Юридические исследования - ОБРАТНАЯ ОТСЫЛКА В МЕЖДУНАРОДНОМ ЧАСТОМ ПРАВЕ: НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ. А.А. Гукасян -

На главную >>>

Периодика: ОБРАТНАЯ ОТСЫЛКА В МЕЖДУНАРОДНОМ ЧАСТОМ ПРАВЕ: НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ. А.А. Гукасян


    В современных условиях развития доктрины международного частного права нет внятно и достаточно четко сформулированной позиции относительно проблемы обратной отсылки. Те немногочисленных попытки исследования проблемы обратной отсылки в основном учитывают лишь теоретические аспекты проблемы обратной отсылки в международном частном праве. Однако, при исследовании проблемы обратной отсылки необходимо принимать во внимание практические аспекты применения коллизионных норм, что существенно, так как право не выполняет своей основной функции регулирования общественных отношений, если оно оторвано от действительности.


     
     ОБРАТНАЯ ОТСЫЛКА В МЕЖДУНАРОДНОМ ЧАСТОМ ПРАВЕ:
     НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ

    А.А. Гукасян,
     студент международно-правового ф-та
     ЮИ ДВГУ

    В современных условиях развития доктрины международного частного права нет внятно и достаточно четко сформулированной позиции относительно проблемы обратной отсылки. Те немногочисленных попытки исследования проблемы обратной отсылки в основном учитывают лишь теоретические аспекты проблемы обратной отсылки в международном частном праве. Однако, при исследовании проблемы обратной отсылки необходимо принимать во внимание практические аспекты применения коллизионных норм, что существенно, так как право не выполняет своей основной функции регулирования общественных отношений, если оно оторвано от действительности. В сложившейся ситуации необходимой представляется попытка систематизации и анализа некоторых вопросов правового регулирования проблемы обратной отсылки в международном частном праве.
     Разрешая вопрос о коллизии законов, международное частное право достаточно часто сталкивается с проблемами применения коллизионных норм. Одной из таких проблем применения коллизионных норм в доктрине и практике международного частного права выделяют так называемую обратную отсылку.
     Коллизионные нормы построены таким образом, что они отсылают к праву определенной страны. Однако, понятие "право страны" может охватывать либо только материальное право определенной страны, либо совокупность материального права и коллизионного права. В случае определения понятия "право страны" как совокупности материального и коллизионного права определенной страны суд, рассматривающий определенное дело, либо стороны правоотношения могут столкнуться с проблемой обратной отсылки.
     Институт обратной отсылки в общем виде можно охарактеризовать следующим образом: различное содержание национальных коллизионных норм приводит к тому, что иностранное право, избранное на основании отечественной коллизионной нормы, отсылает обратно к отечественному праву.
     В законодательстве различных государств можно выделить различные подходы к разрешению проблемы обратной отсылки. Так законодательство и судебная практика Франции, Австрии, Венгрии, Грузии, Испании, Польши допускает обратную отсылку и применение коллизионных норм иностранного государства. Некоторые государства, к числу которых можно отнести такие, как Бразилия, Греция, Египет, напротив, обычно не допускают возможности обратной отсылки. Также можно выделить третью группу стран, которые применяют смешанный подход в урегулировании проблемы обратной отсылки. К таким странам можно отнести Швейцарию, Италию и Россию. Законодательство указанных государств, по общему правилу, допускает обратную отсылку, однако в регулировании отдельных групп общественных отношений обратная отсылка не допускается, либо наоборот.
     Так, например, п.1 ст.14 Федерального закона Швейцарии 1987 года "О международном частном праве" (далее - ФЗ Швейцарии об МЧП) предусматривает, что обратная отсылка к швейцарскому праву применяется лишь в случаях, предусмотренных указанным законом. П. 2 ст. 14 ФЗ Швейцарии об МЧП в свою очередь предусматривает, что обратная отсылка иностранного права применяется в случае отсылки к швейцарскому праву, регулирующему вопросы гражданского состояния.
     Что касается российского законодательства, то часть третья Гражданского кодекса РФ (далее - часть третья ГК РФ) содержит ст.1190, пункт первый которой устанавливает, что "любая отсылка к иностранному праву … должна рассматриваться как отсылка к материальному праву, а не к коллизионному праву соответствующей страны, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи". П.2 ст.1190 ГК РФ, в свою очередь, предусматривает, что обратная отсылка может применяться в случаях отсылки к российскому праву, определяющему правовое положение физического лица.
     Таким образом, российское законодательство, по общему, правилу не принимает обратной отсылки к российскому праву, но содержит некоторые исключения, касающиеся регулирования правового положения физических лиц. Достаточно сложно предположить, почему законодатель делает подобного рода исключения. С чем, в данном случае, связан подобный приоритет норм российского права, определяющих правовое положение физического лиц, к нормам иностранного права, с одной стороны, и нормам российского права, определяющим иные аспекты правового регулирования?
     В самом деле, почему при рассмотрении дела в суде РФ мы не должны применять нормы российского права, если иностранное законодательство, к которому отсылает российская коллизионная норма, считает российское право наиболее компетентным в регулировании соответствующих общественных отношений? Для российского судьи применение отечественного права представляется наиболее приемлемым. В данном случае не возникает проблем с толкованием и применением иностранного права, и суд может объективно и полно урегулировать отношения с точки зрения российского права, за исключением случаев, когда отношение наиболее тесно связано с правом соответствующего иностранного государства.
     На практике применение нормы п.1 ст.1190 ГК РФ представляется достаточно неприемлемым как для суда, рассматривающего конкретный спор, так и для наиболее заинтересованной в скорейшем рассмотрении спора стороны в деле (в основном - истца). Очевидно, что применение иностранного права неизбежно ведет к затягивания судебного процесса и суд не может оперативно защитить права и интересы одной из сторон в деле.
     Указанное связано с тем, что, не принимая обратной отсылки к российскому праву, суду будет необходимо установить содержание иностранного права, к которому отсылает российская коллизионная норма. В соответствии с п. 1 ст. 1191 ГК РФ при применении иностранного права суд устанавливает содержание его норм в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государстве. П.2 ст.1191 ГК РФ предусматривает, что при установлении норм иностранного права суд может либо обратиться к Министерству юстиции РФ за содействием и разъяснением, либо обратиться за содействием и разъяснением к иным органам и организациям в РФ и за границей, назначить экспертизу, принять документы, подтверждающие содержание иностранного права от сторон дела, либо возложить бремя доказывания содержания норм иностранного права на стороны по требованиям, связанным с осуществлением сторонами предпринимательской деятельности. При выполнении указанных действий для установления содержания иностранного права суду, рассматривающему конкретный спор, придется либо раз за разом откладывать судебные заседания по делу, либо приостановить производство по делу (к примеру, п.1 ст. 144 АПК РФ предусматривает, что при назначении экспертизы суд вправе приостановить производство по делу). Очевидно, что при затягивании судебного разбирательства по делу сторона, имеющая кредиторскую задолженность по отношению к другой стороне либо иным образом не заинтересованная в скорейшем разрешении дела, будет пытаться всяческим образом отчуждать свое имущество, чтобы в последствии кредитору было сложно либо невозможно исполнить решение суда о взыскании денежных средств либо возмещении вреда.
     Несомненно, в настоящей работе не оспаривается необходимость применения норм иностранного права в случае отсылки коллизионными нормами к ним. Однако, также несомненно, что применение норм иностранного права связано с определенными сложностями. В данном случае, представляется нецелесообразным создание дополнительных сложностей для суда, рассматривающего конкретный спор, и для сторон путем непринятия обратной отсылки к российскому праву, за исключением случаев, когда отношение наиболее тесно связано с правом соответствующего иностранного государства.
     Кроме того, необходимо отметить, что п.3 ст.1191 ГК РФ предусматривает, что если содержание норм иностранного права, несмотря на предпринятые в соответствии с п.п.1 и 2 ст.1191 ГК РФ меры, в разумные сроки не установлено, применяется российское право. Данная норма свидетельствует о том, что обратная отсылка к российскому праву может быть принята не только относительно норм, регулирующих правовое положение физического лица, но и к иным отношениям посредством применения п. 3 ст.1191 ГК РФ.
     Таким образом, относясь к числу государств со смешанным подходом к разрешению проблемы обратной отсылки в международном частном праве, Россия не принимает, по общему правилу, обратной отсылки иностранного права к российскому праву. Однако, указанное разрешение проблемы обратной отсылки в российском праве представляется нецелесообразным и невнятным. Исходя из вышеуказанного, представляется, что ст. 1190 ГК РФ должна быть изложена в следующей редакции:
     "1. Любая отсылка к иностранному праву в соответствии с правилами настоящего раздела должна рассматриваться как отсылка и к материальному, и к коллизионному праву соответствующей страны. В случае обратной отсылки коллизионными нормами соответствующего иностранного государства к российскому праву, применяется российское право, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 и 3 настоящей статьи.
     2. Обратная отсылка иностранной коллизионной нормы к российскому праву не принимается, если соответствующее отношение тесно связано с соответствующим иностранным государством.
     3. В случае отсылки коллизионной нормы иностранного государства, к праву которого отсылает российская коллизионная норма, к праву третьего государства, такая отсылка не должна приниматься и при регулировании соответствующих отношений должны применяться материальные нормы иностранного государства, к праву которого первоначально отсылает российская коллизионная норма".