Юридические исследования - Против агрессии. М. Литвинов. -

На главную >>>

Дипломатическое и консульское право: Против агрессии. М. Литвинов.


    В настоящей книге собраны основные выступления т. Литвинова и документы, характеризующие борьбу Советского Союза против агрессии. Выступления наркома иностранных дел т. Литвинова и договоры, заключаемые Советским Союзом в целях предотвращения военной опасности, представляют собой важнейшие элементы внешней политики Советского Союза. Характеризуя 17 марта 1938 г. позицию Советского Союза в связи с новыми актами агрессии в Европе, т. Литвинов подчеркнул, что позиция СССР в отношении каждого отдельного акта агрессии вытекает из общих и неизменных принципов нашей внешней политики, пользующейся поддержкой всего народа. Документы, содержащиеся в настоящей книге, дают картину последовательного практического применения неизменных принципов советской внешней политики на различных этапах международных отношений. Правительство Советского Союза всегда стремилось укрепить мирные отношения между СССР и отдельными государствами путем заключения договоров о ненападении и нейтралитете, договоров о согласительном разбирательстве конфликтов. Такие договоры Советский Союз заключил почти со всеми своими соседями. Последний договор о ненападении был заключен Советским Союзом с Китаем (август 1937 г.) как раз в тот момент, когда на Китайскую республику напали японские империалисты. С другой стороны, как известно, Япония неоднократно отвергала предложения СССР о заключении пакта о ненападении, видя в подобном договоре препятствие для своей безудержной агрессии.


    М. ЛИТВИНОВ,

    ОГИЗ . ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ .    


    1938

    ПРОТИВ АГРЕССИИ

    ОГИЗ

    ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

    ОТ ИЗДАТЕЛЬСТВА

    В настоящей книге собраны основные выступления т. Литвинова и документы, характеризующие борьбу Советского Союза против агрессии. Выступления наркома иностранных дел т. Литвинова и договоры, заключаемые Советским Союзом в целях предотвращения военной опасности, представляют собой важнейшие элементы внешней политики Советского Союза.

    Характеризуя 17 марта 1938 г. позицию Советского Союза в связи с новыми актами агрессии в Европе, т. Литвинов подчеркнул, что позиция СССР в отношении каждого отдельного акта агрессии вытекает из общих и неизменных принципов нашей внешней политики, пользующейся поддержкой всего народа.

    Документы, содержащиеся в настоящей книге, дают картину последовательного практического применения неизменных принципов советской внешней политики на различных этапах международных отношений. Правительство Советского Союза всегда стремилось укрепить мирные отношения между СССР и отдельными государствами путем заключения договоров о ненападении и нейтралитете, договоров о согласительном разбирательстве конфликтов. Такие договоры Советский Союз заключил почти со всеми своими соседями. Последний договор о ненападении был заключен Советским Союзом с Китаем (август 1937 г.) как раз в тот момент, когда на Китайскую республику напали японские империалисты. С другой стороны, как известно, Япония неоднократно отвергала предложения СССР о заключении пакта о ненападении, видя в подобном договоре препятствие для своей безудержной агрессии.

    Еще до вступления в Лигу наций Советский Союз принимал участие в международных мероприятиях по укреплению мира. Вступив в Лигу наций, советское правительство активно участвует в борьбе за коллективную безопасность. Уже вскоре после вступления СССР в Лигу наций ему пришлось участвовать в рассмотрении вопроса об агрессии отдельных фашистских государств. В марте 1936 г., выступая на сессии Совета Лиги наций в Лондоне, т. Литвинов отметил, что за короткий срок полуторагодичного пребывания Советского Союза в Лиге наций его представителю приходится в третий раз выступать по поводу нарушения международных обязательств: в первый раз по поводу нарушения Германией военных статей Версальского договора, во второй раа в связи с итало-абиссинским конфликтом и в третий раз вследствие одностороннего нарушения Германией как Версальского договора, так и Локарнского пакта.

    Советский Союз был единственной великой державой, которая открыто выступила против германо-итальянской интервенции в Испании, требовала соблюдения международных правил по отношению к (законному республиканскому правительству в Испании и прекращения комедии « невм ешател ьства ».

    После начала войны Японии против китайского народа Советский Союз и в этом случае снова находился в первых рядах противников агрессии и сторонников коллективной безопасности.

    Наконец, после захвата Австрии Германией; и в ¡момент, когда Польша выступила с недвусмысленной угрозой по адресу Литвы, советское правительство снова было первым, возвысившим голос в интересах борьбы против агрессии, как это зафиксировано в заявлении т. Литвинова представителям печати 17 марта 1938 г.

    Наряду с участием в международной организации мира советское правительство проявило немало собственной инициативы в изыскании наиболее плодотворных методов предотвращения агрессии. Одним из таких средств является предложенное Советским Союзом определение нападающей стороны, закрепленное в трех конвенциях об определении агрессии.

    По мере усиления опасности войны договоры о ненападении, конвенции об определении нападающей стороны и устав Лиги наций явились недостаточным барьером против агрессии. Поэтому Советский Союз выступил активным поборником системы региональных пактов о взаимной помощи против агрессоров. Такие договоры, заключаемые в рамках системы коллективной безопасности, представляют собой существенную гарантию против агрессии. Советский Союз заключил подобные пакты взаимопомощи с Францией, Чехословакией и Монгольской народной республикой.

    Таковы основные элементы международной борьбы против агрессии, в защиту мира, проводимой Советским Союзом. Но совершенно очевидно, что в деле борьбы против фашистской агрессии, в деле защиты Советского Союза решающим фактором является мощь страны социализма, обеспечивающая ей возможность во всякое Время дать отпор любому агрессору. «Мы не только не »пустим врага в пределы нашей (родины, но будем его бить на той территории, откуда он пришел» (Ворошилов).

    Наша борьба против внешней опасности является успешной благодаря тому, что наша .родина имеет в своем распоряжении «как проверенные карательные органы и хорошо оснащенную Красную Армию, так и последовательно проводимую политику мира в области внешних отношений» (из обращения ЦК ВКП(б) к избирателям от 6 декабря 1937 1).

    РЕЧЬ ПРИ ПОДПИСАНИИ ПРОТОКОЛОВ О ПРОДЛЕНИИ ПАКТОВ О НЕНАПАДЕНИИ МЕЖДУ СССР И СТРАНАМИ ПРИБАЛТИКИ ДО КОНЦА 1945 г.

    4 апреля 1934 г.

    Господа посланники!

    Мы с вами сегодня позаботились о дальнейшей судьбе пактов, которым срок истекает лишь через полтора года. Досрочно выкупленный вексель свидетельствует как о доброй воле, так и о блестящем финансовом положении векселедателя. В данном случае преждевременная забота наших правительств о сроках имеющих еще продолжительное существование пактов свидетельствует об их доброй воле и обильном запасе у них миролюбия. Об этом же свидетельствует та беспримерная в истории дипломатии быстрота1, с которой инициатива советского правительства была претворена в жизнь. Только 20 марта нами было сделано вашим правительствам предложение о продлении пактов; через несколько дней ваши правительства дали ответ, и ответ прямой, безусловный и положительный, а сегодня, по прошествии всего двух недель, дело оформлено. Это обстоятельство указывает также на крупнейший рост доверия и взаимопонимания между нашими государствами.

    Я пользуюсь этим случаем, чтобы выразить благодарность вашим правительствам за их столь отзывчивое отношение к нашему предложению. Да иначе и не должно быть. Ответы на предложения, служащие укреплению мира, имеют свою полную ценность и демонстративную силу, в том лишь случае, когда они даются быстро, без долгих размышлений, без задних мыслей, без всяких условий. Искренние сторонники мира не могут долго размышлять над подобными предложениями. Укрепление мира — это такое несомненное благо само по себе, в сравнении с которым любые условия, от которых могут быть поставлены в зависимость ответы на мирные предложения, имеют ничтожнейшее значение.

    Существующие между нашими государствами пакты отныне продлены свыше чем на десять лет — срок, нигде не превзойденный для обязательств такого характера. У нас была мысль предложить бессрочные

    /

    пакты, но бессрочность — абстракция, философское понятие, и мы опасались, что подобное предложение могло бы показаться декларативным;, а мы имели в виду конкретное действие. Во всяком случае всему миру должно быть видно, что наше предложение не носит временного характера и не вызвано случайными конъюнктурными обстоятельствами, а является выражением нашей постоянной, бессрочной политики мира, существенным элементом которой является сохранение независимости представляемых вами молодых государств.

    Наша совместная с вами акция предпринята и завершена в обстановке обостряющегося изо дня в день международного положения. Об угрозе войны, нависшей над всеми пятью частями света, говорят и пишут изо дня в день, но о возможности и Средствах предотвращения этой надвигающейся катастрофы для человечества почти не слыхать. Правительства, государственные люди относятся к ней с каким-то фатализмом, как к чему-то совершенно неизбежному. Единственное, о чем они могут думать, — это лишь всеобщее довооружение, та гонка вооружений, которая и в прошлом не только не предотвращала войн, но их стимулировала. Пусть же скромный акт, подписанный нами сегодня, напомнит миру, что есть государства, которые свои международные задачи видят в укреплении мира или укреплении его хотя бы на том участке, где это в некоторой степени от них зависит.

    Я сказал — в некоторой степени, ибо и вне подписанного сегодня протокола остаются еще государства, политика которых также может влиять на сохранение мира на данном участке. Политика Советского государства будет и впредь направлена к тому, чтобы и эта государства приобщить к делу сохранения мира.

    Политические тревоги и угрозы войны в Европе вызываются в настоящее время спорами между соседними государствами в результате перехода отдельных провинций, частей территорий от одних государств к другим вследствие политических новообразований из этих территорий, недовольством договорами, оформившими эти территориальные перемещения. Советское государство этих споров не знает, оно пересмотра существующих договоров никогда не требовало и требовать не намерено. Советское государство, которому чужды шовинизм, национализм, расовые или национальные предрассудки, видит свои государственные задачи не в завоеваниях, не в экспансии, не в расширении территории, видит честь народа не в воспитании его в духе милитаризма и в жажде крови, а лишь в осуществлении того идеала, ради которого оно возникло и в котором оно видит весь смысл своего существования, а именно в построении социалистического общества. Этой работе оно намерено, если ему не помешают, посвятить все свои государственные силы, и это является неиссякаемым родником его политики мира. При перекличке государств, заинтересованных в сохранении и укреплении мира, оно всегда отвечает: «Есть». Та готовность^ с которой представляемые вами государства ответили на наше предложение, осуществленное в сегодняшнем протоколе, дает уверенность в том, что при подобных международных перекличках они в унисон с советским правительством всегда также готовы будут отвечать:? «Есть».

    РЕЧЬ НА ЧРЕЗВЫЧАЙНОЙ СЕССИИ СОВЕТА ЛИГИ НАЦИЙ ПО ВОПРОСУ О НАРУШЕНИИ ГЕРМАНИЕЙ ВЕРСАЛЬСКОГО ДОГОВОРА

    17 апреля 1935 г.

    Вопрос, поставленный перед нами в результате обращения французского правительства в Совет Лиги наций, не представляет одинакового формальною интереса для всех членов Лиги наций, но по существу несомненно заслуживает внимания как Совета Лиги наций, так и в целом всей Лиги.

    Мы вчера выслушали представителей государств, пбдпйоавц^их Версальский договор и ныне непосредственно задетых нарушением обязательств, принятых в отношении их. Я говорю, однако, от имени страны, которая не только не ответственна за Версальский договор, но и никогда не скрывала своею отрицательного отношения к этому договору в целом и к разоружению Германии в частности.

    Наше формальное отношение к данному вопросу состоит в том, что мы как члены Лиги наций и Совета Лиги имеем дело с фактом нарушения международного договора государством, формально числящимся еще членом Лиги. Это является согласно параграфу 2-му статьи 1-й устава Лиги нарушением этого устава, а следовательно, нарушением обязательств в отношении остальных членов Лиги, создавшим угрозу миру. Необходимость соблюдения всеми государствами своих международных обязательств занимает первое место в уставе Лиги, и это указывает на то огромное значение, которое придается этому обязательству. Иначе и не может быть, ибо одной из основ мира является соблюдение международных обязательств, имеющих непосредственное отношение к безопасности народов.

    Меня, однако, более интересует существо этого вопроса, нежели его формальная сторона, на которой с достаточной обстоятельностью останавливались другие члены Совета. Мы стоим на точке зрения равноправия народов и их бесспорного права на безопасность и на все средства, обеспечивающие эту безопасность. Все миролюбивые государства имеют право на вооружение для защиты своей безопасности.

    Однако, признавая равноправие в вооружениях, мы должны исходить из предположения, что это вооружение будет использовано исключительно в оборонительных целях, для защиты существующих границ и собственной безопасности.

    Но как быть, если в том или ином конкретном случае это предположение представляется сомнительным и когда, наоборот, есть опасения, что вооружение имеет целью не защиту, а нарушение границ, осуществление насильственными методами идеи реванша, нарушение безопасности соседних или отдаленных государств, нарушение всеобщего мира со всеми его трагическими последствиями?

    Как быть, если государство, требующее или берущее себе право на вооружение, находится под исключительным руководством людей, которые объявили во всеуслышание программу своей внешней политики, состоящую в политике не только реванша, но и безграничного завоевания чужих территорий и уничтожения независимости целых государств,— под руководством людей, которые открыто провозгласили эту программу и не только не отрекаются от нее, но непрестанно распространяют эту программу, воспитывая на ней свой народ? Как быть в тех случаях, когда государство, имея такую программу своих вождей, отказывается давать какие бы то ни было гарантии неосуществления этой программы, гарантии безопасности своих соседей, дальних или близких, — гарантии, которые готовы дать другие государства, даже свободные от всяких подозрений в агрессивности? Можно ли закрывать глаза на подобные факты? Ясно, что такие случаи заслуживают особою отношения к себе.

    Я позволю себе для пояснения своей мысли прибегнуть к следующей иллюстрации. Если в каком-либо городе допускается ношение оружия частными гражданами, то, абстрактно говоря, это право должно быть обеспечено за всеми жителями данною города. Но допустим, что какой-либо гражданин открыто нападает на жителей соседних или дальних улиц и будет уничтожать их дома. Муниципалитет вряд ли поспешил бы выдать этому гражданину разрешение на ношение оружия или спокойно отнесся бы к тому, что незаконным путем он раздобыл себе это оружие. Вряд ли могли бы быть приняты во внимание какие-либо обещания воинственною гражданина щадить некоторые кварталы юрода и оставлять за собой и за своим оружием свободу действий только в остальных кварталах. Муниципалитет обязан охранять спокойствие всех кварталов. К тому же гражданин, способный в нарушение законов нападать-на своих сограждан, может позволить себе нарушить свои обещания в отношении точки применения своих угроз. Город поэтому по меньшей мере потребовал бы от него прежде всего действительных гарантий хорошею поведения, в особенности могли бы на этом настаивать жители тех кварталов, в отношении которых воинственный гражданин требует себе свободы действий, и от них.во всяком случае меньше всего можно было бы ожидать, что они выступят в оправдание незаконною приобретения им оружия во имя абстрактного принципа равноправия.

    Сказанное мною относительно одною юрода применимо, конечно, и к международной жизни. Лига наций, призванная охранять спокойствие международной жизци во всех частях света, не может пройти мимо явлений, создавших угрозу этому спокойствию.

    Мы были бы рады, если бы могли обсуждать стоящий перед нами вопрос в присутствии и с участием представителя заинтересованного государства. Мы были бы рады услышать от него официальное заявление об отказе от программы насильствецного реванша и завоеваний, о его готовности принять вместе с нами участие в коллективном обеспечении безопасности всех государств, включая и его самого, общих действительных гарантий ненарушения всеобщего мира. К сожалению, это пока лишь неосуществленное пожелание, и мы из этого должны сделать свои выводы, и эти выводы, а не только формальные мотивы, определяют мое отношение к внесенной резолюции. Это отношение ни в коей мере не является оправданием нарушенного Версальского договора и отдельных его постановлений. Нет! Оно является выражением стремления моего правительства содействовать созданию такого международного порядка, при котором максимально затруднилось бы нарушение мира, ведущее к подобным договорам.

    РЕЧЬ О СОЗДАНИИ ПОДЛИННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ В ЕВРОПЕ НА СЕССИИ СОВЕТА ЛИГИ НАЦИЙ В ЛОНДОНЕ

    17 марта 1936 г.

    Защита международных договоров — основной долг Лиги наций

    За короткий срок полуторагодичного пребывания Советского Союза в Лиге наций его представителю в Совете Лиги приходится сегодня в третий раз выступать по поводу нарушения международных обязательств: в первый раз по поводу нарушения Германией военных статей Версальского договора, во второй раз в связи с итало-абиссинским конфликтом и сегодня вследствие одностороннего нарушения Германией как Версальского, так и Локарнского пактов. Во всех трех случаях Советский Союз либо формально не заинтересован вследствие своего неучастия в нарушенных договорах, как Версальский и Локарнский, либо, как в случае с итало-абиссинским конфликтом, его собственные интересы ни в малейшей мере не были задеты. Эти .обстоятельства не мешалдо в (прошлом) и не помешают в данном случае представителю Советского Союза найти свое место в числе ¡тех членов Совета, которые наиболее решительным образом запротоколируют свое возмущение нарушением международных обязательств, осудят его и ‘присоединятся к наиболее эффективным средствам предотвращения подобных нарушений в дальнейшем.

    Такая позиция Советского Союза определяется его общей политикой борьбы за мир, за коллективную организацию безопасности и за сохранение одного из инструментов мира — существующей Лиги наций. Мы считаем, что нельзя бороться за мир, не отстаивая в то же время ненарушимости Международных обязательств, в особенности таких, которые непосредственно касаются сохранения существующих границ, вооружений и политической или военной агрессии. Нельзя 'бороться за коллективную организацию безопасности, не принимая коллективных мер против нарушения Международных обязательств. Мы не 'считаем, однако, такой мерой коллективную капитуляцию перед лицом'агрессора, перед лицом нарушения договоров или коллективное поощрение таких нарушений и тем менее коллективное согласие на премирование агрессора путем принятия угодной и выгодной агрессору базы соглашения или других планов. Нельзя сохранить Лигу наций, основанную на святости международных договоров, в Том числе самого пакта Лиги, проходя мимо нарушения этих договоров или отделываясь словесными протестами и не принимая более действительных мер в защиту международных договоров. Нельзя сохранить Лигу наций, если 'она не будет выполнять своих собственных постановлений, а приучит агрессоров не считаться ни с какими ее рекомендациями, ни с какими ее предостережениями, ни с какими её угрозами» Такую 'Лигу наций никто не будет принимать всерьез. Резолюции такой Лиги станут 'Только посмешищем. Такая Лига не нужна. Скажу больше — такая Лига может быть даже вредна — вредна потому, что она может 'убйЮкивать народы, создать у них иллюзии, которые помешают им -самим заблаговременно принимать необходимые меры самообороны.

    Ответственность Лиги наций и ее руководящего органа — Совета—• тем больше, чем проще обсуждаемое нарушение международных обязательств. Характерной чертой всех трех случаев, о'которых я только что говорил, является их простота — простота в том смысле, что установление самих фактов нарушения международных обязательств не представляло никаких затруднений и не могло вызвать ни споров, ни разногласий. Говоря об отсутствии споров и разногласий, я, конечно, не имею в виду само государство, обвиняемое в нарушении договора, которое, естественно, всегда будет если не оспаривать нарушение, то придумывать всяческие аргументы для оправдания своего поступка. Невозможно мыслить себе такой случай, когда такое государство заявит открыто, что никаких оправданий у него нет и что виновато только оно и никто больше.

    Обсуждаемый в настоящей сессии Совета вопрос даже превосходит предыдущие случаи своей простотой в указанном смысле. Здесь налицо не только нарушение договоров по существу, но и игнорирование специального пункта договора, который предусматривает способ разрешения могущих возникнуть споров в случае мнимого или действительного нарушения договора. Но прежде чем высказать окончательное суждение о действиях Германии, я считаю справедливым учесть все сказанное г. Гитлером в оправдание этих действий или для смягчения значения проступка.

    Германское правительство утверждает, что Франция первая нарушила по духу и букве Локарнский договор заключением пакта о взаимной помощи с Советским Союзом. Оно обратилось за разъяснением к другим локарнским державам, а именно к Великобритании и Италии. Надо полагать, что если бы эти державы согласились с германским тезисом о несовместимости советско-французского пакта с Локарнским договором, то Германия полностью использовала бы их заключение. Но так как эти державы пришли к другому заключению, то Германия безапелляционно заявляет, что Франция, Великобритания, Италия, Бельгия, т. е. остальные локарнские державы, неправильно толкуют Локарнский договор и что единственно правильное толкование — ее собственное. Это, несомненно, чрезвычайно удобный способ разрешения спорных международных вопросов, когда страна, убежденная в несправедливости своего дела, возлагает на себя функции судьи в своем собственном деле и затем судебного пристава.

    Советско-французский пакт совместим с Локарнским договором

    Несостоятельность германского утверждения о несовместимости с Локарнским договором советско-французского пакта с абсолютной ясностью вытекает из совершенно оборонительного характера этого пакта. Всему миру известно, что ни Советский Союз, ни Франция никаких территориальных претензий на германские земли не имеют, к изменению границ Германии не стремятся. Если Германия не совершит агрессии ни против Франции, ни против Советского Союза, то пакт никогда не будет приведен в действие. Если же Советский Союз сделается жертвой нападения со стороны Германии, то Локарнский договор дает неоспоримое право Франции как члену Лиги притти Советскому Союзу на помощь.

    Безошибочное определение агрессора в этом случае дает отсутствие общей границы между Германией и Советским Союзом. Если германские вооруженные силы выйдут за пределы собственной страны, пройдут разделяющие обе страны государства и моря, чтобы напасть на территорию Советского Союза, то германская агрессия будет совершенно очевидной, и наоборот. Это вполне ясно и германскому правительству, поэтому оно спешит призвать на помощь далеко идущую гипотезу об изменении социального строя во Франции, что лишь подчеркивает искусственность и натянутость германской аргументации о несовместимости советско-французского пакта с Локарнским договором.

    Не полагаясь на силу и убедительность подобной аргументации, само германское правительство выдвигает другое оправдание своим действиям. Оно заявляет, что демилитаризация Рейнской зоны сама по себе несправедлива, противоречит принципу равноправия государств и подвергает опасности неприкосновенность германской границы. Такая аргументация звучит как будто убедительнее и во всяком случае искреннее, чем софистика касательно созетско-французского пакта. Чтобы разобрать детально этот аргумент, мне пришлось бы повторить здесь то, что я говорил в Совете Лиги 17 апреля 1935 г. при обсуждении жалобы французского правительства на нарушение германским правительством международных обязательств касательно вооружений. Лига наций как учреждение политическое, ставящее себе задачей организацию и укрепление мира, не может разрешать вопросы, а тем менее оправдывать нарушения международных обязательств с точки зрения абстрактных принципов. Критерием для решений Лиги должно быть раньше всего соответствие того или иного решения задаче наилучшей организации мира. Значительное число членов Лиги, среди которых тогда Советского Союза не было, считало в 1919 и 1925 гг., что этой задаче соответствует демилитаризация Рейнской зоны. Я не думаю, чтобы изменения, которые произошли с тек пор в идеологии и внешней политике Германии, позволили утверждать, что в настоящее время мир в Европе выиграет от ремилитаризации Рейнской зон&, тем более совершенной односторонне, в нарушение добровольно принятых на себя Германией обязательств. Не позволяют этого утверждать ни внешняя политика нынешнего германского правительства, ни начатая и непрекра-щающаяся за последние три года в Германии проповедь агрессии и меж-дународной ненависти и глорификации духа войны.

    Я не стану отнимать ваше время соответственными цитатами из германской периодической печати, из германских учебников, германских научных трудов, германских песенников,—я позволю себе только напомнить вам политическое завещание нынешнего правителя Германии, которое вы найдете на 754-й странице второго тома мюнхенского немецкого издания 1934 г. книги «Моя борьба»:

    «Политическое завещание немецкой нации в сфере ее внешней деятельности будет и должно навсегда гласить: не допускайте никогда возникновения двух континентальных держав) в Европе. В каждой попытке организации на германских границах второй военной державы, будь то хотя бы в форме образования способного стать военной державой государства, — вы должны видеть нападение на Германию и считать не только своим правом, но и своей обязанностью воспрепятствовать возникновению такого государства всеми средствами вплоть до употребления силы оружия, а если такое государство уже возникло, то снова его разбить».

    Бот, господа, для каких целей Германии требуется ремилитаризация примыкающей к Франции Рейнской зоны. Речь идет о создании гегемонии Германии на всем европейском континенте, и я спрашиваю: должна ли и будет ли Лига наций потворствовать осуществлению этой задачи? Я вам читал не случайную статью в газетах, а документ, который автор сам характеризует как политическое завещание нынешнего правителя Германии, который дает квинтэссенцию всей его внешней политики. Какое значение имеют наряду с этим документом отдельные политические речи и заявления, произнесенные с политической целью в тот или иной момент, приспособленные к психологии части того или иного народа для достижения определенных временных целей? Такие речи и заяадения находятся в таком же отношении к прочитанному мною основному документу, как временное тактическое прекращение стрельбы на одном участке театра военных действий к основной стратегической цели всей кампании.

    Никто не угрожает Германии

    Что касается защиты Германии, то если есть какое-либо государство в мире, которому не угрожает никакая внешняя опасность, так это Германия. Я не знаю ни одну страну, которая предъявляла бы какие-либо территориальные претензии к Германии, не знаю литературы, которая содержала бы проповедь похода против Германии. Нападения на государство не происходят и не могут происходить без предварительной подготовки, без предварительного предъявления территориальных или иных притязаний, обоснования этих притязаний и воспитания народа в 'духе осуществления тех же притязаний. Такой подготовки нет ни в одной стране, нет поэтому и мысли об окружении Германии. В тот день, когда исчезло бы всякое сомнение в миролюбии Германии, в ее искренней готовности сотрудничать с другими европейскими народами в деле организации мира, когда она перестала бы отказываться дать те самые гарантии своего миролюбия, которые охотно дают другие европейские народы, представитель Советского Союза, всегда отстаивавшего равноправие народов, как больших, так и малых, но равноправие в мире, и продолжающего питать глубокое уважение и горячие симпатии к вели-« кому германскому народу, первый поддержал бы протест против навязывания ему какого бы то ни было неравноправия, против лишения его каких бы то ни было средств вооружения, которыми обладают другие народы.

    Я 'разобрал оба аргумента германского правительства, приведенные им в оправдание совершенного нарушения международных обязательств. Оно не ограничилось, однако, этими оправданиями. Оно, повидимому, само не уверено в их убедительности, оно само сознает, что пробило брешь в существующей системе организации мира, и пытается поэтому, создать впечатление готовности исправить совершенное зло, предлагая новую схему якобы еще лучшей организации мира.

    Может поэтому возникнуть вопрос: раз организация мира не только не пострадает, но даже выиграет, то не «следует ли нам пройти мимо какого-то формального нарушения международных договоров и стоит ли в таком случае констатировать эго нарушение и выносить ему суждение? В интересах беспристрастности я позволю себе самым кратким образом коснуться и этой стороны вопроса.

    Я знаю, что есть люди, которые действительно усматривают особое проявление миролюбия со стороны Германии в предложении Франции и Бельгии пакта о ненападении на 25 лет под гарантией Англии и Италии. Такие люди теряют при этом из виду, что такой же пакт о ненападении с такими же гарантиями, причем не на 25 лет, а без ограничения срока, представлял собой только что разорванный1 Германией Локарнский договор, с той лишь разницей, что последний включил в себя дополнительные гарантии для Франции и Бельгии в виде демилитаризованной Рейнской зоны. Таким образом, мнимое новое предложение Германии сводится к сохранению в силе Локарнскою договора с сокращением ею срока и с уменьшением тех гарантий для Бельгии и Франции, которыми они пользовались в силу старою Локарнскою договора. Но те ограниченные гарантии, которые теперь предлагает г. Гитлер, гаранты Локарнского договора могут, если они этого захотят, предоставить Франции и Бельгии и без согласия Германии. Таким образом, предложение г. Гитлера имеет тот смысл, что он, лишив Францию и Бельгию некоторых гарантий, которые им давал Локарнский договор, хочет сохранить за Германией всю полноту выгоды от этою договора.

    Этим, однако, не исчерпывается «миролюбие» г. Гитлера. ‘Он готов заключить пакты о ненападении не только с Францией и Бельгией, но и с другими своими соседями, правда, без чьих-либо гарантий. Советский Союз сам заключил пакты ненападения со всеми своими соседями (исключая Японию, которая пакт отвергает до сих пор). Он, однако, всегда придавал большое значение тому, чтобы эти пакты не облегчали агрессии против третьих стран. Мы поэтому всегда включаем в такие пакты специальную статью, освобождающую сторону от всяких обязательств по пакту в том случае, если другая сторона совершит агрессию против третьего государства. Такая статья, однако, в предлагаемых г. Гитлером пактах указанного им образца будет отсутствовать. А без такой статьи предлагаемая система пактов сводится к проповедываемому г. Гитлером принципу локализации войны. Каждое государство, подписавшее такой пакт с Германией, ею иммобилизуется в случае нападения Германии на третье государство.

    Это предложение г. Гитлера создает у меня впечатление, что мы имеем дело с новой попыткой деления Европы на две или несколько частей, с тем чтобы, гарантировав ненападение на одну часть, получить свободу рук для расправы с другой частью Европы. Как мне каждый раз приходилось указывать в Женеве, такая система пактов может лишь увеличить безопасность агрессора, а не ‘безопасность миролюбивых народов.

    Политика коллективной безопасности против политики меча

    Предполагая, однако, что перечисленные мною «миролюбивые» предложения не будут сочтены достаточной компенсацией за нарушение международных законов, Германия изъявляет готовность вернуться в Лцгу наций. Вместе с другими членами 'Лиги мы всегда искренно сожалели о неполноте Лиги, об отсутствии в ней некоторых великих стран, в частности Германии. Мы будем приветствовать возвращение в ее лоно и гитлеровской Германии, если мы будем убеждены в признании ею основных принципов, на которых покоится Лига и без которых она не только перестала бы быть инструментом 1 мира, но эвентуально могла бы преобразоваться в ею противоположность. К этим принципам в первую очередь относится соблюдение международных договоров, уважение и ненарушение существующих границ, признание равноправия всех членов Лиги, поддержка коллективной организации безопасности, отказ от разрешения международных споров мечом.

    В настоящий момент, к сожалению, слишком свежи в нашей памяти случаи одностороннего нарушения Германией ее международных обязательств и отказа подчиниться п р еду смотренным в международных договорах способам разрешения конфликта. Мы не забыли еще, что до самой последней минуты г. Гитлер в самой категорической форме боролся с идеей коллективной безопасности. Он проповедует 'принцип неравноправия не только рас, но и народов. Он недвусмысленно указывает на те земли, которые насильственно должны быть отобраны у других народов для германской колонизации. Мы знаем, что сравнительно недавно, а именно 28 мая 1931 г., в своей газете «Ангрифф» один из главных соратников Гитлера, г. Геббельс, писал, что «единственным инструментом, с которым исключительно только и можно делать внешнюю политику, является меч», и что г. Гитлер писал 9 декабря 1930 г. в (официальном органе его партии «Фелькишер Беобахтер», что «в конечном счете меч будет все решать». Наконец, я должен напомнить уже процитированное мною политическое завещание г. Гитлера, в котором рекомендуется германскому народу не допускать существования рядом с Германией других сильных государств и эвентуально уничтожать их. Мы не можем отделаться от опасения, что член Лиги наций, исповедующий подобные принципы, будет иметь возможность саботировать наиболее ценную часть деятельности Лиги наций, направленную к организации мира и к укреплению безопасности всех ее членов. Только когда мы получим убедительное доказательство, что наши опасения и сомнения впредь будут безосновательны, мы будем считать возвращение гитлеровской Германии в Лигу вкладом в дело мира.

    Проанализировав всю совокупность предложений г. Гитлера, я прихожу к заключению, что они не только не компенсировали бы вреда, который был бы нанесен организации мира прощением нарушений международных договоров, но и сами по себе нанесли бы удар по организации мира и в первую очередь по Лиге наций.

    Я позволил себе, господа, высказать свои мысли с полной откровенностью. Мне это было легче сделать, чем другим моим коллегам, ввиду того что та манера, с которой г. Гитлер позволяет себе говорить публично о представляемом мною государстве, освобождает меня от необходимости прибегать к замалчиванию и дипломатическим условностям. Я тем больше права имел это сделать, что весь смысл выступлений г. Гитлера и его предложений в области международной политики сводится к организации похода против народов представляемого мною государства, к объединению против них всей Европы, всего мира. Пусть его агрессия фактически метит на ближайшее время в другие страны, пусть его атаки на Советский Союз являются лишь дымовой завесой для подготовки агрессии против других государств, но уже то обстоятельство, что он выбирает для этой цели мишенью своих беспрестанных атак Советский Союз и что он это сделал опять в связи с нарушением Локарнского договора, дает мне право открыто и с особой силой говорить о сущности агрессивной внешней политики г. Гитлера. Я выражаю при этом твердую уверенность в том, что ныне делаемые г. Гитлером предложения, вытекающие из такой его внешней политики, никогда не станут в их нынешнем виде базой соглашения между другими членами Лиги.

    СССР поддержит мероприятия Лиги наций

    Прежде чем кончить, я позволю себе выразить надежду, что я буду правильно понят и что из сказанного мною не будут делать выводов, что Советский Союз предлагает только констатацию, осуждение, строгие меры и высказывается против всяческих переговоров и мирного разрешения возникшего серьезного конфликта. Подобные выводы дали бы совершенно ложное представление о нашей концепции. Мы не менее, а более других заинтересованы в неиарушении мира как сегодня, так и на следующие десятилетия, и не в одном только участке Европы, а во всей Европе и во всем мире. Мы решительно против всего, что могло бы приблизить войну хотя бы на один месяц, но мы также против скороспелых решений, продиктованных скорее страхом и другими эмоциями, чем трезвым учетом реальности, — решений, которые, якобы устраняя причины для мнимой войны сегодня, создадут все предпосылки для действительной войны на завтра.

    Мы стоим за международное соглашение, которое не только упрочило бы существующие устои мира, но и, если возможно, создало бы новые. Мы стоим за участие в таком соглашении всех стран, которые этого желают. Мы возражаем против того, чтобы уход из Лиги наций, грубое нарушение международных договоров и бряцание оружием создали бы государству привилегию диктовать всей Европе свои условия переговоров, выбирать по своему усмотрению участников переговоров и навязывать свою схему соглашения. Мы против того, чтобы переговоры велись на основе, которая дезорганизует ряды искренних сторонников мира и которая должна неизбежно 'привести к разрушению единственной межгосударственной политической организации— Лиги наций. Мы полагаем, что искренние сторонники мира имеют не меньше, чем нарушители договоров, право предлагать свою схему организации европейского мира. Мы за создание безопасности всем народам Европы против полумира, который не есть мир, а война.

    Но к каким бы новым международным соглашениям мы ни хотели бы притти, мы должны раньше всего обеспечить их лойяльное выполнение всеми участниками, и Совет Лиги должен сказать, как он относится к односторонним нарушениям подобных соглашений и как он намерен и может на них реагировать. !С этой точки зрения всемерное удовлетворение жалобы французского и бельгийского правительств приобретает сугубое значение. Учитывая это, я от имени своего правительства заявляю о его готовности принять участие во всех мероприятиях, которые будут предложены Совету Лиги локарнскими державами и будут приемлемыми для других членов Совета.

    РЕЧЬ НА XVI ПЛЕНУМЕ ЛИГИ НАЦИЙ О НЕДЕЛИМОМ МИРЕ И УКРЕПЛЕНИИ КОЛЛЕКТИВНОЙ

    БЕЗОПАСНОСТИ 1 июля 1936 г.

    Мы собрались здесь, чтобы дописать страницу истории Лиги наций, истории международной жизни, которую невозможно будет читать без чувства горечи. :Мы должны ликвидировать акцию, начатую во исполнение наших обязанностей как членов Лиги по гарантированию независимости одному из ‘наших сочленов, но не доведенную до конца. Каждый из нас должен чувствовать свою меру ответственности и вины, которая не для всех одинакова и которая зависит не только от того, что каждый из нас сделал фактически, но и от меры ею готовности поддержать всякую общую акцию, требовавшуюся обстоятельствами.

    Позиция СССР в итало-абиссинском конфликте

    Высказывая это, я должен заявить, что представляемое мною правительство с самою начала итало-абиссинского конфликта заняло совершенно ясную и твердую позицию, вытекавшую отнюдь не нз ею собственных интересов или из ею взаимоотношений с воюющими сторонами, а исключительно из его понимания принципа коллективной безопасности, международной солидарности, статута Лиги и налагаемых на нею этим статутом обязательств.

    Народы Советскою Союза не испытывают ничего иного к итальянскому народу, кроме высокою уважения и симпатий. Они заинтересованы в беспрерывном развитии и укреплении существовавших политических, экономических и культурных взаимоотношений с Италией. Тем не менее, советское правительство изъявило готовность участвовать в общих международных действиях против Италии, в защиту страны, с которой у него не было даже никаких отношений — ни формальных, ни фактических. Оно вынуждено было сказать себе: Платон — мой друг, но международная солидарность, 'йринцип коллективной безопасности, на котором мир в настоящее время зиждется, верность международным обязательствам должны на время заглушить голос дружбы. С тех пор на всех этапах обсуждения итало-абиссинского конфликта мое правительство заявило, что оно будет участвовать во всех акциях, предусмотренных статутом, принятых и выполняемых сообща остальными членами Лиги. Все постановления Комитета координации выполнялись моим правительством без исключения и с полной лойяльностью.

    После оккупации Абиссинии

    Однако раньше, чем можно было ожидать, наступил момент, шгда стала совершенно ясна необходимость пересмотра принятых в Женеве мероприятий с точки зрения их дальнейшей целесообразности, а именно когда сопротивление храбрых абиссинских войск было сломлено, император и правительство Абиссинии ¡покинули свою территорию и значительная часть территории была занята итальянской армией. Представлялось несомненным, что одними экономическими санкциями нет возможности вытеснить итальянскую армию из Абиссинии и вернуть последней независимость и что такая цель могла бы быть достигнута лишь более серьезными санкциями, вплоть до военных. Вопрос о таких мерах мог бы быть поставлен лишь в том случае, если бы нашлось одно или несколько государств, которые в силу своего географического положения и особых интересов согласились принять на себя главный удар В военном столкновении. Таких государств среди нас не оказалось, а если бы они и нашлись, то остальные государства, прежде чем решиться на то или иное соучастие в серьезных мероприятиях, потребовали бы гарантии, что на аналогичные общие действия можно рассчитывать и в других случаях подавления агрессора, Такие гарантии были тем более необходимы, что некоторые действия и выступления одного европейского государства, агрессивные намерения которого не вызывают никаких сомнений и провозглашаются даже им самим, указывали на усиливающиеся темпы подготовки агрессии более чем в одном направлении. Отношение некоторых стран к этим действиям и милостивое обращение с их авторами поколебали уверенность в немедленном получении тех гарантий, о которых я трлько что говорил. При этих обстоятельствах я !еЩе во время майской сессии Совета Лиги пришел к заключению о бесполезности дальнейшего применения к Италии экономических санкций и невозможности оказать, этим путем Абиссинии какую-либо практическую помощь. К этому заключению, повидимому, пришли дочти все члены Лиги.

    Я говорю о необходимости для каждого члена Лиги отдать себе ныне отчет в своей индивидуальной ответственности за неуспех общей акции по защите независимости сочлена Лиги, потому что как вне Лиги, так и в самой Лиге заметны попытки приписать этот неуспех пакту Лиги, его несовершенствам и нынешнему составу Лиги. Отсюда делаются далеко идущие выводы, которые могут привести к тому, что вместе с независимостью Абиссинии окажется похороненной и сама Лига, Подобные попытки и выводы должны быть решительно отвергнуты.

    Как осуществлялись санкции

    Мы находимся перед лицом факта, что Лига наций не смогла обеспечить одному из своих сочленов в соответствии со статьей 10 устава его территориальную неприкосновенность и политическую независимость и ныне в состоянии лишь выразить ему платоническое сочувствие. Мы не можем п-ройти спокойно и равнодушно мимо этого вопиющего факта, мы должны;проанализировать его и извлечь из него все нужные уроки, чтобы предупредить: подобные случаи в дальнейшем. Некоторые предлагают, однако, слишком простое средство, говоря: устраните совершенно статью 10, освободитесь от обязательств по гарантированию неприкосновенности территории и: независимости членам Лиги, и тогда нельзя будет никогда упрекать Лигу наций в банкротстве. Ошибкой они считают и то, что Лига вообще пытается останавливать агрессию и защищать своих членов. Так рассуждать могут лишь люди, в принципе отрицающие коллективную безопасность, отрицающие основную функцию Лиги и весь резон д’етр (смысл) ее создания и существования. С такими людьми спорить не приходится. Те же, которые признают принцип коллективной безопасности, которые продолжают видеть в статуте

    Лиги инструмент мира, могли бы нападать на статут в том лишь случае, если бы они доказали, что либо статут не предусматривает достаточно эффективных мер для поддержания статьи 10 или же что все такие меры в данном конкретном случае были полностью использованы и все же не достигли своей цели. Но доказать это они не смогут.

    Я утверждаю, что статья 16 снабдила Лигу наций столь мощным оружием, что в случае полного пуска его в ход всякая агрессия может быть сломлена. Более того, одно убеждение в возможности пуска его в ход может отбить у агрессора охоту привести в исполнение свои преступные замыслы. Печальный опыт итало-абиссинского конфликта менее всего противоречит этому утверждению. В данном случае потому ли, что это был первый опыт применения коллективных мер, потому ли, что некоторые считали, что этот случай имеет специфические черты, потому ли, что он совпал с подготовкой в другом месте более крупной агрессии, которой Европе приходилось уделять особое внимание, по другим ли причинам, но факт тот, что не только не был пущен в ход здесь грозный механизм статьи 16, но с самого начала проявлено было стремление ограничиться минимальными мерами. Даже экономические санкции были ограничены в объема и в действии. И в этом ограниченном объеме санкции применялись не всеми членами Лиги.

    Четыре члена Лиги с самого начала отказались применять какие бы то ни было санкции. Один член Лиги, граничащий с Италией, отказался применять наиболее действенную санкцию, а именно запрещение импорта из Италии. А из тех стран, которые принципиальных возражений против санкций не высказывали, некоторые фактически не применяли всех санкций со ссылкой на конституционные препятствия, необходимость изучения и т. д. Таким образом, даже эмбарго на оружие не применяли семь членов Лиги, финансовых мер — восемь стран, запрещения экспорта в Италию — десять стран, запрещения импорта из Италии — тринадцать стран, т. е. 25 о/о общего числа членов Лиги. Можно сказать, латиноамериканские страны, за немногими исключениями, наиболее действенных санкций фактически не применяли вовсе. Я этого отнюдь не говорю кому-либо в упрек, а исключительно ради подкрепления моего положения. Далее, предложение о лишении или ограничении возможности противодействия санкциям со стороны некоторых нечленов Лиги, — предложение, которое возможно было практически осуществить, не было одобрено Комитетом координации.

    При всех этих ограничениях санкции могли бы дать эффект лишь в случае более продолжительного их применения и наряду с военным сопротивлением самой Абиссинии. Последнее, однако, было сломлено гораздо раньше, чем этого наиболее осведомленные наши информаторы ожидали. При таких обстоятельствах можно говорить, что члены Лиги наций по тем или иным причинам не захотели пустить в ход статью 16 полностью, из чего отнюдь не следует, что сама статья 16 оказалась несостоятельной.

    Международная солидарность или поощрение агрессии

    Некоторые склонны объяснять неуспех акции Лиги ее недостаточной универсальностью, отсутствием в ней некоторых стран. Мы видим, однако, что не все члены Лиги участвовали в санкциях. Нет оснований 23ожидать, что к санкциям примкнули бы те государства, которые вышли из Лиги вследствие отрицания ими основ Лиги й наличия в уставе статей 10 и 16. Их присутствие в Лиге способствовало бы лишь большему расстройству наших рядов и действовало бы скорее деморализующе. С другой стороны, мы видим на примере США, что Лига наций может, иногда рассчитывать в применении статьи 16 на сотрудничество и не-членов Лиги и тем вернее рассчитывать, чем энергичнее она сама выступает. Таким образом, мы видим, что не в совершенствах статута Лиги и не в отсутствии универсальности надо искать причины недостаточности оказанной Абиссинии помощи.

    Мы слышали в Женеве и другую аргументацию. Пусть, говорят, статут Лиги совершенно безупречен, пусть вина лежит на членах Лиги; отдельных людях, — но не указывает ли это на дисгармонию между статутом и умонастроением людей, призванных выполнять его, и не следует ли уже по этому одному приспособить пакт к их умонастроению, или же, как иногда говорят, к «действительности»? Но и такой довод несостоятелен. Дело в том, что ведь и люди бывают разные и даже в одной и той же стране не все государственные деятели думают на этот счет одинаково. К чьему же умонастроению должен быть приспособлен статут? Тех ли, кто стоит на точке зрения последовательной, коллективной защиты безопасности, кто высший интерес всех народов видит в сохранении всеобщею мира, кто считает, что в конечном счете этого требуют интересы каждою государства и что этою можно достигнуть только путем принесения в жертву коллективу наций своих временных интересов, и кто готов даже предоставить в распоряжение э.ого коллектива часть своих собственных вооруженных сил? Тех ли, кто в принципе клянется принципом коллективной безопасности, но на практике готов проводить ею только, когда с этим совпадают интересы» его собственной страны, или же тех, кто в принципе отрицает коллективную безопасность, международную солидарность заменяет лозунгом «спасайся кто может», проповедует локализацию войны и самую войну провозглашает высшим проявлением человеческого духа? Я боюсь, что именно эту категорию людей имеют в виду те, кто аргументирует от необходимости приспособления или, я сказал бы, принижения статута, ибо они этот свой аргумент подкрепляют указанием на возможное возвращение таким образом в Лигу покинувших ее членов. Нам предлагают вернуть во что бы то ни стало в Лигу государства, которые покинули ее только потому, что они видят в уставе Лиги, в статьях 10 и 16, в санкциях, препятствия к выполнению своих агрессивных замыслов. И вот нам говорят: выкинем из устава статью 10, выкинем статью 16; откажемся от санкций, отвергнем коллективную безопасность, и тогда в нашу среду смогут вернуться и бывшие члены Лиги, и Лига станет универсальной, иначе говоря: сделаем Лигу безопасной для агрессоров. Я говорю, что нам не .нужно Лиги, безопасной для агрессоров, не нужно нам такой Лиги, даже универсальной, ибо такая Лига из орудия мира превратится в его противоположность. В лучшем случае, лишив Лигу функции коллективной защиты, мы превратили бы ее в дискуссионный клуб, в благотворительное учреждение, недостойное названия Лиги наций, недостойное тех средств, которые на нее тратятся, и не отвечающее тем чаяниям и надеждам, которые на нее возлагаются.

    Со своей стороны, я предлагал бы приспособить статут не к умонастроению той или Иной отдельной категории людей, тех или иных государственных деятелей, тех или иных временных правителей, а X умонастроению миллионных народных масс всех стран и всех континентов, тех, кто достойно называется человечеством и кто Требует во что бы то ни стало сохранения мира й защиты его всеми средствами. Не принижать статут мы должны!, а воспитывать и поднимать‘людей до его высоких идей. Мы должны стремиться к универсализму Лиги, но ради этого отнюдь Не делать ее безопасной для агрессора. Наоборот, все новые и желающие вернуться В нее старые члены должны читать на ее фронтоне: всякий, входящий сюда, Да оставляет всякие надежды на агрессию и безнаказанность ее.

    Уточнить и усилить пакт Лиги наций

    Будем же откровенны. Лига наций переживает сейчас отнюдь не свою первую неудачу. Былй не менее, а более разительные случаи военных Нападений одних членов ЛйГй на Других, когда Лйга совершенно не реагировала, оставив жертву агрессий с глазу на глаз в неравном бою с агрессором. Однако тогда вопрос Не ставйЛСя о негодности статута или о пересмотре его. Если тогда для этого не было оснований, то меньше их теперь. Что до меня, то я предпочитаю Лигу, пытающуюся оказать хоть какую-нибудь помощь жертве агрессии, которая оказалась недействительной, — Лиге, которая На агрессию Закрывает глаза и равнодушно проходит мимо.

    Я считаю, что нынешняя Лйга, когда, вместо того чтобы, как в других случаях, заниматься исключительно Перебрасыванием обсуждения конфликта из комитетов в подкомитеты и посылкой комиссий расследования, подавляющее большинство ее членов, не останавливаясь перед большими материальными жертвами, оказали помощь подвергнувшемуся нападению сочлену, хотя и безуспешную, сделала огромный шаг вперед по сравнению с прошлым. Иными словами, умонастроение членов Лиги, по сравнению со случаями, мною указанными, поднялось на несколько ступенек. Это позволяет нам надеяться, что в следующем случае умонастроение членов Лиги поднимется до предельного уровня идей Лиги и жертва будет полностью вырвана из рук агрессора.

    Я далек от идеализации статута. Его несовершенства заключаются! не столько в его статьях, сколько в недомолвках и неясностях. Говорить приходится Поэтому не о реформе Статута, а об его уточнении и »об его усилении. Большим пробелом я: считаю отсутствие в пакте определения агрессии, которое облегчило в йтало-абйссййском конфликте некоторым членам Лиги с самого начала отказ от участия в санкциях. Нет ясности в вопросе о Том, какой орган Лиги констатирует агрессию. Нет ясности в вопросе об обязательности постановлений органов Лигй в деле санкций. Должно быть покончено с положением, когда ссылки на суверенность и на конституционные формальности служат препятствием к выполнению международных обязательств.

    Статья 16 должна остаться нетронутой. Экономические санкций должны оставаться обязательными для всех членов Лиги. Только при обязательности санкций исчезнет недоверие, исчезнет опасение, что если в одном случае одни государства, не заинтересованные непосредственно в конфликте, принесут значительные жертвы, то в другом случае другие незаинтересованные государства поступят менее идеалистически. Нужна уверенность в том, что во всех случаях агрессии, независимо от степени заинтересованности в конфликте, санкции будут применяться всеми, и это может быть достигнуто лишь при обязательности их. Я считаю это обстоятельство главной причиной неудачи Лиги в итало-абиссинском конфликте. Можно мыслить себе отдельные, правда редкие, случаи, когда агрессию можно остановить одними экономическими санкциями, но я признаю, что в большинстве случаев экономические санкции должны итти параллельно с военными. В идеальной Лиге наций должны были бы быть обязательными для всех и военные санкции. Но если мы до таких высот международной солидарности подняться еще не можем, то следует позаботиться, чтобы все континенты, а для начала хотя бы вся Европа, были покрыты сетью региональных пактов, в силу которых отдельные группы государств обязывались бы защищать от агрессора определенные участки, причем выполнение этих региональных обязательств считалось бы равносильным выполнению обязательств по пакту и пользовалось бы полной поддержкой всех членов Лиги наций. Эти региональные пакты должны не заменять собой, а дополнять статут Лиги, иначе они свелись бы к довоенным групповым союзам. Вот в каких направлениях я мыслю себе усовершенствование и усиление Лиги наций, и советское правительство готово полностью сотрудничать с другими членами Лиги. Я приветствую программу, развитую здесь премьер-министром Франции, с которой в значительной мере совпадают и сделанные мною замечания.

    Лига наций должна быть сильной

    Если обо всем этом я говорю в интересах укрепления мира, то я не могу не упомянуть о той мере, которую Советский Союз всегда считал и продолжает считать максимальной гарантией мира, а именно полное разоружение. Я хочу верить, что человечеству не придется пережить еще один Армагедон и что все народы пришли к этому же убеждению. А пока нет этой радикальной меры, нам не остается ничего иного, как укреплять Лигу наций в качестве инструмента мира. Укреплять Лигу наций — это значит держаться принципа коллективной безопасности, который является отнюдь не продуктом идеализма, а практическим мероприятием по обеспечению безопасности всем народам, держаться принципа неделимости мира! Мы должны сознавать, что в настоящее время нет ни одного государства, большого или малого, которое не подвержено агрессии, и чт,о если ближайшая война и пощадит то или иное государство, то оно рано или поздно привлечет к себе вожделение вышедшего победителем из Войны агрессора. Укрепление и максимальное расширение этих идей и проведение их в жизнь избавят нас от новых разочарований, подобных тем, которые мы теперь переживаем, вдохнут новую жизнь в Лигу наций и поднимут ее на уровень стоящих перед ней великих задач. Лига наций сейчас более, чем когда бы то ни было, является международной необходимостью, она должна жить, она должна быть сильной, сильнее, чем когда-либо.

    РЕЧЬ НА XVII ПЛЕНУМЕ ЛИГИ НАЦИЙ

    28 сентября 1936 г.

    Укрепление мира — основная функция Лиги

    Я должен с самого начала признать, что подведение итогов работ Лиги за год отнюдь не наводит советскую делегацию на радостные размышления. Объясняется это отчасти тем, что советская делегация подходит к оценке деятельности Лиги с точки зрения не количества, а качества разрешенных вопросов, а качество это она определяет той ролью, которую эти вопросы играют в проблеме организации укрепления мира, являющейся основной функцией Лиги наций.

    В числе 80 вопросов, упомянутых в годовом докладе генерального секретаря, мы находим лишь три вопроса, имевшие касательство к проблеме мира, а именно итало-абиссинский, локарнский и данцигский. О разрешении абиссинского вопроса никто из нас не может вспомнить без чувства горечи, тем более что он продолжает назойливо напоминать о себе. Локарнский вопрос, подвергнутый на апрельской сессии Совета абортивной дискуссии, ставился в порядок дня и переносился с одной сессии Совета на другую и стоит в повестке нынешней сессии Совета также, вероятно, для того, чтобы быть перенесенным и затем списанным в качестве плохого долга. То же можно сказать, вероятно, и про данцигский. Баланс скорее скудный.

    Обращаясь к порядку дня настоящей сессии Ассамблеи, мы находцм в нем один лишь вопрос интересующей нас категории, отосланный пока в Бюро для решения его дальнейшей участи. Я говорю о применении принципов пакта Лиги. Мы полагаем, что только обсуждение этого вопроса могло бы наполнить существенным содержанием нынешнюю сессию Ассамблеи. Я позволю себе не согласиться с приведенными в сводке материалов Секретариата Лиги соображениями некоторых правительств о том, что работы по интерпретации и применению статута должны быть отложены до тех пор, пока политическая атмосфера очистится от нынешних тревог и беспокойства. Я позволю себе думать, что именно наличие этого беспокойства является самым сильным аргументом в пользу своевременности постановки этого вопроса. Беспокойство именно и вызвано близостью опасности. Должны ли мы ждать с этим до того, как эта опасность станет реальностью? С другой стороны, я считал бы ничем не оправдываемым оптимизмом веру в скорое очищение политической атмосферы. Должна ли Лига наций вечно оставаться «залой ожидания»?

    Позвольте напомнить вам, господа, что воцрос о применении принципов пакта не возник академически, а был вызван к жизни, навязан нам как неудачным исходом итало-абиссинского конфликта, так и всем ходом политических событий последних лет.

    Этот ход событий не изменил своего зловещею курса, который, как мы все это не только предполагаем, но и знаем и даже ощущаем, ведет к такому кровавому столкновению народов, последствия которого наше воображение бессильно даже представить себе.

    Уже четыре года, как более или менее отчетливо выкристаллизовались! и ¡противостоят друг другу с одной стороны идеи мира, ненаруши-мости договоров и международного порядка, а с другойстороны идеи еойны, презрения к международным обязательствам и насильственного передела мира. НЬ в то время, как на одной стороне идеи организуются, облекаются плотью и кровью или, лучше сказать, железом и свинцом, силы другой стороны, к сожалению, остаются бесформенными, разрозненными и пассивными.

    Какова, в самом деле, расстановка международных сил?

    Я не сомневаюсь, что самый неискушенный в политике читатель газет знает, какие страны должны считаться опасными по агрессивности, если даже он читал лишь речи и писания их правителей, и сколько этих стран. Есть также немногие страны, готовые искать спасения в нейтралитете. Если они действительно верят, что достаточно будет им самим написать на своих границах слово «нейтралитет», чтобы пламя пожара остановилось у этих границ, если они забыли свежие уроки истории о нарушении даже международно признанных ней-тралитетов, то это их дело. Мы вправе, однако, просить их, чтобы свой нейтралитет они осуществляли уже теперь при подготовке планов агрессии одними и планов самозащиты другими. К сожалению, они уже теперь свой нейтралитет часто ставят на службу агрессивным силам. Наряду с этими мнимо нейтральными странами имеется значительное число таких, — а в их числе наиболее мощные государства,— которые, несомненно, видят надвигающуюся на Европу тучу, понимают ее зловещий характер, чувствуют неминуемую опасность для себя и как будто признают необходимость общей защиты, возвещая еще и еще раз свою приверженность принципу коллективной безопасности. К сожалению, дальше этих заявлений они пока не идут и ничего не делают для облечения идеи коллективной безопасности в надлежащую форму и придания ей действенной силы, в тщетной надежде, авось агрессор, внемля их увещеваниям, образумится и поможет им удержать его же самого от агрессии. Но агрессор, строящий всю свою политику на превосходстве грубой материальной силы, имеющий в арсенале своей дипломатии лишь грозные требования, блефы или угрозы и тактику свершившихся фактов, может быть доступен лишь голосу столь же твердой политики и хладнокровному расчету соотношения сил. Всякие увещевания и упрашивания его, а тем более уступки его незаконным и бессмысленным требованиям, всякое экономическое задабривание его производят на него лишь впечатление слабости, укрепляют сознание его собственной силы и поощряют его к дальнейшей непримиримости и незаконным действиям. Даже за пределами его страны создается легенда непобедимости агрессора, что порождает фаталистические и капитулянтские настроения в некоторых странах, которые постепенно, иногда даже незаметно для себя, начинают терять свою самостоятельность, превращаясь в вассалов агрессора. Так начинается процесс образования гегемонии, который должен завершиться военным разгромом всех непокорных стран.

    Да, господа, мы не должны закрывать глаза на существующее стремление к гегемонии, к гегемонии «избранного народа», призванного якобы историей господствовать над всеми другими народами, провозглашенными неполноценными. Я не говорю уже об идеологических последствиях такой гегемонии, о насильственном вытеснении всех идейных и культурных ценностей, которыми человечество гордилось в течение последних столетий, и об искусственном возрождении идей наихудших времен средневековья. Между тем общая мощность миролюбивых стран как в экономическом, так и в военном отношении, общие их ресурсы в людском материале и в военной промышленности значительно превосходят силы любой возможной комбинации стран, которые мог бы сгруппировать вокруг себя агрессор. Я глубоко убежден, что стоит этим силам в какой-либо мере объединиться, показать одну возможность совместных действий, чтобы не только предотвратить угрозу войны, но и заставить агрессора просить, рано или поздно, о включении его самого в общую систему коллективной безопасности.

    Я считаю нужным сейчас же оправдаться от возможного обвинения меня в призыве к блокам, ибо я знаю, что для некоторых сверхпацифистов слово «блок» стадо жупелом. Нет, я не требую новых блоков. Я готов довольствоваться существующим уже блоком, который называется Лигой наций, — блоком миролюбивых стран, объединившихся- в целях 'Вэаимозащиты и взаимопомощи. Мы требуем лишь, чтобы этот блок действительно организовал взаимопомощь, чтобы он заблаговременно составил план действий, дабы не быть застигнутым врасплох, чтобы происходящей вне этого блока организации войны соответствовали эффективные действия по организации коллективного отпора. И если этого не хотят делать все страны, образующие ныне блок Лиги наций, если есть среди них такие, для которых безопасность умещается в слове «нейтралитет» или которые надеются в последний момент перебежать на сторону агрессора, то это не лишает права объединенных действий тех, которые хотят и могут защищаться и которые не желают подвергаться нападению поочередно.

    За подлинную коллективную безопасность

    В ответ на рекомендацию последней Ассамблеи и на приглашение генерального секретаря советское правительство представило свои соображения о том, как оно представляет себе уточнение и улучшение пакта Лиги. Центральное место в его предложениях занимает идея региональных и, если необходимо, двусторонних пактов о взаимной помощи. Мыслятся при этом регионы (области) различных географических величин и очертаний, вплоть до целых континентов, ибо чем крупнее область, охватываемая пактом, тем большие гарантии безопасности создаются. Мы пока еще не знаем, сколько таких региональных пактов будет заключено и каково будет их поле применения. На данном этапе существенно определение их места в общей системе коллективной безопасности Лиги наций, установление взаимозависимости отдельных пактов, причем надо будет позаботиться о безопасности и таких стран, которые почему-либо не попадут ни в один из этих пактов.

    Я не буду останавливаться здесь ни на этом, ни на других советских предложениях, резервируя это до обсуждения вопроса в соответственной комиссии. Там же мы выскажемся по поводу предложений, внесенных другими правительствами.

    Кроме предложений, посланных правительствами письменно, некоторые предложения были высказаны здесь устно. Я считаю нужным сказать о них несколько слов.

    Советская делегация не недооценивает значения <т. 11 статута Лиги, имеющей целью предупреждение возможных военных конфликтов путем примирения. Можно многое сказать в пользу отмены единогласия в некоторых таких случаях. Необходима, однако, осторожность, дабы мы этим Путем не открыли шлюзов, через которые в Сонет Лиги хлынули бы всевозможные мелкие претензий, не имеющие отношения к сохранению мира. Мы знаем но опыту, что только единогласие являлось до сих пор плотиной для них. Необходимо, однако, иметь в виду, что процедура по ст. 11 Может давать результаты лишь в случаях, когда угроза нарушения мира Может явиться следствием лишь неожиданно и случайно возникшего спора, устранение которого восстановит положение. Статья 11 не сможет, однако, предотвратить нарушения мира, имеющего своим источником целеустремленную агрессивность и преследование завоевательных целей, ради которых споры сознательно провоцируются. Лиге наций уже приходилось иметь дело с такими случаями, когда ст. 11 оказывалась совершенно бессильной. Во всяком случае рекомендации Совета по ст. 11 будут иметь эффект лишь тогда, когда за этими рекомендациями будет стоять хорошо вооруженная ст. 16. Мы считаем поэтому гораздо более важным устранение единогласия в этой последней статье.

    Некоторые говорившие здесь ораторы возлагают надежды также на усиление активности Лиг|и в пределах ст. 19 о пересмотре международных договоров. Такой пересмотр возможен и целесообразен, по мнению советской делегации, лишь при наличии согласия на такой пересмотр всех заинтересованных сторон. Блестящим примером является недавний пересмотр конвенции о проливах, который удался именно потому, что вопрос был поставлен с предварительного согласия участников конвенции. Без такого согласия постановка вопроса о пересмотре, для которого и Говорившие ораторы признают необходимость единогласия, не только не даст положительных результатов, но лишь еще больше обострит отношения между заинтересованными сторонами и еще больше обременит международную ситуацию. Почти нет таких стран, которые были бы абсолютно довольны существующими международными договорами, заключенными в недавнем или более отдаленном прошлом, и вряд ли можно ожидать чего-либо хорошего от загружения Лиги подобными претензиями. Не следует ли опасаться, что моральная поддержка, оказанная какой-либо претензии даже меньшинством Ассамблеи, поощрит агрессора к нарушению договора насильственными мерами?

    Не советской делегации, конечно, возражать против французского предложения о созыве Бюро Конференции по разоружению. Советское правительство всегда считало и считает, что наиболее эффективной гарантией мира является разоружение, в особенности полное и всеобщее, которое, при доброй воле, легче осуществить, чем частичное. Но вот где нужно действительно поставить универсализм, и не только в европейском масштабе, в качестве необходимого условия любой меры разоружения. Я воздержусь, однако, от высказывания о том, насколько такой универсализм в настоящее время возможен.

    Совершенно иначе обстоит дело, когда говорят об универсализме в связи с улучшением пакта Лиги. Принципиально мы целиком и полностью за универсализм. Мы не желаем ничего лучшего, как скорейшего включения в Лигу всех государств до единого, но, естественно, в Лигу, предоставляющую всем своим членам действительные гарантии безопасности, в Лигу, основанную на взаимной помощи, в Лигу, признающую равенство народов. Если, однако, речь идет о том, чтобы до осуществления такого универсализма мы ничего не делали по улучшению пакта, если нас вновь приглашают в «зал ожидания», то я с этим согласиться не могу.

    Еще решительнее я возражал бы против того, чтобы во имя универсализма Лига занялась удалением из пакта всего того, что делает ее Орудием мира и угрозой агрессору, против того, чтобы, как я говорил на последней сессии Ассамблеи, пытаться сделать Лигу безопасной для агрессора. Конечно, государство, которое открыто противопоставляет международным обязательствам силу меча, не скрывает своего презрения к таким обязательствам и цинично призывает другие государства к такому же презрительному отношению к своей подписи на документах с целью окончательного уничтожения международного доверия, не может чувствовать себя комфортабельно в Лиге наций, которая провозглашает одной из своих основных целей «обеспечение сохранения справедливости и тщательного уважения к договорным обязательствам в сношениях между собой организованных народов».

    Никаких поблажек агрессорам

    Государство, управляемое людьми, которые включили в программу своей внешней политики завоевание чужих земель, которые на своих торжествах перед своим народом и представителями других государств перечисляют огромнейшие территории, которые они собираются насильственно отделить от других стран, не может искренно подписываться под ст. 10, обеспечивающей всем своим членам территориальную неприкосновенность и политическую независимость. Государство, которое проповедует легальность так называемых локализованных войн, не можег мириться со ст. 16, провозглашающей, что прибегание к войне против одного члена Лиги означает совершение акта войны против всех остальных членов Лиги, и предписывающей градацию санкций против агрессора. На-дня!х в Женеве, под эгидой Лиги наций, подписана конвенция, запрещающая даже лишь обращение по радио с призывом к нарушению внутреннего мира в других государствах. Разве может искренно примкнуть к такой конвенции государство, которое, как вполне доказано, имеет во всех странах свои экспозитуры и агентства из собственных националов, которые активно вмешиваются в жизнь этих стран, натравливают одни партии против других, более того, которые организуют и финансируют восстания и открыто оказывают военную помощь мятежникам. Совместима ли с принципом равенства наций, лежащим в основе Лиги, идеология государства, построенная на расовом и национальном неравенстве и характеризующая все народы, кроме собственною, как «подчеловечество»?

    Я спрашиваю сторонников «универсализма во что бы то ни стало», должны ли мы пожертвовать всеми основными принципами Лиги, чтобы приспособить ее к теории и практике такого государства, или должны предложить ему самому приспособиться к существующей идеологии Лиги? Я на это отвечаю, что цредпочитаю Лигу без универсализма универсализму без принципов Лиги.

    Советская делегация настойчиво предлагает, чтобы стоящий в порядке дня вопрос о применении принципов пакта был немедленно передан для разработки в первую комиссию, не дожидаясь пришествия универсализма. Если эта комиссия не справится со своей работой в течение и нынешней сессии Ассамблеи, продолжение работы должно быть поручено специальной комиссии, которая должна в кратчайший срок выработать конкретные согласованные предложения, с тем чтобы была созвана возможно скорее чрезвычайная сессия Ассамблеи для окончательного принятия этих предложений.

    Пока будет происходить теоретическая работа, члены Лиги, намеревающиеся участвовать в тех или иных региональных или, когда это невозможно, то в двусторонних пактах о взаимной помощи, вступят между собою в дипломатические переговоры для осуществления этой цели.

    Я утверждаю, что чем интенсивнее и успешнее будет проводиться эта работа, тем легче будет сговориться даже с агрессивными странами и таким образом добиться желаемого универсализма.

    Мы отнюдь не возражаем против попыток соглашения даже с наиболее агрессивными странами, наоборот, мы считаем необходимым приглашать их к участию во всяком международном начинании, но мы против того, чтобы они диктовали условия переговоров или чтобы им платили премии за то, что они соизволили вести переговоры. Мы считаем ненормальным, чтобы из-за их отказа или намеренного оттягивания ответа задерживались или срывались такие начинания. Мы полагаем, что попытки добиться универсального соглашения могут быть сделаны путем созыва Конференции мира или Пан-европейской комиссии. Не связанные с прошлым и свободные пока от всяких пактов, любая из этих организаций представляет собою наиболее подходящее место для предварительного обсуждения ,любых вопросов, как политических, в том числе разоружения, так и экономических. Если какое-либо государство откажется принять участие и в таких организациях, то для всех станет ясным, что нам с ним не по пути, что мы должны окончательно организовать мир и международный порядок без него.

    Господа, я вам изложил ту политику и те мероприятия, которые,; будучи проводимы в Лиге наций и вне ее, могут действительно сдвинуть с мертвой точки дело организации мира. Они имеют то преимущество, что означают немедленные действия в отличие от ныне проводимой политики «зала ожидания», спекуляции на настрзениях враждебных миру сил, сосредоточения всех надежд на какой-либо определенной конференции, уподобляющейся неуловимой синей птице, — политики, ведущей к фатализму и капитуляции перед агрессором. Мы убеждены, что действия, а отнюдь не бездеятельность, в состоянии разрядить сгустившуюся международную атмосферу и предотвратить катастрофу.

    Советское правительство само остерегается и никому не будет рекомендовать никаких шагов, которые могли бы на самую малую толику увеличить риск войны или приблизить ее, независимо от того, идет ли речь о войне у его собственных границ или в более отдаленных местах. Советское правительство дало немало доказательств миролюбия не только на словах, но и на деле, перед лицом множества провокаций и оскорблений. Опираясь на свою огромную внутреннюю и внешнюю силу и гордое своими достижениями, оно не отвечает на такие оскорбления традиционными методами не только из презрения и отвращения к источникам этих оскорблений, но, главном образом, желая предоставить другим, а не брать иа себя ответственность за последствия нарушения элементарных правил общения между народами. Признавая за каждым народом право избрать для себя любой политико-социальный порядок, советское правительство не проводит дискриминации между государствами в зависимости от их внутреннего режима.

    Считая национал-социализм и расизм смертельным врагом всех трудящихся и самой цивилизации, советское правительство не только никогда не проповедывало крестового похода против стран, где господствуют эти теории, но и стремилось к сохранению с ними таких же нормальных дипломатических н экономических отношений, как и с другими странами. Советское правительство не увеличивало своей армии, своих вооружений, своей авиации для борьбы с бациллами этих учений или для защиты от них своих границ.

    Советское правительство присоединилось к декларации о невмешательстве в испанские дела только потаму, что дружественная страна опасалась, в противном случае, международного конфликта. Оно поступило так, несмотря на то, что считает принцип нейтралитета неприменимым к борьбе мятежников против законного правительства и противоречащим нормам международного права, в чем оно полностью согласно с заявлением, сделанным нам испанским министром иностранных дел, Оно понимает, что указанное несправедливое решение было навязано теми странами, которые, считая себя оплотом порядка, установили новое, чреватое неисчислимыми последствиями положение, в силу которого дозволяется открыто помогать мятежникам против их законного правительства. Все эти новые доказательства миролюбия советского правительства, располагающего достаточными средствами самозащиты, должны убедить вас, господа, что предложения, которые советская делегация вам делает, продиктованы стремлением к обеспечению мира не только на границах ее собственной страны, -но и других стран, к созданию условий безопасности всем народам, Искренним желанием восстановить во всех странах чувство уверенности в себе и уверенности в эвентуальной помощи других и воскресить веру в идеал международной солидарности и справедливости.

    РЕЧЬ НА ЧРЕЗВЫЧАЙНОМ VIII ВСЕСОЮЗНОМ СЪЕЗДЕ СОВЕТОВ 28 ноября 1936 а.

    Товарищи делегаты съезда!

    Позвольте раньше всего предупредить вас, что я выступаю здесь сегодня не с обзором международного положения, ибо такового пункта в порядке дня съезда не имеется (смех одобрения), а по докладу о проекте Конституции, Товарищ Сталин отметил интерес, которого заслуживает заграничное общественное мнение о проекте Конституции, и я, как человек, сидящий у окошка, выходящего за границу (смех), хочу поделиться с вами некоторыми мыслями на эту тему.

    Товарищ Сталин дал блестящий и остроумнейший анализ заграничной критики проекта Конституции. Надо, однако, признать, что проект Конституции был встречен за границей не только критикой, не только сомнениями и скептицизмом, но и поощрительными и хвалебными отзывами. В некоторых кругах заграничного общественного мнения проявилась склонность покровительственно похлопывать нас по плечу, как вернувшегося в свою семью раскаявшегося блудного сына. Вернулся-де Советский Союз к европейскому демократизму, к буржуазным свободам. В этот вопрос я хочу внести некоторые уточйения.

    Фашизм — могильщик демократизма и свободы

    Насчет сущности демократизма и буржуазных свобод мы, марксисты, всегда были особого мнения. Это мнение выразил товарищ Сталин, когда он в своем докладе сравнивал свободы, предоставляемые Советской конституцией, с одноименными, но отнюдь не равнозначащими буржуазными свободами. Но беря даже эти свободы в их условном, ограниченном значении, в котором они в конце XVIII и в течение XIX в. играли, несомненно, крупнейшую прогрессивную роль, и ими по праву гордилась буржуазия со времени Французской революции, мы, кажется, теперь можем говорить о них, как* о чем-то отходящем в прошлое.

    В самом деле, из 26 европейских буржуазных стран так называемый демократизм и буржуазные свободы сохранились едва ли больше чем в 10 странах. Остальные 16 стран, т. е. две трети буржуазной Европы, имеют режим фашистской или полуфашистской диктатуры. Иной раз разница между фашистскими и полуфашистскими странами не качественная, а количественная. Это скорее разница оттенков или даже лишь внешних признаков. Одни страны открыто объявляют себя фашистскими, другие же, подражая во всем своем политическом и социальном устройстве фашистским странам, по соображениям внутренней, а иногда и внешней политики, предпочитают избегать фашистского названия.

    Как выглядят демократизм и свободы в фашистских странах, рассказывать не приходится. Фашизм сам хвастает тем, что он является отрицанием демократизма и всяческих свобод. Ибо что представляет собой фашизм? Я хотел бы дать ему не философское, или научное, а житейское общепонятное и в то же время верное определение. Мы с вами знаем, товарищи, какие противоречия разъедают буржуазное общество. Эти противоречия не только не устранимы, но они неизбежно растут и множатся. Они особенно обострились в результате мировой войны и получили яркое выражение в экономическом кризисе, начавшемся в 1929 г. В некоторых странах ни одной из буржуазных партий, сменявшихся у власти, не удавалось справиться с этим кризисом. На этой почве росло недовольство граждан. И вот является на политической сцене или «посылается провидением» гениальный человек, который берется вывести государство из затруднительного положения, не посягая на его устои. В ход им пускается средство столь же «гениальное», сколь и простое. Если нельзя устранить существующее недовольство и причины, порождающие его, то вполне легко устранить недовольных (общий смех): достаточно запретить гражданам выражать недовольство, даишть их всех средств выражения мыслей, желаний и требований, лишить их газет, собраний, союзов, партий, а для упорствующих и особо провинившихся в прошлом выстроить и приспособить определенное количество тюрем и концентрационных лагерей и также виселиц и плах, а часть населения, вследствие ненадлежащего ее происхождения, объявить вне закона и отдать на поток и разграбление другой части населения. Это и называется фашизмом. (Смех, аплодисменты.) Где же тут место демократизму и свободам!

    Но вы, может быть, скажете, что этот метод обуздания граждан не может претендовать на оригинальность, а те из вас, кто читал писателя Глеба Успенского, пожалуй, вспомнят, что метод этот вполне укладывается в классическое правило будочника Мъгмрецова «тащить и не пущать». (Смех, аплодисменты.) Кое-кто из вас, пожалуй, скажет, что прототипом фашистской партии надо считать хорошо знакомый нашему старшему поколению «Союз русского народа» или «Союз Михаила Архангела». (Смех, аплодисменты.) Я с вами, товарищи, спорить не буду. (Аплодисменты.) Я хотел лишь дать вам представление о состоянии свобод в образцовом фашистском государстве, к которому более или менее приближаются фашистские или полуфашистские страны. Особенностью некоторых таких полуфашистских стран надо считать господствующее влияние военщины, дающей приказания официальному правительству, угрожающей ему террором, а иногда и террор осуществляющей и являющейся фактическим хозяином государства. Из слуги государства, каковой как будто должна быть армия в демократическом государстве, она фактически превращается в его повелителя.

    Как мною уже было сказано, в Европе все же осталось стран 10, которые сохранили еще чистоту демократических риз. Сохранили? — да, но надолго ли сохранят, вот в чем вопрос. Во всяком случае, в этих странах, под влиянием и благодаря щедро оплаченной агитации фашистских стран, нарождаются и крепнут элементы, открыто проповедующие уничтожение остатков демократизма и демократических свобод. В большинстве этих стран практически уже ставится вопрос о запрещении той или иной партии, причем такими партиями обыкновенно оказываются, конечно, партии рабочего класса и крестьянства, партии недовольных. Искусственное подавление недовольных и лишение их возможности объединения, как мы видели, и есть начало фашизма. Бывает, что правительство, опирающееся на огромное большинство населения и та большинство в парламенте, буквально терроризуется и вынуждается прислушиваться преимущественно к голосу меньшинства, если только последнее имеет в своем распоряжении достаточное количество бойких и горланистых органов печати. Голос таких газет выдают за общественное мнение страны, а насколько это соответствует действительности, мы недавно видели на примере выборов в Соединенных штатах Америки. 90 о/о печати этой страны выступало против президента Рузвельта. Можно было думать, если считать газеты выразителем общественного мнения, что вся страна против г. Рузвельта. Тем не менее г. Рузвельт одержал на выборах блестящую победу, получив подавляющее большинство голосов. Совершенно ясно, что общий голос прессы, претендующей быть выразителем общественного мнения страны, представляет иногда ничтожное меньшинство, а то лишь несколько газетных магнатов или несколько промышленных трестов, финансирующих эти газеты. Тем не менее подобные газеты зачастую оказывают огромное влияние на внутреннюю и внешнюю политику страны, парализуют действия демократического правительства. Крупным фактором, давящим на политику даже в демократических странах, иногда является и верхушка военщины. Вряд ли такое положение действительно отвечает понятию демократии. Если же в такой стране находятся честные радикальные элементы, которые вместе с рабочими и крестьянами пытаются отстоять демократический строй и свободы, то они подвергаются ожесточенной атаке со стороны собственных фашистских элементов, а то и насильственно опрокидываются своей военщиной, которой приходят на помощь фашистские и полуфашистские страны. Блестящий пример этому мы видим в Испании, имевшей правительство, вышедшее из всеобщих выборов, произведенных по всем правилам буржуазною демократизма. Но так как это правительство провозгласило программу охрайы демократизма/охраны свобод, охраны парламентаризма, то против него восстала кучка генералов и офицеров, поддержанная иностранными фашистскими правительствами, и пытается его опрокинуть под лозунгом фашизма. Но всего характернее то, что эта открытая организованная борьба встречает сочувственное отношение и даже существенную поддержку со стороны демократических государств.

    Безопасность западноевропейских стран под угрозой

    Вот, товарищи, какова судьба демократизма и буржуазных свобод ныне в Европе, и вот почему мы не можем чувствовать себя особенно польщенными, когда нам говорят в связи с проектом Конституции, что мы возвращаемся в лоно европейского демократизма, к буржуазным свободам. Правильнее будет сказать, что мы берем выпадающее из слабых рук дряхлеющей буржуазии знамя демократизма, знамя свобод и наполняем эти понятия новым, богатым, советским содержанием. (Аплодисменты.)

    Становясь оплотом демократизма и свободы, Советский Союз не призывает, однако, к созданию международного блока для борьбы; с фашизмом, отрицающим демократию и свободу. До внутреннего фашистского режима тех или иных стран нам, как государству, дела нет. Наше сотрудничество с другими странами, наше участие в Лиге наций основаны на принципе мирного сосуществования двух систем — социалистической и капиталистической, причем мы считаем, что в последнюю укладывается и фашистский строй. Но фашизм теперь перестает быть внутренним делом исповедующих его стран. Было время, когда родоначальник фашизма г-н Муссолини заявлял, что фашизм не есть предмет экспорта. Надо отдать справедливость г-ну Муссолини, что он в течение многих лет был верен этому заявлению, и борьба за распространение фашизма за пределы Италии не составляла элемента его внешней политики, но это длилось лишь до тех пор, пока фашизм г-ща Муссолини не прошел в Берлине курса усовершенствования или, как у нас говорят, переквалификации (смех, аплодисменты) и не оплодотворился теориями германского так называемого национал-социализма. В отличие от итальянского фашизма германский национал-социализм, как только он обосновался внутри своей страны, перенес свою деятельность и за ее пределы. Документально установлено, что деятельность национал-социалистской партии, которая имеет свою широко разветвленную агентуру почти во всех странах, не сводится в этих странах, как нас в этом хотят уверить официальные представители фашизма, к социальному и культурному обслуживанию членов этих агентур. Установлено, что эти агентуры ведут широкую фашистскую агитацию среди граждан стран своего пребывания, активно вмешиваются во внутреннюю политику этих стран, натравливают одни партии против других, создают и финансируют органы печати, не брезгуют разведывательной деятельностью и не останавливаются даже перед террористической, отнюдь не считаясь с законами стран, дающих им гостеприимство. Подобная агентура недавно раскрыта и в нашем Советском Союзе. Нас, однако, ни в малейшей мере не пугает и эта заграничная деятельность фашизма. Она представляет действительную и большую угрозу для других стран, для самого их существования, но не для нас. Мы легко справимся с ней на советской территории (аплодисменты) собственными силами, и мы не станем просить для борьбы с нею иностранной помощи и заключать для этого международные союзы и соглашения. (Аплодисменты, смех,)

    Война мятежных генералов и интервентов против республиканской Испании

    Более серьезной представляется заграничная деятельность фашизма, когда она принимает такие формы, как, например, в Испании. В настоящее время не подлежит никакому сомнению, что после разгрома правых партий на демократических выборах в Испании, выявивших доверие и преданность народа правительству, вышедшему из этих выборов, мятежные генералы не посмели бы поднять бунт против этого правительства, если бы им заранее не была обещана поддержка германского или итальянского фашизма, а то и обоих вместе. И эта поддержка была не только обещана, но и оказана. Призыв генералов к бунту, не нашел отклика среди солдат и матросов испанской армии, и генералы вынуждены были прибегнуть к помощи марокканцев и иностранного легиона, т. е. легиона, который вербуется из международных авантюристических и уголовных элементов. С этими силами генерал Франко выступил против испанского народа, с ними он наступает на столицу Испании. Но и эти силы, расположенные в Марокко, не могли бы быть перевезены в Испанию, если бы в распоряжение Франко не были предоставлены германские и итальянские самолеты и военные корабли. Заметьте, что Германия! и Италия! в то время еще поддерживали дипломатические отношения с испанским правительством, и их вмешательство во внутреннюю борьбу Испании являлось вопиющим нарушением с их стороны элементарнейших международных обязательств. Германский фашизм, драпирующийсй в тогу защитника арийской расы, пови-димому, не испытывает никакой совестливости от того, что ему приходится вести в бой против арийского испанского народа неарийских мавров. (Аплодисменты, смех, оживление в зале,) Германия и Италия без всяких стеснений заявляют, что они поддерживают генерала Франко потому, что они не хотят иметь в Испании демократического правительства, правительства единого фронта, и что они хотят видеть там обещанное им генералом Франко правительство, основанное на фашистских началах. Само собой разумеется, что Германии и Италии отнюдь не нужен в Испании фашизм ради фашизма, ни утверждение какой-нибудь идеологической доктрины. Фашизм является в данном случае средством для достижения совершенно других, отнюдь не идеологических целей. 34

    Фарс «невмешательства»

    По инициативе Франции и Англии, да мотивам предотвращения возможных международных осложнений, угрожающих миру, было подписано международное соглашение о невмешательстве в испанские дела поставкой правительству или мятежникам каких бы то ни было военных материалов. Это предложение, несомненно, шло вразрез с обычными представлениями о международных отношениях, допускающих поставку любого оружия одним правительством другому признанному им правительству и запрещающих такие поставки мятежникам в какой-либо стране, с которой поддерживаются дипломатические отношения. Тем не менее, учтя официальные мотивы, которыми было обосновано это предложение, советское правительство присоединилось к нему. Оно полагало к тому; же, что по существу это соглашение, будучи всеми лойяльно соблюдаемо, не нанесет ущерба испанскому правительству, ибо, предоставленный самому себе, генерал Франко не имел бы никаких шансов предотвратить подавление мятежа. Повторяю, что само собой понятной предпосылкой нашего присоединения к соглашению было лойяльное выполнение его всеми его участниками. Германия и Италия, а также фашистская Португалия долго задерживали свой ответ на предложение о присоединении к соглашению о невмешательстве, под разными предлогами затягивали переговоры на эту тему и использовали выигранное таким образом время для ускоренного обильного снабжения генерала Франко авиацией, танками, артиллерией и другими предметами вооружения. Это необходимо было им для того, чтобы в дальнейшем, в случае обнаружения в Испании вооружения германских и итальянских марок, можно было оправдаться тем, что оно попало в Испанию до подписания соглашения. Но вот соглашение подписано и фашистскими странами. Недели шли за педелями, и СССР, Франция и Англия и другие государства лойяльно и скрупулезно выполняли свои обязательства, в то время как Германца и Италия, со свойственным им пренебрежением к международным обязательствам, тайно, исдальзовывая для этого преимущественно португальский плацдарм, продолжали снабжать генерала Франко всеми видами военного и морского вооружения. Это снабжение стало притчей во языцех. Об этом писали корреспонденты иностранных газет всех политических направлений, не исключая самых правых. Об этом рассказывали многочисленные очевидцы и свидетели. Это, несомненно, было известно и находившимся в соответственных портах иностранным консулам, донесения которых, к сожалению, до сих пор не опубликованы. Наконец, испанское правительство формально заявило в Лиге наций) и в нотах на ¡имя отдельных государств о военных поставках генералу Франко, вдвойне незаконных: во-первых, Ъ точки зрения обычного права и, во-вторых, в силу состоявшегося международного соглашения. Советское правительство тогда обратилось к Лондонскому комитету послов, который, как казалось нам, был создан для обеспечения соблюдения всеми участниками соглашения принятых ими на себя обязательств и расследования случаев их нарушения. Мы, однако, ошиблись. Лондонский комитет цонил слово «невмешательство» в том смысле, что он сам не должен вмешиваться! в дело вмешательства в испанские события. (Смех.) Лондонский комитет понял свою задачу в том смысле, что он должен следить лишь за тем, чтобы государства, принявшие на себя определенные обязательства по соглашению о невмешательстве, сами не признавались в их нарушении, и что, пока они какую бы: то ни было вину за собой отрицают, их объяснения признаются удовлетворительными и на этом кончаются функции Комитета. (Смех,) Такое решение Комитета заранее санкционировало всякие нарушения обязательств и в дальнейшем со стороны фашистских государств. Советскому правительству не оставалось ничего больше сделать, как лойяльно заявить Лондонскому комитету, хотя оно отнюдь не обязано было это сделать, что оно не считает себя морально более связанным соглашением, чем остальные его участники.

    Результатом германских и итальянских военных поставок 'было то, что генералу Франко с его марокканскими войсками удалось занять важнейшие стратегические пункты и подойти вплотную к Мадриду. Результатом является то, что в течение нескольких недель денно и нощно на прекрасную столицу испанского народа обрушиваются сотни и тысячи килограммов взрывчатых и зажигательных бомб и артиллерийских снарядов, убиваются и калечатся сотни и тысячи мирных граждан, женщин и детей, и разрушаются величайшие памятники зодчества, живописи и скульптуры, памятники старины, составляющие сокровищницу всего человечества. И эти разрушения производятся с германских и итальянских самолетов, руками германских и итальянских пилотов. (Голос из зала: «Позор!») Эта разрушительная, геростратова работа первого объединенного германо-итальянского фашистского международного активного сотрудничества останется навсегда позорнейшей страницей истории международных отношений, истории Европы. (Голоса с мест:«Правильно!» Аплодисменты.) Я уверен, товарищи, что выражу чувство всего съезда, если скажу, что в этот момент, когда мы говорим об Испании, наши мысли, наши чувства, полные горячей симпатии и восхищения, устремляются к героическим защитникам Мадрида, к мужественным борцам испанской республиканской армии на других фронтах в их ожесточенных схватках с силами варварства и вандализма. (Бурные, продолжительные аплодисменты. Все встают. Делегаты съезда обращаются с овацией по адресу посла Испанской республики г, Паскуа, находящегося в дипломатической ложе. Возгласы: «Да здравствует героический испанский народ!»)

    Солидарность советского Народа с народом Испании

    В чем состоит интерес нашего Советского государства к испанским событиям? Население нашего Союза своими щедрыми сборами в пользу испанских женщин и детей, своими коллективными резолюциями и приветствиями по адресу Испании и другими манифестациями свидетельствовало о том живом сочувствии, с которым оно из наиболее демократической свободной страны следит за мужественной и мучительной борьбой народа, хотя и отдаленной страны, за свой демократизм, за свои свободы, против фашистского варварства, против фашистского порабощения. О том же свидетельствует только что произведенная вами манифестация. Но это лишь эмоциональная сторона дела, есть еще и сторона политическая — государственная, которую я и хочу разъяснить. Наши враги утверждают, будто мы добиваемся создания на Пиренейском полуострове коммунистического советского государства, которое мы намерены даже- включить в - Советский Союз. (Смех, аплодисменты.) Бели есть наивные люди, верящие этим глупым утверждениям, то они должны быть немало удивлены, что мы не отложили VIII съезда! в ожидании включения в Конституцию 12-й, испанской социалистической республики. (Смех, продолжительные аплодисменты.) Им, впрочем, разъясняют, что мы уже не рассчитываем на завоевание для коммунизма всей Испании и готовы удовольствоваться каталонским уголком ее, созданием независимой каталонской республики, чтобы оттуда пойти походом против всей Европы. (Смех.) Подобные сказки для маленьких детей и больших дураков (смех, бурные аплодисменты) распространяются, конечно, с целью затемнения смысла нашею действительною интереса к испанским событиям. В случае с Испанией мы имеем дело с первой крупной вылазкой фашизма за пределы его родины. Мы имеем дело с попыткой насильственною насаждения в Испании извне фашистского строя, навязывания испанскому народу фашистского правительства при помощи штыка, гранаты и бомбы. Если бы эта попытка удалась, то не было бы никаких гарантий от повторения ее в более обширном масштабе в отношении и других государств. Опятъ-таки, если- бы речь шла о фашизме лишь как об особом внутреннем политико-социальном режиме, то наше отношение к этому было бы более спокойным. Существовала же в Испании коррупционная монархия, была там недавно диктатура генерала Примо де Ривера, и это нас сравнительно мало смущало. Но речь идет теперь о другом: о явлении международною характера, о действи1гельном усилении угрозы миру, и этого одного достаточно для оправдания нашего интереса.

    Агрессия — программа фашистских государств

    Необходимо исходить из того, что фашизм есть не только особый внутренний государственный режим:, а что он есть в то же время подготовка агрессии, подготовка войны против других государств. Это не наша характеристика фашизма, а его собственная. Фашизм кричит со всех крыш о своей агрессивности и не только кричит о ней, но кое-где уже и осуществлял ее. Я попрошу вас, товарищи, вспомнить сказанное мною раньше о сущности и методах фашизма. Я вам говорил о способе подавления недовольства населения фашистской страны, но это, так сказать, программа негативная. Есть у фашизма и программа положительная. Одними механическими полицейскими средствами, намордниками можно лишь временно зажать рот недовольным, но, поскольку причины недовольства этим не устраняются, а устранить их другими мерами фашизм не способен, в ход пускаются другие, так сказать, духовные средства для обработки, я бы сказал, околпачивания, недовольных граждан. Используя монопольно прессу, книгоиздательства, радио и все прочие средства агитации, фашизм внушает гражданам, что их народ является избранным, лучшим из всех народом, призванным господствовать над другими, неполноценными народами. Им рассказывают о каких-то замечательных их предках, об их принадлежности к особой, высшей расе. Как в свое время примитивных людей, да и маленьких детей запугивали мнимым существованием леших, домовых, Вельзевула, сатаны, чертей, чертят и других нечистых сил, так ц граждан фашистской страны запугивают коммунистами, марксистами, демократами, жидомасонами, которых-де необходимо обязательно одолеть и уничтожить, чтобы обрести счастье. Живописуются заманчивые цветущие края, вроде Украины, Урала и Сибири (смех), богатые сырьем колонии. Беда лишь в том, говорят им, что эти соблазнительные края и колонии принадлежат другим народам. Стало быть, необходимо их завещать, отнять силой, а для этого требуются вооружения, для этого необходима большая армия, огромный флот, большие разнообразные вооружения. Ясно, что граждане должны напрягать все усилия, терпеть лишения и отдавать вое свои средства фашистскому государству на 0оздание военной мощи, Таким образом, целый народ изо дня в день воспитывается в дух^е агрессии, и агрессия становится открыто программой фашистскою государства, а сам фашизм делается функцией самого разнузданною шовинизма и империализма.

    Сказанною мною, кажется, вполне достаточно для оправдания того интереса, с которым мы, как государство, непоколебимо стоящее за нерушимый мир между народами, следим за попыткой насильственною ■насаждения в новых странах фашизма как носителя идеи агрессии. Но это еще не вое.

    Подготовку к созданию своих агрессивных целей фашизм осуществляет не только неимоверным усилением своих вооружений, но и тем, что он односторонне освобождает себя от всех связывающих его международных обязательств или просто нарушает их, когда это ему выгодно, избегает всякою международного сотрудничества в деле укрепления мира, подкапывается под международные организации, призванные охранять этот мир, ведет кампанию за разъединение других стран и недопущение коллективной организации безопасности. Той же цели служит распространение лживых сообщений про другие страны, для чего создается специальное государственное учреждение, называемое министерством пропаганды, во главе которого ставится человек, который, надо отдать ему справедливость, в качестве создателя и распространителя нелепейших вымыслов и самых лживых сообщений, является, как англичане говорят, надлежащим человеком на надлежащем месте. (Аплодисменты, смех')

    Свои воинственные стрелы фашизм направляет в частности против Советского государства, На словах якобы потому, что там исповедуются идеи коммунизма, а в самом деле потому, что оно само по себе является объектом хищнических вожделений фашизма, а также помехой его завое-вательским устремлениям в других направлениях. Хотя фашизм, придя к власти, заявлял о своем стремлении поддерживать с Советским Союзом наилучшие отношения и даже ратифицировал продление Берлинского советско-германского договора о дружбе и нейтралитете, он особенно не взлюбил нас после того, как мы предложили ему гарантировать безопасность и целостность наших общих соседей. Озлобление против нас только усилилось после того, как мы заключили пакт о взаимопомощи с Францией, объявленной им своим наследственным врагом, и после вступления нашего в Лигу наций и ¡развертывания там нашей программы мира.

    Бешеной агитацией при помощи платных агентов и политических друзей в других странах фашизм пытается максимально использовать существующие в этих странах предрассудки против страны, строящей социализм, с целью, во-первых, разрушить связи, существующие между этими странами и Советским Союзом в качестве членов Лиги наций, а во-вторых, с целью получения финансовой поддержки на усиление своих вооружений, которые можно будет направить не обязательно против Советского Союза.

    Меня могут спросить, почему нас беспокоят военные приготовления фашизма, если на самом деле они не обязательно имеют антисоветское назначение. Я позволю себе на это ответить анекдотом. Когда одного человека, на которого напали лающие собаки, спросили, почему он испугался, разве он не знает, что лающие собаки не кусаются, он ответил, что он-то это знает, но что он не уверен св том, знают ли это собакд.(Общий смех.) Мы, большевики, лающих собак не боимся, но все же мы не станем полагаться на собачью сознательность (общий смех всего зала, аплодисменты) и лучше вооружимся дубиной покрепче И подлиннее.(Общий смех, аплодисменты.)

    Блоки поджигателей войны

    Не найдя себе союзников среди членов Лиги наций, стоящих еще на почве идеи коллективной безопасности, фашизм, очутившись в изоляции, чтобы внешне скрасить эту свою изолированность, обратился к тем немногим странам, которые пребывают в таком же одиночестве, разделяют его отрицательное отношение к Лиге наций и организации мира и так же преследуют агрессивные цели, и заключил с ними блок якобы для борьбы с «международной коммунистической опасностью». Для точности отмечу, что блок заключен не общий между тремя государствами, а между Германией и Италией и отдельно между Герма!нией и Японией. Впрочем, мы имеем точные сведения, что Италия, желая итти во что бы то ни стало по стопам своей новой мен-торши Германии, предложила Японии заключить с нею соглашение, аналогичное опубликованной части японо-германского соглашения. Г-н Муссолини, поддерживавший с Советским Союзом весьма корректные отношения свыше 10 лет, убедился в международной коммунистической опасности лишь после того, как Советский Союз лойялъно и последовательно участвовал в мероприятиях Лиги наций против Италии, нарушившей пакт Лиги наций, совершившей агрессию и захватившей Абиссинию, а затем выступил против фашистской военной интервенции в Испании.

    Авторы этих международных соглашений по борьбе с коммунизмом не замечают, очевидно, в какое смешное положение они себя ставят, когда они просят действительно поверить в идеологический характер этих соглашений. В подобном понимании эти соглашения должны как будто говорить о том, что германский фашизм, после 4 лет гомерических усилий по искоренению всеми мыслимыми мерами не только коммунизма и марксизма, но даже демократизма в своей стране, вновь стоит перед величайшей коммунистической опасностью внутри страны, с которой он не в состоянии сам справиться, и вынужден искать иностранной помощи. Равным образом итальянский фашизм, после 14 лет своего царствования и после поднятия страны до ранга империи, очутился перед лицом коммунистической опасности, преодолеть которую он может только вкупе с германским и японским фашизмом. Японское правительство, ведшее неустанную борьбу по искоренению «вредных мыслей» в стране, не достигло своей щели и вынуждено звать себе на помощь иностранную полицию. Выходит как будто, что как раз фашистские страны охвачены паникой перед лицом победоносного роста коммунизма у них. Не менее смехотворны и цели, которые якобы ставят себе эти соглашения и которые могут состоять лишь в следующем. Японское правительство обязуется, вероятно, своевременно извещать германское в случае решения японского коммуниста искать убежища в ¡свободной Германии, и наоборот. В случае нехватки места для коммуниста в германском концентрационном лагере или тюрьме японское и итальянское правительства обязуются,, очевидно, найти для него жилплощадь в своих тюрьмах/ и лагерях (смех), и наоборот. Надо полагать, что высокие договаривающиеся стороны обязались также одалживать друг другу номера «Коммунистического Интернационала» и тому подобные издания или что они, может быть, на началах коллективного творчества создадут газету, которая должна будет доказывать преимущества фашистских идей перед коммунистическими. Трудно представить себе, какие другие практические цели могут преследовать эти своеобразные международные трактаты. Неудивительно, что, судя по отзывам прессы, сообщения об этих трактатах во всех нефашистских страдах встречены с трудно сдерживаемым вежливым хохотом. Люди сведущие отказываются верить, что для составления опубликованных двух куцых статей японо-германского соглашения необходимо было вести переговоры* в течение 15 месяцев, что вести эти переговоры надо было поручить обязательно с японской стороны военному генералу, а с германской — сверхдипломату и что эти переговоры должны были вестись в обстановке чрезвычайной секретности, втайне даже от германской и японской официальной дипломатии. Неудивительно, что делаются предположения, что японо-германское соглашение написано особым кодом, на котором антикоммунизм означает совсем не то, что пишется в словарях, и что люди по-разному расшифровывают этот код. Японская военщина в Манчжурии, например, по-своему поняла код и, нарушив господствовавшее в течение изрядного времени на советско-манчжурской границе затишье, в течение двух суток совершила два налета на советскую территорию с довольно значительными силами. Она не учла, что берлинское соглашение отнюдь не помешает Краснознаменной Дальневосточной Армии дать ей тот же ответ, что она давала и раньше на подобные налеты. (Овация всего зала. Все встают. Возгласы: «Да здравствует Дальневосточная Красная Армия!», «Ура!», «Да здравствует т. Блюхер!»)

    Она, будем думать, сообразила это, когда после налетов сосчитала количество увезенных ею раненых и оставленных на советской территории трупов и предметов вооружения. Мы надеемся, что вопреки берлинскому соглашению японская военщина в Манчжурии не забудет убедительной просьбы Дальневосточной Армии «для своих прогулок подальше выбирать закоулок». (Смех, аплодисменты.)

    Лицемерие и фальшь врагов мира

    Что касается опубликованного японо-германского соглашения, тр я рекомендовал бы не доискиваться в нем смысла, ибо соглашение это действительно не имеет никакого смысла по той простой причине, что оно является лишь прикрытием для другого’ соглашения, которое одновременно обсуждалось и было парафировано,-." а, вероятно, и подписано и которое опубликовано не было и оглашению не подлежит.

    Я утверждаю, с сознанием всей ответственности моих слов, что именно выработке этого секретного документа, в котором слово коммунизм даже не упоминается, были посвящены 15-месячные переговоры японского военного атташе с германским сверхдипломатом.

    Агрессивный характер недавно заключенных соглашений вытекает уже из того, что в нем участвуют три государства, ушедшие из Лиги наций. Правда, Италия формально еще участвует в Лиге наций, но ее участие состоит в том, что, как г-н Муссолини недавно сам публично заявил, он участливо желает скорейшей ее смерти. Все три государства известны своей агрессивностью и покушениями на чужие территории, борются с принципами коллективной безопасности и неделимости мира. Уже это одно придает зловещий характер этим соглашениям и указывает на угрозу, которую они составляют всеобщему миру, безопасности и интересам многих стран.

    Активность фашистских стран за последнее время вскрыла, между прочим, все лицемерие и фальшь некоторых их политических, якобы программных заявлений и лозунгов. Германский фашизм, например, утверждал, что он принципиально против всяких международных союзов и комбинаций, кроме пактов о ненападении, и то лишь с пограничными соседями. Он заключил соглашение с отстоящей на десятки тысяч километров и отделенной от него несколькими„ государствами Японией, и отнюдь не о ненападении. Германский фашизм клялся в своей приверженности принципу локализации войны. Соглашение с Японией имеет тенденцию распространить войну, возникшую на одном континенте, по крайней мере на два, если не на больше континентов. Итальянский фашизм заявлял после абиссинской экспедиции, что его территориальные аппетиты полностью удовлетворены и что он отныне готов сотрудничать в деле стабилизации мира, а теперь он включился в систему агрессивных соглашений. Не выиграет также репутация искренности японского правительства, заверявшего нас в своем стремлении к установлению мирных отношений с Советским Союзом и побудившего нас ради этого пойти ему навстречу в урегулировании интересующих его некоторых спорных вопросов, а ныне заключившего секретное агрессивное соглашение с Германией. Японское правительство уверяло нас также в том, что предложенный ему пакт о ненападении все еще им обсуждается и сможет быть заключен по урегулировании всех спорных вопросов, а ныне оно поставило заключение таких пактов в зависимость от согласия на это Германии, уменьшив самостоятельность своей внешней политики.

    Антидемократические фашистские агрессивные страны свое слово сказали. Они сказали, что не хотят участвовать в общем международном сотрудничестве для организации мира, для обеспечения 'безопасности всем народам. Они бросают один вызов за другим миролюбивым, в первую очередь демократическим народам. Слово теперь за этими народами.

    Наша политика была, есть и будет политикой мира

    Советский Союз не видит оснований менять свою политику, которая была, есть и будет политикой мира. (Продолжительные аплодисменты.) Он хочет этого мира для себя и для других народов и поэтому предлагал им свое сотрудничество. Он ждет от других не слов о мире, а действий по организации этого мира. Советский Союз, однако, не напрашивается ни в какие союзы, ни в какие блоки, ни в какие комбинации. Он спокойно предоставит другим государствам взвесить и оценить ту выгоду, которую можно извлечь в интересах мира из тесного сотрудничества с ним, и понять, что Советский Союз может больше давать, чем получать.(Аплодисменты.)

    Заключенные соглашения, о которых мы сегодня говорили, ничего не меняют в фактическом положении дел. Опасность представляют не договоры, не подписи под ними, какова бы ни была их ценность, а наличие государств с правительствами, строящими свою внешнюю политику на презрении к миру, на принципах агрессии и хищничества и норовящими захватить все, что плохо лежит. Нас это, однако, не пугает потому, что у нас нет ничего, что плохо лежало бы. (Аплодисменты.) Под наибольшей угрозой очутились другие государства, другие владения. Наша безопасность не зависит от бумажных документов и от внешнеполитических комбинаций. Советский Союз достаточно крепок сам по себе. Он крепок спаянностью, сцепкой и налаженностью всех его частей, и эта крепость еще больше усилится, когда он будет скреплен новым прекрасным цементом, который представляет собою принимаемая нашим съездом новая Конституция. Советский Союз крепок единством стремлений всех населяющих его народов и единством воодушевляющей их единой цели. Он крепок своим подлинным демократизмом. Он крепок беспрерывно растущим духом действенного патриотизма всего его населения. Он крепок огромным сочувствием и любовью к нему миллионов и десятков миллионов трудящихся за его пределами. Он крепок централизованностью правительственной власти и авторитетом руководящей коммунистической партии. (Аплодисменты.) Он крепок своими стахановцами, своими героями-летчиками и рекордсменами во всех областях спорта. Он крепок беспредельной преданностью государству и его идеалам многочисленною комсомола и охваченного энтузиазмом всего подрастающего поколения. Он крепок своими несметными естественными богатствами, безостановочным подъемом и мощью своей гигантской промышленности. Он крепок колхозными формами земледелия. Он крепок сознанием своей силы и непобедимости. (Аплодисменты.) Он крепок, наконец, своей славной Красной Армией и Красным Флотом во главе со всеми любимым полководцем т. Ворошиловым. (Бурные аплодисменты. Все встают и устраивают горячую овацию т. Ворошилову. Могучее «ура» перекатывается по залу.) Мы уверены, что если наступит день, когда наша армия и флот вынуждены будут выступить на защиту родины, то военное стахановство, помноженное на рождаемый в таких случаях энтузиазм, явит миру неслыханный в истории всех времен и народов пример беззаветной храбрости, геройства, богатырства и большевистского умения воевать. (Аплодисменты.) Я уверен, и вы все, товарищи, уверены в том, что наш Советский Союз будет стоять и гордо выситься как неприступная крепость, о которую разобьются мутные волны беснующегося фашистского моря. (Бурные аплодисменты.) Эта уверенность еще больше крепнет в нас от сознания того, что управление этой крепостью и ее ключи находятся в руках такого коменданта, как наш славный, великий вождь товарищ Сталин. (Бурные, продолжительные аплодисменты. Все встают. Буря аплодисментов, восторженные возгласы:« Ура1», «Да здравствует вождь народов великий Сталин!»)

    РЕЧЬ НА СЕССИИ СОВЕТА ЛИГИ НАЦИЙ

    28 мая 1937 г.

    Речь уважаемого представителя Испании и разосланные им документы исчерпывающе осветили фактическую сторону дела, на которой вряд ли есть надобность останавливаться. Перед нами совершенно ясное дело, не требующее дальнейших проверок и расследований. Перед нами бесспорный случай насильственного ввода иностранных вооруженных сил на территорию одного из членов Лиги наций — случай агрессии в грубейшей форме.

    Предпринимавшиеся за последний год, по практическим предложениям, некоторые международные акции — соглашение о невмешательстве в испанские дела, установление контроля, предложение о перемирии, обращение к воюющим сторонам, — несомненно, искажают и затемняют формальную сторону дела, создавая впечатление, будто речь идет о равноправных воюющих сторонах. На самом же деле мы имеем, с одной стороны, законно признанное всеми без исключения государствами и Лигой наций правительство, созданное на основе испанской конституции и демократическою избирательного права, получившее незадолго до ‘возникновения обсуждаемого события вотум доверия испанского народа, правительство, ответственное за соблюдение законов страны, за порядок, за дисциплину в армии и флоте и обязанное подавлять, если нужно силой, всякое покушение на изменение существующего строя, покушения на интересы широких народных масс и всяческие восстания и беспорядки. С другой стороны — кучка генералов и офицеров, нарушивших свой воинский долг, восставших против законного правительства и конституции страны, начавших военные действия при помощи, главным образом, марокканских войск. Я позволяю себе Напомнить об этих простых, бесспорных фактах ввиду того, что о них начинают забывать. Начинают забывать, что в данном случае не может быть и речи о равноправии сторон. Иностранные правительства имеют право входить в сношения с испанским правительством, совершать с ним любые коммерческие сделки, вплоть до продажи военных материалов, не нарушая никаких международных норм и обязательств. Сношения же с мятежными генералами, а тем более снабжение их военным материалом, являются классическим примером вмешательства во внутренние дела другою юсударства.

    Еслй бы испанские события ограничились внутренними неурядицами, борьбой правительства против мятежников, то Лиге наций не только нечего было бы делать с этим вопросом, но эти события давно прекратились бы. Всякий беспристрастный человек, знакомый с соотношением сил, должен признать, что законное испанское правительство давно справилось бы с мятежом, Мадрид и другие испанские города не подверглись бы опустошению и разрушению и испанскому народу не пришлось бы оплакивать гибель десятков тысяч мужчин, женщин и детей, уничтожение лучших представителей испанскою искусства и науки. Дело не приобрело бы международного характера, и не только в Испаши был бы давно установлен порядок, но и не был бы нарушен международный порядок.

    К сожалению, опубликованные документы с предельной убедительностью доказывают, что сам мятеж генералов был подготовлен и организован при иностранном подстрекательстве и с иностранной помощью. Больше тою, в первый же день мятежа мятежники стали снабжаться оружием, авиацией, военными инструкторами и летчиками из-за границы* Размеры этого снабжения по мере развития событий все более и более увеличивались, и помощь мятежникам стала оказываться не только военным, но и человеческим материалом. Заключение соглашения о невмешательстве в испанские дела, не прекратило оказания этой помощи мятежникам. В Испанию в помощь мятежникам хлынули десятки тысяч хорошо обученных и вооруженных иностранцев, из которых многие находились на военной службе иностранных государств и составили на территории Испании значительные воинские части. Крупные сражения с испанской республиканской армией велись в некоторых случаях исключительно этими иностранными воинскими частями, под командованием иностранных генералов. Испанские юрода подвергаются бомбардировке иностранных Самолетов, управляемых иностранными пилотами. Четвертая1 часть Мадрида, весь город Герника и множество других юродов и деревень уничтожены иностранной авиацией. Можно сказать, что в настоящее время испанской республиканской армии приходится вести вооруженную борьбу не столько против мятежников, сколько против вторгшихся в страну иностранных интервентов. Таким образом, один из членов Лиги подвергся иностранному нашествию и угрозе нарушения его территориальной целостности и политической независимости.

    Но дело идет не об одной Испании. Испанские события создали одну из величайших угроз, европейскому и всеобщему миру. Угроза эта возникает вследствие попытки вооруженного вмешательства во внутренние дела европейского государства, попытки навязать народу этого государства чуждый ему внутренний режим, а главным образом внешнеполитическую ориентацию и под покровом этого вмешательства лишить эту страну ее независимости и подчинить ее феруле других государств. Если бы эта попытка удалась и прошла безнаказанно, то не будет гарантии в том, что она не будет повторяться и в других странах. Нет гарантии в том, что не будет сделана в ближайшее же время новая попытка вызвать мятеж в какой-либо другой стране, признать вождя мятежников главой правительства, ввести туда в помощь мятежникам иностранные войска и иностранное оружие и осуществить таким образом агрессию, национальную политику интервенировавшею государства. В интервенции проявляется тенденция, по Iпримеру религиозных войн прошлого, начать серию новых войн и под покровом борьбы идеологий и политических режимов осуществлять политику агрессии и экспансии. Не следует забывать, что в Испании в момент возникновения мятежа существовало правительство, по своей программе сходное с правительствами, существующими во многих других странах.

    Правительство страны, которое я представляю, имеет свою идеологию, оно, конечно, очень радо было бы, если бы этой идеологией прониклись и другие страны. Однако оно никогда не пыталось и не будет пытаться какими бы то ни было путями, а1 тем более насильственными, навязывать свою идеологию другим государствам. Мы, как' государство, мало интересовались тем строем, который существовал в Испании, с которой к моменту мятежа мы не имели даже ни дипломатических, ни консульских отношений, где в это время не было ни одного советского гражданина. Мы хотим лишь одного — чтобы испанский народ по окончании нынешних событий мог бы, как до мятежа, иметь то правительство, которое он сам хочет и которое он добровольно избрал на основании им самим установленной конституции. Представляемое мною правительство поэтому с самого начала заявило, что оно поддержит любую акцию, направленную к удалению из рядов воюющих в Испании всех неиспанских элементов, с тем чтобы происходящая там борьба могла разрешиться силами одних испанцев.

    Обстоятельства дела полностью оправдывают обращение испанского правительства в Лигу наций. Мы знаем, что в некоторых кругах это обращение критикуют и даже осуждают. Есть люди, которые считают себя приверженцами Лиги наций и которые полагают, что Лигу наций можно сохранить в живых только при условии, если от нее никто ничего не будет просить и ничего не будет ожидать, и что всякое обращение к Лиге в каком-либо серьезном международном деле является покушением на существование Лиги. Эти люди хотели бы превратить Лигу в «универсальную» мумию и любоваться ее неподвижностью и невозмутимым спокойствием. Испанское правительство, очевидно, думает не так и полагает, наоборот, что Лига наций будет окончательно обречена если не на физическую, то на моральную смерть, если она будет совершенно игнорироваться и оставаться в стороне при развертывании таких событий, какие происходят сейчас на Иберийском полуострове.

    Испания принадлежит к числу первоначальных членов Лиги и принимала деятельное участие во всех работах Лиги. Она лойяльно выполняла все свои обязанности в качестве члена Лиги. Она занимает полупо-стоянное место в Совете Лиги, и она не злоупотребляла этой своей привилегией, чтобы отмежевываться от общих решений и акций Лиги нйций и противопоставлять свое индивидуальное мнение общественному мнению остальных членов Лиги. Надо поэтому только удивляться скромности и умеренности Испании, которая, несмотря на обрушившееся на нее несчастье в тяжелую для нее годину, не обременяла Лигу своими обращениями, хотя она на это имела полное формальное и моральное право. И если она теперь с этой скромностью, зная ограниченность помощи, которой она может ожидать от Лиги, не ссылаясь ни на какие подходящие к данному случаю статьи устава, все же к нам обратилась, я хочу вцразить уверенность, что Совет Лиги наций не только в интересах Испании, но и в интересах международной справедливости и сохранения мира, а также в интересах самой Лиги скажет свое веское слово и окажет испанскому народу возможную максимальную поддержку.

    ИЗ РЕЧИ ПРИ ПРИЕМЕ В ЧЕСТЬ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ШВЕЦИИ г-на САНДЛЕРА 9 июля 1937 г.

    ...Число этих стран велико1. Представляемые ими силы — материальные и людские — огромны и значительно превосходят объединенные силы тех государств, которые открыто стремятся к развязыванию войны, и тех, которые полуявно им в этом помогают. К сожалению, силы, стоящие за мир, менее решительны, менее энергичны, менее объединены между собою, чем противостоящие им силы, которые, не останавливаясь ни перед чем — ни перед блефом, ни перед шацтажем, ни перед обманом, ни перед риском явных авантюр, — держат весь мир вот ужа в течение нескольких лет в состоянии растущей тревоги и предвоенной лихорадки.

    Речь не идет о создании военных союзов и ббъединений в целях противопоставления силы одних силе других на поле брани. Задачей момента, на наш взгляд, является консолидация, если можно так выразиться, потенциала мира. Этот потенциал состоит не только из обороноспособности миролюбивых государств, но в значительной мере из таких элементов, как пакт Лиги наций, пакт Бриана — Келлога, региональные пакты о взаимной помощи, идеи коллективной безопасности и неделимости мира, манифестирование солидарности миролюбивых стран и их способность найти между собою общий язык. Потенциал мира во всей своей совокупности играет огромную роль в замедлении и задержаний агрессии. Уменьшение любого элемента этого потенциала означает поощрение и развязывание агрессии и, следовательно, увеличение риска войны. Дело не только в том, чтобы Лига наций, например, в каждом случае непременно полностью выполнила свои обязательства и применила к агрессору санкции в максимальном объеме, что, конечно, крайне желательно, но также в том, чтобы она полностью хоть формально сохранила весь потенциал тех мер, которые эвентуально могут быть применены к агрессору. Вот почему нам представляется, что даже теоретическое ослабление пакта Лиги, снижение его теоретических возможностей до некоего воображаемого невысокого практического уровня было бы ослаблением потенциала мира. То же самое можно сказать и в отношении других пактов, предназначенных служить делу всеобщего мира и безопасности отдельных государств.

    Нет теперь более актуальной и благородной задачи как для больших, так и для небольших стран, чем посильное содействие организации, укреплению и неприкосновенности всего потенциала мира...

    РЕЧЬ НА ПЛЕНУМЕ ЛИГИ НАЦИЙ

    21 сентября 1937 г.

    Господин председатель, господа!

    Должен признаться, что я испытывал некоторые колебания, прежде чем выступить здесь, и я думаю, что те же колебания не чужды и другим делегациям. Я спрашивал себя: разве не сохраняет полностью свою силу все то, что нами говорилось и предлагалось с этой трибуны год тому назад по поводу доклада 17-й Ассамблее, и нужно ли что-либо к этому прибавить? В самом деле: зло, о котором мы здесь тогда говорили, продолжает отравлять международную атмосферу и разъедать Лигу наций. Агрессия, в теории и в действии, не только не исчезла, а, наоборот, еще выше подняла голову, еще наглее показывает свое безобразное:лицо и находит все новые и более частые проявления и во все более резкой форме.

    К агрессивным явлениям в замаскированной форме на юго-западе

    Европы прибавились такие же явления в голом виде на азиатском континенте. Два государства, два члена Лиги и Совета, подвергаются нашествию чужеземных военных сил — сухопутных, морских и воздушных. Коммерческие, как и военные корабли третьих стран становятся жертвами всевозможных нападений. Главнейшие водные пути стали небезопасными от пиратства, морского и воздушного. Наносится ущерб международной торговле, ценные грузы незаконно конфискуются и пускаются ко дну, команды судов берутся в плен или уничтожаются, на морях царствует полнейший произвол и разбой, попираются ногами элементарнейшие нормы международного права. На-днях пришлось создать международную морскую полицию и выработать правила гуманизации войны в мирное время.

    На азиатском материке без объявления войны, без всякою повода и оправдания одно государство нападает на другое — на Китай, наводняет его 100-тысячными армиями, блокирует его берега, парализует торговлю в одном из крупнейших мировых коммерческих центров. И мы находимся, повидимому, лишь в начале этих действий, продолжение и конец которых не поддаются еще учету. В Европе другое государство— Испания — уже второй год продолжает подвергаться нашествию организованных иностранных армий, ею прекрасная столица — Мадрид — и другие города подвергаются изо дня в день жесточайшей бомбардировке, уничтожающей десятки тысяч человеческих жизней, огромные материальные и культурные ценности. Другой город — Альмерия—подвергается канонаде с иностранных военных судов; и все эти действия совершаются иностранными : государствами, которым не должно было быть никакою дела до происходящей в Испании гражданской войны.

    Сотрудничество с нарушителями мира невозможно

    Напрасно стали бы мы искать отражения этих событий в докладе секретариата Лиги нынешнему пленуму. Лига наций, призванная гарантировать целостность государств, состоящих ее членами, охранять мир и международный порядок, обеспечить соблюдение ненарушения международных договоров и уважения международного права, остается в стороне от этих событий, не реагируя на них. Хуже того — укрепляется мнение о необходимости главным образом охранять во что бы то ни стало Лигу наций, как красную девицу, от дуновения этих потрясающих событий, изолируя ее от них.

    В основе такой нежной заботливости о Лиге наций лежит «ошибочное мнение о том, что Лига наций не может бороться с агрессией, произволом, беззаконием и международным разбоем вследствие отсутствия в ней виновников этих явлений. Предполагают, что борьба с агрессией может быть успешной лишь... в сотрудничестве с самим агрессором. Опыт такого успешного сотрудничества уже проделан. Испанский вопрос был изъят из Лиги наций и передан в специально созданный Лондонский комитет так называемого невмешательства, чтобы получить сотрудничество главных виновников испанской трагедии, которые не выносят женевского духа. Результаты этого опыта налицо и всем известны. Подписывались соглашения, которые немедленно нарушались, принимались резолюции, которые не соблюдались, вырабатывались схемы и планы, которые саботировались и срывались, и все это под аккомпанемент хлопанья дверьми некоторыми не в меру, но солидарно капризничавшими членами комитета, то покидавшими его, тэ вновь туда возвращавшимися. Лондонский комитет не достиг, конечно, ни одной из поставленных им себе целей. При формальном запрещении вывоз оружия в Испанию, снабжение мятежников всеми видами оружия для действий на суше, на море и в воздухе — в государственном масштабе — не прекращались. Вопреки обязательству о запрещении1 иностранным гражданам выезда в Испанию для участия в военных операциях десятки тысяч людей в военных формациях, целыми дивизиями в полном вооружении во главе с офицерами и генералами доставлялись в помощь испанским мятежникам на виду у всех непосредственно из портов стран, взявших на себя упомянутое формальное обязательство. Это не догадки, а факты, которые не скрываются самими нарушителями этих обязательств и о которых открыто пишет их преоса{, о которых мы узнаем из офици|альных приказов, из печатаемых списков раненых и убитых, из обмена официальными телеграммами. Добавьте к этому крейсирование вокруг Испании иностранных военных судов, помогающих мятежникам своей разведкой, обстрелом испанских портов (случай с Альмерией) и даже потоплением нейтральных коммерческих судов, т. е. участием в блокаде республиканской Испании, и ¡вы поймете, почему о невмешательстве в ¡испанские дела нельзя больше говорить без,иронии.

    Таковы результаты деятельности организации, освобожденной от духа Женевы и отвечающей требованию универсальности.

    Я рекомендую эти результаты вниманию апологетов универсальности. Пусть они призадумаются над причиной этих результатов, и они убедятся в иллюзорности надежд на успешное сотрудничество между государствами, преследующими разные цели, имеющими противоположные концепции о международной жизни, о правах и обязанностях народов между собой, надежд на сотрудничество между искренними сторонниками невмешательства во внутренние дела других государств, защитниками права каждого народа на самостоятельное определение своего внутреннего режима и столь же искренними и открытыми сторонниками вмешательства в чужие дела и навязывания другим государствам того или иного режима штыком! и бомбой. Между агрессией и не агрессией, между миром и войной не может быть синтеза.

    1С другой стороны, мы имели опыт двух конференций в Монтре и совсем недавний в Нионе, удачно и быстро выполнивших свои задачи, несмотря на отсутствие универсализма, т. е. отсутствие тех государств, по^ привлечением, которых обычно понимается здесь универсализм. Вывод напрашивается сам собой. Дело не в универсализме, а в том, чтобы участники всякой международной организации или конференции при всем различии их национальных интересов были объединены общей, объединяющей их универсальной идеей, каковой является идея мира, идея уважения самостоятельности и независимости всех народов, идея изгнания силы как орудия национальной политики, идея, положенная в основу устава Лиги наций и пакта Бриана — Келлога.

    Мы знаем три государства, которые отмежевались от этой идеи и в течение последних лет совершали нападения на другие государства. При всем различии режимов, идеологии, материального и культурного уровня объектов нападения, в оправдание агрессии всеми тремя государствами приводится один и тот же мотив: борьба с коммунизмом. Правители этих государств наивно думают, или, скорее, делают вид, что думают, что стоит им произнести слово «антикоммунизм», и все их международные злодеяния и преступления должны быть прощены. Хотя они хвастают, что им удалось искоренить коммунизм в их собственных странах и что они получили полный иммунитет от него, они в порыве неиссякаемой любви к ближним и дальним народам объявляют своей миссией избавление этих народов от коммунизма. При помощи идейной борьбы? О, нет! При помощи всех находящихся в их распоряжении военно-воздушных, сухопутных и ¡морских сил. Они, во исполнение своей добровольно взятой на себя миссии по облагодетельствованию всех народов, готовы не жалеть никаких сил и средств своего собственного народа, готовы сократить до минимума его элементарнейшие материальные потребности и посадить его на голодный паек, лишь бы иметь достаточно оружия для искоренения в других странах коммунизма. Это, конечно, открытая идеология вооруженного вмешательства во внутренние дела других народов, полного презрения к их самостоятельности и независимости. Я вас спрашиваю, как бы выглядел мир, если бы этой идеологией прониклись другие народы и шли походом друг на друга ради навязывания друг другу того или иного внутреннего режима. Впрочем, порою основатели этой идеологии сами начинают сомневаться в ее ¡убедительности и (приемлемости в ¡качестве руководящей международной идеи. Они тогда спускаются с своих идеологических высот и дают нам более прозаическое объяснение своих антикоммунистических лозунгов. Мы тогда узнаем, — чего мы не найдем в энциклопедическом словаре, — что антикоммунизм имеет также геологический смысл и означает тягу к олову, цинку, ртути, меди и ¡другим минералам. Когда же и это объяснение оказывается недостаточным, тогда антикоммунизм расшифровывается как жажда выгодной торговли. Нам говорят, что такой торговли можно лишиться, если Испания окрасится в коммунистический цвет. Я сомневаюсь, однако, чтобы это были самые последние и исключительные объяснения антикоммунизма. Ведь мы знаем уже пример одного коммунистического государства, богатого минералами и другим сырьем, которое не отказывалось вывозить эти минералы и сырье в другие страны, вести с последними весьма обширную торговлю при любых режимах, господствовавших в этих странах, включая даже режим фашистский и национал-социалистский. Более того, эти же страны весьма охотно получали от коммунистического государства минералы и другое сырье, не только не отказываясь от торговли с ним, но и стремясь к максимальному расширению этой торговли, предлагая наиболее выгодные для этого условия. Мы видим, таким образом, что коммунизм не является помехой международному товарообмену с любым государством при условии, конечно, что последнее соблюдает хоть элементарные международные приличия, не ругается по-базарному, не хулиганствует и не заявляет открыто, что выгоды от торговли пойдут на увеличение вооружений для нападения на контрагента.

    Но любое объяснение антикоммунизма к республиканской Испании неприменимо и потому, что там коммунистического строя не было и нет и что, насколько нам известно, испанский народ борется за сохранение своего республиканско-демократического режима, против сил реакции и военной диктатуры. Вот почему приходится думать, что в дальнейшем мы получим новое или дополнительное объяснение антикоммунизма, может быть, в области политической, стратегической или иной.

    Фашистские варвары в роли «спасителей» цивилизации

    Необходимо добавить, что плоскость приложения антикоммунистического лозунга все более и более расширяется. Когда теперь говорят о большевистском режиме, подлежащем искоренению, то часто добавляют слова «и тому подобные режимы». Приходится нередко слышать, что все демократические парламентские страны находятся накануне большевизации. Отсюда недалеко до утверждения о необходимости облагодетельствования и спасения их от грозящей им гибели, как и в случае с Испанией, путем вооруженного вмешательства и нападения. Мы имеем пример Китая, который вряд ли можно отнести даже к числу стран с парламентским режимом в строгом смысле этого слова. Тем не менее нападение на него тоже совершается под лозунгом борьбы с коммунизмом. Мы видим и в самой Европе, как страны, намеченные, по общему мнению, объектом ближайшей агрессии, заранее объявляются большевизированными; или подпавшими под большевистское влияние с целью последующего оправдания намеченной агрессии. Любая страна, которая стала бы предметом вожделений агрессивных государств, может быть объявлена подозрительной по большевизму, ибо никаких доказательств не требуется, а достаточно лишь изо дня в день повторять одно и то же в унифицированной печати и в официальных речах, исходя из предположения, что неправда может казаться правдой при частом ее повторении.

    Я уверен, что все здравомыслящие люди отлично понимают вздорность антикоммунистического лозунга и те агрессивные побуждения, которые им маскируются, но из вежливости, вряд ли в данном случае уместной, молча выслушивают и прочитывают этот вздор. Опасность состоит в том, что это молчание может быть понято агрессором как согласие с оправданностью его агрессивных намерений или действий со всеми вытекающими отсюда печальными последствиями для дела мира. Я думаю, что пора покончить с этим опасным агитационным орудием агрессии, что пора тем, кому действительно дороги интересы мира, сказать высокопоставленным государственным попугаям, что вздор, повторяемый изо дня в день, не перестает от этого быть вздором, что агрессию надо называть агрессией, каким бы лозунгом она ни украшалась, что каков бы ни был смысл антикоммунизма — минералогический ли, коммерческий, стратегический или иной — не могут получить международного оправдания прикрываемые им агрессия, вооруженное вмешательство, вторжение в чужие государства и нарушение международных договоров. Пора также сказать, что они — проповедники бешеного человеконенавистничества — не смеют ратовать за интересы человечества, что они — воскресители самой дикой, отжившей теории времен язычества и средневековья — не смеют говорить от имени современной Европы, что сри — сжигатели лучших произведений человеческого духа, гонители самых блестящих представителей науки, искусства и литературы, презираемые всем культурным миром, — делают себя смешными, когда говорят о спасении цивилизации и призывают во имя этого к крестовым походам против других народов.

    Подобными заявлениями была бы оказана величайшая услуга делу мира.

    Позиция СССР в испанском вопросе

    На-днях кампания по оправданию агрессии в Испании обогатилась новым абсурдным утверждением, будто Советский Союз стремится завоевать Испанию или, по крайней мере, обеспечить политическое влияние на Испанию и тем нарушить равновесие в «Средиземном море. Правду сказал здесь на-днях испанский премьер-министр г-н Нег-рии, что Советский Союз за все время испанского конфликта от Испании ничего не просил, ничего не добивался и ничего не добивается. У Советского Союза нет в Испании ни минералогических, ни «экономических, ни стратегических интересов, ни даже соображений так называемого равновесия. Его интересует исключительно утверждение права каждого народа определять свой внутренний режим собственным решением, без вмешательству иностранных государств, а тем более иностранных войск, и недопущение создания в Испании нового опорного пункта для агрессии против всей Европы. Хотя советское правительство ч: самого начала не признавало и не признает по настоящее время равноправия сторон в испанском конфликте, оно тем не мёнее «присоединилось ко всем соглашениям о невмешательстве и к предложению об изъятии из военных операций всех неиспанских элементов. Заключая международное соглашение, советское правительство, естественно, имеет право заботиться о том, чтобы оно не было обманутым при сохранении обязательности соглашения для одних и фактической необязательности для других.

    Усилить Лигу наций, поднять ее авторитет

    Господа, об угрозах миру говорить теперь не приходится, ибо мир уже нарушен. Необъявленная война ведется на двух континентах, и отзвуки и отражения ее трудно предвидеть. И вот, когда мы собираемся в единственной международной организации по охране мира и спрашиваем себя, что можно сделать для устранения международного неблагополучия, для приостановки совершившейся агрессии, для оказания эффективной помощи ее жертвам, для предотвращения агрессии, угрожающей другим странам, и для оздоровления международной атмосферы, мы здесь услышали ответ: универсализм — вот наше спасение. Есть государства, которые в Лигу наций никогда не входили, есть такие, которые входили и уходили. Надо спросить тех и других, не хотят ли они притти или вернуться к нам и на каких условиях, и чем, по их мнению, Лига должна заниматься. К этому, по мнению некоторых делегатов, сводятся задачи дня.

    Этот вопрос нами обсуждался и на прошлогоднем пленуме Лиги, и я тогда же указал на отсутствие среди нас принципиальных противников универсализма. Вопрос лишь в том, достижим ли он, какой ценой, может ли он при данных условиях дать положительные результаты и действительно ли Лига без него совершенно беспомощна. Мы все не забываем ни на одну минуту и искренне сожалеем об отсутствии в Лиге такой могущественной великой державы, как Соединенные штаты Америки. Мы знаем глубокое миролюбие американского народа, его искреннее отвращение к войне. Мы знаем преданность идеалам Лиги наций нынешнего президента США и государственного секретаря.

    Мы знаем, какую огромную добавочную силу приобрела бы Лига в лице этого государства. Я считал бы, однако, неучтивостью в отношении его мысль о том, что оно готово стать членом Лиги, но ждет лишь нашего запроса или приглашения, чтобы самому не сделать первого шага. Крупное, сознающее свою мощь государство не может руководствоваться подобного рода мелкими престижными соображениями. Я убежден, что если бы американское правительство находило возможным присоединиться к Лиге наций на каких-либо условиях, то оно не стало бы ожидать нашего запроса или приглашения и нашло бы пути, чтобы нам об этом дать знать. Иным не может быть отношение к этому вопросу всякого другого крупного государства, которому дороги интересы мира и международного сотрудничества.

    Уважаемый представитель Чили нам назвал здесь несколько южноамериканских государств, которые всего год или два тому назад покинули Лигу, как Гондурас, Гватемала, Сальвадор, Никарагуа и Парагвай. Мы сожалеем об их уходе, ибо мы ценим сотрудничество всех стран, больших и малых. Я не думаю, однако, что и уважаемый представитель Чили мог думать, что возвращение в лоно Лиги наций этих нескольких государств явилось бы ключом к разрешению стоящих перед нами проблем и что мнимая беспомощность Лиги проистекает от их отсутствия. Я склонен думать, что, говоря об универсализме, имеют в виду преимущественно те именно три великие державы, которые уже были в Лиге и хлопнули дверью и политику которых я вам только что охарактеризовал. Нам рекомендуют запросить о том, как Лиге лучше всего бороться с агрессией, обеспечить самостоятельность и независимость всех членов Лиги — запросить те государства, которые открыто пропо-ведывали, проповедуют и практикуют агрессию и вооруженное вмешательство в дела других государств и необязательность международных договоров. Разве вся их политика не является красноречивым ответом на предполагаемый запрос? Разве ойи скрывают свое отрицательное отношение к коллективным мерам борьбы с агрессией? Разве они не предполагают предоставить каждое государство своей собственной сз'дьбе, признавая взаимную помощь лишь в общей агрессии? Разве история Лондонского комитета по невмешательству не дает нам достаточно ясного, представления о том, как они понимают коллективные обязательства и соблюдение их? Наконец, мы достаточно знакомы с перепиской и переговорами последних лет в связи с нарушением Локарнского договора, чтобы знать, что рекомендуемый нам теперь запрос о возможности возвращения в Лигу и даже об условиях этого возвращения давно им послан. Я не помню, был ли дан ответ на этот запрос, я не знаю, будет ли ответ на эвентуальный запрос от имени Лиги, но если он и будет дан, то, как бы он ни был изложен, его смысл может быть лишь один: в Лигу мы не вернемся или готовы вернуться при условии, что она не будет мешать нашим агрессивным планам, что Лига откажется от защиты своих членов, признает расовую иерархию народов, право господства одних над другими и навязывания последним режима первых. Нужен ли универсализм в таких условиях? Не сомневаюсь в ответе на этот вопрос большинства членов Лиги.

    Вопрос об универсализме возник в связи с поставленной перед нами задачей реформы Лиги. Согласно резолюции, принятой чрезвычайным пленумом, реформа должна быть произведена в направлении уеиле-52ния Лиги, повышения ее эффективности; в борьбе с агрессией. В ответах, полученных'на анкету от членов Лиги, имеется достаточно ценных указаний и предложений, на основании которых мы можем непосредственно приступить к работе и закончить ее, конечно, при наличии доброй воли. Но, если усиление Лиги не отвечает желаниям всех ее членов, а об этом как будто свидетельствовали предложения об обращении к охарактеризованным нечленам Лиги, то бесполезно и нецелесообразно продолжать начатую работу. Лучше отложить ее до лучших времен, ибо в нынешнем ее виде Лига остается немаловажным элементом потенциала мира.

    Задачи Лиги — обуздание агрессоров

    Реформа Лиги, во всяком случае, требует мною времени, а нынешнему пленуму предстоит разрешение больших насущных проблем. Мы имеем призыв о помощи двух членов Лиги — жертв агрессии. Этот призыв ставит .«Лигу перед большим испытанием. Она не может сохранить какой бы то ни было авторитет, сохранить даже свое существование, бесконечно отклоняясь от выполнения своих обязательств и регистрируя свою* беспомощность. Я убежден, что Лига наций и в ее нынешнем составе может оказать как Испании, так и Китаю более сильную помощь, чем эти страны скромно от нее просят, иь этим она не только не увеличит’ но уменьшит шансы новых международных осложнений. Мы рискуем лишь вызвать неудовольствие, и, может быть, даже громадное неудовольствие, виновников нынешнею международного хаоса, подвергнуться нападению со стороны их бесшабашной прессы. Я знаю, что многие весьма чувствительны к мнению этой прессы, которая так же провокационна и агрессивна в своих методах, как и правительства/ дающие ей приказания. Но я предпочитаю что-нибудь сделать для того, чтобы пощадить жизни десятков и сотен тысяч жертв эвентуального расширения или продолжения агрессии, нежели щадить чувство самолюбия агрессоров.

    Господа, что может и должна делать Лига перед лицом агрессии? Мы знаем сентенцию одного английского писателя* что лучший способ избавиться от соблазна — это уступить ему. Я зкэю, что есть такие политические мудрецы, которые думают, что и от агрессии лучше всего избавиться путем уступок ей. Они упрекают испанский народ за героическое сопротивление, которое он оказывает мятежным генералам и стоящим за ними государствам. Они полагают, что и Китай поступил бы мудро, если бы он без боя уступил ультимативным требованиям,? агрессора и добровольно стал ею вассалом. Но Лига наций не для того существует, чтобы давать подобные советы; не оправдывается существование Лиги наций и в том случае, если она, воздерживаясь от подобных советов, сама останется пассивной, со ссылкой на свою слабость, на свою недостаточную универсальность, на неучастие в ее обсуждениях виновников агрессии, не желающих подчиняться ее решениям. .Этот путь был уже испробован и привел к положению, которое все ораторы на этой трибуне оплакивали. Этот путь привел к потерям одними государствами, членами Лиги, огромнейших территорий с десятками миллионов населения, а другими — самого своего существования в качестве государства. Можно считать теперь аксиомой, что пассивность

    Лиги во время манчжурского конфликта имела своим последствием несколько лет спустя нападение на Абиссинию. Недостаточная активность 'Лиги в случае с Абиссинией поощрила испанский эксперимент. Непринятие Лигой никаких мер в помощь Испании поощрило новую атаку на Китай. Таким образом, мы имели четыре агрессии на протяжении пяти лет. Мы видим, как агрессия, не будучи приостановлена, перебрасывается с одною материка на другой, принимая каждый раз все большие и большие размеры. С другой стороны, я твердо убежден, что решительная политика Лиги в одном случае агрессии избавила бы нас от всех остальных случаев. И тогда, и только тогда, все государства убедились бы, что агрессия нерентабельна, что агрессию не следует предпринимать. Только в результате такой политики в наши двери постучатся бывшие члены Лиги наций, и мы им радостно скажем: «Войдите». Мы их не спросим об их миросозерцании, о господствующих в них внутренних режимах, ибо Лига наций признает мирное сосуществование любых существующих режимов, и тогда осуществится наш общий идеал универсальной Лиги, сохранившейся в качестве орудия мира. Но этого идеала мы не достигнем рассылкой анкет, а достигнем лишь коллективным отпором агрессии, коллективной защитой мира, который нам всем необходим и благами которого мы все будем пользоваться.

    ИЗ РЕЧИ НА СОБРАНИИ ИЗБИРАТЕЛЕЙ ПЕТРОГРАДСКОГО И ВАСИЛЕОСТРОВСКОГО РАЙОНОВ ЛЕНИНГРАДА

    27 ноября 1937 г.

    ...Наша политика мира воплощена в представленных в Лигу наций проектах полного и частичною разоружения;, в пактах о ненападении, заключенных нами с десятью из одиннадцати граничащих с нами юсударств (одиннадцатое — Япония — отказывается от заключения пакта), в предложенном нами и принятом одиннадцатью государствами определении агрессии и в других сделанных нами предложениях того же порядка. Озабоченные поддержанием мира не только вблизи наших границ, но и обеспечением безопасности всем народам, мы, исходя из принципа неделимости мира, согласились участвовать в региональных (областных) пактах взаимной помощи, заключили такие пакты с Францией и Чехословакией, вошли в Лигу наций, чтобы проверить ее в качестве инструмента мира, принимаем участие во всех международных конференциях и совещаниях, созываемых с целью наилучшей организации мира и коллективной безопасности. К сожалению, не все государства, и даже не все руководящие государства, проявляют такую же искренность, такую же последовательность и такую же готовность к осуществлению напрашивающихся, а иногда даже намечаемых мероприятий по организации мира, как советское правительство. Все эти государства как будто признают наличие грозной опасности миру и их собственным интересам со стороны нескольких фашистских и агрессивных государств, принимают в принципе идею коллективной безопасности, на которой основана Лига наций, но дальше слов и деклараций они не идут, а словами и декларациями агрессоров не прошибешь.

    Вы знаете, товарищи, что империализм, т. е. жажда расширения своих границ, захвата чужих земель, колоний, порабощения других народов, в той или иной мере присущ почти всем буржуазным государствам. Некоторые из них, однако, на данном историческом этапе, со времени мировой войны, довольные «благоприобретенным» добром, о новых завоеваниях как будто еще не помышляют. Есть такие, которые помышляют, но не решаются пока об этом громко и вразумительно говорить. Есть, однако, три государства, которые без всяких стеснений, публдчно, громко, изо дня В день провозглашают свою решимость не считаться ни с какими международными законами, ни с какими международными договорами, хотя бы ими самими подписанными, решимость захватывать чужие земли, где только им это удастся, и отклоняют поэтому всякое коллективное сотрудничество по организации мира. Они эту свою агрессивную политику провозглашают с предельной ясностью, с предельным даже цинизмом, и не только провозглашают, но И кое-где проводят фактически. Тем не менее находятся государства, которые не верят их заявлениям об агрессивности и всю свою дипломатию тратят на получение подтверждения и уточнения этих совершенно ясных заявлений. Они то и дело обращаются к агрессорам приблизительно с такими запросами: «Вы, мол, заявили, что не признаете международных договоров и даже действительно нарушаете их, что вы не намерены уважать безопасность и неприкосновенность других государств и действительно кое-кого этой безопасности и неприкосновенности лишили. Вы отвергаете сотрудничество с нами и действительно отказываетесь участвовать в международных организациях, совещаниях и конференциях. Мы хотим знать, правильно ли мы вас поняли и думаете ли вы то, что говорите. Будьте так любезны, подтвердите и уточните это». (Смех.) Получение подтверждения не прекращает дальнейших запросов. Не ограничиваясь устными запросами, посылают иногда агрессорам письменные анкеты для заполнения: «подтвердите, что вы есть агрессоры». (Общий смрх в зале.) Когда же агрессоры с презрением бросают эти анкеты в сорную корзину, к |ким посылают официальных и неофициальных эмиссаров, министров и других государственных деятелей для получения новых подтверждений и уточнений. Ответы на эти запросы иногда получаются в звонко-оскорбительной форме. Но и тогда просят подтвердить и уточнить оскорбление. К сожалению, агрессоры не ограничиваются посылкой устных или письменных подтверждений и для вящшей ясности наступают на мозоли всем тем, кто подставляет им ноги, и мало-помалу осуществляют свою программу агрессии. И вот получается на международной арене такое разделение труда, что одни государства наступают, а другие—вопрошают и ждут подтверждения и уточнения. (Смех.)

    Возьмем для примера испанские события. Два государства — Германия и Италия, — воспользовавшись офицерско-генеральским бунтом в Испании, ими же, впрочем, подготовленным и организованным, начинают открыто посылать мятежникам военную помощь людьми и материалами. И вот другие государства, кровным интересам которых угрожает бесцеремонное вмешательство во внутренние испанские дела Италии И Германии, заявляют последним: «Вы же, наверное, не хотите вмешиваться в испанские дела и до сих пор вмешивались по недоразумению. Просим подтверждения (смех), а пока что мы не будем вмешиваться и не будем помогать законному испанскому правительству, хотя мы имеем

    на это полное право. Давайте подпишем бумажку и учредим комитет для наблюдения». Бумажка подписывается, комитет наблюдает, но вмешательство Германии и Италии усиливается с каждым днем. По требованию советскою правительства устанавливается контроль вдоль сухопутных и морских границ Испании, но контроль сразу обнаруживает такие трещины, через которые к испанским мятежникам проникают целые иностранные дивизии й корпуса и соответственное военное снаряжение. Комитет все это наблюдает и опять требует от Италии и Германии подтверждения, снова обращается к ним: «Вы же, наверное, не хотели засылать свои огромные армии в Испанию, вы засылали их, вероятно, по недоразумению. Они вам там не нужны, и вы готовы их отозвать. Так подтвердите же эта, а мы вам готовы заплатить кое-что, облегчив покровительствуемым вами мятежным генералам блокаду законною испанского правительства». Германия и Италия не скупятся на подтверждения и продолжают «по недоразумению» засылать в Испанию новые контингенты вооруженных людей и военные грузы. В результате: внутренний испанский конфликт, который мог бы быть ликвидирован испанским правительством в течение нескольких недель, разрастается в огромный вооруженный конфликт, принимающий международный характер, который длится уже больше    года и    которому не    видно

    еще конца. Агрессивные страны завоевывают    новые    позиции    для    даль

    нейшей агрессии, а сознание ненаказуемости нарушения международных законов и беспомощности так называемых великих держав вызывает новые акты агрессии в других частях света.

    Возьмем друюй пример — на Дальнем Востоке.    Япония    наводняет

    своими войсками Китай, оккупирует одну провинцию за другой, обстреливает и бомбардирует с воздуха китайские юрода, —словом, совершает все то, что до сих пор называлось войной. Она весьма авторитетно, громко и неоднократно заявляет, что намерена продолжать свое наступление до тех пор, пока она не осуществит поставленных себе задач и пока Китай не вступит с нею в переговоры, на предмет капитуляции, конечно. Она предупреждает при этом, что она ничьего посредничества не потерпит. Китай обращается за защитой в Лигу наций, ссылаясь на соответствующие пункты устава Лиги. Лига создает комитет, комитет выделяет подкомитет, а последний выбирает редакционный комитет. Изготовляется бумажка по адресу Японии: «Ваше наступление нами не одобряется, оно, вероятно, основано на недоразумении. Приезжайте подтвердить это, а чтобы вы не чувствовали себя среди нас одинокой, мы приглашаем вашею единомышленника и друга — Германию». От Японии приходит подтверждение, что никакою недоразумения нет, что наступает она вполне сознательно и согласна обсуждать только с Китаем и только условия капитуляции последнего. Лига, обезоруженная таким ответом, решает передать вопрос на разрешение наиболее заинтересованных в дальневосточных делах держав—участников так называемою Вашингтонского договора, который оказывается вторично нарушенным Японией (первый раз он был нарушен оккупацией Манчжурии). И вот созывается Брюссельская конференция, на которую приглашается и Советский Союз, хотя он участником Вашингтонского договора не является. Что же делает эта конференция? Ее деятельность весьма метко охарактеризована в карикатуре, которую я видел в одной иностранной газете. Там изображено, как почтенные делегаты 18 государств не без больших усилий й потуг совместно тащат письмо к почтовому ящику для отправки Японии. В этом письме, как вам известно, опять требуется от Японии подтверждение, сознательно ли она совершает свою агрессию в Китае, которую ей предлагается приостановить, приняв посредничество. Подтверждение не заставляет себя ждать. Япония, даже с оттенком обидчивости, отвечает, что напрасно к ней пристают, что она неоднократно заявляла, что наступает на Китай вполне сознательно и для вполне определенных целей, что она ни в чьем посредничестве не нуждается, что готова разговаривать только с Китаем — о капитуляции, конечно, — и что единственное, что конференция может сделать, — это заставить Китай пойти на эту капитуляцию. Этот ответ так же обезоружил Брюссельскую конференцию, как первый ответ обезоружил Лигу наций, и конференция закрылась.

    Я замечаю, что вы относитесь с недоумением к тому, чтобы опытные буржуазные дипломаты не понимали смысла тактики агрессоров, вы предполагаете, что они только делают вид, что не верят заявлениям агрессоров, и под покровом переговоров о подтверждениях и уточнениях нащупывают почву для сделки с агрессорами. Вольно вам так думать, но мне по положению высказывать такие сомнения не полагается, й я должен оставить их на вашу ответственность. Я могу говорить -лишь об официальной позиции других государств. (Смех, аплодисменты.)

    Такова, товарищи, картина международной дипломатии последнего времени. Мне не приходится говорить вам о роли советской дипломатии, которая должна быть вам известна из нашей печати. Мы при всех подходящих случаях, и даже тогда, когда интересы Советского Союза совершенно не были затронуты, подчеркивали нашу готовность участвовать наравне с другими великими, а также малыми державами в коллективном отпоре агрессору. Но коллектива для отпора пока нет. Что касается нас, то мы верим заявлениям агрессивных государств. Мы склонны допускать наличие агрессии? и тогда, когда о ней не говорят публично, но если уже агрессор сам о ней кричит с крыш домов, то мы, и допуская .элемент запугивания и шантажа, все же усматриваем в таких заявлениях большую угрозу миру, в подтверждениях и уточнениях не нуждающуюся. Конечно, не всегда агрессор будет точно указывать ближайшую точку применения агрессии. Он будет называть множество участков, чтобы затруднить принятие надлежащих мер на наиболее угрожаемом участке. В целях дезориентации он иногда, готовясь к нападению на один участок, привлекает внимание к совершенно другому, пускаясь даже на такие наивные хитрости, как заявление об объединении сухопутных, морских и воздушных сил нескольких государств для мирного расстреливакия идей Коминтерна. Верно лишь то, что у агрессивных стран, как говорится, кишка тонка и что они в одной подготовке к войне и уже предпринятых ими авантюрах настолько истощили свои экономические ресурсы, настолько ослабели внутренне, что не могут решиться на серьезную и длительную войну и в своей дальнейшей агрессии вынуждены будут искать линию наименьшего сопротивления. Мы знаем, да и они знают, что этой линии наименьшего сопротивления им на наших границах не найти. (Аплодисменты.) Они знают, что обороноспособность Советскою Союза не зависит от международных комбинаций, а покоится на неослабевающей, растущей мощи Красной Армии, Красного Флота и Красной Авиации. Они знают, что наш вождь товарищ Сталин в своих многочисленных заботах о правильном функционировании всего государственного механизма наибольшее внимание уделяет вопросам обороны, вопросам защиты той любой пяди нашей земли, которую никто не должен и не может у нас .отнять. (Аплодисменты.)

    Товарищи, подготовка войны начинается в мирное время. Заключается она, между прочим, в создании на чужой территории шпионской сети и многочисленной агентуры для выполнения всевозможных поручений, словом, — того, что принято теперь называть «пятой колонной». Вы читали на-днях, что в Чехословакии за последнее время арестовано около тысячи шпионов;и что замышлялся серьезный заговор против Французской республики. Наши возможные враги должны уже знать, что и в этом отношении они не найдут на советской территории линии наименьшего сопротивления. Они знают, что создание складов оружия, укреплений, казематов и организация внутренних дружин для обслуживания и использования этих предприятий если кое-где и возможны, то отнюдь не в Советском Союзе, они знают, что наш НКВД не любит давать подобным планам созревать и что он достаточно бдителен и усилен, чтобы уничтожить в зародыше троцкистско-фашистские шпионские и вредительские организации. (Аплодисменты.)...

    ВЫСТУПЛЕНИЕ В «КОМИТЕТЕ ДВАДЦАТИ ВОСЬМИ»2 1 февраля 1938 г.

    В связи с реформой пакта от членов Лиги поступило множество предложений, касающихся почти всех статей пакта. Не удивительно и не случайно то, что дискуссия началась и вращается исключительно вокруг статьи 16, ибо она является действительно самым жизненным нервом Лиги. Неосторожно повредив этот нерв, можно легко вызвать паралич всего организма.

    Чем руководствуются противники устава Лиги наций

    Я с большим вниманием слушал и читал аргументы тех, кто выступает либо за полное устранение статьи 16, либо за ее ослабление, или же за превращение ее в невидимку, которая то исчезала бы, то вновь появлялась. Наиболее последовательными противниками статьи 16 являются те, кто считает ненужным вообще международное вмешательство для защиты безопасности членов Лиги, для предупреждения или приостановки агрессии, те, которые хотели бы превратить Лигу в универсальный комитет по невмешательству, предоставляя полную свободу действий любому агрессору, в любом случае; они хотели бы видеть в Лиге не то какую-то дипломатическую академию, не то благотворительное общество, — одним словом, организацию, не имеющую ничего общею с ¡охраной мира, не налагающую никаких обязательств на своих членов. Будучи членами организации, они заявляют, что не хотят брать таких обязательств, которых не несут нечлены этой организации. Отсутствие обязательств, естественно, стирает всякую грань между членами и не-членами общества. С ними спорить об уставе общества бесполезно, если они отрицают самую необходимость общества. Также бесполезно спарить о смысле статьи 16: с темн, кто уже пришел к заключению, что коллективная безопасность не существует, что она невозможна, что каждый за себя, а бог за всех. Для вознесения молитв богу Женева является не единственным священным местом.

    Мы слушали здесь таких противников статьи 16 пакта Лиги, которые заявляют: мы вообще против статьи 16, но как бы вы ни решили вопроса, мы сами, повинуясь гласу наших собственных интересов, решили освободиться от нее, поскольку это нас касается, ибо хотим быть абсолютно нейтральными. Такой случай заслуживает особого обсуждения ¡и в другом месте. Мне лишь только не ясно — имеют .ли они в виду односторонний или двусторонний нейтралитет, иначе говоря, должен ли их нейтралитет охраняться Лигой или же и Лига может оставаться нейтральной в случае нарушения этого нейтралитета.

    Далее, желательно было бы знать: намерены ли они, освободившись от всякого участия в несении каких-либо обязанностей, вытекающих из статьи 16, отказаться от участия в обсуждении и голосовании вопросов, связанных: с применением этой статьи?,

    Лига наций в силах обуздать агрессора

    Меня, однако, более всего интересует аргументация тех реформаторов пакта, которые признают и нам здесь сказали, что мир не может быть обеспечен только обещаниями, пактами ненападения и арбитражем и что без мер принуждения Лига наций не может сохранить свою внутреннюю связь или оказывать влияние на международную политику. Они возражают против статьи 16 не принципиально, а лишь потому, что она в одних случаях недостаточно функционировала, а в других — вовсе не функционировала. Здесь уже справедливо указывалось на то, что случай нарушения закона не доказывает еще необходимости отмены закона. Я хотел бы вдобавок напомнить, что если санкции, к сожалению, в одних случаях вовсе не применялись, а в других случаях применялись неполностью или, к сожалению, прекращались, то это делалось с согласия большинства членов Лиги, причем всегда с ссылкой на те самые «реальности», во имя которых от нас теперь требуют полной отмены обязательности статьи 16. Было бы логичнее, мне кажется, вести борьбу против постоянных ссылок на реальности и на особые обстоятельства, настаивая на пуске в ход механизма статьи 16 во всех случаях агрессии. Ссылка на реальности делается потому, что имеются сомнения в успехе санкций, но интегральное выполнение статьи 16 если не всеми, то огромным большинством членов Лиги не может не обеспечить этот успех. Нет таких государств или такого блока государств, которые могли бы противостоять объединенным силам членов Лиги даже в ее нынешнем составе.

    Статья 16 устава —предостережение агрессору

    Не надо забывать, что статья 16 имеет не только целью приостановить начатую агрессию, а что она имеет и другую более важную задачу — служить предостережением агрессору, удерживать его от агрессии.

    Неприменение статьи 16 в некоторых случаях, конечно, ослабило Лигу в этом отношении, но все же, пока она сохраняет свой нынешний характер или автоматичность, с ней не могут не считаться и фактически считаются агрессивные страны.

    Только этим и объясняется упорная борьба, которую как агрессивные страны, так и их секретные союзники ведут против Лиги вообще и в особенности против статьи 16. Стало быть, эта статья имеет ценность, и выбрасывать ее — не рационально. Акционерное общество, имея имущество, трудно реализуемое в какой-либо определенный момент, не уничтожает этою имущества, а продолжает считать его в своем активе. Статья 16 с заложенными; в ней возможностям^ является .самым ценным активом Лиги и потенциалом мира.

    Допустим, что, следуя внесенным здесь предложениям, мы сделали бы статью 16 факультативной, действующей лишь от случая к случаю. Она сразу же потеряет свой устрашающий характер для агрессора, который будет рассчитывать в каждом отдельном случае на запугивацие наиболее слабых членов Лиги, чтобы удержать их от голосования за санкции. Мы видели, как этому запугиванию подвергались некоторые государства даже при автоматичности статьи 16, несмотря на то, что каждый член Лиги мог указывать агрессору, что он применяет санкции не из-за вражды к нему, не из-за дурных отношений с ним, а исключительно в силу своего долга, в силу договорного обязательства. Гораздо хуже будет положение членов Лиги, когда они на этот долг .ссылаться не смогут, когда у них будет свободный выбор голосования за применение санкций или против, — тогда запугивать их будет гораздо легче. Агрессор будет действовать не только мерами запугивания, но и мерами задабривания, и может получиться положение, когда голосование в Лиге за санкции или против них станет предметом торговли между агрессором и отдельными странами. Достаточно представить себе на минуту эту возможность, чтобы понять, какому риску разложения и развращения подвергнется тогда Лига наций.

    За организацию коллективной безопасности

    Разговоры об отмене или ослаблении статьи 16 порождены, конечно, упадком веры в коллективную безопасность, в международную солидарность и страхом перед разгулом агрессии. Этот разгул агрессии, мне кажется, должен отчасти действовать и в другом направлении. Он начинает напоминать об угрожающих опасностях государствам, которые еще несколько лет тому назад могли бы считаться совершенно укрытыми и застрахованными от них. Разгул агрессии, распространившийся на все континенты, ставит лицом к лицу с опасностью все государства — мальве? и большие. Политическая и военная автаркии, при всем, обременительном увеличении собственных вооружений, не являются единственными и, во всяком случае, не самыми надежными средствами обеспечения своей безопасности. Коллективный характер совершавшейся агрессии должен неизбежно толкать 'государства в сторону коллективной безопасности. Коллективная безопасность — это есть статья 16, и ее мы должны сохранить и, когда окажется возможным, усилить.

    ЗАЯВЛЕНИЕ ПРЕДСТАВИТЕЛЯМ ПЕЧАТИ

    17 марта 1938 г.

    17 марта с. г. по просьбе некоторых иностранных журналистов народный комиссар иностранных дел т. М. М. Литвинов принял представителей иностранной печати, находящихся в Москве, а также представителей советской печати и изложил им точку зрения правительства СССР относительно международной ситуации, сложившейся в результате новых актов агрессии в Европе.

    Во вступительных замечаниях т. Литвинов указал, что он не предполагает сообщить представителям печати что-либо новое или сенсационное, ибо внешняя политика советского правительства хорошо известна и неизменна, и советское правительство не имеет никаких оснований пересматривать свою политику мира, пользующуюся поддержкой всего советского народа. Но как раз в наше время, прибавил т. Литвинов, подтверждение твердости и неизменности политики представляет сенсацию в европейских условиях, поскольку в политике некоторых правительств наблюдаются частые колебания, крутые изменения и непоследовательность.

    Переходя к изложению позиции СССР, т. Литвинов сказал нижеследующее :

    «Вступив в Лигу наций в целях организованного сотрудничества с другими миролюбивыми государствами, советское правительство не упускало ни одного подходящего случая для рекомендации наиболее эффективных гарантий мира, каковые оно видело в организации системы коллективной безопасности в рамках Лиги наций, а также региональных пактов о взаимной помощи против агрессоров. Советское правительство практически вступило на этот путь, заключив’ такой пакт с Францией и Чехословакией, пакт, не угрожающий при отсутствии агрессии ни одному государству.

    Имевшие место в течение последних четырех лет нарушения международных обязательств по пакту Лиги и по Парижскому договору Бриана — Келлога, нападения одних государств на другие, давали повод советскому' правительству выявлять не только его отрицательное отношение к этим международным преступлениям, но и его готовность принять активное участие во всех мероприятиях, направленных к организации коллективного отпора агрессору, даже пренебрегая неизбежным ухудшением его отношений с агрессором. Советское правительство при этом предостерегало, что международная пассивность и безнаказанность агрессии в одном случае фатально повлекут за собой повторение и умножение таких случаев. События международной жизни, к сожалению, подтверждают правильность этих предостережений. Новое подтверждение они получилй в совершенном военном вторжении в Австрию и насильственном лишении австрийского народа его политической, экономической и культурной независимости.

    Если случаи агрессии раньше имели место на более или менее отдаленных от Европы материках или на окраине Европы, где наряду с интересами жертвы агрессии были задеты интересы лишь нескольких ближайших стран, то на этот раз насилие совершено в центре Европы, создав несомненную опасность не только для отныне граничащих с агрессорам 11 стран, но и для всех европейских государств, и не только европейских. Создана угроза пока территориальной неприкосновенности и, во всяком случае, политической, экономической и культурной независимости малых народов, неизбежное порабощение которых создаст, однако, предпосылки для нажима и даже для нападения и на крупные государства.

    В первую очередь возникает угроза Чехословакии, а затем опасность, в силу заразительности агрессии, грозит разрастись в новые международные конфликты и уже сказывается в создавшемся тревожном положении на польско-литовской границе.

    Нынешнее международное положение ставит перед всеми миролюбивыми государствами и в особенности великими державами вопрос об их ответственности за дальнейшие судьбы народов Европы, и не только Европы. В сознании советским правительством его доли этой ответственности, в сознании им также обязательств, вытекающих для него из устава Лиги, из пакта Бриана — Келлога и из договоров о взаимной помощи, заключенных им с Францией и Чехословакией, я могу от его имени заявить, что оно со своей стороны попрежнему готово участвовать в коллективных действиях, которые были бы решены совместно с ним и которые имели бы целью приостановить дальнейшее развитие агрессии и устранение усилившейся опасности новой мировой бойни. Оно согласно приступить немедленно к обсуждению с другими державами в Лиге наций или вне ее практических мер, диктуемых обстоятельствами. Завтра может быть уже поздно, но сегодня время для этого еще не прошло, если все государства, в особенности великие державы, займут твердую недвусмысленную позицию в отношении проблемы коллективного спасения мира».

    Отвечая на вопросы представителей печати, т. Литвинов сообщил, что полпредам СССР дано поручение довести до сведения иностранных правительств точку зрения правительства СССР, как она была изложена в вышеприведенном заявлении т. Литвинова

    Документы


    I. ДОГОВОРЫ О НЕНАПАДЕНИИ И МИРНОМ РАЗРЕШЕНИИ КОНФЛИКТОВ

    ДОГОВОР МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ТУРЦИЕЙ1

    Правительство Союза Советских Социалистических Республик и Правительство Турецкой Республики, признавая отвечающим интересам обеих договаривающихся сторон определение точных условий, способствующих укреплению прочных нормальных отношений и связывающей их искренней дружбы, назначили» с этой целью... (следуют фамилии. уполномоченных), которые согласились в следующем:

    Статья 1

    В случае военного выступления против одной из договаривающихся сторон со стороны одной или нескольких третьих держав, другая договаривающаяся сторона обязуется соблюдать нейтралитет по отношению к первой.

    Примечание: Под выражением: «военное выступление» не должны пониматься военные маневры, ввиду того, что они не наносят ущерба другой стороне.

    Стать я 2

    Каждая из договаривающихся сторон обязывается воздерживаться от всякого нападения на другую; она равным образом обязывается не принимать участия ни в каком союзе или соглашении политического характера с одной или несколькими третьими державами, направленном против другой договаривающейся стороны, равно как ни в каком союзе или соглашении с одной или несколькими третьими державами, направленном против военной или морской безопасности другой договаривающейся стороны. Кроме того, каждая из обеих договаривающихся сторон обязывается не участвовать ни в каком враждебном акте одной или нескольких третьих держав, направленном против другой договаривающейся стороны.

    1 Срок действия данного договора был продлен 7 ноября 1935 г. до 7 ноября 1945 г.

    Статья 3

    Настоящий договор вступает в силу с момента его ратификации и будет находиться в силе три года. После этого договор будет признаваться автоматически продленным на годичный срок, если какая-либо из договаривающихся сторон не предупредит за 6 месяцев до истечения срока его действия о своем желании прекратить его.

    Учинено в Париже, 17 декабря 1925 года.

    (Подписи)

    ДОГОВОР МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ЛИТОВСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ 3

    Центральный Исполнительный Комитет Союза Советских Социалистических Республик, с одцой стороны, и

    президент Литовской Республики, с другой стороны,

    убежденные, что интересы народов Союз,а Советских Социалистических Республик и Литвы требуют постоянного сотрудничества, основанного на доверии, и в целях содействия, в меру своих сил, поддержанию всеобщего мира, условились заключить договор для развития дружественных отношений, существующих между ними, и для этой цели назначили своими уполномоченными... '(следуют фамилии уполномоченных),которые встретились в Москве, и по рассмотрении своих полномочий, найденных в должной форме и законном порядке, приняли следующие постановления:

    Статья 1

    Мирный договор между Россией и Литвой, заключенный в Москве 12 июля 1920 г., все постановления которого сохраняют всю свою силу и неприкосновенность, остается основой отношений между Союзом Советских Социалистических Республик и Литовской Республикой.

    Статья 2

    Союз Советских Социалистических Республик и Литовская Республика взаимно обязываются уважать при всех обстоятельствах суверенитет и территориальную целость и неприкосновенность друг друга.

    Статья 3

    Каждая из обеих договаривающихся сторон обязывается воздерживаться от каких бы то ни было агрессивных действий против другой стороны.

    В случае, если бы одна из договаривающихся сторон, несмотря на свое миролюбивое поведение, подверглась нападению со стороны одной или нескольких третьих держав, другая договаривающаяся сторона обязывается не оказывать поддержки этой одной или нескольким третьим державам в их борьбе против подвергшейся нападению договаривающейся стороны.

    Статья 4

    Если между третьими державами состоится политическое соглашение, направленное против одной из договаривающихся сторон, или если—в связи с конфликтом упоминаемого в статье 3, 2 абзац характера, или же, когда ни одна из договаривающихся сторон >не будет замешана в вооруженных столкновениях, — будет образована между третьими державами коалиция с целью подвергнуть экономическому или финансовому бойкоту одну из договаривающихся сторон, другая договаривающаяся сторона к такому соглашению или к такой коалиции примыкать не будет.

    Статья 5

    В случае возникновения конфликта между ними, договаривающиеся стороны соглашаются назначить согласительные комиссии на случай если не удалось разрешить конфликта дипломатическим путем.

    Состав названных комиссий, их права и процедура, которой они будут следовать, будут определены особым соглашением, имеющим быть установленным.

    Статья б

    Настоящий договор подлежит ратификации, которая должна быть произведена в течение шести недель со дня его подписания.

    Обмен ратификационных грамот произойдет в г. Каунас.

    Договор составлен на русском и литовском языках.

    При толковании его оба текста считаются аутентичными.

    Статья 7

    Настоящий договор вступает в силу с момента обмена ратификационными грамотами и будет находиться в силе в течение пяти лет, за исключением статей 1 и 2 настоящего договора, срок действительности которых не ограничен.

    Действие настоящего договора будет продолжено автоматически каждый раз на один год, если одна из договаривающихся сторон, по крайней мере за шесть месяцев до истечения срока договора, не выразит желания об открытии переговоров о дальнейшей форме политических взаимоотношений обоих государств.

    В удостоверение сего уполномоченные собственноручно подписали настоящий договор и скрепили его своими печатями.

    Подлинный составлен и подписан в Москве в двух экземплярах, сентября двадцать восьмого дня тысяча девятьсот двадцать шестого года.

    (Подписи)

    ДОГОВОР О ГАРАНТИИ И НЕЙТРАЛИТЕТЕ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ИРАНОМ (ПЕРСИЕЙ)

    Центральный Исполнительный Комитег Союза Советских Социалистических Республик и е. и. в. шах Персии,

    признавая отвечающим интересам обеих договаривающихся сторон определение точных условий, способствующих укреплению прочных нормальных отношений и связывающей их искренней дружбы, назначили с этой целью полномочных представителей... (<следуют фамилии уполномоченных), каковые, после предъявления их полномочий, найденных в доброй и должной форме, согласились о нижеследующем:

    Статья 1

    Основой взаимоотношений между Персией и Союзом Советских Социалистических Республик остается договор от 26 февраля 1921 года, все статьи и постановления которого остаются в силе и действие которого распространяется на всю территорию Союза Советских Социалистических Республик.

    Статья 2

    Каждая из договаривающихся сторон обязуется воздерживаться от нападения и всяких агрессивных действий против другой стороны или введения своих военных сил в пределы другой стороны.

    В случае же, еслй одна из договаривающихся сторон подвергнется нападению со стороны одной или нескольких третьих держав, другая договаривающаяся сторона обязуется соблюдать нейтралитет в продолжение всего конфликта, причем сторона, подвергшаяся нападению, не должна со своей стороны нарушить этот нейтралитет, несмотря ни на какие стратегические, тактические или политические соображения или выгоды, которые могли бы ей от этого представиться.

    Статья 3

    Каждая из договаривающихся сторон обязуется не участвовать ни фактически, ни формально в политических союзах или соглашениях, направленных против безопасности на суше или на море другой договаривающейся стороны, равно как против ее целости, ее независимости или ее суверенитета.

    Кроме тою, обе договаривающиеся стороны отказываются от участия в экономических бойкотах и блокадах, организуемых третьими державами против одной из договаривающихся сторон.

    Статья 4

    Ввиду обязательств, установленных статьями 4 и 5 договора от 26 февраля 1921 года, каждая из договаривающихся сторон, имея намерение не вмешиваться во внутренние дела другой стороны и не вести пропаганду или борьбу против правительства другой стороны, будет строго запрещать своим служащим таковые действия на территории другой договаривающейся стороны.

    Если граждане одной договаривающейся стороны, находящиеся на территории другой, будут заниматься пропагандой или борьбой, запрещенными властями этой стороны, то правительство этой территории будет иметь право прекращать деятельность этих граждан и применять к ним установленные наказания.

    Равным образом, в силу вышеуказанных статей обе стороны обязуются не поддерживать и не допускать на своей территории, по принадлежности, образование или деятельность: 1) организаций или групп, как бы они ни именовались, ставящих себе целью борьбу против правительства другой договаривающейся стороны путем насильственных способов, путем восстания или покушения; 2) организаций или групп, приписывающих себе роль правительства другой стороны или части ее территории, также ставящих себе целью борьбу вышеуказанными способами с правительством другой договаривающейся стороны, нарушение ее мира и ее безопасности или покушение на ее территориальную целость.

    Исходя из приведенных выше принципов, обе договаривающиеся стороны равным образом обязуются запретить вербовку, равно как ввоз на свою территорию вооруженных сил, оружия, боевых припасов и всякого рода военных материалов, предназначенных для указанных выпщ организаций.

    Статья 5

    Обе договаривающиеся стороны обязуются регулировать всякого рода разногласия, которые могли бы возникнуть между ними и которые не могли бы быть улажены, обыкновенным дипломатическим путем2мирным способом, соответствующим моменту.

    Статья б

    Вне обязательств, которые обе договаривающиеся стороны приняли на себя в силу настоящего договора, обе стороны сохраняют свою полную свободу действий в своих международных отношениях.

    Статья 7

    Настоящий договор заключается на трехлетний срок и подлежит в кратчайший срок одобрению и ратификации со стороны законодательных органов обеих сторон, после чего он вступит в силу.

    Обмен ратификационными грамотами произойдет в Тегеране в месячный срок после ратификации.

    По истечении первоначального срока договор будет считаться автоматически продленным каждый раз на годичный срок, пока одна из договаривающихся сторон не предупредит об его денонсиации. В этом случае настоящий договор сохраняет силу в течение шести месяцев после сообщения одною из договаривающихся сторон о расторжении договора.

    Статья 8

    Настоящий договор составляется на русском, персидском и французском языках в трех подлинных экземплярах для каждой договаривающейся стороны.

    При толковании все тексты считаются аутентичными. При возникновении разногласий при толковании французский текст будет считаться основным.

    В удостоверение чего поименованные выше уполномоченные подписали настоящий договор и приложили к нему свои печати.

    Учинено в г. Москве, 1 октября 1927 года.

    (ПодписиI

    ДОГОВОР О НЕЙТРАЛИТЕТЕ И ВЗАИМНОМ НЕНАПАДЕНИИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И АФГАНИСТАНОМ!

    Центральный Исполнительный Комитет Союза Советских Социалистических Республик и его величество Король Афганистана, в целях упрочения дружественных и добрососедских отношений, счастливо существующих между обеими странами на базе договора, подписанного в Москве 28 февраля 1921 года, и уверенные в том, что отношения эти будут и впредь неизменно развиваться, служа высоким целям всеобщего мира, решили заключить настоящий договор, проникнутый теми же началами, как и договор, заключенный в Пагмане 31 августа 1926 года, и назначили с этой целью... (следуют фамилии уполномоченных), которые, после предъявления своих полномочий, признанных правильными, согласились о нижеследующем:

    Статья 1

    В случае войны или военных действий 'между одной из договаривающихся сторон и одной или несколькими третьими державами, другая договаривающаяся сторона обязуется соблюдать нейтралитет по отношению к первой.

    Статья 2

    Каждая из договаривающихся сторон обязуется воздерживаться от всякого нападения на другую и на территории, находящиеся в ее владении, не предпринимать таких шагов и не допускать с чьей бы то ни было стороны таких действий, которые причинили бы другой договаривающейся стороне политический или военный ущерб. Равным образом каждая договаривающаяся сторона обязуется не принимать участия ни в союзах или соглашениях военного или политического характера с одной или несколькими державами, которые были бы направлены против другой договаривающейся стороны, ни ¡в финансовом или экономическом бойкоте или блокаде, (направленных против другой договаривающейся стороны. Кроме того, в (случае, если линия поведения третьей державы или третьих держав Iпо отношению к одной из договаривающихся сторон будет носить враждебный характер, другая договаривающаяся сторона обязуется не только не '.поддерживать такую линию поведения, но обязана на своей ¡территории противодействовать ей и вытекающим из нее враждебным 'действиям и начинаниям.

    Статья 3

    Высокие договаривающиеся стороны, исходя из взаимного ¡признания государственного суверенитета, обязуются воздерживаться от всякого вооруженного или невооруженного вмешательства во внутренние дела другой договаривающейся стороны и будут категорически воздерживаться от содействия и участия в какой-либо интервенции со стороны одной или нескольких третьих держав, которые предприняли бы шаги против другой договаривающейся стороны. Договаривающиеся стороны не допустят и будут препятствовать на ¡своей территории организации и деятельности группировок, а также будут ¡препятствовать и деятельности отдельных лиц, которые вредили бы 'другой договаривающейся стороне, или же подготовляли бы ниспровержение государственного строя другой договаривающейся стороны, или же ¡покушались бы на целость ее территории, или же производили »бы мобилизацию или вербовку вооруженных сил против другой договаривающейся 'стороны. Подобным же образом обе стороны не4 будут разрешать и не допустят пропуска и провоза через свою территорию ¡вооруженных сил, оружия, огнестрельных припасов, военного снаряжения и всякого 'рода военных материалов, направленных против другой договаривающейся 'стороны.

    Статья 4

    Согласно изложенному выше в. настоящем договоре, каждая из высоких договаривающихся сторон заявляет, что она не имела и не имеет никаких тайных или явных обязательств ¡в отношении одного или нескольких государств, которые противоречили бы настоящему договору, и что в течение всего (срока действия этого договора она не вступит в такие договоры и соглашения, которые противоречили бы настоящему договору.

    Статья 5

    Равным образом каждая из договаривающихся сторон (заявляет, что между нею и другими государствами, находящимися 1 в непосредственном соседстве, сухопутном или морском, £ другой (стороной, не существует никаких обязательств, кроме актов, уже преданных ¡гласности.

    Статья 6

    Вне пределов обязательств, условия которых установлены ¡в настоящем договоре, каждая из договаривающихся сторон ¡сохраняет полную свободу действий для предпринятая шагов к установлению всякого рода отношений и союзов с третьими державами.

    Статья 7

    Договаривающиеся стороны признают, что разрешение всех могущих возникнуть между ними споров или конфликтов, какого бы характера и какого бы происхождения они ни ¡были, должно всегда изыскиваться только в мирных средствах. В развитие настоящей статьи между договаривающимися сторонами могут быть заключены соответствующие соглашения.

    Статья 8

    Настоящий договор заключен на срок в пять лет и вступает в силу с момента его ратификации, которая должна состояться не позднее чем через два месяца со дня его подписания. Обмен ратификационными грамотами произойдет в г. Кабуле в месячный срок после ратификации договора.

    По истечении пятилетнего срока настоящий договор i будет автоматически продолжать свое действие из года |в *год с правом каждой из договаривающихся сторон прекратить его действие, предупредив о том за шесть месяцев. В случае предусмотренного настоящей статьей предупреждения о денонсиации договора договаривающиеся стороны вступят одновременно в переговоры о форме возобновления настоящего договора.

    Статья 9

    Настоящий договор составлен на русском и персидском языках. При толковании его оба текста считаются аутентичными.

    Учинено в Кабуле, 24 июня 1931 года.

    (Подnuca)

    ДОГОВОР МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ФИНЛЯНДИЕЙ О НЕНАПАДЕНИИ И О МИРНОМ УЛАЖЕНИИ КОНФЛИКТОВ 5

    Центральный Исполнительный Комитет Союза Советских Социалистических Республик, с одари стороны, и

    президент Финляндской Республики, с другой стороны, воодушевленные желанием содействовать укреплению всеобщего мира; убежденные в том, что принятие упомянутых1 ниже обязательств и мирное улажение всякого конфликта, могущего возникнуть между Союзом Советских Социалистических Республик и Финляндской Республикой, соответствуют интересам обеих высоких сторон и будут способствовать развитию дружественных отношений и доброго соседства между обеими странами;

    заявляя, что ни одно из международных обязательств, принятых ими на себя ранее, не препятствует мирному развитию их взаимных отношений и не находится в противоречии с настоящим договором;

    желая подтвердить и дополнить генеральный договор об отказе от войны от 27 августа 1928 г.;

    решили заключить настоящий договор и назначили в этих целях... (следуют фамилии уполномоченных), каковые уполномоченные, после обмена полномочиями, признанными в должной и надлежащей форме, условились о следующих постановлениях:

    Статья 1

    1. Высокие договаривающиеся стороны гарантируют взаимно неприкосновенность границ, существующих между Союзом Советских Социалистических Республик и Финляндской Республикой, установленных мирным договором, заключенным в Дерпте 14 октября 1920 г., который остается незыблемой основой их отношений, и обязуются взаимно воздерживаться от всякого нападения одна на другую.

    2. Будет рассматриваться как нападение всякое насильственное действие, нарушающее целость и неприкосновенность территории или политическую независимость другой высокой договаривающейся стороны, даже если бы оно было совершено без объявления войны и с избежанием ее проявлений.

    Протокол к статье 1

    В соответствии с постановлениями статьи 4 настоящего договора, соглашение от 1 июня 1922 г. о мероприятиях, обеспечивающих .неприкосновенность границы, не затрагивается постановлениями настоящего договора и продолжает и впредь оставаться в полной силе.

    Статья 2

    1. Если одна из высоких договаривающихся сторон явится предметом нападения со стороны одной или нескольких третьих держав, то другая высокая договаривающаяся сторона обязуется сохранять нейтралитет в продолжение всего конфликта.

    2. Если одна из высоких договаривающихся сторон совершит нападение против третьей державы, то другая высокая договаривающаяся сторона будет иметь право без предупреждения денонсировать настоящий договор.

    Статья 3

    Каждая из высоких договаривающихся сторон обязуется не участвовать ни в каких договорах, соглашениях или конвенциях, явно враждебных другой стороне и противоречащих формально или по существу настоящему договору.

    Статья 4

    Обязательства, упомянутые в предшествующих статьях настоящего договора, не могут ни в каком случае нарушить или Изменить международные права и обязательства, вытекающие для высоких договаривающихся сторон из соглашений, заключенных, или из обязательств, принятых на себя, до вступления в силу настоящего договора, поскольку они не заключают в себе элементов нападения в смысле настоящего договора.

    Статья 5

    Высокие договаривающиеся стороны заявляют, что они будут стремиться всегда разрешать в духе справедливости все споры независимо от их природы или происхождения, которые возникли бы между ними, и что они будут прибегать, в целях их разрешения, «исключительно к мирным средствам. В этих целях высокие договаривающиеся стороны обязуются передавать все споры, которые возникли бы между ними после подписания настоящего договора и которые не могли бы быть урегулированы в обычном дипломатическом порядке в разумный срок, согласительной процедуре в смешанной согласительной комиссии, права, состав и производство которой будут установлены в особой дополнительной конвенции, которая явится неотъемлемой частью настоящего договора и которую высокие договаривающиеся стороны обязуются заключить в возможно краткий срок, во всяком случае до ратификации настоящего договора. Согласительная процедура будет применяться также и в тех случаях, когда спор будет касаться применения или истолкования какой-либо конвенции, заключенной между высокими договаривающимися сторонами, в частности вопроса о том, было ли нарушено или нет взаимное обязательство о ненападении.

    Статья 6

    Настоящий договор должен быть ратифицирован и ратификационные грамоты его будут обменены в Москве.

    Статья 7

    Настоящий договор вступает в силу со дня обмена ратификационными грамотами.

    Статья 8

    Настоящий договор заключается на три года. Если он не будет денонсирован одною из высоких договаривающихся сторон с предупреждением, по крайней мере, за шесть месяцев до истечения этого срока, он будет рассматриваться как автоматически продленный на новый период в два года.

    Статья 9

    Настоящий договор составлен в двух экземплярах по-французски, в г. Гельсинки 21 января 1932 г.

    В удостоверение чего уполномоченные подписали настоящий договор и скрепили его своими печатями.

    (Подписи)

    ДОГОВОР МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ЛАТВИЕЙ 6

    Центральный Исполнительный Комитет Союза Советских Социалистических Республик и

    президент Латвийской Республики,

    основываясь на заключенном 11 августа 1920 г. мирном договоре между Российской Социалистической Федеративной Советской Республикой и Латвией, действие которого распространяется на всю территорию Союза Советских Социалистических Республик и все постановления которого остаются неизменно и навсегда незыблемой основой отношений между высокими договаривающимися сторонами,

    убежденные в том, что интересам обеих высоких договаривающихся сторон соответствует принятие некоторых постановлений, могущих способствовать развитию и укреплению дружественных отношений между обоими государствами;

    твердо решившие респектировать взаимно и неуклонно суверенитет, политическую независимость и территориальную целость и неприкосновенность друг друга;

    руководимые желанием содействовать укреплению всеобщего мира; заявляя, что ни одно* из принятых на себя каждой из сторон до настоящего времени обязательств не препятствует мирному развитию их взаимных отношений и не противоречит настоящему договору;

    желая подтвердить и дополнить в своих отношениях генеральный пакт отказа от войны от 27 августа 1928 г., .который, независимо от сроков действия, нормального прекращения или возможного досрочного денонсирования настоящего договора, сохраняет попрежнему постоянную силу между высокими договаривающимися сторонами,

    решили заключить настоящий договор и для этой цели назначили своих уполномоченных, а именно... (следуют фамилии уполномоченных), каковые уполномоченные по взаимном предъявлении своих полномочий, найденных составленными в должной и надлежащей форме, согласились о нижеследующем:

    Статья 1

    Высокие договаривающиеся стороны взаимно обязываются воздерживаться от всякого акта нападения одна на другую, а также от всяких насильственных действий, направленных против целости и неприкосновенности территории или против политической независимости другой договаривающейся стороны, независимо от того, предпринято ли подобное нападение или подобные действия отдельно или совместно с другими державами, с объявлением или без объявления войны.

    Статья 2

    Каждая из высоких договаривающихся сторон обязуется не принимать участия ни в каких военных или политических договорах, конвенциях или соглашениях, направленных против независимости, территориальной неприкосновенности или политической безопасности другой ^стороны, а также в договорах, конвенциях или соглашениях, имеющих целью подвергнуть экономическому или финансовому бойкоту одну из договаривающихся сторон.

    Статья 3

    Обстоятельства, предусмотренные в настоящем договоре, никоим образом не могут ограничить или изменись международные права и обязательства, вытекающие для высоких договаривающихся сторон из договоров, заключенных ими до вступления в силу настоящего договора и должным образом опубликованных в официальных изданиях каждой стороны, поскольку эти договоры не заключают в себе элементов агрессии в смысле настоящего договора.

    Статья 4

    Принимая во внимание обязательства, принятые на себя в настоящем договоре, высокие договаривающиеся стороны обязуются подвергать все спорные вопросы независимо от их природы и происхождения, которые возникли бы между ними после подписания настоящего договора и не могли бы быть урегулирэзаньг в течение разумного срока в обычном дипломатическом порядке, согласительной процедуре в смешанной согласительной комиссии, состав, права и производство которой подлежат установлению путем особой конвенции, каковую обе стороны обязуются заключить в возможно короткий срок и которая вступит в силу одновременно с настоящим договором.

    Статья 5

    Настоящий договор составлен в двух экземплярах, на русском и латышском языках, причем оба текста имеют одинаковую силу. Он будет ратифицирован, и его ратификационные грамоты будут обменены между высокими договаривающимися сторонами в городе Москве.

    Статья б

    Настоящий догозор вступит в силу в момент обмена ратификационными грамотами и будет оставаться в силе в течение.трех лет с этого момента. Каждая из высоких договаривающихся сторон будет иметь право отказаться от договора с предупреждением о том за шесть месяцев до истечения этою периода или без соблюдения срока предупреждения, если другая договаривающаяся сторона совершит нападение на какое-нибудь третье государство. Если договор не будет денонсирован ни одной из договаривающихся сторон, срок действия его пролонгируется автоматически на два года; равным образом договор будет считаться продленным каждый раз на дальнейшие два года, если не последует отказа от нею одной из договаривающихся сторон в порядке, предусмотренном в настоящей статье.

    В удостоверение чего поименованные выше уполномоченные подписали

    настоящий договор и приложил** к нему свои печати.

    Учинено в г. Риге в двух экземплярах, на русском и латышском языках, 5 февраля 1932 г.

    (Подписи)

    ДОГОВОР О НЕНАПАДЕНИИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ПОЛЬСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ7

    Центральный Исполнительный Комитет Союза Советских Социалистических Республик, с одной стороны, и Президент Польской Республики, с другой,

    руководимые желанием сохранения существующего между их странами мира и убежденные в том, что сохранение между ними мира является значительным фактором в деле сохранения всеобщего мира, признавая, что мирный договор от 18 марта 1921 г. является гюпреж-нему основой их взаимных отношений и обязательств,

    будучи убеждены, что мирное разрешение международных споров и устранение всего, что противоречило бы нормальному состоянию отношений между государствами, является наиболее верным средством достижения намеченной цели,

    заявляя, что ни одно из принятых на себя каждой из сторон до настоящего времени обязательств не препятствует мирному развитию их взаимных отношений и не противоречит настоящему договору,

    постановили заключить настоящий договор с целью развития и дополнения договора, подписанного в Париже 27 августа 1928 г. и введенного в жизнь протоколом, подписанным в Москве 9 февраля 1929 г., и назначили с этой целью своих уполномоченных, а именно... (следуют фамилии уполномоченных), которые по обмене своими полномочиями, найденными в добром и надлежащем виде, пришли к соглашению о нижеследующих постановлениях:

    Статья 1

    Обе договаривающиеся стороны, констатируя, что они отказались от войны как орудия национальной политики в их взаимоотношениях, обязуются взаимно воздерживаться от всяких агрессивных действий или нападений одна на другую как отдельно, так и совместно с другими державами.

    Действием, противоречащим обязательствам настоящей статьи, будет признан всякий акт насилия, нарушающий целость и неприкосновенность территории или политическую независимость другой договаривающейся стороны, даже если бы эти действия были осуществлены без объявления войны? и с 1избежанием всех ее возможных проявлений.

    Статья 2

    В случае если бы одна из договаривающихся сторон подверглась нападению со стороны третьего государства или группы третьих государств, другая договаривающаяся сторона обязуется не оказывать ни прямо, ни косвенно помощи и поддержки нападающему государству в продолжение всего конфликта.

    Если одна из договари{вающихся сторон предпримет агрессию против третьего государства, то другая сторона будет вправе, без предупреждения, денонсировать настоящий договор.

    Статья 3

    Каждая из договаривающихся сторон обязуется не принимать участия ни в каких соглашениях:, с агрессивной точки зрения явно враждебных другой стороне.

    Статья 4

    Обязательства, упомянутые в статьях 1 и 2 настоящего договора, не могут ни в коем случае ограничить или видоизменить международные права и обязательства, вытекающие для обеих договаривающихся сторон из соглашений, заключенных ими до вступления) в силу сего договора, поскольку эти соглашения не заключают в себе элементов агрессии.

    Статья 5

    Обе договаривающиеся стороны, стремясь к улажению и разрешению, только при помощи мирных средств, всех споров и конфликтов независимо от их природы или происхождения, которые могли бы возникнуть между ними, обязуются передавать спорные вопросы, в отношении которых в надлежащий период времени не могло быть достигнуто соглашения дипломатическим путем, на согласительную процедуру согласно постановлений конвенции о применении согласительной процедуры, каковая конвенция составляет неотъемлемую часть настоящего договора и должна быть подписана отдельно и ратифицирована в ¡возможно скорый срок совместно с договором о ненападении.

    Статья б

    Настоящий договор будет ратифицирован в возможно скорый срок, и ратификационные грамоты будут обменены в городе Варшаве в течение тридцати дней со дня ратифицирования Союзом Советских Социалистических Республик и Польшей, после чего договор вступит немедленно в силу.

    Статья 7,

    Договор заключается на три года с тем, что, поскольку одна из договаривающихся сторон не денонсирует его за шесть месяцев до истечения срока, срок действия договора считается автоматически продленным на следующий двухлетний период.

    Статья 8

    Настоящий договор составлен на польском и русском языках, и оба текста будут считаться аутентичными.

    В удостоверение чего поименованные выше уполномоченные подписали настоящий договор и приложили к нему свои печати.

    Учинено в г. Москве в двух экземплярах, 25 июля 1932 г.

    (Подписи)

    ДОГОВОР О НЕНАПАДЕНИИ И МИРНОМ РАЗРЕШЕНИИ КОНФЛИКТОВ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ЭСТОНИЕЙ 8

    Центральный исполнительный комитет Союза советских социалистических республик, с одной стороны, и глава Эстонской республики, с другой стороны,

    убежденные, что интересам обеих высоких договаривающихся сторон соответствует определение точных условий, способствующих укреплению существующих между ними дружественных отношений,

    воодушевленные желанием способствовать, таким образом, сохранению всеобщего мира,

    исходя из того, что мирный договор от 2 февраля ,1920 г. Попреж-нему является незыблемой основой их взаимных отношений и обязательств,

    заявляя, что ни одно из принятых каждой из высоких договаривающихся сторон ранее международных обязательств не препятствует мирному развитию их взаимных отношений и не находится в »противоречии! с настоящим договором,

    желая дополнить и уточнить в своих взаимных отношениях договор об отказе от войны, подписанный в Париже 27 августа 1928 г.,

    постановили заключить настоящий договор и назначили для этой цели своих уполномоченных, а именно... (следуют фамилии уполномоченных), каковые уполномоченные по взаимном предъявлении своих полномочий, найденных составленными в должной и надлежащей форме, согласились о нижеследующем:

    Статья 1

    Обе высокие договаривающиеся стороны взаимно гарантируют неприкосновенность существующих между ними границ так, как они определены мирным договором, подписанным 2 февраля 1920 г., и обязываются воздерживаться от всякого акта нападения одна на другую и от всяких насильственных действий, направленных против целости и неприкосновенности территории или против политической независимости другой договаривающейся стороны, независимо от’ того, предприняты ли подобное нападение или подобные действия отдельно или совместно с другими державами, с объявлением или без объявления войны.

    Статья 2

    Каждая из высоких договаривающихся сторон обязуется не принимать участия в политических соглашениях, направленных в смысле агрессии явно против другой стороны, а равно в коалициях тою же характера, имеющих целью подвергнуть другую сторону экономическому или финансовому бойкоту.

    Статья 3

    Обязательства, указанные в Предшествующих статьях настоящего договора, ни в коем случае не могут нарушить или изменить права и международные обязательства, вытекающие для обеих высоких договаривающихся сторон из договоров, заключенных, или из обязательств, принятых на себя до вступления; в силу настоящего договора, поскольку они не заключают в себе элементов агрессии в том 'ее понимании, которое дается ей настоящим договором.

    Статья 4

    Принимая во внимание обязательства, принятые на себя в настоящем договоре, высокие договаривающиеся стороны обязуются подвергать все спорные вопросы, независимо от их природы и происхождения, которые возникли бы между ними после вступления в силу настоящего договора и не могли бы быть урегулированы в течение «разумного срока в обычном дипломатическом порядке, согласительной процедуре в смешанной согласительной комиссии, состав, права и производство которой подлежат установлению путем особой конвенции, каковую обе стороны обязуются заключить в возможно короткий срок и которая вступит в силу одновременно с настоящим договором.

    Статья 5

    Настоящий договор составлен в двух экземплярах, на русском и эстонском языках, причем оба текста имеют одинаковую силу. Он будет ратифицирован в возможно краткий срок, и его ратификационные грамоты будут обменены между высокими договаривающимися сторонами в гор. Таллине в течение сорока пяти дней со дня ратификации настоящего договора Союзом Советских Социалистических Республик и Эстонией.

    Статья б

    Настоящий договор вступит в силу в момент обмена ратификационными грамотами и будет оставаться в силе в течение трех лет с этого момента.

    Каждая из высоких договаривающихся сторон будет иметь право отказаться от договора с предупреждением о том за шесть месяцев до истечения этого периода или без соблюдения срока предупреждения, если другая высокая договаривающаяся сторона совершит нападение на какое-нибудь третье государство.

    Если договор не будет денонсирован ни одной из высоких договаривающихся сторон, срок его действия пролонгируется автоматически на два года; равным образом договор будет считаться продленным каждый раз на дальнейшие два года, если не последует отказа от него одной из высоких договаривающихся сторон в порядке, предусмотренном в настоящей статье.

    В удостоверение чего поименованные выше уполномоченные подписали настоящий договор и приложили к нему свои печати.

    Учинено в г. Москве в двух экземплярах, 4 мая 1932 г.

    (Подписи)

    ДОГОВОР О НЕНАПАДЕНИИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ФРАНЦУЗСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ

    Центральный Исполнительный Комитет Союза советских социалистических республик и президент Французской республики, воодушевленные волей к упрочению мира,

    убежденные, что в интересах обеих высоких договаривающихся сторон лежит улучшение и развитие отношений между обеими странами, ,верные принятым ими на себя ранее международным обязательствам, из которых по их заявлению ни одно не препятствует мирному развитию их взаимных отношений и не находится в противоречии с настоящим договором,, желая подтвердить и уточнить в своих соответствующих отношениях генеральный пакт отказа от войны от 27 августа 1928 г., решили заключить договор в этих целях и назначили своих уполномоченных, именно... (следуют фамилии уполномоченных), которые после обмена своих полномочий, найденных составленными в должной форме и надлежащем порядке, условились о нижеследующих постановлениях:

    Статья 1

    Каждая из высоких договаривающихся сторон обязуется перед другого не прибегать ни в каком случае против нее ни отдельно, ни совместно с одной или несколькими третьими державами, ни к ¿войне, нй к какому-либо нападению на суше, на море или в ¡воздухе и уважать неприкосновенность территорий, находящихся под ее суверенитетом, или тех, в отношении которых ею приняты на себй , внешнее представительство и контроль администрации.

    Статья 2

    Если одна из высоких договаривающихся сторон явится предметом нападения со стороны одной или. нескольких третьих держа#, то другая высокая договаривающаяся сторона обязуется не оказывать в течение конфликта ни прямо, ни косвенно помощи и поддержки .нападающему или нападающим.

    Если одна из высоких договаривающихся сторон прибегнет к нападению против третьей державы, то другая высокая договаривающаяся сторона будет иметь возможность денонсировать без предупреждения настоящий договор.

    Статья 3

    Обязательства, изложенные выше в статьях 1 и 2, не могут никаким образом ограничить или изменить права и обязанности, вытекающие для каждой из высоких договаривающихся сторон из соглашений, заключенных ею ранее вступления в силу настоящего договора, причем каждая из сторон заявляет настоящим, что она не связана , никаким соглашением, налагающим на нее обязательство участвовать в нападении, предпринятом третьим государством.

    Статья 4

    Каждая из высоких договаривающихся сторон обязуется в течение действия настоящего договора не участвовать ни в каком международном соглашении, которое имело бы практическим последствием запрещение покупки у другой стороны, или продажи ей товаров, »или предоставления ей кредитов, и не принимать никакой меры, которая имела бы последствием исключение другой стороны из всякого участия в ее внешней торговле.

    Статья 5

    Каждая из высоких договаривающихся сторон обязуется уважать во всех отношениях суверенитет или господство другой стороны на совокупности ее территорий, определенных в статье 1 настоящего договора, никаким образом не вмешиваться в ее внутренние дела, .в частности воздерживаться от ‘всякого действия, клонящегося к возбуждению или поощрению какой-либо агитации, пропаганды или попытки интервенции, имеющей целью нарушение территориальной целости другой стороны, или изменение силой политического или социального строя всех, или части, ее территорий.

    Каждая из высоких договаривающихся сторон обязуется в частности не создавать, не поддерживать, не снабжать, не субсидировать и не допускать на своей территории ни военных организаций, имеющих целью вооруженную борьбу против другой стороны, ни организаций, присваивающих себе роль правительства или представителя всех, или части, ее территорий.

    Статья б

    Высокие договаривающиеся стороны, признав уже в генеральном пакте отказа от войны от 27 августа 1928 г., что урегулирование и разрешение всех споров или конфликтов, каковы бы ни были,их характер или происхождение, могущих возникнуть между ними, должно всегда

    82

    отыскиваться лишь мирными средствами, подтверждают это постановление и для придания ему действия прилагают к настоящему договору конвенцию о согласительной процедуре.

    Статья 7

    Настоящий договор, коего русский и французский тексты будут иметь одинаковую силу, будет ратификован, и его ратификации будут обменены в Москве.

    Он вступит в действие, начиная со сказанного обмена, и будет оставаться в силе впредь до истечения годичного срока со дня, когда одна из высоких договаривающихся сторон известит другую о своем намерении его денонсировать. Это извещение не может, однако, иметь места прежде истечения двухлетнего срока, считая со дня вступления в силу настоящего договора.

    В удостоверение чего уполномоченные подписали настоящий договор и приложили к нему свои печати.

    Совершено в Париже!, в двух экземплярах, 29 ноября 1932 г.

    (Подпису,)

    ДОГОВОР О НЕНАПАДЕНИИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И КИТАЙСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ

    Правительство Союза Советских Социалистических Республик и Национальное Правительство Китайской Республики, одушевленные желанием содействовать сохранению всеобщего мира, укрепить существующие между ними дружественные отношения на твердой и постоянной основе и подтвердить более точным образом обязательства, взаимно принятые ими на себя согласно договору об отказе от войщ*, подписанному в Париже 27 августа 1928 г.,

    решили заключить настоящий договор и для этой цели назначили своими уполномоченными, а именно... (следуют фамилии уполномоченных), которые после обмена своими полномочиями, найденными в должной и надлежащей форме, согласились о нижеследующих статьях:

    Статья 1

    Обе высокие договаривающиеся стороны торжественно подтверждают, что они осуждают обращение к войне для разрешения международных споров и что они отказываются от таковой, как орудия национальной политики в их отношениях друг с другом, и, как следствие этого обязательства, они обязуются воздерживаться от всякого нападения друг на друга как отдельно, так и совместно с . одной или несколькими другими державами.

    Статья 2

    Если одна из высоких договаривающихся сторон подвергнется нападению со-стороны одной или нескольких третьих держав, другая высокая договаривающаяся сторона обязуется не оказывать, ни прямо, ни косвенно, никакой помощи такой третьей или третьим державам в продолжение всего конфликта, а равно воздерживаться от всяких действий или соглашений, которые могли бы быть использованы нападающим или нападающими к невыгоде стороны, подвергшейся нападению.

    Статья 3

    Обязательства настоящего договора не будут истолкованы таким образом, чтобы нарушить или изменить права и обязательства, вытекающие для высоких договаривающихся сторон из двусторонних или многосторонних договоров или соглашений, подписанных обеими высокими договаривающимися сторонами и заключенных до встуцлеция в силу настоящего договора.

    Статья 4

    Настоящий договор составлен в двух экземплярах на английском языке. Он вступает в силу в день его подписайия вышеупомянутыми уполномоченными и останется в силе в течение пяти лет.

    Каждая из высоких договаривающихся сторон может известить другую за шесть месяцев до истечения этого срока о своем желании прекратить действие договора. В случае, если ни одна из сторон не сделает этого во-время, договор будет считаться автоматически продленным на срок в два года после истечения первого срока. Если ни одна из высоких договаривающихся сторон не нотифицирует; другой за шесть месяцев до истечения двухлетнего срока о своем < желании прекратить договор, он остается в силе на новый срок в два рода и так далее.

    В удостоверение чего соответствующие Уполномоченные подписали настоящий договор и приложили к нему свои печати.

    Совершено в Нанкине 21 августа 1937 года.

    ( Подписи I

    II. ОПРЕДЕЛЕНИЕ АГРЕССИИ

    ПРОЕКТ ДЕКЛАРАЦИИ, ВНЕСЕННЫЙ т. М. М. ЛИТВИНОВЫМ В ГЕНЕРАЛЬНУЮ КОМИССИЮ КОНФЕРЕНЦИИ ПО РАЗОРУЖЕНИЮ

    6 февраля 1933 г.

    Определение нападающей стороны

    Общая комиссия,

    полагая необходимым, ¡в интересах всеобщей безопасности и облегчения соглашения о максимальном сокращении вооружений, определить возможно более точным образом понятие нападения, дабы предупредить всякий предлог к его оправданию;

    признавая, что все государства имеют равные права на независимость, на безопасность и на защиту своей территории;

    воодушевленная желанием, в интересах всеобщего мира, обеспечить всем народам право свободно развиваться тем способом, какой им подходит, и теми темпами, которые они считают необходимыми, и, с этой целью, самым полным образом оградить их безопасность, их независимость и неприкосновенность их территории так же, как и их право на самооборону от нападения или вторжения извне, но '.единственно в пределах их собственных границ, и

    считая необходимым дать необходимые руководящие указания международным органам, которые могут быть призваны определять сторону, виновную в нападении,

    объявляет:

    1. будет признано нападающим в международном конфликте государство, которое первое совершит одно из следующих действий:

    а) которое объявит войну другому государству;

    б) вооруженные силы которого, хотя бы и без объявления войны, вторгнутся на территорию другого государства;

    в) сухопутные, морские или воздушные силы которого бомбардируют территорию другого государства или сознательно атакуют суда или воздушные суда этого последнего;

    г) сухопутные, морские или воздушные силы которого будут высажены или введены в пределы другого государства без разрешения правительства последнего или нарушат условия такового разрешения, в частности, в отношении времени или расширения района их пребывания;

    д) которое установит морскую блокаду берегов или портов другого государства.

    2. Никакое соображение политического, стратегического или экономического порядка, ни стремление к эксплоатадии на территории атакуемого государства естественных богатств или к получению всякого рода иных выгод или привилегий, так же как и ни ссылка на значительные размеры вложенного капитала или на другие особые интересы, могущие иметься на этой территории, ни отрицание за ней отличительных признаков государства, не могут служить оправданием нападения, предусмотренного в пункте 1.

    В частности, не могут служить оправданием нападения:

    A. внутреннее положение какого-либо государства, как например:

    а) отсталость какого-либо народа в политическом, экономическом или культурном отношении;

    б) недостатки, приписываемые его управлению;

    в) опасность, могущая грозить жизни или имуществу иностранцев;

    г) революционное или контрреволюционное движение, гражданская война, беспорядки или забастовки;

    д) установление или сохранение в каком-либо государстве того или иного политического, экономическою или социальною строя.

    B. Никакие действия, законодательство и распоряжение какого-либо государства, как например:

    а) нарушение международных договоров;

    б) нарушение прав и интересов в области торювли, концессии или всякой иной экономической деятельности, приобретенных другим государством или его гражданами;

    в) разрыв дипломатических или экономических отношений;

    г) меры экономического или финансовою бойкота;

    д) отказ от долгов;

    е) воспрещение или ограничение иммиграции или изменение режима иностранцев;

    ж) нарушение привилегий, признанных за официальными представителями другого государства;

    з) отказ в пропуске вооруженных сил, следующих на территорию третьего государства;

    и) мероприятия религиозного и антирелигиозного характера;

    к) пограничные инциденты.

    3. В случае мобилизации или сосредоточения каким-либо государством значительных вооруженных сил вблизи своей границы, государство, которому такие действия:угрожают, имеет прибегнуть к дипломатическим или иным способам, позволяющим мирное разрешение международных споров. Оно может также принять тем временем ответные меры военного характера, аналогичные указанным выше, но не переходя, однако, границу.

    Общая комиссия решает включить развитые выше принципы в текст будущей конвенции о безопасности и о разоружении или в специальное соглашение, которое составит неотъемлемую часть названной конвенции.

    КОНВЕНЦИЯ ОБ ОПРЕДЕЛЕНИИ АГРЕССИИ9

    Центральный Исполнительный Комитет Союза Советских Социалистических Республик, е. в. Кароль Румынии, Президент Чехословацкой Республики, Президент Турецкой Республики и е. в. Король Югославии, желая укрепить мир, существующий между их странами; считая, что Пакт Бриан — Келлог, участниками которого они являются, воспрещает всякую агрессию;

    полагая необходимым, в интересах всеобщей безопасности, определить возможно более точным образом понятие агрессии, дабы предупредить всякий пов-од к ее оправданию;

    констатируя, что все государства имеют равное право на независимость, на безопасность, на защиту их территорий и на свободное развитие своего государственного строя;

    воодушевленные желанием, в интересах всеобщего мира, обеспечить всем народам неприкосновенность территории своей страны;

    считая полезным, в интересах всеобщею мира, ввести в действие между их странами точные правила, определяющие агрессию, впредь до того, когда эти последние станут общепризнанными,

    решили, в этих целях, заключить настоящую конвенцию и надлежащим образом уполномочили для того... (следуют фамилии уполномочен-ных), которые согласились о следующих постановлениях:

    Статья I,

    Каждая из высоких договаривающихся сторон обязуется руководствоваться в своих взаимоотношениях с каждой из остальных, начиная со дня вступления в силу настоящей конвенции, определением агрессии, как оно было разъяснено в докладе Комитета по вопросам безопасности от 24 мая 1933 года (доклад Политиса) на конференции по сокращению и ограничению вооружений, докладе, сделанном в результате предложения, внесенного советской делегацией.

    Статья II

    В соответствий с этим, будет признано нападающим в международном конфликте, без ущерба для соглашений, действующих между сторонами, участвующими: в конфликте, государство, которое первое совершит одно из следующих действий:

    1. Объявление войны другому государству;

    2. Вторжение своих вооруженных сил, хотя бы без объявления войны, на территорию другого государства;

    3. Нападение своими сухопутными, морскими или воздушными силами, хотя бы без объявления войны, на территорию, суда или воздушные суда другого государства;

    4. Морскую блокаду берегов или портов другого государства;

    5. Поддержку, оказанную вооруженным бандам, которые, будучи образованными на его территории, вторгнутся на территорию другою государства, или отказ, несмотря на требование государства, подвергшеюся вторжению, принять, на своей собственной территории, все зависящие от него меры для лишения названных банд всякой помощи или покровительства.

    Статья III

    Никакое соображение политического, военного, экономического или иного порядка не может сдужить извинением или оправданием агрессии, предусмотренной в статье II. (В качестве примера смотреть Приложение.)

    Статья /К<

    Настоящая конвенция открыта для присоединения всех других наций. Присоединение будет давать те же права и налагать те же обязательства, что и первоначальное подписание. Сообщение о присоединении будет делаться Правительству Союза Советских Социалистических Республик, которое будет тотчас же доводить о том до сведения других участников.

    Статья Vr

    Настоящая конвенция будет ратифицирована высокими договаривающимися сторонами соответственно законодательству каждой из них.

    Ратификационные грамоты будут сданы на хранение каждою из высоких договаривдющихся сторон Правительству Союза Советских Социалистических Республик.

    Как только ратификационные грамоты будут сданы на хранение двумя из высоких договаривающихся сторон, настоящая конвенция вступит в силу между этими двумя сторонами. Она будет вступать в силу для всех других высоких договаривающихся сторон по мере того, как эти последние в свою очередь сдадут на хранение свои ратификационные грамоты.

    О каждой сдаче на хранение ратификационных грамот Правительством Союза Советских Социалистических Республик будет немедленно сообщаться всем участникам настоящей конвенции.

    Стат ья VI

    Настоящая конвенция была подписана в пяти экземплярах, из которых каждая из высоких договаривающихся сторон получила один.

    В удостоверение чего, перечисленные выше уполномоченные подписали настоящую конвенцию и приложили к ней свои печати.

    Учинено в Лондоне, 4 цюля 1933 года.

    (Подписи)

    Приложением статье Ш конвенций относительно определения агрессин

    Высокие договаривающиеся стороны, подписавшие * конвенцию относительно определения агрессии, желая дать негсоторые указания, позволяющие определить нападаю-ujerq, причем определенно оговорено, что безусловная сила правила, установленного в статье III названной конвенции, ни в чем не ограничивается,

    констатируют, что никакой акт агрессии в смысле статьи II названной конвенции не может быть оправдан, между прочим, одним из следующих обстоятельств:

    А. Внутреннее положение государства, например его политический, экономический или социальный строй; недостатки, приписываемые его управлению; беспорядки, проистекающие из забастовок, революций, контрреволюций или гражданской войны.

    Б. Международное поведение государства, например нарушение или опасность нарушения материальных или моральных прав или интересов иностранного государства или его граждан; разрыв дипломатических или экономических отношений; меры экономического или финансового бойкота; споры, относящиеся к экономическим, финансовым или другим обязательствам перед иностранными государствами; пограничные инциденты, не подходящие ни под один из случаев агрессии, указанных в статье II.

    Высокие договаривающиеся стороны, с другой стороны, соглашаются признать, что настоящая конвенция ни в коем случае не должна будет служить оправданием нарушений международного" права, которые могли бы содержаться в обстоятельствах, указанных в приведенном выше перечислении.

    (Подписи)

    КОНВЕНЦИЯ ОБ ОПРЕДЕЛЕНИИ АГРЕССИИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ЛИТОВСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ

    Центральный Исполнительный Комитет Союза Советских Социалистических Республик и Президент Литовской Республики, желая укрепить мир, существующий между их странами; считая, что Пакт Бриан — Келлог, участниками которого они являются, так же как и Договор о ненападении, заключенный между ними 28 сентября 1926 года в Москве, воспрещают всякую агрессию ;.

    полагая необходимым, в интересах всеобщей безопасности, определить возможно более точным образом понятие агрессии, дабы предупредить всякий повод к ее оправданию;

    констатируя, что все государства имеют равное право на независимость, на безопасность, на защиту их территорий и на свободное развитие своего государственного строя;

    воодушевленные желанием, в интересах всеобщего мира, обеспечить всем народам неприкосновенность территории своей страны;

    .считая полезным, в интересах всеобщего мирД, ввести в действие между их странам# точные правила, определяющие агрессию, впредь до того, как эти последние станут общепризнанными,

    решили, в этих целях, заключить настоящую конвенцию и надлежащим образом уполномочили для того... (следуют фамилии уполномоченных), которые согласились о следующих постановлениях:

    Статья I

    Каждая из высоких договаривающихся сторон обязуется руководствоваться в своих отношениях с другой, начиная со дня вступления в силу настоящей конвенции, определением агрессии, как оно было формулировано Комитетом безопасности Конференции по сокращению и ограничению вооружений в результате предложения, внесенного Советской Делегацией.

    Статья II

    В соответствии с этим, будет признано нападающим в международном конфликте, без ущерба для соглашений, действующих между сторонами, участвующими в конфликте, государство, которое первое совершит одно из следующих действий:

    1. Объявление войны другому государству;

    2. Вторжение своих вооруженных сил, хотя бы и без объявления войны, на территорию другого государства;

    3. Нападение своими сухопутными, морскими или воздушными силами, хотя бы и без объявления войны, на территорию, на суда или на воздушные суда другого государства;

    4. Морскую блокаду берегов или портов другого государства;

    5. Поддержку, оказанную вооруженным бандам, которые, будучи образованными на его территории, вторгнутся на территорию другого государства, или отказ, несмотря на требование государства, подвергшегося вторжению, принять, на своей собственной территории, все зависящие от него меры для лишения названных банд всякой помощи или покровительства.

    Статья III

    Никакое соображение политического, военного, экономического или другого порядка не может служить извинением или оправданием агрессии, предусмотренной в статье II. (В качестве примера смотреть Приложение.)

    Статья IV

    Настоящая конвенция будет ратифицирована высокими договаривающимися сторонами соответственно законодательству каждой из них.

    Она вступит в силу немедленно после обмена ратификационными грамотами, каковой состоится в Москве.

    В удостоверение чего, названные выше уполномоченные подписали настоящую конвенцию и приложили к ней свои печати.

    Учинено в Лондоне, в двух экземплярах, на французском языке, 5 июля тысяча девятьсот тридцать третьего года.

    (Подписи)

    Приложение к статье III конвенции относительно определения агрессии

    Высокие договаривающиеся стороны, подписавшие конвенцию относительно определения агрессии, желая дать некоторые указания, позволяющие определить нападающего, причем определенно оговорено, что безусловная сила правила, установленного в статье III названной конвенции, ни в чем не ограничивается,

    констатируют, что никакой акт агрессии в смысле статьи II названной конвенции не может быть оправдан, между прочим, одним из следующих обстоятельств:

    А. Внутреннее положение государства, например его политический, экономический или социальный строй; недостатки, приписываемые его управлению; беспорядки, проистекающие из забастовок, революций, контрреволюций или гражданской войны.

    Б. Международное поведение государства, например нарушение или опасность нарушения материальных или моральных прав или интересов иностранного государства или его граждан; разрыв дипломатических или экономических отношений; меры экономического или финансового бойкота; споры, относящиеся к экономическим, финансовым или другим обязательствам перед иностранными государствами; пограничные инциденты, не подходящие ни под один из случаев агрессии, указанных в статье II.

    Высокие договаривающиеся стороны, с другой стороны, соглашаются признать, что настоящая конвенция ни в коем случае не должна будет служить оправданием нарушений международного права, которые могли бы содержаться в обстоятельствах, указанных в приведенном выше перечислении.

    (Подписи)

    III. ПАКТЫ О ВЗАИМОПОМОЩИ

    ТЕКСТ СОВЕТСКО-ФРАНЦУЗСКОГО ДОГОВОРА О ВЗАИМНОЙ ПОМОЩИ

    Центральный Исполнительный Комитет Союза Советских Социалистических Республик и президент Французской Республики,

    воодушевленные желанием укрепить мир в Европе и гарантировать его благо для своих стран, обеспечив более полным образом точное применение постановлений устава Лиги наций, направленных к поддержанию национальной безопасности, территориальной целости и политической независимости государств,

    решив посвятить свои усилия подготовке и заключению европейского соглашения, преследующего эту цель, и, впредь до этого, способствовать, насколько от них зависит, эффективному применению постановлений устава Лиги наций,

    решили заключить договор с этой целью и назначили своими уполномоченными... (следуют фамилии уполномоченных), которые после обмена своими полномочиями, признанными находящимися в должной форме и надлежащем порядке, условились р следующих постановлениях:

    Статья I

    В случае, если СССР или Франция явилась бы предметом угрозы или опасности нападения со стороны какого-либо европейского государства, Франция и соответственно СССР обязуются приступить обоюдно к немедленной консультации в целях принятия мер для соблюдения постановлений статьи 10 устава Лиги наций.

    Статья II

    В случае, если в условиях, предусмотренных в статье 15, параграф 7 устава Лиги наций, СССР или Франция явились бы, несмотря на искренне мирные намерения обеих стран, предметом невызванного нападения со стороны какого-либо европейского государства, Франция и взаимно СССР окажут друг другу немедленно помощь и г поддержку.

    Статья III

    Принимая во внимание, что согласно статье 16 устава Лиги наций каждый член Лиги, прибегающий к войне вопреки обязательствам, принятым в статьях 12, 13 или 15 устава, тем самым рассматривается как совершивший акт войны против всех других членов Лиги, СССР и взаимно Франция обязуются, в случае, если один из них явится,.в этих условиях, и несмотря на искренне мирные намерения обеих стран, предметом невызванного нападения со стороны какого-либо европейского государства, оказать друг другу немедленно помощь и поддержку, действуя применительно к статье 16 устава.

    То же обязательство принято на случай, если СССР или Франция явится предметом нападения со стороны европейскою Государства в условиях, предусмотренных в параграфах 1 и 3 статьи 17 устава Лиги наций.

    Статья IV

    Так как обязательства, установленные выше, соответствуют обязанностям высоких договаривающихся сторон, как членов Лиги наций, то ничто в настоящем договоре не будет толковаться как ограничение задачи этой последней принимать меры, способные эффективно ограждать всеобщий мир, или как ограничение обязанностей, вытекающих для высоких договаривающихся сторон из устава Лиги наций.

    Статья V.

    Настоящий договор, коего русский и французский тексты будут иметь одинаковую силу, будет ратификован, и ратификационные грамоты будут обменены в Москве, как только это будет возможно. Он будет зарегистрирован в секретариате Лиги наций.

    Он вступит в действие с момента обмена ратификациями и будет оставаться! в силе в течение пяти лет. Если он не будет денонсирован одной из высоких договаривающихся сторон с предупреждением, по крайней мере, за один год до истечения этого периода, то он останется в силе без ограничения срока, причем каждая из высоких' договаривающихся сторон будет иметь возможность прекратить его действие путем заявления об этом с предупреждением за один год.

    В удостоверение чего уполномоченные подписали настоящий договор и приложили к    нему свои печати.

    Совершено в    Париже в 2-х экземплярах,

    2 мая 1935 г.

    (Подписи)

    Протокол подписания 2 мая 1935 г.

    В момент подписания советско-французского договора взаимной помощи от сего    числа уполномоченные подписали    нижеследующий    протокол, каковой    будет включен в обмениваемые    ратификационные    гра

    моты договора.

    I

    Условлено, что следствием статьи 3 является обязательство каждой договаривающейся стороны оказать немедленно помощь другой, сообразуясь безотлагательно с рекомендациями Совета Лиги наций, как только они будут вынесены в силу статьи 16 устава. ‘Условлено также, что обе договаривающиеся стороны будут действовать согласно, дабы достичь того, чтобы Совет вынес свои рекомендации со всей скоростью, которой потребуют обстоятельства, и что, если, несмотря на это, Совет не вынесет, по той или иной причине, никакой рекомендации, и если

    Он не достигнет единогласия, то обязательство помощи тем не »менее будет выполнено. Условлено также, что обязательства помощи, предусмотренные в настоящем договоре, относятся лишь к случаю нападения, совершенного на собственную территорию той или другой договаривающейся стороны.

    II

    Так как общее намерение обоих правительств состоит в том, чтобы ни в чем не нарушать настоящим договором обязательств, принятых ранее СССР, и Францией по отношению к третьим государствам, в силу опубликованных договоров, то условлено, что постановления упомянутого договора не могут иметь такого применения, которое, будучи несовместимым с договорными обязательствами, принятыми одною из договаривающихся сторон, подвергло бы эту последнюю санкциям международного характера.

    III

    Оба правительства, считая желательным заключение регионального соглашения, целью которого являлась бы организация безопасности договаривающихся государств и которое вместе с тем могло бы включить обязательства взаимной помощи или сопровождаться таковыми, признают друг за другом возможность, в соответствующем случае, участвовать, с обоюдного согласия, в той форме, прямой или косвенной, которая представлялась бы подходящей в подобных соглашениях, причем обязательства этих соглашений должны заменить собою те, которые вытекают из настоящего договора.

    помощи или поддержки нападающему или нападающим, причем каждая из сторон заявляет, что она не связана никаким соглашением о помощи, которое находилось бы в противоречии с этим обязательством.

    Совершено в Париже в 2-х экземплярах,

    2 мая 1935 г.

    (Подписи)

    ДОГОВОР О ВЗАИМНОЙ ПОМОЩИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И РЕСПУБЛИКОЙ ЧЕХОСЛОВАЦКОЙ

    Центральный Исполнительный Комитет Союза Советских Социалистических Республик и Президент Республики Чехословацкой,

    воодушевленные желанием укрепить мир в Европе и гарантировать его блага для своих стран, обеспечив более полным образом точное применение положений устава Лиги наций, направленных к поддержанию национальной безопасности, территориальной целости и политической независимости государств,

    решив посвятить свои усилия подготовке и заключению европейского соглашения, преследующего эту цель, и впредь до этого, способствовать, насколько от них зависит, эффективному применению положений устава Лиги наций,

    решили заключить договор с этой целью и назначили своими уполномоченными... (следуют фамилии уполномоченных), которые после обмена своими полномочиями, признанными находящимися в должной форме и надлежащем порядке, условились о следующих постановлениях:

    Статья 1

    В случае, если Союз Советских Социалистических Республик или Республика Чехословацкая явились бы предметом угрозы или опасности нападения со стороны какого-либо европейского государства, Республика Чехословацкая и соответственно Союз Советских Социалистических Республик обязуются приступить обоюдно к немедленной консультации в целях принятия мер для соблюдения постановлений статьи 10 устава Лиги наций.

    Статья 2

    В случае, если в условиях, предусмотренных в статье 15, параграф 7 устава Лиги наций, Союз Советских Социалистических Республик или Республика Чехословацкая явились бы, несмотря на искренне мирные намерения обеих стран, предметом невызванного нападения со стороны какого-либо европейского государства, Республика Чехословацкая и взаимно Союз Советских Социалистических Республик окажут друг другу немедленно помощь и поддержку.

    Статья 3

    Принимая во внимание, что согласно статье 16 устава Лиги наций каждый член Лиги, прибегающий к войне вопреки обязательствам, принятым в статьях 12, 13 и 15 устава, тем самым рассматривается как совершивший акт войны против всех других членов Лиги, Союз Советских Социалистических Республик и взаимно Республика Чехословацкая обязуются, в случае, если одна из них явится, в этих условиях, и несмотря на искренне мирные намерения обеих стран, предметом невызванного нападения со стороны какого-либо европейского государства, оказать друг другу немедленно помощь и поддержку, действуя применительно к статье 16 устава.

    То же обязательство принято на случай, если Союз Советских Социалистических Республик цли Республика Чехословацкая явится предметом нападения со стороны какого-либо европейскою государства в условиях, предусмотренных в §§ 1 й 3 статьи 17 устава Лиги наций.

    Статья 4

    Без ущерба для предыдущих постановлений настоящего договора установлено, что если одна из высоких договаривающихся сторон явится предметом нападения со стороны одной или нескольких третьих держав в условиях, не дающих основания для оказания помощи "и поддержки в пределах настоящего договора, то другая высокая договаривающаяся сторона обязуется не оказывать в течение* конфликта ни прямо, ни косвенно помощи и поддержки нападающему или нападающим, причем каждая из сторон заявляет, что она не связана никаким соглашением о помощи, которое находилось бы в противоречии с настоящим обязательством.

    Статья 5

    Так как обязательства, установленные выше, соответствуют обязанностям высоких договаривающихся сторон, как членов Лиги наций, то ничто в настоящем договоре не будет толковаться как ограничение задачи этой последней принимать меры, способные эффективно ограждать всеобщий мир, или как ограничение обязанностей, вытекающих для высоких договаривающихся сторон из устава Лиги наций.

    Статья б

    Настоящий договор, русский и чешский тексты которою будут им'етъ одинаковую силу, будет ратифицирован, и ратификационные грамоты будут обменены в Москве, как только это будет возможно. Он будет зарегистрирован в секретариате Лиги, наций.

    Он ©ступит в действие с момента обмена ратификациями и будет оставаться в силе в течение 5 лет. Если рн не будет денонсирован одцой из высоких договаривающихся сторон с предупреждением, по крайней мере, за один год до истечения этого периода, то он останется в силе без ограничения срока, причем каждая из высоких договаривающихся сторон будет иметь возможность прекратить его действие путем заявления об этом с предупреждением за один год.

    В удостоверение чего уполномоченные подписали настоящий договор и приложили к нему свои/печати.

    Совершено в Праге в двух экземплярах,

    (Подписи)


    Протокол подписания

    В момент подписания советско-чехословацкого договора о взаимной помощи от сего числа, уполномоченные подписали нижеследующий протокол, каковой будет включен в обмениваемые ратификационные грамоты договора.

    1

    Условлено, что следствием статьи 3 является обязательство каждой договаривающейся стороны оказать немедленно помощь другой, сообразуясь безотлагательно с рекомендациями Совета Лиги наций, как только они будут вынесены в силу статьи 16 устава. Условлено также, что обе договаривающиеся стороны будут действовать согласно, дабы достичь того, чтобы Совет вынес свои рекомендации со всей скоростью, которой потребуют обстоятельства, и что, если, несмотря на это, Совет не вынесет, по той или другой причине, никакой рекомендации, или если он не достигнет единогласия, то обязательство помощи тем не менее будет выполнено. Условлено также, что обязательства помощи, предусмотренные в настоящем договоре, относятся лишь к случаю нападения, совершенного на собственную территорию той или другой договаривающейся стороны,

    2

    Оба правительства констатируют, что обязательства, предусмотренные статьями 1, 2 и 3 настоящего договора, заключенного в стремлении содействовать созданию в Восточной Европе региональной системы безопасности, начало которой положено франко-советским договором от 2 мая 1935 г., ограничиваются теми же пределами, которые установлены п. 4-м протокола подписания упомянутого договора. Одновременно оба правительства признают, что обязательства взаимной помощи будут действовать между ними лишь поскольку при наличии условий, предусмотренных в настоящем договоре, помощь стороне жертве нападения будет оказана со стороны Франции.

    3

    Оба правительства, считая желательным заключение регионального соглашения, целью которого явилась бы организация безопасности договаривающихся государств и которое вместе с тем могло бы включить обязательства взаимной помощи или сопровождаться таковыми, признают друг за другом возможность, в соответствующем случае, участвовать, с обоюдного согласия, в той форме, прямой или косвенной, которая представлялась бы подходящей в подобных соглашениях, причем обязательства этих соглашений должны заменить собою те, которые вытекают из настоящего договора.

    Совершено в Праге в двух экземплярах,

    16 мая 1935 г.

    (Подписи)

    ПРОТОКОЛ ВЗАИМОПОМОЩИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И МОНГОЛЬСКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКОЙ

    Правительства Союза Советских Социалистических Республик и Монгольской Народной Республики,

    исходя из отношений неизменной дружбы, существующей между их странами со времени освобождения территории Монгольской Народной Республики в 1921 году при поддержке Красной армии от белогвардейских отрядов, находившихся в связи с военными силами, вторгшимися на территорию Союза Советских Социалистических Республик, руководимые желанием поддержать дело мира на Дальнем Востоке и содействовать дальнейшему укреплению существующих между ними дружественных отношений, решили оформить в виде настоящего Протокола существующее между ними с 27-го ноября 1934 года джентльменское соглашение, предусматривающее взаимную поддержку всеми мерами в деле предотвращения и предупреждения угрозы военного нападения, а также оказания друг другу помощи и поддержки в случае нападения какой-нибудь третьей стороны на Союз Советских Социалистических Республик или Монгольскую Народную Республику, для каковой цели и подписать настоящий Протокол.

    Статья первая

    В случае угрозы нападения на территорию Союза Советских Социалистических Республик или Монгольской Народной Республики со стороны третьего государства, Правительства Союза Советских Социалистических Республик и Монгольской Народной Республики обязуются немедленно обсудить совместно создавшееся положение и принять все те меры, которые могли бы понадобиться для ограждения безопасности их территорий.

    Статья вторая

    Правительства Союза Советских Социалистических Республик и Монгольской Народной Республики обязуются в случае военного нападения на одну из договаривающихся сторон оказать друг другу всяческую, в том числе и военную помощь.

    Статья третья

    Правительства Союза Советских Социалистических Республик и Монгольской Народной Республики считают само собой разумеющимся, что войска одной из сторон, находящиеся по взаимному соглашению на территории другой стороны, в порядке выполнения обязательств, изложенных в статье первой или второй, будут выведены с соответствующей территории незамедлительно по миновании в том надобности, подобно тому, как это имело место в 1925 .году в отношении вывода советских войск с территории Монгольской Народной Республики,

    Статья четвертая

    Настоящий Протокол составлен в двух экземплярах на русском и монгольском языках, причем оба текста имеют одинаковую силу.

    Он вступает в действие с момента его подписания и будет оставаться в силе в течение 10 лет с этого момента.

    Подписан в городе Улан-Батор-Хото 12 марта 1936 года.

    СПодписи)

    УСТАВ ЛИГИ НАЦИЙ

    Высокие договаривающиеся стороны,

    принимая во внимание, что для развития сотрудничества между народами и для обеспечения им мира и безопасности, важно принять некоторые обязательства, не прибегая к войне, поддерживать в полной гласности международные отношения, основанные на справедливости и чести,

    строго соблюдать предписания международного права, признаваемые отныне действительным правилом поведения правительств,

    установить господство справедливости и тщательно соблюдать все налагаемые договорами обязательства во взаимных отношениях организованных народов,

    принимают настоящий Устав, который учреждает Лигу наций.

    Статья 1

    1. Первоначальными членами Лиги наций являются те из подписавшихся государств, имена которых значатся в приложении к настоящему уставу, а также государства, равным образом названные в приложении, которые приступят к настоящему уставу без всяких оговорок посредством декларации, сданной в Секретариат в течение двух месяцев по вступлении в силу устава и о которой будет сделано оповещение другим членам Лиги.

    2. Каждое государство, доминион или колония, которые управляются свободно и которые не указаны в приложении, могут сделаться членами Лиги, если за их допущение выскажутся две трети Собрания, при условии, что ими будут даны действительные гарантии их искреннего намерения соблюдать свои международные обязательства и что они примут положения, установленные Лигой касательно их военных, морских и воздушных сил и вооружений.

    3. Всякий член Лиги может, после предварительного, за два года, предупреждения, выйти из Лиги, при условии, что он выполнит к этому моменту все свои международные обязательства, включая и обязательства по настоящему уставу.

    Статья 2

    Деятельность Лиги, как она определена в настоящем уставе, осуществляется Собранием и Советом, при которых состоит постоянный секретариат.

    Статья 3

    1. Собрание состоит из представителей членов Лиги.

    2. Оно собирается в определенные периоды и во всякий другой момент, если того требуют обстоятельства, в месте пребывания Лиги или в любом другом, могущем быть назначенным месте.

    3. Собрание ведает всеми вопросами, входящими в сферу деятельности Лиги или затрагивающими всеобщий мир.

    4. Каждый член Лиги может насчитывать не более трех представителей в Собрании и располагает лишь одним голосом.

    Статья 4

    1. Совет состоит из представителей главных союзных и объединившихся держав,' а также из представителей четырех других членов Лиги. Эти четыре члена Лиги назначаются по усмотрению Собрания и з те сроки, которые оно пожелает избрать. Впредь до первою назначения Собранием, представители Бельгии, Бразилии, Испании и Греции являются членами Совета.

    2. С одобрения большинства Собрания, Совет может назначать других членов Лиги, представительство которых в Совете будет с тех пор постоянным. Он может, с такого же одобрения, увеличить число членов Лиги, которые будут избраны Собранием, чтобы быть представленными в Совете.

    2-бис. Собрание устанавливает, большинством двух третей голосов, правила, касающиеся выборов непостоянных членов Совета и, в частности, касающиеся срока их мандатов и условий повторною избрания.

    3. Совет собирается, когда тою требуют обстоятельства, и по меньшей мере один раз в юд, в месте пребывания Лиги или в любом другом имеющем быть назначенным месте.

    4. Совет ведает всеми вопросами, входящими в сферу деятельности Лиги или затрагивающими всеобщий мир.

    5. Всякий член Лиги, не представленный в .Совете, приглашается посылать для присутствия в нем представителя, когда в Совете стоит вопрос, особенно затрагивающий его интересы.

    6. Каждый член Лиги, представленный в Совете, располагает лишь одним голосом и имеет лишь одного представителя.

    Статья 5

    1. Поскольку не имеется определенно противоположных постановлений настоящего устава или настоящею договора10, решения Собрания или Совета принимаются единогласно членами Лиги, представленными в заседании.

    2. Все вопросы процедуры, возникающие на заседаниях Собрания или Совета, включая назначение комиссий, на которые 'возлагается расследование отдельных вопросов, разрешаются Собранием или Советом, причем решение выносится большинством членов Лиги, представленных на заседании.

    3. Первое заседание Собрания и первое заседание Совета будут созваны президентом Соединенных Штатов Америки.

    Статья б

    1. Постоянный секретариат учреждается в месте пребывания Лиги. Он включает генерального секретаря, а также необходимых секретарей и необходимый персонал.

    2. Первый генеральный секретарь указан в приложении. В дальнейшем генеральный секретарь будет назначаться Советом с одобрения большинства Собрания.

    3. Секретари и персонал секретариата назначаются генеральным секретарем с одобрения Совета.

    4. Генеральный секретарь Лиги является по должности генеральным секретарем Собрания и Совета.

    5. Расходы Лиги несут члены Лиги в пропорции, устанавливаемой Собранием.

    Статья 7

    1. Место пребывания Лиги устанавливается в Женеве.

    2. Совет может во всякое время решить установить его во всяком другом месте.

    3. Все должности в Лиге или в состоящих при ней учреждениях, включая секретариат, одинаково доступны мужчинам и женщинам.

    4. Представители членов Лиги и ее агенты пользуются при исполнении своих обязанностей дипломатическими привилегиями и дипломатическим иммунитетом.

    5. Здания и земельные участки, занятые Лигой, ее учреждениями или под ее заседания, неприкосновенны.

    Статья 8

    1. Члены Лиги признают, что поддержание мира требует сокращения национальных вооружений до минимума совместимого с национальной безопасностью и с исполнением международных обязательств, налагаемых общим действием.

    2. Совет, учитывая географическое положение и особые условия каждого государства, подготовляет планы этого сокращения в целях рассмотрения и вынесения решения различными правительствами.

    3. Эти планы должны составить предмет нового рассмотрения, и, в случае надобности, пересмотра, по меньшей мере, каждые десять лет.

    4. После их принятия различными правительствами, предел вооружений, установленный таким образом, не может быть превышаем без согласия Совета.

    5. Принимая во внимание, что частное производство военного снаряжения и военных материалов вызывает серьезные возражения, члены Лиги поручают Совету дать заключение о мерах, способных устранить пагубные последствия этого производства, учитывая нужды тех членов Лиги, которые не могут изготовлять военное снаряжение и военные материалы, необходимые для :их безопасности.

    6. Члены Лиги обязуются обмениваться самым откровенным и ПоЛ-ным образом всеми сведениями, относящимися к масштабу их вооружений, к их военным, морским и воздушным программам* и к состоянию тех отраслей их промышленности, которые могут быть использованы для войны.

    Статья 9

    Будет образована постоянная комиссия для дачи Совету своих заключений о выполнении постановлений статей 1 и 8 и, общим образом, о военных, морских и воздушных вопросах.

    Статья 10

    Члены Лаги обязуются уважать и охранять против всякого внешнего нападения территориальную целость и существующую (политическую независимость всех членов Лиги. В хлучае нападения, угрозы или опасности нападения, Совет указывает меры к обеспечению выполнения этого обязательства*.

    Статья 11

    1. Определенно объявляется, что всякая война или угроза войны, затрагивает ли она или нет непосредственно кого-либо из членов Лиги, касается Лиги в целом, и что последняя должна принять меры, способные действительным образом оградить мир наций. В подобном случае генеральный секретарь немедленно созывает Совет по требованию всякою члена Лиги.

    2. Объявляется, кроме того, что всякий член Лиги имеет право дружественным образом обратить внимание Собрания или Совета на всякое обстоятельство, способное затронуть международные отношения и грозящее в дальнейшем поколебать мир или доброе согласие между нациями, от которого мир зависит.

    Статья 12

    1. Все члены Лиги соглашаются, что если между ними возникает спор, могущий повлечь за собой разрыв, то они подвергнут его либо третейскому разбирательству, либо судебному разрешению, либо рассмотрению Советом. Они кроме того соглашаются, 'что они ни в каком случае не должны прибегать к войне ранее истечения трехмесячного срока после третейского или судебного решения или доклада Совета.

    2. Во всех случаях, предусмотренных этой статьей, решение должно быть вынесено в течение разумного срока и доклад Совета должен быть составлен в течение шести месяцев, считая со дня представления спора на его рассмотрение.

    Статья 13

    1. Члены Лиги соглашаются, что если между ними возникает спор, могущий, по их мнению, быть разрешенным в третейском или судебном

    1 Курсив наш.—Яед.

    порядке, и если этот спор не может быть удовлетворительным образом урегулирован дипломатическим путем, то вопрос будет полностью подвергнут третейскому или судебному разрешению.

    2. Объявляются принадлежащими к числу споров, вообще поддающихся третейскому или судебному разрешению, споры, которые относятся к толкованию какого-либо договора, к 'какому-либо вопросу международного права, к существованию какого-либо факта, который, будучи установлен, составил бы нарушение международного обязательства, или к объему и способу возмещения, следуемого за такое нарушение.

    3. Дело будет внесено в Постоянную палату международного суда или в судебное учреждение или суд, указанные сторонами и предусмотренные их предыдущими соглашениями.

    4. Члены Лиги обязуются добросовестно выполнять вынесенные решения и не прибегать к войне против какого-либо члена Лиги, который будет с ними сообразоваться. В случае невыполнения решения Совет предлагает меры, которые должны обеспечить действие решения.

    Статья 14

    Совету поручается приготовить проект Постоянной палаты международного суда и представить его членам Лиги. Эта палата будет ведать всеми спорами международного характера, которые стороны передадут ей. Она будет давать также консультативные заключения по всем спорам и по всем'вопросам, которые будут внесены в шее Советом дай Собранием.

    Статья 15

    1. Если между членами Лиги возникает спор, могущий повлечь за собой разрыв, и если этот спор не будет передан на третейское разбирательство или на судебное решение, предусмотренное в статье 13, то члены Лиги соглашаются внести его в Совет. Для этого достаточно, чтобы один из них указал на этот спор генеральному секретарю, который принимает все меры для полного расследования и рассмотрения.

    2. В кратчайший срок стороны должны сообщить ему изложение их дела со всеми относящимися сюда существенными фактами и оправдательными документами. Совет может распорядиться об их немедленном опубликовании.

    3. Совет прилагает усилия к тому, чтобы обеспечить урегулирование спора. Если ему это удается, то он публикует в той мере, в какой сочтет нужным, изложение, передающее факты, относящиеся к ним объяснения и условия этого урегулирования.

    4. Если спор не мог быть урегулирован, то Совет составляет и публикует доклад, принятый либо единогласно, либо по большинству голосов, осведомляющий об обстоятельствах спора и о решениях, рекомендуемых им в качестве наиболее справедливых и наиболее подходящих к обстоятельствам дела.

    5. Всякий член Лиги, представленный в Совете, может равным образом опубликовать изложение фактической стороны спора и свои собственные выводы.

    6. Если доклад Совета принят единогласно, причем голоса представителей сторон не учитываются при установлении этого единогласия, то члены Лиги обязуются не прибегать к войне против всякой стороны, сообразующейся с выводами доклада.

    7. В том случае, если Совету не удастся достигнуть принятия его доклада всеми его членами, кроме представителей какой-либо из сторон в споре, члены Лиги оставляют за собой право дейсгвоватъ так, как они считают необходимым для поддержания права и справедливости.

    8. Если одна из сторон утверждает, и если Совет признает, что спор касается вопроса, предоставляемого международным правом исключительному ведению этой стороны, то Совет констатирует это в докладе, не предлагая никакого решения.

    9. Совет может, во всех случаях, предусмотренных в настоящей статье, внести спор в Собрание. Спор должен также быть внесен в Собрание по требованию одной из сторон; это требование должно быть предъявлено в течение четырнадцати дней, считая с момента, когда спор внесен в Совет.

    10. Во всяком деле, переданном Собранию, постановления настоящей статьи и статьи 12, относящиеся к действиям и полномочиям Совета, применяются равным образом к действиям и полномочиям Собрания. Условлено, что доклад, составленный Собранием с одобрения представителей членов Лиги, представленных в Совете, и большинства других членов Лиги, за исключением, в каждом случае, представителей сторон, имеет ту же силу, как и доклад Совета, единогласно принятый его членами, кроме представителей сторон.

    Статья 16

    /. Если член Лиги прибегнет к войне в противность обязательствам, принятым: в статьях 12, 13 или 15, то он рассматривается как совершивший акт войны против всех других членов Лиги. Последние обязуются немедленно порвать с ним все торговые или финансовые отношения, воспретить все сношения между своими гражданами и гражданами государства, нарушившего устав, и прекратить всякие финансовые, торговые или личные сношения между гражданами этого государства и гражданами всякого другого государства, является ли оно членом Лиги или нет.

    2. В этом случае Совет обязан рекомендовать различным заинтересованным правительствам тот состав военных, морских или воздушных сил, посредством которого члены Лиги будут, соответственно, участвовать в вооруженных силах, предназначенных заставить соблюдать обязательства Лиги.

    3. Члены Лиги кроме того соглашаются оказывать друг другу, при применении экономических и финансовых мер, подлежащих принятию в силу настоящей статьи, взаимную поддержку, чтобы сократить до минимума могущие проистечь из них потери и неудобства. Они равным образом оказывают взаимную поддержку для противодействия всякой специальной мере, направленной против одного из 'них государством, нарушившим устав. Они принимают необходимые постановления для облегчения прохода через их территорию сил всякого члена Лиги, участвующего в общем действии, имеющем целью заставить соблюдать обязательство Лиги.

    4. Может быть исключен из Лиги всякий член, оказавшийся виновным в нарушении одного из обязательств, вытекающих из устава. Исключение решается голосами всех остальных членов Лигщ представленных в Сосете К

    Статья 17

    1. В случае спора между двумя государствами, из которых лишь одно является членом Лиги, или из которых ни одно не входит в нее, государство или государства, посторонние Лиге, приглашаются подчиниться обязательствам, лежащим на ее членах, в целях урегулирования спора, на условиях, признанных Советом справедливыми. Если это приглашение принимается, то применяются постановления статей 12—16, с соблюдением изменений, признанных Советом необходимыми.

    2. После посылки этого приглашения Совет открывает расследование об обстоятельствах спора и предлагает те меры, которые кажутся ему лучшими и наиболее действительными в данном случае.

    3. Если приглашенное государство, отказываясь принять на себя обязанности члена Лиги в целях урегулирования спора, прибегнет к войне против члена Лиги, то к нему применимы постановления статьи 16.

    4. Если обе приглашенные стороны отказываются принять на себя обязанности члена Лигд в целях урегулирования спора, то Совет может принять всякие меры и сделать всякие предложения, способные предупредить враждебные действия и привести к разрешению конфликта.

    Статья 18

    Каждый международный договор или международное обязательство, заключаемое в будущем каким-либо членом Лиги, должны быть немедленно зарегистрированы секретариатом и возможно скоро опубликованы им. Никакие из этих международных договоров или обязательств не будут обязательными, пока не будут зарегистрированы.

    Статья 19

    Собрание может от времени до времени приглашать членов Лиги приступать к новому рассмотрению договоров, сделавшихся неприменимыми, а также международных положений, сохранение которых могло бы подвергнуть опасности всеобщий мир.

    Статья 20

    1. Члены Лиги признают, каждый, поскольку то его касается, что настоящий устав отменяет все обязательства или соглашения, несовместимые с его условиями, и торжественно обязуются подобных в будущем не заключать.

    1 Курсив наш. — Ред. 106

    2. Если до своего вступления в Лигу какой-либо член взял на себя обязательства, несовместимые с условиями устава, то он должен принять немедленные меры к освобождению себя от этих обязательств.

    Статья 21

    Международные обязательства, как договоры о третейском разбирательстве и региональные соглашения, как доктрина Монроэ, которые обеспечивают сохранение мира, не рассматриваются, как несовместимые с каким-либо из постановлений настоящего устава.

    Статья 22

    1. Следующие принципы применяются к колониям й территориям, которые вследствие войны перестали быть под суверенитетом государств, управляющих ими перед тем, и которые населены народами, еще не способными самостоятельно руководить собой в особо трудных условиях современною мира. Благосостояние и развитие этих народов составляет священную миссию цивилизации, и подобает включить в настоящий устав гарантию осуществления этой миссии.

    2. Лучший метод практически осуществить этот принцип — это доверить опеку над этими народами передовым нациям, которые, в силу своих ресурсов, своею опыта или своею географического положения, лучше всего в состоянии взять на себя эту ответственность, и которые согласны ее принять: они осуществляли бы эту опеку в качестве мандатариев и от имени Лиги.

    3. Характер мандата должен различаться сообразно степени развития народа, географическому положению территории, ее экономическим условиям и всяким другим аналогичным обстоятельствам.

    4. Некоторые объединения, принадлежавшие ранее Оттоманской империи, достигли такой степени развития, что их существование в качестве независимых наций может быть временно признано, под условием, что советы и помощь мандатария будут направлять их управление впредь до тою момента, когда они окажутся способными сами руководить собой. Пожелания этих объединений должны быть прежде всею приняты в соображение при выборе мандатария.

    5. Степень развития, на которой находятся другие народы, особенно народы центральной Африки, .требуют, чтобы мандатарий взял там на себя управление территорией на условиях, которые, запрещая такие злоупотребления, как торг рабами, торговля оружием и торговля алкоголем, будут гарантировать свободу совести и < религии без иных ограничений, кроме тех, которых может потребовать сохранение публичного порядка и добрых нравов, и, кроме воспрещения воздвигать укрепления или военные или морские базы и давать военное обучение туземцам, если это н.е дедается для полицейской службы и для защиты территории, и которые будут обеспечивать также другим членам Лиги условия равенства обмена и торговли.

    6. Наконец, есть территории, такие, как юго-западная Африка и некоторые острова южной части Тихого океана, которые, вследствие малой плотности своею населения, своей ограниченной поверхности, своей отдаленности от центров цивилизации, своей географической смежности с территорией мандатария или других обстоятельств не могли бы лучше управляться, как по законам мандатария, в качестве составной части его территории, с соблюдением, в интересах туземного населения, предусмотренных выше гарантий.

    7. Во всех случаях мандатарий должен посылать в Совет ежегодный доклад касательно территорий, которые ему поручены.

    8. Если степень власти, контроля или управления, подлежащих осуществлению мандатарием, не составляла предмета предшествовавшего соглашения между членами Лиги, то по этим пунктам последует определенное постановление Совета.

    9. Постоянной комиссии будет поручено принимать и рассматривать ежегодные доклады мандатариев и давать Совету свое заключение по всяким вопросам, относящимся к выполнению мандатов.

    Статья 23

    С соблюдением постановлений международных соглашений, которые существуют в настоящее время или будут заключены впоследствии, и в согласии с ними, члены Лиги:

    a) приложат усилия к обеспечению и сохранению справедливых и гуманных условий труда для мужчины, женщины и ребенка на своих собственных территориях, а такж)е; и во всех странах, на которые распространяются их торговые и промышленные отношения, и к учреждению и содержанию с этой целью ¡необходимых международных организаций ;

    b) обязуются обеспечить справедливый режим для туземного населения на территориях, подчиненных их управлению;

    c) поручают Лиге общий контроль над соглашениями по поводу торга женщинами и детьми, .торговли опиумом и другими вредными веществами ;

    б) поручают Лиге общий контроль над торговлей оружием и снаряжением со странами, в которых контроль над этой торговлей необходим в общих интересах;

    е) примут необходимые постановления, чтобы обеспечить гарантию и сохранение свободы сообщений и транзита, а также справедливый режим для торговли всех членов Лиги, причем условлено, что особые потребности местностей, разоренных в течение войны 1914—1918 годов, должны быть приняты во внимание;

    ^ приложат усилия, чтобы принять меры международного порядка для предупреждения болезней и борьбы с ними.

    Статья 24

    1. Все международные бюро, ранее учрежденные коллективными договорами, будут, под условием согласия сторон, поставлены под руководство Лиги. Всякие другие международные бюро и всякие комиссии по урегулированию дел международного значения, которые будут созданы впоследствии, будут поставлены под руководство Лиги.

    2. По всем вопросам международного значения, регулируемым'общими соглашениями, но не подчиненным контролю международных комиссий или бюро, секретариат Лиги должен будет, если стороны того потребуют и Совет на то согласится, собирать и сообщать всякие нужные сведения и оказывать всякое необходимое или желательное содействие.

    3. Совет может постановить о включении в расходы секретариата расходов всех бюро или комиссий, поставленных под руководство Лиги.

    Статья 25

    Члены Лиги обязуются поощрять и облегчать учреждение и сотрудничество добровольных национальных организаций Красного Креста, надлежаще разрешенных и имеющих задачею улучшение здравия, предупредительную борьбу с болезнями и смягчение страданий на свете.

    Статья 26

    1. Изменения настоящего устава будут вступать в силу по их ратификации теми членами Лиги, представители которых составляют Совет, и большинством тех, представители которых образуют Собрание.

    2. Всякий член Лиги волен не принять изменений, внесенных в устав, в каковом случае он перестает входить в состав Лиги.

    ОТ ИЗДАТЕЛЬСТВА  ..................    О

    4 апреля 1934 г.

    РЕЧЬ ПРИ ПОДПИСАНИИ ПРОТОКОЛОВ О ПРОДЛЕНИИ ПАКТОВ О НЕНАПАДЕНИИ

    МЕЖДУ СССР И СТРАНАМИ ПРИБАЛТИКИ ДО КОНЦА 1945 г........... 7

    17 апреля 1935 г.

    РЕЧЬ НА ЧРЕЗВЫЧАЙНОЙ СЕССИИ СОВЕТА ЛИГИ НАЦИЙ ПО ВОПРОСУ О НАРУШЕНИИ ГЕРМАНИЕЙ ВЕРСАЛЬСКОГО ДОГОВОРА................... 9

    17 марта 1936 г.

    РЕЧЬ О СОЗДАНИИ ПОДЛИННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ В ЕВРОПЕ НА СЕССИИ СОВЕТА

    ЛИГИ НАЦИЙ В ЛОНДОНЕ ............................. 11

    Защита международных договоров — основной долг Лиги    наций.....11

    Советско-французский пакт совместим с Локарнским договором.....12

    Никто не угрожает Германии......................14

    Политика коллективной безопасности против политики меча..... 15

    СССР поддержит мероприятия Лиги наций.............. 17

    1 июля 1936 г<

    РЕЧЬ НА XVI ПЛЕНУМЕ ЛИГИ НАЦИЙ О НЕДЕЛИМОМ МИРЕ И УКРЕПЛЕНИИ КОЛЛЕКТИВНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ............................ 18

    Позиция СССР в итало-абиссинском конфликте............ 18

    После оккупации Абиссинии.................... 18

    Как осуществлялись санкции.....*..............•    19

    Международная солидарность или поощрение агрессии ........ 20

    Уточнить и усилить пакт Лиги наций..............  .    22

    Лига наций должна быть сильной................... 23

    28 сентября 1936 г.

    РЕЧЬ НА XVII ПЛЕНУМЕ ЛИГИ НАЦИЙ........................... 24

    Укрепление мира — основная функция Лиги.............. 24

    За подлинную коллективную безопасность....... ...    26

    Никаких поблажек агрессорам.................... 28

    28 ноября 1936 г.

    РЕЧЬ НА ЧРЕЗВЫЧАЙНОМ VIII ВСЕСОЮЗНОМ СЪЕЗДЕ СОВЕТОВ............ 30

    Фашизм — могильщик демократизма и свободы............ 31

    Безопасность западноевропейских стран    под    угрозой ......... 33

    Война мятежных генералов и интервентов против республиканской Испании 34

    Фарс «невмешательства»....................... 35

    Солидарность советского народа с народом Испании ... *..... 36

    Агрессия —- программа фашистских государств............. 37

    Блоки поджигателей войны...................... 39

    Лицемерие и фальшь врагов мира.................. 40

    Наша политика была, есть и будет политикой    мира.......... 41

    28 мая 1937 г.

    РЕЧЬ НА СЕССИИ СОВЕТА ЛИГИ НАЦИЙ    43

    9 июля 1937 г.

    ИЗ РЕЧИ ПРИ ПРИЕМЕ В ЧЕСТЬ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ШВЕЦИИ Г-НА САНД-

    ЛЕРА.......................................... 45

    21 сентября 1937 г.

    РЕЧЬ НА ПЛЕНУМЕ ЛИГИ НАЦИЙ.............................. 46

    Сотрудничество с нарушителями мира невозможно...... 47

    Фашистские варвары в роли «спасителей»    цивилизации ...    50

    Позиция СССР в испанском вопросе........... 51

    Усилить Лигу наций, поднять ее авторитет......... 51

    Задачи Лиги — обуздание агрессоров................. 53

    27 ноября 1937 г.

    ИЗ РЕЧИ НА СОБРАНИИ ИЗБИРАТЕЛЕЙ ПЕТРОГРАДСКОГО И ВАСИЛЕОСТРОВСКОГО РАЙОНОВ ЛЕНИНГРАДА.................................... 54

    1 февраля 1938 г.

    ВЫСТУПЛЕНИЕ В «КОМИТЕТЕ ДВАДЦАТИ ВОСЬМИ».................... 58

    Чем руководствуются противники устава Лиги    наций ....    58

    Лига наций в силах обуздать агрессора ......... 59

    Статья 16 устава — предостережение агрессору..... 59

    За организацию коллективной безопасности........ 60

    17 марта 1938 г.

    ЗАЯВЛЕНИЕ ПРЕДСТАВИТЕЛЯМ ПЕЧАТИ.......................... 61

    ДОКУМЕНТЫ......................................  63

    I. ДОГОВОРЫ О НЕНАПАДЕНИИ И МИРНОМ РАЗРЕШЕНИИ КОНФЛИКТОВ

    ДОГОВОР МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ТУРЦИЕЙ ..........................................65

    ДОГОВОР МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ЛИТОВСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ!............................... 66

    ДОГОВОР О ГАРАНТИИ И НЕЙТРАЛИТЕТЕ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ИРАНОМ (ПЕРСИЕЙ)......  68

    111

    ДОГОВОР О НЕЙТРАЛИТЕТЕ И ВЗАИМНОМ НЕНАПАДЕНИИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И АФГАНИСТАНОМ,........70

    ДОГОВОР МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК

    И ФИНЛЯНДИЕЙ О НЕНАПАДЕНИИ И О МИРНОМ УЛАЖЕНИИ КОНФЛИКТОВ .    72

    ДОГОВОР МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И

    ЛАТВИЕЙ........................................ 75

    ДОГОВОР О НЕНАПАДЕНИИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ

    РЕСПУБЛИК И ПОЛЬСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ..................... 77

    ДОГОВОР О НЕНАПАДЕНИИ И МИРНОМ РАЗРЕШЕНИИ КОНФЛИКТОВ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ЭСТОНИЕЙ....... 79

    ДОГОВОР О НЕНАПАДЕНИИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ

    РЕСПУБЛИК И ФРАНЦУЗСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ..........  81

    ДОГОВОР О НЕНАПАДЕНИИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ

    РЕСПУБЛИК И КИТАЙСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ .................... 83

    II. ОПРЕДЕЛЕНИЕ АГРЕССИИ

    ПРОЕКТ ДЕКЛАРАЦИИ, ВНЕСЕННЫЙ т. М. М. ЛИТВИНОВЫМ В ГЕНЕРАЛЬНУЮ

    КОМИССИЮ КОНФЕРЕНЦИИ ПО РАЗОРУЖЕНИЮ 6 ФЕВРАЛЯ 1933 г....... 85

    КОНВЕНЦИЯ ОБ ОПРЕДЕЛЕНИИ АГРЕССИИ........................ 87

    КОНВЕНЦИЯ ОБ ОПРЕДЕЛЕНИИ АГРЕССИИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ЛИТОВСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ............ 89

    III. ПАКТЫ О ВЗАИМОПОМОЩИ

    ТЕКСТ СОВЕТСКО-ФРАНЦУЗСКОГО ДОГОВОРА О ВЗАИМНОЙ ПОМОЩИ....... 92

    ДОГОВОР О ВЗАИМНОЙ ПОМОЩИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И РЕСПУБЛИКОЙ ЧЕХОСЛОВАЦКОЙ.............. 95

    ПРОТОКОЛ ВЗАИМОПОМОЩИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И МОНГОЛЬСКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКОЙ........ 98

    УСТАВ ЛИГИ НАЦИЙ.....................................100

    Под наблюдением редактора 3. Теумин Техреды Н. Лебедева и Е. Боброва Корректор Р. Денисова

    Сдано в набор 20 марта 1933 г. Подписано в печать 23 марта 1938 г. Государственное издательство политической литературы №125. Уполн. Главлита № Б-32470. Тираж 100 тыс. Формат 60 X 92*/1к. Объем 7 печ. л. 50 тыс. зн. в 1 печ. л. Заказ № 1360.

    Цена 85 коп. Переплет 40 коп.

    1-я Образцовая типография Огиза РСФСР треста«Полиграфкнига». Москва, Валовая, 28.

    1 руб. 25 коп.

    1

    Речь идет о странах, борющихся против идеи увековечения института войны, за разрешение международных споров исключительно мирными способами.

    2

    «Комитет двадцати восьми» создан при Лиге наций. Задача его — проведение в жизнь устава Лиги.

    3

    Срок действия данного договора был продлен 4 апреля 1934 г. до 31 декабря 1945 г.

    66

    4

    Срок действия данного договора был продлен 29 марта 1936 г. до 29 марта 1946 г.

    5

    7 апреля 1934 г. срок действия данного договора был продлен до 31 декабря 1945 г.

    6

    4 апреля 1934 г. срок действия данного договора был продлен до 31 декабря 1945 г.

    7

    5 мая 1934 г. срок действия данного договора был продлен до 31 декабря 1945 г.

    Аналогичные договоры были заключены с Германией и Италией. С Германией был заключен договор о нейтралитете 24 апреля 1926 г., продлен 24 июня 1931 г. С Италией был заключен договор о дружбе, ненападении и нейтралитете 2 сентября 1933 г.

    8

    4 апреля 1934 г. срок действия данного договора был продлен до 31 декабря 1945 г.

    9

    Аналогичная конвенция об определении агрессии была заключена СССР со следующими странами: 3 июля 1933 г. в г. Лондоне с Эстонией, Латвией, Польшей, Румынией, Турцией, Ираном и Афганистаном.

    10

    Имеется в виду Версальский договор от 28 июня 1919 г,