Юридические исследования - ПРАВОВАЯ СИСТЕМА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ: СОСТОЯНИЕ, ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ -

На главную >>>

Государственное право: ПРАВОВАЯ СИСТЕМА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ: СОСТОЯНИЕ, ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ


    Доклады студентов юридических факультетов вузов Республики Бела­русь посвящены теоретическим и практическим проблемам правовой систе­мы, развитию и совершенствованию законодательства республики в современ­ных условиях. Рассматриваются актуальные проблемы и перспективы разви­тия системы белорусского права и законодательства.

     


    Министерство образования Республики Беларусь

     

    УЧРЕЖДЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ «ГРОДНЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ ЯНКИ КУПАЛЫ»

     

    ЮРИДИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

     


    25-летию юридического факультета ГрГУ имени Я.Купалы посвящается

     

    ПРАВОВАЯ СИСТЕМА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ:

     

    СОСТОЯНИЕ, ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ

     

    Материалы III межвузовской студенческой научной конференции

     

    24 апреля 2003 г.

     

    Гродно

     


    Гродно 2003

     



    УДК 340 ББК 67 П68

     


    Редакционная коллегия: И.В. Гущин, д-р юрид. наук, профессор;

     

    Н.В. Сильченко, д-р юрид. наук, профессор;

     

    Г. А. Зорин, д-р юрид. наук, профессор;

     

    О.Н. Толочко, канд. юрид наук, доцент (отв. редактор); Н.Г. Станкевич, канд. юрид. наук, доцент;

     

    Р. Н. Ключко, канд. юрид. наук, доцент.

     


    Правовая система Республики Беларусь: состояние, проблемы П68 и перспективы развития: Материалы Ш межвуз. студен. науч. конф. , 24 апр. 2003 г., Гродно / Отв. ред. О.Н.Толочко - Гродно: ГрГУ 2003. - 190 с.

     

    ISBN 985-417-458-1

     

    Доклады студентов юридических факультетов вузов Республики Бела­русь посвящены теоретическим и практическим проблемам правовой систе­мы, развитию и совершенствованию законодательства республики в современ­ных условиях. Рассматриваются актуальные проблемы и перспективы разви­тия системы белорусского права и законодательства.

     


    УДК 340 ББК 67

     


    ISBN 985-417-458-1

     


    © Коллектив авторов, 2003
    © Оформление. ГрГУ им. Я.Купалы, 2003

     



    ОГРАНИЧЕНИЕ ДЕЕСПОСОБНОСТИ ГРАЖДАН, ЗЛОУПОТРЕБЛЯЮЩИХ СПИРТНЫМИ НАПИТКАМИ, НАРКОТИЧЕСКИМИ СРЕДСТВАМИ И ПСИХОТРОПНЫМИ ВЕЩЕСТВАМИ

     

    А.В.Аверко (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - канд. юрид. наук, профессор Лутченко Ю.И.

     

    Под гражданской дееспособностью понимается способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять граж­данские права, создавать для себя гражданские обязанности и ис­полнять их.

     

    Недопустимо лишение или ограничение дееспособности граж­данина иначе как в случаях и в порядке установленных законом, т.е. по решению суда в случаях, предусмотренных Кодексом.

     

    В качестве основания для ограничения дееспособности гражда­нина называется злоупотребление спиртными напитками, наркотичес­кими средствами либо психотропными веществами, в результате чего семья этого гражданина ставится в тяжелое материальное положе­ние (п. 1 ст. 30 Гражданского кодекса Республики Беларусь).

     

    Под злоупотреблением гражданином спиртными напитками, наркотическими средствами, психотропными веществами в судеб­ной практике понимается такое поведение гражданина, выражаю­щееся в его стойком пристрастии к этим веществам, употребле­ние их неоднократно, в виде системы. Следует учитывать, что ос­нованием ограничения дееспособности гражданина является та­кое злоупотребление спиртными напитками, наркотическими сред­ствами, психотропными веществами, которое ставит семью в тя­желое материальное положение. Это может выражаться в том, что члены семьи, имеющие право на получение содержания не полу­чают его либо получают в меньшем размере, или члены семьи с самостоятельным заработком тратят его полностью либо частич­но на содержание такого гражданина. То есть не имеет значения тот факт, что другие члены семьи имеют заработок либо доход.

     

    Ограничение дееспособности лица устанавливается решени­ем суда в порядке определяемом гражданским процессуальным законодательством. Гарантией обеспечения, выполнения решение суда является назначение лицу, ограниченному в дееспособности попечителя, а также запрет самостоятельно совершать сделки по распоряжению имущества. Гражданин, ограниченный в дееспособ­

     


    3

     



    ности, не имеет права продавать, дарить, завещать, обменивать, покупать имущество, он также лишается права самостоятельно получать заработную плату, пенсию и другие доходы так как рас­порядится он ими может в ущерб своей семье. Такой гражданин в праве совершать самостоятельно лишь мелкие бытовые сделки. В качестве дополнительных гарантий в отношении лиц признанных ограничено дееспособными следовало бы признать запрет для ад­министрации предприятий, учреждений и организаций увольнять лиц ограниченных в дееспособности по их собственному желанию без согласия попечителя.

     

    Сделка, совершенная гражданином, ограниченном в дееспо­собности, без согласия попечителя признается недействительной. Законом не предусмотрено гарантий, при которых любой гражда­нин, заключающий сделку с лицом мог бы наверняка знать, что данное лицо ограничено в дееспособности, и что без согласия по­печителя данная сделка является незаконной. Возможно, такой гарантией могла бы стать обязанность органов опеки и попечи­тельства доводить до сведения организаций, оформляющих сдел­ки (например: нотариальных контор), информацию о таких лицах.

     

    Дело о признании гражданина ограничено дееспособным вслед­ствие злоупотребления спиртными напитками, наркотическими средствами или психотропными веществами, может быть начато по заявлению членов его семьи, прокурора, органа опеки и попечи­тельства, общественных объединений уставом или положением, которых предоставлено такое право. Несмотря на то, что члены семьи наиболее заинтересованы в ограничении дееспособности гражданина, более 98% всех дел об ограничении дееспособности возбуждаются по инициативе прокурора.

     

    Следовало бы предусмотреть возможность ограничения в дееспособности лица злоупотребляющего спиртными напитками, наркотическими средствами или психотропными веществами, и этим ставящего самого себя в тяжелое материальное положе­ние. Это является социально оправданным, т.к. возможно впос­ледствии заботу о данном гражданине, не имеющим семьи и по­ставившим себя в тяжелое материальное положение, придется взять государству.

     

    В законе необходимо предусмотреть норму, устанавливающую определенный срок ограничения дееспособности, по истечении ко­торого суд должен возобновить производство по делу и вынести решение либо о снятии ограничения в дееспособности либо о про­должении срока ограничения дееспособности гражданина.

     


    4

     



    РОЛЬ ГРАЖДАНСКОГО И СМЕЖНЫХ С НИМ ОТРАСЛЕЙ ПРАВА В ПРЕДУПРЕЖДЕНИИ КОРРУПЦИОННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ

     

    В.И.Андреенко (ПГУ) Научный руководитель - ст. преп. Артишевская Ж.П.

     

    В последнее время в криминологии актуален вопрос: «Что делать с преступностью: предупреждать или бороться?». Цель исследования заключается в расстановке акцентов по данной про­блематике в связи с аспектом коррупционной преступности.

     

    Уголовно-правовая борьба с преступностью (в традиционном понимании) переживает глубокий кризис: тюрьмы не перевоспиты­вают, смертная казнь роста преступности не сдерживает. Система уголовной юстиции не справляется с фактическим валом преступ­ности. В связи с чем некоторые авторы1 предлагают разрешение данной проблемы старыми средствами, только в больших объемах, поскольку количество преступлений возрастает. Однако, как пред­ставляется, данный подход не является конструктивным, поскольку практически полностью игнорирует выводы современной кримино­логической науки и тем самым ставит под сомнение ценность самой криминологии. Дело в том, что большинство детерминантов пре­ступности не устранимо на сегодняшнем этапе развития. Другие детерминанты, которые считались самыми главными, например эко­номическое развитие, не являются таковыми в современных усло­виях значительного социально-экономического неравенства.

     

    По данным криминологического анализа многих стран мира, наибольший коэффициент обратной корреляции отмечается между уровнем социально-правового контроля и уровнем преступности. Эта связь давно предполагалась, но впервые более или менее убеди­тельно была статистически доказана на основе данных первого об­зора ООН о тенденциях преступности в мире (1970-1975) в книге американского криминолога Ф. Адлер «Нации без преступности».

     

    Очевидно те, кто чаще используют в своем лексиконе поня­тия «борьба с преступностью», «война с преступностью» и т.п., упускают из вида (при построении логической фигуры для получе-

     


    Павлов Н.Е. К вопросу о формах борьбы с преступностью // Российский следователь. - 1999. - № 4; Варыгин Л.Н. Роль правоохранительных органов в воздействии на преступность и критерии оценки их деятельности // Российский следователь. - 2000. - №2.

     


    5

     



    ния вывода) важную посылку. Дело в том, что уголовное право по своей сути не является регулятивным, а следовательно эффект его воздействия на закрепление правильных (с точки зрения государ­ства) общественных отношений никак не может ставиться как клю­чевой элемент уголовной политики государства.

     

    Таким образом, ключ к минимизации преступности (особенно коррупционной) лежит не столько в направлении преступников в тюрьму, что недостаточно эффективно, сколько в четкой правовой организации всех сфер жизни и деятельности в государстве сред­ствами различных отраслей права, что является более эффектив­ным средством социально-правового контроля преступности.

     

    Упомянутый социально-правовой контроль не следует пу­тать с понятиями «тоталитарный», «репрессивный». Социаль­но-правовой контроль - это, прежде всего, контроль криминоло­гический, профилактический. Важная роль здесь принадлежит гражданскому праву, включая все смежные с ним отрасли пра­ва, трудовому, земельному, социальному, банковскому, бюджет­ному, валютному, налоговому, миграционному, экологическому, медицинскому и другим видам социально-правового контроля, который формируется главным образом на основе частного и частно-публичного права.

     

    Схематично идею доклада на примере коррупционной преступ­ности можно представить следующим образом. Выделяем основ­ные моменты механизма коррупции: а) коррупционный потенциал (возможность обмена управленческого ресурса на те или иные выгоды); б) коррупционный ресурс (возможности конкретного субъекта оказывать определенные услуги); в) потребности в кор­рупционных услугах; г) механизм коррумпирования (система на­личных или потенциальных связей между субъектами коррупцион­ного ресурса и субъектами коррупционных потребностей, условия реализации этих связей); д) внешние условия коррумпирования (сре­ди этих многих факторов подчеркнем то, является ли государство сильным или слабым, то есть полнота эффективности функциони­рования государственной власти и управления). При таком подхо­де к проблеме становится очевидным, что с социальным явлени­ем коррупцией, целесообразнее не бороться посредством уголов­но-правового механизма, а использовать механизм регулирования, который составляет сущность права и о котором так часто забы­вают «борцы» с преступностью.

     

    В заключение, необходимо еще отметить такой аспект упомяну­того социально-правового контроля, как криминологическая экспер­

     


    6

     



    тиза вновь принимаемых нормативных правовых актов. О необходи­мости ее высказывались Ананич В.А., Бородин С.В., Лунеев В.В.2

     

    ИНСТИТУТ АДВОКАТУРЫ В ГОЛЛАНДИИ

     

    А.П.Богданович (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - канд.юрид.наук, доцент Толочко О.Н.

     

    В профессиональной деятельности адвокатов имеется нема­ло нерешенных до настоящего времени проблем, которые мешают эффективной защите адвокатами конституционных прав и свобод граждан. Несомненно, что для совершенствования деятельности адвокатуры сделано немало, тем не менее, еще не все вопросы решены, если сравнивать институт адвокатуры в Беларуси с ин­ститутом адвокатуры, например, в странах «дальнего зарубежья». Для совершенствования адвокатуры в Республике Беларусь счи­таем необходимым ссылаться на опыт зарубежных стран, где ад­вокатура получила высокое развитие. Так, к примеру, обратимся к институту адвокатуры в Голландии.

     

    Голландская адвокатура высоко ценится во всем мире. В этой стране шансы доступа к правосудию выше, чем в других европей­ских государствах. Нидерланды занимают второе место в Европе по объему средств на оказание юридической помощи, затрачивае­мых на одного жителя. Общая сумма расходов государства на финансирование юридической помощи малоимущим составляет примерно триста семьдесят миллионов гульденов. Однако показа­тель численности квалифицированных адвокатов на сто тысяч на­селения является низким, поскольку адвокаты, являющиеся чле­нами профессионального объединения - Нидерландской ассоциа­ции адвокатов - не могут предоставлять юридические услуги в сферах бизнеса и управления: они должны быть частными адвока­тами или работать под началом других адвокатов. Адвокаты име­ют значительный политический вес в Нидерландах, хотя Нидер­ландская ассоциация адвокатов не осуществляет абсолютного кон­троля за оказанием юридической помощи.

     


    2 Ананич В.А. Преступность в Республике Беларусь: состояние и перспек­тивы // Вестник Академии МВД Республики Беларусь. - 2001. - №1; Бородин С .ВЛунеев В .В. О криминологической экспертизе законов и иных нормативных актов // Государство и право. - 2002. - № 6.

     


    7

     



    Нидерланды полагаются на частных адвокатов при предос­тавлении большинства услуг. Учреждения типа государственных защитников отсутствуют: объединение адвокатов не является субъектом публичного права или официальной частью системы уголовного правосудия. В то же время в Нидерландах создан силь­ный и хорошо финансируемый государством сектор оказания юри­дических услуг. Защита по уголовным делам не является домини­рующей сферой деятельности адвокатов.

     

    Большая часть бюджета затрачивается на оказание юриди­ческой помощи по делам социального обеспечения (занятость, иммиграция, жилье и социальные пособия).

     

    Возможно осуществлять индивидуальную адвокатскую прак­тику, создавать партнерства частных лиц и партнерства с ограни­ченной ответственностью.

     

    Выделяют три основных типа голландской адвокатуры:

     

    1)   общая адвокатура (ее клиентами являются частные лица с доходами, превышающими средний уровень, а конкурентами - службы страхования юридических расходов);

     

    2)  социальная адвокатура (клиенты - получатели социальных пособий, конкурент - Бюро юридической помощи);

     

    3)  коммерческая бизнес-адвокатура (обслуживает состоятель­ных клиентов и традиционный бизнес; конкурирует с консультанта­ми по налогам, бухгалтерами).

     

    Частные адвокаты доминируют в сфере оказания юридичес­ких услуг. Юридическое представительство обязательно по граж­данским делам. Адвокаты не являются обязательными участни­ками процесса по административным и уголовным делам.

     

    Условиям оплаты государством части юридических расходов отвечают лица, чей уровень доходов дает право на получение по­собия по социальному обеспечению. После представления заяви­телем документа о своих доходах и средствах Совет юридической помощи принимает решение об оказании помощи. Часовая консуль­тация на основе сертификата юридической помощи стоит 60 гуль­денов. В случае автоматического назначения адвоката оплата ус­луг производится судебными властями.

     

    Лица, имеющие доход, превышающий установленный уровень, не вправе претендовать на финансовую поддержку государства и оплачивают услуги за свой счет. Они могут воспользоваться ин­ститутом страхования юридической помощи.

     

    Юридическая помощь оплачивается по стандартной ставке. Дальнейшее увеличение производится пропорционально сложнос­

     


    8

     



    ти дела. По делам, на которые требуется затратить более 35 ча­сов работы, предусмотрены дополнительные почасовые выплаты.

     

    В отличие от Нидерландов, адвокатура в Беларуси, России по существу больше остается государственным учреждением, а не частным сектором. Кроме того, наши адвокаты обладают моно­полией на оказание правовой помощи, а в Нидерландах практичес­ки каждый вправе предоставлять юридические консультации. Со­вмещение адвокатами нескольких функций (за исключением пре­подавательской, научной, литературной) не характерно для адво­катуры Беларуси.

     

    Совершенствование института адвокатуры становится жиз­ненно необходимым. И поэтому с неослабевающим вниманием следят белорусские юристы за публикацией нормативной базы, связанной с обсуждением вопросов совершенствования организа­ции и деятельности адвокатуры.

     


    НЕОБХОДИМОСТЬ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ ИНСТИТУТА АДВОКАТУРЫ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ

     

    А.П.Богданович (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - канд.юрид.наук, доцент Толочко О.Н.

     

    Для института адвокатуры в Республике Беларусь характер­но немало нерешенных вопросов. Среди таковых можно назвать ненадлежащее соблюдение действующего законодательства от­дельными должностными лицами, затрудняющими работу адвока­тов при защите ими прав и законных интересов граждан; действия, направленные на сдерживание активности адвокатов при выполне­нии ими профессиональных функций и др. Кроме того, в Республи­ке Беларусь участились случаи нарушения адвокатами Правил профессиональной этики вплоть до совершения уголовных преступ­лений. Это подрывает авторитет адвокатуры, компрометирует пра­вовую систему республики. Данные факты являются следствием неудовлетворительного контроля за деятельностью адвокатов со стороны заведующих юридическими консультациями, низкой вос­питательной работы и многочисленности ряда юридических кон­сультаций. На основании изложенного было издано постановление Министерства юстиции «О дополнительных мерах по повышению авторитета адвокатуры» от 14.10.2002.

     


    9

     



    В правовом государстве адвокатура должна быть независи­мой, профессиональной, самоуправляемой общественной органи­зацией. В новых условиях действующую организацию следует из­менить на более гибкую и демократичную. Установить, что наря­ду с коллегиями адвокатов профессиональной правозащитной дея­тельностью могут заниматься иные объединения и лица. Недопу­стима любая дискриминация при допуске лиц к адвокатской про­фессии. Основными критериями оценки при решении этого вопро­са должны быть наличие профессиональных знаний и опыта, а так­же нравственных качеств. Для занятия профессиональной адво­катской деятельностью необходимо сдать экзамены квалификаци­онной комиссии и получить лицензию.

     

    Должно быть обеспечено государственное финансирование для юридической помощи малоимущим и другим несостоятель­ным гражданам.1

     

    Адвокатура - это такой правовой институт, который напря­мую связан с защитой прав человека. Поэтому состояние адвока­туры - это барометр зрелости общества и прочности демократи­ческих порядков.

     

    С учетом этих обстоятельств совершенствование законодатель­ства об адвокатуре необходимо осуществлять осторожно, продуман­но и взвешенно, на основе изучения мирового опыта с предваритель­ным широким обсуждением проектов как учеными, так и практика­ми. В противном случае недостаточно продуманные и скоропали­тельные решения могут отрицательно повлиять на осуществление правосудия и защиту прав и законных интересов граждан.

     


    К ВОПРОСУ О СОВЕРШЕНСТВОВАНИИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ О СВОБОДНЫХ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ЗОНАХ

     

    А.П.Богдевич (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - ст. преп. Игнатик М.И.

     

    Идея формирования свободных экономических зон (СЭЗ) за­воевала популярность и в Республике Беларусь. Широкое распрос­транение получило мнение, что они являются моделями рыночной

     


    1 «О концепции судебно-правовой реформы»: Постановление Верховного Совета Республики Беларусь от 23 апреля 1992 г. №1611-XII.

     


    10

     



    экономики, почти автоматически гарантирующими успех развития реформ. Создание СЭЗ в Республике Беларусь теоретически обо­сновывалось необходимостью структурной перестройки производ­ства в целях интеграции экономики страны в систему мирового хозяйства; выгодным расположением Беларуси в центре Европы, предопределяющим интерес зарубежных инвесторов при освоении рынка Содружества Независимых Государств; особенностями эко­номики республики, характеризующимися недостаточной обеспе­ченностью сырьевыми ресурсами и одновременно высоким потен­циалом перерабатывающей промышленности и квалификацией тру­довых ресурсов.

     

    Практика внедрения СЭЗ в Беларуси началась с издания Указа Президента Республики Беларусь №114 от 20 марта 1996 года. В настоящее время в Республике Беларусь функционируют пять сво­бодных экономических зон: «Брест», «Минск», «Гомель-Ратон», «Ви­тебск», «Гродно-Инвест». Несмотря на то, что вопрос об экономи­ческой целесообразности СЭЗ давно получил положительный ответ, в практической деятельности последние сталкиваются с многочис­ленными проблемами. Это обусловлено отсутствием достаточных научно-теоретических основ создания и функционирования подоб­ных структур в условиях Республики Беларусь, а также несовер­шенством имеющегося нормативно-правового обеспечения.

     

    Исходя из изложенного, на данном этапе необходимо опреде­лить комплекс мероприятий, включая предложения по совершен­ствованию законодательства, для разрешения проблем, с которы­ми сталкиваются резиденты и администрации СЭЗ в результате практической деятельности. Для достижения названной цели тре­буется, прежде всего, разработка теоретической базы норматив­ного регулирования организации и деятельности СЭЗ в Республике Беларусь, в том числе четкой программы развития СЭЗ, учитыва­ющей общегосударственные и региональные интересы. Открыты­ми на сегодняшний день остаются вопросы относительно критери­ев выбора того или иного типа учреждаемой СЭЗ, критериев, по которым определяется размер территории СЭЗ.

     

    Анализ современных теоретических работ, посвященных про­блемам свободных экономических зон, позволяет определить пос­ледние в качестве инструмента сокращения масштабов государ­ственного вмешательства в экономические процессы. Таким об­разом, свободная экономическая зона - это не только и не столько обособленная географическая территория, но, скорее, часть на­ционального экономического пространства, где введена и при­

     


    11

     



    меняется определенная система льгот и стимулов, не используе­мая в других его частях.

     

    Характерной чертой СЭЗ является выделение их из таможен­ной границы государств и установление особого режима регулиро­вания ввоза и вывоза товаров и услуг. Как правило, импорт на тер­риторию зон средств производства, комплектующих материалов и сырья, необходимых для производственного процесса, а также то­варов широкого потребления и продуктов питания для продажи внут­ри зоны осуществляется беспошлинно. В СЭЗ обычно не взима­ются и экспортные пошлины, принятые в некоторых странах.

     

    Проведенные исследования подтверждают актуальность про­блем, препятствующих успешному развитию СЭЗ в Республике Беларусь. Мировой опыт создания и функционирования СЭЗ, ана­лиз действующего в Республике Беларусь специального законода­тельства о СЭЗ и практика его применения позволяет сделать ряд выводов относительно перспектив и направлений дальнейшего раз­вития СЭЗ в Республике Беларусь. Как показывает мировой опыт, государство, учреждающее СЭЗ, расходует при этом значитель­ные собственные средства на первоначальное инфраструктурное обустройство территории зоны. С учетом ограниченных финансо­вых возможностей в Республике Беларусь необходимо тщательно подходить к выбору места расположения, размерам, перечню це­лей и задач создаваемых СЭЗ.

     

    Успешному развитию СЭЗ в Республике Беларусь препят­ствует отсутствие республиканской программы развития СЭЗ, которая бы учитывала как общегосударственные, так и регио­нальные интересы.

     

    Чтобы совершенствовать законодательство о СЭЗ, необходи­мо создать систему гарантий, обеспечивающих стабильность спе­циального правового режима свободных экономических зон. Как представляется, стабильность законодательства может быть обес­печена только при условии полного соблюдения законодателем те­оретических и юридико-технических нормативов, в том числе ме­тодологической базы регулирования, согласованности с основами общего хозяйственного законодательства Республики Беларусь, проработки механизмов исполнения, а также контроля и надзора за исполнением законодательства о СЭЗ. Простая фиксация в законе сложившихся или ожидаемых экономических отношений в назван­ной сфере, как это имеет место на сегодняшний день, поставлен­ных задач не разрешит.

     


    12

     



    КОМПЛЕКСНЫЕ ОТРАСЛИ В СИСТЕМЕ ПРАВА

     

    С.В.Божко (ИГП НАН Беларуси) Научный руководитель - д-р юрид. наук, профессор Довнар Т.И.

     

    Многомерность системы права, по-видимому, можно объяс­нить тем, что функционирование общественных отношений, состав­ляющих предмет правового регулирования, подчинено действию не какой-то одной, а многих закономерностей.

     

    К.Райхер еще в 1947 г. предложил различать в системе права два типа отраслей права: основные и комплексные. Далее этот те­зис был развит В.М.Чхиквадзе и Ц.А.Ямпольской и подробно обо­снован С.С.Алексеевым. С теми или иными модификациями этот подход широко представлен в современной литературе по общей теории права.

     

    Признание полимерности структуры в системе права, позво­ляет увидеть самостоятельное значение комплексных образова­ний правовых норм. Они занимают важнейшее место в развитии современной системы права. Примером могут служить законода­тельство о хозяйственно-экономической деятельности, жилищное, природоохранительное законодательство и т.п. Комплексные об­разования затрагивают не только форму права - законодательство, но и его содержание - правовые нормы.

     

    Было бы неверным называть комплексные образования от­раслями права. В них выражена не дифференциация, а скорее, ин­теграция норм основных отраслей; они как бы «сращивают» нор­мы разных отраслей в единой по содержанию и социальным целям сфере деятельности. Поэтому правильнее их называть комплекс­ными общностями, или массивами, правовых норм

     

    Комплексные общности правовых норм вместе с тем не про­сто объединяют нормы, выработанные в процессе отраслевого правотворчества: при их создании разрабатываются конкретные нормы, вытекающие из сочетания в сфере производства, из взаи­модействия управленческих и экономических начал, в сфере пред­принимательства, социального обслуживания и т.п. Вне комплекс­ного регулирования целой системой актов взаимная увязка и уста­новление строгого порядка были бы невозможны. То же следует сказать и о регулировании отношений в области строительства, транспорта, связи (телекоммуникаций). Комплексный характер

     


    13

     



    регулирования имущественных, управленческих, трудовых и земель­ных отношений сложился и в аграрном праве, несмотря на его от­носительную обособленность. Тем самым доказываются законо­мерность и необходимость комплексного правового регулирования, а не только объединения гражданско-правовых, административно правовых и некоторых других норм в комплексные акты ради удоб­ства их использования.

     

    Комплекс - это не смесь, не соединение, в котором состав­ляющие его компоненты теряют свои свойства и становятся час­тью единого целого, а сложная структура, состоящая из разно­родных элементов, объединенных общим назначением. Каждый из элементов сохраняет свои основные свойства. Эффективность комплекса определяется оптимальным сочетанием и взаимодей­ствием составляющих его элементов. Все это диктует необходи­мость тщательного отбора норм разных отраслей права, включа­емых в комплексное образование, и учета возможностей их вза­имного согласования.

     

    Для формирования комплексных образований требуется со­блюдение следующих двух условий:

     

    1)   предмет комплексного регулирования должен быть четко определен, не слишком широк и отграничен от сходных или смеж­ных отношений;

     

    2)    необходимо установить оптимальное соотношение норм различных отраслей права, составляющих определенный комплекс.

     

    Мотивационная сила норм разных отраслей права различна. При их сочетании в одном комплексе может оказаться, что нормы одной отрасли ограничат или даже подавят действие других норм. Чтобы избежать такого положения, важно обеспечить мотиваци­онное действие норм каждой из отраслей, используемых в комп­лексе. Сейчас это можно сделать лишь на основании накопленного опыта, но совершенно необходимо глубокое исследование общих теоретических проблем мотивационного действия норм различных отраслей права.

     

    Таким образом, законодательство может быть отраслевым и комплексным (межотраслевым). Оба пути (как отраслевого, так и комплексного регулирования) не исключают друг друга, а должны разумно сочетаться в целях повышения социальной эффективнос­ти права, обеспечения бесперебойного, четкого и слаженного фун­кционирования его системы.

     


    14

     



    ОРГАНЫ УПРАВЛЕНИЯ ЗДРАВООХРАНЕНИЕМ И ИХ КОМПЕТЕНЦИЯ

     

    Д.И.Бочко (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - ст. преп. Горбачев В.П.

     

    Среди всех естественных и неотъемлемых прав человека пер­востепенное место занимает право на охрану здоровья. Огромное значение таких благ, как жизнь и здоровье, обусловливает необхо­димость их всемерной охраны, в том числе и правовой.

     

    Согласно Уставу Всемирной организации здравоохранения здо­ровье - это состояние полного физического, душевного и социаль­ного благополучия.

     

    В международном масштабе право человека на здоровье было признано в 1948 г. Всеобщей декларацией прав человека.

     

    Право на охрану здоровья - это конституционное право. Ох­рана здоровья граждан - важнейшая задача демократического со­циального правового государства. Политика государства должна быть направлена на сохранение и укрепление физического и психи­ческого здоровья каждого человека, поддержание его долголет­ней, активной жизни.

     

    Система органов исполнительной власти и основы их компе­тенции в области здравоохранения определены Конституцией Рес­публики Беларусь, а также другими нормативными актами.

     

    Общее руководство здравоохранением осуществляет Прези­дент и Правительство Республики Беларусь.

     

    Совет Министров в пределах своих полномочий несет ответ­ственность за состояние здоровья народа. Ведению Правитель­ства подлежат: разработка и утверждение программ развития здра­воохранения и медицинской науки, включая программы по ликви­дации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС; состав­ление государственных планов, разработка и утверждение программ производства лекарственных средств и препаратов; обеспечение санитарной охраны территории, санитарно-эпидемической и ради­ационной безопасности населения; создание отечественной меди­цинской и фармацевтической промышленности.

     

    Республиканским органом исполнительной власти, осуществ­ляющим непосредственное руководство здравоохранением в стра­не, является Министерство здравоохранения.

     

    Минздрав в своей деятельности руководствуется Законом «О здравоохранении», Положением о Минздраве и иными актами за­конодательства.

     


    15

     



    Министерство осуществляет разнообразные функции: изуча­ет состояние здоровья населения, определяет основные направле­ния развития здравоохранения, проводит мероприятия по предотв­ращению заболеваний, снижению заболеваемости, инвалидности и смертности, увеличению продолжительности жизни населения рес­публики; утверждает санитарно-гигиенические и санитарно-проти­воэпидемические правила и нормы; проводит единую экономичес­кую политику в здравоохранении; организует и осуществляет не­обходимую работу по минимизации медицинских последствий ка­тастрофы на Чернобыльской АЭС; выполняет другие функции, пре­дусмотренные законодательством.

     

    Органами управления здравоохранения по областям являются областные управления здравоохранения, которые являются струк­турными подразделениями областных исполнительных комитетов.

     

    Решением от 6 февраля 2002 г. Гродненский областной испол­нительный комитет утвердил Положение об управлении здравоох­ранения Гродненского областного исполнительного комитета (да­лее - Управление). Данный документ определяет структуру, пра­вовые основы деятельности, задачи и функции Управления. В По­ложении перечислены наименования юридических лиц, подчинен­ных Управлению.

     

    Основными задачами управления являются: осуществление государственной политики в области охраны здоровья населения; обеспечение установленного Правительством объема бесплатной медицинской помощи в государственных учреждениях здравоохра­нения; улучшение качества медицинской помощи, повышение ее эф­фективности, внедрение новых организационных и лечебно-диагнос­тических технологий; координация и контроль профессиональной де­ятельности физических и юридических лиц, независимо от форм соб­ственности, оказывающих медицинскую помощь населению.

     

    Управление в соответствии с основными задачами: изучает состояние здоровья населения; осуществляет контроль за соблюде­нием минимальных социальных стандартов в области медицинско­го обеспечения; организует и контролирует в установленном поряд­ке соблюдение подчиненными юридическими лицами техники безо­пасности и требований производственной санитарии; проводит рабо­ту по минимизации медицинских последствий катастрофы на Чер­нобыльской АЭС; принимает участие в аттестации руководителей учреждений здравоохранения областного, городского и районного уровней собственности на соответствие занимаемой должности; выполняет другие функции, предусмотренные законодательством.

     


    16

     



    Управление осуществляет свою деятельность во взаимодей­ствии с Советами депутатов, местными исполнительными и рас­порядительными органами, иными юридическими лицами.

     

    В республике отмечается снижение продолжительности жиз­ни, рост показателей общей смертности, снижение уровня рождае­мости. Продолжается естественная убыль населения.

     

    С целью сглаживания и уменьшения влияния указанных нега­тивных процессов, затронувших все слои общества, государством проводится политика по изменению законодательства о здравоох­ранении и совершенствованию организации работы по медицинс­кому лечению и обслуживанию. Происходит усовершенствование структуры органов управления здравоохранения, четкая регламен­тация их задач и функций.

     

    РАЗВИТИЕ ИДЕЙ СВОБОДЫ И ВОПЛОЩЕНИЕ ИХ В ДЕКЛАРАЦИИ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА 1789 ГОДА

     

    Е.Ю.Буйко (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - канд. юрид. наук, преп. Мисаревич Н.В.

     

    Идея свободы издавна была в центре внимания европейской общественной мысли. Со времен античности умы философов за­нимала проблема противоречий между потребностями общества и правами личности, властью и свободой. Христианские богосло­вы рассуждали о соотношении божественного промысла и свобо­ды воли человека. Вопрос о гражданской, политической и духовной свободе неизменно поднимался и в философских учениях нового времени. В век Просвещения во всех случаях, когда речь заходила о справедливом общественном устройстве, понятие свободы не­изменно оказывалось ключевым. О какой же свободе мечтали люди во Франции XVIII в.? С одной стороны, тогда еще было живо пред­ставление о сословно-корпоративных свободах, которые основы­вались на устоявшихся традициях и выражались в форме привиле­гий. Их существование было одним из проявлений юридического неравенства, царившего во французском обществе Старого поряд­ка. Каждая группа и каждый общественный институт защищали принадлежавшие им свободы. С другой стороны, появилась мысль о свободе как естественном и неотъемлемом праве каждого чело­века, т.е. свободе, неотделимой от равенства.

     


    17

     



    Во второй половине XVIII в. проблема свободы приобрела во Франции отчетливо выраженный политический смысл. Все гром­че зазвучали требования ограничить произвол королевских мини­стров, провести в жизнь принцип разделения властей, изменить уго­ловное законодательство и обеспечить неприкосновенность лич­ности, исключить возможность арестов и наказаний без суда и след­ствия, установить свободу печати, обеспечить каждому возмож­ность свободно высказывать свои мысли, выбирать род занятий по своему усмотрению, участвовать в политической жизни.

     

    Революция 1789 г. воспринималась ее участниками как борь­ба за торжество свободы. Известные слова Робеспьера «револю­ция - это война свободы против ее врагов» - выражали не толь­ко его личное мнение. Под этим изречением мог бы подписаться каждый французский революционер. Революция была для них кру­шением старого мира деспотизма и рождением того идеального и разумного нового мира свободы, о котором мечтали их идейные наставники-просветители.

     

    Воплощением идей свободы стала принятая 26 августа 1789 г. «Декларация прав человека и гражданина», которая провозгласи­ла всех людей «свободными и равными в правах», а вслед за этим - свободу мнений, слова, печати, религиозных убеждений и принцип народного суверенитета, согласно которому вся власть исходит от нации.

     

    В ст. 2 Декларации провозглашаются естественные и неотчу­ждаемые права человека и гражданина: свобода, собственность, безопасность и сопротивление угнетению. Но крупная французская буржуазия не решалась последовать примеру Декларации незави­симости Соединенных Штатов Америки 1776 г. и провозгласить право народа на восстание. Свобода определяется в Декларации как возможность делать все, что не приносит вреда другому. Гра­ницы для взаимного пользования ею могут быть определены толь­ко законом (ст. 4). Свободное выражение мыслей устно и письмен­но - «драгоценнейшее из прав человека»—и свобода совести про­возглашены в ст. 1 0 и ст. 11. В Декларации провозглашается прин­цип законности, направленный против произвола, царившего при абсолютизме. «Все то, что не воспрещено законом, то дозволено, и никто не может быть принужден к действию, не предписываемо­му законом» (ст. 5). В ст. 8 выражается идея французских просве­тителей и одного из передовых теоретиков уголовного права того времени итальянца Беккариа. Закон может устанавливать наказа­ния, лишь строго и бесспорно необходимые; никто не может быть

     


    18

     



    наказан иначе как в силу закона, надлежащее примененного и об­народованного до совершения преступления. Кроме того, указы­вается, что закон не имеет обратной силы. Прогрессивный харак­тер имеют также принципы, провозглашенные в ст. 7 и ст. 9 и по­зднее положенные в основу уголовного судопроизводства: непри­косновенность личности и недопустимость привлечения к ответ­ственности, задержания и заключения иначе как в случаях, пре­дусмотренных законом, и при соблюдем форм, предписанных зако­ном. В ст. 9 провозглашается презумпция невиновности подсуди­мого в уголовном процессе. Эти положения были направлены про­тив произвольных арестов и инквизиционного процесса, в котором всякий обвиняемый до разбора дела уже считался виновным. Ча­стная собственность объявляется одним из естественных и неотъемлемых прав человека, правом священным и неприкосно­венным. Никто не может быть лишен собственности, если зако­ном не установлена несомненная общественная необходимость такого акта и то при условии «справедливого и предварительного возмещения» (ст. 17).

     

    Декларация также сформулировала новые демократические принципы государственного строя (ст. 3), выразила необходимость разделения властей (ст. 16). В итоге полномочия короля были се­рьезно ограничены. Он оставался главой исполнительной власти, но его воля отныне не имела силы закона.

     

    Но были также и минусы: в Декларации ни слова не говорится о фактическом осуществлении трудящимися тех гражданских сво­бод, которые были в ней провозглашены, что характерно для всех буржуазных конституционных документов. Декларация умалчива­ет о свободе собраний и свободе союзов. Это было вызвано стра­хом буржуазии перед революционно настроенными массами. Бур­жуазия уже тогда опасалась всякого организованного движения рабочих. Кроме того, почти все деятели революции отрицательно относились ко всяким профессиональным союзам, которые счита­лись пережитком цехового строя и стесняли, по их мнению, инди­видуальную свободу. Наконец, Декларация ничего не говорит об отмене феодальных повинностей крестьянства, т.е. обходит мол­чанием один из коренных вопросов революции.

     

    Но, несмотря на эти минусы, Декларация имеет существен­ное значение не только в прошлом, но и в наше время. Поскольку любое государство стремится обеспечить своим гражданам сво­боды и права, то этот документ очень важен для всех. Декларация не только легла в основу многих правовых документов, но и явля­

     


    19

     



    ется воплощением идей свободы, к которой всегда стремилось общество. И с уверенностью можно сказать, что нет страны, в которой не знали и не пользовались бы одним из главных принци­пов Декларации 1789 года:

     

    Все люди рождаются и остаются свободными и равными в своих правах.

     


    ОБЩИЕ ВОПРОСЫ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ТАМОЖЕННЫЕ ПРАВОНАРУШЕНИЯ

     

    П.В.Варейко (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - ст. преп. Колесников В.В.

     

    В системе правоохранительных органов Республики Беларусь, осуществляющих функции обеспечения экономической безопасно­сти государства и экономического суверенитета, важное место занимают таможенные органы. Все функции, выполняемые тамо­женными органами, можно подразделить на две большие группы: правоохранительные и экономические. Составной частью право­охранительной деятельности таможенных органов является реа­лизация предусмотренной законодательством ответственности за нарушение таможенных правил. Данное направление деятельнос­ти осуществляется не только посредством контроля за соблюде­нием таможенных правил, но и путем оказания превентивного воз­действия, пресечения совершаемых или готовящихся к сверше­нию правонарушений. Таможенное законодательство устанавливает ответственность за определенный круг нарушений таможенных правил. Таможенные правонарушения представляют различную степень общественной опасности, что в свою очередь предполага­ет наступление различных видов ответственности - гражданско- правовой, административной и уголовной. Закон разграничивает посягательства в сфере таможенного дела в зависимости от тяже­сти содеянного на преступления и проступки. И те, и другие объе­диняются в общую группу в связи с тем, что по существу они яв­ляются нарушением таможенных правил. Основным критерием разграничения служит вред, причиненный правоохраняемым инте­ресам. Особое место в системе таможенных правонарушений за­нимают нарушения таможенных правил, ответственность за кото­рые в современной правовой науке относят к административным правонарушениям. Административная ответственность наступа­

     


    20

     



    ет только тогда, когда в деянии отсутствуют признаки преступле­ния. Важное значение имеет определение самого понятия наруше­ния таможенных правил. Им признается противоправное деяние, т.е. действие или бездействие, посягающее на установленный та­моженным законодательством порядок перемещения товаров и транспортных средств через таможенную границу Республики Бе­ларусь, таможенный контроль, а также таможенное оформление, обложение таможенными платежами и их уплата, предоставление таможенных льгот и пользование ими.

     

    Таким образом, исходя из данного определения, следует, что нарушение таможенных правил предполагает действие или бездей­ствие, посягающее на:

     

    -  таможенный контроль;

     

    -   порядок перемещения через таможенную границу Респуб­лики Беларусь товаров и транспортных средств;

     

    -  организацию таможенного контроля и таможенного оформ­ления;

     

    -  порядок обложения таможенными пошлинами и их уплаты, предоставление таможенных льгот и пользования ими.

     

    Таким образом, таможенное законодательство дает исчерпы­вающую характеристику действий, признаваемых нарушением та­моженных правил. Указание на противоправность означает как объективную противоправность - нарушение таможенных правил способом запрещенным законом, так и субъективную - отсутствие у субъекта нарушения права поступать таким образом. Свершен­ное нарушение таможенных правил предполагает наступление от­ветственности при наличии как объективных, так и субъективных признаков, которые позволяют признать содеянное правонаруше­ние. Среди субъективных признаков можно выделить объект по­сягательства, в данном случае это само нарушение таможенных правил, т.е. совокупности общественных отношений, на которые осуществляется посягательство или которым такое посягательство угрожает. Внешним выражением деяния выступает действие или бездействие, совершаемое субъектами таможенных правоотноше­ний в определенное время и в определенном месте. К субъектив­ным признакам можно отнести субъект - лицо, совершившее пра­вонарушение, и виновность, которая представляет собой психичес­кое отношение лица к содеянному. Таможенное законодательство четко определяет те требования, которые предъявляются к субъек­там таможенного правонарушения. К ним можно отнести: юриди­ческие лица, лица, занимающиеся предпринимательской деятель­

     


    21

     



    ностью без образования юридического лица, физические лица и должностные лица. В случае привлечения к ответственности юри­дических лиц за нарушение таможенных правил наказание несут те должностные лица, которые виновны в допущенном нарушении. Налицо двусубъектность ответственности за нарушение таможен­ных правил. К административной ответственности могут быть при­влечены одновременно как физические, так и юридические лица. В отдельных случаях мы выделяем и своего рода специальные субъекты административно-таможенных правонарушений. Таковы­ми являются государственные служащие, выполняющие опреде­ленные обязанности в силу своего служебного положения. Данные лица в таможенном законодательстве обозначаются термином «должностное лицо», и таковым может быть только государствен­ный служащий. Следует помнить, что не каждый государственный служащий является должностным лицом.

     


    РИМСКОЕ ПРАВО НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ

     

    А.М.Вартанян (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - д-р юрид. наук, профессор Сильченко Н.В.

     

    Римское право можно считать фундаментальным вкладом в цивилизацию, который не потеряет своего значения пока существу­ет человеческое общество. Без рынка, товарообмена могло суще­ствовать только первобытное племя охотников и собирателей. С переходом к производству материальных благ возник рынок, това­рообмен. Все попытки создать цивилизованное общество без ры­ночной экономики закончились неудачей. Пока существует циви­лизация, будет и рыночная экономика. В рыночной экономике дей­ствует формула - человек человеку конкурент. Как известно, меж­ду конкурентами всегда существуют противоречия и для разреше­ния таких противоречий истории известны два способа: первый - уничтожить конкурента, убить, сжечь его предприятие и т. п.; вто­рой - разрешать противоречия материальных интересов по закону, как это подобает цивилизованным народам.

     

    Римское частное право - классическая система права по ци­вилизованному разрешению противоречий рыночной экономики. В средние века римское право называли «ratio scripta», т.е. писанный разум. На мой взгляд, именно так мы должны рассматривать его

     


    22

     



    сегодня в XXI веке. Но это вовсе не означает того, что римское право является неопровержимой истиной во всех своих деталях. Сказанное означает лишь то, что его изучение, анализ, комменти­рование и критика, безусловно, должны быть продолжены, наука о римском праве не может стоять на месте. Понимание римского частного права как ratio scripta означает: это не действующие пра­вовые нормы, а система принципов, понятий, категорий, юридичес­ких механизмов, методов, приёмов, разработанных на основе прак­тики правового регулирования рыночной экономики.

     

    На сегодняшний день существует проблема соотношения пуб­личного и частного права. Формула Ульпиана по разграничению публичного и частного права сохранила своё значение сегодня, сохранит его в будущем, поскольку она соответствует объектив­ной необходимости общества с рыночной экономикой. Publikum ius est quod ad statum rei romanae spectat, privatum quod ad singulorum utilitatem. «Публичное право есть то, которое относится к положе­нию римского государства, частное - которое относится к пользе отдельных лиц».

     

    Римские юристы осознали закономерность рыночной эконо­мики, которая требует для участников гражданского оборота сво­боды воли, свободы выбора, свободы принятия решений и заинте­ресованности в доходах, этому и соответствует отделение частно­го права от публичного.

     

    Частное право предоставляло свободу участникам гражданс­кого оборота, но в определённых рамках, то есть в соответствии с нормами права. В частном праве преобладали нормы диспозитив­ные, то есть такие, которые предоставляют возможность самим участникам правоотношений по договору, по согласованию, уста­новить свои взаимные, встречные права и обязанности. Роль госу­дарства в сфере частного права сводилась к следующему: во-пер­вых, к разработке и утверждению законов и подзаконных норма­тивных актов, которые соответствовали бы рыночной экономике; во-вторых, к тому, чтобы разрешать конфликты и споры между у частниками гражданского оборота лишь в том случае, если одна из сторон обратится в суд с иском, то есть с требованием защи­тить её субъективное право, которое нарушает другая сторона.

     

    В сфере публичного права государство обязано охранять за­конность и правопорядок и этим обеспечивать нормальные усло­вия для цивилизованной рыночной экономики.

     

    В XIX веке у некоторых политологов была в ходу формула - «государство должно играть роль «ночного сторожа» при рыноч­

     


    23

     



    ной экономике». В XX веке положение коренным образом измени­лось. Экономика стала настолько сложной, что, предоставленная рыночной стихии, она сама себя разрушает.

     

    Таким образом, в XXI веке мы имеем условия развития эко­номики, коренным образом отличные от тех, которые были в Древ­нем Риме и даже в XIX веке.

     

    Формула Ульпиана даёт методологическую основу для разре­шения возникших противоречий. Мы должны научиться оптималь­но разграничивать: сферу общественных отношений, которую ре­гулирует публичное право; сферу общественных отношений, кото­рую регулирует частное право; сферу, в которой правовое регули­рование сочетает методы и публичного, и частного права.

     

    Не менее актуальной является проблема права собственнос­ти. Собственность - центральный институт римского частного пра­ва. На мой взгляд, здесь применима формула: обязательственное право «обслуживает» право собственности.

     

    Собственность - центральный институт и современных сис­тем цивилистики. Право собственности - это единство и противо­положность двух сторон: власть собственника над его имуществом и ограничения этой власти в интересах общества. Соотношение этих двух сторон должно соответствовать тому типу экономики, который сложился в данном обществе.

     

    В Риме собственность давала обладателю этого права все­стороннюю власть над его имуществом. Это была сфера господ­ства только его воли, он имел право исключать вмешательство всех посторонних лиц в эту сферу. Римскому праву неизвестен ин­ститут принудительной конфискации собственности в интересах общественной пользы. Римские власти не имели возможности при­нудить земельного собственника продать свой участок, если он создавал препятствия для публичных целей. Однако это не означа­ет, что совсем не было ограничений права собственности. Ограни­чения были, но не публичные, а частно-правовые. Таковыми были сервитуты. Сервитуты служили объединению собственников в об­щество, чтобы столкновения интересов собственников цивилизо­ванно разрешались.

     

    Таким образом, уже в римском праве был заложен принцип оп­тимального сочетания власти собственника над его имуществом, и с другой стороны - ограничений этой власти в интересах общества. Этот принцип следует считать фундаментальным. Он по-разному реализуется в разные эпохи в зависимости от конкретно-историчес­ких условий. Но в любом обществе, при любых условиях необходи­

     


    24

     



    мо, чтобы собственник имел сферу господства только его воли и, с другой стороны, чтобы были ограничения этой сферы, как в интере­сах общества в целом, так и в интересах других собственников.

     

    Римские юристы охраняли, гарантировали сферу, где господ­ствует воля собственника. Сегодня в XXI веке, в совершенно но­вых условиях, мы тоже должны охранять и гарантировать эту сфе­ру. В противном случае цивилизация погибнет.

     

    Литература

     

    1.  Новицкая Т.Е. К вопросу о так называемой рецепции римского права в России // Вестник московского университета. Сер. 11 - 2000 - № 3. - С. 121

     

    2. Кофанов Л. Л. Первая международная конференция «Римское право и его рецепция». // Вестник Московского университета. Сер. 11 - 1998 - № 3.

     

    3.Качановский Ю. Римское право в XXI веке. // Юрист. 1999 - № 3. - С. 62-64, 66.

     

    КОНФИСКАЦИЯ КАК МЕРА АДМИНИСТРАТИВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

     

    С.Г.Василевич (БГУ) Научный руководитель - д-р юрид. наук, профессор Василевич Г.А.

     

    Конфискация - это принудительное, безвозмездное изъятие в собственность государства всего или части имущества, принадле­жащего гражданину. Согласно Конституции Республики Беларусь (ст. 44) государство гарантирует каждому право собственности на то или иное имущество и содействует ее приобретению. Также в Конституции записано, что собственник имеет право пользоваться и распоряжаться своим имуществом как единолично, так и совме­стно с определенной группой лиц. Неприкосновенность собствен­ности, а также право ее наследования охраняется законом Респуб­лики Беларусь. Существуют случаи принудительного отчуждения имущества, которое допускается по мотивам общественной необ­ходимости при соблюдении условий и порядка, которые установле­ны законом, со своевременным и полным компенсированием сто­имости отчужденного имущества, а также согласно постановле­нию суда (ст. 44 Конституции ).

     

    Если обратиться к Гражданскому кодексу, то согласно ст. 244 существуют определенные законодательством случаи, когда иму­щество может изъять у собственника в виде санкции за соверше­

     


    25

     



    ние преступления или правонарушения. Следует заметить, что кон­фискация имущества в административном порядке может допус­каться лишь в случае соблюдения условий и порядка, который пре­дусмотрено законом.

     

    Согласно ст. 23 КоАП за совершение административных пра­вонарушений может применяться и административное взыскание в виде конфискации предмета, явившегося орудием совершения или непосредственным объектом правонарушения. Этот вид взыска­ния может быть как основным, так и дополнительным.

     

    Ст. 28 КоАП, регламентирующая порядок применения данно­го вида взыскания, устанавливает особенности его применения по делам об административных таможенных правонарушениях. Если в ч. 1 ст. 28 КоАП указано, что конфискован может быть лишь предмет, находящийся в личной собственности нарушителя, то в соответствии с частью третьей этой же статьи конфискация ве­щей, являющихся непосредственными объектами таможенных правонарушений, производится независимо от того, находятся они в личной собственности лица, совершившего таможенное правона­рушение, или нет. Далее указано, что, если лицо, совершившее та­кое правонарушение, не установлено, вещи, являющиеся объекта­ми таможенного правонарушения, подлежат обращению в собствен­ность государства по решению суда.

     

    Развитие рыночных отношений в сфере производства, тор­говли, оказания услуг привело к необходимости государственно­го контроля за деятельностью субъектов предпринимательской деятельности.

     

    Именно административное законодательство содержит самый большой спектр составов правонарушений, итогом которых явля­ется привлечение к ответственности нарушителей в сфере торгов­ли, производства и оказания услуг и как следствие стимулирова­ние субъектов предпринимательской деятельности к соблюдению соответствующих норм и правил.

     

    Должностное лицо может быть субъектом административно­го правонарушения, что вытекает из ст. 1 4 КоАП. Несмотря на то, что субъектами правонарушений могут быть как физические, так юридические лица, привлечь к ответственности за совершение пра­вонарушений, предусмотренных в КоАП, возможно лишь физичес­ких лиц. Такой вывод следует из анализа ст. 9-19, 32 КоАП.

     

    Данная коллизия в законе на практике нередко ведет к нару­шению прав юридического лица - собственника конфискованного имущества.

     


    26

     



    При неустановлении лица, совершившего таможенное право­нарушение вещи, являющиеся объектом таможенного правонару­шения, обращаются в собственность государства.

     

    Думаю, что такой подход к решению вопроса о конфискации имущества является упрощенным. Нарушаются принципы объек­тивности и непосредственности при рассмотрении такого рода дел. А главное, собственник имущества - юридическое лицо - факти­чески не может являться участником судебного разбирательства, а следовательно, не может защищать свою позицию в процессе разрешения дела. Единственное, что может юридическое лицо - просить суд о допросе своего представителя в качестве свидете­ля, который не имеет права на обжалование решения суда.

     

    Полагаю, что в КоАП следует внести изменения и в качестве субъектов правонарушений считать не только физические, но и юридические лица.

     

    И еще одно замечание. Как уже отмечалось, согласно ст. 44 Конституции помимо прекращения права собственности по моти­вам общественной безопасности принудительное отчуждение иму­щества допускается согласно постановлению суда. В этой связи, учитывая, что в текущем законодательстве предусмотрено право отдельных органов принимать решения о конфискации (например, таможенных) полагаем необходимым предусмотреть порядок, при котором в течение определенного срока собственник мог бы об­жаловать такое решение в суд и только после этого возможно ли­шение его права собственности на имущество.

     


    ОТГРАНИЧЕНИЕ КОНТРАБАНДЫ ОТ УКЛОНЕНИЯ ОТУПЛАТЫ

     

    А.Г.Василькевич (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - канд.юрид.наук,

     

    доцент Жук М.Г.

     

    Лица, незаконно перемещающие через таможенную грани­цу Республики Беларусь отдельные предметы, нередко пресле­дуют цель - уклониться от уплаты таможенных платежей. В прак­тической деятельности нередко возникает вопрос о том, как ква­лифицировать содеянное, и может ли быть в таком случае иде­альная совокупность контрабанды и уклонения от уплаты тамо­женных платежей.

     


    27

     



    Отличать контрабанду от уклонения от уплаты таможенных платежей следует, в первую очередь, по предмету преступления.

     

    Предметом преступления, предусмотренного ст. 228 УК, яв­ляются предметы контрабанды первой группы, исчерпывающий перечень которых указан в диспозиции ч. 1 ст. 228 УК, а также товары и ценности, запрещенные либо ограниченные к перемеще­нию через таможенную границу Республики Беларусь, перечень которых устанавливается, исходя из экономических и иных инте­ресов республики, а также международных обязательств нашего государства. Перечень предметов второй группы, т.е. запрещен­ных или ограниченных к перемещению через таможенную границу Республики Беларусь, указан в постановлении Совета Министров Республики Беларусь от 18 марта 1997 г. № 218.

     

    Таким образом, предмет, в отношении которого таможенные органы обязаны начислять различного рода таможенные платежи, может не совпадать с предметом контрабанды. Так, например, ювелирные изделия из драгоценных металлов отнесены к катего­рии ограниченных к вывозу, т.е. при незаконном вывозе указанных предметов и наличии крупного размера содеянное будет квалифи­цироваться, как контрабанда. В то же время, ввоз в Республику Беларусь с сокрытием от таможенного контроля указанных пред­метов (в отношении которых при ввозе в Республику Беларусь не установлены запреты пли ограничения, но необходимо уплатить таможенные платежи) с целью избежания их уплаты, квалифици­руется при установлении крупного размера по ст. 231 УК.

     

    При уклонении от уплаты от таможенных платежей лицо, со­вершая такие действия, которые направлены, в первую очередь, не на принятие таможенными органами положительного решения о пропуске предметов через таможенную границу (такой вопрос, как правило, не стоит), а на создание оснований для освобождения от таможенных платежей либо занижение их размера. В связи с этим, например, недостоверное декларирование, как способ совершения, контрабанды может конкурировать с уклонением от уплаты тамо­женных платежей. Однако, если лицо заявляет в соответствующих документах недостоверные сведения о таможенном режиме, та­моженной стоимости, либо стране происхождения товаров и транс­портных средств, или заявляет иные недостоверные сведения, да­ющие основания для освобождения от таможенных платежей или занижению их размера, то такие действия следует рассматривать как совершение действий, направленных на неправомерное осво­бождение от таможенных платежей или их занижение.

     


    28

     



    При отграничении контрабанды от уклонения от уплаты та­моженных платежей большое значение имеет установление вины в виде прямого умысла и наличия специальной цели. Умыслом ви­новного при уклонении от уклонения от таможенных платежей дол­жен охватываться тот факт что, совершая общественно опасные действия лицо, тем самым уклоняется от уплаты от таможенных платежей в крупных размерах, преследуя при этом цель - укло­ниться от уплаты всех или некоторых платежей, либо уплатить их в меньшем размере.

     

    При отсутствии: указанной цели и наличии незаконности пере­мещения, причем только тех предметов, перечень которых указан в постановлении Совета Министров Республики Беларусь от 18 марта 1997 г. № 218, возможна квалификация по ст. 228 УК. При незаконном перемещении предметов, не включенных в перечень предметов, запрещенных или ограниченных к перемещению через таможенную границу Республики Беларусь, но декларирование ко­торых обязательно ввиду необходимости начисления на них раз­личного рода платежей и при наличии цели уклонится от уплаты всех или некоторые платежей, либо уплатить их в меньшем разме­ре, имеет место уклонение от уплаты таможенных платежей. При осознании факта незаконности перемещения через таможенную границу как предметов контрабанды, указанных в ст. 228 УК, так и иных предметов, в отношении которых необходимо уплачивать со­ответствующие таможенные платежи, при наличии специальной цели, имеет место реальная совокупность контрабанды и уклоне­ния от уплаты таможенных платежей.

     


    ПРЕЕМСТВЕННОСТЬ В ПРАВЕ: ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ И ПРАКТИЧЕСКИЙ АСПЕКТЫ

     

    Н.А.Вербицкий (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - ст. преп. Вербова О.В.

     

    На первый взгляд может показаться, что вопрос об определе­нии понятия преемственности в праве, её роли, значения и места в юридической науке является темой, которая не требует особого внимания и изучения. Однако анализ существующей литературы позволяет утверждать обратное. В подтверждение этому необхо­димо указать, что в марксистско-ленинской теории государства и права преемственность в правовой сфере вообще не рассматрива­

     


    29

     



    лась как научная проблема. О преемственности в праве, как пра­вило, говорилось мимоходом, а преемственность между социалис­тическим и буржуазным правом либо вообще отрицалась, либо сводилась только к преемственности в форме. Но и в этих случаях очень часто подчеркивалось, что такая преемственность наблю­далась только в начальный период становления социалистическо­го права. Например, Морозов В.П. в своей работе «Правовые взгля­ды и учреждения при социализме» указывает, что «советское пра­во как юридическое учреждение в принципе не знает преемствен­ности. О преемственности в советском праве можно говорить лишь в очень ограниченных рамках, причем в начальный период суще­ствования Советской власти. Так, Советское государство допус­кало использование некоторых форм буржуазного права в процес­се борьбы за новый революционный порядок на раннем этапе сво­его развития».

     

    Основной причиной того, что проблеме преемственности в советской науке государства и права практически не уделялось никакого внимания являлась в первую очередь та идеология, кото­рая существовала в советском государстве, а именно, стремление показать классовый характер советского права, его отличие от буржуазного, его высший исторический тип и его независимость от всех других типов права.

     

    Кроме того, следует отметить, что и в современной литера­туре проблеме преемственности уделяется недостаточно внима­ния. В частности, практически отсутствует методологическая ос­нова для изучения данной темы, а имеющиеся публикации носят разовый характер и характеризуются недостаточной глубиной ис­следования. Кроме того, во многих юридических энциклопедичес­ких словарях вообще не раскрывается понятие преемственности.

     

    Все это и многое другое показывает актуальность и необхо­димость исследования процесса преемственности в праве.

     

    В правовой науке под преемственностью, как правило, пони­мают процесс восприятия, заимствования и использования какой- либо внутригосударственной правовой системой правового опыта, правовых институтов, правовых традиций и основных черт другой правовой системы. Причем данные правовые системы или типы права могут существовать как на одном историческом этапе, так и быть разделенными определенным промежутком времени. Со­ответственно этому преемственность в праве осуществляется в двух направлениях: временном (по вертикали) - восприятие и ус­воение правовых элементов прошлого и в пространственном (по

     


    30

     



    горизонтали) -восприятие и усвоение правовых ценностей, создан­ных в других одновременно существующих государствах.

     

    Преемственность в праве во временном плане обусловлена историческим процессом развития права в целом, всей совокупно­стью выработанных в ходе его традиционных элементов и основ, формирующих ту или иную правовую систему. И в этом смысле некоторые исследователи, в частности Г.В.Швеков, рассматрива­ют преемственность как фактор развития или даже прогресса в праве. Однако здесь необходимо отметить, что прогресс всегда связан с выходом за пределы преемственности, с появлением эле­ментов нового в праве.

     

    Преемственность в праве между одновременно существую­щими правовыми системами обусловлена необходимостью взаи- мосотрудничества между различными государствами и взаимоза­висимостью многих элементов функционирования составных час­тей государственного механизма. В условиях развития междуна­родных отношений государства просто вынуждены учитывать нор­мативную основу функционирования других государств, а иногда и вводить аналогичные нормы в свою правовую систему. Кроме того, многие национальные правовые системы находятся в стадии ста­новления, в том числе и правовая система Республики Беларусь, а поэтому национальные Парламенты и другие правотворческие орга­ны, не имея достаточного опыта законодательной деятельности, вынуждены искать в других национальных правовых системах об­разцы тех нормативных актов, которые необходимы для времен­ного заполнения правового вакуума. Отсюда и сходство, а иногда и идентичность, некоторых правовых институтов в различных наци­ональных правовых системах.

     

    Учитывая вышесказанное, следует отметить, что преемствен­ность содействует развитию права, а также национальных право­вых систем лишь при наличии определенной совокупности усло­вий, существующих в определенном обществе на определенном промежутке времени. К таким условиям, которые необходимо учи­тывать в том числе при становлении и развитии национальной пра­вовой системы Республики Беларусь относятся:

     

    1)  должны восприниматься те нормы, которые соответствуют существующим в обществе социально-экономическим, политичес­ким, идеологическим, культурным и другим предпосылкам эффек­тивного использования таких норм (например, существование норм, разрешающих эвтаназию в некоторых европейских государствах не означает, что они должны восприниматься другими государства­

     


    31

     



    ми без учета существующей идеологии, общественного мнения, уровня развития здравоохранения и других смежных факторов);

     

    2)   должно заимствоваться лишь то, что отвечает интересам и потребностям определенного общества и государства;

     

    3)  при использовании норм других правовых систем следует глубоко проанализировать все аспекты действия таких норм в дан­ных правовых системах и по возможности учесть имевшиеся ошиб­ки и просчеты для действительно эффективного применения норм в своем внутреннем законодательстве.

     

    Таким образом, мы видим, что изучение процесса преемствен­ности является необходимым не только для теории права, но может иметь и достаточно большой практический интерес в условиях ста­новления национальной правовой системы Республики Беларусь.

     


    СВОБОДНЫЕ ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ЗОНЫ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ

     

    Д.П.Гапон (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - канд. юрид. наук,

     

    доцент Агиевец С.В.

     

    Преодоление социально-экономического кризиса в Республи­ке Беларусь возможно лишь путем осуществления целого комп­лекса мер, определяемых в мировой практике понятием «экономи­ческая политика», которая должна в первую очередь обеспечить управляемое внедрение рыночных отношений в национальной эко­номике страны.

     

    Экономическая политика включает разнообразные меры структурного, денежно-кредитного, налогово-бюджетного, инвес­тиционного и организационного характера, которые должны осу­ществляться комплексно, дополняя друг друга.

     

    Одним из важных элементов экономической политики страны являются свободные экономические зоны (СЭЗ), которые десятки лет успешно функционируют за рубежом, но только недавно стали формироваться в нашей стране.

     

    Среди многих проблем в Республике Беларусь важное место принадлежит интеграции белоруской экономики в мировое хозяй­ство. С учетом длительной самоизоляции Республики Беларусь, низкого уровня развития рыночных отношений с особой остротой возникла необходимость использования в мировых масштабах наи­

     


    32

     



    более эффективных форм внешнеэкономического сотрудничества, которые позволили бы увеличить степень реального участия госу­дарства в экономической интеграции, более результативно исполь­зовать выгоды от участия в международном разделении труда.

     

    Сегодня СЭЗ существует в государствах, различных по уров­ню и характеру экономического развития. Они есть в промышлен­ных странах и в странах, переходящих к рыночной экономике. Их распределение по планете весьма неравномерно. Через СЭЗ про­ходит около 10% мирового товарооборота, причем темпы роста в них объемов экспорта и импорта весьма высоки.

     

    В нашей стране СЭЗ явление довольно новое и малоизучен­ное. Лишь в марте 1996 г., согласно Указа Президента «О свобод­ных экономических зонах на территории Республики Беларусь», было создана первая СЭЗ «Брест». Сегодня СЭЗ имеются во всех областных центрах.

     

    Если рассмотреть различные аспекты формирования и дея­тельности СЭЗ в Республике Беларусь и странах дальнего зарубе­жья, можно сделать вывод, что есть немало сходного в их созда­нии и функционировании, но имеются и существенные различия. Пожалуй, всех их объединяет одна общая цель, общая задача - повышение территориальной эффективности производства через привлечение иностранного капитала, расширение экспорта, созда­ние новых рабочих мест, развитие социальной инфраструктуры.

     

    Проведенное рассмотрение дает основание полагать, что от­вет на вопрос: есть ли перспективы у СЭЗ в Республике Беларусь - может быть положительным. Однако, несомненно, и то, что эффек­тивная реализация этой формы экономического воздействия с ос­тальным миром может осуществляться при соблюдении следую­щих обязательных условий:

     

    1.  Усовершенствовать страховое и банковское регулирование. Для создания коммерческой инфраструктуры необходимо создать условия, для привлечения в зону банков страховых, финансовых компаний и других финансовых посредников, что позволяет обес­печить доступ резидентов к финансовому капиталу.

     

    2.  Что же касается источников финансирования СЭЗ, то пред­ставляется необходимым разработать принципы и порядок форми­рования бюджета СЭЗ в части доходов и расходов.

     

    3.  Разработать Программу создания и развития СЭЗ в Респуб­лике Беларусь, в которой помимо перечня создаваемых зон для каж­дой СЭЗ были четко указаны задачи и цели, этапы становления, при­оритетные отрасли, объем инвестиций и источники их привлечения.

     


    33

     



    4.   СЭЗ следует создавать на ограниченной территории, ис­ключающей нарушение принципа единого экономического простран­ства страны.

     

    5.  Возможность (и готовность) республиканских органов на­править значительные бюджетные средства для формирования инфраструктуры СЭЗ, с пониманием того, что реальный эффект для страны может быть получен лишь в перспективе.

     

    6.  Предоставление иностранным и белорусским инвесторам, действующим в СЭЗ, лучших условий для ведения хозяйственной деятельности, чем те, которые они имели за рубежом и на осталь­ной территории Республики Беларусь.

     

    Как видно, здесь нет принципиально невыполнимых условий, и проблемы СЭЗ могут быть решены при согласованных действи­ях всех заинтересованных сторон.

     

    Создание у нас СЭЗ может стать, как и во многих странах мира, одним из эффективных способов привлечения иностранных инвестиций, катализатором развития внешнеэкономических связей и экономики страны в целом. Но для этого политика их формирова­ния должна быть продуманной и последовательной.

     


    К ВОПРОСУ О СОВЕРШЕНСТВОВАНИИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ О ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

     

    А.И.Головач (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - канд. юрид. наук,

     

    доцент Толочко О.Н.

     

    Важной составной частью экономической жизни любого со­временного государства является внешнеэкономическая деятель­ность. Поэтому каждое государство стремится создать надлежа­щие условия для участия во внешнеэкономической деятельности своим предприятиям и фирмам. Один из наиболее эффективных путей достижения этой цели - активное участие в международных мероприятиях по созданию наиболее благоприятного правового режима внешнеэкономической деятельности, целью которых явля­ется достижение такого положения, когда различия в правовом ре­гулировании торговых операций будут сводиться к минимуму, уст­раняя тем самым барьеры для развития международного эконо­мического сотрудничества.

     


    34

     



    При заключении внешнеэкономической сделки всегда стоит воп­рос о выборе права, применимого к ее регулированию. Он возникает вследствие того, что такая сделка связана с несколькими национальны­ми правовыми системами. Действующее законодательство Респуб­лики Беларусь позволяет сторонам самостоятельно избрать право конкретной страны для урегулирования своих отношений.

     

    Надо признать, что механизм правового регулирования внеш­неэкономических сделок сложен, хотя хорошо наработан практи­кой. Сложность его обуславливается наличием множества колли­зионных норм в нашем праве, что в какой-то степени препятствует качественному применению права к сделке.

     

    Наличие коллизионных норм в праве, касающемся внешнеэко­номической деятельности, объясняется тем, что право различных государств регулирует одни и те же отношения по-разному. И до тех пор, пока национальные правовые системы не будут регулиро­вать эти отношения единообразно, будут существовать коллизии.

     

    Утверждение, что практика международного делового сотруд­ничества отражает в определенной мере реалии жизни мирового сообщества, представляется бесспорным. В деятельности хозяй­ствующих субъектов, работающих в сфере внешней торговли, как бы стираются границы между государствами. В рамках европейс­кого сообщества эти границы «стираются» в буквальном смысле. Примером является принятие европейским сообществом единых таможенных тарифов. Европейское право предусматривает так же санкции за нарушение этих договоренностей.

     

    Хотелось бы надеяться, что в будущем мировое сообщество придет к созданию единых нормативных актов, регламентирую­щих сферу, в первую очередь, хозяйственных отношений на меж­дународном уровне. Один из первых этапов этой работы - приве­дение национальных законодательств в соответствие с между­народными договоренностями. По этому пути уже идут страны европейского сообщества. В этом смысле представляется нео­ценимой деятельность Международной торговой палаты, а так­же других подобных комиссий и комитетов, разрабатывающих документы по нормативному регулированию внешнеэкономичес­ких сделок. Благодаря работе этих организаций сфера внешней торговли является на сегодняшний день одной из наиболее про­грессивно развивающихся.

     

    Основной проблемой правового регулирования данной облас­ти общественных отношений является, на мой взгляд, отсутствие в современном белорусском законодательстве единой норматив­

     


    35

     



    ной базы, направленной на регулирование хозяйственных отноше­ний отечественного партнера и иностранных фирм. Нормы между­народного частного права, составляющего основу правового регу­лирования данной сферы общественных отношений, не содержат прямого предписания о том, как нужно решить тот или иной воп­рос. Эти нормы указывают лишь, какое законодательство подле­жит применению. Нормы такого рода называют коллизионными. Коллизионные нормы с технико-юридической точки зрения пред­ставляют собой наиболее сложные нормы права, регулирующего взаимоотношения отечественного и зарубежного партнеров по ВЭД. Отсутствие единой нормативной базы, которой мог бы пользо­ваться субъект, осуществляющий внешнеторговую деятельность, правовая неграмотность и недостаток информации, которой бы мог пользоваться субъект хозяйствования при разрешении вопросов, возникающих в связи с заключением, исполнением внешнеторго­вого контракта, - являются наиболее важными проблемами, под­лежащими незамедлительному разрешению. Хотелось бы надеять­ся также, что в ближайшее время возрастет количество и каче­ство специалистов-правоведов, владеющих навыками работы с таким специфическим нормативно-правовым материалом, каковым является законодательство о ВЭД.

     

    ПРОБЛЕМА НЕЗАКОННОЙ МИГРАЦИИ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ

     

    А.В.Гречанная (Институт управления и предпринимательства) Научный руководитель - преп. Мельник П.Б.

     

    Массовый приток нелегальных мигрантов, пытающихся ис­пользовать территорию нашего государства для ведения незакон­ной деятельности, включая торговлю наркотиками и оружием, яв­ляется характерным для Республики Беларусь. По различным оцен­кам на территории Республики Беларусь находятся 100-200 тысяч незаконных иммигрантов.1

     

    Незаконный въезд и пребывание в стране такого количества иностранцев с неопределенным статусом оказывает дестабилизи-

     


    Государственная миграционная программа 1998 - 2000 г.

     


    36

     



    рующее влияние на социально-экономическое положение, способ­ствует росту преступности, незаконному обороту оружия, наркоти­ков, наносит реальный ущерб безопасности государства.

     

    В связи с этим на 1998-2000 г. была принята «Государствен­ная миграционная программа», в которой рассматривались следу­ющие неотложные меры по предотвращению и пресечению неза­конной миграции:

     

    1) сформировать систему миграционного контроля в пунктах про­пуска через границу и обеспечить ее функционирование, в том числе контроль за въездом, выездом и пребыванием иностранцев; учет и идентификацию различных категорий мигрантов; мероприятия по вы­явлению и задержанию лиц, незаконно пребывающих на территорию Республики Беларусь; депортацию незаконных мигрантов;

     

    2)  создать единую базу данных и систему передачи информа­ции, а также цифровые фотографии;

     

    3)   создать систему обмена опытом между государствами;

     

    4)  создать систему обучения квалифицированных специалис­тов в области борьбы с незаконной миграцией.

     

    Эффективность данной программы под вопросом. Число не­законной миграции растет с каждым годом. Так же нужно отме­тить нерентабельность данной программы. В «Итоговой таблице расходов на реализацию Государственной миграционной програм­мы» можно видеть следующую цифру (в млн.руб.) - 3300,0. Эта сумма рассчитана на 1 999-2000 годы в ценах 1 998 года. Для Рес­публики Беларусь, ее тяжелого экономического положения, осуще­ствление данной программы нереально еще как минимум лет 50.

     

    Программа ориентирована на слишком далекую перспективу. Чтобы решить такую проблему, на мой взгляд, следует начать с изучения миграции во всех ее формах и проявлениях, выяснить, почему в нашем государстве мы не можем направить поток миг­рации в нужное русло (если рассматривать США и Республику Беларусь, как страны иммигрантов, то разница очевидна). Следу­ет также заняться активным привлечением инвестиций через со­глашения и сотрудничества с иностранными государствами, орга­низациями, средства благотворительности организаций и фондов, средства внебюджетных фондов.

     

    Данная проблема имеет политические, экономические, право­вые корни и является наукоемкой. В ее решении можно использо­вать научный потенциал молодых ученых, НИРС и других.

     


    37

     




    А.В.Гурин (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - д-р юрид. наук, профессор Зорин Г.А.

     

    Кризисные явления в обществе, сопровождающиеся трансфор­мацией общественного сознания, неизбежно приводят и к измене­ниям психической деятельности. Формы перестройки индивидуаль­ного сознания и поведения очень разнообразны, но большинство из них сопровождается повышением уровня агрессии.

     

    Термином «агрессия» обозначают напористое, доминирующее, атакующее и вредоносное поведение, объединяя такие различные по форме и результатам акты поведения, как злые шутки, сплетни, враждебные фантазии, деструктивные формы поведения, вплоть до убийств и самоубийств.

     

    Рассматривая агрессию с точки зрения права, необходимым пред­ставляется разделение агрессии на социально допустимую и социально не допустимую, другими словами - криминальную. Достаточным кри­терием для данного разделения выступает уголовный закон РБ.

     

    В общественных науках и в науках о поведении термин «аг­рессия» часто рассматривается как синоним понятия «насилие», а насилие - как одно из проявлений агрессии. Мы будем придержи­ваться подхода, согласно которому агрессия является основным инструментом насилия.

     

    Под насилием понимают применение силы, приводящее к ущер­бу, наносимому основным человеческим потребностям или даже жизни вообще, понижающему уровень их удовлетворения ниже того, что по­тенциально возможен. Угроза насилия также является насилием.

     

    Термин криминальное насилие обозначает ряд запрещенных законом физических или психических действий, совершаемых в отно­шении других лиц вопреки их воле и желанию, причиняющих им физи­ческий вред и моральный ущерб. Перечень и характер этих действий определен в уголовном законе. Сам факт установления подобного зап­рета - свидетельство того, что насилие является опасной формой по­ведения людей, наносящего серьезный ущерб их правам и интересам.

     

    По формам проявления криминальное насилие весьма разно­образно. Наиболее опасной считается умышленное убийство (по­кушение на него) - насильственное лишение жизни другого чело­века. Среди других его форм - изнасилование, причинение вреда

     


    38

     



    здоровью, разбой, различные формы психического и физического принуждения к совершению определенных действий, личностно­направленное хулиганство и т.п.

     

    Несмотря на многообразие форм насильственного преступно­го поведения, а также индивидуальный или массовый характер их проявления, психологические механизмы насилия имеют во мно­гом сходный характер. Их суть может быть сведена к одному об­щему фактору - жесткой психологической зависимости агрессора от объекта агрессии. Контакты с определенными людьми приоб­ретают для них жизненно важный, можно сказать, жизнеобеспечи­вающий характер. Психологический «корень» насилия в том, что преступник (во многом неосознанно) приписывает жертве способ­ность удовлетворить его потребности или вести себя в соответ­ствии со своим представлением о должном поведении, а затем в той или иной форме требует их удовлетворения и соответствующе­го поведения, другими словами, психологическая основа возникно­вения насилия - самоутверждение за счет другого.

     

    Кроме того, представляется, что для осуществления акта на­силия преступнику необходима внутренняя готовность к осуществ­лению насилия, положительное отношение к тем, кто совершает подобные акты, а также одобрение со стороны окружающих.

     

    Можно сделать вывод, что в основе криминального насилия лежат условия, резко затрудняющие удовлетворение потребностей, которые человек считает для себя жизненно важными и от которых поэтому находится в состоянии жесткой зависимости. Лучший путь для преодоления тенденций к насильственному поведению как для отдельного человека, так и для больших социальных групп и общно­стей - это сознательное овладение условиями своей жизни и на этой основе достижение независимости от любых из них.

     


    РЕГУЛИРОВАНИЕ ИМУЩЕСТВЕННЫХ ПРАВООТНОШЕНИЙ СУПРУГОВ В МЕЖДУНАРОДНОМ ЧАСТНОМ ПРАВЕ

     

    Д.Н.Дамарад (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - канд. юрид. наук,

     

    доцент Толочко О.Н.

     

    Согласно действующему законодательству, иностранные граж­дане на территории Республики Беларусь пользуются в основном

     


    39

     



    теми же правами и свободами, что и белорусские граждане, и лишь в отдельных случаях могут быть установлены ответные ограни­чения в отношении граждан тех государств, в которых имеются специальные ограничения прав и свобод белорусских граждан.

     

    Действующий в Республике Беларусь принцип равноправия женщин и мужчин полностью распространяется и на иностранных граждан. Женщине-иностранке белорусский закон предоставляет равные права с мужчиной-иностранцем. В частности, жена вправе без согласия мужа поступать на работу, распоряжаться своим иму­ществом, обращаться с иском в суд и т.д. Гражданская правоспо­собность иностранного гражданина в Республике Беларусь опре­деляется действующим белорусским законом, а не личным зако­ном иностранца. Кроме того, правовой статус иностранных граж­дан в Республике Беларусь определяется международными дого­ворами, участником которых является Республика Беларусь.

     

    В разделе 4 Кодекса о браке и семье получили закрепление нормы ратифицированных Республикой Беларусь соответствующих международных правовых актов. Если международным договором Республики Беларусь установлены иные правила, чем те, которые предусмотрены внутренним (национальным) законодательством о браке и семье, применяются правила международного договора (ст. 237 КоБС Республики Беларусь). Следовательно, применение к иностранному гражданину закона государства, гражданином ко - торого он является, допускается лишь при наличии соответствую­щего международного договора, участником которого является Республика Беларусь. Иностранные граждане могут владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащей им собственнос­тью на территории Республики Беларусь в пределах, установлен­ных белорусским законом. Они могут наследовать и завещать свое имущество, а также иметь иные имущественные и личные неиму­щественные права. Содержание, особенности имущественных прав супругов, регулирование их имущественных отношений в законо­дательных актах других государств трудно охарактеризовать од­нозначно, поскольку здесь нет единообразия.

     

    Существующие в наше время имущественно-правовые режи­мы собственности супругов делятся на две основные группы: ре­жим раздельности имущества супругов и режим общности супру­гов. В некоторых странах предусмотрено большее число режимов, а иногда существует несколько разновидностей каждого из режи­мов, их комбинация.

     


    40

     



    Главная черта раздельности имущества заключается в том, что все имущество независимо от времени и способа его приобре­тения, а также все доходы, получаемые от него, как правило, счи­таются раздельной собственностью супругов (Англия, Германия, большинство штатов США и др.). Для режима общности харак­терно возникновение после заключения брака режима общего со­вместного имущества (Франция, Испания, ряд государств Латинс­кой Америки и др.). При общности супружеского имущества обычно в привилегированном положении находится муж. Например, во Франции муж один управляет «общностью».

     

    Что касается белорусского законодательства, то в настоящее время общие положения о собственности супругов включены в Гражданский кодекс Республики Беларусь, а совместная собствен­ность супругов регулируется одновременно гражданским и семей­ным законодательствами. Одним из наиболее существенных из­менений брачно-семейного законодательства стало введение ин­ститута брачного договора, что придало норме об общей совмест­ной собственности супругов диспозитивный характер. Кодекс Рес­публики Беларусь о браке и семье 1 999 г. значительно расширил область диспозитивного регулирования семейных отношений. В соответствии с ним участники семейных отношений в рамках, до­пускаемых законом, могут определить для себя юридические пра­ва и обязанности в договорах.

     

    В белорусском законодательстве регулирование имуществен­ных отношений зависит от правового режима общей совместной собственности, существующего между супругами. Состояние в браке обуславливает законный режим в отличие от режима, уста­новленного брачным договором. При законном режиме момент возникновения общей собственности супругов связан с моментом заключения брака, а при заключении супругами брачного договора момент возникновения общей совместной собственности может быть определен в договоре. В состав общей совместной собствен­ности включается любое имущество, нажитое супругами во время брака. Это может быть движимое и недвижимое имущество и во­обще любое имущество, которое в соответствии с ГК Республики Беларусь может быть объектом права собственности супругов. Все имущество, находившееся до вступления в брак в собствен­ности лиц, вступающих в брак, и после вступления в брак продол­жает оставаться собственностью каждого супруга, если после вступления в брак супруги в брачном договоре не установили иной

     


    41

     



    режим для всего добрачного имущества или для отдельных пред­метов добрачного имущества.

     

    Вступление в брак не влечет ограничения имущественных прав или правомочий супругов, поскольку каждый из них вправе вступать в гражданско-правовые отношения по поводу принадле­жащего ему имущества не только с третьими лицами, но и друг с другом. В имущественной сфере супруги имеют равные права вла­дения, пользования и распоряжения нажитым в период брака иму­ществом. На принцип равенства правомочий супругов в области их имущественных отношений не влияет и тот факт, что в брачном договоре они могут установить режим раздельной собственности в отношении определенного имущества. Равенство правомочий обоих супругов в отношении приобретенного в период брака иму­щества означает, что оба владеют, пользуются и распоряжаются этим имуществом совместно по взаимному согласию.

     


    УСКОРЕННОЕ ПРОИЗВОДСТВО: ПУТИ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ

     

    К.И.Дегтярев (ГГУ им.Ф.Скорины) Научный руководитель - канд. юрид. наук, доцент Ключников Ю.А.

     

    Вся деятельность правоохранительных органов в уголовном процессе должна осуществляться в рамках процессуальной фор­мы. Процессуальная форма определяется Конституцией, а также УПК. Новым УПК была введена процедура, которая требует вни­мательного осмысления. С этой точки зрения является весьма важным определения места ускоренного производства, как специ­фического вида уголовного процесса.

     

    В литературе отмечаются следующие преимущества этой формы предварительного расследования:

     

    1) экономия процессуального времени;

     

    2)  максимальное приближение момента совершения преступ­ления к моменту наказания;

     

    3)  отсутствие необходимости в сложной процессуальной фор­ме по сравнительно простым составам преступления.

     

    Но эти положительные моменты должны быть проанализирова­ны. Экономия процессуального времени была бы абсолютной, если бы не было уголовного процесса вообще. Если же государство приня­

     


    42

     



    ло на себя обязанности по охране прав граждан, то эти обязанности должны выполняться надлежащим образом. Что же касается при­ближения наказания к моменту совершения преступления, то это пре­имущество сохранится и при производстве дознания в двадцатиднев­ный срок, а качество предварительного расследования, несомненно, улучшится. Сложилось преимущественное мнение, что по нетяжким категориям дел не нужна сложная процессуальная форма. Однако нужно заметить, что если законодатель считает соответствующие деяния недостаточно опасными, то не целесообразнее было бы пере­вести данные деяния из разряда уголовно наказуемых в сферу дей­ствия кодекса об административных правонарушениях. Такое ново­введение автоматически бы сняло вопрос о необходимости более про­стой процессуальной формы по таким категориям преступлений. Бо­лее того, ускоренное производство не применяется на практике. Вы­вод о том, что ускоренное производство не применяется на практике был сделан, после анализа правоприменительной практики. Так, в Со­ветском районе г.Гомеля за время действия нового уголовно-процес­суального кодекса ни одно дело, законченное ускоренным производ­ством, не было направлено в суд. И дело отнюдь не в том, что совер­шается мало преступлений, отнесенных к ускоренному производству. Наоборот, район достаточно большой и преступлений совершается много, просто не целесообразно дознавателю использовать ускорен­ное производство. В подавляющем большинстве случаев на практике оно подменяется предварительным расследованием в форме дозна­ния. Невыполнению требований УПК Республики Беларусь способ­ствуют объективные причины: большая загруженность дознавателя и невозможность совершения всех следственных действий в трёхднев­ный срок, невозможность принятия решения без получения ответа на какой-либо запрос и другие.

     

    Также возникает проблема качества расследования при уско­ренном производстве, даже несмотря на то, что ускоренное произ­водство предусмотрено не по тяжким преступлениям, речь все равно идет об уголовной репрессии.

     

    Также нужно обратить внимание на возможность гарантиро­вать обвиняемому предусмотренные законом права. Уголовно-про­цессуальный кодекс закрепил те условия, которые необходимы для того, чтобы уголовное дело подлежало рассмотрению в порядке ускоренного производства. К ним относятся:

     

    1)  совершение преступлений, перечисленных в ч. 1 ст. 485 УПК Республики Беларусь;

     

    2)   факт преступления очевиден;

     


    43

     



    3)  известно лицо, подозреваемое в совершении преступления;

     

    4)   само лицо не отрицает своей причастности к совершению преступления.

     

    Данные условия можно с известной долей условности разде­лить на две части:

     

    1)   объективные критерии, к которым фактически относятся первые три условия.

     

    2)  субъективные критерии, к которому можно отнести неотри- цание лицом своей вины.

     

    Наличие всех условий в совокупности, т.е. наличие своего рода фактического состава, и являются предпосылкой для расследова­ния дела ускоренным производством. Отсутствие хотя бы одного из условий исключает ускоренное производство. Несмотря на то, что предусмотрено четыре условия применения ускоренного про­изводства, основным нам видится признание субъектом своей вины. Это является еще одной причиной, по которой ускоренное произ­водство должно быть отменено. Более долгий срок позволит про­вести более качественное расследование по находящемуся в про­изводстве дознавателя уголовному делу. С другой стороны, УПК не запрещает завершение предварительного расследования рань­ше установленного срока.

     

    Таким образом, необходимо отменить действие главы УПК, которая регламентирует ускоренное производство, заменив его при этом на предварительное расследование в виде дознания сроком один месяц. Такое законодательное закрепление отразит положе­ние, сложившееся на практике.

     


    ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ И ОСОБЕННОСТИ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОЙ ВЛАСТИ В ИСПАНИИ ПО КОНСТИТУЦИИ 1978 ГОДА

     

    А.В.Денищик (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - канд. юрид. наук, доцент Чебуранова С.Е.

     

    По форме правления Испания представляет собой парламен­тарную монархию, а это означает, что существует верховенство парламента над исполнительной властью.

     

    Парламент - Генеральные кортесы - представляет испанс­кий народ и состоит из двух палат: Конгресса депутатов и Сената.

     


    44

     



    Палаты формируются одновременно на основе свободного, всеоб­щего, равного и прямого избирательного права тайным голосова­нием. Кроме того, в Испании теоретически можно стать депута­том уже в 1 8 лет, так как и активное, и пассивное избирательное право принадлежит всем испанцам, достигшим 18 лет и обладаю­щим политическими правами в полном объеме.

     

    Конгресс депутатов - орган общенационального представитель­ства, а Сенат - палата территориального представительства. Каж­дая палата образует постоянные комиссии, в Сенате создается 21 комиссия, в Конгрессе - 1 4. Особенностью внутренней структуры испанского парламента является крайне редко встречающаяся в практике иных государств (подобные органы действуют еще только в парламентах двух государств - Португалии и Мексики) создание в каждой из палат Постоянной депутации (ст. 78 Конституции). По­стоянная депутация (в некоторых случаях для обозначения данного органа используется термин Постоянная депутатская комиссия) состоит не менее чем из 21 члена, представляющего парламентс­кие фракции и возглавляется председателем соответствующей па­латы. Она обеспечивает постоянство в деятельности парламента. Осуществление функций палаты переходит к Постоянной депута­ции, когда парламент распущен, не созван на сессию, а также при истечении срока полномочий до формирования новых Генеральных кортесов. Особо оговариваются полномочия Постоянных депута­ций в случае объявления чрезвычайного положения (ст. 116 Консти­туции). При созыве соответствующей палаты Постоянная депута­ция отчитывается по вопросам, ею обсуждавшимся, а также о при­нятых решениях. Уместно подчеркнуть, что в Испании эта структу­ра - Постоянная депутация - имеет длительную историю, впервые была учреждена по Конституции 1812 г., предусматривалась также в республиканской Конституции 1931 г.

     

    На мой взгляд, наличие подобного института показывает стремление испанского законодателя обеспечить и гарантировать непрерывное функционирование парламента страны.

     

    Основная функция Генеральных кортесов, как и парламентов в других странах, заключается в осуществлении законодательной деятельности. Парламент Испанского Королевства, согласно гла­ве второй Конституции, принимает законы трех видов: органичес­кие, базовые, обычные.

     

    Органическими, в соответствии со ст. 82 Конституции Испа­нии, являются законы, связанные с основными правами и свобода­ми, законы, вводящие статуты автономных сообществ и устанав­

     


    45

     



    ливающие основы избирательной системы, а также иные законы, предусмотренные Конституцией. Для принятия, изменения или от­мены органических законов при окончательном голосовании в целом в конгрессе требуется абсолютное большинство голосов депутатов.

     

    По вопросам, не подлежащим регулированию органическими законами, Генеральные кортесы могут, приняв базовый закон, де­легировать Правительству право издавать нормы, имеющие силу закона. При этом базовые законы точно определяют предмет и объем законодательной делегации, принципы и критерии, которым надлежит следовать при ее осуществлении. Согласно ст. 83, базо­вые законы ни в коем случае не могут разрешать изменение само­го базового закона и уполномочивать на издание норм, имеющих обратную силу. Передача некоторых законодательных полномочий Правительству получила название т.н. внешней делегации. Испан­ская Конституция регулирует вопросы делегированного законотвор­чества достаточно обстоятельно в сравнении аналогичной практи­кой других стран.

     

    Кроме того, палаты могут уполномочить постоянные законо­дательные комиссии принимать законопроекты и законодательные предложения. При этом установлены ограничения как по предме­ту (исключаются вопросы конституционной реформы, международ­ного характера, органические и базовые законы и государствен­ный бюджет), так и по сути делегирования. Палаты имеют право в любой момент потребовать рассмотрения законопроекта на пле­нарном заседании палаты.

     

    Круг субъектов права законодательной инициативы в Испа­нии весьма узок: Правительство, Конгресс, Сенат. Предусматри­вается возможность внесения законопроекта в порядке народной законодательной инициативы. Согласно Конституции условия и по­рядок ее осуществления определяются органическим законом, при этом в любом случае требуется собрать не менее 500 тыс. заве­ренных подписей.

     

    Законопроекты рассматриваются Конгрессом депутатов и передаются в Сенат. В двухмесячный срок Сенат может внести в текст поправки или отклонить проект. Для преодоления вето Сена­та Конгресс может: утвердить первоначальный текст большинством голосов, повторно утвердить текст простым большинством, но через два месяца, принять или отклонить поправки простым большин­ством (ст. 90).

     

    Таким образом, решающая роль в принятии законов принад­лежит Конгрессу депутатов, Сенат не обладает возможностью

     


    46

     



    оказать ему реальное противодействие, он может лишь замедлить принятие парламентского решения. Подобная практика существу­ет, как известно, во многих других западноевропейских странах.

     

    Что касается участия Короля в законодательном процесс, то оно менее значительно, чем у монархов ряда иных государств. Король не обладает ни правом вето, ни правом законодательной инициативы. Он санкционирует в 15-дневный срок законы, промуль- гирует их, дает распоряжения об их обнародовании. Король имеет право созыва и роспуска Генеральных кортесов, но он не может инициировать внеочередную сессию.

     

    Конституция 1978 г. предусматривает, что наряду с законами, принимаемыми Генеральными кортесами, могут издаваться, даже по вопросам, отнесенным к ведению Испанского государства, зако­нодательные акты автономных областей. Такие акты издаются ав­тономными областями в порядке делегированного законодательства, на основе принципов, указанных в общегосударственном законе.

     

    Таким образом, организация и функционирование законода­тельной власти в Королевстве Испания во многом схожа с ее уст­ройством и деятельностью в других парламентарных монархиях. В то же время имеются и некоторые особенности: наличие двух вариантов делегирования законодательных полномочий, стремле­ние обеспечить непрерывность деятельности парламента путем создания Постоянной депутации, четкое определение видов зако­нов, принимаемых Генеральными кортесами, участие автономных сообществ в законодательной деятельности.

     


    КОНСТИТУЦИЯ В КОНТЕКСТЕ ИСТОРИКО­ЭТИМОЛОГИЧЕСКОГО ПОНЯТИЯ

     

    В.В.Дмитриев (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - канд. юрид. наук, преп. Мисаревич Н.В.

     

    Что такое конституция? Этот вопрос уже во многом раскрыт, и изучен юридической наукой, что этой теме уже посвящены мно­гие научные работы различных учёных, в которых достаточно глу - боко были исследованы различные её аспекты: формально-юриди­ческий, социально-политический, классовый, генетический и даже культурный. При всём при этом большинство авторов учебных пособий по конституционному праву и научных статей, посвящён­

     


    47

     



    ных данному вопросу, специально не заостряют внимания на эти­мологическом аспекте это темы, оставляя его как бы в стороне от исследования, или бегло отмечая, что сам термин «конституция» в Древнем Риме, и в переводе с латинского языка приблизительно означает «утверждение» или «установление».

     

    Однако, если мы претендуем на, возможно, большую объек­тивность и всесторонность в исследовании вопроса: «Что такое кон­ституция?», следует взглянуть на него и с точки зрения этимологии. Ведь наивно было бы считать, что термин «конституция» мог ис­пользоваться древними римлянами в таком же смысле, в каком ис­пользуем мы его сейчас. Термин «конституция» появился впервые, как я уже говорил, в Древнем Риме. И произошёл он от понятия «constitutio», что означает «установление», «утверждение» чего-либо или же «строение» чего-либо. Подобное значение «конституции» становится более ясным и осмысленным в свете того факта, что в древнеримском праве этим термином именовались отдельные акты императорской власти. Дело в том, что все указы императора имели несколько разновидностей: декреты, рескрипты и, в том числе, кон­ституции. Если говорить о юридической силе и месте конституций в системе римского законодательства, то следует помнить тот факт, что подобного рода характеристики нормативно-правовых актов напрямую зависит от места того органа, от которого происходит сам акт в системе власти. Таким образом, появившись вместе с инсти­тутом императорской власти, конституция сразу же обрела значи­тельный «вес» среди прочих правовых актов. Это прежде всего ста­ло следствием из того, что власть императора была одновременно законодательной, исполнительной и судебной. Император мог выно­сить на рассмотрение сената или народного собрания указы или за­коны, мог приводить их в жизнь и обеспечивать их исполнение. Он мог интерпретировать их, карать нарушителей.

     

    Тенденция усиления монархического элемента в системе вер­ховой власти привела к тому, в период домината император обла­дал обсалютной властью. Разумеется, это не могло не отразится на значимости издаваемых им указов, в том числе и конституций. Здесь же стоит отметить, что формальный статус императора, как неограниченного властителя, подтверждался концепцией перехода верховной власти от Народного собрания к императору.

     

    Со временем последний и стал осуществлять законодатель­ные полномочия. Его письменные распоряжения принимались Се­натом беспрепятственно, без всяких поправок, и они становились законами. Именно в этот период императорские конституции ста­ли основным способом изготовления законов.

     


    48

     



    Дальнейшее развитие понятия «конституция» было связано с падением западно-римской империи и рецепцией римского права. Так конституция попала в национальные правовые системы неко­торых средневековых европейских государств. Здесь понятие «кон­ституция» приобрело новый смысл: это своего рода хартия, отра­жавшая компромисс между Королевской властью, феодалами и городами. Дело в том, что помимо власти монарха, в средневеко­вом обществе существовали и иные разновидности концентрации власти - власть сеньоров, церкви, городов и т.д. Поэтому развитие королевского законодательства во многом было обусловлено эти­ми обстоятельствами.

     

    Общая тенденция эволюционных перемен в статусе и роли королевской власти и законодательного регулирования может быть представлена, как эволюция от существования и конфрон­тации с другими правовыми системами с обычным правом, цер­ковным, городским, реципированным римским, к доминирова­нию и господству.

     

    Поэтому на первых порах средневековые европейские монар­хи выступали инициаторами упорядочения обычного права. С уси­лением власти монарха запись обычного права совмещалась с ко - ролевскими законодательными установлениями. Подобного рода установления добавляются в сборники феодального и городского права. Эти сборники имели своей внутренней характеристикой преж­де всего компромисс между монархом, как главой государства и малыми субъектами права, и назывались конституциями. (Напри­мер, «Конституция или Уложение законов и обычаев города Пизы 1161 г.). В отношении с церковной властью, средневековые евро­пейские монархи стремились к развитию светской и церковной юрисдикции, что находило своё отражение опять таки в королевс­ких конституциях. (Кларендопские конституции английского коро­ля Генриха II 1164 г.).

     

    Сравнивая древнеримские и средневековые конституции, лег­ко убедиться в том, что они весьма непохожи. Это касается в пер­вую очередь их внутренней характеристики. Так, если в средние века конституция являлась неким компромиссом власти монарха с властями иных субъектов права, то древнеримские конституции, представлявшие распоряжения императора, обладающего абсолют­ной властью, разумеется никак не могли иметь подобный харак­тер. Тем не менее, и те и другие имеют одну общую и, на мой взгляд, весьма существенную черту: они исходят от королей и им­ператоров, т.е. от верховной власти.

     


    49

     



    Дальнейшее развитие термина «конституция» связано с тем, что с середины XII столетия он стал использоваться гораздо реже, а вместо него предложили употребить слова «ассиза», «хартия», позднее - «статут». Все они обозначали вводимый в действие за­кон, или сборник законов.

     

    Только начиная с XVIII ст. слово «конституция» стало упот­ребляться в единственном числе для обозначения основного зако­на, определяющего и запрещающего государственный и обществен­ный строй. Впервые подобное определение было предложено в ст. 16 знаменитой французской Декларации прав и свобод человека и гражданина 1789 г., где сказано: «Общество, где не обеспечена гарантия прав и нет разделения властей, не имеет Конституции». Здесь указаны два минимальных признака конституционного строя. В дальнейшем разработке понятия и сущности конституции было посвящено множество исследований, основную суть которых можно кристаллизировать в виде трёх основных идей, выражением кото­рых должна быть в современном виде конституция:

     

    1)  ограничение пределов власти государства, его органов, дол­жностных лиц;

     

    2)  учреждение механизмов и процедур осуществления власт­ных функций;

     

    3)   определение нормальных границ вмешательства в сферу политической, экономической и социальной свободы индивида.

     

    Самыми старыми конституциями, действующими в современ­ном мире, является конституция США 1787 г., а так же конститу­ция Речи Посполитой и Королевства Франции 1791 г.

     

    Именно таким является исторический путь изменений содер­жания понятия «конституция», прежде чем оно попало в термино­логию современной юридической науки, и наполнилось новым смыс­лом. При этом следует помнить, что сегодня существует несколь­ко учений о сущности конституции, которые предполагают различ­ные определения этого понятия, заостряя при этом внимание на той или иной характеристике конституционного акта. Но подобно­го рода положение дел не следует рассматривать как процесс даль­нейшего исторического развития термина «конституция», т.к. все эти учения определяют последний, хотя все эти определения в не­которых своих положениях весьма непохожи друг на друга, в рам­ках содержания основного закона государства и общества. Эти определения лишь расширяют и углубляют понятие «конституция» в заданных рамках, отыскивая её сущностные характеристики. А их многообразие свидетельствует о том, что это не такая уж и

     


    50

     



    простая задача: ведь вопрос о сущности конституции остаётся ак­туальным и по сей день.

     

    Итак, заканчивая рассмотрение конституции в контексте ис­торико-этимологического понятия, хотелось бы сформулировать ряд тезисов, фиксирующих суть этого рассмотрения:

     

    во-первых, термин «конституция» появился в Древнем Риме, где изначально использовался для обозначения разновидности ука­зов императора;

     

    во-вторых, в результате рецепции римского права, понятие кон­ституции попало в некоторые законодательные системы некото­рых европейских государств, где стало обозначать постановления монарха, носящие компромиссный с иными властями характер;

     

    в-третьих, начиная с 18 столетия этот термин наполнился но­вым содержанием и стал обозначать закон, обладающий высшей государственной силой, устанавливающий основы жизни общества и государства.

     


    ПРОБЛЕМЫ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ НОРМ ЗАКОНА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ «ОБ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ (БАНКРОТСТВЕ)»

     

    Т.З.Дудко (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - канд. юрид. наук,

     

    доцент Агиевец С.В.

     

    Признаки несостоятельности (банкротства) субъекта хозяй­ствования определены в ст. 7, 8, 10 Закона Республики Беларусь «Об экономической несостоятельности (банкротстве)». К ним от­носятся:

     

    1)   неспособность должника удовлетворить требования креди­торов в связи с превышением обязательств должника над его иму­ществом;

     

    2)    неспособность удовлетворить требования кредиторов по причине неудовлетворительной структуры баланса должника;

     

    3)    неисполнение должником платежного обязательства в те­чение срока, установленного кредитором для погашения задол­женности;

     

    4)   невыплата денежных средств кредитору по обязательствам, вытекающим из трудовых и связанных с ними отношений, в тече­ние срока, предусмотренного законодательством.

     


    51

     



    Однако признаки банкротства являются лишь предпосылка­ми, дающими право должнику или кредитору обратиться с заявле­нием в хозяйственный суд, а суду - возбудить производство по делу о банкротстве должника.

     

    Решение по делу о признании должника несостоятельным (бан­кротом) с применением процедур санации или ликвидации выно­сится судом в порядке, установленном ст. 125 и ст. 127 Закона на основании предоставляемого управляющим плана санации или лик­видации, утвержденного кредиторами. При этом управляющий может представить собранию кредиторов для утверждения одно­временно и план санации и план ликвидации. В данном случае За­кон допускает двойственность позиции управляющего как руково­дителя должника, эксперта и непосредственного исполнителя су­дебного решения, что в реальной жизни не совсем логично.

     

    Несовершенство установленной Законом процедуры подготовки дела к судебному разбирательству является основной причиной при­нятия решений, не в полной мере соответствующих экономическим интересам государства, субъекта хозяйствования и его кредиторов.

     

    Весьма отрицательным фактором является то, что с момен­та возбуждения дела о банкротстве и до момента вынесения су­дебного решения могут изменяться права участников процесса и возможна замена управляющего лица, которое существенно влия­ет в силу предоставленных Законом полномочий на суть принима­емого судом решения.

     

    В целях усиления роли суда в осуществлении контроля за про­цедурой подготовки дела к судебному разбирательству было бы целесообразно внести изменения в ст. 125 Закона. Необходимо ограничить вмешательство кредиторов внесением лишь измене­ний в план санации или ликвидации, а принятие или отклонение этих дополнений должно осуществляться судом в судебном за­седании с участием заинтересованных участников процесса по делу о банкротстве.

     

    Вынесению решения по делу о банкротстве предшествует помимо собрания кредиторов еще один очень важный момент - открытие конкурсного производства. Несмотря на то, что один из элементов конкурсного производства (санация или ликвидация) вводится решением хозяйственного суда, вопрос открытия самого конкурсного производства определяется судом намного раньше. И если по возбуждению дела на практике проблем почти не возника­ет, то по открытию конкурсного производства их достаточно.

     

    Открытие конкурсного производства имеет для должника наи­более существенные последствия (ст. 90). В первые два - три

     


    52

     



    месяца конкурсного производства решается судьба предприятия - должника, т. к. за это время управляющий должен подготовить и представить кредитором план санации и (или) ликвидации. Соглас­но ст. 33 Закона защитный период вводится в целях проверки нали­чия оснований для возбуждения конкурсного производства и обес­печения сохранности имущества должника. Для устранения недо­статков Закона в целях предоставления должнику возможности нового старта можно рекомендовать сократить защитный период, что ускорит открытие конкурсного производства. Но при этом ав­томатически отстраняются от управления предприятием его руко­водитель и собственник(и), а это не всегда лучший вариант.

     

    Согласно ст. 44 Закона дело о банкротстве должно быть рас­смотрено в заседании хозяйственного суда в срок, не превышаю­щий семи месяцев со дня поступления в суд заявления о банкрот­стве. Именно в этот период должны быть исследованы и макси­мально точно установлены причины неплатежеспособности, про­работаны все варианты продолжения деятельности должника. Не­достатки, присущие защитному периоду и начальному периоду кон­курсного производства, уменьшают вероятность принятия управ­ляющим решения о санации и способствуют ликвидации предприя­тий со всеми вытекающими пагубными последствиями.

     


    СОЦИАЛЬНАЯ ФУНКЦИЯ ГОСУДАРСТВА: ВЧЕРА, СЕГОДНЯ, ЗАВТРА

     

    Е.В.Дулуб (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - д-р юрид. наук, профессор Сильченко Н.В.

     

    Такие правовые категории, как социальная политика, право социального обеспечения, социолизаторская деятельность государ­ства, прочно вошли в категориальный аппарат юридической науки, однако они известны не только юристам, они знакомы практически каждому человеку, ведь с теми или иными их проявлениями мы встречаемся каждый день. Кроме того, все названные выше кате­гории есть проявления такого явления, как социальная функция го­сударства, и все они являются её компонентами. Именно поэтому, рассмотрев появление и генезис социальной функции, можно будет по аналогии сделать выводы о развитии и перспективах категорий составляющих её.

     


    53

     



    Итак, появление социальной функции. Рассматривая различ­ные концепции возникновения государства, в частности договор­ную теорию, а также помня, о том, что процесс становления госу­дарства сопровождался разделением труда и социальным делени­ем в результате чего появилось активное меньшинство, способное принимать обязательные и значимые для всех решения, можно сделать вывод, что появившись, государство в первую очередь взяло на себя обязательство по охране имущества граждан и са­мих граждан, по принятию решений, значимых для всего населе­ния конкретной территории, а это ничто иное, как проявление соци­альной функции, суть которой забота о гражданах и регулирование отношений между ними, путём принятия обязательных для всех решений. Таким образом, можно предположить, что появление со­циальной функции совпадает с появлением государства и их разви­тие - это взаимообусловленные, параллельные процессы. То, как государство реализует социальную функцию, отражается на уров­не жизни и благосостоянии его населения, что, в свою очередь, свидетельствует о состоянии его экономики, политики и позволяет сделать выводы о государстве в целом, о том, на каком уровне развития оно находится, о процессах, протекающих внутри него. Развитие социальной функции - это динамичный процесс.

     

    Каждое государство стремилось и стремится в рамках своей социальной деятельности сформировать определённый тип социу­ма, ведь сила государства в его гражданах. В связи с этим можно выделить патриархальный этап в развитии социальной функции. Он характеризуется тем, что государство в рамках своей социальной деятельности воспитывало в гражданах зависимость от себя, регла­ментировало их жизнь, поощряло определённый тип поведения и орга­низацию жизни, культивировало патриотизм и отношение между го­сударством и гражданами были сходны с отношениями в семье, где дети зависимы от родителей. Следующий этап был связан с тем, что государство предоставляло максимум привилегий и льгот пред­ставителям высших слоёв общества, с тем, чтобы заручиться их поддержкой и силой. В этот период, который приходится на средние века, социальная функция государства, как деятельность направле­на на защиту и заботу о каждом гражданине не была активизирова­на и этот период можно назвать феодальным, т.к. объём социальных и иных прав был прямо пропорционален размер дохода и имущества гражданина, подданного данного государства.

     

    Третий этап начинается во время буржуазных революций, про­катившихся по Европе. Это период активизации социальной функ­ции государства, он характеризуется активностью народных масс,

     


    54

     



    борьбой за права и свободы. В 1966 г. профессор М.В.Баглай пи­сал, что бурное развитие социальной деятельности в буржуазных государствах наблюдалось в 1 9 в. и было связано с принятием пер­вых актов фабричного законодательства. Вчерашний день соци­альной функции связан с классовой борьбой, обострившейся в на­чале 20 в. и прогрессирующей длительное время. М.В.Баглай об этом написал: «...Эта борьба заставляет идти правящий класс на значительные уступки трудящимся, закрепляемые в законодатель­ных актах и судебной практике». Этот период можно назвать ре­волюционным, именно тогда были сформулированы те революци­онные идеи, которые сегодня являются основой социальной дея­тельности любого государства. Таким образом, развитие социаль­ной функции государства, исторические вехи социальной деятель­ности были сопряжены с острыми социальными катаклизмами.

     

    На сегодняшний день социальная функция государства - это одно из основных направлений внутренней политики государства. Сегодня к компетенции социальной функции относится не только регулирование межклассовых отношений и погашения внутренних социальных противоречий, но и помощь в реализации социальных прав, осуществление защиты и оказание реальной помощи соци­ально незащищённым слоям населения. Основой внутринациональ­ного социального законодательства являются такие значимые акты, ратификационные Республикой Беларусь, как Всеобщая Деклара­ция прав человека и гражданина и Международный пакт об эконо­мических, социальных и культурных правах. Необходимо обратить внимание на то, что социальная функция присуща любому совре­менному демократическому государству, но её реализация не оди­накова в различных странах. Очевидно, что в развитых странах социальная деятельность государства тщательно отрегулирована, она затрагивает большинство сторон жизни человека. Социальная защита реальна, а социальная помощь способствует тому, чтобы человек и гражданин реализовал свои права.

     

    В развивающихся странах имеют место наряду с социальны­ми, экономические и политические проблемы и нестабильность, поэтому эти государства отдают приоритет экономической поли­тике, делают акцент на экономической функции государства, кото - рая в настоящее время по сравнению с другими функциями зани­мает передовые позиции. Но этому положению есть оправдание, вспоминая утверждение К.Маркса о том, что экономический ба­зис определяет надстройку, можно предположить, что достойная реализация задач социолизаторской деятельности государства не­возможна без соответствующей экономики. Следовательно, завт­

     


    55

     



    рашний день социальной функции государства зависит от тех свер­шений в экономике и новшеств в политике и праве, которые госу­дарство осуществит сегодня.

     

    В будущем, на мой взгляд, несмотря на приоритет экономичес­кой функции необходимо добиться гармонического развития всех фун­кций государства, в том числе и социальной, ведь государство - цело­стная система. Необходимость уделения особого внимания социаль­ной функции государства продиктована тем, что именно эта функция есть точка пресечения государства и каждого его гражданина, и то как реализовывается социальная функция отражается на гражданах, а значит и на государстве как таковом, ведь государство - это его граждане и именно граждане - главная цель и ценность любого де­мократического, социального государства.

     


    ПРОБЛЕМЫ НАЛИЧИЯ ДОБРОВОЛЬНОГО ОТКАЗА НА СТАДИЯХ СОВЕРШЕНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

     

    Николай Александрович Еднач (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - канд. юрид. наук,

     

    доцент Ключко Р.Н.

     

    Важнейшей задачей уголовного закона является предотвра­щение вреда, который может быть причинён в результате совер­шения преступных действий. Этому служат все нормы уголовного законодательства, этой же цели служит институт добровольного отказа от совершения преступления.

     

    Уголовный закон предусматривает институт добровольного отказа от совершения преступления. Согласно ст. 15 УК Респуб­лики Беларусь, «добровольным отказом от совершения преступ­ления признаётся прекращение лицом приготовительных действий либо прекращение действия или бездействия, непосредственно направленных на совершение преступления, если лицо сознавало возможность доведения преступления до конца».

     

    Отдельные аспекты данного института в силу значительной сложности до настоящего времени не получили в уголовно-право­вой литературе и судебной практике единого решения и нуждают­ся в дальнейшем исследовании. Кроме того, отдельные положе­ния, высказанные по институту добровольного отказа, представ­ляются спорными, а в отдельных случаях - ошибочными.

     

    Добровольный отказ от доведения преступления до конца воз­можен только до окончания преступления, то есть на стадиях при­

     


    56

     



    готовления и покушения. Применительно к этим стадиям он обла­дает общими чертами и некоторыми различиями.

     

    В период выполнения приготовительных действий доброволь­ный отказ возможен всегда. При этом он может выражаться как в активной форме (например, уничтожение изготовленного средства преступления), так и в пассивной форме поведения (воздержание от последующих действий). Например, изготовив отмычку, лицо не приступает к совершению кражи.

     

    Обязательность активных действий при добровольном отка­зе возлагается на тех лиц, которые решают прекратить свою пре­ступную деятельность в тот период, когда они уже выполнили все те общественно опасные действия, которые, по их мнению, были необходимы для совершения преступления, но желаемый лицом преступный результат ещё не наступил.

     

    Необходимость совершения в этом случае активных действий при добровольном отказе вытекает из того, что лицо совершило все действия, которые оно считало необходимыми для достиже­ния преступного результата.

     

    Отказ на стадии покушения также возможен, однако здесь воп­рос решается дифференцированно. На этапе неоконченного поку­шения отказ возможен всегда и характеризуется теми же черта­ми, что и при приготовлении (то есть может быть активным и пас­сивным, при этом невыполнение последующих, необходимых для окончания преступления, действий достаточно для признания от­каза существующим).

     

    Добровольный отказ от совершения преступления может иметь место только до момента окончания преступления. Когда в совершённых действиях имеются все признаки состава преступ­ления, охватываемого умыслом виновного, это означает, что уже имело место причинение вреда, образующее в силу указания зако­на оконченное преступление. Поэтому оконченное преступление необратимо. Может иметь место только устранение уже причи­нённого преступлением вреда.

     

    Последней стадией развития умышленной преступной деятель­ности является оконченное преступление. Преступление является оконченным тогда, когда в совершённом виновном деянии содер­жатся все признаки состава преступления, описанного в диспози­ции уголовного закона. А.А.Пионтковский считает, что доброволь­ный отказ при оконченном преступлении «допустим лишь тогда, когда между моментом совершения действий, направленных на достижение преступного результата, и действительным его наступ­

     


    57

     



    лением имеется ещё некоторый более или менее значительный промежуток в развитии причинной связи. В этих случаях добро­вольный отказ должен выражаться в активных действиях, направ­ленных на предотвращение наступления преступного результа- та...»1. В отличие от предварительной преступной деятельности при оконченном преступлении полностью выполняется объектив­ная сторона данного состава преступления: все действия, входя­щие в объективную сторону, или наступление общественно опас­ного последствия, предусмотренного законом в качестве необхо­димого признака данного преступления. По этим основаниям не возможен добровольный отказ от совершения преступления.

     

    Добровольный отказ при неоконченном покушении, как и при приготовлении к совершению преступления, выражается обычно в воздержании от дальнейших действий. Это является общим при­знаком для добровольного отказа как при приготовлении, так и при неоконченном покушении на преступления, совершаемые путём активных действий. В преступлениях, совершаемых путём бездей­ствия, на стадиях приготовления и неоконченного покушения, доб­ровольный отказ выражается в активной форме поведения субъек­та. Вместе с тем добровольный отказ при неоконченном покуше­нии имеет отличительную особенность, по сравнению с таким же отказом при приготовлении к преступлению. Она заключается в том, что отказ выражается в воздержании от дальнейших действий, непосредственно направленных на причинение вреда охраняемому уголовным законом объекту. Эта особенность вытекает из разли­чий между приготовлением и покушением как стадий предвари­тельной преступной деятельности.

     


    ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ИНОСТРАННЫХ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ

     

    Наталья Александровна Еднач (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - канд. юрид. наук,

     

    доцент Толочко О.Н.

     

    Основным фактором для уточнения гражданско-правового статуса иностранных юридических лиц в международном частном

     


    1Курс советского уголовного права. - Т. 2. - С. 435-436.

     


    58

     



    праве является то обстоятельство, что на них воздействуют по крайней мере две регулирующие системы - система национально­го права государства, считающегося для данного юридического лица «своим» (личный закон), и государства, на территории которо­го оно действует или предполагает действовать (территориальный закон). При этом в ряде случаев особое значение могут иметь так­же и нормы соответствующих многосторонних или двусторонних международных договоров, в которых участвуют рассматривае­мые государства.

     

    В вопросе правового положения иностранных юридических лиц на территории Беларуси отечественный правопорядок исходит из закрепленного в действующем праве Республики Беларусь для юридических лиц - иностранных инвесторов - принципа националь­ного режима (ст. 1113 ГК Республики Беларусь).

     

    Действующее законодательство Республики Беларусь опери­рует такими категориями, как «белорусские лица» (под которы­ми понимаются лица, созданные в соответствии с законодатель­ством Республики Беларусь, имеющие постоянное местонахожде­ние на ее территории, а также физические лица, имеющие постоян­ное или преимущественное место жительства на территории Рес­публики Беларусь и зарегистрированные в качестве индивидуаль­ных предпринимателей); и «иностранные лица», т.е. юридичес­кие лица и организации в иной правовой форме, гражданская право­способность которых определяется по праву иностранного госу­дарства, в котором они учреждены. Вместе с тем в ряде актов валютного, банковского, налогового и иного характера весьма ак­тивно используются категории «резидентов» и «нерезидентов». Так, для целей валютного регулирования и валютного контроля под «ре­зидентами» понимаются юридические лица, созданные в соот­ветствии с законодательством Республики Беларусь и имеющие местонахождение в Республике Беларусь; предприятия и органи­зации, не являющиеся юридическими лицами, но созданные в со­ответствии с белорусским законодательством и имеющие место­нахождение в Республике Беларусь; а также находящиеся за пре­делами Республики Беларусь филиалы и представительства всех видов резидентов, указанных выше. В свою очередь, «нерезиден­тами» являются юридические лица, созданные в соответствии с законодательством иностранных государств, имеющие местона­хождение за пределами Республики Беларусь; предприятия и орга­низации, не являющиеся юридическими лицами, но созданные в соответствии с законодательством иностранных государств и име­

     


    59

     



    ющие местонахождение за пределами Республики Беларусь, а так­же находящиеся в Республике Беларусь филиалы и представитель­ства вышеупомянутых нерезидентов.

     

    Сопоставление содержания приведенных понятий позволяет заключить, что все лица, которые, во-первых, организованы в со­ответствии с законами иного, нежели Республика Беларусь, госу­дарства, и, во-вторых, имеющие свое местонахождение вне ее тер­ритории, должны квалифицироваться как иностранные.

     

    Итак, если установлено, что данное юридическое лицо являет­ся на территории Республики Беларусь иностранным, какие акты оно вправе совершать в гражданско-правовой сфере? И, коль скоро основой правового положения «иностранцев» в Беларуси является уравнивание их в правах с национальными лицами за некоторыми изъятиями, устанавливаемые законодательством, то каковы же ис­ключения из правил и ограничения, составляющие эти изъятия?

     

    Физическое лицо имеет гражданство (подданство), т.е. осо­бую правовую связь с определенным государством, в силу которой обеспечивается защита его прав и интересов даже вне пределов собственного государства с помощью разнообразных средств, предпринимаемых последним, а также домицилий - место посто­янного или преимущественного жительства, которое далеко не все­гда совпадает с государством гражданства (подданства). А есть ли домицилий у юридического лица? Существует ли понятие «на­циональности» применительно к юридическим лицам? Может ли домицилий юридического лица быть иным, нежели страна его уч­реждения? Эти и многие другие вопросы в каждом конкретном случае требуют надлежащего ответа, который в конечном итоге определит правовое положение юридического лица.

     

    В определенных вопросах иностранное юридическое лицо под­чиняется законам страны своей национальности. Речь идет о воп­росах, которые определяются личным статутом этого юридичес­кого лица, в частности относительно его учреждения и ликвида­ции. Если соответствующее юридическое лицо за границей будет ликвидировано, то и в Республике Беларусь оно или его отделение тоже будет считаться ликвидированным. По другим же вопросам действует белорусское законодательство.

     

    Хозяйственная деятельность иностранных предприятий в Рес­публике Беларусь может осуществляться в следующих организа­ционно-правовых формах:

     

    1)  участие в предприятиях, а также создание дочерних пред­приятий;

     


    60

     



    2)   создание предприятий, полностью принадлежащих иност­ранным юридическим и физическим лицам, а также их дочерних предприятий и филиалов;

     

    3)    приобретение предприятий и долей участия;

     

    4)    создание филиалов иностранных юридических лиц;

     

    5)  создание представительств иностранных юридических лиц.

     

    Отвечая на поставленные выше вопросы, следует подчерк­нуть, что, конечно же, юридическое лицо, как и физическое, имеет домицилий, но только один, и может иметь больше чем одну рези­денцию. Однако в международном частном праве домицилий и резиденция юридических лиц значительной роли не играют. Ответ на вопрос о том, что является «личным законом» юридического лица, дается без ссылки на какое-либо из этих понятий. Что каса­ется категории «национальности», то применительно к юридичес­ким лицам она является условной, неточной, используемой в опре­деленной мере лишь в целях удобства, краткости, обиходного упот­ребления, и в юридическом отношении не может рассматриваться как надлежащая для целей обращения к ней при характеристике юридических лиц. Тем не менее ее использование в аспекте юри­дических лиц не вызывает возражений, если стоит задача отграни­чения отечественных правосубъектных образований от иностран­ных. Критерий национальности, кроме того, имеет еще значение в международном публичном праве. Государство может предостав­лять дипломатическую защиту только своим собственным граж­данам, независимо от того, будут ли они физическими или юриди­ческими лицами.

     


    ПРОБЛЕМЫ РЕАЛИЗАЦИИ ПРИНЦИПА СОСТЯЗАТЕЛЬНОСТИ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

     

    И.Е.Ермак (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - канд. юрид. наук,

     

    доцент Соркин В. С.

     

    Наиболее прогрессивными положениями Уголовно-процессу­ального кодекса Республики Беларусь 1999 года можно признать нормы, регламентирующие правила производства судебного про­цесса на основе состязательности и равенства сторон. Поэтому данная проблема не является новой, но всё ещё весьма актуальна,

     


    61

     



    т.к. реальное осуществление этих конституционных принципов на практике можно без преувеличения назвать революционным пре­образованием всей системы судопроизводства. Органы прокура­туры, находятся в самом начале пути по применению нового зако­нодательства, и на этом пути возникает немалое количество про­блем и вопросов. Неоднократно учёные прогнозировали резкий рост нагрузки на прокурорских работников в связи с введением новых Уголовного и Уголовно-процессуального кодексов. Об этом же свидетельствует и судебная практика. Значительной помощью в обеспечении принципа состязательности можно считать коорди­нацию деятельности судов и прокуратуры по равномерному назна­чению уголовных дел к слушанию.

     

    Исследователи полагают, что в целом задача обеспечения поддержания государственного обвинения органами прокуратуры выполняется. Однако это достигается только за счет организаци­онно-практических мер, направленных на интенсификацию работы прокуроров и повсеместное привлечение к ее выполнению работ­ников других отраслей прокурорского надзора. Например, в район­ной прокуратуре г.Гродно во избежание срывов процессов для уча­стия в них дополнительно привлекаются прокурорские работники других отраслей прокурорского надзора, что не может не отразиться на оперативности и результатах выполнения ими своих непосред­ственных функции. Аналогичное положение складывается в дру­гих, крупных районных прокуратурах. Острота этой проблемы не уменьшается. Напротив, всё чаще в периодических изданиях мож­но встретить мнение авторов о том, что имеется реальная опас­ность трансформации прокуратуры из надзорного органа в службу, поддерживающую государственное обвинение. Безусловно, мас­штабность допускаемых поднадзорными прокуратуре ведомства­ми нарушений закона дает основания полагать, что говорить о не­нужности прокуратуры как надзорного органа преждевременно. Но в настоящее время такие мнения есть, заслуженный юрист Рес­публики Беларусь И.Аленчик, начальник отдела по надзору за со­ответствием закону судебных решений по уголовным делам про­куратуры Минской области, считает, что прокуратура — главным образом орган обвинительной власти.

     

    Причиной недостаточно высокого уровня поддержания госу­дарственного обвинения можно назвать еще и некоторую услов­ность, имеющуюся в самом процессе. В частности, согласно ст. 325 УПК представление государственным обвинителем суду до­

     


    62

     



    казательств выражается в изложении им доказательств, которые, по его мнению, подтверждают виновность лица в совершении пре­ступления. При этом все доказательства находятся в деле, извес­тны стороне защиты и судье, назначившему дело к слушанию. По большинству дел, рассматриваемых судьями единолично, такое представление доказательств является чисто информационной функцией и ограничивается оглашением справки следствия.

     

    Путь решения данной проблемы, возможно, не является ориги­нальным, но иначе как путем изменения законодательства, или уве­личения штатной численности работников прокуратуры, вероятнее всего, не удастся. Предложение о внесении изменений и дополнений в уголовно-правовой закон, которые позволят рассматривать судам отдельные категории дел без участия государственных обвините­лей, законодатель считает неприемлемым. Существуют так же пред­ложения о возложении бремени доказывания вины обвиняемого на потерпевшего как сторону обвинения, но это в некоторой степени является нарушением принципа состязательности, и такие измене­ния в законодательство надо вносить с особой осторожностью, что­бы не оставить без государственной защиты нуждающихся в ней лиц, пострадавших от преступлений. Представляется, что увеличе­ние количества прокурорских работников в районах приведет только к укреплению законности, улучшению качества и результативности их работы, т.к. при нынешней нагрузке на государственных обвини­телей количество их участия в рассмотрении уголовных дел не пе­реросло в качество поддержания обвинения, и замечания судей об этом в определенной степени справедливые.

     

    Существует иной путь решения данной проблемы: подготовка государственных обвинителей в вузе. Отсюда вытекает необходи­мость определения заказа высшим учебным заведениям, прояв­ления инициативы в организации и проведении спецконкурсов, со­беседований со студентами и т.п. Обучение государственных об­винителей следует подчинить тому, чтобы профессионально и пси­хологически подготовить прокурора к работе в новых условиях ре­формы. Это потребует решения следующих задач: формирования у гособвинителей высокой общей и правовой культуры, что вклю­чает в себя широкий политический и экономический кругозор, ви­дение перспектив развития государственно-правовой системы об­щества, четкое уяснение правовых и нравственных начал своей деятельности, места и роли прокурора в уголовном процессе, прин­ципов взаимоотношений с судом и другими участниками процесса;

     


    63

     



    обретения специальных профессиональных знаний, и в первую оче­редь - в глубоком освоении закона и практики его применения, в умении использовать тактические приемы исследования доказа­тельств, в понимании логических основ оценки доказательств и квалификации преступления, в овладении навыками ораторского искусства; формирования специальных психологических качеств - творческого отношения к работе и осознания ее общественной зна­чимости, внутреннюю раскрепощенность, независимость, способ­ность противостоять внешнему давлению, умение слушать и вни­кать в доводы оппонента, корректно и грамотно вести полемику, аргументировано излагать свою точку зрения, способность пере­носить стрессовую ситуацию, снимать психологическое перенап­ряжение, противостоять профессиональной деформации.

     

    Таким образом, новое уголовно-процессуальное законодатель­ство уже доказало свою жизнеспособность. В нем не оказалось антагонистичных противоречий, которые могли бы парализовать деятельность правоохранительных органов и судов. Значительное количество возникших в первое время неясностей или коллизий устранено совместными усилиями суда, прокуратуры, других за­интересованных ведомств. Часть проблем нашла свое разреше­ние во внесении изменений и дополнений в уголовное и уголовно­процессуальное законодательство.

     


    ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ БАНКОВСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

     

    О.Л.Жук (ГрГУ им. Я.Купалы) Научный руководитель- канд. юрид. наук, доцент Абрамчик Л.Я.

     

    В правовых исследованиях по правовому регулированию бан­ковской деятельности накоплен значительный позитивный матери­ал, который, как и достижения других отраслей права, позволяет обозначить: усиление характера прямого действия банковского за­конодательства; согласование норм банковского законодательства с нормами других отраслей законодательства; разработку пакета новых законов, регламентирующих банковскую деятельность с учётом международных норм и обычаев, принятых в банковской практике; ограничение вмешательства государства в сферу част­

     


    64

     



    ных интересов коммерческих банков рамками, установленными законом; регламентацию или чёткую правовую фиксацию структу­ры и функций кредитно-банковкой системы, её элементов, опреде­ления основных понятий.

     

    Бесспорно, банковское регулирование своей главной задачей имеет ограничение излишне рискованной банковской деятельности в рыночной экономике, основанной на свободной конкуренции. Обес­печение надёжности и стабильности банковской системы достига­ется посредством применения различных методов регулирования деятельности банков. Исходя из этого, правовое регулирование банковской деятельности осуществляется в направлениях:

     

    1)   активизация нормотворческой деятельности государства (нормативная функция);

     

    2)   расширение совокупности различных методов регулиро­вания социальными процессами (регулятивно-воздействующая функция).

     

    Происходящие изменения в банковской деятельности Респуб­лики Беларусь требуют рассматривать проблемы регулирования банковской деятельности в их связи и взаимодействии с вопроса­ми институционального построения финансово-кредитной системы в рамках общей концепции укрепления фундамента правовой госу­дарственности и институтов гражданского общества. Важную роль в обновляемом механизме государственного правового регулиро­вания финансово-кредитных отношений приобретают особенности исторического развития и действия разного рода факторов, кото - рые обуславливают специфику национального банковского и фи­нансового законодательства, формы и методы контроля за рабо­той банков. В числе актуальных вопросов, нуждающихся в иссле­довании, необходимо выделить:

     

    1)   взаимодействие и взаимовлияния процессов международ­ного и европейского сотрудничества в области правового регули­рования банковской деятельности;

     

    2)  устранение дисбалансов, вызванных различными в банков­ской деятельности на внутригосударственном уровне.

     

    Императивное регулирование в банковской сфере не ослабе­вает. Международный характер затрагиваемых им отношений де­лает желательным объединение усилий государств по унификации императивных норм. Вопрос о регулировании финансово-кредит­ных отношений с помощью императивных норм есть одновремен­но и вопрос о допустимых границах саморегулирования в банковс­

     


    65

     



    кой деятельности. Банковское право по-прежнему характеризует­ся непомерным удельным весом ведомственного нормотворчества. Национальный Банк РБ регулирует отношения по кредитованию, расчётам, бухгалтерскому учёту в банках и даже вопросы ответ­ственности в банковской системе в части, не предусмотренной за­коном, которому и должна принадлежать основная роль в регла­ментации деятельности коммерческих банков и иных финонсово- кредитных учреждений. Весьма существенным является обеспе­чение согласованности принимаемых норм в области иностранно­го инвестирования. Выделяя основные формы государственного регулирования банковской деятельности (проведение банковских ревизий, централизованные банковские операции, страхование де­позитов), важно отметить, что банковская система в экономичес­ки развитых обществах выступает не только в качестве объекта регулируемых мероприятий.

     

    Его значение как субъекта контроля над экономическими про­цессами один из извечных западных специалистов формулирует таким образом: «В той мере, в какой контроль осуществляется вообще, его осуществляют банки, кредиты, а не владельцы акций». Данный вывод служит одним из подтверждений расширяющихся возможностей для отнесения «банка» как субъекта правоотноше­ния и правовой категории к регуляторам финансово - правовых отношений. Таким образом, совершенствование правового обес­печения банковской деятельности видится не в абсолютизации ка­кого-либо одного или даже нескольких регуляторов, а в развитии различных форм регулирования при признании необходимости каж­дой из них. Основными направлениями в достижении стабильнос­ти национальной финансовой системы являются развитие платеж­ных отношений, использование эффективных способов денежных расчетов, наиболее целесообразное движение финансовых ресур­сов в границах отдельно взятых экономических образований, эф­фективная денежная политика и т.д., т.е. то, что определяет фи­нансовое здоровье государства. Весьма характерной специфичес­кой особенностью финансово-правовых отношений в банковской деятельности является множественность воздействующих на них регуляторов, не сводимость их регламентации с точки зрения фор­мы выражения лишь к нормативным актам. Динамизм обществен­ных отношений и отставание от них закона могут, например, спо­собствовать возрастанию значения иных регуляторов. Вакуум в регулировании возникших отношений заполняется не только путем

     


    66

     



    издания нормативных актов, но и появлением других регуляторов, в том числе неформальных, семейных, традиционных, криминаль­ных и др. Выявление взаимосвязи и взаимодействия различных форм регулирования финансовых отношений предполагает приме­нение адекватных методов исследования и использования соот­ветствующих экономических, социологических и правовых поня­тий, предполагаемых современными экономическими и правовы­ми теориями регулирования, что по сути своей предопределяет необходимость системного подхода к изучению проблем совершен­ствования правового регулирования отношений банковской деятель­ности. В условиях, когда общественные отношения испытывают воздействие различных регуляторов, необходим поиск оптималь­ного их сочетания. Законодательство не только должно содержать нормы, касающиеся основных типичных черт финансовых опера­ций и банковских сделок, но и предвидеть юридические послед­ствия и силу других регуляторов оговоренных в пределах, а также отражать взаимодействия норм закона и иных регуляторов в про­цессе регламентации указанных операций и сделок. Принимая во внимание тесное переплетение различных регуляторов, выделить результат, достигнутый лишь с помощью правовых норм, далеко навсегда представляется возможным. При всей неоднозначности трактовки самого понятия и «право», доктринальных расхождений по поводу допустимости отнесения к Фомам его выражения неко­торых отдельных регуляторов нельзя отрицать, что, будучи снаб­жены защитой государства, они действуют, поэтому в правовой сфере и являются правовыми регуляторами. Так что представля­ется оправданным употребление в широком смысле термина «пра­вовое регулирование» для обозначения упорядочения обществен­ных отношений как собственно права, так и иными регуляторами, воздействующими на эти отношения.

     

    С научной точки зрения весьма плодотворно может оказать­ся сравнительный анализ различных регуляторов в их взаимосвя­зи, в том числе норм (нормативное регулирование) и феномена ес­тественно - правового развития социально-экономических процес­сов (регулятивно воздействующие) это позволит углубить наши представления о правовой системе, эффективности действия пра­вовых норм, лучше понять недостаточно изученную специфику принципа диспозитивности в современных условиях. Практичес­кая значимость таких изысканий диктуется потребностями не толь­ко внешнего, но внутреннего оборота.

     


    67

     



    СТАТУС ИММИГРАНТА И БЕЖЕНЦА В НАЦИОНАЛЬНОМ И МЕЖДУНАРОДНОМ ПРАВЕ: СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ

     

    Е.А.Западнюк (ГГУ им.Ф.Скорины) Научный руководитель - канд. юрид. наук,

     

    доцент Шулейко С.Г.

     

    Целью исследования является определение соответствия ста­туса иммигранта и беженца в национальном и международном пра­ве. Метод - сравнительный анализ статуса иммигранта и беженца в современном международном праве и законодательстве Респуб­лики Беларусь.

     

    Насколько проблемы иммиграции и беженцев превратились в острые социально-экономические и политические проблемы, мож­но судить по тому огромному значению, которое придается этим проблемам в политической жизни европейских стран и, в частно­сти, в предвыборных программах различных партий.

     

    Иммиграция, по мнению многих исследователей, - основная причина безработицы, роста преступности, распространения тер­роризма и фашизма. Так, в странах Европейского Союза средний уровень безработицы в настоящее время превышает 10%. Суще­ствует мнение, что иммиграцию следует ограничить или запретить совсем. Эти популистские лозунги находят поддержку у некоторой части коренного населения. Настроения по пресечению иммигра­ции усиливаются в европейских странах. Такое мнение распрост­ранено не только среди обывателей, но и среди маститых ученых, занимающихся проблемами иммигрантов и беженцев. По призна­нию Фрица Плэзера, профессора университета в Инсбруке, корен­ные жители Австрии опасаются, что наплыв иммигрантов в их стра­ну может привести к тому, что коренные австрийцы превратятся в меньшинство населения. И в этом есть свой резон. Вспомним хотя бы ситуацию в Косово, когда беженцы из Албании составили боль­шинство населения в сербском крае. К чему это привело, мы все хорошо знаем.

     

    Каково же содержание понятий «иммигрант» и «беженец»? В законодательстве Республики Беларусь иммигрант определяется как физическое лицо, являющееся иностранцем или лицом без граж­данства, прибывшее в государство для временного или постоянно­го проживания.

     


    68

     



    Беженец, в соответствии с национальным законодатель­ством, - это лицо, которое не является гражданином Республи­ки Беларусь и находится на ее территории в силу вполне обо­снованных опасений стать жертвой преследований в государ­стве своей гражданской принадлежности по признаку расы, ре­лигии, гражданства, национальности, принадлежности к опреде­ленной социальной группе или политических убеждений и кото - рое не может либо не желает вследствие таких опасений пользо­ваться защитой этого государства; или лицо, которое, не имея определенного гражданства и находясь на территории Респуб­лики Беларусь вследствие подобных обстоятельств, не может или не желает вернуться в государство своего прежнего обыч­ного местожительства в силу таких опасений.

     

    Определение статуса беженца в современном международ­ном праве основано на критериях, выявленных при определении субъективных и объективных моментов в каждом отдельном слу­чае, то есть при индивидуальном подходе.

     

    События последних лет дают основание полагать, что массо­вый поток иммигрантов в развитые страны будет нарастать и, сле­довательно, будет острее ощущаться необходимость в реформи­ровании международного права с целью упорядочить процедуры предоставления статуса беженца и права на убежище. Очевидна также необходимость внесения изменений в отечественное зако­нодательство, касающееся беженцев, чтобы защитить нацио­нальные интересы, с одной стороны, и обеспечить более справед­ливое решение о предоставлении статуса беженца, кто в нем нуж­дается, - с другой.

     

    Трудности, с которыми сталкиваются иммигранты в странах мирового сообщества, являются составной частью общей пробле­мы обеспечения прав и свобод человека на международном и на­циональном уровнях.

     

    Таким образом, понятие «беженец» является более узким по отношению к понятию «иммигрант», поскольку беженцы являются составной частью иммиграции. Закрепленные в национальном за­конодательстве понятия «иммигрант» и «беженец» соответствуют в целом международному праву. Однако процедура предоставле­ния статуса беженца требует упорядочения и «прозрачности» в решении этой проблемы.

     


    69

     



    ГОСУДАРСТВЕННОЕ УПРАВЛЕНИЕ В СФЕРЕ ПРИВЛЕЧЕНИЯ ИНОСТРАННЫХ ИНВЕСТИЦИЙ

     

    Д.Н.Зелинский (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - канд. юрид. наук,

     

    доцент Толочко О.Н.

     

    Функционирование переходной экономики в Республике Бела­русь характеризуется целым рядом проблем. В настоящее время тот объем ресурсов, которым располагает наше государство, яв­ляется недостаточным для того, чтобы преодолеть определенный барьер в экономическом развитии. В значительной мере недоста­ющие источники капитальных вложений могли бы заменить иност­ранные инвестиции. Поэтому, одной из основных задач государ­ства является создание благоприятного инвестиционного климата.

     

    Время показало, что объемы капиталовложений в экономику Республики Беларусь с каждым годом уменьшаются. Причину это­го следует искать в отсутствии четкого механизма налогообложе­ния, нестабильности курса белорусского рубля, высокой инфляции, преобладания административных методов регулирования экономи­ческих отношений. Поэтому, для стимулирования притока иностран­ного капитала в Республике Беларусь требуется разработка комп­лексной модели государственного регулирования иностранных инве­стиций, которая должна включать в себя систему правовых норм и организационно-экономический механизм регулирования.

     

    В процессе привлечения иностранного капитала, как показы­вает мировой опыт, особое значение и место имеют свободные экономические зоны (СЭЗ) и зоны свободной торговли (ЗСТ). Од­нако для успешного функционирования и СЭЗ и ЗСТ необходимо введение льготных таможенного и налогового режимов, междуна­родно-признанных правил хозяйствования, а также использование системы междун6ародной кооперации и совместных предприятий.

     

    Таким образом, органы государственного управления должны проделать огромную работу с целью увеличить объемы поступле­ний иностранного капитала в национальную экономику. При этом не стоит ограничиваться только созданием совместных и иност­ранных предприятий. Необходимо также прибегнуть к другим фор­мам иностранного инвестирования, в частности к лицензионным, субподрядным и консорциальным соглашениям, международным альянсам. Необходимо способствовать расширению круга иност­ранных инвесторов, открытию представительств и филиалов круп­ных западных банков на территории Республики Беларусь.

     


    70

     



    ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ РАЗРЕШИТЕЛЬНОГО ПОРЯДКА ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ РЕЗИДЕНТАМИ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ ПОРТФЕЛЬНЫХ ИНВЕСТИЦИЙ

     

    Е.С.Каропа (ГГУ им.Ф.Скорины) Научный руководитель - асс. Скуратов В.Г.

     

    Под портфельными инвестициями Правила проведения валют­ных операций, связанных с движением капитала, утвержденные постановлением Правления Национального банка Республики Бе­ларусь от 28.04.2001 № 100 понимают приобретение резидентами у нерезидентов ценных бумаг, эмитированных нерезидентами (фи­зическими и юридическими лицами), за исключением приобрете­ния акций при их первичном размещении.

     

    Осуществление портфельных инвестиций, аналогично как и прямых, связано с обязательным получением резидентом Респуб­лики Беларусь разрешения Национального банка Республики Бе­ларусь (НБ) на их проведение. При этом необходт имо отметить, что НБ предусмотрены разные виды исключений из данного пра­вила для юридических лиц (в том числе и индивидуальных пред­принимателей) и соответственно для обычных физических лиц.

     

    Однако необходимо обратить внимание на недостаточную урегулированность вопроса получения физическими лицами разре­шений на осуществление портфельных инвестиций, а в общем по­рядке наряду с регламентацией иных видов валютных операций, связанных с движением капитала, установлено, что физическое лицо подает заявление в произвольной форме, в котором указывает свои данные, с обоснованием необходимости проведения соответству­ющей валютной операции и может представить документы, спо­собствующие рассмотрению этого заявления по существу (причем НБ вправе запросить у него дополнительные документы). Таким образом, в целях установления единообразного порядка получения такого рода разрешения целесообразно закрепить в Правилах про­ведения валютных операций, связанных с движением капитала ка­кие именно документы должны предоставлять физические лица, для получения разрешения на осуществления валютных операций, связанных с движение капитала (портфельных инвестиций).

     

    Следует также отметить, что если резидент Республики Бе­ларусь осуществляет портфельные инвестиции при посредничестве других резидентов, например по договорам комиссии или поруче­ния, то разрешение НБ на совершение валютной операции должен

     


    71

     



    получать лишь резидент, приобретающий ценные бумаги в собствен­ность, что же касается посредника, то ему такое разрешение не требуется. Однако в случае если посредник получает деньги от клиента для покупки ценных бумаг и совершает платеж со своего счета, то такое разрешение требуется и ему. Таким образом, по общему правилу разрешение НБ на портфельные инвестиции не­обходимо лицу, приобретающему ценные бумаги в собственность, то есть доверителю или комитенту. При этом, если деньги для пор­тфельных инвестиций перечисляются через счета комиссионера или поверенного, то разрешение НБ необходимо как комиссионеру и поверенному, так и лицу, в чью собственность они приобретают­ся (то есть требуются два разрешения НБ, по сути, на одну опера­цию, что является в некотором роде довольно нелогичным). Воз­можно, в данном случае было бы более целесообразно получение индивидуальной лицензии (разрешения на валютную операцию) одной из сторон валютной операции, и законодательное разреше­ние на ее осуществление другой стороной или третьим лицом, име­ющим отношение к этой операции, если иное не было бы предус­мотрено условиями лицензии.

     

    Необходимо отметить, что законодательством предусмотре­но, что осуществление юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями портфельных инвестиций в форме приобрете­ния у нерезидентов акций, облигаций, эмитированных нерезидента­ми, производится также при наличии соответствующего разреше­ния Комитета по ценным бумагам. При этом данное разрешение необходимо только в случае установления Правительством Рес­публики Беларусь и Национальным банком Республики Беларусь квот на размещение на (вне) территории Республики Беларусь цен­ных бумаг. При этом вначале получается разрешение НБ и лишь после - разрешение Комитета по ценным бумагам. Вместе с тем, если в течение трех месяцев с даты выдачи разрешения НБ юри­дическое лицо или индивидуальный предприниматель не предста­вили в Комитет по ценным бумагам документы на получение раз­решения на ввоз ценных бумаг или указанный Комитет в выдаче такого разрешения отказал, то разрешение НБ на проведение ва­лютной операции утрачивает силу. Кроме того необходимо отме­тить, что само размещение ценных бумаг на (вне) территории Рес­публики Беларусь в соответствии с Положением о регистрации размещения ценных бумаг на (вне) территории Республики Бела­русь, утвержденном Постановлением Государственного комитета

     


    72

     



    по ценным бумагам Республики Беларусь от 07.09.2001 № 43/П подлежит обязательной регистрации.

     

    Таким образом, по общему правилу, для осуществления порт­фельных инвестиций резидентам Республик Беларусь необходимо получить разрешение Национального банка Республики Беларусь, а также зарегистрировать размещение ценных бумаг иностранно­го инвестора на территории Республики Беларусь, а в случае уста­новления квот на размещение на (вне) территории Республики Бе­ларусь ценных бумаг необходимо также соответствующее разре­шения Комитета по ценным бумагам.

     

    ВОПРОСЫ КВАЛИФИКАЦИИ

     

    А.Ф.Кизилевич (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - канд. юрид. наук,

     

    доцент Ключко Р.Н.

     

    Под получением взятки Уголовный кодекс Республики Бела­русь подразумевает принятие должностным лицом материальных ценностей либо приобретение выгод имущественного характера, предоставляемых ему исключительно в связи с занимаемым дол­жностным положением, за покровительство или попустительство по службе, благоприятное решение вопросов. входящих в его ком - петенцию, либо за выполнение или невыполнение в интересах даю­щего взятку или предоставляемых им лиц какого-либо действия, которое это лицо должно было или могло совершить использовани­ем своих служебных полномочий (получение взятки).

     

    Таким образом, получение взятки - это специальный вид зло­употребления властью или служебными полномочиями. Особен­ность злоупотребления властью или служебными полномочиями при получении взятки состоит в том, что должностное лицо полу­чает материальное вознаграждение, которое не предусмотрено официально, в связи с занимаемой им должностью, за использова­ние служебных полномочий в интересах дающего взятку незави­симо от того являются законными или незаконными соответству­ющие действия по службе, совершаемые за взятку.

     

    Важно отметить, что предметом взятки могут быть только материальные ценности либо выгоды имущественного характе­ра, которое принимает должностное лицо за использование сво­их служебных полномочий в интересах дающего такое вознаг­

     


    73

     



    раждение. Но необходимо также упомянуть и о том, что наряду с деньгами, ценными бумагами, другим имуществом предметом взятки также могут быть и выгоды имущественного характера - различные услуги, оказываемые должностному лицу бесплатно, но подлежащие оплате.

     

    Предметом взятки не могут быть услуги неимущественного характера, оказываемые должностному лицу, даже если имело место совершение определенных действий по службе. Не может рассматриваться также в качестве взятки предоставление долж­ностному лицу квартиры или земельного участка, если, конечно, лицо имело на то законное право.

     

    Получение взятки предполагает ее вручение должностному лицу. Но взятка может передаваться и членам семьи должностно­го лица, тогда должно быть обязательное условие - взяткополуча­тель должен знать об этом. Как правило, взятка передается непос­редственно взяткодателем, но с целью сокрытия данного факта могут быть привлечены и третьи лица.

     

    Принятие материальных ценностей и приобретение выгод имущественного характера всегда обусловлено использованием служебного положения должностным лицом в интересах дающе­го взятку.

     

    Однако следует отметить, что должностное лицо не может привлекаться за получение взятки в случае, если оно обращается за содействием к другим должностным лицам, с которыми в слу­жебных отношениях не состоит.

     

    Преступление считается оконченным с момента получения взяткополучателем хотя бы части предлагаемых материальных ценностей или выгод имущественного характера, независимо, вы­полнило ли лицо обусловленное взяткой деяние по службе или же совершение соответствующего деяния предполагалось в будущем.

     

    Субъектом получения взятки может быть только должност­ное лицо, которое в силу своих должностных полномочий и, исполь­зуя свое служебное положение, могло совершить в интересах даю­щего взятку соответствующее действие по службе.

     

    Получение взятки характеризуется только прямым умыслом. Таким образом, должностное лицо осознает, что передаваемые ему материальные ценности или иные выгоды имущественного харак­тера вручаются ему за использование им своего служебного поло­жения в интересах дающего взятку.

     


    74

     



    РОЛЬ РЕЗОЛЮЦИЙ ГЕНЕРАЛЬНОЙ АССАМБЛЕИ ООН В ОПРЕДЕЛЕНИИ ОБЩЕПРИЗНАННЫХ ПРИНЦИПОВ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА

     

    Г.К.Киселевская (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - д-р юрид. наук, профессор Сильченко Н.В.

     

    Известно, что Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН но­сят рекомендательный характер, однако действия государств-чле­нов ООН не могут расходиться с предписаниями резолюций. Реко­мендательный характер резолюций Генеральной Ассамблеи ООН связан прежде всего с тем, что государства являются независи­мыми, самостоятельными и последними на вершине иерархичес­кой лестницы субъектов права, и установление взаимных прав и обязанностей между ними происходит путем добровольного воле­изъявления, и никто не вправе навязывать правила поведения воп­реки их согласию. Однако, как правило, в резолюциях закрепляют­ся основные принципы международного права, такие как принцип всеобщего уважения прав человека и основных свобод, суверени­тета и суверенного равенства государств, неприменения силы или угрозы силой, территориальной целостности государств, неприкос­новенности государственной территории, мирного урегулирования международных споров и др., и их нарушение неизбежно приведет к нарушению законных интересов других участников международ­ных отношений.

     

    В ст. 2 Устава ООН, Декларации о принципах международно­го права 1970 г. и Хельсинском заключительном акте СБСЕ 1975 г. закреплен обязательный характер принципов международного права для всех государств. В то же время принципы международного права не сформулированы в едином международном нормативном акте, и среди ученых нет единого мнения относительно количе­ства общепризнанных принципов международного права. Возмож­но, это связано с тем, что принципы международного права форми­руются обычным и договорным путем. Частично их перечень мож­но найти в Уставе ООН, Декларации о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 24 октября 1970 г., и Декларации

     


    75

     



    принципов, которыми государства-участники будут руководство­ваться во взаимных отношениях, принятой на Совещании по безо­пасности и сотрудничеству в Европе 1 августа 1975 г. и других международно-правовых актах.

     

    В международной практике сложилось понимание норм jus cogens, как норм общего международного права, которые призна­ются и применяются государствами, и отклонение от которых не­допустимо, которые имеют высшую юридическую силу. В отно­шении резолюций Генеральной Ассамблеи ООН, закрепляющих основные принципы международного права можно сказать, что они являются нормами jus cogens, и вследствие этого являются обязательными для государств. И в иерархии международно-пра­вовых норм они, вследствие этого, занимают главенствующее по­ложение. Но не только в системе международно-правовых норм признается приоритет общепризнанных принципов. В ст. 8 Кон­ституции Республики Беларусь признается «приоритет общеприз­нанных принципов международного права» и обеспечивается со­ответствие им национального законодательства. Как отмечает Л.В.Павлова «на вершине иерархической лестницы стоят обще­признанные принципы международного права, затем идет Консти­туция, обладающая высшей юридической силой по отношению ко всему нормативному массиву, действующему на территории Рес­публики Беларусь». Таким образом, Конституция Республики Беларусь признает приоритет общепризнанных принципов меж­дународного права, и, следовательно, резолюций Генеральной Ассамблеи ООН, в которых изложено содержание общепризнан­ных принципов международного права.

     


    ВЗАИМООТНОШЕНИЯ ГОСУДАРСТВА И РЕЛИГИОЗНЫХ ОРГАНИЗАЩИЙ В СВЕТЕ НОВОГО ЗАКОНА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ О СВОБОДЕ СОВЕСТИ И РЕЛИГИОЗНЫХ ОРГАНИЗАЦИЯХ

     

    С.В.Климов (ГГУ им.Ф.Скорины) Научный руководитель - канд. юрид. наук, доцент Немкевич И. В.

     

    В конце прошлого года в нашей стране был принят закон о свободе совести и религиозных организациях. Новый закон был

     


    76

     



    приведен в строгое соответствие с 16 статьей Конституции Рес­публики Беларусь, гласящей, что взаимоотношения государства и религиозных организаций регулируются законом с учетом их влия­ния на формирование духовных, культурных и государственных традиций белорусского народа. Преамбула нового закона исходит из признания определяющей роли Православной церкви в истори­ческом становлении и развитии духовных, культурных и государ­ственных традиций белорусского народа; духовной, культурной и исторической роли Католической церкви на территории Беларуси; неотделимости от общей истории народа Беларуси Евангеличес­ко-лютеранской церкви, иудаизма и ислама.

     

    Судя по закону, изменилось само отношение государства к религиозным организациям. В качестве задач данного закона го­сударство видит обеспечение и гарантирование права каждого на свободу совести и свободу вероисповедания, на социальную спра­ведливость, равенство, защиту прав и интересов независимо от отношения к религии и религиозной принадлежности, на свободу объединения в религиозные организации, а не «регулирование воз­никающих в этой области общественных отношений», как гласил старый закон. Статья 8 нового закона установила, что государство может строить свои взаимоотношения с религиозными объедине­ниями путем заключения с ними соглашений в соответствии с граж­данским законодательством Республики Беларусь. При этом, но­вый закон исключи пункты о том, что государство не финансирует деятельность религиозных организаций и что религиозные органи­зации не выполняют государственных функций.

     

    К числу положительных сторон закона можно отнести то, что в нем впервые появляется более детальное регламентирование взаимоотношений системы образования и религиозных организа­ций. В учреждениях образования не допускаются создание и ано­нимная или иная противоречащая законодательству деятельность религиозных организаций, однако, на основании письменных заяв­лений родителей или лиц, их заменяющих (самих совершеннолет­них обучающихся), во внеучебное время могут взаимодействовать с зарегистрированными религиозными организациями с учетом их влияния на формирование духовных, культурных и государствен­ных традиций белорусского народа.

     

    Сравнивая два закона, невозможно не заметить повышение уровня внимания государства к религиозным организациям. Ст. 10 нового закона вопрос образования республиканского органа госу­дарственного управления по делам религий относит к компетенции

     


    77

     



    Президента (по старому закону этим занимался Совет Министров). В новом законе увеличился объем полномочий республиканского органа государственного управления по делам религий (ст. 11). В ст. 22 нового закона вводится возможность проведения в отноше­нии религиозных организаций государственной религиоведческой экспертизы. В частности, ей подвергается ввозимая и распростра­няемая в Республику Беларусь религиозная литература, иные пе­чатные, аудио и видеоматериалы. Государственная религиоведчес­кая экспертиза является обязательной при поступлении религиоз­ной литературы в библиотечные фонды. Для проведения государ­ственной религиоведческой экспертизы, материалы о регистрации религиозной общины, исповедующей вероучение, ранее неизвест­ное в Республике Беларусь, областные, Минский городской испол­нительные комитеты направляют в республиканский орган госу­дарственного управления по делам религий.

     

    Некоторые нормы в новом законе о свободе совести и рели­гиозных организациях имеют явную направленность в препятство­вании распространению неокультов. В частности, новый закон уве­личил необходимое количество граждан, желающих создать ре­лигиозную общину, до 20. Закон ограничил территорию деятель­ности общины территорией населенного пункта, в котором она за­регистрирована. Религиозные объединения образуются при на­личии не менее десяти религиозных общин единого вероиспове­дания, из которых хотя бы одна осуществляет свою деятельность на территории Республики Беларусь не менее двадцати лет. Рес­публиканским признается религиозное объединение, образован­ное из религиозных общин, действующих в большинстве облас­тей Республики Беларусь. Деятельность республиканского рели­гиозного объединения распространяется на территорию деятель­ности входящих в него религиозных общин. Только религиозные объединения имеют право создавать монастыри и монашеские общины, религиозные братства и сестричества, религиозные мис­сии, духовные учебные заведения. Деятельность религиозной организации может быть приостановлена регистрирующим орга­ном до вынесения судебного решения в случае повторного нару­шения законодательства Республики Беларусь. Только религиоз­ные объединения имеют право приглашать иностранных граждан и лиц без гражданства в целях занятия религиозной деятельнос­тью в соответствующих религиозных объединениях. При этом срок данной деятельности ограничен одним годом.

     


    78

     




    Д.В.Ковалек (Академия МВД Республики Беларусь) Научный руководитель - преп. Агеенков П.В.

     

    Становление и развитие правового государства в Республике Беларусь неразрывно связано с созданием нового законодатель­ства и совершенствованием законотворческого процесса, так как законодательная база необходима для развития всякого современ­ного государства, цивилизованного общества и для нормальной жизни каждого человека в отдельности.

     

    Основой новой системы нормативно-правовых актов служит действующая в стране Конституция Республики Беларусь с изме­нениями и дополнениями 1 996 г. Однако для совершенствования Конституции уже создано в общей сложности несколько сотен за­конов, внесены многочисленные изменения и дополнения к ним. Однако стремительный темп законотворчества начиная с 1991 г. привел к тому, что в течение этого времени в Республике Бела­русь принято более 18000 правовых актов. Сюда же следует отне­сти и ведомственные акты не прошедшие регистрацию в мини­стерстве юстиции, а также многочисленные акты БССР, которые действуют и по сей день. А реальные размеры этой базы не в со­стоянии оценить ни один государственный орган. Поэтому в после­днее время в республике наметились конкретные тенденции в осу­ществлении правовой реформы, что четко отметил Президент Рес­публики Беларусь А.Г. Лукашенко в своем обращении к правитель­ству. Об этом свидетельствует создание Национального центра законодательной деятельности при Президенте и национального центра правовой информации, а также принят ряд указов, касаю­щихся усовершенствования законодательного процесса.

     

    Однако, несмотря на это, законодательство еще далеко от совершенства, так как законотворческий процесс имеет ряд про­блемных моментов. Попробуем в них разобраться.

     

    Начнем с того, что в последнее время правотворческие орга­ны принимают множество различных нормативно-правовых актов, которые часто не согласуются с ранее принятыми, дублируют их и вступают с ними в противоречия. Это связано с тем, что законода­тели зачастую испытывают дефицит времени, а действующие нор­мы нередко содержатся в законах, регулирующих иные области общественных отношений.

     


    79

     



    Следующая проблема заключается в том, что принятие но­вых законов сопровождается поручением о приведении прежних актов в соответствие с последующими, однако это также не все­гда выполняется т.к. это довольно трудоемкий процесс, требую­щий дополнительной затраты времени.

     

    Некоторые затруднения возникают и при реализации новых по­ложений конституции, касающихся использования Президентом Рес­публики Беларусь полномочий по изданию актов, имеющих силу за­кона, и поэтому многие считают, что новая редакция конституции закрепляет законодательную власть не только за Национальным Собранием Республики Беларусь, но и за Президентом Республики Беларусь1. Определенные проблемы также создает ведомственное нормотворчество. Реализация многих законов осуществляется че­рез принятие ведомственных нормативных актов, что нередко при­водит к неправильному толкованию основного содержания закона.

     

    И, наконец, одной из важнейших проблем является то, что даже самое профессионально подготовленное законодательство само по себе не решает всех проблем, оно должно быть усвоено не только властными структурами, специалистами, но и всем населением без исключения. Ведь, без широкой правовой пропаганды, правового воспитания населения невозможно говорить о повышении право­вой культуры населения и, как следствие, обеспечении эффектив­ности принимаемых актов законодательства. Для этого необходи­мо, чтобы законодательство стало доступно для населения в та­кой мере, как доступные информационные фонды в области куль­туры, истории, литературы и т.д.

     

    Данный перечень проблем не является исчерпывающим, од­нако, именно эти проблемы, на мой взгляд, являются наиболее ак­туальными и значимыми в период становления правового государ­ства. Решение названных проблем несомненно будет способство­вать повышению действенности и эффективности функционирова­ния правовой системы Республики Беларусь, однако это произой­дет только в том случае, если законотворческая деятельность бу - дет носить не хаотический, а плановый характер, на что, в свою очередь, может повлиять, на мой взгляд, упорядочение разрознен­ных правовых актов и последующее поддержание законодатель­ства в действующем и систематизированном состоянии.

     


    1 Правотворческая деятельность в Республике Беларусь: Научное издание. Белорусский институт государственного строительства и законодательства - Мн.:

     

    ООО  «Скарына», 1997. - С. 73.

     


    80

     



    ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОЙ ПРИРОДЫ УКАЗОВ ПРЕЗИДЕНТА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

     

    М.В.Ковтун (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - д-р юрид. наук, профессор Сильченко Н.В.

     

    Указы Президента формируют основную и наиболее много­численную группу актов Главы государства, выступающих в каче­стве одного из способов обеспечения реализации компетенции Президента. Закон «О нормативных правовых актах» характери­зует указ как нормативный правовой акт Главы государства, изда­ваемый в целях реализации его полномочий и устанавливающий (изменяющий, отменяющий) определенные правовые нормы. В силу того, что основные полномочия Президента рассредоточены в двух правовых сферах - правоприменительной и нормотворческой - ука­зы сообразно этому делятся на правоприменительные и норматив­но-правовые. Отдельные указы носят интерпретационный харак­тер: при помощи осуществляется толкование норм других актов Президента - декретов, указов.

     

    Указы предназначены разрешать вопросы, входящие в соб­ственную компетенцию Президента. В силу этого Глава государ­ства не должен согласовывать с Парламентом их принятие, за ис­ключением случаев, прямо предусмотренных Конституцией (ука­зы о введении на территории Республики Беларусь или в отдель­ных ее местностях чрезвычайного или военного положения, об объявлении полной или частичной мобилизации вносятся в 3-днев­ный срок на утверждение Совета Республики.

     

    Анализ конституционных норм позволяет выделить два вида указов. Ч. 3 ст. 1 37 Конституции в числе указов Президента назы­вает «указы, полномочия на издание которых были предоставлены законом». Согласно абзацу третьему ч. 4 ст. 11 6 Конституции, эти указы должны соответствовать Конституции, международно-пра­вовым актам, ратифицированным Республикой Беларусь, законам и декретам. При этом используется другая формулировка, не из­меняющая, однако, сути этих актов: «указы, изданные во исполне­ние закона». Из смысла ст. 1 37 Конституции также вытекает, что могут иметь место и указы, полномочия на издание которых не были предоставлены законом. В соответствии с абзацем вторым части четвёртой ст. 116 данные указы должны соответствовать лишь Конституции и международно-правовым актам, ратифициро­

     


    81

     



    ванным Республикой Беларусь. Исходя из этого отдельные учё­ные говорят о своего рода делегированных и не делегированных указах Президента.1

     

    К сожалению, Конституция Республики Беларусь не дает чет­ких критериев разграничения указов на два вида. Наиболее пра­вильным на наш взгляд является применение в данной ситуации критерия компетенции Президента и Парламента по принятию ре­шения по определенному вопросу.

     

    К полномочиям, которые возложены на Президента Консти­туцией, относятся полномочия, осуществляемые только им самим (исключительная компетенция Главы государства). Указы, издан­ные во исполнение такой компетенции, считаются изданными во исполнение Конституции. К ним можно отнести указы изданные в соответствии со ст. 84 Конституции: а) о назначении республикан­ских референдумов; б) о назначении очередных и внеочередных выборов в палаты Парламента и местные представительные орга­ны; в) о роспуске палат Парламента; г) о назначении членов Цент­ризбиркома; д) об образовании, упразднении и реорганизации орга­нов государственного управления; е) о назначении на должность Премьер-министра; ж) о назначении судей; з) о приеме в граждан­ство и его прекращении; и) об установлении государственных праз­дников ли праздничных дней и т.д. Отметим, что большинство ука­зов, издаваемых на основании ст. 84 Конституции, носят индивиду­ально-правовой характер.

     

    Указами, изданными на основании закона, являются указы, изданные по вопросам, предусмотренным п. 2 ст. 97 Конституции: а) об основном содержании и принципах осуществления прав, сво­бод и обязанностей граждан; б) о гражданстве, статусе иностран­цев лиц без гражданства; в) о правах национальных меньшинств; г) об установлении республиканских налогов и сборов; д) о принци­пах осуществления отношений собственности; е) об основах соци­альной защиты; ж) о браке, семье, детстве, материнстве, отцов­стве, воспитании, образовании, культуре и здравоохранении и т.д. газы, изданные на основании законов, по своему содержанию, как правило, являются нормативными правовыми актами.

     

    Недостаток критерия компетенции состоит в том, что ни ст. 84, ни пункт ст. 97 Конституции не содержат исчерпывающего пе­

     


    1           Правотворческая деятельность в Республике Беларусь: Научное издание / Белорусский институт государственного строительства и законодательств. - Мн.: ООО «Скарына», 1997. - С.76.

     


    82

     



    речня полномочий Главы государства и Парламента, отсутствие которых влечет невозможность определить вид указа в спорной ситуации, когда изданный акт прямо не опирается на эти статьи.

     

    Следовательно, следует воспользоваться вторым критерием: важности регулируемых общественных отношений. Суть его зак­лючается в том, что в отдельных статьях Конституции содержит­ся упоминание о регулировании соответствующих общественных отношений либо законом, либо законодательством. В последнем варианте мы имеем все основания говорить, что правовой акт (за­кон или указ) принят во исполнение Конституции. Вопросы, кото - рые в соответствии с Конституцией регулируются законодатель­ством, некоторые правоведы2 относят к совместной компетенции. Таким образом, к указам, изданным во исполнение совместной компетенции, предусмотренной Конституцией, относятся указы: а)

     

    о порядке пользования общественными объединениями (в том чис­ле политическими партиями) государственными средствами мас­совой информации (ч. 2 ст. 5 Конституции); б) об определении ад­министративно-территориального деления государства (ч. 3 ст. 9); в) об ограничении пользования информацией в целях защиты чес­ти, достоинства, личной и семейной жизни граждан и полного осу­ществления ими своих прав (ч. 3 ст. 34); г) о порядке участия граж­дан в обсуждении вопросов государственной и общественной жиз­ни на республиканских и местных собраниях (ч. 3 ст. 37); д) о пре­доставлении гражданам, нуждающимся в социальной защите, жи­лища бесплатно или по доступной для них плате (ч. 2 ст. 48); е) о компетенции, порядке создания и деятельности органов местного управления и самоуправления (ст. 1 24 Конституции); ж) о компе­тенции, организации и порядке деятельности органов прокуратуры (ст. 128); з) о компетенции, организации и порядке деятельности Комитета государственного контроля (ст. 131); и) о сроках подачи отчетов об исполнении местных бюджетов на рассмотрение соот­ветствующих Советов депутатов (ч. 2 ст. 135).

     

    Если указ был издан по одному из вопросов совместной ком - петенции, он может признаваться изданным во исполнение Кон­ституции.

     

    Таким образом, к указам, изданным во исполнение Конститу­ции, относятся те из них, которые изданы во исполнение ст. 84 Кон­ституции (конституционнные полномочия Президента) или во ис­

     


    2            Лагун Д.А. Правовые акты Президента Республики Беларусь. - Мн., 2002. - С.67.

     


    83

     



    полнение иных статей Конституции, где прямо указывается на воз­можность регулирования общественных отношений законодатель­ством, в том числе нормативными правовыми указами Президента.

     

    В юридической литературе высказывается предложение о включении в преамбулу указа нормы конкретного нормативного правового акта (Конституции или закона), на основании которой гла­вой государства принимается решение.3 Безусловно, такое прави­ло упростит задачу правоприменительных органов при разрешении конкретного дела в случае коллизии положений закона и указа.

     

    Помимо двух вышеперечисленных видов указов Президента некоторые правоведы выделяют еще два.4 Это указы, изданные по вопросам, регулирование которых должно осуществляться на уровне закона, при отсутствии соответствующего закона. Отмеча­ется, что такие указы «будут сохранять свое действие до вступле­ния в силу соответствующего закона»5 (указы временного харак­тера). Таким образом, подобные указы нельзя считать изданными на основании Конституции.

     

    Четвертым видом являются указы, изданные на основании (во исполнение) временных декретов Президента. Такая ситуация воз­никла после принятия так называемых рамочных декретов о пере­распределении компетенции. Рамочными декретами следует при­знавать декреты, которые изымают из компетенции Парламента регулирование определенных общественных отношений и передают разрешение указанных вопросов в компетенцию Президента. При этом такой декрет, как правило, напрямую не регулирует обществен­ные отношения, а уполномочивает Президента их регулировать. Во исполнение (на основании) декрета принимаются решения Прези­дента в форме указа. После принятия рамочных декретов, как пра­вило, вносятся соответствующие изменения и дополнения в закон. Посредством этого указы, изданные на основании декретов, транс­формируются в указы, изданные на основании закона.

     

    Указы Президента обладают специфической юридической силой. Юридическая сила указов Президента зависит от их деле­

     


    3Василевич Г.А. Органы государственной власти Республики Беларусь. Конституционно-правовой статус / Серия «Право», приложение к журналу «Эко­номика и право». - Мн.: «Бип-С», 2-е изд. доп., 1999. - С. 120.

     


    4            Лагун Д.А. Правовые акты Президента Республики Беларусь. - Мн., 2002. - С.69.

     


    5           Василевич Г.А. Нормативные акты государственных органов Республики Беларусь / Серия «Право», приложение к журналу «Право и демократия». - Мн., 1999. - С.141.

     


    84

     



    ния на конституционные и изданные на основании закона, которое мы рассмотрели выше. Вопрос о юридической силе указов по сути можно свести к вопросу о соотношении указов и законов.

     

    Два вида указов Президента занимают различное место в иерархии правовых актов. Ч. 3 ст. 137 Конституции устанавливает большую юридическую силу закона по сравнению с указом, если полномочия на издание указа были предоставлены законом. Это единственный случай, когда закон имеет верховенство над указом.

     

    Однако это не означает, что во всех остальных случаях вер­ховенство будет иметь указ, хотя именно такой подход закреплён в Законе «О Президенте Республики Беларусь». Согласно ч. 3 ст. 28 названного Закона, декреты и указы Президента, если иное не пре­дусмотрено Конституцией. Имеют верховенство над актами иных государственных органов и должностных лиц.6 Аналогичной пози­ции придерживаются некоторые правоведы, заявляющие, что «если указ Президента издан без специального указания для его издания в законе, то он должен соответствовать только Конституции, и имеет приоритет над законом»7.

     

    При признании «надзаконного» характера всех указов прези­дента, кроме тех, которые были изданы во исполнение закона, те­ряется всякий смысл во введённом многообразии актов Главы го­сударства. Если указ по своей юридической силе выше закона, то какая необходимость в такой конституционной новелле, как изда­ние Президентом декретов, имеющих силу закона? Причём если временные декреты могут быть отменены палатами Парламента, то указы могут быть отменены лишь самим Президентом. Полу­чается, что указы становятся выше не только законов, но и декре­тов. Такой подход не выдерживает никакой критики. Основываясь на нём, правотворческую деятельность Главы государства вполне можно было ограничить изданием указов. Таким образом, есть все основания полагать, что норма, закреплённая в ч. 3 ст. 28 Закона о президенте, не основана на Конституции.

     

    Конституция прямо не устанавливает соотношения законов и указов в тех случаях. Когда указы изданы не во исполнение зако­на. Думается, это сделано не случайно. Законы и указы Президен­та, изданные во исполнение Конституции, не должны в принципе

     


    6            Ведомости Национального Собрания Республики Беларусь. - 1997. - №24. - Ст.463.

     


    7          Правотворческая деятельность в Республике Беларусь: Научное издание / Белорусский институт государственного строительства и законодательств. - Мн.: ООО «Скарына», 1997. - С.76.

     


    85

     



    сравниваться по своей юридической силе. И те, и другие находят­ся в иерархии нормативных правовых актов после временных дек­ретов Президента. В случае их коллизии приоритет должен иметь то акт, который издан в соответствии с компетенцией соответству­ющего органа или должностного лица, определённой конституцией. Например, при расхождении закона и указа, касающихся вопросов проведения выборов, большую юридическую силу должен иметь закон (ч. 2 ст. 71 Конституции). При коллизии закона и указа, уста­навливающих государственные праздники, большую силу должен иметь указ (п. 18 ст. 184 Конституции).

     

    Именно из такого понимания исходит современная юридичес­кая доктрина. Эта концепция была изложена 29 марта 1996 г. в статье Президента Республики Беларусь А.Г.Лукашенко «О по­слании Конституционного Суда Республики Беларусь» и затем ре­ализована в новой редакции Конституции. Следует заметить, что размежевание сферы нормативного регулирования между главой государства, парламентом и исполнительной властью воспринято конституционным законодательством многих стран8.

     

    Рассмотрение и разрешение вопроса о соотношении законов и указов, безусловно, является важным этапом в понимании сущно­сти последних. Одновременно заслуживает пристального внима­ния и другая проблема, касающаяся соотношения указов, с одной стороны, и постановлений Правительства, с другой.

     

    В национальной правовой системе соприкосновение прав и обязанностей Президента и Правительства возможно исключитель­но в пределах компетенции Президента, основанной на законе. Пра­вительство не вправе осуществлять конституционную компетен­цию Главы государства. В свою очередь, Конституция Республи­ки Беларусь лишь в общих чертах закрепляет полномочия Прави­тельства, конкретный объем которых дан в Законе Республики Бе­ларусь «О Совете Министров и подчиненных ему государствен­ных органах». При этом полномочия Президента также не исчер­пываются Конституцией, а могут фиксироваться и в законах. В ре­зультате такой отсылки к законам мы имеем дело с перекликаю­щимися правами и обязанностями Главы государства и Правитель­ства, причем приоритет первых вовсе не абсолютен.

     

    К сожалению, недавно принятая концепция совершенствова­ния национального законодательства еще не позволяет установить

     


    8           Чиркин В.Е. Основы сравнительного государствоведения. - М.: Издатель­ский дом «Артикул», 1997.

     


    86

     



    достаточно чёткие критерии, позволяющие определить, какие имен­но отношения должны регулироваться законом, а какие указом. Причиной этого является то, что процесс реформирования законо­дательства только начинается и принятая концепция стала первым шагом это реформы. Но весьма своевременным стало закрепле­ние в целях совершенствования законодательства и устранения так называемой «конкурирующей» компетенции Президента и парла­мента, а, следовательно, и избежания споров о соотношении ука­зов и законов, в особенной части концепции круга текущих вопро­сов в различных отраслях права, подлежащих правовому урегули­рованию законами. В то же время представляется вполне обосно­ванным высказанное Г.А.Василевичем предложение о рассмотре­нии споров о компетенции (когда она реализована через принятие актов) Конституционным Судом.

     

    Подводя итоги, следует сказать, Указы Президента предназ­начены для регулирования наиболее значимых в масштабах всего государства вопросов. Они издаются в случае необходимости ре­гулирования общественных отношений или разрешения вопросов правоприменительного характера, входящих в конституционные полномочия Президента, а также регулирования общественных отношений или разрешения вопросов правоприменительного харак­тера, входящих в компетенцию Президента, закрепленную в зако­нах Республики Беларусь. Принимая во внимание значимость воп­росов, отнесенных к ведению и Президента, и Парламента, можно утверждать, что указы Президента выступают правовым сред­ством разрешения наиболее значимых вопросов жизнедеятельно­сти государства и общества.

     


    ПРАВОВОЕ ВОСПИТАНИЕ КАК ФАКТОР ФОРМИРОВАНИЯ ЦЕННОСТНЫХ ОРИЕНТАЦИЙ СОВРЕМЕННОЙ МОЛОДЕЖИ

     

    О.В.Колесникова (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - д-р юрид. наук, профессор

     

    Сильченко Н.В.

     

    Система ценностных ориентаций является психологической характеристикой зрелой личности и определяет общий подход че­ловека к миру, к себе, придает смысл и направление его поведе­нию и поступкам.

     


    87

     



    Кардинальные изменения в политической, экономической жиз­ни нашего общества влекут за собой измененное в психологии че­ловека, его ценностных ориентациях и поступках. На сегодняшний день личность подростка формируется в условиях нестабильного экономического положения в Республике Беларусь, что, в свою очередь, предполагает неопределенность в будущем и размытость социально-нравственных ориентиров. Поэтому особую актуаль­ность сегодня приобретает изучение тех изменений, которые про­исходят в ценностном сознании современных старшеклассников, поскольку именно ценности этой социальной группы наиболее под­вержены переоценке в создавшихся социальных условиях.

     

    В западной буржуазной философии в конце Х1Х - начале ХХ века возникает аксиология (греч. Axia - ценность и Logos - учение, слово) - философское исследование природы ценностей. Аксиология иссле­дует духовные ценности и их соотношение с миром реальностей.

     

    Ценность, согласно аксиологии, - это то, что может быть иде­алом, целью, предметом стремления.

     

    В целом, ценности в философском и социальном понимании служат объектом интересов человека, выполняют роль ориенти­ров в социальной действительности. В качестве ценностей высту­пают также некоторые явления общественного сознания, выража­ющие эти интересы в идеальной форме (понятие добра и зла, спра­ведливости и несправедливости, идеалы, моральные нормативы и принципы). Таким образом, данные формы сознания не просто опи­сывают какие-то действительные или воображаемые явления ре­альности, а выносят и оценку, одобряют или осуждают их, т.е. яв­ляются нормативными по своему характеру.

     

    Формирование правового государства, реформа политической системы, внедрение новых методов хозяйствования требуют приня­тия эффективных мер по совершенствованию правового воспитания, как населения в целом, и такой ее социальной группы как молодежь, организации правового всеобуча как единой общегосударственной программы. В этой связи, необходимо ответить на вопрос, в какой степени устоявшиеся знания, подходы, методы, формы, применяе­мые в правовоспитательной деятельности, могут обеспечить реше­ние новых задач, какие должны произойти радикальные перемены в практике правовоспитательного воздействия, которое до последне­го времени было преимущественно направлено на обеспечение дик­туемого поведения, а не на развитие гражданского самосознания.

     

    Обращение к человеку, как к субъекту правовой жизни обще­ства означает стремление, понять его в многообразии правовых и противоправных связей, а также иных зависимостей, влияющих на правоотношения.

     


    88

     



    Влиять на правосознание человека значительно сложнее, чем агитировать или понуждать к предписываемым действиям, предо­стерегать или удерживать от запрещаемого. Необходимо устра­нить причины рассогласования интересов общества и отдельных субъектов права (коллективных и индивидуальных), иначе все пра­вовое воспитание и профилактика правонарушений сведется лишь к сдерживанию «прорыва» противоправных интересов путем пре­достережения и угрозы применения принуждения.

     

    Надежное предотвращение целеполагания, противоречащее устремлениям общества, можно достичь, лишь при условии, что правовое воспитание будет организованно как непрерывный про­цесс формирования соответствующих установок, потребностей, ценностей, мотивов поведения.

     

    Определяя правовое воспитание, следует сказать, что это це­ленаправленный идеологических процесс воспитания, который выс­тупает главным стержнем формирования современного человека, происходящий под воздействием не только идеологических факто­ров, но и объективных условий жизни. Это целенаправленное воз­действие общества на сознание людей, на их нравы, обычаи, при­вычки, черты характера, мотивы и образ поведения - свойство вос­питания, которые присущи, как воспитанию вообще, так и правовому воспитанию в частности. При этом правовое воспитание выступает в качестве одного из направлений воспитательного процесса.

     

    В научных исследованиях посвященных процессу формирова­ния ценностных ориентаций, как правило, рассматриваются такие ценности как: материальная обеспеченность, здоровье, любовь, счастливая семейная жизнь и т.д.

     

    Ученые, исследующие названные выше категории не увязы­вают их с правовым воспитанием, которое, на наш взгляд, не явля­ясь элементом собственно ценностных ориентаций, тем не менее, активно воздействуют на процесс их формирования.

     


    ПРОБЛЕМА ФОРМИРОВАНИЯ ПРАВОВОГО ГОСУДАРСТВА В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ

     

    Т.Г.Колноокова (Академия МВД Республики Беларусь) Научный руководитель - преп. Козелецкий И.В.

     

    Концепция правового государства входит в «золотой фонд» общечеловеческих ценностей. Сегодня правовое государство - не только одна из социальных ценностей, призванных утвердить гу­

     


    89

     



    манистическое начало, справедливость, но и практический инсти­тут обеспечения и защиты свободы, чести и достоинства личнос­ти, средство борьбы с бюрократией, ведомственностью. Полно­масштабная работа по формированию правового государства в нашей республике началась после объявления ее суверенитета.

     

    Согласно ст. 1 Конституции «Республика Беларусь - унитар­ное демократическое социальное правовое государство». Мы офи­циально провозгласили себя правовым государством, но, по мне­нию многих современных теоретиков, это пока идеал, к которому следует стремиться. Утверждение принципов правового государ­ства встречает, и неизбежно еще будет встречать сопротивление: ведь оно требует ломки старых идеологических стереотипов, пре­одоления волюнтаризма и субъективизма. В силу объективных и субъективных причин процесс формирования правового государ­ства у нас очень длительный и болезненный. Из-за невысокого уровня правовой культуры такие понятия как «право», «правовое государство», «гражданское общество» понимается не только для большинства населения, но даже для законодателей весьма рас­плывчато и туманно.1

     

    В современных условиях идея правового государства стала приоритетной моделью, к которой стремятся многие государства. Формирование такой модели предполагает на практике реализа­цию определенной совокупности принципов:

     

    1     ) верховенство закона;

     

    2)  осуществление прав и свобод личности;

     

    3)  организация государственной власти на основе ее разделения.

     

    Но реализация данных принципов не всегда обеспечивается

     

    на должном уровне.

     

    Так, например, принцип верховенства закона предполагает не только наделение источника права высокой юридической силой, но и связанность им органов государства. В нашем же обществе дол­гие годы складывалось пренебрежительное отношение к закону. Можно и сейчас наблюдать нарушение принципа обязательности закона для некоторых, независимо от уровня занимаемых должно­стей, что развязывает руки нечистоплотным чиновникам и ведет к злоупотреблениям. Но возникает проблема не столько верховен­ства закона, сколько его качества, поскольку проведение в респуб­лике социально-экономических преобразований объективно нару-

     


    'Василевич Г.А., Семенков В.И. Формирование правового государства в Республике Беларусь // Гуманітарныя навукі на зыходзе ХХ ст. - Мн., 1998. - С. 104-109.

     


    90

     



    шило системные связи законодательства. В 90-е года мы имели часто противоречащую Основному Закону и несистематизирован­ную массу нормативных актов. Это потребовало от Президента создать Центр законотворческой деятельности, который занима­ется подготовкой и систематизацией законов и подзаконных актов.

     

    Что касается вопроса реализации прав и свобод личности, то здесь ситуация еще более сложная. Многие наши права так и ос­таются на бумаге. Как свидетельствует статистика, граждане оз- накамливаются с нормативной базой от случая к случаю. Для обес­печения реализации прав и свобод граждан, их социально-правовой защиты необходим сложный правовой механизм.

     

    Ст. 21 Конституции провозглашает высшей целью обеспече­ние прав и свобод. Однако до сих пор негативное отношение к этой цели можно услышать из уст чиновников. На практике все еще встречаются противопоставления личных и государственных ин­тересов и ограничения прав и свобод граждан. Так большое не­удобство вызывает институт прописки, ограничивая конституци­онное право гражданина на свободу передвижения и выбор места жительства.2 Предметом особой заботы государства должны стать неотъемлемые права человека. Здесь в первую очередь надо со­средоточить усилия на скорейшем достижении международных стандартов. По мнению проф. В.Г.Тихини следовало бы учредить должность Уполномоченного по правам человека.3

     

    Также у нас еще не четко отлажен принцип разделения влас­тей. Обострение отношений между отдельными ветвями власти может резко ослабить и даже парализовать управление страной.4 Реальное воплощение концепции правового государства возможно лишь при изменении роли и места судов в системе органов госу­дарства. К сожалению, приходиться говорить о низком уровне про­фессионализма работников суда.5 Возникает вопрос: на каком же этапе формирования правового государства мы находимся?

     

    Однозначно ответить пока невозможно. Предстоит сложная работа, в которой очень тесно переплетены правовые и политичес­

     


    2Воробей Г.А. Правовое государство и принципы его построения // Вестник Конституционного Суда. - 1999. - №1. - С. 55.

     


    3Тихиня В.Г. Формирование правового государства в Республике Беларусь // Правовое обеспечение экономической реформы. - Мн., БГЭУ, 2000. - С. 5.

     


    4Василевич Г.А. Актуальные проблемы формирования правового государ­ства // Мн.: БГУ, 1996. - С 24-25.

     


    5Божелко О.А. О роли органов прокуратуры в построении правового госу­дарства // Юстиция Беларуси. - № 3. - 1999. - С. 4.

     


    91

     



    кие направления. Однако нет сомнения, что демократизация пра­вовой системы, определение правового статуса личности и госу­дарства, его гарантированность - это настоятельные требования времени, объективная потребность нашего общества.

     


    О СОВЕРШЕНСТВОВАНИИ ПРОЦЕДУРЫ ПРИЗНАНИЯ БЕЖЕНЦЕМ

     

    Н.Н.Коновальчук (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - ст. преп. Игнатик М.И.

     

    В последние годы в республике проведена большая работа по приведению национального законодательства о беженцах в соответ­ствие с международными стандартами. Но вопросы еще остаются. И один из них касается процедуры предоставления статуса беженца.

     

    В Заключении исполнительного комитета УВКБ ООН № 8 (XXVIII-1977): «определение статуса беженца» рекомендовано определять в государствах определенный, по возможности единый центральный орган, который бы нес ответственность за рассмот­рение заявлений о предоставлении статуса беженца и за принятие решения по первой инстанции.

     

    Процедура определения статуса беженца может быть рас­смотрена с двух позиций.

     

    С одной стороны, «определение статуса беженца» - это упо­рядоченная система действий и процедур, необходимых для полу­чения и установления объективной информации и выявление нали­чия у лица, ходатайствующего о признании его беженцем, призна­ков, на основании которых оно может быть признано беженцем.

     

    В Республике Беларусь эти функции возложены на террито­риальные органы по миграции, но они не наделены полномочием принятия решения по делу иностранца, ходатайствующего о при­знании беженцем, по первой инстанции.

     

    С другой стороны, «определение статуса беженца» можно по­нимать только как непосредственное принятие решения о признании либо об отказе в признании беженцем. В Республике Беларусь эту функцию осуществляет Министерство труда и социальной защиты на основе предоставленных ему документов и сведений.

     

    В разделе III Резолюции Совета ЕС от 20.06.1995 «О мини­мальных гарантиях процедур предоставления убежища» подчер­кивается, что заявления о предоставлении статуса беженца будут

     


    92

     



    рассматриваться органами, полностью квалифицированными в воп­росах беженцев.

     

    Как видим, в международных актах по вопросам беженцев последовательно проводится требование о создании в государствах специального органа по делам беженцев.

     

    У нас, как было сказано, эти функции выполняют Департа­мент по миграции и Министерство труда и социальной защиты Рес­публики Беларусь, что, на наш взгляд, не соответствует междуна­родным нормам и не является экономичным.

     

    Создание в Республике Беларусь специальных органов по де­лам беженцев позволит решить ряд вопросов: сократить сроки рас­смотрения ходатайств, уменьшить необоснованные расходы на оказание денежной и иной помощи иностранцам, ходатайствующим о признании беженцами, создать единую базу данных о политичес­кой, социально-экономической и другой обстановке в государствах исхода беженцев и др.

     

    В соответствии с Законом Республики Беларусь «О бежен­цах» 2003 г., по сравнению с его предыдущей редакцией 1999 г., общие сроки рассмотрения ходатайства иностранца о признании беженцем увечились с трех до шести месяцев. Но не всегда по всем заявленным ходатайствам может быть принято положитель­ное решение. В свою очередь это влечет появление вопроса о нео­боснованных расходах за счет средств республиканского бюдже­та, выделенных на оказание различных видов помощи иностран­цам, ходатайствующим о признании беженцем на основании По­становления Совета Министров Республики Беларусь от 21.06.2002 №822 «Об оказании денежной и иной помощи иностранцам, хода­тайствующим о признании их беженцами и признанным беженцам». Иностранцам, ходатайства которых зарегистрированы, производит­ся выплата единовременной и дополнительной помощи. Если инос­транец не имеет средств для оплаты пользования жилым помеще­нием, то территориальный орган по миграции производит оплату путем ежемесячных перечислений на счет наймодателя до приня­тия окончательного решения, но не более чем за шесть месяцев.

     

    Создание государственных органов, занимающихся делами беженцев, позволит не только уменьшить материальные расходы в процессе разрешения дела иностранца, но и разрешить его более квалифицированно, эффективно, в пределах минимальных сроков. Для этого необходимо провести комплекс мероприятий по приведению законодательства Республики Беларусь в соответствие с междуна­родными нормами и учредить органы по делам беженцев.

     


    93

     



    Для этого необходимо сократить сроки рассмотрения хода­тайств о признании беженцем (т.е. вернуться к старой редакции Закона «О беженцах»), что позволит уменьшить необоснованные расходы на оказание помощи, тем самым сэкономить средства государственного бюджета Республики Беларусь, которые могли быть использованы на учреждение специальных государственных органов по делам беженцев, повышение квалификации работников, предоставление прямого доступа к информации, необходимой для быстрого принятия решения по делам беженцев.

     


    РАЗВИТИЕ БИОТЕХНОЛОГИЙ И ОБЕСПЕЧЕНИЕ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА

     

    Д.С. Королева (ПГУ) Научный руководитель - ст. преп. Пушечкина О.П.

     

    «В новый век с новой технологией» - таков лозунг нового тыся­челетия. Но стремительное развитие биотехнологий оказало опре­деленное воздействие на окружающую среду и самого человека, что затронуло многие его права и свободы. В данной работе автор ставит целью на примере некоторых научных достижений рассмот­реть наиболее важные проблемы и коллизии юридического плана, показать необходимость их скорейшего разрешения и ликвидации пробелов в правовом регулировании. Для этого автором были ис­пользованы следующие методы научного исследования: системно­структурный анализ и синтез, статистический, логический.

     

    В последнее время соблюдение права человека на сохране­ние и устойчивое использование биологического разнообразия и благоприятную окружающую среду (экологическое право) и иные права данного блока тесно связаны с выведением так называе­мых трансгенных растений и животных. Всеобщая деклара­ция прав человека и иные аналогичные документы провозглашают право человека на достойный образ жизни, но по последним дан­ным ООН в мире ежегодно насчитывается 1,5 млрд. голодающих и около 800 млн. тех, кто недоедает. Бесспорно, вышеуказанное право можно реализовать с помощью трансгенной инженерии, но, делая подобный вывод, нельзя забывать и о другом аспекте тако­го нововведения - гарантирует ли оно право на безопасность всего человечества в целом? Любое научное знание относительно фраг­ментарно, поэтому невозможно достоверно ответить на вопрос,

     


    94

     



    могут ли изменения в геноме растений в будущем повлечь за со­бой изменения в генетической программе человека и животных, хотя на данный момент и не наносят вреда их здоровью. А так как трансгенные растения и животные уже получили широкое распрос­транение во многих странах, то возросла и необходимость совер­шенствования правового регулирования в данной сфере. Во-пер­вых, необходимо максимально детализировать право человека на получение полной и объективной информации о нем во всех стра­нах мира, вне зависимости от принятия трансгенеза, исходя из ко - торой каждый сможет реализовать свое право свободного выбо­ра. Во-вторых, необходимо принятие жесткой правовой базы - каж­дое государство имеет право по своему усмотрению применять либо нет с учетом интересов общества на практике данные разра­ботки, но оно несет юридическую ответственность перед лицами, в нем проживающими, за обеспечение их прав, свобод и законных интересов. Вследствие этого необходимо законодательно устано­вить запрет на импорт (экспорт) продуктов без прохождения соот­ветствующей экспертизы; возложить на лиц, выпускающих подоб­ную продукцию, обязанность указывать в сертификате, содержит ли она трансгенез, с наложением жестких санкций за их невыпол­нение. Пристальное внимание необходимо уделить и законодатель­ной регламентации порядка их выращивания.

     

    Еще одним научным достижением, породившим ряд трудно­стей в правоведении, является генная инженерия. Практически стопроцентная расшифровка генома человека открыла ряд новых возможностей для человека, но одновременно выявила необходи­мость правового регламентирования и контроля за такими иссле­дованиями. Уже сегодня страховые компании многих стран стре­мятся получить генетические сведения о клиентах, используя по­добные данные против их интересов и не желая страховать лиц даже с потенциальными болезнетворными генами. Подобные пре­цеденты особенно четко подчеркивают необходимость защиты конфиденциальности информации о геноме каждого конкретного индивида и установления санкций за ее разглашение. Не меньшие трудности возникают и в результате несовершенства законодатель­ства о генной терапии, исследований эмбриона и трансплантации.

     

    Нужно отметить и появление нового блока прав человека, не укладывающегося в их традиционную классификацию - сомати­ческих, т.е. права человека самостоятельно распоряжаться своим телом, к которому можно отнести клонирование, виртуальное мо­делирование и т.д. Автор хотел бы затронуть лишь клонирова­ние, т.к. оно касается конституционно-правового статуса челове­

     


    95

     



    ка как личности. В данном случае речь идет о неотъемлемом пра­ве человека на индивидуализм, т.е. права обладать собственным набором генов, ведь именно эта неповторимость и делает челове­ка человеком. Вместе с тем, существуют трудности и с определе­нием правового статуса клонов. История конституционализма ра­нее не знала подобных аналогов, поэтому в данной ситуации требу­ются принципиально новые взгляды, подходы и разработки. На­пример, как измерять их возраст, так как если вести отсчет от даты рождения, то это неизбежно приведет к грубейшим ошибкам при проведении судебных экспертиз, учитывая, что хромосомы клона уже будут иметь возраст донора. Определенный правовой «бес­предел» возникнет и в сфере наследственного права, так как чьим ребенком будет считаться клон - оригинала или родителей ориги­нала? Неясно также и как будут обеспечены права и законные ин­тересы мужчин, так как стереотипов семейного законодательства в такой ситуации явно недостаточно.

     

    Таким образом, необходимо уже сейчас на законодательном уровне установить ряд гарантий, обеспечивающих неукоснитель­ное соблюдение прав и свобод человека не только на данный мо­мент, но и в будущем.

     


    ПРОБЛЕМА РЕАЛИЗАЦИИ ПРИНЦИПА ДИСПОЗИТИВНОСТИ В ГРАЖДАНСКОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

     

    Э.Л.Король (ГрГУ им.Я.Купалы) Научный руководитель - канд. юрид. наук, доцент Мартыненко И.Э.

     

    Принцип диспозитивности - это стержневой принцип гражданс­кого процессуального права. Именно он движет механизмом воз­никновения, развития и окончания дела. Поэтому его часто называ­ют движущим началом гражданского судопроизводства. Суть дан­ного принципа заключается в деле, распоряжаться своими матери­альными и процессуальными правами и средствами их защиты.

     

    Проблемы возникают уже на пути определения теоретической конструкции данного принципа. Так А.Т.Боннер утверждает, что тер­мин «распоряжение» можно применить к таким правам, как право отказаться от иска, признать иск, закончить дело мировым соглаше­нием и т.п., а применительно к праву возбудить дело, подать касса­

     


    96

     



    ционную жалобу более правильно вести речь об «осуществлении права». Профессор Р.Е.Гукасян не исключает из содержания прин­ципа диспозитивности распоряжение материальными правами. Он также считает, что данный принцип не является следствием диспо­зитивного характера гражданских прав, а вытекает из обусловлен­ности воли лица его интересом. Однако более распространённым является мнение о том, что диспозитивность в области гражданско­го процесса является продолжением и следствием диспозитивных начал, пронизывающих всё гражданское судопроизводство - от воз­буждения конкретного дела до исполнительного производства.

     

    Возможно, как раз широта диапазона данного принципа на всех стадиях гражданского судопроизводства (исключение, пожалуй, составляет лишь надзорное производство) обуславливает существо­вание множества проблем при реализации на практике различных сторон и аспектов принципа диспозитивности.

     

    Следуя принципу диспозитивности, гражданские дела в своих судах возбуждаются по заявлении, непосредственно заинтересован­ных лиц, как физических, так и юридических. Отказ от права обра­щения в суд является недействительным. Отсюда следует, что лю­бое соглашение, направленное на ограничение права обращения в суд, чем бы оно не мотивировалось, должно признаваться незакон­ным и не приниматься судами во внимание. Практика последних лет показывает, что судам нередко приходится сталкиваться со случая­ми неосновательных отказов от обращения к ним юридических и физических лиц, иногда в связи с принятием соглашений (например, по делам о взыскании алиментов, по делам о признании гражданина ограничено дееспособным). Все эти отступления от требований ГПК расцениваются как нарушения важнейшего права - права на судеб­ную защиту. По смыслу ст. 6 ГПК обращения в суд с иском (жало­бой или заявлением) непосредственно заинтересованного лица явля­ется основным способом возбуждения гражданских дел в судах. Причём только инициатива того или иного заинтересованного лица является ключом и «дверью» гражданского правосудия. Однако ак­тивность суда нередко нейтрализует свободу воли сторон.

     

    В полном соответствии с принципом диспозитивности и ещё одно важное положение гражданского процесса: суды не могут по собственной инициативе рассматривать незаявленное требование. В судебной практике последних лет малейшие отступления от это­го правила расцениваются как существенные нарушения принципа диспозитивности, является поводом к отмене принятого по делу решения. Это находится в соответствии с важнейшим постулатом, лежащим в основе диспозитивности - суд не рассматривает тре­

     


    97

     



    бований, не заявленных истцом. Едва ли можно рассчитывать на объективность и беспристрастность суда в случаях, когда он сам возбуждает дело, то есть знакомится с обстоятельствами дела заранее, до его возбуждения и рассмотрения на заседании.

     

    В силу принципа диспозитивности ответчик полностью свобо­ден в выборе средств защиты по заявленным к нему требованиям. Он может ограничиться отрицанием или провести мотивированное возражение как по существу предъявленных к нему требований, так и процессуально-правового характера. Защита интересов ответчика может выразиться и в форме предъявления им самостоятельных исковых требований (встречный иск). И это является одним из со­ставляющих принципа диспозитивности. Однако, обобщив причины, которые могут нарушить реализацию данного принципа применитель­но к институту встречного иска, выделим следующие проблемы.

     

    1.    Суд не разъяснил ответчику его право на предъявление встречного иска, хотя это требовалось для установления действи­тельных прав и взаимоотношений сторон.

     

    2.   Суд неосновательно отказал в принятии встречного иска, что привело к тем же результатам.

     

    3.   Суд неосновательно оставил встречный иск без рассмот­рения или выделил его в самостоятельное производство.

     

    В судебной практике все эти случаи расцениваются как нару­шения прав ответчика и служат одним из оснований для отмены решения по первоначальному иску.

     

    Конечно же, это только часть тех проблем, которые возника­ют в диапазоне реализации на практике этого стержневого принци­па гражданского судопроизводства.

     

    Изучение принципа диспозитивности очень важно для даль­нейшего развития гражданского процесса и для построения право­вого государства и гражданского общества, без которого невоз­можно осуществление гражданского правосудия.

     

    К ВОПРОСУ ОБ ОБЪЕКТЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ ИНФОРМАЦИОННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

     

    Н.А.Костюченко (ГГТУ им.П.О.Сухого) Научный руководитель - канд. юрид. наук, профессор Саркисова Э.А.

     

    С развитием науки и техники в области компьютерных техно­логий во второй половине двадцатого века возникла новая сфера