Юридические исследования - К ВОПРОСУ ОБ ОБЪЕКТЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С БАНКРОТСТВОМ И.Ю. Михалев -

На главную >>>

Гражданское право: К ВОПРОСУ ОБ ОБЪЕКТЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С БАНКРОТСТВОМ И.Ю. Михалев


    В современной научной и учебной литературе можно обнаружить далеко не однозначные подходы, характеризующие объект рассматриваемых преступлений. Одни авторы в качестве основного непосредственного объекта неправомерных действий при банкротстве, преднамеренного банкротства и фиктивного банкротства называют общественные отношения, возникающие в связи с осуществлением предпринимательской деятельности. Другие считают, что основным непосредственным объектом преступлений являются охраняемые законодательством отношения по поводу распределения имущества несостоятельных юридических лиц и индивидуальных предпринимателей Третьи полагают, что таковым следует признать правомерные имущественные интересы кредиторов. По мнению ряда авторов, помимо интересов кредиторов, в непосредственный объект рассматриваемых преступлений следует включать законные интересы предпринимателей и потребителей, интересы государства в сфере деятельности государственных органов, уполномоченных на организацию работы с предприятиями-банкротами, интересы собственников коммерческих организаций и работников коммерческих организаций, а также интересы иных лиц, удовлетворение требований которых предусмотрено законом.

     


     


    Сибирский юридический вестник. 2000. № 2.

     

    ПРАВО И ПРАВОСУДИЕ

     

     

     

    ©  2000 г.    И.Ю. Михалев

     

     

    К ВОПРОСУ ОБ ОБЪЕКТЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ,

     

    СВЯЗАННЫХ С БАНКРОТСТВОМ

     

     


    В современной научной и учебной литературе можно обнаружить далеко не однозначные подходы, характеризующие объект рассматриваемых преступлений. Одни авторы в качестве основного непосредственного объекта неправомерных действий при банкротстве, преднамеренного банкротства и фиктивного банкротства называют общественные отношения, возникающие в связи с осуществлением предпринимательской деятельности[1]. Другие считают, что основным непосредственным объектом преступлений являются охраняемые законодательством отношения по поводу распределения имущества несостоятельных юридических лиц и индивидуальных предпринимателей[2]. Третьи полагают, что таковым следует признать правомерные имущественные интересы кредиторов[3]. По мнению ряда авторов, помимо интересов кредиторов, в непосредственный объект рассматриваемых преступлений следует включать законные интересы предпринимателей и потребителей, интересы государства в сфере деятельности государственных органов, уполномоченных на организацию работы с предприятиями-банкротами, интересы собственников коммерческих организаций и работников коммерческих организаций, а также интересы иных лиц, удовлетворение требований которых предусмотрено законом[4].

     

    Одни авторы выделяют существование дополнительного объекта рассматриваемых преступлений, в качестве которого чаще всего называется имущественный интерес кредиторов[5]. Другие полагают, что этим преступлениям присущ факультативный объект, который включает в себя интересы службы в коммерческих организациях, а также отношения по поводу учета хозяйственной деятельности[6].

     

    Также можно выделить наличие таких точек зрения, которые существенно отличаются от всех вышеприведенных позиций. Так, Н.А. Лопашенко считает, что объектом неправомерных действий при банкротстве и фиктивного банкротства являются общественные отношения по реализации принципа добропорядочности субъектов экономической деятельности, а преднамеренного банкротства - общественные отношения по реализации принципа запрета криминальных форм поведения  в экономической деятельности[7]. По мнению И.А. Клепицкого, объектом рассматриваемых преступлений следует считать «особые имущественные права (право требования, подлежащее удовлетворению из конкурсной массы)», являющиеся разновидностью субъективных имущественных прав и интересов в гражданско-правовом их понимании[8].

     

    Конечно, с одной стороны, такое множество несовпадающих подходов можно объяснить «следствием теоретической недоработки проблемы преступлений в сфере экономической деятельности»[9], но с другой – это безусловно свидетельствует о чрезвычайной сложности отношений, составляющих объект рассматриваемых преступлений. Именно сложность и многогранность отношений, складывающихся в обществе в связи с несостоятельностью и банкротством, позволяет найти рациональное зерно почти в каждой из вышеприведенных позиций. Нельзя, например, не согласиться с тем, что преступления, предусмотренные ст.ст.195-197 УК, затрагивают сферу экономической деятельности общества, в частности и сектор предпринимательства. Справедливы также высказывания и о том, что эти преступления ущемляют интересы как государства, как общества в целом, так и отдельно взятых хозяйствующих субъектов и потребителей. И уж, конечно, верно то, что в каждом конкретном случае рассматриваемые преступления направлены на невыполнение возникших имущественных обязательств и, соответственно, против интересов кредиторов.

     

    Сложность связей, возникающих в обществе при несостоятельности, значительно затрудняет возможность адекватного отражения всего того богатого разнообразия признаков общественных отношений, составляющих объект рассматриваемых преступлений, в одном определении. Однако в исследовательских целях все же необходимо обозначить те характерные черты, которые наиболее полно и точно отражают признаки охраняемых уголовным законом социальных благ.

     

    Думается, что наиболее точно содержание объекта преступлений, предусмотренных ст. ст. 195-197 УК, может быть раскрыто посредством анализа его структуры, путем исследования взаимодействий и системы связей между различными ее элементами[10]. Как известно, структуру общественного отношения составляют три элемента: субъекты отношений; социальный интерес, объединяющий субъектов в конкретном отношении; деятельность субъектов отношения, направленная на удовлетворение данного интереса. Особый статус среди других структурных элементов объекта преступления имеет интерес. Интерес, пронизывая все глубинные связи, образующие общественное отношение, на всех уровнях его функционирования несет на себе отпечаток соответствующего общественного отношения. Этот элемент, таким образом, не только является выразителем внешних признаков общественных отношений, но и наиболее полно передает его внутреннюю, содержательную сторону. Такую особую роль интереса в структуре общественных отношений отмечают как правоведы, так и экономисты[11].

     

    Интерес, являясь той философской категорией, которая не только связана, но и всегда выражает глубинную, коренную сущность любого общественного отношения, выступает исходной методологической основой, которая позволяет уяснить суть объекта преступления. Исходя из этого, можно сделать вывод, что наличие вышеуказанных различий в понимании объекта рассматриваемых преступлений обусловлено использованием авторами именно такого методологического подхода для характеристики отношений, связанных с несостоятельностью. Большинством авторов при определении понятия объекта преступлений, предусмотренных ст.ст. 195-197 УК, в основу его характеристики был положен именно интерес субъектов отношений, связанных с несостоятельностью. Однако субъектный состав этих отношений достаточно широк, а каждому из участников присущ свой собственный и неповторимый интерес. Поэтому, в зависимости от отданного конкретным автором приоритета, в основу характеристики объекта рассматриваемых преступлений положен интерес того или иного субъекта отношений, связанных с несостоятельностью.

     

    Действительно, содержание интереса неразрывно связано с его носителем, обусловлено свойствами, местом и ролью последнего в охраняемых уголовным законом отношениях. Несомненно также и то, что реальный круг участников отношений, возникающий при несостоятельности и банкротстве, может быть разнообразным и неповторимым в каждом конкретном случае. Практически любой участник хозяйственной деятельности в условиях рыночной экономики может быть признан потенциальным субъектом отношений, связанных с несостоятельностью. Исходя из этого и учитывая сложность социальных взаимосвязей экономических отношений, в число их субъектов можно отнести и тех лиц (физических и юридических), которые в каждом конкретном случае не являются ни кредитором, ни должником, но каким-либо (пусть даже самым незначительным или случайным) образом связаны с одним из них. В зависимости от целей исследования и соответствующего им масштаба охвата проблемы можно принять в качестве критерия различную степень такой связи и, соответственно этому, расширить или сузить круг участников.

     

    В данном случае не ставится цель обозначить весь возможный перечень участников отношений, связанных с несостоятельностью и банкротством. Определяя круг участников рассматриваемых отношений с точки зрения юридически значимой связи, прежде всего, следует руководствоваться имеющимися формальными ограничениями. Поскольку речь идет о сложном, двухуровневом регулировании отношений, то первостепенное значение имеют рамки, устанавливаемые первым блоком правового регулирования (преимущественно законодательством о несостоятельности).

     

    Закон о несостоятельности 1998г., определяя субъектный состав участников отношений, подразделяет их на две категории: 1)лиц, участвующих в деле о банкротстве (ст.30 Закона); 2)лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве (ст.31 Закона). К первой категории законодателем отнесены: должник; арбитражный управляющий; конкурсные кредиторы; налоговые и иные уполномоченные органы по требованиям обязательных платежей; прокурор в случае рассмотрения дела о банкротстве по его заявлению; государственный орган по делам о банкротстве и финансовому оздоровлению в случаях, предусмотренных законом; иные лица в случаях, предусмотренных законом. Ко второй – представитель работников должника; представитель собственника имущества должника – унитарного предприятия; иные лица в случаях, предусмотренных АПК РФ и законодательством о несостоятельности. Кроме этого, участниками рассматриваемых отношений можно назвать учредителей (участников) должника – юридического лица, а также граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни и здоровью. Хотя они и не признаны Законом ни лицами, участвующими в деле о банкротстве, ни лицами, участвующими в арбитражном процессе о банкротстве, их наличие в правоотношениях несостоятельности все же обозначено (например, участие в досудебной санации).

     

    Содержание интереса каждого из субъектов раскрывает соответствующую часть внутренней стороны рассматриваемых отношений. Но наибольшей содержательной ценностью обладает тот интерес, который имеет самостоятельную природу и находит максимальное проявление во взаимоотношениях субъектов. Исходя из этого, все имеющиеся в этих отношениях интересы можно подразделить на две группы: основные (первичные), которые определяют природу отношений несостоятельности, и производные (вторичные), которые обусловлены первыми либо им подчинены.

     

    К первой группе следует отнести интерес государства. На современном этапе государство можно назвать одним из постоянных активных субъектов рассматриваемых отношений, оно вступает в них с момента их возникновения и принимает участие до момента их прекращения. Государству в рассматриваемых отношениях действующим законодательством отведена сложная многофункциональная роль. С одной стороны, участие государства в конкурсных правоотношениях вытекает из возникших ранее гражданско-правовых обязательств (участие в качестве кредитора или собственника имущества должника – унитарного предприятия), а с другой - из властно-распорядительных и политико-правовых его функций (фискальных, административных, контрольных и др.). К основным также следует отнести интересы должников и кредиторов, поскольку именно их содержание диктует необходимость правового воздействия на отношения, связанные с несостоятельностью, наиболее точно и полно определяет природу возникающих взаимосвязей, их направленность в развитии[12].  

     

    Интересы иных из обозначенного круга субъектов не могут существенно влиять на суть рассматриваемых отношений в силу как объективных, так и субъективных причин. Направленность одних интересов изначально объективно предопределена содержанием интересов основных субъектов отношений и подчинена целям производства, связанного с несостоятельностью. Таким содержанием обладает, например, интерес одного из центральных участников рассматриваемых отношений - арбитражного управляющего. Другие интересы, обладая самостоятельным содержанием, не могут существенно влиять на суть рассматриваемых отношений в силу искусственно установленных препятствий на пути их реализации. Возможность удовлетворения таких интересов ограничена законодательством о несостоятельности. К этой категории относится интерес учредителей (участников) коммерческих организаций. При возникновении отношений, связанных с несостоятельностью юридического лица, мера реализации имущественных интересов названных лиц значительно ограничивается, что вполне обоснованно с точки зрения распределения негативных последствий коммерческого риска в процессе экономической деятельности.

     

    Говоря о содержании интереса государства, необходимо подчеркнуть его сложную природу. Одна сторона интереса вытекает из властно-распорядительных и политико-правовых функций рассматриваемого субъекта. Эта сторона связана с его стратегической задачей - укреплением экономических устоев, что в значительной мере зависит от обеспечения стабильности хозяйственной деятельности субъектов, баланса социальных и экономических интересов. Банкротские же преступления, нарушая установленный  порядок осуществления конкурсного производства, затрудняя либо вовсе исключая достижения поставленных перед ним целей, всегда тем самым причиняют ущерб интересам государства. Важно отметить, что в этом не следует искать какой-то специфики банкротских преступлений, поскольку всякое преступление, в конечном итоге, причиняет тот или иной вред интересам государства. Как справедливо заметил Г.Е. Колоколов, «всякая неправда, имеющая своим объектом право частного лица, является в то же время посягательством и на общественные интересы, всякое преступное деяние нарушает необходимо интересы всего общества, а преступлений частных в означенном смысле не существует»[13]. Поэтому, признавая государство гарантом установленного в обществе правопорядка, который страдает при совершении каждого преступления, «потерпевшим в конечном счете является государство»[14].

     

    Другая сторона содержания интереса рассматриваемого субъекта имеет имущественный характер. Государство, формируя и реализуя фискальную политику, заинтересовано получить от несостоятельного должника причитающиеся в бюджет платежи. В этом случае интерес государства по содержанию в основном совпадает с интересами других кредиторов.

     

    Однако как бы ни были существенны названные интересы, справедливо утверждение П.С. Яни, согласно которому «…неточно было бы в современных условиях… определять экономические преступления только как направленные против государственных экономических интересов…»[15].

     

    Основу формирования содержания интересов должника и кредиторов в отношениях несостоятельности составляют экономические условия, проистекающие из потребности каждого из них сохранить, а при возможности и приумножить свою собственность (одно из реальных проявлений основного принципа экономики – принципа ограниченности ресурсов[16]). В упрощенном варианте взаимоотношения названых участников можно выразить следующей формулой: цель кредитора - возвратить должное, цель несостоятельного должника - сохранить свое имущество. И в первом, и во втором случае среда формирования интереса – имущественная сфера. Интерес каждого из названных субъектов «…предполагает благо имущественного характера и определенное отношение по поводу этого блага – принадлежность его в определенной степени лицу»[17] и, следовательно, является имущественным.

     

    Вместе с тем необходимо подчеркнуть, что имущественная сфере субъекта отношений не является однородной. Так, например, И.А. Клепицкий выделяет три составляющих этой сферы: 1) право собственности; 2) имущественные права; 3) все то в имущественной сфере, посягая на что, преступник приобретает имущественную выгоду или причиняет имущественный ущерб («имущество в целом», имущество вообще)[18]. Однако эта, в сущности, верная трактовка не дает полной и точной характеристики непосредственного объекта имущественного преступления. Недостаток ее состоит в том, что она не отражает объем и соотношение каждого из названных элементов, входящих в имущественную сферу субъекта, применительно к конкретному преступлению.

     

    В связи с обозначенным вопросом следует отметить, что широкое распространение в доктрине уголовного права получила позиция, наиболее четко сформулированная Б.С. Никифоровым, трактующая объект посягательства имущественных преступлений как «нормальное существование индивида в сфере имущественных отношений, или более конкретно, обеспеченную лицу … законом возможность использовать имущество по своему усмотрению»[19]. Как видим, в данном случае в характеристике имущественной сферы субъекта акцент смещен в сторону отношений собственности.

     

    Кроме этого, ряд правоведов придерживается расширительного понимания самих отношений собственности[20]. Так, например, по мнению А.В. Венедиктова, «собственность как совокупность общественно-производственных отношений в целом – юридически опосредуется не только путем права собственности, но и путем всей системы имущественных прав как вещного…, так и обязательственного характера»[21]. Поскольку возможность удовлетворения требований кредиторов напрямую зависит от объема имущества несостоятельного должника, то, основываясь на приведенном подходе, можно сделать вывод, что предметом интереса каждого из названных участников рассматриваемых отношений является имущество, которое должно составить конкурсную массу. Следовательно, в таком случае объектом преступлений, предусмотренных ст. ст. 195-197 УК, можно назвать отношения собственности. Однако это не будет соответствовать действительно существующей расстановке интересов в содержании отношений, составляющих объект этих преступлений.

     

    Обращаясь к фактическому содержанию обязательственных отношений и отношений собственности, следует отметить, что их тесная взаимосвязь вытекает непосредственно из экономической природы. Как экономические отношения, собственность представляет собой, во-первых, отношения между людьми по поводу конкретного имущества (материальных благ), а во-вторых, в отношении лица к имуществу (присвоение). Фактическое же содержание обязательственных правоотношений, в свою очередь, составляет весь экономический оборот воспроизводства, распределения и перераспределения имущества (товарное перемещение материальных благ) и их полезных свойств. Таким образом, будучи звеньями единой цепи, эти элементы в совокупности и образуют экономические отношения в целом. При этом нельзя не согласиться с тем, что собственность занимает главенствующее место в системе имущественных отношений[22]. Вместе с тем имущественные отношения представляют собой именно систему, что предполагает включение в нее, наряду с отношениями собственности, и другие, системообразующие элементы, в том числе и обязательственные отношения.

     

    Определяющее значение для рассматриваемого вопроса имеет и то, что правоотношения собственности и обязательства имеют четкое юридическое разграничение, которое обусловлено самой сутью этих отношений. Если в отношениях собственности имущественный интерес управомоченного субъекта может быть удовлетворен путем воздействия непосредственно на вещь, то в обязательственных – это исключено, поскольку предметом обязательства является поведение обязанного лица, но не сама вещь. Кредитор и должник находятся в различном юридическом положении по отношению к имуществу, являющемуся, в конечном счете, предметом интереса каждого из них.

     

    Проявление различий можно проследить по их субъективным правам в отношении имущества. Несостоятельный должник обладает субъективным вещным правом, которое, как известно, указывает на «прикрепленность» вещи и имеет абсолютный характер[23]. Этому праву несостоятельного должника соответствует обязанность всех иных лиц, в том числе и кредиторов, воздерживаться от какого-либо воздействия на вещь. Кредиторы не обладают правом собственности на имущество несостоятельного должника, не имеют в отношении него каких-либо иных вещных прав. Взаимоотношения кредитора с несостоятельным должником основаны лишь на обязательстве. Выражаясь словами В.Д. Набокова, «общий признак всех этих деяний: они посягают против права кредитора на удовлетворение»[24]. И.А. Клепицкий также отмечает, что «наряду с предметом имущественные интересы предполагают особого рода отношения по поводу этих предметов, различные формы и степени присвоения лицом этих предметов. Характер этих отношений определяет юридическую классификацию имущественных интересов»[25]. Под различными формами и степенями присвоения, очевидно, в этом случае следует понимать соответствующие обязательственные отношения, а в качестве критерия классификации имущественных интересов - дифференциацию обязательств.

     

    Из сказанного видно, что преступное посягательство может причинить вред лишь тем интересам кредиторов и соответствующим им связям с должником, которые существуют в обязательственном правоотношении. Следовательно, структурным элементом объекта рассматриваемых преступлений можно признать только тот интерес кредитора, который связан с обязательством.

     

    Важное место в структуре объекта рассматриваемых преступлений занимают и имущественные интересы должника. Существование этих интересов проистекает из известной еще дореволюционному правоведению проблемы распоряжения руководителем организации имуществом юридического лица. Еще И.Я. Фойницкий обращал внимание «на самостоятельную юридическую природу» противозаконного распоряжения «имуществом акционерного общества со стороны заведывающих делами его»: «заведующие делами общества или товарищества распоряжаются не своим, а чужим имуществом, не на хозяйском основании, а на иных весьма сложных основаниях…; действуя во вред кредиторам акционерного установления, они в то же время могут выступать… как нарушители (имущественных) прав акционеров…; различна, напр., природа сокрытия имущества собственного и принадлежащего акционерному установлению, во вред не только кредиторам последнего, но и ему самому…»[26]. Возможность причинения банкротскими преступлениями вреда имущественным интересам несостоятельного должника отмечал и другой известный юрист Л.С. Белогриц-Котляревский. Он, в частности, писал, что имущественная природа преступ­лений, связанных с несостоятельностью, вытекает из того, что, во-первых, их объектом являются права кредиторов на удовлетворение их долговых претензий из имущества должника, а во-вторых, - имущество самого должника, «виновным образом умаляемое в ущерб кредиторов»[27].

     

    Современные организационно-правовые формы юридических лиц, с их сложной внутренней структурой и разнообразием органов, представляющих их интересы в отношениях с третьими лицами, также не исключают возможности подобных злоупотреблений. Корень этой проблемы кроется в неизбежности существования внутри организации множества различных интересов, которые не всегда совпадают с интересами самого юридического лица, как субъекта хозяйственной деятельности[28]. Причины такого несовпадения, в свою очередь, объясняются противоречиями самой «акционерной собственности», в сути которой изначально заложен конфликт интересов[29].

     

    Наиболее вероятной для проявления злоупотреблений является ситуация, при которой сталкиваются законные интересы юридического лица с интересами руководителя, поскольку последний, основываясь на легитимном статусе представителя, имеет реальную возможность причинить имущественный вред организации. В таком случае руководитель действует от имени представляемой им организации, но в своих интересах. Как показывает практика, проблема отсутствия эффективных правовых средств противодействия недобросовестному поведению руководителей юридических лиц является одной из самых острых на сегодняшний день[30].

     

    Условия экономической несостоятельности организации можно рассматривать как наиболее благоприятные для появления противоречий интересов предприятия и его руководителя. В таких случаях действия руководителя, направленные на удовлетворение своих интересов, неизбежно повлекут причинение ущерба законным имущественным интересам юридического лица. При этом ущерб, в зависимости от конкретного вида посягательства, может быть причинен интересам, связанным  как с вещными, так и с обязательственными правами организации.

     

    Основанным на вещных правах интересам должника-организации вред причиняется всегда, когда ее руководителем совершаются действия, направленные на уменьшение его имущества. Следует заметить, что наличие в структуре объекта рассматриваемых преступлений имущественных интересов, основанных на отношениях собственности, свидетельствует об однородности их с теми, которые составляют объект преступлений главы 21 УК «Преступления против собственности». При противоправном уменьшении имущества должника-организации ее руководителем также причиняется ущерб собственнику – организации-должнику, и возможно незаконное обогащение иных лиц. Не противоречит этому выводу и присутствие в объекте банкротских преступлений имущественного интереса, основанного на обязательстве. Такой же интерес имеется, например, в объекте преступления, предусмотренного ст.165 УК[31]. Однородность отношений, составляющих объект посягательств против собственности и банкротских преступлений, была положена в основу объединения их в единую систему имущественных преступлений в русском дореволюционном правоведении[32].

     

    С точки зрения нормальной хозяйственной деятельности, организация-должник не заинтересована в искусственном раздувании своих имущественных обязательств, не обеспеченных адекватным встречным предоставлением. Приемлемым (общественно полезным) в этом случае будет его интерес, направленный на стабилизацию финансового состояния. Однако нельзя исключать того, что эта деятельность может быть нарушена в случае противоречия интереса руководителя интересам предприятия. Например, в случае заключения руководителем организации-должника в собственных интересах заведомо невыгодных сделок, влекущих, в конечном счете, создание или увеличение неплатежеспособности. В этом случае вред причиняется тем интересам, которые составляют содержание обязательственных отношений несостоятельного должника.

     

    Немаловажную роль в рассматриваемой проблематике, на наш взгляд, представляет вопрос о границах имущественных интересов, составляющих объект рассматриваемых преступлений. Очевидно, что под охрану уголовного закона не могут быть поставлены все интересы должника и кредитора, которые существуют (или могут существовать) в данных отношениях. Применительно к интересам в приведенных выше определениях объекта преступлений авторами не случайно употреблены термины «законные» и «правомерные»[33]. Значение этих понятий вполне четко очерчивает объем рассматриваемых интересов: в качестве структурного элемента в объект рассматриваемых преступлений входит лишь та часть имущественных интересов субъектов отношений, которая предоставлена им законодательством о несостоятельности.

     

    Некоторые авторы, исследующие проблемы имущественных преступлений, полагают, что имущественный интерес и субъективное имущественное право - понятия однопорядковые или, более того, тождественные. Так, например, И.А. Клепицкий, рассматривая проблему классификации имущественных интересов, указывает: «Прежде всего, из общей массы имущественных интересов можно выделить имущественные права. Поскольку всякий интерес, утверждаемый авторитетом права, может пониматься в качестве субъективного права – всякий интерес, в той мере, в какой он подлежит охране нормой права уголовного, можно трактовать как субъективное право»[34].

     

    Такая постановка в соотношении названных понятий представляется не совсем точной. Несомненно, имущественный интерес и имущественное субъективное право - категории взаимосвязанные, но отождествлять их все же не следует. Взаимосвязь названных явлений состоит в том, что путем реализации субъективного права использования дозволенного поведения) субъект получает удовлетворение своего имущественного интереса. Субъективное имущественное право, таким образом, представляет собой юридический механизм реализации интереса обладателя этого права, но не саму его суть. Поэтому само субъективное право нельзя рассматривать в качестве структурного элемента
    объекта преступления. Связь субъективного права лица с его интересом в данном случае состоит в фиксации объема последнего. Посредством субъективного права (мерой дозволенного поведения управомоченного лица) реализуется не весь объем имущественного интереса, а лишь тот, который «отмерен» субъекту объективным правом и «оформлен» в так называемый «законный интерес». Именно эту часть имущественного интереса, которая «отмерена» и «оформлена» и удовлетворение которой возможно путем реализации субъективного права, и следует, на наш взгляд, признать элементом структуры объекта имущественного преступления.

     

     

     



    [1] См.: Светачев П.А. Уголовно-правовая ответственность за банкротство: Дис. …канд. юрид. наук. М., 1995. С.84, 105, 123.; Уголовное право. Особенная часть: Учеб./ Под ред. А.И. Рарога. М., 1997. С.178-181; Уголовное право. Особенная часть: Учеб. для вузов/ Отв. ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамова, Г.П. Новоселов. М., 1998. С.334-339.

     

    [2] См.: Горелик А.С., Шишко И.В., Хлупина Г.Н. Преступления в сфере экономической деятельности и против интересов службы в коммерческих и иных организациях. Красноярск, 1998. С.124.; Глущенко П.П., Лукевич Ю.А. Уголовно-правовые средства защиты прав и интересов граждан в РФ: Коммент. Уголовного кодекса к разд. “Преступления в сфере экономики” и образцы документов. СПб., 1998. С.85.; Научно-практический комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации: В 2т. /Под ред. П.Н. Панченко. Нижний Новгород, 1996. Т.1. С.561-567.; Уголовное право России. Особенная часть: Учеб./ Под ред. В.П. Ревина. М., 1998. С.276-278.; Уголовное право. Особенная часть: Учеб./Под ред. Н.И. Ветрова и  Ю.И. Ляпунова. М., 1998. С.290-291.; Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации/ Под ред. Ю.И. Скуратова и В.М. Лебедева. М., 1998. С.437-441.; Уголовное право России. Особенная часть: Учеб./Отв. ред. Б.В. Здравомыслов. М.,1996. С.225-228.

     

    [3] См.: Волженкин Б.В. Преступления в сфере экономической деятельности по Уголовному кодексу Российской Федерации (общая характеристика)// Юрид. мир. 1997. №6/7. С.37.; Российское уголовное право. Особенная часть: Учеб./ Под ред. В.Н. Кудрявцева, А.В. Наумова. М., 1997. С.213.; Практикум по уголовному праву: Учеб. пособие/ Под ред.  Л.Л. Кругликова. М., 1997. С.275-277.

     

    [4] См.: Кузнецов А.П. Преступления в сфере экономической деятельности: понятие, место, классификация// Следователь.1999. №4. С.11-12.; Уголовное право. Особенная часть: Учеб./ Под ред. Н.И. Ветрова и. Ю.И. Ляпунова. С.368.; Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации/ Под ред. Ю.И. Скуратова и В.М. Лебедева. С.437-441.; Российское уголовное право. Особенная часть: Учеб./ Под ред. В.Н. Кудрявцева, А.В. Наумова. С.213.

     

    [5] См.: Светачев П.А. Указ. дис. С.84,105,123.; Уголовное право. Особенная часть: Учеб./ Под ред. А.И. Рарога. С.178-181.

     

    [6] См.: Горелик А.С., Шишко И.В., Хлупина Г.Н. Указ. соч.. С.124.

     

    [7] Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономической деятельности: понятия, система, проблема квалификации и наказания. Саратов, 1997. С.18-23.

     

    [8] Клепицкий И.А. Объект и система имущественных преступлений в связи с реформой уголовного законодательства России. Дис. … канд. юрид. наук. М., 1995. С.27,152.; Клепицкий И.А. Банкротство как преступление в современном уголовном праве// Государство и право. 1997. №11. С.53.

     

    [9] Кузнецов А.П. Указ. соч. С.11.

     

    [10] Такой методологический подход впервые был предложен Б.С. Никифоровым  при комплексном исследовании объекта преступления. См.: Никифоров Б.С. Объект преступления по советскому уголовному праву. М., 1960.

     

    [11] См., напр.: Радаев В.В. Экономические интересы при социализме. М., 1971. С.115.; Таций В.Я. Объект и предмет преступления в советском уголовном праве. Харьков, 1988. С.75.

     

    [12] Вопрос приоритета интересов должника или кредитора в структуре объекта тесно связан с существованием в мировой практике двух систем несостоятельности: «прокредиторской» и «продолжниковской». Действующее отечественное законодательство о несостоятельности нельзя отнести в полном смысле ни к одной из них. Поэтому, определяя объект рассматриваемых преступлений, можно говорить о равной защите интересов как должника, так и кредиторов. Подробнее об этом см.: Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)»/ Под ред. В.В. Витрянского. М., 1998. С.12.

     

    [13] Колоколов Г.Е. Уголовное право. Особенная часть. М., 1902. С.95.

     

    [14] Никифоров Б.С. Указ. соч. С.116.

     

    [15] Яни П.С. Актуальные проблемы уголовной ответственности за экономические и должностные преступления: Дис. …д-ра юрид. наук. М. 1996. С.30.  

     

    [16] Курс экономики: Учеб./ Под ред. Б.А. Райзберга. М., 1997. С.77-78.

     

    [17] Клепицкий И.А. Объект и система имущественных преступлений в связи с реформой уголовного законодательства России. С.24.

     

    [18] См.:Клепицкий И.А. Собственность и имущество в уголовном праве//Государство и право. 1997. №5. С.75.

     

    [19] Никифоров Б.С. Указ. соч. С.116.

     

    [20] См.:Еремеев Д.Ф. Право личной собственности в СССР. М., 1958. С.5.; Генкин Д.М. Право собственности в СССР. М., 1961. С.17.; Панов Н.И. Уголовная ответственность за причинение имущественного ущерба  путем обмана и злоупотребления доверием. Харьков, 1977. С.6.; Никифоров Б.С. Борьба с мошенническими посягательствами на социалистическую собственность по советскому уголовному праву. М., 1952. С.32.; Алексеев С.С. Предмет советского социалистического гражданского права. Свердловск, 1959. С.19-28. 

     

    [21] Венедиктов А.В. Государственная социалистическая собственность. М.-Л., 1948. С.28.

     

    [22] См.:Гражданское право: Учеб. Ч.1/Под ред. А.П.Сергеева, Ю.К.Толстого. М.,1996. С.323.

     

    [23] См.:Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907г.). М., 1995. С.166.; Щенникова Л.В. Вещные права в гражданском праве России. М., 1996. С.15.; Гражданское право России: Курс лекций. Ч.1/Под ред. О.Н.Садикова. М., 1996. С.171.; Гражданское право: В 2 т.: Учеб./Отв.ред. Е.А.Суханов. М., 1998. Т.1. С.475.; Гражданское право: Учеб. Ч.I/Под ред. А.П.Сергеева, Ю.К.Толстого. С.315. 

     

    [24] Набоков В.Д. Элементарный учебник особенной части русского уголовного права. СПб. 1903. С.155.

     

    [25] Клепицкий И.А. Объект и система имущественных преступлений в связи с реформой уголовного законодательства России. С.27.

     

    [26] Фойницкий И.Я. Курс уголовного права. Часть особенная: Посягательства личные и имущественные. СПб., 1907. С.407.

     

    [27] Белогриц-Котляревский Л.С. Учебник русского уголовного права. Общая и особенная части. Киев, 1903. С.453.

     

    [28] В данном случае  понятие «интерес юридического лица» используется условно, поскольку как абстрактная юридическая конструкция юридическое лицо не может обладать каким-либо интересом, а как объединение физических лиц представляет собой совокупность их интересов. Направленность составляющих «интереса организации» не всегда имеет единую содержательную направленность, более того, отдельные из них могут вступать в противоречие с «общим» интересом.  

     

    [29] Подробнее об этом см.: Управление и корпоративный контроль в акционерном обществе: Практ. пособие/ Под ред. Е.П. Губина. М., 1999. С.14-15.

     

    [30] Подробнее об этом см.: Сколовский К. Сделки, совершенные руководителем вопреки интересам организации // Экономика и жизнь – Юрист. 1999. №29. С.2; Лукашова М.Д. Нормы есть, практики нет//Экономика и жизнь – Юрист. 1999. №29. С.1.

     

    [31] Как обоснованно отмечает И.А. Клепицкий, суть ст.165 УК состоит в ограждении имущественного интереса относительно доходов в обязательственных отношениях. См.: Клепицкий И.А. Объект и система имущественных преступлений в связи с реформой уголовного законодательства России. С.22.

     

    [32] Исходя из единства объекта, ряд современных авторов предлагает вернуться к такой систематизации. См., напр.: Клепицкий И.А. Объект и система имущественных преступлений в связи с реформой уголовного законодательства России. С.23,152.; Кузнецов А.П. Указ. соч. С.8.

     

    [33] Указание на законность интересов, образующих стержень объекта преступления, имеет принципиальное значение. Как справедливо отмечает Б.В. Волженкин, интересы отдельных субъектов в сфере экономической деятельности могут серьезно противоречить закону. Такие интересы не могут быть признаны составляющими объекта преступления. См.: Волженкин. Б.В. Экономические преступления. СПб. 1999. С.53.  

     

    [34] Клепицкий И.А. Объект и система имущественных преступлений в связи с реформой уголовного законодательства России. С.27.

     


  • Тут. Бассейн spa москва! Удобно