывно воздействовал грохот проезжаю­щих мимо повозок, к тому же они испытали все неприятности, свя­занные с поселением в переполненную гостиницу. Ночью раскаты гро­ма и шум ливня заставили их сознание вновь вернуться к пережи­тому.

    А если гадать? Получится, что у всех что-то в будущем случится сходное. Абсурд!

    Вы видите, убеждать еще и еще раз в нелепости «вещих» снов вряд ли есть необходимость. Интересно в сновидениях другое. Мы уже рассказали о том, что во время быстрого сна мозг работает очень ак­тивно. Но если это так, то мы можем ожидать при этом не только од­них фантастических, беспорядочных сновидений, но и мыслительной работы над тем, о чем человек думал днем. Особенно этого можно ожидать в тех случаях, когда человек думает над какой-то пробле­мой, трудным вопросом не один и не два дня. Ведь это в какой-то степени напоминает навязчивые идеи у психически больных людей. У последних такие идеи порождают галлюцинации, а у здравомысля­щего человека? Может быть, во сне он способен продолжить свои размышления и найти решение?

    В этом не будет ничего мистического. И жизнь подтверждает, что так бывает. В сновидениях математики решали задачи, композиторы дописывали музыку, поэты сочиняли стихи... Примеры? Их много.

    Знаменитый французский математик А. Пуанкаре утверждал, что плодотворные идеи у него возникали в полусонном состоянии. Фабула бессмертной комедии «Горе от ума» пришла в голову ее автору, по утверждению самого Грибоедова, также во сне. А немецкий химик Кекуле увидел во время сна структурную формулу бензола, о кото­рой много думал днем.

    Стихи во сне сочиняли и Пушкин, и Фет, и Маяковский. Один из снов подсказал Ф. М. Достоевскому сюжет романа «Подросток». И. С. Тургенев рассказывал: «Я беспрестанно вожусь с моими лица­ми, даже во сне их вижу».

    Некоторые даже сознательно используют этот механизм. Они об­думывают сложные проблемы перед сном и утром или ночью нередко получают их решение. Каковы здесь законы мышления? Да и сущест­вуют ли они? Пока ясно одно: в сновидениях работа мозга может быть вполне осмысленной.

    Вспомните, если вы читаете очень интересную книгу, заняты увлекающей вас работой, то сон пропадает. Причина здесь в том, что в коре головного мозга возникает стойкий очаг возбуждения. Бывает



    и так: человеком овладевает какое-либо чувство — радости, тревоги, страха, — ив этом случае в коре мозга возникает стойкий очаг воз­буждения — сна нет.

    Когда человек все-таки уснет, такой очаг порой остается связан­ным с начатой днем мысленной работой, он продолжает функциони­ровать и во сне, причем поскольку мозгу в это время не мешают по­сторонние раздражения, работа эта может быть даже более эффектив­ной. Вот вам одно из объяснений возможности умственной работы во сне.

    И такая работа, кстати говоря, может привести к тем же ошибоч­ным умозаключениям: сновидение «предсказало» будущее открытие. В действительности перед нами завершение какой-либо мысли не днем, а в то время, когда человек спит, но мозг его продолжает ак­тивно работать.

    Сколько можно спать н не спать

    Шестидесятипятилетний Яни Думас из Бююкдере на Босфоре, как всегда, поужинал, пожелал своей сестре спокойной ночи и лег спать. А на следующий день он не проснулся! Проходили дни и недели. Яни Думас не пробуждался. Его искусственно подкармливали.

    Проснулся Думас через шесть месяцев. Когда ему сказали, что уже наступила осень, он не поверил. И только взглянув в зеркало и увидев на своем лице бороду, старик понял, что проспал полгода.

    Эта совсем не удивительная для врачей история произошла не­давно в Турции. Такой ненормальный, болезненный сон называют «мнимой смертью», летаргическим сном, или просто летаргией.

    В прошлом летаргический сон часто вызывал у очевидцев суевер­ный страх, служил пищей для фантастических домыслов. Недаром у многих народов существуют сказки о спящих красавицах и заснув­ших богатырях.

    В истории известны случаи очень глубокого длительного сна, ког­да в организме человека на долгое время замирают почти все жизнен­ные процессы: он ничего или почти ничего не ощущает, едва можно уловить дыхание и биение сердца. Стоит вспомнить хотя бы знамени­тый рассказ Эдгара По «Преждевременное погребение».

    Но, пожалуй, одним из самых «знаменитых» больных, впавших в летаргию, был В. Качалкин, управляющий одного имения.

    Он заснул в конце XIX века и проспал до 1918 года. Сон длился более двадцати лет! Все это время он находился в психиатрической лечебнице.

    Перед выздоровлением сон стал постепенно ослабевать. Сперва Качалкин просыпался только ночью, в полной тишине и темноте. От малейшего шума он сильно пугался и вновь крепко засыпал. Затем стал просыпаться и днем.



    В 1918 году с Качалкиным много беседовал И. П. Павлов. Вот что он писал об этом человеке:

    «...Мужчина 60 лет, 22 года лежавший в больнице настоящим жи­вым трупом, без малейшего произвольного движения, без единого слова... Последние годы, когда стал приближаться к 60 годам, начал делать все более и более произвольных движений; в настоящее время встает с постели... говорит много и совершенно разумно... О прошлом своем состоянии говорит, что все понимал, что около него происходи­ло, но чувствовал страшную неодолимую тяжесть в мускулах, так что ему было даже трудно дышать. И это было причиной, почему он не двигался, не ел и не говорил. Болезнь началась около 35 лет».

    Как видно из этих описаний, у Качалкина был болезненный час­тичный сон. При этом, как видно, не работала та область головного мозга, которая управляет движениями. А клетки, связанные с неко­торыми органами чувств, продолжали работать. Поэтому человек слышал все, что около него говорили, но не мог сделать ни одного движения — шевельнуть рукой, губами, поднять веки.

    Причина такого длительного частичного сна — заболевание мозга. Летаргический сон может появиться вследствие крайнего истощения нервной системы, после сильных и длительных волнений, после тя­желой болезни и т. д. Иногда такой сон возникает при воспалитель­ных процессах в мозгу.

    Надо сказать, что, как бы ни был глубок летаргический сон, врач всегда может определить, умер человек или спит.

    По степени глубины летаргические сны бывают и поверхностные, и очень глубокие, когда жизнь в человеке едва теплится. Известны и такие случаи, когда летаргический сон возникал периодически. Один английский священник спал шесть дней в неделю, но каждое воскре­сенье вставал, чтобы поесть и отслужить обедню.

    С 1942 года в одной из подмосковных лечебниц находился боец; привезенный прямо с поля боя, он много лет лежал без сознания, ни­чего не говорил, его с трудом кормили. Прошло восемнадцать лет, и только в 1960 году медицина победила: солдат пришел в себя и вспомнил все, что с ним было. Во время боев под Москвой его тяжело контузило, и он впал в летаргический сон.

    Другая, более распространенная болезнь, связанная с ненормаль­ным сном, — лунатизм, или, правильнее, снохождение. Луна к этой болезни не имеет отношения. Установлено, что лунатики ходят во сне как в лунные, так и в безлунные ночи.

    Известный русский биолог И. И. Мечников рассказывает:

    «Девушка (сиделка больницы) встает с постели и поднимается на чердачный этаж. Дойдя до верхней площадки лестницы, она откры­вает окно, выходящее на крышу, выходит из окна, гуляет по краю крыши на глазах другой сиделки, с ужасом следящей за нею, входит обратно в другое окно и спускается по лестнице. Она ходит бесшумно, движения ее автоматичны, руки висят вдоль несколько наклоненного



    туловища; голову она держит прямо и неподвижно; волосы ее рас­пущены, глаза широко открыты. Она совершенно походит на фан­тастическое привидение».

    Лунатик ничего не помнит о том, что с ним произошло. Иногда во время снохождения больные выполняют домашние работы, а про­снувшись, видят, что работа, которую намечали только сделать, уже выполнена. Раньше в таких случаях это приписывали «домовому».

    Человеческий организм сохраняет еще ряд свойств и скрытых инстинктов, доставшихся нам в наследство от далеких предков — человекообразных обезьян.

    Исследования ученых и повседневные наблюдения показали, что при сомнамбулизме (так еще называется снохождение) приходят в действие иногда древнейшие двигательные механизмы, характерные для наших предков — обезьян. К ним относятся, например, оттопы- ривание больших пальцев на руках и повертывание ступней ног внутрь.

    Но чем же объяснить, что лунатик может свободно пройти по краю крыши? Ответ тут прост. Вспомните, как без труда человек в бодр­ствующем состоянии идет по широкой, устойчивой доске, переброшен­ной через ручеек. Ну, а если та же доска переброшена на большой высоте через пропасть? Далеко не все решатся воспользоваться таким мостиком, как доска. Мешает страх.

    Но ведь у лунатика его нет! Вот почему лунатик, ничего не боясь, сверхсмело идет по самому краю карниза многоэтажного здания.

    Во время снохождения больной находится в особом состоянии, ко­торое называется сумеречным. Больной автоматически совершает дви­жения, не сознавая их.

    Известна еще одна болезнь, связанная с нарушением механизма сна. Ее, кстати, «открыл» Чарлз Диккенс. В своем знаменитом рома­не «Записки Пикквикского клуба» он вывел образ толстого лакея Джо, который тут же засыпал, где садился. Прошло полвека, и врачи описали такую болезнь. Ее называют — нарколепсия.

    Эта болезнь проявляется в двух формах. Человек засыпает в лю­бом положении и в самой необычной ситуации: в кино, на прогулке, во время езды на велосипеде. Сон наступает мгновенно, с ним невоз­можно бороться.

    Болезненный сон длится недолго. Человек просыпается, если к не­му притронуться.

    Другой формой этого заболевания является внезапное ослабление мышц. Человек обычно при этом падает. А непосредственной при­чиной служат эмоции: например, большая радость и т. п. Люди, подверженные такому заболеванию, боятся бурно выражать свои эмоции.

    Наконец, нельзя не рассказать и о тех случаях, когда у человека совсем пропадает сон. Вот о каком сенсационном случае рассказала в конце 1964 года югославская газета «Политика»:



    В скромном селе Влагай (Герцеговина) живет крестьянин Франьо Микулич, который уже 22 года не знает, что такое сон. С именем этого 29-летнего человека связаны еще два необычных свойства: уди­вительная память и способность производить в уме сложные ариф­метические подсчеты. Но Франьо не был таким от рождения.

    Весной 1942 года, когда мальчику не было еще семи лет, побли­зости от него разорвалась ручная граната. Ребенок оцепенел от стра­ха, потом бросился домой. Вечером он напрасно старался уснуть — сон не приходил. Минули недели, месяцы, годы, но он так и не мог заснуть. Врачи, обследовавшие его, утверждали, что Франьо полно­стью здоров. Начальную школу он окончил без затруднений, а потом занялся обычной сельскохозяйственной работой.

         Время сделало свое дело, — говорит Франьо, — и за эти два­дцать два года я привык к бессоннице. Я вполне здоров. Но я бы со­лгал, если бы сказал, что не ощущаю никакого неудобства: ведь не­легко проводить целые ночи в кровати без сна. Летом мне легче, осо­бенно когда стоят теплые ночи. Я гуляю, стараясь не беспокоить своих домашних. После таких прогулок я чувствую себя готовым заняться работой. Как правило, я почти никогда не ощущаю усталости.

    В армии Франьо оказался примерным солдатом и отслужил весь срок. Правда, труднее всего ему было, когда наступало время отбоя, так как солдату положено ночью спать. Пришлось рассказать о своей беде начальству. Франьо был безмерно счастлив, когда ему разреши­ли почти каждый вечер заступать на ночное дежурство.

    У Микулича феноменальная память: без помощи карандаша и бу­маги он выполняет четыре основных действия арифметики; он до сих пор помнит номера винтовок всех солдат своего взвода, хотя прошло уже более семи лет после демобилизации. Командир взвода не раз проверял его память: брал винтовку и называл имя владельца, а Франьо, «как из пушки», отвечал: номер такой-то — и никогда не ошибался. Микулич за несколько секунд перемножает в уме шести­значные числа.

         Я слышал, — говорит Франьо, — что кто-то поставил мировой рекорд, довольно быстро рассчитав на две тысячи лет вперед, когда наступят високосные годы, и определил даты больших праздников. Я не знаю, к кому обратиться, но уверен, что могу легко побить его рекорд и за короткое время рассчитать в уме все эти да(ты не на две тысячи, а на десять тысяч лет вперед. В календаре-столетнике я уже обнаружил около тридцати крупных ошибок.

    Поразительная история!

    Если говорить о бессоннице Франьо, то тут можно найти объясне­ние. Дело в том, что возможен такой сон, который наступает мгновен­но и длится так мало, что его не улавливают ни сам спящий, ни .окру­жающие. Это, повторяем, возможно. Но остается другая загадка: почему и как возникают такие феномены, у которых столь невероят­ная способность к счету в уме? Известно уже много таких случаев —



    и с врожденной способностью к необыкновенному счету, и с возник­шей при каких-либо необычных обстоятельствах бессонницей.

    Разгадку всему этому принесет будущее.

    Биография духов

    Многоликий мир призраков... Он страшит человека не только сво­им обманчивым видом, причудливыми одеждами. Порождаемый на­шим сознанием, он часто напоминает о себе только потому, что чело­век верит в этот призрачный, неуловимый мир.

    Совершим путешествие в ту отдаленную эпоху, когда наши предки только начинали свой путь к «Ьото 5ар1еп5» — к «человеку разум­ному».

    В повседневной тяжелой борьбе протекала их жизнь. Это была борьба с неведомыми стихийными силами природы, со всем, что гро­зило смертельной опасностью, страшило своим внешним проявлением. Каждый день жизни первобытных людей был борьбой за существо­вание, за то, чтобы найти себе пищу, спастись от хищных животных, не погибнуть от стихийных природных сил.

    Насколько тяжелой была эта борьба, говорит хотя бы тот факт, что каждые пять неандертальцев из десяти умирали, не дожив до двадца­ти пяти лет. Ученые узнали об этом, изучая костные останки древних людей, живших на земле 100—150 тысяч лет назад.

    Небезынтересно вспомнить, что некоторые писатели и даже ученые пытались, наоборот, представить далекое прошлое человечества време­нем полного блаженства, именовали его «золотым веком». Известный поэт античного мира Гесиод так воспел ту эпоху:

    Жили люди, как боги, с спокойной и ясной душою,

    Горя не зная, не зная трудов. И печальная старость К ним приближаться не смела. Всегда одинаково сильны Были их руки и ноги. В пирах они жизнь проводили.

    А умирали, как будто объятые сном. Недостаток

    Был им ни в чем не известен. Большой урожай и обильный

    Сами давали собой хлебодарные земли...

    Все это — не более как поэтический вымысел. «Что первобытный человек получал необходимое как свободный подарок природы, — пи­сал В. И. Ленин, — это глупая побасенка... Никакого золотого века позади нас не было, и первобытный человек был совершенно подав­лен трудностью существования, трудностью борьбы с природой».

    Известный исследователь Севера Ф. Врангель писал в XIX веке о народах, населявших этот край. Трудно себе представить, говорит он, до какой степени достигает здесь голод. Существование людей зависит единственно от случая. С половины лета люди питаются уже древесною корою и шкурками, до .того служившими им постелями и



    одеждою. Случайно пойманный или добытый олень делится поровну между членами целого рода и съедается с костями и шкурой. Даже внутренности и толченые рога и кости идут в пищу, потому что на­добно чем-нибудь наполнить терзаемый голодом желудок.

    Речь здесь идет о народах, которые по уровню своего развития находились на стадии первобытности. Эти люди с их жалкими ору­диями труда были перед лицом природы слабыми и беспомощными.

    Много тысячелетий первобытное общество не знало никаких богов. Человек тех времен не мог создать в своем воображении сверхъесте­ственный мир, о котором говорят все религии. Вера в богов появилась лишь тогда, когда сознание людей стало более развитым.

    Интересно, что еще не так давно на земле были обнаружены люди, стоящие на таком же низком уровне развития, что и наши далекие предки. Об этом рассказывает Н. А. Рубакин в своей книге «Самые дикие люди на земле». Сто двадцать лет назад, в 1850 году, несколько английских моряков поселились на острове Огненная Земля, у южной оконечности Южной Америки, для изучения быта и нравов местных племен. Все колонисты по разным причинам погибли на острове, но записки одного из них, капитана Гардинера, сохранились. В них оче­видец рассказал о некоторых племенах Огненной Земли, находив­шихся на очень низкой стадии развития. Речь этих племен была поч­ти нечленораздельной, они пользовались грубыми каменными орудия­ми труда, жили в ямах или шалашах. У них не было никаких суеве­рий, никакой религии. Они не хоронили умерших, не совершали ни­каких обрядов, не имели священных предметов.

    Что же явилось причиной появления у человека религиозных ве­рований? Почему он стал суеверным? Оказалось, что причина кроет­ся в условиях жизни. Не зная естественных причин многоликих явле­ний окружающего мира, страшась грозных сил природы, человек по­степенно начал обожествлять эти силы, наделять их свойствами, присущими ему самому. Благоприятные явления считались добрыми, а те, которые приносили болезни, голод, смерть, — злыми. Позднее люди стали представлять себе эти явления в виде могущественных су­ществ — духов, демонов, богов — и наделять их фантастическими, сверхъестественными свойствами.

    Это было закономерно: ведь первобытный человек очень мало знал о мире, в котором он жил. И недостаток знаний ему заменяло воображение, возбуждаемое страхом и бессилием.

    Силы природы были могущественнее человека, поэтому и божества считались более могущественными, чем сами люди. Богам стали по­клоняться, молиться, приносить им жертвы.

    Религиозные представления у разных народов были самыми раз­нообразными. Обожествлялись животные. У тех племен, которые за­нимались главным образом рыболовством, обожествлялись рыбы. С переходом к земледелию и с приручением животных в первобытном обществе стали обожествлять свиней, собак и других домашних жи­



    вотных, от которых люди ждали помощи в своем хозяйстве. Покло­нялись наши предки и различным предметам (этот вид религиозного верования называют фетишизмом). Но при всем разнообразии форм религиозного поклонения суть его одна: всякая религия делит в со­знании людей окружающий нас мир на две части: мир обычный, материальный, и мир сверхъестественный, вымышленный, населенный могущественными существами, которым подвластна вся наша жизнь.

    Вот отсюда, от этих представлений, и берет свое начало вера во всякого рода духов, привидений и призраков — выходцев «с того света».

    Человек поднялся с постели в плохом настроении. О нем говорят: «встал с левой ноги».

    В разговоре один из собеседников говорит о своем стремлении до­биться исполнения желаемого. Ему тут же советуют трижды плюнуть через левое плечо.

         Левый глаз чешется, — озабоченно говорит женщина. — Ви­дать, сегодня мне плакать.

         А у меня правая ладонь — деньги получать! — весело отме­чает другая...

    Откуда такие странные поверья? Они родились в том фантастиче­ском мире, который наши далекие предки населили всевозможными призраками. Суеверные люди верят в то, что у каждого человека есть два «духа»: «ангел-хранитель» и «бес-искуситель», причем пер­вый находится всегда около человека с правой стороны, а второй — с левой. Если это так, то понятно: все, что находится слева, — это «от лукавого» и, значит, может приносить только неприятности.

    Вот почему и советуют плевать через левое плечо, то есть в злого беса, иначе он может помешать исполнению желаемого. Ну, а если ты поутру встал «с левой ноги», то, значит, начал день под властью того же злого духа, а от него добра не жди!

    С этим суеверием — убеждением, что злой дух, то есть черт, все­гда сидит около человека с левой стороны, — связаны и многие дру­гие нелепые поверья. Левый глаз и левая ладонь ближе к черту, зна­чит глазу плакать, а левой руке отдавать деньги. Зато справа от нас — дух добрый, поэтому тут все наоборот: правый глаз чешется— радоваться, а чешется правая ладонь — получать деньги.

    А привычка у некоторых стариков крестить рот после того, как зевают? И тут, оказывается, не обходится без злого духа: он только того и ждет, чтобы прыгнуть человеку в открытый рот и проникнуть внутрь.

    «Нет, нет, через порог не здороваюсь, — улыбаясь, говорит хозяин дома, встречая гостя. — Еще поссоримся!»

    Вы не следуете этой примете? Если следуете, то у вас, наверное, не возникает мысли, с чем связан такой «запрет». А история суеверия такова. Древние славяне поклонялись духам умерших предков, они верили, что те могут вмешиваться в их жизнь, вредить или помогать



    живым. Хоронили наши предки своих покойников под порогом дома и старались не разговаривать около этого места: не ровен час, духи могут обидеться и поссорят хозяина с гостем.

    Вот куда нас ведет суеверная примета, а ведь для многих она превратилась в наши дни чуть ли не в норму поведения культурного человека — неприлично-де здороваться или прощаться через порог(1).

    А кто не знает пожелания «ни пуха ни пера». Откуда это идет? Все тот же злой дух! Когда в давно прошедшие времена охотник ухо­дил на охоту, а за ним (конечно же!) увязывался его невидимый не­друг, родственники и друзья охотника пытались обмануть духа, от­влечь его от охотника, убедить злого духа, что человек и не помыш­ляет об охоте.

    Наконец, широко распространенное пожелание здоровья человеку, который чихнул. Первобытные люди верили в то, что именно в этот момент в нос человека проникает злой дух. Чтобы избежать этой опа­сности, и следует пожелать чихнувшему здоровья.

    Перечень суеверий, связанных с духами, на этом далеко не закан­чивается. Вот еще одна из них: «Собака воет — к покойнику». А по­чему? Потому, отвечает суеверие, что она видит духа — вестника смерти, когда тот появляется около больного.

    Кто не знает странного обычая обманывать в день первого апреля! Откуда это пошло? От древнего народного праздника встречи весны. В этот день, 1 апреля, хоронили чучело, изображавшее злого духа зимы. А чтобы он не знал, кто виновен в его смерти, все участники надевали маски, обманывали духа.

    Близки к названным приметы, связанные с религиозными пред­ставлениями о душе. Широко известно суеверие о разбитом зеркале. Не зная законов отражения света, первобытный человек не мог по­нять, как возникает его изображение в спокойной воде. Он верил в потусторонний мир и думал, что видит своего двойника, свою душу. Эти представления остались и позднее, когда появились зеркала. Лю­ди стали думать, что разбить зеркало — значит убить свою душу, то есть убить самого себя.

    В Африке у негров племени басуто считалось, что если крокодил «поймает» отражение человека в воде, то последний должен умереть. Малайцы верили, что человек должен заболеть, если кто-нибудь на­ступит на его тень (читай: дух человека).

    Можно вспомнить и еще одну, по существу ту же самую суевер­ную примету: у некоторых индейских племен в Америке считается смертельно опасным разукрашивать лицо человека, когда он спит. Почему? А потому, что в это время души в человеке нет, она может путешествовать, покидать свое тело. Если лицо раскрасить, то, возвра­щаясь, душа может не узнать свое местопребывание, пролетит мимо, и человек, не проснувшись, умрет.

    ...Перед вами несколько различных по форме, но одинаковых по своей сути суеверных примет, так или иначе связанных с миром ду­



    хов, жителей призрачного «того света». И тот, кто в наши дни всерьез пугается разбитого зеркала, недалеко ушел от первобытного челове­ка, боящегося своего отражения в воде...

    О соли и кошке

    Весьма распространенным суеверием до наших дней служит при­мета с солью. Вернее, не одна, а несколько. Самая известная из них: «рассыпать соль — к ссоре». На первый взгляд, в этой примете нет никакого смысла. Однако это не так. Биография примет, связанных с солью, тесно связана с воззрениями древних народов.

    Соль — необходимый продукт для жизни человека. Одновременно она способствует тому, чтобы мясо долго не портилось. По-видимому, эти качества поваренной соли еще в древние века сделали ее не толь­ко одним из символов жизни, но и символом постоянства, вечности.

    Соль считалась священной. Во многих восточных странах вошло в обычай скреплять договоры солью: при заключении союза между враждующими племенами или народами вожди брали в рот соль из одной солонки. Отсюда и пошла суеверная примета: если рассыпать соль, то это предвещает ссору, вражду. В античном мире это так и бы­ло — рассыпанная соль символизировала конец дружеских отноше­ний между бывшими товарищами, приятелями. У цыган об этом су­ществует образная пословица: «Упала соль вражды».

    Вспомните и обратное: у славянских племен издавна существовал обычай встречать уважаемого гостя «хлебом-солью». Небезынтерес­но, что этот символический обычай — скреплять дружбу солью — был известен у многих народов. Так, граждане Древнего Рима в знак дружбы подносили своим гостям соль. В Индии человека, изменивше­го дружбе, называют предателем соли. А в Эфиопии, когда встре­чаются друзья, они дают полизать друг другу куски соли.

    А что делать, когда люди поссорились из-за рассыпанной соли? Оказывается, «несчастью» легко помочь: надо взять щепотку той же соли и трижды перекинуть через левое плечо.

    Вы догадались, в чем дело? Ну конечно. Ведь слева от вас сидит призрак— «лукавый», он и сделал так, чтобы соль лросыпалась. Но можно той же солью, которая священна, прогнать напроказившего бе­са и таким образом избежать неприятностей.

    ...Почему боятся черной кошки?..

    Если об этом спросить у человека, который поворачивает назад, увидев кошку, перебежавшую ему дорогу, то вряд ли он сможет объ­яснить причину своего поведения. В лучшем случае отговорится тем, что делает это не думая, по привычке, с детства.

    Между тем эта широко распространенная (однако не везде) при­мета являет собой яркий пример живучести самых невежественных представлений о природе. Это поверье связано с верой наших предков в так называемых оборотней. Многие в прошлом верили в то, что на



    свете существуют ведьмы и черти, которые будто бы любят оборачи­ваться в кошек. Ну, а раз человеку перебежит дорогу сам черт, то, уж конечно, нечего ждать добра! Отсюда же идет выражение: «Меж­ду ними черная кошка пробежала!.. И здесь имеется в виду «нечи­стая сила», оборотень, который возбуждает ссору.

    Не только в животных, но и в людей оборачиваются ведьмы, ду­мали наши предки. Помните «Майскую ночь» Гоголя? Дочка сотни­ка отрубила лапу у кошки, а это оказалась ее мачеха-ведьма.

    Но ведь такие рассказы мы уже давно воспринимаем как сказки, не более. В наше время трудно найти человека, который верит в злых призраков — оборотней. Но примета, связанная с черной кош­кой, столь же вздорная, надуманная, почему-то живет и часто пор­тит настроение суеверным людям.

    Почему именно черная кошка?.. А потому, что с черным цветом, с темнотой наши далекие предки не без основания связывали многие неприятности, происходившие с ними. Темная ночь, темная пещера, темный лес — все это грозило опасностью, скрывало злых духов, хищ­ных зверей. С тех далеких времен так и повелось: черный цвет стал как бы символом зла, коварства, опасной неизвестности... Отсюда по­шли суеверные представления и о черном вороне как зловещей пти­це, и о ночных вестниках несчастий — сове и филине, и о людях с не­добрыми черными глазами, и о бедной черной кошке, «приносящей несчастье». Кстати, отсюда же, от черного цвета, идет поверье о не­доброй встрече со священнослужителями, которые часто ходили в черных одеяниях.

    Надо отметить, что безобидному домашнему зверю — кошке в со­брании суеверных примет отведено одно из самых заметных мест. Во время грозы, например, рекомендовалось выкинуть черного кота из избы. Почему? А как же: он может привлечь к себе молнию и сжечь дом (!). Нельзя было возить кошку на лошади — лошадь после этого будет сохнуть. Даже кошачий чих был опасен — он грозил че­ловеку зубной болью. Чтобы избежать такой напасти, нужно при этом говорить кошке «здравствуй» (!).

    Надо ли перечислять все «беды» и «неприятности», заключенные в этом животном? Наверное, нет. Но нельзя не сказать самого любо­пытного. Оказывается, та же самая черная кошка в некоторых стра­нах не является носителем зла. Совсем наоборот. Если в России, Бель­гии и Испании принято считать, что черная кошка — зверь недобрый, то в Англии она, оказывается, приносит счастье, а белая предвещает невзгоды.

    Мало того, старые моряки, которым не занимать знаний по части всякого рода поверий, полагают, что кошка на борту, сулит удачу. Особенно если она черная, без единого белого волоска. Поэтому при кораблекрушениях кошек спасают в первую очередь, вместе с жен­щинами и детьми. О том, что черная кошка приносит счастье в доме, говорит и такой факт. В прибрежных районах графства Йоркшир в



    Англии, где живет много рыбаков, существовало поверье: пока жена рыбака держит в доме черную кошку, главе семьи не страшны ни бури, ни ураганы. А в Египте кошки были в особом почете — там они в древности почитались как священные животные, оберегались наро­дом, а после смерти бальзамировались.

    Мы уже упоминали о том, как следует себя вести, если кошка чих­нет (конечно, если вы суеверны). Но, оказывается, ее чих приносит и большую удачу: если кот чихнет неподалеку от невесты в день ее свадьбы, счастливая семейная жизнь обеспечена.

    Вот как немного нужно для счастья, если поверить в сказку!

    А если говорить серьезно, то вы видите, чего стоит весь этот набор суеверий вокруг обыкновенного домашнего животного. Если же все сказанное вас не убеждает в несостоятельности примет, попробуйте проверить на себе хотя бы две такие приметы.

    Чтобы избавиться от ячменя на глазу, достаточно погладить его хвостом черного кота, и он исчезнет. Так же можно избавиться и от бородавок: только для этого годится хвост трехцветной кошки.

    Предвидим: лечение не поможет. Вывод ясен: если оказались не­годными эти приметы, то нельзя верить и всем другим, им подобным.

    Хобби последнего императора

    Последний российский император Николай II, как известно, не обладал большими умственными способностями. Что же касается его суеверия, то вот наглядное тому доказательство. «Самодержец всея Руси» собирал... подковы. Зачем — нетрудно догадаться. Подкова с давних времен у суеверных людей считается приносящей счастье. Ее прибивали к двери или порогу, чтобы никакая беда не вошла в дом. Торговцы верили, что она способна уберечь их товары от воров, а рыбаки — спасти от бурь.

    Уточним: речь идет о подкове, найденной случайно, а не куплен­ной в магазине. Суеверие царя было хорошо известно придворным, и они подбрасывали ему подковы во время прогулок. Монарх радовал­ся как ребенок и складывал «счастливые» подковы в одной из ком­нат. В конце концов она была вся заполнена. Но даже такое количе­ство талисманов не помогло царю, он получил должное.

    Какова же биография приметы о подкове? Она небезынтересна. Этот предмет, по убеждению наших предков, сочетал в себе сразу два волшебных качества. Во-первых, он был сделан из железа, которого боятся злые духи; еще древние римляне вбивали железные гвозди в стены домов, чтобы защитить себя от демонических сил. А во-вто­рых, лошадь относилась к тем животным, которые также способны от­гонять враждебных духов. В прошлые века у многих домов над вход­ной дверью или на крыше прибивали лошадиный череп; позднее его заменили вырезанными из дерева лошадиными головами и копы­тами.



    Но если и железо и лошадь надежно охраняют от злых духов, то еще лучше их объединить. Так возникла примета о «счастливой под­кове», сочетающей в себе защитные качества коня и железа.

    Приведенный выше пример — древнее суеверие о талисманах или амулетах, предметах, которые способны, по суеверным представлени­ям, приносить их владельцам счастье и удачу, отвращать болезни, защищать от враждебных потусторонних сил.

    Вера в талисман возникла еще в те времена, когда человечество не вышло из стадии дикости. Олицетворяя силы природы, первобыт­ные люди наделяли сверхъестественными свойствами не только эти силы, но и отдельные предметы. В таких предметах человек хотел видеть своих помощников, спасающих его от хищных зверей, помога­ющих на охоте, отгоняющих злых духов.

    Какие это были предметы? Практически нередко происходило так. Заметив сходство какого-нибудь камня с животным, человек взял его на охоту. Охота была удачной. Это могло привести неразвитый ум к выводу, что странный камень, похожий на животное, — основ­ная причина его удачи. Так камень превращался в сознании перво­бытного человека в чудесный предмет — в талисман.

    Почитание предметов распространено у всех народов. Особенно оно процветает у племен, отставших в своем развитии. Так, колдуны або­ригенов Австралии носят при себе различные блестящие камни, кото­рые служат главным признаком их могущества. Чем их больше, тем сильнее колдун. У многих африканских народов охотники не начина­ли охоты до тех пор, пока не находили подходящего предмета, кото­рый поможет на охоте.

    Так родилась и прошла через века суеверная вера в необыкновен­ные, сверхъестественные силы обыкновенных вещей, вещей-духов. Они, эти вещи, могут быть самыми различными — от простого гвоздя до зуба редкого животного.

    Талисманы, оберегающие человека от всяких бед, в большом по­чете у суеверных людей и в наши дни. Достаточно сказать, например, что в Соединенных Штатах Америки миллионы американок носят в своих сумочках заячьи лапки. Для счастья.

    Впрочем, не стоит ездить так далеко, чтобы убедиться в этом суе­верии. Его хватает и у нас. Посмотрите повнимательнее в кабины автомашин. Вот рядом с водителем раскачивается забавный чертик. А вот — детская погремушка. У иных это талисман. На счастье.

    Можно вспомнить и о семи фигурках слонов (не стоят ли они у вас в доме?). Это суеверие пришло к нам из Индии, где поклонялись богу счастья Ганеши, которого изображали в виде юноши с головой слона.

    В большом почете талисманы-камни. С незапамятных времен су­ществует вера в чудодейственную силу драгоценных камней, считают, что они могут сделать человека невидимым, дают ему счастье, здо­ровье, красоту, богатство.



    Такие талисманы носили согласно месяцу рождения, так как .каж­дому месяцу в году соответствовал свой камень-покровитель.

    Считалось так: кто родился в январе, для того талисманом слу­жит гранат, в феврале — аметист, марте — яшма, апреле — сапфир, мае — берилл, июне — изумруд и агат, июле — оникс, августе — сердолик, сентябре — хризолит, октябре — аквамарин, ноябре — топаз и в декабре — рубин.

    Вера в магическую, сверхъестественную силу драгоценных и полу­драгоценных камней была в минувшие века настолько непоколеби­мой, что почти никем не бралась под сомнение. Многие авторы средне­вековья писали даже о том, что драгоценные камни одарены жизнью — они могут подвергаться недомоганиям, старению и смер­ти, «они даже оскорбляются обидой, нанесенной им, и вследствие этого бледнеют и теряют свою гладкость».

    Неистощима фантазия людей, блуждающих в мире суеверий!

    Мистика чисел

    Во что только не превращала фантазия наших предков представи­телей призрачного мира! И в деревья, и в камни, и в птиц, и в живот­ных. Но и этого было мало... Число — вот еще где зашифрованы призраки.

    Числа, а не кто другой правят миром, утверждал знаменитый ма­тематик древности Пифагор. В V веке до нашей эры он создал школу единомышленников, которая во многом походила на религиозную. Религией у них была математика. Пифагорийцы верили в мистиче­скую жизнь чисел, думали, что за каждым предметом обязательно стоит определенное число.

    Числа, как и духи, несут с собой людям добро и зло, счастье и несчастье. Надо только знать, какие из них добрые, какие злые.

    Выше всех у пифагорийцев стояла единица: она начало всего су­щего, всей Вселенной и даже богов. Двойка несет с собой любовь, брак, союз. Одновременно это символ непостоянного, а совершенство сим­волизирует тройка. Но самым совершенным числом пифагорийцы считали шестерку, так как она обладает замечательным свойством: получается в результате сложения или перемножения всех чисел, на которые оно делится. 6 делится на 1, 2, 3. Если сложить эти чис­ла или перемножить их, то получится 6. Таким свойством не облада­ет ни одно другое число.

    Большим почетом была окружена семерка. Это было число свя­щенное. Почему? Потому что в нем древние видели как бы отраже­ние многих явлений мира. Неделя делилась на семь дней. На небе было семь планет, на земле — семь чудес света. В созвездиях Боль­шой и Малой Медведиц насчитывалось по семь звезд.

    В средние века в игральных картах была «семерка-дьявол», ко­торая била все другие карты.



    Отголоски почитания этого числа дошли до наших времен. Вспом­ните, мы говорим: «Семеро одного не ждут», «Семь раз отмерь, а один отрежь». Не пять и не шесть, а именно семь.

    Была у пифагорийцев еще одна группа «счастливых» чисел — так называемые дружественные. Это пары чисел, каждое из которых равно сумме делителей другого. Скажем, 220 и 284. Если сложить все делители числа 220 (за исключением самого числа), то сумма полу­чится как раз 284 (1+2+4+5 + 10+11 + 20+22+44+55+110). А сумма делителей 284 равна 220 (1+2+4+71+142). Такой необыч­ной взаимосвязи чисел в древности придавали мистическое значение.

    Числовая мистика не является открытием древних греков. Она возникла в странах Малоазиатского материка несколько тысяч лет назад; оттуда перешла к древним грекам, а в средние века широко распространилась по Европе. И с самого зарождения она была связа­на с религиозными верованиями. Например, у племени халдеев, на­селявших древнее Вавилонское государство, «творец мира» бог Бел обозначался числом «20», «11» олицетворяло бога Мордука. Эта свое­образная «зашифровка» богов оставила след в позднейших религиоз­ных верованиях. Так, в Апокалипсисе рассказывается о том, что чис­ло «666» обозначает антихриста. В разные времена толкователи чис­ловой мистики выдавали за антихриста Нерона, Мухаммеда, Напо­леона. Когда католическая церковь вела ожесточенную борьбу с ре­лигиозным реформатором Лютером, то католики также старались «математически доказать», что с Лютером связано именно это чис­ло, а значит, он не кто иной, как антихрист.

    «Плохие» и «хорошие» числа существовали во многих странах. Прошло много веков и даже тысячелетия с тех пор, но старая мисти­ка не умерла окончательно. Вера в то, что числа могут приносить нам удачу или беду, цепко держится в сознании суеверных людей.

    Особенную популярность имеет старое-престарое поверье о числе «13» — «чертовой дюжине». Происхождение этого поверья ничем особенным не отличается от многих других ему подобных, рожден­ных незнанием. В настоящее время мы пользуемся десятичной систе­мой счисления. В ее основе лежит 10. В древности у китайцев, рим­лян и некоторых других народов за основу счисления принимали не 10, а 12. Позднее такой счет — дюжинами, а не десятками — был принят и во многих европейских странах, в том числе у нас на Руси.

    Таким образом, число «12» как бы замыкало известную группу чисел.

    А что было дальше?

    Когда-то, в далеком прошлом, люди еще не могли дать на это от­вет. За числом «12» шло неизвестное. Оно могло сулить и плохое и хорошее. Скорее всего, плохое: ведь оно было неизвестным и, значит, чем-то опасным!

    И вот рождается легенда о «несчастливом» числе, которое следу­ет за 12 (а 12, наоборот, считалось «счастливым»). Позднее, когда чис­



    ло «13» уже появилось в системе счисления, за ним так и остается его «дурная слава».

    Такова немудреная биография «чертовой дюжины». Выходит, что человек, верящий в наши дни в столь безосновательную примету, уподобляется тем нашим далеким предкам, которые не умели счи­тать дальше дюжины.

    В век величайших достижений науки, когда наши знания уже не оставляют камня на камне от всех суеверий прошлого, во многих до­мах Лондона вы не найдете квартиры под № 13, в кинотеатре не уви­дите 13-го ряда!

    Да, «страшное» число «13»... Между тем с тем же успехом это могло быть, скажем, 11. Ведь известно, что в Австралии (да и в дру­гих местах земного шара) еще существуют племена, в языке у кото­рых только три числа: один, два и три. Когда надо сказать «четыре», человек говорит «два-два», «пять» — «три-два» и т. д. А за десяткой у многих австралийских племен счет обрывается. Уровень их жизни таков, что они не нуждаются в больших числах. И для них за чис­лом «10» идет то неизвестное, что всегда страшит суеверных людей.

    Но для наших суеверов пугалом стало число «13». И оно не на шут­ку беспокоит тех, кто не дает себе труда поразмышлять над просты­ми вещами. Поэтому и поныне существует поверье: если за столом сидят тринадцать человек, то в течение года кто-то из них должен умереть. При этом особой опасности подвергает себя тот, кто встает из-за стола первым или последним.

    «Роковое» число «13» в свое время изрядно попортило жизнь знаменитому итальянскому певцу Карузо. Эта малоизвестная у нас история (она пересказана в русском переводе Т. Ауэрбахом) очень яр­ко показывает, какое сильное влияние может оказывать на человека суеверие. Вот она.

    13   октября 1894 года в то время еще никому не известный Энрико Карузо пришел к директору неаполитанского театра «Меркаданте» на испытание в присутствии великого Пуччини. Карузо шел на это испытание с тяжелым сердцем. Он боялся тринадцатого числа. Отка­заться от такой блестящей возможности не могло быть и речи, но... тринадцатое число!

    Чтобы как-то успокоить себя, придать уверенности, суеверный мо­лодой человек взял с собой талисман; еще с вечера он положил его в карман.

    Но проклятое число не давало покоя. Может быть, стоит вынуть из кармана талисман и держать во время пения в руках?.. Но что это?.. Карузо лихорадочно роется в карманах... Талисмана нет.

    Карузо уже весь во власти суеверия. Надо вернуться домой, по­искать... Но уже пробило половина десятого, пора быть в театре.

    Певец не может справиться с волнением. Ведь сегодня все может решиться. Понравится пение директору театра — будет подписан вы­годный контракт. Надо петь! Петь, даже если потерян талисман.



    Петь? Но Карузо наверняка знает: провалится. Он совсем расте- рялся*

    И вот театр.

         Ну, что же вы нам споете?

    Карузо говорит (почему, так он никогда и не смог этого объяснить):

         Каватину из «Фауста» Гуно.

    А ведь именно это ему запретил петь учитель, так как голосу пев­ца тогда еще не хватало высоты и уверенности. Впрочем, зачем об­манывать себя. Главной причиной полного провала был страх: не по­мог и стакан воды — голос отказывался повиноваться.

    Наступило тягостное молчание. Позже Карузо не смог даже рас­сказать, как очутился дома. Только он подошел к своей кровати — сразу же увидел на полу талисман. И тут же появился голос.

    После этого случая Карузо купил медальон и вложил в него свой талисман. Теперь он всегда будет висеть на шее, больше не повторит­ся позор 13 октября 1894 года!

    Карузо стал профессиональным певцом. Его теперь знают, зовут на гастроли. Он в Трапани, на острове Сицилия. Все билеты распро­даны, зрители с нетерпением ждут начала оперы. Но спектакль не состоялся... Снова помешало тринадцатое число.

         Сегодня выступать не могу, — заявил Карузо директору театра.

         Почему?

         Пропал мой талисман!

        Вы что, с ума сошли?! Вы мужчина или истеричная прима­донна?

         Поверьте, у меня ничего не получится. Два года назад, когда я тоже оказался без талисмана, случилось именно так. Ох, как меня преследует эта проклятая чертова дюжина!

    Но директор угрожает:

        Синьор Карузо, вы не знаете, что такое Сицилия! Если вы не выступите, сицилийцы разгромят театр. А нас с вами убьют.

    ...Карузо на сцене. Пытается петь, но не может. Полный провал! Директор приказал опустить железный занавес. Карузо еле удрал в свой отель как был, в гриме.

    А наутро следующего дня горничная принесла Карузо медальон с талисманом. Он случайно вместе с рубашкой попал к прачке... И Карузо вновь обрел голос. В тот же день у него произошел раз­говор с директором театра:

        Ах, дорогой синьор Карузо, сегодня вечером вы все же буде­те петь. Обязательно!

         После того, что случилось вчера?!

         Но вы не знаете, что было потом! Вместо вас выступил один из певцов нашей труппы. Публика прогнала его! Представьте, она по­требовала, чтобы вы вернулись.

    В этот вечер Карузо превзошел самого себя. Именно с того дня он



    был объявлен величайшим тенором мира. Выступал он часто, почти каждый вечер. Однако был один день в каждом месяце, когда знаме­нитый певец ни за что не хотел выступать.

    Прошли годы, и Карузо, человек достаточно умный, понял, что его неудачи, связанные с тринадцатым числом, просто-напросто ре­зультат самовнушения. Он начал выступать и по тринадцатым чис­лам.

         Тринадцатое число потеряло для меня свою роковую силу. Больше я не верю в глупые предрассудки! — говорил он позднее.

    В клену у примет

    С давних времен отличались от других своим «набором» суеверий морские поверья. Так, у древних греков считалось бедой, если на мач­ту корабля сядет безобидная ласточка. В течение многих веков широ­кое распространение имела примета о том, что женщина на борту приносит несчастье. В эпоху парусного флота моряки были убежде­ны, что встреча с «Летучим голландцем», кораблем-призраком, — верная примета собственной гибели.

    Появлялся на море смерч — и люди верили, что это злой дух мо­ря. Бороться с духом было принято двумя способами. Во-первых, нужно вонзить в мачту нож с черным клинком; во-вторых, отчаян­но стучать саблями одна о другую.

    В наши дни многие морские поверья, как и все другие предрас­судки прошедших времен, уходят в небытие. Но интересно отметить, что «просвещенная современность» не застрахована от появления но­вых суеверий, неизвестных прежде. Невольным творцом ее стал не­безызвестный английский поэт С. Кольридж. В 1798 году он написал ставшую широко известной «Поэму о Старом моряке». В ней расска­зывается о том, как мореплаватель убил стрелой большую морскую птицу, альбатроса-скитальца, и этим навлек беду на свой корабль. Поэма и породила ни на чем не основанное суеверие.

    Среди предрассудков, бытующих у моряков с давних времен, нет никаких сведений о том, что убийство альбатроса грозит несчастьем. Наоборот, в истории мореплавания известно немало случаев, когда моряки питались мясом убитых альбатросов. Заплывая в прошлые века в воды Южного полушария, многие занимались, часто ради за­бавы, «уженьем» альбатросов при помощи большого крючка и куска мяса. Но появилась поэма Кольриджа, и... родилось новое суеверие.

    Не так давно она даже послужила причиной забастовки англий­ских моряков. В Ливерпуле отказались работать матросы грузового судна «Кэлпин стар», которое доставило из Антарктики различных птиц для зоопарков Европы. Среди них находился альбатрос-скита­лец. Рейс был тяжелым для моряков. Штормы сильно потрепали суд­но. А вскоре после того, как оно зашло в порт, альбатрос околел. При­чиной его смерти была колбаса, которую дал птице один из матросов.



    ЛЮДИ ВЕРИЛИ, ЧТО СМЕРЧИ — ЭТО ЗЛЫЕ ДУХИ МОРЯ.



    Несмотря на это, суеверные члены команды отказались плыть в об­ратный рейс. Они заявили, что альбатрос был злым духом корабля и теперь, поскольку он на нем погиб, надо ожидать еще больших бед.

    Эта любопытная история убедительно показывает, как необосно­ванно рождаются предрассудки даже в наше время. Но они находят благоприятную почву только среди тех, кто уже заранее всем строем своего миропонимания готов поверить в сверхъестественное, потусто­роннее. Если для человека окружающий его мир материален и только материален, если он стократно убежден в том, что все происходит в природе по законам развития материи, если, наконец, — и это глав­ное — сам образ его мышления не допускает ничего мистического, ненаучного, такой человек не может быть суеверным.

    Ну, а если он суеверен, то сколь немного требуется, чтобы вовсю разыгралась его фантазия! Если в своем сознании он заранее готов встретиться с чертовщиной, то в природе для него всегда найдутся явления и факты, питающие мистически настроенный ум.

    И дело не только в том, что суеверный человек выставляет себя в смешном виде, в том, что он забивает себе голову бесполезным гру­зом предрассудков. Суеверие мешает ему жить, подрывает веру в свою волю, порождает чувство бессилия перед «судьбой». Одурманенный древними представлениями, такой человек как бы переносит свою жизнь в далекое прошлое, когда люди видели всюду таинственные, необъяснимые силы, с которыми надо считаться. Живя в мире при­зраков, он незаметно для себя все больше окунается в этот мир. Он на­чинает верить и в «дурной глаз», и в то, что урожай грибов предвеща­ет войну, легко поверит тому, что заговором можно причинить или излечить болезнь, что каждому заранее предназначена определенная судьба, «чему быть, того не миновать»...

    Привыкший во всем «советоваться» с поверьями старины, суевер не довольствуется тем, что ему «предскажет» та или другая примета. Он сам «творит» эти чудесные приметы, с тем чтобы с их помощью обеспечить себе удачу. Если нечаянно разбитая тарелка сулит чело­веку счастье, то почему бы ее не разбить сознательно?! Некоторые так и поступают: бьют тарелки «на счастье».

    Посмотрите на суеверного парня в тот день, когда ему предстоит сдавать какой-нибудь экзамен. Встав утром с постели, он следит, что­бы не ступить на пол левой ногой, затем ищет именно ту рубашку, в которой когда-то (может быть, несколько лет назад) сдавал экзамен и получил хорошую отметку, потом кладет в ботинок под пятку пя­так, а в карман — огрызок цветного карандаша (говорят, это тоже помогает получить хорошую оценку), дальше всеми способами ста­рается намекнуть, чтобы ему сказали: «Ни пуха ни пера»...

    Неприглядная картина!

    Наконец, можно вспомнить и еще большее: история знает случаи, когда самая нелепая вера в «тот мир», мир духов и призраков, приво­дила к страшным преступлениям.



    Это случилось в 1879 году в деревне Врочеве Тихвинского уезда. Солдатская вдова Аграфена Игнатьева с молодости слыла колдуньей. Люди верили, что она способна насылать на людей «порчу». Однаж­ды, после того как она зашла в дом к крестьянину Кузьмину, у того заболела падучей дочь. Вскоре той же болезнью начала страдать дру­гая женщина, причем обе заболевшие во время припадков выкрикива­ли, что «испортила» их Игнатьева., Этого было достаточно для того, чтобы суеверные люди учинили над ней самосуд. Они заперли ее в хате, заколотили окна и заживо сожгли.

    Уже в наше время, в 1928 году, в США разбиралось дело об убий­стве некоего Регмейера. Его прикончили только за то, что на голове у человека среди седых волос сохранился небольшой черный клок! Убийцы убежденно заявили, что по этому признаку в Регмейере рас­познали колдуна и его следует уничтожить. Ослепленные нелепым суеверием, простые рабочие люди пошли на тяжелое преступление: убили старика, облили его керосином и сожгли. А «дьявольскую» прядь волос срезали и зарыли в землю.

    «Если человек тонет, значит, его схватили водяные духи. Лучше с ними не связываться — опасно!» Такое поверье уже в наш век неред­ко приводило к моральным преступлениям. В английской газете «Обсервер» в 1926 году утверждалось, что благодаря этому вздорному суеверию люди «смотрят сложа руки, как тонет человек».

    ...Наши дни. Франция. Один земледелец из Майенны был найден в конюшне с пятью сломанными ребрами: его лягнула лошадь. По совету ведуньи, он связывал хвостами коня и корову, чтобы изгнать злых духов.

    Другой фермер чуть не убил из ружья своего сына.

         Кипяти час бычье сердце, — посоветовала ему знахарка. — Ко­гда на поверхности пойдут пузыри, первый человек, который перешаг­нет через порог, будет тем, кто тебя сглазил.

    Дверь открыл сын.

    Читая подобные сообщения, думаешь: почему люди верят в такие нелепые вещи? Привычка? Да, она бесспорно играет немалую роль в живучести суеверий.

    Сталкиваясь с детских лет с различными пережитками прошлого, человек настолько привыкает к ним, что уже не задумывается над главным: а можно ли этому верить?

    Из поколения в поколение передаются и закрепляются в сознании различные предрассудки — вместе с опытом, обычаями, знанием. Недаром говорил К. Маркс: традиции всех мертвых поколений тяго­теют, как кошмар, над умами живых!

    Десятки и сотни раз мы наблюдаем, как дорогу перебегает черная кошка. Мелькнет и тут же забывается мысль о смешной примете. И действительно, с вами не происходит ничего неприятного. Но вот после одной из встреч с четвероногим «носителем зла» — оборотнем у человека происходит какая-то неприятность. Его память услужливо



    напоминает: перед этим была черная кошка! И теперь его уже труд­но убедить в том, что совпадение не говорит ни о чем.

    Трудно потому, что он хорошо запомнил этот случай и забыл все остальные. Ведь если из десяти случаев вздорная примета окажется верной хотя бы один раз, то мы запомним это скорее, чем все несов­падения. Таково, к сожалению, свойство нашей памяти.

    Но это справедливо лишь при том условии, если сам человек скло­нен к суевериям. Хорошо сказал английский философ-материалист Ф. Бэкон: «Разум человека все привлекает для поддержки и согласия с тем, что он некогда принял, — потому ли, что это предмет общей веры, или потому, что это ему нравится. Каковы бы ни были сила и число обстоятельств, свидетельствующих о противном, разум не за­мечает их или пренебрегает ими... И потому правильно ответил тот, который, когда ему показали повешенные в храме изображения спас­шихся принесением обета от опасного кораблекрушения и при этом добивались ответа, признает ли теперь он могущество богов, спросил в свою очередь: «А где изображения тех, кто погиб после того, как принес обет?»

    Таково основание почти всех суеверий — в астрологии, в снови­дениях, в предзнаменованиях и тому подобном. Люди, услаждающие себя подобного рода суетой, отмечают то событие, которое исполни­лось, и без внимания проходят мимо того, которое обмануло, хотя последнее бывает гораздо чаще».

    Мистика за столом

    Несколько человек неподвижно сидят вокруг стола и держат ру­ки на перевернутом вверх дном блюдце. В комнате тишина. Все на­пряженно ждут чего-то. «Пошло», — вдруг приглушенно вырывается у присутствующих. Блюдце медленно движется.

    Чем же занимаются эти взрослые люди? Они вызывают... призра­ков с того света!

    Иногда вместо блюдца пользовались столом. Участники клали на него руки и задавали вопросы. Стол покачивался и выстукивал услов­ной азбукой ответ...

    Эта история началась в прошлом столетии, в 1848 году, в Со­единенных Штатах Америки. В небольшом городке Гайдесвилле (штат Нью-Йорк) в семье чиновника Фокса стали происходить странные ве­щи. Фоксы переселились в дом, где до этого было совершено убийство. Вскоре родители стали слышать по ночам постукивание в комнате их дочерей. Что это могло быть? Девочки спали как будто спокойно. Вещи стояли на своих местах. Мысли суеверной семьи обратились к духам: может быть, это стучит выходец с того света, желая обра­тить на себя внимание людей? Тогда сестры Фокс решили задавать не­ведомому духу вопросы и просили его отвечать постукиваниями: при утвердительном ответе — тремя ударами, при отрицательном — двумя.



    И «разговор» состоялся! Оказалось, что с людьми разговаривает... душа убитого в этой комнате разносчика.

    Позднее была разработана усовершенствованная система сношения с потусторонним миром: при перечислении букв алфавита дух сту­чал, когда произносилась нужная ему буква. Таким путем духи по­лучили возможность отвечать словами.

    Можно себе представить, какой шум поднялся вокруг всей этой истории! Сестры Фокс, через которых духи общались с земным миром, были признаны «медиумами», то есть посредниками.

    Так на земном шаре появилось еще одно суеверие — спиритизм (от латинского слова «спиритус» — дух).

    Прошло немного времени, и спиритизмом начали заниматься сот­ни любителей общения с потусторонним миром. Новое модное увлече­ние захватило сначала Америку, а затем перекинулось в Европу, при­шло в Россию. Люди, верящие в загробную жизнь, принимали все рас­сказы о беседах с душами умерших за чистую монету. Шарлатаны разъезжали всюду, рекламируя свои способности медиумов и очищая карманы простаков. Теперь духи уже не только стучали ножками столов, но и отвечали голосом на вопросы, стонали, лепили из воска фигуры и даже подбрасывали предметы!

    Самым распространенным способом общения с миром духов был «разговор» с помощью стола.

    Увлечение спиритизмом коснулось даже ученого мира. С лег­костью поверили в него те, кто боролся против материалистических взглядов. Теперь многие из них включились в крестовый поход про­тив материализма. Они писали целые книги о спиритизме, «научно» объясняли возможность общения с душами, пересказывали беседы с умершими, происходившие на спиритических сеансах.

    Спиритизм был объявлен «отраслью положительного знания»: поскольку он опирается на факты, полученные опытным путем, его достоверность можно проверить. Что ж, если это так, то действитель­но науке следовало серьезно разобраться в сущности спиритизма. У нас в стране разоблачить спиритов решил знаменитый Д. И. Мен­делеев. В своей записке Физическому обществу он писал:

    «Пришло время обратить внимание на распространение занятий так называемыми спиритическими или медиумическими явлениями как в семейных кружках, так и в среде некоторых ученых. Занятие столоверчением, разговором с невидимыми существами при помощи стуков, опытами уменьшения веса тел и вызовом человеческих фи­гур при посредстве медиумов грозят распространением мистицизма, могущего оторвать многих от здравого взгляда на предметы и уси­лить суеверие, потому что сложилась гипотеза о духах, которые буд­то бы производят вышеупомянутые явления...»

    Менделеев предлагает создать комиссию из ученых для исследова­ния спиритических явлений; в мае 1875 года она была создана и на­чала свою работу.



    Принимавшие участие в этой работе сторонники спиритизма при­гласили в Россию англичанку Клайер, которая, по их уверению, имела большие медиумические способности.

    Клайер согласилась и продемонстрировала перед комиссией свои способности. Опыты были удачными. Тогда члены комиссии предло­жили повторить опыты, но... на других столах. Их сделали специ­ально. Дело в том, что конструкция этих столов (манометрический и пирамидальный) исключала возможность медиуму использовать свою мускульную силу. Манометрический стол обнаруживал, чьи усилия толкают стол, а пирамидальный был устроен так, что руками, нало­женными на стол, нельзя было ни приподнять, ни наклонить его.

    Вот тут-то у спиритов и их защитников и начались неприятности! Д. И. Менделеев описал события так: «И вот мы сели раз в комиссии с г-жой Клайер за манометрический стол тотчас после того, как прос­той столик и скользил, и качался, и подскакивал... С нашим столом никаких движений не было. А потом — сколько раз ни просили по­сидеть за манометрическим столом — всё получали отказ; нет, ста­нет сидеть за обыкновенным столиком, говорили нам. Взяли наконец свидетели-спириты стол к себе, говорят: попробуем дома, тогда ся­дем. Взяли, а там и отказались от всяких заседаний, говорят: вы по­дозреваете обман, а наш медиум выше подозрений».

    Тот же конфуз вышел у спиритов и в опытах с пирамидальным столом, который имел косые, расходящиеся ножки, причем он был не тяжелее стола обыкновенного. «Следовательно, — замечает Д. И. Мен­делеев, — если бы существовала некоторая медиумическая сила, дей­ствующая иным образом, чем мускулы рук и ног медиума, то этот стол с косыми ножками мог бы качаться и подниматься. Но духи в этом случае предпочитали молчать!»

    Нетрудно догадаться, на какую мысль наводят результаты опы­тов: стол приводится в движение не какой-то таинственной силой, а самим медиумом. Задавая духу вопросы, спириты, сидящие за сто­лом, сами и отвечают на них. Значит, все они жулики? Нет.

    Попробуйте сделать сами такой опыт. Подержите на вытянутой руке нитку с подвешенным на конце грузиком. Подождите, пока гру­зик перестанет покачиваться. Теперь мысленно представьте себе, что грузик начинает раскачиваться в каком-либо направлении. Через не­которое время вы увидите, что грузик начнет раскачиваться в этом направлении — сильнее и сильнее, хотя рука ваша как будто остает­ся в покое.

    Перемените мысль: начните думать, что грузик делает круговые движения — и он изменит направление своего движения, как бы по­вторяя вашу мысль. В чем тут дело?

    «Виноват» здесь сам человек. Никакие усилия воли не в состоянии удержать вытянутую вперед руку в полном покое. Поэтому в подве­шенном на нитке предмете можно всегда обнаружить незаметное на глаз непроизвольное дрожание. Но главное в другом: в том, что ра­



    бота наших мышц тесно связана с нервной системой. Сокращения в мышцах происходят по команде импульсов возбуждения, идущих от центральной нервной системы. Благодаря такой связи наша мысли­тельная деятельность может в какой-то степени сказываться на со­стоянии мышечной системы. Вот почему напряженная мысль о ка­ком-нибудь движении приводит к самому движению. При этом в мыш­цы направляются импульсы возбуждения. Известно, что стоит чело­веку подумать о каком-нибудь высоком предмете, как появляются импульсы в тех мышцах глазных яблок, которые своим сокращени­ем поднимают глаза кверху. Мышцы сокращаются как бы автомати­чески вслед за мыслью о движении. «Мысль о движении есть уже начало движения», — говорил русский физиолог И. Р. Тарханов.

    Это явление называют идеомоторным актом (от греческого слова «идея» — мысль, представление, и латинского слова «моторный», то есть двигательный, приводимый в движение).

    Вот он-то и лежит в основе нашего опыта. Нам кажется, что ру­ка остается все время в покое, а в действительности она как бы со­провождает нашу мысль незначительными, незаметными на глаз движениями. И с таким же явлением мы сталкиваемся на спирити­ческих сеансах: слабые, незаметные на глаз движения рук какого- нибудь участника из наиболее восприимчивых к идеомоторному ак­ту подхватываются другими и передаются столу — он начинает по­стукивать.

    Когда участники спиритического сеанса задают духам вопрос, они заранее предугадывают примерный ответ. Настраиваясь на этот от­вет, они, сами того не подозревая, затем и выстукивают его. При этом часто бывает так: первоначальные буквы и слова выбиваются очень неуверенно, а затем, когда слово уже угадывается каждым участни­ком, их действия становятся более согласованными и более уве­ренными.

    Любопытно вспомнить такой случай: не очень грамотный чело­век вызвал духа, известного знатока грамматики. Каково же было удивление присутствующих, когда тот в своем ответе допустил гру­бейшие грамматические ошибки! Тот, кто вызвал духа, явно пере­оценил свои силы.

    Д. И. Менделеев по этому поводу писал:

    «Гипотеза эта (спиритическая) не объясняет прямо того, почему в речах духов отражается ум медиума, отчего у интеллектуального медиума речь духа иная, чем у неразвитого... Дух ребенка или дух жителя другой планеты может говорить только то, что знакомо или мыслимо медиумом, словом, по гипотезе спиритов, дух становится рабом медиума».

    Ну, а как же с теми духами, которые подают голоса?

    Тут нам надо вспомнить о галлюцинациях. Дело в том, что уча­стники спиритических сеансов под влиянием длительного напряжен­ного ожидания сверхъестественных явлений впадают в состояние



    между сном и бодрствованием. При этом легко могут вызвать у себя картины галлюцинаций и тогда слышать и видеть и даже осязать «гостей» с того света. Не надо говорить, что среди поклонников спи­ритизма было немало психически неуравновешенных, легко возбу­димых личностей.

    Но продолжим наш рассказ о работе комиссии под председатель­ством Д. И. Менделеева. В октябре 1875 года перед ней предстали братья Петти. Они демонстрировали капли жидкости, которые остав­лял дух, и звон колокольчика, помещенного за занавесью, перед ко­торым сидели медиумы.

    Из протоколов комиссии мы узнаем, как проходила проверка: «Братья Петти производили некоторые из медиумических явлений, обещанных особыми заявлениями, когда не было принимаемо ника­ких предосторожностей, предупреждающих возможность обмана. Обещанные медиумические явления или вовсе не совершались в при­сутствии братьев Петти, или же обманные их действия обнаружива­лись каждый раз, когда принимались членами комиссии простейшие меры, могущие изобличить подлог. Свидетели, ссылаясь на многолет­нюю практику спиритизма, а также и сами медиумы требовали при сеансах выполнения таких условий, как темнота или полутьма и уда­ление членов комиссии от медиумов, при которых устранялась воз­можность точного наблюдения».

    «В заседании 20 ноября оказался разрыв занавески, находившей­ся около медиумов и назначенной для преграждения им доступа, к колокольчикам, звон которых составлял обещанное спиритическое явление». При этом на рукаве медиума обнаружили часть нитки, ко­торой были сметаны две половинки занавески. Не появлялись и капли жидкости на месте бумаги, когда голову медиума члены комиссии на­крыли скатертью.

    Таким образом, здесь ученые столкнулись, грубо говоря, с наглым обманом. Бесспорное шарлатанство обнаруживается во всех тех слу­чаях, когда духи вылепливают из воска фигуры, фотографируются и т. п. Как только при проведении спиритических опытов принима­лись меры, предупреждающие обман или разоблачающие его, все «чу­деса» исчезали.

    Стоит вспомнить, как отзывался о спиритизме Ф. Энгельс. Это «самое дикое из всех суеверий, — говорил он, — может поразить лю­дей тогда, когда они занимаются лишь собиранием поверхностных фактов и не проникают в глубину явлений, в их сущность, не выяв­ляют те внутренние закономерности, по которым эти предметы или явления развиваются. Пустая вера в общение с миром духов может поразить людей лишь тогда, когда они пренебрегают теоретическим мышлением, когда они игнорируют научную материалистическую философию».

    Проверка не принесла славы защитникам загробного мира. Но... спиритизм не исчез. И неудивительно. Всегда находились и находят­



    ся желающие говорить с духами. Они не слушают никаких доказа­тельств, изобличающих спиритизм, и понятно, что таких людей нель­зя переубедить.

    А между тем дело с одурачиванием простаков и суеверов на «ниве спиритизма» поставлено в некоторых буржуазных странах на широ­кую, деловую ногу. Существуют общества спиритов, издаются газеты. Так, в Италии в г. Камерино существует «Газета привидений», изда­ваемая спиритами и медиумами, а в Риме даже «Музей оттисков и слепков рук привидений».

    О том, каких «высот» мистики достигают занятия спиритов, хоро­шо иллюстрирует история Брайди Мэрфи. Произошла она лет 15 назад в США. В штате Колорадо некто Бернстайн занимался гипно­тическими опытами. И вдруг обнаружил у одной из своих пациенток, Вирджинии Тай, поразительную вещь: ее душа переселялась из одно­го тела в другое! Рассказала об этом, конечно, сама Тай, находясь в гипнотическом сне. Оказывается, сначала она была ирландкой, ро­дилась в городе Корк в 1798 году. Звали ее Брайди Мэрфи. Жила в Бельфасте, вышла замуж и умерла в 1864 году, а затем снова ро­дилась, но уже в Америке, в 1923 году. У души была другая обо­лочка.

    Сказка, не правда ли? Но ловкий гипнотизер-любитель смекнул, что на этой сказке можно неплохо подработать. Мало ли на свете до­верчивых и суеверных людей!

    Вскоре он написал о своих сеансах книгу. Историю с Мэрфи пе­репечатали десятки газет. Ее изо дня в день обсуждали в радиопере­дачах. Телевидение демонстрировало гипнотические сеансы и усердно пропагандировало переселение душ. Появились десятки и сотни шар­латанов, спешащих подработать на всем этом немалые деньги. В од­ной из газет появилось объявление: «Жили ли вы уже когда-либо? Мистер Гипнозис из Калифорнии поведет вас назад по времени и по вашему предыдущему существованию. Медицинская сестра и магнито­фон к услугам для позднейшего доказательства истины. Цена сеанса 25 долларов».

    В фантазии недостатка не было. Одному предсказывали, что он был Ноем, другой — Наполеоном, третий — своим дедушкой! В Лос- Анджелесе дама, усыпленная гипнотизером-шарлатаном, рассказала, что раньше она была... лошадью.

    Как и следовало ожидать, поиски Брайди Мэрфи в ее первоначаль­ном виде в Ирландии не обнаружили такого человека. При этом об­наружились любопытные детали: Вирджиния Тай, болтая о своем первом детстве, рассказала, что она хорошо помнит, как малюткой спала на металлической кровати.

    Ирландцы возразили: «Этого не могло быть, у нас такие кровати появились на полвека позднее».

    В общем, картина была ясной: мистификаторы, вольные и неволь­ные, потерпели очередной крах.




    Это — из рассказа Ю. П. Рагулье о том, как он начал жить свою вторую жизнь. «В это воскресенье, — вспоминает он, — я собирался за город. Домашние мешкали, я нервничал, как вдруг почувствовал боль в левом боку. Я врач и знаю, что нужно делать, но боль не ути­хала. Встревоженная жена уже набирала 03. «Скорая» прибыла бы­стро... Откуда-то издалека до меня донеслись слова врача «скорой по­мощи» по телефону: «Срочно высылайте спецбригаду».«Неужели ин­фаркт?» — мелькнула последняя тревожная мысль...»

    Когда прибыла спецбригада, больной находился в очень тяжелом состоянии. Были применены различные средства, стало лучше, но не­надолго. Прекратилось дыхание, остановилось сердце...

    Смерть!

    Но врачи продолжают бороться с, казалось бы, уже неизбежным концом. Искусственное дыхание... Массаж сердца... Проходят мину­ты — и человек оживает. Он снова дышит. Возобновляется биение сердца.

    Значит, смерть может отступить?

    История этого вопроса уходит в далекие от нас века. В 1543 году врач испанского короля Карла V Везалий в присутствии придворных вскрыл грудную клетку трупа одного дворянина, чтобы установить причину его смерти.

    Когда он обнажил сердце, у присутствующих вырвался крик ужа­са — сердце трупа билось.

    Везалий вскрыл грудь живому человеку!

    Святейшая инквизиция потребовала для прославленного врача смертной казни. Его спасло только вмешательство короля.

    Так впервые было опытом установлено, что человек умирает не сразу, его душа не покидает тело вместе с последним вздохом, как учит религия.

    Многие врачи после Везалия проверяли, так ли это, и убедились: да, сердце и после того, как человек перестает дышать, продолжает биться.

    В 1902 году русский ученый А. Кулябко оживил сердце ребенка, умершего от воспаления легких 20 часов назад. Спустя пятьдесят лет Ф. Андреев увеличил этот срок до 96 часов. Для этого он прогонял через сердце питательный раствор, по составу близкий к крови.

    Не означает ли это, что человека можно возвратить к жизни спу­стя несколько суток после его смерти? Нет, и вот почему. Если сердце способно ожить через десятки часов, то наш мозг умирает гораздо быстрее. Ученые установили, что между полным умиранием человека, когда в коре его головного мозга происходят необратимые явления, и жизнью лежит промежуток, названный клинической смертью. Че­ловек уже не дышит, прекращается кровообращение, но оживить его мозг еще можно.



    Как только в мозг прекращается подача крови, кора головного мозга, с которой связана высшая нервная деятельность, погибает в обычных условиях через 5—6 минут. Та же часть головного мозга, которая носит название продолговатого мозга, может быть оживлена у взрослых людей и животных даже через 40—60 минут после смерти.

    Зная это, врачи уже уверенно вступают в борьбу со смертью.

    В годы Великой Отечественной войны в одном из сражений оскол­ком снаряда был тяжело ранен боец В. Черепанов. Когда его положи­ли на операционный стол, сердце остановилось, прекратилось дыха­ние. Фактически уже наступила смерть. Но в госпитале находился профессор В. А. Неговский. Со времени остановки сердца Черепанова прошло уже две минуты. Профессор В. А. Неговский взялся оживить бойца. Прошло еще две минуты, прежде чем последовал первый удар сердца, возобновилось дыхание... Через час воскрешенный человек пришел в сознание.

    Когда «побывавшего» на том свете Черепанова шутя спросили, что он там повидал, тот ответил: «Я проспал свою смерть».

    В наши дни, через четверть века после этого «воскрешения из мертвых», известны уже многие десятки подобных случаев.

    В 1958 году девятилетний мальчик Саша Р. был ранен при взрыве бутылки с порохом. Он потерял очень много крови, был без сознания, пульс не прощупывался. Немедленно было начато переливание крови в артерию и вену. Но тут наступила клиническая смерть: останови­лось сердце, прекратилось дыхание. Через 3—4 минуты врач ввел в артерию кровь. Восстановилась сердечная деятельность. Затем появи­лось дыхание. Мальчик был спасен.

    Весной 1961 года в Софийском институте усовершенствования вра­чей произошло несчастье. Молодая медицинская сестра Пенка Найде­нова спешила прокипятить медицинские инструменты. При этом она неосторожно прикоснулась рукой к стерилизатору, а другой — к во­допроводному крану. Произошло короткое замыкание. Ток высокого напряжения ударил девушку, и она упала бездыханной.

    Через 15 минут в комнату вошел врач Дереждиян. Тут же, немед­ля, начинается борьба за человеческую жизнь. У девушки поддержи­вают искусственное дыхание. Обнажают область сердца.

    Хирург берет в руки неподвижное сердце и делает массаж: сжа­тие, расширение, сжатие, расширение, сжатие, расширение. Проходят минута, десять... Смерть отказывается отступить. Но врачи продолжа­ют бороться. Только через 1 час 25 минут сердце оживает. Но вместо того, чтобы ритмически сокращаться, сердечный мускул начинает трепетать. Это опасно. На помощь врачу приходит техника: его рабо­ту берет на себя электрический дефибриллятор.

    И вот умершая совершает первый вздох. Нарушенное взаимодей­ствие между органами восстанавливается. Тело перестало быть тру­пом!



    Очень интересно, что с Пенкой Найденовой было дальше. Врачи сильно опасались за рассудок возвращенной к жизни, ведь клетки ее мозга целых 15 минут были лишены своего питания — крови. Правда, все это время поддерживалось искусственное дыхание и клиническая смерть могла продлиться, но... как все-таки пойдет выздоровление? Восстановится ли в полной мере работа высшей нервной системы?

    Опасения были не напрасны. Только на третий день у ожившей появилось сознание. Еще несколько дней — и она заговорила. Но как? Не по-болгарски, а по-русски! Она отчетливо произносила русские фразы: «Что со мной случилось?.. Сейчас я уже чувствую себя хо­рошо».

    Новая загадка для врачей. Девушка училась русскому языку в гимназии. Восстановились знания, глубоко скрытые в коре головного мозга. На поверхность сознания всплыло то, что было почти позабыто.

    Но еще через несколько дней Пенка Найденова начала говорить и по-болгарски. Она сказала свое имя, где живет, где родилась. Сна­чала восстановился слух, затем зрение. Она могла писать, но читать не могла. На вопрос врача, какая это буква, Пенка не могла ответить, но, когда ее просили написать ту же букву, она писала.

    Изучая проблему оживления человеческого организма, многие исследователи стремятся выяснить, что может человек вынести. От­крываются поразительные вещи.

    В США некий капитан Бидинг решил проверить, какую перегруз­ку он может выдержать: привязал себя к саням с ракетным мотором и понесся вниз по наклонной плоскости. Стремительно спускаясь, Бидинг внезапно остановил сани. На мгновение ускорение силы тяже­сти увеличилось в 82,6 раза — тело капитана весило в этот момент шесть тонн! Напряжение продолжалось всего 1/400 секунды, но чело­век временно лишился зрения. Его пульс остановился, капитан нахо­дился в глубоком обмороке. И все же через неделю он полностью пришел в себя.

    Как известно, в состав каждого живого организма входят белки — очень сложные химические соединения углерода с азотом, водородом, кислородом и некоторыми другими элементами. Но для жизнедея­тельности белков необходимы определенные условия. Прежде всего — приемлемая температура. На морозе белок затвердевает, а при силь­ной жаре свертывается, затем сгорает. Для жизни нужны также вода и газовая оболочка планеты — атмосфера.

    Медики обычно считают, что температура тела человека не может превышать 41—42 градусов. Выше наступает смерть. Но вот студент- ка-медичка София Сапала заболела бруцеллезом. Когда ее привезли в больницу в Бруклине, ее температура превышала 43 градуса.

    Опыты показали, что человек в тяжелой одежде может около 3—4 минут выдерживать температуру свыше двухсот градусов.

    А как с морозом?

    Ответ, и ответ поразительный, дает нам сама жизнь.



    ОСНОВНЫЕ УСЛОВИЯ СОХРАНЕНИЯ жизни.



    Утром 26 марта 1960 года рабочие целинного совхоза «Ярослав­ский» Актюбинской области нашли своего товарища, тракториста Владимира Харина, в снегу. Он замерз во время бурана, когда шел домой по степи.

    Окоченевшее тело, когда его положили в машину, издало деревян­ный звук. Тракториста привезли в больницу совхоза. Сомнений не было. Сердце не билось. Зрачки не реагировали на свет. Но по цвету тела человек не походил на мертвеца.

    Клиническая смерть? Но ведь парень, судя по всему» замерз не­сколько часов назад.

    Однако врачам известно и другое: в лаборатории профессора Не- говского проводились опыты на животных, когда, сильно охлаждая их, исследователи продлевали время клинической смерти до двух ча­сов.

    И врачи совхозной больницы начинают бороться за жизнь Влади­мира Харина. Его ноги помещают в таз с теплой водой, чтобы расши­рить сосуды. Руки и тело беспрерывно растирают спиртом. В мышцу сердца вводят адреналин — средство, возбуждающее сердечную дея­тельность.

    Затем — нагнетание крови, искусственное дыхание. Проходит со­рок минут, и человек начинает оживать! Еще раз делают переливание крови. Больного согревают грелками. Проходит двенадцать часов, и он пришел в сознание.

    По рассказу замерзшего, он пролежал в снегу около трех часов.

    Несколько месяцев врачи боролись за его жизнь, которую они от­воевали у смерти, и победили!

    Столь же редкий случай оживления после замораживания стал известен из сообщения корреспондента ТАСС из Токио. Вот оно.

    Японским врачам удалось вернуть к жизни «замороженного чело­века». Это произошло в связи с необычайным случаем в Токио 19 августа, в один из дней знойного и душного японского лета. Шофер автомашины-рефрижератора Масару Сайто прибыл в Токио из города Сидзуока за получением груза мороженого. Двухсоткилометровая до­рога, забитая автомобилями, и невыносимая жара утомили водителя. Остановив автомобиль у обочины дороги, он решил укрыться от жары и «отдохнуть» до получения груза в кузове своей машины-рефриже­ратора.

    В суете сотрудники компании «Мэйдзи» не обратили внимания на то, что один заказчик не прибыл. Но затем кто-то заметил стоящую без водителя автомашину-рефрижератор. Попытки разыскать шофера не увенчались успехом. Наконец открыли рефрижератор и в нем обна­ружили шофера, но уже «замороженного». Термометр внутри рефри­жератора показывал 10 градусов ниже нуля.

    Тело водителя было срочно доставлено в ближайшую больницу. Несколько часов подряд трудились врачи над замороженным челове­ком и добились возвращения его к жизни. Масару Сайто сейчас по­



    правляется. По разъяснениям врачей, Сайто вначале отравился газом, который выделялся при таянии сухого льда, а затем «заморозился*.

    Газета «Известия», где была напечатана эта корреспонденция, обратилась к кандидату медицинских наук Н. Тимофееву — что он думает об этом случае. Ученый ответил:

    «Случай действительно интересный. Правда, для точных сужде­ний в заметке не хватает данных, но кое-что сказать можно.

    Жизнь шоферу спасло, как ни странно, по-видимому, то, что в атмосфере закрытого фургона рефрижератора было повышенное со­держание углекислого газа (он выделялся при испарении сухого льда) и пониженное содержание кислорода (его запасы расходовались все время, пока шофер дышал). Опыты, которые проводились на живот­ных, показали, что в таких условиях организм способен без ущерба переносить длительное глубокое охлаждение. При этом температура тела может достигать всего 5—7 градусов выше нуля. Наступает па­ралич дыхания, прекращается работа сердца. Словом, наступает кли­ническая смерть. И тем не менее, если создать нормальные атмосфер­ные условия и использовать известные в клинической практике мето­ды оживления, жизнедеятельность будет восстановлена полностью».

    Разумеется, эксперименты такого рода с людьми не проводились. Поэтому нечаянный опыт, который поставил сам на себе японский шофер, представляет определенный интерес.

    Надо сказать, что проблема глубокой и сверхглубокой гипотер­мии — охлаждения организма — очень важна для науки. Опыты на животных показали, что организм гораздо устойчивее к действию раз­личных неблагоприятных и даже несовместимых с жизнью (при обыч­ных условиях) факторов внешней среды.

    Так возвращает людей к жизни современная медицинская наука. Пройдя через смерть, они начинают свою вторую жизнь — вполне осязаемые, реальные «выходцы с того света».

    Как известно, пять-шесть минут после остановки сердца человек находится в состоянии клинической смерти. Ученые стараются до­биться продления этого времени. Вернее — остановить время! Эту смелую мысль высказал еще двести лет назад английский физиолог Хантер: «Если человек хочет отдать 10 последних лет своей жизни чередованию сна и активности, то его жизнь могла бы быть продлена до 1000 лет; при размораживании каждые 100 лет на один год он мог бы всякий раз узнавать, что произошло за время, пока он был безды­ханной «сосулькой».

    Установлено, что для простейших животных глубокое охлаждение совсем не страшно. Еще в 1780 году итальянец Спалланцани замора­живал до температуры минус 19 градусов коловраток и тихоходок. Согретые и погруженные в воду, они вновь оживали.

    В 1950 году французский ученый Беккерель охладил этих живот­ных уже до температуры, близкой к абсолютному нулю. После согре­вания и насыщения водой они полностью «пришли в себя».



    Последние годы исследователи переносят свои опыты уже на теп­локровных животных. Так, в 1956 году югославские ученые смогли оживить крыс, охлажденных до 6 градусов. Ожившие крысы стали выносливее. У них гораздо лучше начало работать сердце. Правда, они не были в состоянии мнимой смерти: большая часть воды, нахо­дившаяся в их организме, оставалась в состоянии переохлаждения, и процессы обмена веществ, хотя и очень замедленные, все же продол­жались.

    Проводятся опыты по охлаждению организмов собак, обезьян. А дальше?

    Об этом мы узнаем через несколько лет.

    Так наука превращает в действительность когда-то призрачные мечты человечества о воскрешении умерших, о сказочном продлении нашей жизни.

    Чудеса холодного света

    Наш теплоход шел из Одессы в Батуми. Стояла теплая южная ночь, спать никому не хотелось.

    Мы сидели на верхней палубе. Вдали приветливо светились огни кавказских берегов. Темное небо сияло множеством ярких звезд. Они как бы отражались в бархатной воде Черного моря, и вода светилась, точно зажженная.

    Ярко светились гребни волн, искрился, переливаясь голубоватым светом, водяной след за теплоходом. Временами над водной поверх­ностью взлетали огненные брызги: это дельфин, выпрыгнув из воды, разбрасывал вокруг себя светящиеся огоньки.

    Холодный свет... Примеров такого свечения в природе очень много. Светятся в темноте ночи мертвые, гниющие деревья, всем знакомы светлячки, встречаются светящиеся черви и светящиеся грибы.

    Источником свечения моря являются живые организмы — ноче- светки. Это очень мелкие морские животные. В южных морях их во­дится очень много. Светятся и многие микроскопические водоросли. Под тропиками бывают ночи, когда светится все море, точно зажжен­ное; яркими холодными огнями переливаются гребни волн, искрится голубоватым светом след за прошедшим пароходом. Светятся вынутые из воды весла и рыболовные сети.

    Необыкновенно красиво ночное море в тропиках. Но такое же свечение можно увидеть и в Охотском море. Бывает, что за кормой идущего судна на воде вспыхнет яркий зеленовато-белый свет. Пыла­ющее пятно растет и постепенно окружает теплоход кольцом. Затем пятно отделяется от судна, и тогда кажется, что это зарево большого освещенного города.

    А в глубинах моря? Сколько их там, светящихся существ! Таковы медузы и кальмары, креветки и многие глубоководные рыбы. Светя­щихся кальмаров впервые открыл в 1834 году французский натура-



    лист Верани. Недалеко от Ниццы, на побережье Средиземного моря, рыбаки вытащили из воды невиданного раньше морского обитателя — он походил на осьминога, но имел не восемь, а десять щупалец. Вера­ни опустил пленника в ведро с морской водой. «В тот же момент, — пишет он, — я был захвачен удивительным зрелищем сверкающих пя­тен, которые появились на коже животного. То это голубой луч сап­фира, который слепил меня, то опаловый топаз, то оба богатых оттен­ка смешивались в великолепном сиянии».

    У многих существ свечение служит либо защитой, либо приман­кой. Рыба-удильщик приманивает свою «пищу» с помощью светяще­гося шарика. У глубоководной креветки светоносные органы помогают спасаться: завидев хищника, она выбрасывает облако жидкости, ко­торая образует световую завесу; ослепленный хищник теряет из виду жертву.

    Еще интереснее спасает свою жизнь морской червь. Когда краб перекусывает его, задняя часть червя ярко вспыхивает. Краб устрем­ляется к ней, и пострадавший червь прячется, а через некоторое вре­мя на месте отсутствующей части отрастает новая.

    Свечение некоторых глубоководных существ настолько сильно, что создается впечатление, будто они излучают молнии. Вот свидетель­



    ство одного французского исследователя, маркиза де Фалина, плавав­шего в конце прошлого века по Саргассову морю:

    «Каково было удивление, когда сеть принесла нам большое коли­чество горгонид, похожих на маленькие кустики, и когда они стали излучать световые молнии, такие яркие, что двадцать факелов, осве­щавших палубу, померкли, пока поблизости от них находились эти полипы. Все кончики стволов и веточки полипов излучали пучки света, сила которого то уменьшалась, то увеличивалась, причем цвет менялся от лилового к пурпурному, от красного к оранжевому, от голубого к различным оттенкам зеленого, иногда даже был белым, как раскаленное добела железо. В то же время преобладающим цве­том был зеленый, другие вспыхивали лишь временами и быстро сли­вались с зеленым».

    Феерическая картина!

    Большое впечатление оставляет у человека ночной лес в тропи­ках. Старые пни, корни деревьев светятся зеленовато-золотистыми огоньками. Это светятся... грибы. Такие грибы растут в лесах Брази­лии, на островах Индийского океана. Встречается гриб со слабым свечением и в наших лесах — осенний опенок.

    Что же представляет собой этот необычный свет, свет без огня и тепла?

    В науке холодное свечение тел называется люминесценцией.

    В обыденной жизни мы привыкли к тому, что свет возникает за счет теплоты. Например, мы нагреваем дрова, они загораются и дают свет. То же происходит в обычной электрической лампе. От электри­ческого тока волосок лампы сильно разгорается и начинает испускать яркий свет.

    Другими словами, свет, то есть лучистая энергия, возникает чаще всего за счет тепловой. Но бывает и так, что в свет переходит какой- нибудь другой вид энергии, например химическая или электрическая. Вот тогда мы и наблюдаем свечение холодного тела.

    В зависимости от того, какой вид энергии служит источником хо­лодного свечения, различают несколько видов люминесценции. Когда в свет переходит химическая энергия, то такое явление называют химлюминесценцией. Именно этот вид люминесценции мы видим при гниении дерева, у светящихся рыб и насекомых. При этом про­текают различные химические реакции, которые и являются источни­ком лучистой энергии. Энергия химической реакции почти полностью переходит в свет, без затраты на тепло.

    А в лампах холодного света мы встречаемся с двумя другими ви­дами люминесценции — с электролюминесценцией и с фотолюминес­ценцией.

    При электролюминесценции используется энергия электрического тока, а при фотолюминесценции холодный свет получают за счет... света.

    Вы можете спросить, какой в этом смысл: свет за счет света?



    Дело в том, что свет свету рознь. Освещать мы можем одним све­том, а получим совсем другой. Существует, например, такая органи­ческая краска — флуоресцеин. Если раствор ее освещать невидимым ультрафиолетовым светом, то он начинает излучать яркий зеленый свет. Таким образом, с помощью веществ, светящихся холодным све­том, можно преобразовать невидимое излучение в видимый свет.

    В лампах дневного света применяют люминесцирующие жидкости и твердые вещества, их называют — фосфоры. Как и раствор флуорес- цеина, они светятся под действием невидимых ультрафиолетовых лу­чей. Цвет фотолюминесцентного свечения зависит от состава фосфора. Многие фосфоры излучают видимый свет при обычной комнатной температуре.

    Холодное свечение микроскопических организмов не раз возбуж­дало суеверные страхи. Вот какая история произошла в прошлом ве­ке с дьячком одной из церквей, что стояла на берегу Волхова. Дьяк возвращался под хмельком из гостей. Время было позднее. Шел мел­кий осенний дождь. И вдруг — с нами крестная сила! — прямо на дьячка налетела невесть откуда появившаяся «нечистая сила*. Она светилась и хлопала крыльями подобно птице.

    Утром, придя в себя после ночной встречи, дьяк рассказывал, что «нечисть» пыталась сбросить* его с высокого берега Волхова в воду. Ему верили и не верили, зная, что за священнослужителем водится грех «заложить лишнего».

    Но вот прошло несколько дней, и уже другие, вполне трезвые лю­ди засвидетельствовали: в округе появилась «нечистая сила»; по но­чам она летает подобно жар-птице. Невиданную птицу видели не­сколько раз, пока не улетели на юг утки.

    Этот случай не был единичным. Под Архангельском охотники- поморы видели, например, двух светящихся гусей, а в Ярославской губернии — светящихся филинов. На Черном море однажды убили светящегося лебедя. Принесенная в дом рыбака птица осветила ком­нату слабым светом — у нее светились перья.

    В чем причина свечения птиц? Объяснение простое: на перьях по­селяются светящиеся микроорганизмы, многие из которых обитают в морской воде.

    Еще один занятный случай. Зимой 1952 года в Мурманской обла­сти в магазин привезли свежемороженую треску. Работник магазина принимал ее в темном помещении при свете фонаря. Когда он кончил работу и потушил фонарь, то с удивлением и испугом заметил, что руки его светятся. Более того, в темноте перед ним открылась еще более поразительная картина: вся рыба и даже полка, на которой она лежала, светились.

    Если «жар-птицы» и «жар-рыбы», перекочевавшие из сказки в жизнь, пугали суеверных людей, то в годы прошедшей войны светя­щиеся морские микроорганизмы играли порой другую — предатель­скую роль. Писатель Константин Симонов вспоминает:



    «По палубе проходил командир. Я сказал, что нам везет — ночь очень темная.

         Темная? — переспросил он. — А вы пойдите на корму да оглянитесь.

    Я пошел на корму и увидел там за винтом на абсолютно черной воде длинную фосфоресцирующую полосу. Это была улика, слишком хорошо заметная с воздуха. Над нами что-то загудело, потом насту­пила тишина, потом снова загудело, потом наперерез нам высоко прошел самолет...»

    Говоря о холодном свечении тел, нельзй не вспомнить фосфор.

    Уже само открытие его было необычным. Гамбургский алхимик Бранд искал секрет получения «философского камня», с помощью которого затем можно будет превращать медь в золото. Однажды, в 1669 году, он взял для получения «философского камня» мочу. На­лил в реторту и стал подогревать. Когда жидкость полностью испари­лась, на дне реторты (химический сосуд особой формы — с изогнутым длинным и узким горлом) остался черный осадок. Бранд решил про­калить его на огне. Тогда на внутренних стенках горлышка реторты стало накапливаться белое вещество, похожее на воск. Оно светилось. Потрясенный алхимик решил, что он осуществил наконец мечту своей жизни, получил «философский камень»!

    Но попытки обладателей светящегося камня получить с его по­мощью золото или серебро из неблагородных металлов оказались, конечно, пустой затеей. Светящееся вещество было химическим эле­ментом — фосфором (слово «фосфор» означает «несущий свет»).

    Удивительно ли, что в прошлом светоносные элементы не раз вводили людей в заблуждение и способствовали развитию мистиче­ских настроений.

    В Библии рассказывается о «сошествии огня с неба», который яко­бы чудесным образом зажег жертвенный костер. Подобное «чудо* в прошлые времена священнослужители ежегодно совершали в Иеру­салиме на пасхальной службе.

    Вот как описали его в дореволюционном издании Московского синода русские путешественники:

    «Перед утренею, когда все духовенство было собрано в алтаре гре­ческого собора, растворились царские двери алтаря, и несметная тол­па народа всех языков и вер, наполнявшая собор, раздвинулась, от­крыв путь ко гробу господню, а разоблаченный митрополит, в одном белом подряснике, со связкою незажженных свечей в руках, для при­нятия святого огня направился к часовне гроба господня, предше­ствуемый всем духовенством в белых ризах, блестящих золотом... Лампады над гробом господним были уже потушены: одно слабое освещение проходило к нам из храма сквозь небольшие боковые от­верстия часовни. Эта минута торжественна, все наполнилось ожида­нием.

    Мы стояли в приделе ангела перед отваленным от вертепа камнем.



    Один только митрополит вошел в вертеп гроба господня, куда вход не имеет дверей. И потому митрополит, склонясь перед низким вхо­дом, вошел в вертеп и повергся на колени перед святым гробом, на котором ничего не стояло и который был совершенно обнажен. Не прошло минуты, как мрак озарился светом. И митрополит вышел к нам с пылающим пуком свечей. Едва только свет огня блеснул сквозь отверстие часовни, как безмолвие толпы заменилось самыми необуз­данными восклицаниями и буйным волнением».

    Такое «чудо» не раз совершалось в различных церквах. Вызвать самовозгорание лампад и свечей довольно просто. Для этого исполь­зуют, например, белый и желтый фосфор, который, находясь в воз­духе, самопроизвольно загорается. Организаторы чуда «сошествия ог­ня» берут кусочек фосфора и растворяют его в сильно летучей жид­кости — сероуглероде. В полученный раствор обмакивают фитиль свечи или лампады, причем делают это при температуре не выше 10—15 градусов тепла. После этого свечу переносят туда, где намече­но «явить чудо»: скажем, помещают ее перед иконой. Как только се­роуглерод на фитиле испарится, фосфор сам загорается и зажигает свечу или лампаду.

    А вот другой пример, о нем рассказал академик С. И. Вольфко- вич в одной из своих книг. В первые годы Советской власти он про­водил опыты получения желтого фосфора из подмосковных фосфори­тов. «Фосфор получался в электрической печи, установленной в Московском университете на Моховой улице,— вспоминает ученый. — Так как эти опыты производились тогда в нашей стране впервые, я не знал и не предпринял тех предосторожностей, которые необходимы при работе с газообразным фосфором — ядовитым, самовоспламеняю­щимся и светящимся голубоватым цветом элементом. В течение мно­гих часов работы у электропечи часть выделявшегося газообразного фосфора настолько пропитывала мою одежду и даже ботинки, что, когда ночью я шел из университета домой по темным, не освещав­шимся тогда улицам Москвы, моя одежда излучала голубоватое сия­ние, а из-под ботинок, при трении их о тротуар, высекались искры. За мною каждый раз собиралась толпа, среди которой, несмотря на мои объяснения, было немало лиц, видевших во мне «новоявленного» представителя потустороннего мира».

    Надо сказать, что некоторые химические вещества (не только фос­фор) также служат источником суеверия. Вспоминается еще такая история. Она произошла не так давно в Новой Зеландии. На одном из общественных пастбищ для скота были посеяны кормовые травы. Год был неурожайным, без дождей, и трава стояла чахлая, желтая. Й вдруг на этом пастбище среди низкорослых растений появились как бы островки со свежей, густой травой. И что странно: эти «остров­ки» пересекали пастбище так, словно по нему прошло какое-то не­ведомое существо, оставив на месте своих следов буйную ярко-зеле- ную растительность!



    Многие, не раздумывая долго, решили, что произошло чудо. Меж­ду тем причина была совсем простой. Хозяин соседнего поля, бога­тый фермер, решил применить у себя новое микроудобрение, содержа­щее редкий металл молибден. Работник фермера опрыскал поле раствором молибденового удобрения и домой прошел по пастбищу в сапогах, забрызганных этим раствором. И там, где он ступал, под­нялась буйная зелень.

    Но вернемся к холодному свету. Явления, с ним связанные, мно­голики, примеров можно привести еще достаточно. Рассказанным вы­ше мы еще далеко не исчерпали тему.

    В начале прошлого века в Тюрингии жил крестьянин, кожа кото­рого заметно излучала свет. В 30-х годах нашего века ученые обнару­жили в Италии светящуюся женщину.

    Замечено, что такое свечение вызывается болезненными наруше­ниями в организме человека. Известный английский естествоиспыта­тель Д. Пристли в одной из своих книг рассказывает о больном, кото­рый страдал зобом. У него светился пот. Когда этот человек потел, то в темноте казался охваченным пламенем.

    Природа этого редкого явления теперь обнаружена. Как известно, живые организмы, в том числе и человек, могут излучать ультрафио­летовые лучи. Физиолог Протти, исследуя светящуюся итальянку, установил, что ее кровь являлась мощным источником таких лучей. А под воздействием этих невидимых лучей могут светиться другие вещества. О подобном преобразовании световых лучей мы уже го­ворили.

    Надо сказать, однако, что «светящиеся люди» — это еще загадка для науки.

    Такой же загадкой являются так называемые светящиеся коле­са, которые не раз видели в тропических морях над водой. Судя по рассказам, они представляют собой что-то поистине фантастическое. Светящиеся колеса по нескольку километров в поперечнике враща­ются с большой скоростью. В последнее время их видели, напри­мер, причем неоднократно, в Сиамском заливе, в индонезийских водах.

    Капитан торгового судна *Ченту» рассказал, что спицы «колеса» похожи на волны молочно-белого тумана, ширина их — метров десять и толщина — около двух-трех метров. Они проносились вокруг судна со скоростью не менее 30 метров в секунду.

    Экипаж судна «Гленфоллох» видел колесо в виде пульсирующей ступицы в 20—30 метров в диаметре, из которой исходили спицы, похожие на низкие полосы или валы светящегося тумана, пролетав­шие над поверхностью воды.

    Что это?

    Надо думать, что здесь мы встречаемся одновременно как со све­товыми явлениями на поверхности моря, так ц с иллюзией нашего зрения.




    Рассказ о душах-призраках я помню еще с детства — настолько он тогда поразил мое воображение.

    Мой отец был большой любитель различных загадочных историй. Он много читал, знал сотни всякого рода редкостных случаев и лю­бил их рассказывать. И вот в один из долгих зимних вечеров он про­читал мне и моим школьным приятелям этот рассказ:

         «Лето 1879 года провел я в Черниговской губернии, в усадьбе старинного друга моего отца. Место здесь было сырое, болотистое. Недалеко от усадьбы, на окраине густого леса, было видно деревен­ское кладбище. В весеннее время речка, протекающая рядом, зали­вала кладбище, размывала старые могилы.

    Лето было холодное и дождливое. Целыми днями приходилось си­деть дома... Как-то раз после пасмурного и ненастного дня наступила прекрасная лунная ночь. Такие ночи бывают только на Украине. От дождей на дворе было еще очень сыро, и мы поневоле должны были любоваться прекрасною ночью, сидя на балконе нашего дома. Все при­нялись рассказывать, и у каждого оказалось в запасе достаточно всяких сказок. Говорили о привидениях, являющихся в старом доме соседней усадьбы, о мертвецах, по ночам встающих из гробов, о про­казах домового, да и мало ли еще о чем. Иные рассказчики простоду­шно верили этим выдумкам, другие же умели показать и оборотную сторону: страшный рассказ оканчивали самым неожиданным образом и все привидения и чудеса сводили к какому-нибудь простому недо­разумению. Наконец темы истощились, и все приумолкли.

         А что, молодой человек, — заговорил хозяин, обращаясь ко мйе, — согласились бы вы теперь, наслушавшись всякой чепухи, от­правиться на кладбище?

    Все взоры обратились на меня. Было ясно, что я, молодой чело­век, гимназист пятого класса, непременно откажусь от такого пред­ложения. Сердце у меня ёкнуло, но я не обнаружил волнения.

         Отчего же, с удовольствием! — ответил я на вопрос хозяина и спокойно взялся за шапку.

    Я считал малодушным отказываться от принятого решения и тот­час отправился в путь. Я вышел за ворота и повернул по направле­нию к кладбищу, не испытывая ни малейшего страха. До леса я до­брался благополучно, но, когда пришлось плестись по болоту, я за- вязнул по колена и чуть было не вернулся назад. Если бы не луна, которая освещала все кочки и трясины, я мог бы погибнуть в болоте. Добравшись до кладбища, я хотел уже отправиться обратно — и вдруг в трех саженях предо мною показалась длинная прозрачная фигура какого-то существа; с распростертыми руками она стояла на месте. Я никогда не верил в привидения и с улыбкой слушал повест­вования чересчур доверчивых рассказчиков. Но теперь привидение стояло передо мной!



    Мысли мои перепутались. Я ни минуты не сомневался в действи­тельности страшного призрака. Дрожа от волнения, я осторожно про­бирался по кочкам, не смея оглянуться. «Авось, — думалось мне, — оно пропадет...»

    На середине болота возвышался небольшой остров, совершенно су­хой. Он был покрыт молодым березняком. Добравшись до этого места, я не утерпел и оглянулся. Каков же был мой ужас, когда в пяти ша­гах я увидел то же самое страшное привидение! Оно махало теперь руками, и лес, озаренный луной, сквозил через него. Я был не в си­лах владеть собой. Подул ветерок, привидение заколыхалось, задро­жало и тотчас опять замерло. Я стоял на месте точно прикованный. Ноги отказались повиноваться мне...

    Как прошел я остаток болота, не помню. Достигнув твердой зем­ли, я опять не утерпел и оглянулся: привидение двигалось следом за мной! Тут уж я не выдержал и сколько хватило сил бросился бе­жать».

    Отец прекратил чтение, посмотрел на нас, присмиревших, улыбаю­щимися глазами и спросил:

        Ну как, страшно?.. Небось вы бы не рискнули пойти после это­го на кладбище, а?

    Мы молчали.

    Посмеявшись над нами, отец сказал:

        Эх вы, грамотеи! Поверили... А ведь объясняется все это просто...

    И он тут же рассказал о причинах появления болотных призраков.

    Разгадка этого природного явления действительно проста. Каж­дый знает, что не все тела загораются одинаково. Одни из них, на­пример солому, зажечь очень легко; другие надо сильно нагреть, только тогда они загораются. Но, оказывается, есть и такие вещества, которые загораются на воздухе сами собой. В Великую Отечествен­ную войну против танков врага применяли бутылки с самозагораю- щейся жидкостью. Таким же веществом является химическое соеди­нение фосфора и водорода — фосфористый водород. Это бесцветный газ с запахом гнилой рыбы. В летнее время он часто выделяется из почвы, переполненной разлагающимися животными или растительны­ми организмами.

    В организмах животных и растений всегда находится фосфор. Он необходим для нормального развития живых существ. Когда орга­низм умирает, фосфор переходит в почву, и часть его при этом со­единяется с водородом, образуя фосфористый водород. Как только такой газ попадает на воздух, он самопроизвольно загорается.

    Когда газа выходит из земли много, огонь может быть большим, но чаще всего мы видим небольшие бледные огоньки, которые то гас­нут, то вспыхивают в разных местах.

    Так обычный природный процесс — гниение умерших организ­мов — вызывает явление, устрашающее суеверных людей, особенно



    когда эти огни-призраки появляются на болотах и на старых клад­бищах. В прошлом народная фантазия считала их блуждающими душами мертвецов, которые при жизни много «грешили*.

    Известны и такие случаи, когда призрачные огни вспыхивают внезапно при вскрытии могил. Летописцы рассказывают, что в 1534 году на Ашшевой дороге в Риме была вскрыта древняя гробни­ца; при этом тело дочери Цицерона засветилось фосфорическим блес­ком и тут же рассыпалось в прах.

    Можно себе представить, сколько суеверных выдумок породило в те далекие времена это редкое и устрашающее явление!

    Лесные оборотни

    А теперь вспомним об американском солдате, который смертель­но испугался маленького зверька, живущего в тропических лесах. Не будем его судить строго. Пожалуй, лишь немногие, впервые уви­дев долгопята, смогут остаться равнодушными. Оскаленный в беззвуч­ном смехе рот и выпученные сверкающие глаза делают свое дело. Представьте еще, что встреча происходит в сумеречном тропическом лесу, где вас и без того невольно пугают самые неожиданные крики, взвизгивания, хохот невидимых обитателей «зеленого ада*. И вдруг совсем рядом перед вами появляется этот зверек, так похожий на привидения, какие появляются лишь при галлюцинациях. Есть от чего не на шутку испугаться!


    Фосфористый водород.



    Наверное, именно за свой вид долгопят, совсем безобидное живот­ное, в рассказах-легендах жителей Индонезии и Филиппин изобра­жается как злой гном, пьющий человеческую кровь. Этих маленьких призрачных человечков, говорит легенда, можно увидеть только ночью, но встреча с ними очень опасна. Скаля зубы и сверкая глаза­ми, они набрасываются на оцепеневшего от ужаса человека, пьют его кровь.

    Не менее печальна репутация других обитателей тропиков — ле­муров. Эти зверьки отряда приматов распространены в Африке, в Юго- Восточной Азии, на Цейлоне и Зондских островах, и всюду за ними утвердилась недобрая слава. Почему? Надо думать, и тут играют роль внешние особенности этих существ. У лемуров необычный вид — не то обезьяна, не то кошка. Большинство из них ведут ночной образ жизни. Появляются и исчезают они совершенно бесшумно, словно это и в самом деле не живой зверь, а только его призрак, сумеречная тень. Недаром само слово «лемур» означает по-латыни «душа умерших предков». Даже ученые, назвав так животных, отдали дань суевериям, связанным с лемурами.

    Еще больше лемуры пугают людей своими криками. Так, мада­гаскарский лемур вари издает звуки, напоминающие смех сошедше­го с ума человека. Вопли вари, особенно когда кричит целая стая, слышны очень далеко и устрашают тех, кому еще не приходилось слышать подобный «концерт». Особенно жуткое впечатление произво­дят крики вари в горах, где эхо многократно повторяет и усиливает какофонию звуков.

    Рассказывают, что даже в зоопарках, услышав дьявольские воп­ли лемуров, иные посетители не выдерживают и поспешно уходят. Удивительно ли, что у многих народов лемуры с давних времен бы* ли причислены к миру оборотней — существ потустороннего мира.

    Впрочем, по свидетельству писателя-натуралиста Д. Аттенборо, первенство по устрашающим крикам держит другое животное — обезьяна-ревун. «Я услышал этот крик, — пишет он, — когда мы шли вверх по Кукун (Южная Америка). Мы разбили лагерь на берегу ре­ки. Подвесив на деревьях свои гамаки, легли спать. Сквозь листву над головой пробивалось мерцание звезд. Кругом чернели призрач­ные силуэты деревьев и лиан. И вдруг по лесу гулко раскатилось ди­кое улюлюканье. Оно то нарастало, то стихало, переходя в вой, напо­минающий гудение проводов на сильном ветру. Страшные крики, от которых кровь стыла в жилах, издавала безобидная обезьяна-ревун. Никто не знает, в чем смысл этих ночных концертов, но точно извест­но, что ревун может перекричать чуть ли не любого зверя на свете».

    Если уж мы заговорили о лесных оборотнях, пугающих человека своим криком, то стоит вспомнить смеющуюся птицу кукабарру из Австралии и Индонезии. Про австралийскую кукабарру говорят: она смеется столь заразительно, что трудно самому удержаться от смеха. А в Индонезии уверяют, что по смеху кукабарры можно проверять



    свои часы: эти птицы заливаются демоническим хохотом всегда в одно и то же время.

    Теперь в Австралии смех кукабарры можно услышать ежеднев­но — им начинаются передачи австралийского радио.

    В Индии к семейству оборотней относят сову уламу или, как еще ее здесь зовут, «чертову птицу». Пугает людей не только ее бесшум­ное появление и исчезновение в чаще леса, но и голос. Крик уламы— пронзительный вопль.

    На востоке и юго-востоке Азии мрачную славу оборотня припи­сывают тигру. Почему? Ответ дает наш известный исследователь Дальнего Востока В. К. Арсеньев. Когда тигр бежит в лесу, вид его совершенно меняется — желтых и черных полос на шкуре уже не заметно. В это время он напоминает серого призрака. Мелькнул сре­ди зарослей тайги, и нет его. Столь же успешно укрывается от взо­ров этот зверь, когда внезапно замирает на месте — и тут его окрас­ка сливается с окружающим фоном. Зверь-оборотень исчез!

    Водятся под южным небом еще и такие представители мира суе­верий, как вампиры. Об этих оборотнях с давних пор известно мно­жество изустных народных рассказов. У нас их чаще называют вур­далаками и упырями. Каких только страшных россказней не сочиня­лось об этих фантастических существах, пьющих человеческую кровь! Отдали этой теме дань и многие писатели. Достаточно вспомнить хо­тя бы Н. В. Гоголя и А. К. Толстого. Вера в вурдалаков была в прош­лом широко распространенной. И неудивительно: люди верили в «тот свет», почему же не допустить, что оттуда могут возвращаться обратно «грешные, неприкаянные души»? Возвращаться только затем, чтобы высосать у своей жертвы кровь!

    Понятно, с каким нескрываемым страхом воспринимали суевер­ные люди такие рассказы. Наслушавшись их, иные боялись каждого темного угла, не то что леса или кладбища. А вы помните, как вы­смеял этот пустой страх Александр Сергеевич Пушкин?

    Трусоват был Ваня бедный;

    Раз он позднею порой,

    Весь в поту, от страха бледный,

    Чрез кладбище шел домой.

    Бедный Ваня еле дышит,

    Спотыкаясь, чуть бредет По могилам; вдруг он слышит —

    Кто-то кость ворча грызет.

    Ваня стал; шагнуть не может.

    Боже! думает бедняк,

    Это, верно, кости гложет Красногубый вурдалак.

    Горе! малый я не сильный;

    Съест упырь меня совсем,



    Если сам земли могильной Я с молитвою не съем.

    Что же? вместо вурдалака (Вы представьте Вани злость!)

    В темноте пред ним собака На могиле гложет кость.

    Лишний и яркий пример, подтверждающий старую мудрую мысль: «У страха глаза велики».

    Но если поверья о вурдалаках, «прописанных» в Европе, лишены всякого правдоподобия, того же нельзя сказать о вампирах южных стран. Когда впервые европейские путешественники проникли внутрь Южноамериканского континента, они услышали здесь похожие рассказы об оборотнях, сосущих по ночам кровь животных и человека. Что это? Та же народная фантазия? Оказывается, нет. В тропических лесах действительно живут кровососы. К ним относит­ся несколько видов летучих мышей. «Подлетая к спящему человеку или зверю, — пишет Игорь Акимушкин в книге «Тропою легенд»,— ващшр убаюкивает его мягкими взмахами крыльев, погружая в еще более крепкий сон. Острыми, как бритва, резцами он срезает у жерт­вы кусочек кожи. Затем кончиком языка, усаженным роговыми бу­горками, как теркой, углубляет ранку. Обычно, чтобы не разбудить спящего, вампир парит над ним, слизывая на лету струящуюся из ранки кровь. Слюна вампира содержит особое обезболивающее, ане­стезирующее вещество {каков хирург!) и фермент, препятствующий свертыванию крови (как в слюне у пиявки).

    Кроме своего необычного способа питания, вампиры ничем не от­личаются от других летучих мышей. Но уже одной этой их особен­ности вполне достаточно, чтобы среди суеверных людей за ними утвердилась мрачная репутация оборотней».

    Знаменитый английский естествоиспытатель Чарлз Дарвин рас­сказывает, как во время своего путешествия по Южной Америке он обнаружил вампира на месте «преступления» — летучая мышь со­сала кровь у лошади.

    И, наконец, в рассказе о мнимых призраках тропических лесов хо­чется вспомнить и растительный мир. Оказывается, некоторые тро­пические растения также способны не на шутку испугать человека. Об этом рассказывает американский ученый Э. Меннинджер в своей увлекательной книге «Причудливые деревья»:

    «Леса полны торжественного очарования. Пройдитесь по лесу в сухой и ветреный осенний день, вслушайтесь в его безмолвие, и вы услышите повсюду вокруг шелест и шорох листьев. Вы различите вздохи и тихое эолово пение сосновых игл на ветру. А если деревья уже достигли величественной старости, то вы услышите скрипы и сто­ны, а иногда и вопли трущихся друг о друга сучьев или громкий треск падающей сухой ветки.



    Все это — обычные лесные шумы и лишь малая часть того, на что способны деревья...»

    Гумбольдт сообщает об оглушительном треске, который нарушает ночное безмолвие на Амазонке. Другие путешественники приписыва­ли этот звук пушечным деревьям, но без каких-либо конкретных ос­нований. Ботаник Спрус пытался установить источник этого звука, который он тоже слышал и сравнил с выстрелом большой пушки. Судя по всему, это не такое уж редкое явление, так как Блоссфельд сообщил (в 1964 году), что сам его слышал во время своего пребыва­ния на реке Инка в верховьях Амазонки. Он объяснял этот треск внезапным разрывом тканей в чрезвычайно быстро растущих дре­весных стволах, когда заболонь под влиянием повышенного тепла и влажности начинает расти с такой быстротой, что остальные ткани за ней не поспевают. В результате заболонь внутри лопается. Блосс­фельд указывает, что видел такие внутренние разрывы в поленьях, которые грузили на пароходы на реке Амазонке.

    Блоссфельд сообщает и о других звуках: «Гонконгский старожил, навестивший меня в Сан-Паулу, рассказывал о своей поездке вверх по реке Янцзы в края бамбуковых лесов, которые снабжают весь Ки­тай строительным материалом. Он поселился в гостинице, стоящей посреди рощи гигантского бамбука. Перед рассветом он проснулся, разбуженный ужасным визгом, плачем и слабыми стонами, доносив­шимися из рощи. В испуге он разбудил своего спутника, который объ­яснил ему, что звуки эти производятся растущими молодыми побега­ми гигантского бамбука, пробивающими себе путь сквозь кроющие листья и влагалища. В теплое влажное утрО бамбук растет с необы­чайной быстротой, и трение порождает эти жуткие звуки».

    Таков причудливый мир оборотней живой природы.

    В поисках живых предков

    В 1965 году на острове Гуам, что в Тихом океане, произошло собы­тие, взволновавшее многих. Уже давно местные жители с опаской го­ворили о том, что в лесах появились привидения. Время от времени в деревнях исчезали домашняя птица, пища. Некоторые клялись, что они видели «лесных демонов», напоминающих людей. Все это, конеч­но, трудно было воспринимать серьезно, но неожиданно «лесных де­монов» обнаружили. Двое американских солдат, находясь в лесу, столкнулись с совершенно голым человеком, державшим в руках... меч. Солдаты без большого труда обезоружили странного бродягу и привели в штаб части. На все вопросы он не отвечал ни слова, а гла­за его говорили о том, что он безумен.

    Пойманное «привидение» заставило военные власти острова иначе взглянуть на слухи о «лесных демонах». В джунгли был послан уси­ленный патруль, и вскоре был пойман еще один «призрак» — еле стоявший на ногах человек, истощенный до крайней степени.



    Еще больше удивились жители острова, когда узнали, что пойман­ные в лесу «привидения» — японские солдаты, оставшиеся здесь со времени второй мировой войны. Двадцать лет они были пленниками собственного неведения: не зная, что война давно окончилась, солда­ты скрывались в тропических лесах...

    Своеобразные «привидения» Гуама были не единственными. В 50—60-х годах в печати неоднократно сообщалось о японских солда­тах, оставшихся после войны на островах Тихого океана и не знав­ших, что их страна уже давно потерпела заслуженное поражение. Но здесь мы хотим рассказать о других, гораздо более таинственных (и неуловимых!) привидениях, прячущихся, подобно японским солда­там, в малодоступных местах нашей планеты. Речь идет о... Впрочем, начнем с сообщений очевидцев. И будем расценивать их свидетель­ства с той осторожностью, которой они заслуживают: не каждому такому рассказу можно верить — многие из них могут быть резуль­татом самообмана и даже, если хотите, иллюзии. Но при всем том в них, этих свидетельствах различных людей, можно усмотреть и кое- что серьезное, заслуживающее пристального внимания.

    И еще: выискивая «рациональное зерно» в подобного рода рас­сказах, очень важно ознакомиться с возможно большим их числом.

    Итак, о чем гласит «народная молва»?

    С давних времен у многих кавказских народов бытует поверье, больше того — убеждение, что в горах, вдали от людей, обитают духи зла — шайтаны. Наказанные когда-то аллахом за то, что попытались забраться на небо, они бродят по земле, не находя себе покоя и пугая людей... Вот тому свидетельства.

    Кумыков Фейца, 67 лет, колхозник, партизан гражданской войны:

    «Алмасты я видел много раз. Сколько раз? Разве я могу сказать, сколько раз, если я их видел все время! Целых пять лет, пока был на нагорных пастбищах. Однажды это было за Наужидзей, в каменистом месте, где есть пещеры. Их там много было. Есть разного возраста — побольше, поменьше. Пожалуй, женщин больше, чем мужчин.

    Алмасты — как человек: руки, ноги как у людей, но волосатые. Шерсть как у медведя, темная. Одетых в одежду не видел. Разгова­ривать они не умеют, только мычат. Людей не боятся, только собак. Бегают очень быстро.

    Два раза я видел алмасты совсем близко. Один раз шел в селение. К вечеру пошел дождь. Я зашел в пещеру, развел костер, постелил бурку. К ночи дождь усилился. Вдруг в пещеру вошел кто-то очень большой, мохнатый, на двух ногах. Сначала подумал, что медведь, потом вижу — нет, алмасты. Мне стало очень страшно. Оружия у ме­ня не было, только один нож. Сделал вид, что ничего не вижу, а сам сижу ни жив ни мертв. Нож держу в руке. Потом немного успокоил­ся, вспомнил, что старики говорили: если его не обидишь, и он не тронет. Алмасты сел у костра, боком ко мне, и выжимает волосы. Потом подсел поближе к костру. То один бок огню подставит, то дру­



    гой. Я осторожно отполз немного в сторону. Успокоился — потому что он не злой. Сказал ему несколько слов, потом заговорил с ним по-кабардински, по-балкарски, по-русски. Алмасты только мычит.

    Постепенно я задремал и уснул. А ночью услышал, что он что-то жует. Наверное, мои харчи. Но ничего не сказал.

    Утром я проснулся очень рано, алмасты уже не было. Торбочку он мою развязал и все съел, ничего не оставил» (записано в 1962 го­ду)-

    Исрафимов Рамазан, учитель географии в средней школе в селе­нии Талы 2-я:

    «14 февраля 1959 года, будучи на охоте вдвоем с товарищем на горе Бухов (Буховуль), я увидел на снегу след босой человеческой ноги. Изумился, конечно, кто может в такое время ходить босиком по снегу? Пошел по следу.

    Длина следа 25—30 сантиметров. Передняя часть стопы шире че­ловеческой. Все пять пальцев параллельны. Размах шага небольшой— существо шло не спеша. Следов когтей не было.

    После того как я прошел по следу два километра, я прекратил исследование — стало жарко и снег под солнцем начал таять.

    Я охотник и хорошо знаю следы зверей. Уверен, что это не был след медведя. И раньше я слышал о существовании в наших горах дикого человека, но не верил. Сейчас я убежден в том, что он суще­ствует, — я видел его след» (записано в 1959 году).

    Мамедова Назмиат, 32 года, Магамаллар, продавщица Госторга:

    «Это было осенью 1953 года, кажется, в октябре. Мы ехали с му* жем из Закаталы, везли домашние вещи. Я сидела в кабине, муж ехал в кузове. Была поздняя ночь. На подъеме от речки Катех-Чай на дороге появился каптар: ростом с высокого человека, весь покрыт длинной белой шерстью. На груди и на плечах волосы длинные, на предплечьях короче. Он прыгал на месте, как бы танцевал, и сильно махал руками.

    Шофер испугался, остановил машину. Мы видели каптара хоро­шо, фары его сильно освещали. Он стоял в 15 метрах от нас. Это был мужчина.

    Постоял он несколько мгновений, потом побежал в кусты. При этом очень громко закричал. Один раз увидела каптара — на всю жизнь запомнила, уж очень он страшный!»

    Подполковник медицинской службы В. С. Карапетян:

    «В октябре—декабре 1941 года наш отдельный стрелковый ба­тальон был переброшен примерно на 30 километров в сторону от гор. Буйнакска...

    Однажды представители местных властей попросили меня как военврача осмотреть пойманного в районе в горах человека: требо­валось установить, не является ли этот странный человек замаскиро­ванным диверсантом...

    Мы вошли в сарай вместе с двумя-тремя сотрудниками местных



    органов власти. На мой вопрос, почему я должен осматривать челове­ка в холодном сарае, а не в комнате, мне сказали, что в теплом по­мещении он не может находиться, сильно потеет, поэтому его держат в сарае.

    Человек, которого я увидел, как сейчас стоит перед моими глаза­ми. Перед нами стоял человек мужского пола, голый, босой. Это был бесспорно человек, ибо все его формы были человеческие. Но на груди, спине и плечах его тело было покрыто пушистыми волосами темно- коричневого цвета (следует подчеркнуть, что все местные жители чер­новолосые); эта шерсть напоминала медвежью, длиной она была в 2—3 см. Ниже груди шерсть была более тонкая и нежная. Кисти рук грубоваты, с редкими волосами, ладони и подошвы ног — без волос. Напротив, на голове очень длинные, до плеч, отчасти закрывавшие также и лоб; на ощупь волосы на голове оказались очень жесткими. Бороды и усов не было, на всем лице легкая волосатость, вокруг рта волосы также не длинные, мелкие.

    Человек стоял совершенно прямо, опустив руки. Рост выше сред­него, порядка 180 сантиметров. Стоял он как богатырь, мощно выста­вив развитую, могучую грудную клетку. На руках очень толстые, крепкие пальцы необычно большого размера. В целом он был зна­чительно крупнее местных жителей.

    Взгляд у него был ничего не говорящий, тусклый, пустой. Это был чисто животный взгляд. Да и в общем он производил впечатление животного.

    Как выяснилось, за время пребывания в плену человек этот не принимал никакой пищи и питья, ничего не просил, не говорил; в теплом помещении обильно потел. При мне снова к его лицу была поднесена вода, затем пища (хлеб), была протянута ему рука — ни­какой реакции не последовало.

    Я дал устное заключение, что это не маскированный человек, но какой-то дикий!»

    Н. Я. Капанадзе, колхозник села Грома:

    «Это было осенью, кажется, в октябре. Мы жили вдвоем с одним стариком из Кавшири в глухом месте Гургенианского леса — заго­тавливали материал для колхоза. Наш балаган стоял в 15 метрах от родника. Кроме этого родника, другой воды в этих горах нигде нет.

    Однажды рано на рассвете — я уже разжег костер и сидел возле него, курил — я услышал шорох в лесу. Смотрю — идет кто-то: зверь не зверь, не пойму что. Сперва я подумал, что медведь, потом ви­жу — нет, человек. Но без одежды и весь покрытый длинной шер­стью рыжего цвета. На спине шерсть больше, на животе меньше. Ли­цо тоже покрыто шерстью, но похоже на человеческое. Немного суту­лый. Руки длиннее, чем у человека.

    Он шел прямо к роднику. Очевидно, знал о нем, потому что шел прямо к нему. Подойдя к роднику, он опустился на колени и, руками опираясь о землю, как человек, нагнулся и стал пить. Это было в



    15 метрах от меня. Пил долго, очень долго, минут пятнадцать, с крат­кими перерывами.

    Напившись, поднялся и пошел обратно туда, откуда пришел».

    Пдпуков Мухамед, кабардинец, строитель:

    «Это было еще до войны, летом. Мы жили тогда в селении Батех в Зольском районе. Откуда-то в наш огород пришла алмасты и посели­лась в нем, в кукурузе. Настелила там разных тряпок, траву. Прожи­ла она у нас неделю. Все время находилась в нашем огороде. Кушала зеленую кукурузу.

    Вся волосатая, на голове длинные волосы. Ногти дл