Юридические исследования - Кризис французского империализма после второй мировой войны. Р. Гутермут. -

На главную >>>

Иные околоюридические дисциплины: Кризис французского империализма после второй мировой войны. Р. Гутермут.


    Изучение основных проблем общего кризиса капитализма и его проявлений в крупнейших капиталистических странах имеет большое теоретическое и политическое значение. В этом отношении представляет интерес предлагаемая вниманию советского читателя книга прогрессивного немецкого экономиста Рольфа Гутермута. Книга Р. Гутермута — научно-популярный очерк, в котором анализируются основные проблемы кризиса французского империализма. Коротко остановившись на экономическом и политическом положении во Франции после ее освобождения от фашистской оккупации, автор переходит к оценке основных явлений в экономической и политической жизни страны за 1947—1952 гг. Показав главные факты, свидетельствующие о загнивании французского империализма, автор дает очерк борьбы французского народа за независимость, демократию и мир. Известное место в книге Р. Гутермута уделено положению во французской колониальной империи и нарастающей во французских колониях антиимпериалистической, антиколониальной борьбе. Книга написана в основном с правильных позиций и проникнута идеями пролетарского интернационализма.



    Р. ГУТЕРМУТ

    КРИЗИС ФРАНЦУЗСКОГО ИМПЕРИАЛИЗМА ПОСЛЕ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

    Сокращенный перевод с немецкого А. А. ГАЛКИНА

    Предисловие

    М. Н. МАШКИНА

    и * л

    ИЗДАТЕЛЬСТВО ИНОСТРАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

    Москва, 1955


    Изучение основных проблем общего кризиса капитализма и его проявлений в крупнейших капиталистических странах имеет большое теоретическое и политическое значение.

    В этом отношении представляет интерес предлагаемая вниманию советского читателя книга прогрессивного немецкого экономиста Рольфа Гутермута.

    Книга Р. Гутермута — научно-популярный очерк, в котором анализируются основные проблемы кризиса французского империализма.

    Коротко остановившись на экономическом и политическом положении во Франции после ее освобождения от фашистской оккупации, автор переходит к оценке основных явлений в экономической и политической жизни страны за 1947—1952 гг. Показав главные факты, свидетельствующие о загнивании французского империализма, автор дает очерк борьбы французского народа за независимость, демократию и мир. Известное место в книге Р. Гутермута уделено положению во французской колониальной империи и нарастающей во французских колониях антиимпериалистической, антиколониальной борьбе.

    Книга написана в основном с правильных позиций и проникнута идеями пролетарского интернационализма.

    *

    Кризис французского империализма является отражением и проявлением общего кризиса капитализма, охватывающего как экономику, так и политику стран капитализма.

    В итоге второй мировой войны произошел новый прорыв в цепи империализма: от капиталистической системы

    Отпал ряд государств в Европе и Азии, был образовай могучий демократический лагерь государств во главе с Советским Союзом. Экономическим результатом существования двух противоположных лагерей явился распад единого всеохватывающего мирового рынка, создание мирового демократического рынка. Все это определило дальнейшее обострение общего кризиса мирового капитализма на его втором этапе. Только учитывая эти решающие экономические и политические процессы, можно правильно оценить и положение французского империализма после второй мировой войны.

    Целый ряд факторов свидетельствует о глубоком кризисе французского империализма: усиление хронической недогрузки предприятий; общее ухудшение экономического положения страны; милитаризация экономики; рост государственно-монополистического капитализма; кризис колониальной системы и начавшийся распад ее; обострение всех классовых противоречий внутри метрополии; усиление зависимости от иностранного американского империализма и подрыв позиций страны на международной арене и т. д.

    Гутермут в той или иной степени освещает эти факторы, хотя и не всегда с достаточной глубиной.

    Важной частью книги Гутермута является рассмотрение автором на основе большого фактического материала паразитических черт французского капитализма. Указывая на рост хронической недогрузки предприятий, Р. Гутермут приводит, в частности, подробные данные, говорящие о том, что после второй мировой войны добыча железной руды и каменного угля, производство кокса, выплавка чугуна, стали-сырца, производство готовых изделий из проката и так далее были во Франции значительно ниже производственных возможностей предприятий. Более того, французские монополисты закрыли целый ряд угольных шахт и металлургических заводов якобы из-за их «нерентабельности». Читатель найдет в книге данные и о сокращении производства в химической промышленности. Особенно тяжелое положение сложилось в так называемых «мирных» отраслях промышленности. Р. Гутермут приводит интересные данные о том, что во Франции с очень большой недогрузкой работали предприятия, производящие шелковые и шерстяные ткани, кожу, обувь, готовое платье и т. д.

    Как показывает автор, слабо используются производственные мощности и в машиностроении, подорвано производство в авиационной, судостроительной и других отраслях промышленности Франции.

    Указанные процессы продолжают развиваться и в настоящее время. В 1953 г. индекс промышленного производства во Франции составил ИЗ, принимая уровень производства в 1929 г. за 100 К Однако этот индекс не отражает реального положения в промышленности Франции. М. Торез пишет на этот счет следующее: «В действительности имеется довольно большое количество отраслей, в которых производство ниже максимального уровня производства периода между двумя войнами. Таково положение в строительной, текстильной, кожевенной промышленности, то есть во всех отраслях промышленности, связанных в основном с удовлетворением потребностей масс» 1.

    За последние годы во Франции продолжают закрываться предприятия. Особенно много было закрыто угольных шахт (в 1947—1954 гг. — 75 шахт). В департаментах Нор и Па-де-Кале за последние пять лет число забоев уменьшилось на 174; в департаменте Луара с 1951 г. число горняков сократилось на 2700, а в бассейне Севенны только в 1954 г. было уволено 5300 человек. Во Франции уменьшается и добыча угля. Если, например, в 1929 г. в департаментах Нор и Па-де-Кале было добыто 34,9 млн. т угля, то в 1953 г. — только 27,5 млн. г2.

    Неуклонно проводится в жизнь программа сокращения добычи угля, в особенности в департаментах Нор и Па-де-Кале, где в 1960 г. число шахтеров должно составить 95 тыс. человек вместо 146 тыс. в 1946 г., а общая добыча угля не должна превышать 30 млн. т.

    За последние годы был закрыт и ряд металлургических заводов. Очень тяжелое положение сложилось в авиационной промышленности. После 1944 г. было закрыто 27 авиационных заводов. Сейчас во Франции не производятся самолеты для гражданской авиации. Характерно, что в 1954 г. в авиационной промышленности было занято 50 тыс. рабочих вместо 240 тыс. в 1939 г *. В катастрофическом положении находится французская кинематографическая промышленность.

    Летом 1954 г. производственные мощности французской промышленности использовались только на 70%, хотя 15—20% ее продукции шло на военные нужды3.

    Хроническая недогрузка предприятий продолжает непрерывно увеличиваться. Одновременно растет безработица. В настоящее время во Франции насчитывается приблизительно 530 тыс. безработных. За последние годы усилилась отмеченная Р. Гутермутом диспропорция между производственными возможностями и сокращающимся платежеспособным спросом населения. На предприятиях значительно выросли запасы продукции. Так, количество угля, находящегося на складах, увеличилось с 7,1 млн. т в конце 1952 г. до 12,4 млн. т в конце 1954 г. Еще в ббльших количествах увеличиваются запасы готовой продукции на складах предприятий, производящих потребительские товары.

    В поисках выхода из экономических трудностей французские империалисты усиливают милитаризацию экономики, что служит также ярким выражением дальнейшего загнивания и паразитизма французского капитализма. Милитаризация экономики является также свидетельством того, что правящие круги Франции активно проводят политику подготовки агрессивной мировой войны.

    Р. Гутермут подробно показывает влияние на экономику страны военного бума, возникшего после начала агрессии американских империалистов в Корее, влияние военных приготовлений агрессивного Северо-атлантического блока в Европе и расширения «грязной войны» французских империалистов в странах Индо-Китая.

    В 1949—1953 гг. военные расходы Франции составили 5700 млрд. фр.4 Прямые и скрытые расходы на военные нужды в 1954 г. достигли 1951 млрд. фр. В 1955 г. только прямые военные расходы по предварительным данным составляют 1300 млрд. фр., или 35% всего бюджета5. Эти огромные расходы приносят крупные прибыли французским монополистам. С 1952 г. приблизительно из 1800 млрд. фр. действительных военных расходов ежегодно 1100 млрд. достается французским монополиям.

    Наряду с этим французские монополии получают крупные военные заказы от правительства США. Так, только за 1951/52 и 1952/53 финансовые годы ими было получено на 359 млрд. фр. американских военных заказов. В настоящее время, в условиях усиления ремилитаризации Западной Германии, французские монополии стремятся, правда без особенного успеха, путем требований создания «пула вооружений» и другими путями урвать для себя долю западногерманских военных заказов. Кроме того, крупнейшие французские монополии («Пешинэ», группы Вормса, Шнейдера, деВанделя, Ротшильда и др.) выступают с требованием развернуть во Франции более активную подготовку к атомной войне, так как производство атомного вооружения сулит этим монополиям колоссальные прибыли.

    В условиях милитаризации экономики еще более быстрыми темпами идет процесс капиталистической концентрации. К 1955 г. крупнейшие тресты полностью монополизировали во Франции все производство алюминия, электрокабеля, чугунных труб и т. д. 98% всей продукции автомобилестроения дают 4 крупнейших монополистических объединения. Производство стали на 80% сосредоточено на заводах, принадлежащих концернам групп Шнейдера и де Ванделя. Дальнейшее усиление концентрации наблюдается в машиностроении, электроприборостроении, химической, легкой и пищевой промышленности. Концентрация производства привела к еще большему увеличению прибылей монополий.

    Характерным для французской экономики в настоящее время является, как правильно указывается и в книге Гутермута, развитие государственного монополистического капитализма.

    В книге отмечается, что ни милитаризация экономики, ни различные мероприятия по ее «оздоровлению» не смогут задержать развития очередного экономического кризиса. Не принесла «оздоровления» французской экономике и «помощь», предоставленная Соединенными Штатами по плану Маршалла. Если учесть данные об американских кредитах Франции и после окончания действия плана Маршалла, то, по некоторым оценкам, общая сумма пресловутой американской «помощи» составила 6—7 млрд. долл. Львиную долю этой помощи захватили крупнейшие французские тресты. США, в свою очередь, использовали «помощь» для усиления своих позиций в экономике Франции в целях извлечения максимальных прибылей за счет эксплуатации французского народа.

    Р. Гутермут подробно разбирает вопрос о проникновении американского капитала в экономику Франции. В книге приведен ряд интересных деталей об этом проникновении. Вместе с тем следует отметить, что некоторые цифровые данные автора, основанные на предварительных оценках, нельзя признать исчерпывающими. Р. Гутермут основное внимание уделяет показу инвестирования во французскую экономику средств так называемого эквивалентного фонда по плану Маршалла. Но эти средства, которые могли расходоваться только с согласия правительства США, далеко не все представляли собой прямые капиталовложения, как утверждает автор. Даже те средства, которые получили из этих фондов крупнейшие французские монополии, не обязательно, как показывает практика, ставили их под контроль американского капитала. Правильно подчеркивая пагубность американской «помощи» и вообще политики США в отношении Франции, автор, однако, преувеличивает степень зависимости Франции от США, недооценивая всю глубину империалистических противоречий и не учитывая тех позиций, которые занимают французские тресты внутри страны и за ее пределами, особенно в колониях.

    В книге Гутермута показывается, что включение Франции в агрессивные планы США, в военные блоки, сколоченные Соединенными Штатами, противоречит национальным интересам Франции и еще больше подрывает жизненный уровень народа.

    Антинародная политика французских монополий и подчиненного им государственного аппарата ведет к дальнейшему ухудшению положения трудящихся. Р. Гутермут правильно оценивает пагубное влияние гонки вооружений как на экономику, так и на уровень жизни широких масс французского народа. Он наглядно показывает, что после второй мировой войны значительно ухудшилось положение французского рабочего класса, снизилась реал!г ная заработная плата. Те же явления мы наблюдаем и в настоящее время. Так, почасовая заработная плата рабо-чего-формовщика составляла зимой 1954/55 г. 61% заработной платы 1938г., слесаря-сборщика — 58%, рабочего-каменщика — 49 % 6. В результате роста цен покупательная способность французского рабочего, например в Париже, с 1938 г. сократилась на 38%. Интенсификация труда, сверхурочные работы и тому подобное ведут к еще большему ухудшению положения французских рабочих.

    В книге рассматриваются и процессы, происходящие в сельском хозяйстве в условиях гнета монополий в стране, процесс разорения мелкого крестьянства.

    Вступление в силу парижских соглашений и дальнейшая гонка вооружений несут новые тяготы французскому народу и готовят новый тяжелый удар по экономике страны.

    * * *

    Важное значение для анализа кризиса французского империализма после второй мировой войны имеет оценка не только экономического положения внутри страны, но и такие вопросы, как состояние внешней торговли, экспорт капитала и т. д. Нет нужды доказывать, что эти проблемы тесно связаны и с внутриэкономическим положением Франции.

    Распад единого всеохватывающего мирового рынка и связанное с этим резкое сокращение сферы приложения сил главных капиталистических стран к мировым ресурсам, усиление экономической экспансии США, дезорганизующих экономику других капиталистических стран, общее обострение проблемы рынков также в связи с политикой дискриминации в отношении торговли со странами демократического рынка — все это оказало и оказывает глубокое воздействие на экономическое положение Франции. В книге Гутермута недостаточно учитывается влияние этих факторов.

    Сокращение сферы приложения сил Франции к мировым ресурсам, вызванное целым рядом обстоятельств, отмеченных выше, сказалось в уменьшении французских

    1 .France* npuvelle-, 26 Mars 195&

    9

    капиталовложений за границей. В прошлом, до первой мировой войны, Франция являлась, как известно, мировым банкиром и кредитором. Первая мировая война и отпадение России от капиталистической системы нанесли серьезный удар по иностранным вложениям французских империалистов. Если накануне первой мировой войны французские капиталовложения в иностранные государственные займы, акции и облигации равнялись 60 млрд. золотых франков  то в 1924 г. они насчитывали, по различным оценкам, 27—35 млрд. золотых франков7. В дальнейшем французский финансовый капитал частично восстановил свои позиции, причем французские капиталы направлялись как в страны Центральной и Юго-восточной Европы, так и на Ближний Восток. Накануне мюнхенского сговора вложения французского капитала за границей оценивались в 45—55 млрд. золотых франков, что составляет 7000—8500 млрд. франков по современному курсу8. Во время второй мировой войны в итоге военных разрушений, а также в результате национализации иностранных капиталов в странах народной демократии в Европе и в Китайской Народной Республике общая сумма французских капиталовложений за границей уменьшилась до 3500—4500 млрд. франков по современному курсу9.

    После второй мировой войны французский империализм снова усиливает свою внешнюю экспансию. Экспорт французских капиталов происходит в условиях обострения империалистических противоречий Франции с США, Англией и Западной Германией.

    Анализируя общую сумму французских капиталов за границей, марксистский экономический журнал «Экономи э политик» оценивает их в 6000 млрд. фр., из которых 3000—3300 млрд., то есть 50—55%, инвестировано во французских колониях10. Сумма капиталовложений в других государствах вне пределов Французского Союза составляет 2700—3000 млрд. фр., или 45—50% от общей суммы.

    По странам эти инвестиции распределяются следующим образом *:

    Сумма инвестиций (в млрд. фр.)

    Страны


    1200—1440

    300 —

    360

    120

     

    180

     

    300 —

    360

    120 —

    180

    60

     

    120 —

    180

    60

     

    540 —

    600

    240 —

    300

    120

     

    120 —

    180

    360 —

    420

    60 —

    90

    90

     

    360 —

    420

    60

     

    30

     

    300 — 360 1080—1320


    Европа ..................

    в том числе Западная Германия ......

    Саар..................

    Швейцария...............

    Бельгия — Люксембург .........

    Нидерланды...............

    Скандинавские страны ..........

    Испания и Португалия .........

    Италия.................

    Америка .................

    в том числе США.............

    Канада .................

    Латинская Америка...........

    Африка (без французских колоний) . . . . в том числе Южно-Африканский Союз . . .

    Египет .................

    Ближний и Средний Восток . . . .

    в том числе Сирия и Ливан........

    Иран..................

    Другие страны Азии (без французских

    колоний и Ближнего Востока)......

    Стерлинговая зона ..........

    Из приведенных данных, которые, конечно, не могут претендовать на абсолютную точность, а являются приблизительной оценкой, видно, какую роль в капиталовложениях Франции играет Западная Германия. В Западной Германии французский капитал контролировал в 1951 г. приблизительно 10% всего контролируемого иностранными империалистами капитала западногерманских предприятий. Фактически этот процент, принимая во внимание участие французских капиталов в бельгийских, швейцарских и других компаниях, действующих в Запад-

    1 «Economie et politique», .№ 5—6t 1954, p. 13Q.

    11

    ной Германии, был еще выше. Крупные французские капиталы вложены в экономику Саара.

    После второй мировой войны значительно усилилось проникновение французских монополий в Латинскую Америку. Гутермут в своей книге правильно обращает внимание на это обстоятельство. В 1953—1955 гг. посланцы крупных французских монополий непрерывно посещают Бразилию, Колумбию, Перу и заключают там соглашения о строительстве различных предприятий. Так, в марте 1955 г., по неполным данным, такие делегации побывали в Перу, Эквадоре, Колумбии, Гондурасе, Венесуэле и Парагвае.

    Следует отметить, что в настоящее время экспорт капитала из Франции характеризуется рядом новых черт. В прошлом, до первой мировой войны, основная часть французского капитала была вложена за границей в различные займы. В известной мере эта тенденция продолжала сказываться и в период между двумя мировыми войнами. В настоящее же время французские монополии либо строят свои предприятия в слаборазвитых странах, либо пытаются обеспечить себе контрольные пакеты акций в ряде фирм в таких странах, как Бельгия, Люксембург, Западная Германия, Италия. Все большее количество французских капиталов вкладывается в предприятия Южно-Африканского Союза, Египта, Индии, Пакистана и т. д.

    Как правильно отмечает Гутермут, экспансия французского капитала происходит за счет ослабления народного хозяйства Франции, откуда изымаются средства, направляющиеся за границу.

    Французские монополии стараются найти выход из экономических трудностей в усилении эксплуатации колоний. В настоящее время французский империализм все более и более приобретает колониальный характер.

    Как уже отмечалось выше, примерно половина всех капиталовложений приходится на колонии Франции. Главная масса капиталов — 2400 млрд. фр. — вложена в африканские колонии, среди которых на первом месте стоит Северная Африка (за 1947—1953 гг. в экономику Французской Северной Африки инвестировано 1239 млрд. фр.).

    Со времени первой мировой войны резко вырос ввоз во Францию из колоний сырья, продовольствия и полуфабрикатов, а к 1937* г. и вывоз из метрополии промыщ-

    ленных товаров. Состояние торговли Франций с колониями ярко характеризуют следующие цифры (в %):

    Год

    Экстрт

    Импорт |

    j Год

    Экспорт

    Импорт

    1913

    14,2

    9,7

    1949

    41,7

    26,0

    1929

    18,8

    12,1

    1953

    37,0

    25,0

    1937

    28,3

    24,4

         

    В колонии направляется все большее количество промышленных товаров. Уже в 1937 г. 38,5% всего экспорта промышленных товаров из Франции составлял экспорт в колонии. В настоящее время количество вывозимых в колонии французских промышленных товаров продолжает возрастать. Вместе с тем на рынках французских колоний заметную роль начинают играть империалисты США, Англии и Западной Германии, что ведет к обострению империалистических противоречий.

    В 1953—1955 гг. все более проявляется подчеркнутое Гутермутом стремление западногерманских империалистов занять прочные позиции во французских колониях. Так, в 1954 г. во Французскую Западную Африку было ввезено из Западной Германии товаров на 1976 млн. фр., а вывезено на 748 млн. фр. Наибольшую заинтересованность западногерманские монополисты проявляют в Северной Африке, и в особенности в Марокко. Так, только с 1 октября 1954 г. по 31 марта 1955 г. в Марокко было ввезено из Западной Германии различных товаров на сумму 1 ИЗ млн. фр. В конце 1954 г. французские монополисты в обмен за ожидаемые заказы на перевооружение Западной Германии были вынуждены предложить западногерманским монополиям принять участие в «совместном развитии» экономики Северной Африки.

    После второй мировой войны французские монополисты расширили производство сырья и полуфабрикатов во французских колониях. В Северной Африке расширялись, главным образом, существовавшие предприятия. Во всех африканских колониях в эти годы проводилось строительство путей сообщения, которое наряду с облегчением условий экспорта из колоний преследовало во многих случаях также и стратегические цели.

    С 1954 г. увеличились капиталовложения французских монополий в строительство предприятий и электростанций в так называемой Черной Африке. В ближайшие годы должны быть построены крупнейшие алюминиевые заводы в Гвинее и в Камеруне с производственной мощностью в 150 тыс. и 45 тыс. т алюминия в год.

    За счет эксплуатации полурабского труда негритянских рабочих и дешевой электроэнергии французские монополии хотят обеспечить себе более прочные позиции на мировых рынках.

    Все возрастающее значение колоний для французских империалистов, столь характерное в наше время, к сожалению, не нашло должного места в книге Рольфа Гутермута. Иногда же, в особенности в разделе о кризисе французской внешней торговли, он допускает и ряд неточностей в трактовке этих вопросов, указывая, что французская внешняя торговля постепенно приобретает характер торговли колониальной страны. Причем, стремясь доказать это положение, Гутермут не учитывает торговлю Франции с ее колониями. Подобный метод исчисления нельзя признать правильным. Как мы видели, именно торговля с колониями занимает в настоящее время все более видное место в общем балансе французской внешней торговли. Только из того факта, что из Франции увеличился вывоз сырья и полуфабрикатов, нельзя также делать заключение, что ее внешняя торговля приобретает колониальный характер.

    Рассмотрение автором отдельно данных о торговле Франции со странами Французского Союза и отдельно с другими государствами показательно только в том отношении, что французские монополии вынуждены вести ожесточенную конкурентную борьбу на сузившемся капиталистическом рынке в условиях повсеместного развития кризисных явлений в странах капитала.

    В книге Гутермута значительное место занимают вопросы кризиса колониальной системы французского империализма. События послевоенного времени в Индо-Ки-тае, в странах Африки свидетельствуют о том, что происходящий повсеместно в мире распад колониальной системы империализма характерен и для французской колониальной империи.

    Значительную часть своей книги Р. Гутермут посвящает героической борьбе французских трудящихся против обнищания, наступления реакции, подготовки новой мировой войны; автор показывает и растущую антиимпериалистическую революцию во французских колониях.

    Автор приводит много данных о массовой борьбе за свои права французских трудящихся, руководимых коммунистами. В его книге читатель найдет материал о росте забастовочного движения французских рабочих, о крупных забастовках осенью 1947 и 1948 гг. и весной 1950, 1951 и 1952 гг. и о ряде других стачек. Автор делает правильный вывод из анализа хода забастовочного движения, отмечая, что стачечное движение французского пролетариата носит ярко выраженный политический характер. В книге много данных и о других формах борьбы французских рабочих, крестьян, молодежи, солдат, женщин.

    В 1953—1955 гг. ход событий характеризуется дальнейшим усилением борьбы рабочего класса. В марте 1953 г. в ответ на провокационный арест ряда руководящих профсоюзных деятелей прокатилась волна забастовок и митингов трудящихся в основных промышленных центрах страны. Добиваясь улучшения своего положения и борясь за демократические свободы, в апреле — мае 1953 г. бастовали рабочие ряда предприятий и целых отраслей промышленности. Во многих случаях рабочим удалось добиться удовлетворения ряда своих требований. С апреля по июль 1953 г. во Франции имело место 4609 выступлений рабочих. Во время этих забастовок укреплялось единство рабочего класса Франции.

    Дальнейший шаг на пути сплачивания рядов трудящихся был сделан во время трехнедельной забастовки в августе 1953 г. Число бастовавших в это время достигло 3 млн. человек, большинство из которых составляли рабочие и служащие государственных предприятий и учреждений. Забастовка, начавшаяся в знак протеста против чрезвычайных декретов правительства, снижавших заработную плату и уничтожавших ряд пенсионных льгот, переросла в забастовку за общее повышение заработной платы и увеличение пенсий и пособий.

    В августе 1953 г. совместную борьбу вели трудящиеся различных профсоюзных центров. Эта забастовка окончилась частичной победой стачечников: чрезвычайные

    Декреты были изменены, ряд лидеров профсоюзного движения был освобожден из тюрьмы, а в феврале 1954 г. была несколько повышена заработная плата низкооплачиваемых рабочих парижского промышленного района.

    Мощный подъем борьбы рабочего класса оказал влияние и на рост борьбы трудящихся крестьян. В августе

    1953 г. на юге Франции прокатилась волна крестьянских выступлений, в которых приняло участие до 100 тыс. человек. Крестьяне, выступая против антинародной политики правительства, требовали снижения налогов, увеличения ассигнований на сельское хозяйство и снижения военных расходов. В октябре — декабре 1953 г. в ряде департаментов Франции развернулось движение крестьян против низких закупочных цен на продукты животноводства. Весной

    1954 г. во многих департаментах прошли демонстрации крестьян и сельскохозяйственных рабочих с участием десятков тысяч человек. Во время этих выступлений крестьяне наряду с отказом платить налоги и вывозить продукты на рынки строили на дорогах завалы и баррикады. В некоторых местах происходили стычки крестьян с полицией и «республиканскими отрядами безопасности».

    Развертывание движения крестьянства показало, что трудящиеся города и деревни солидарны в борьбе против антинародной политики правительства. Крестьянские волнения 1953—1954 гг. были самыми мощными выступлениями крестьянства во Франции за последние 150 лет.

    В 1954 г. продолжало развертываться стачечное движение французских рабочих. В январе и апреле в стране прошли кратковременные забастовки с требованиями повышения заработной платы. В течение 1954 г. трудящиеся на многих предприятиях неоднократно прекращали работу в знак протеста против перевооружения Западной Германии. Забастовки и другие выступления трудящихся продолжались и в последующие месяцы 1954 и 1955 гг.

    Во главе массовых выступлений французских трудящихся идут коммунисты. В книге Гутермута показывается ведущая роль Французской коммунистической партии в борьбе народных масс за свои социальные права, за мир и демократические свободы.

    В последние годы Французская коммунистическая партия значительно укрепила свои ряды и свое влияние среди французских трудящихся. XIII съезд партии, проходивший в начале июня 1954 г., продемонстрировал сплочен -ность партии вокруг ее Центрального Комитета. Съезд снова призвал добиваться осуществления требований трудящихся о повышении заработной платы, а также об увеличении размеров пенсий и пособий, об установлении равной заработной платы для всех районов Франции, об удовлетворении требований бывших фронтовиков и пострадавших от войны. Съезд выступил в защиту интересов трудящихся крестьян, ремесленников и мелких торговцев, в защиту национальной промышленности от американской конкуренции и призвал к борьбе против плана Шумана, высказался за налоговую реформу и коренное изменение бюджетной политики.

    Французская коммунистическая партия требует изменения внешней политики Франции, выступает против перевооружения Западной Германии. Компартия призывает рабочий класс Франции, все демократические силы поддержать борьбу народов французских колоний против империализма, за свободу.

    Коммунистическая партия решительно выступает в защиту демократических свобод французского народа. Французские коммунисты успешно борются за единство рабочего класса и союз всех демократических, патриотических и национальных сил. На муниципальных выборах в апреле-мае 1953 г. и кантональных выборах в апреле-мае 1955 г. коммунисты вышли на первое место по числу полученных голосов.

    За последнее время значительно укрепилось единство рабочих-коммунистов с рабочими-социалистами и католиками. На кантональных выборах 1955 г. в ряде районов Франции рабочие-социалисты вопреки раскольнической политике руководства социалистической партии осуществили единство действий с коммунистами.

    Растет и единство патриотических сил. Размах борьбы народных масс привел к крупным победам в 1954 г. К лету 1954 г. французские колонизаторы потерпели огромное поражение в странах Индо-Китая, их вооруженные силы, только по официальным, явно заниженным данным, потеряли с 1945 по июль 1954 г. 169 166 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести.

    Крупнейшие победы народных сил в странах Индо-Китая, борьба народных масс во Франции против «грязной войны» в Индо-Китае, успехи миролюбивой политики СССР и Китайской Народной Республики (привели к тому,

    2 Зак. 216. Р. Гуг«рмут    17

    что французское правительство было вынуждено пойти в июле 1954 г. на установление мира в Индо-Китае.

    На Женевском совещании 21 июля 1954 г. были подписаны соглашения о прекращении военных действий во Вьетнаме, Лаосе и Камбодже. Французское правительство дало согласие на вывод своих войск из стран Индо-Китая и обещало, что впредь его политика будет исходить из принципа соблюдения независимости и суверенитета, единства и территориальной целостности этих государств. Соглашение предусматривает проведение свободных всеобщих выборов во Вьетнаме, Лаосе и Камбодже. Большое значение имеют пункты соглашения, запрещающие превращение Индо-Китая в плацдарм для агрессии. Французские войска в августе 1954 — мае 1955 гг. эвакуировали занимаемые ими центры в северной части Вьетнама.

    Империалисты США, пытавшиеся не допустить прекращения военных действий в Индо-Китае, стремятся сорвать осуществление Женевского соглашения. Они распространили действие договора об агрессивном военном блоке в Юго-Восточиой Азии (СЕАТО) на Южный Вьетнам, Лаос и Камбоджу, а в настоящее время стараются полностью вытеснить Францию из Индо-Китая. Империалистические противоречия между США и Францией в Южном Вьетнаме достигли в апреле и мае 1955 г. такой остроты, что переросли здесь в прямую войну между французской и американской агентурой.

    Французский народ сумел задержать осуществление агрессивных планов США в Западной Европе. В конце августа 1954 г. Национальное собрание Франции отвергло проект создания «европейской армии», ведущий к возрождению германского милитаризма. Однако 23 октября 1954 г. под грубым нажимом англо-американских империалистов были подписаны новые соглашения в Париже с целью заменить провалившийся проект о создании «европейского оборонительного сообщества». Подписание, а затем и ратификация парижских соглашений ведет к усилению процесса ремилитаризации Западной Германии.

    Надо подчеркнуть, что присоединение правящих кругов Франции к этим соглашениям не только не смягчает франко-западногерманских империалистических противоречий, но привело к еще большему их обострению, особенно в саарском вопросе.

    Французский народ решительно выступает против парижских соглашений. Ратификация парижских соглашений меньшинством Национального собрания Франции в конце декабря 1954 г. и вступление этих соглашений в силу в мае 1955 г. не могут задержать борьбу народных масс Франции против перевооружения Западной Германии и подготовки третьей мировой войны. Нарастающая борьба французского народа и других народов Западной Европы сметет парижские соглашения.

    Присоединившись к парижским соглашениям, Франция грубо нарушила свои обязательства по Франко-Советскому союзному договору и тем самым фактически аннулировала договор. Ввиду этого Президиум Верховного Совета СССР 7 мая 1955 г. вынужден был аннулировать этот договор от 10 декабря 1944 г. как утративший силу.

    Делом огромного международного значения являются также решительные и эффективные меры, принятые миролюбивыми государствами перед лицом возросшей угрозы агрессивной мировой войиы. 14 мая 1955 г. в Варшаве представители СССР, европейских народно-демократических государств, ГДР при полной поддержке со стороны великого Китая подписали исторический Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи. Было принято решение о создании объединенного командования вооруженными силами государств — участников договора. Это событие, являющееся большим вкладом в дело сохранения мира, придает новые силы народному движению за мир во Франции и в других странах Европы.

    * * *

    Книга Гутермута, издаваемая с сокращениями за счет устаревшего материала, не лишена ряда недостатков. Слабое использование французских источников, перегруженность цитатами, недостаточно четкая постановка вопроса о связи кризиса французского империализма с общим кризисом капитализма — таковы основные недостатки книги, кроме тех, которые были уже указаны выше.

    При всем том книга Гутермута, написанная живо и в доступной форме, представляет интерес для читателя.

    М. Машкин.

    «Франция тоже больна». (Ив Фарж, Республика в опасности, Париж, 1950, стр. 11)

    ВВЕДЕНИЕ

    XX век — это век пролетарской революции, век создания нового бесклассового коммунистического общества.

    К концу XIX столетия капитализм вступил в свою последнюю стадию. Началась эпоха империализма, для которой характерно крайнее обострение всех противоречий, свойственных капитализму. Противоречия между трудом и капиталом усилились настолько, что свержение господства капитала стало исторической необходимостью. В результате неравномерного развития капитализма противоречия между империалистическими державами превратились в неразрешимые конфликты, которые привели к жесточайшим мировым войнам. Наконец, противоречия между империалистическими разбойниками и массами угнетенных колониальных и полуколониальных народов стали столь острыми, что на повестку дня встал вопрос о свержении колониального господства, о национальном освобождении.

    Первая мировая война представляла собой попытку двух основных империалистических групп разрешить эти противоречия. Эта война привела к возникновению первого в мире социалистического государства — Советского Союза.

    Первый кризис капиталистической системы мирового хозяйства, будучи выражением общего кризиса капитализма, еще больше обострил все имевшиеся противоречия и создал новые. В ходе углубления общего кризиса капитализма это привело ко второй мировой войне и ко второму кризису капиталистической системы мирового хозяйства.

    Вторая мировая война представляла собой попытку насильственно разрешить все более углубляющиеся противоречия между империалистическими державами, а также между империализмом и социализмом. Противоречия предполагалось разрешить за счет одной из империалистических групп или, в особенности, за счет социалистического Советского Союза. Эта попытка окончилась разгромом агрессивного германского, итальянского и японского фашизма в результате исторической победы Советского Союза. Тем самым Советский Союз вновь доказал, что он является нерушимым оплотом мира, демократии и социализма.

    «Наша победа, — указывал И. В. Сталин, — означает, прежде всего, что победил наш советский общественный строй, что советский общественный строй с успехом выдержал испытание в огне войны и доказал свою полную жизнеспособность.

    ...Более того. Теперь речь идет уже не о том, жизнеспособен или нет советский общественный строй... Теперь речь идет о том, что советский общественный строй оказался более жизнеспособным и устойчивым, чем несоветский общественный строй, что советский общественный строй является лучшей формой организации общества, чем любой несоветский общественный строй»'.

    В результате этой всемирно-исторической победы социалистического Советского Союза и его армии, выполнившей миссию армии-освободительницы, а также в результате антиимпериалистических народных революций после второй мировой войны в Европе и Азии возникли народно-демократические республики, которые, опираясь на опыт и огромную материальную помощь дружественного Советского Союза, успешно развиваются по пути социализма. Так возник мощный единый лагерь социализма.

    «Наиболее важным экономическим результатом второй мировой войны и её хозяйственных последствий нужно считать распад единого всеохватывающего мирового рынка» 11. Важнейшим же политическим результатом второй мировой войны является то обстоятельство, «что

    Советский Союз окончательно вышел из положения международной изоляции» '.

    Два гигантских лагеря возникли на международной арене: лагерь мира, демократии и социализма, возглавляемый могучим Советским Союзом, и антидемократический, империалистический лагерь во главе с американским империализмом. В результате распада единого всеохватывающего мирового рынка возникли два параллельных мировых рынка: демократический и капиталистический. Торговые связи между странами этих двух рынков все еще незначительны из-за американской политики «самоблокады».

    Это обстоятельство определило дальнейшее углубление общего кризиса мировой капиталистической системы.

    Революционные преобразования и демократическое строительство в Германской Демократической Республике нанесли новый тяжелый удар по мировой капиталистической системе.

    В то время как социализм и демократия победоносно движутся вперед, империалистические поджигатели войны терпят одно поражение за другим. Разгром фашистских агрессоров Советской Армией означал одновременно провал ангЛо-франко-американских планов, направленных на то, чтобы обескровить и уничтожить социалистический Советский Союз при помощи фашистской агрессии. Но социализм не погиб, а капитализм был ликвидирован на значительной территории. Был ослаблен не Советский Союз, а капиталистический мир.

    «Обострились все противоречия, свойственные капитализму на монополистической стадии его развития. Усилились и противоречия между пролетариатом и буржуазией в капиталистических странах. Одновременно следует отметить рост влияния и силы коммунистических партий во всем мире. Как в Европе, так и в Америке и Азии рабочий класс организует грандиозные забастовки и демонстрации. Поскольку правая социал-демократия является основной агентурой не только буржуазии собственной страны, но и англо-американского империализма, ее влияние падает. Углубляются противоречия между империалистическими странами, с одной стороны, колониями и зависимыми странами — с другой. Народы колоний и зависимых стран пробуждаются и, следуя примеру Китая, Кореи и Вьетнама, поднимаются на открытую борьбу против империализма»

    Лагерь империализма раздирают непримиримые противоречия. Обостряются противоречия между английским и американским империализмом, а также между США и другими странами империалистического лагеря. Возрождение германского и японского империализма привело к восстановлению двух главных очагов агрессии, сложившихся накануне второй мировой войны; значительно обострилась в связи с этим и борьба за рынки сбыта.

    Из всех капиталистических стран только Соединенные Штаты Америки укрепили свои позиции в результате второй мировой войны. США производят сегодня более половины валовой продукции капиталистического мира. Они выступают как главный эксплуататор и поработитель народов, как мировой жандарм. Они превращают другие капиталистические страны в своих- вассалов, инвестируют доллары везде, где только возможно, и обеспечивают себе максимальные прибыли путем эксплуатации подавляющего большинства американского народа, ограбления колониальных и зависимых стран, путем милитаризации экономики, подготовки к войне и самой войны.

    Но и Соединенные Штаты Америки оказались в тупике. Сужение капиталистического мирового рынка и конец относительной стабильности капиталистических рынков делают проблему рынков неразрешимой для монополий, тем более, что развертывание военной экономики в период второй мировой войны привело к определенному расширению производственных мощностей американской промышленности. Несмотря на гонку вооружений, проводимую в течение ряда лет, значительные производственные мощности не используются. В США имеет место массовая безработица; число безработных составляет (в 1952 г. — Ред.) около 13 млн. человек12. Осуществляя фашизацию США и других капиталистических стран и подготавливая третью мировую войну, американские монополии пытаются избежать приближающегося циклического кризиса. США рассчитывают установить свое господство во всем мире с помощью новой войны.

    «Война и фашизм — вот рецепты по излечению кризиса, которыми пользуется буржуазия» *.

    Путь американской финансовой олигархии — это путь установления откровенной кровавой террористической диктатуры мощных финансовых групп, направленной как против рабочего движения, так и против мелкобуржуазной и буржуазной демократии во всех капиталистических странах, путь лихорадочной подготовки жестокой, истребительной войны против стран демократии и социализма. Именно к этому стремится американская финансовая олигархия, которая ищет выход из кризиса, чтобы сохранить свое господство и увеличить прибыли.

    Чтобы найти выход, американский империализм, в первую очередь, в союзе с антинациональными правительствами западноевропейских государств, стремится толкнуть народы на путь, основными этапами которого являются:    план    Маршалла    —    Северо-атлантический

    пакт, — план Шумана — «европейская армия» — и боннский договор. Обнищание, террор и братские могилы — вот что ожидает народы на этом пути.

    Главным союзником американского империализма в Европе является возрождаемый германский империализм. В интересах этого союза США оттесняют французский империализм на второстепенные позиции, поддерживая германских империалистов.

    Анализ развития Франции со времени окончания второй мировой войны показывает, как далеко зашел процесс загнивания исторически пережившего себя капиталистического способа производства, показывает действительные размеры грозящей человечеству опасности третьей мировой войны. В то же время этот анализ показывает мощь и непрерывный рост сил, стремящихся предотвратить войну, организуемую американскими империалистами.

    Анализ развития Франции после второй мировой войны вновь подтверждает слова В. М. Молотова: «Мы живем в такой век, когда все дороги ведут к коммунизму» а.

    ГЛА В A I

    ПУТЬ ФРАНЦИИ К ПЛАНУ МАРШАЛЛА

    В 1940 г. после «странной войны» за линией Мажино французская третья республика в течение 6 недель была разгромлена фашистскими армиями Гитлера. Причиной этого была, однако, не военная мощь нацистской Германии, а политический и моральный упадок буржуазной третьей республики, которая своей предательской политикой сама себе вырыла могилу. Содействуя срыву политики коллективной безопасности, участвуя в позорной политике «невмешательства» в дела Испанской республики, французский империализм добровольно допустил создание по соседству с Францией фашистского государства, угрожавшего интересам Франции. Французский империализм способствовал фашистской агрессии, безропотно согласившись с ремилитаризацией Рейнской области, с созданием гитлеровского вермахта и аннексией Австрии. Французский империализм позорно предал гитлеровскому фашизму Чехословацкую республику в 1938 г.

    Вместе с германским фашизмом французский финансовый капитал вынашивал планы развязывания войны против социалистического Советского Союза. Правительство Франции приступило к отправке воинских контингентов в Финляндию, провоцируя войну Финляндии против Советского Союза. Правительство Франции создало в Сирии под командованием генерала Вейгана армию, которая должна была с некоторыми подкреплениями и двумя сотнями самолетов овладеть Кавказом и войти в Россию, «как нож в масло» '.

    1 июня 1940 г., всего за несколько дней до вступления германских войск в Париж, французский историк профессор Эдуард Дрио писал в журнале «Ревью дез этюд наполеоненн»: «Моя политическая мечта, это чтобы г. Чемберлен и г. Даладье отдали Россию до Владивостока г. Гитлеру: тогда все будут довольны» '.

    Подобная политика содействия агрессивным целям германского империализма, политика сотрудничества с гитлеровским фашизмом, проводимая французской буржуазией, подготовила поражение Франции в июне 1940 г. Поэтому военный разгром французской третьей республики в 1940 г. был не чем иным, как завершением происшедшего еще до этого политического и морального подчинения фашизму.

    Имелись ли во Франции силы, способные помешать подобному развитию событий? Безусловно, такие силы имелись. Они были достаточно мощны, чтобы разгромить фашистский путч 1934 г., чтобы в 1936 г. в результате огромной победы на выборах привести к власти правительство Народного фронта, которое, правда, впоследствии распалось из-за саботажа финансовых магнатов Франции, а главным образом из-за предательства правых социалистов, возглавляемых Леоном Блюмом. Чтобы задушить демократию во Франции, 200 семейств — хозяев Французского банка и <гКомитэ де Форж» — сделали ставку на германский фашизм.

    Как и в 1871 г., французская буржуазия, чтобы обеспечить свои эгоистические классовые интересы, встала на путь национальной измены. Подобную политику без существенных изменений она проводила и в дальнейшем. Значительная часть французской буржуазии, и прежде всего монополисты тяжелой и военной промышленности, сотрудничала с оккупантами, помогала оснащению их армий, вооружала угнетателей французского народа 13.

    В то же время часть французской буржуазии склонялась больше к американскому империализму. При этом чем яснее определялась неизбежность поражения германского фашизма, тем многочисленнее становились круги, делавшие ставку на американскую карту.

    Одна из групп французской буржуазии наживалась на войне, которую вел Гитлер, другая держалась в стороне и выжидала. Но ни одна из них не считалась с интересами французского народа, который под руководством коммунистической партии в очень трудных условиях организовал вооруженную борьбу против агрессора. А ведь именно французский народ — рабочие и крестьяне, служащие и интеллигенция — спас честь и будущее французской нации и внес значительный вклад в дело разгрома гитлеровского фашизма. Именно под руководством Французской коммунистической партии в апреле 1941 г. проходила героическая забастовка 120 тыс. горняков Северной Франции и Па-де-Кале. 15 мая 1941 г. Французская коммунистическая партия призвала к образованию Национального единого фронта, в создании которого она сыграла главную роль.

    Напротив, французская империалистическая буржуазия, подобно англо-американским военным властям, была заинтересована в ослаблении и дезорганизации движения Сопротивления во Франции, ибо было ясно, что послевоенное развитие в значительной степени будет определяться соотношением сил, сложившимся в ходе борьбы против агрессора.

    Поэтому французская буржуазия желала сохранения германской оккупации и разгрома французского движении Сопротивления даже тогда, когда исход войны в военном отношении был предрешен успешными действиями Советской Армии. Вопрос об оккупации французской территории стал рассматриваться как вопрос о времени: какой момент англо-американские империалисты сочтут самым благоприятным для того, чтобы поспеть в Германию не слишком поздно, то есть не позже, чем Советская Армия.

    Освобождение Франции произошло в условиях небывалой массовой активности французского народа. Большие районы были очищены от немецких оккупантов задолго до появления английских и американских воинских частей.

    «Начиная с 6 июня (1944 г. — Ред.), — заявил генерал Эйзенхауэр в специальном коммюнике, — Французские внутренние вооруженные силы заметно усилили темпы и размах своих действий. Эта армия осуществила широко организованные диверсионные операции. Особенно большой эффект имели разрушения железных дорог. Совершались нападения на германские гарнизоны, захватывались отдельные деревни, завязывались уличные бои. Было уничтожено несколько отрядов противника. Партизанские действия в разгаре, и в некоторых районах армия Французских внутренних вооруженных сил удерживает за собой инициативу»'.

    Чтобы сделать возможным создание новой республики и защитить французскую демократию от покушений со стороны ее врагов, французский народ под руководством Французской коммунистической партии приступил к созданию единого фронта демократических сил. На основе программы Национального совета сопротивления от 15 марта 1944 г. было начато проведение реформ, способных гарантировать установление демократии нового типа.

    «Национальный совет сопротивления требовал наказать предателей и конфисковать их имущество; он требовал передать в руки народа принадлежащие монополиям основные средства производства, источники энергии, полезные ископаемые, страховые компании и крупные банки. Он требовал обеспечить участие трудящихся в управлении экономикой страны, обеспечить право на труд и право на отдых, провести в жизнь широкий план социального обеспечения, поднять жизненный уровень трудящихся, предоставить престарелым достаточную пенсию, расширить политические, социальные и экономические права населения как во Франции, так и в заморских территориях...»14

    Французский народ последовал призыву Французской коммунистической партии. Несмотря на нужду и лишения, он с огромным воодушевлением приступил к восстановлению хозяйства и повел энергичную борьбу с саботажем концернов и трестов. Трудящиеся прекрасно пони-

    Мали, что борьба за производство была классовой борьбой.

    Борьба за производство была одновременно борьбой за национальную независимость. Уже в 1946 г. добыча каменного угля составила 47,16 млн. г, в то время как в 1938 г. было добыто 46,5 млн. г. Добыча на одного горняка возросла с 600 кг в августе 1944 г. до 880 кг в январе 1945 г.15 Из 42 500 км железнодорожного пути в мае 1946 г. находилось в эксплуатации уже 39 тыс. км., в то время как после отступления германских войск оставалось пригодным для использования только 18 тыс. км. До войны во Франции насчитывалось 17 тыс. паровозов. К концу войны это количество сократилось до 4,6 тыс., а в середине 1946 г. составило уже около 10 тыс.

    В свою очередь, французские монополисты считали своей важнейшей задачей после освобождения Франции от фашистского ига подавление воли народа, подавление и разгром демократического движения, саботаж демократических реформ. Все это имело целью упрочение их собственной диктатуры. В своих действиях французские монополисты опирались на находившиеся в стране многочисленные американские оккупационные войска и военные власти, а также на антидемократические силы во Франции.

    В первую очередь, монополисты саботировали производство и занимались его дезорганизацией. Они оказывали сопротивление пуску в ход предприятий, выступали против преимущественного снабжения продовольствием и одеждой слоев населения, занятых самым тяжелым трудом. Например, устав для горнорабочих был принят только после упорной борьбы.

    Несмотря на общий спад производства в США, начавшийся в 1943 г., американские власти с октября 1945 г. прекратили поставки угля во Францию. В результате этого во Франции даже действующие фабрики имели возможность работать только три дня в неделю.

    Восстановление экономики Франции шло бы гораздо успешнее, если, бы ему не препятствовали трудности социально-политического характера. Крупный капитал саботировал мероприятия, имевшие целью приведение в порйдок государственных финансов, подъем национализированных отраслей промышленности и справедливое распределение товаров. Черный рынок продовольственных товаров и спекулятивное вздутие цен приняли такие размеры, что это серьезно угрожало стабилизации экономики всей страны.

    При помощи реакционных сил в правительстве и административном аппарате, временным главой которого был сначала де Голль, а затем Леон Блюм, 200 семейств проводили инфлящюнистскую денежную политику и вздували цены. В первые годы после освобождения количество денег, находившихся в обращении, росло следующим образом.

    Таблица 1

    Количество денег, находившихся в обращении во Франции с 1945 по 1946 г. (млрд. фр.)

    Год и месяц

    Количество

    денег

    Индекс (1938 г. = 100)

    1945    ........

    1946    сентябрь . . . декабрь ....

    Источник: .Die dem Bade des zweitea Well

    570

    668

    722

    Wlrtschaft Fr tkrieges", DWI,

    514

    602

    650

    ankreichs seit Berlin, Archiv.

    В результате обесценения валюты официальный курс доллара во франках за рождественские дни 1945 г. вырос с 49,625 до 119,106 '. Индекс цен (1938 г. = 100), составлявший в 1945 г. 375, в 1946 г. вырос до 648, а в 1947 г. достиг 989.

    Саботируя экономическое восстановление страны, французский монополистический капитал стремился'дискредитировать административный аппарат и демократические силы, вошедшие в правительство, вызвать враждебное отношение к демократическим реформам, подорвать веру французского народа в свои силы и, ссылаясь на эко-комические затруднения, «доказать» «необходимость* иностранной, иначе говоря, американской «помощи» и, опираясь на эту «помощь», восстановить и укрепить позиции монополий.

    Но один лишь экономический саботаж не был бы в состоянии помешать развитию французской демократии. Недостаточная чистка государственного и административного аппарата от коллаборационистов и других антидемократических элементов и промедление в деле наказания предателей при временных правительствах де Голля и Блюма могли затормозить, но не прекратить процесс демократизации страны.

    Главной помехой в развитии французской демократии были действия правых социалистов, которые предали свободу и будущее французской нации, помогли «собственным» монополистам снова оказаться у власти и вместе с крупной французской буржуазией отдали страну на милость Уолл-стрита.

    На всех выборах в первые послевоенные годы французский народ решительно высказывался за демократию и социализм. Как на выборах в октябре 1945 г., так и на выборах в июне и ноябре 1946 г. коммунисты и социалисты получили абсолютное большинство голосов. В октябре 1945 г. за Французскую коммунистическую партию голосовало более 5 млн. человек, а за социалистическую партию — 4,6 млн. В ноябре 1946 г. за Французскую коммунистическую партию голосовало 5,5 млн. человек, за социалистическую партию— 3,4 млн. Такими же были результаты выборов и в июне 1946 г.

    Из буржуазных партий только так называемое «Народно-республиканское движение» (МРП), руководимое французской реакцией и драпирующееся в католическую тогу, движение, выдвинувшее в правительство таких представителей «Комитэ де Форж» и Французского банка, как Шуман и Бидо, используя влияние церкви, в первую очередь на сельское население, сумело получить в октябре 1945 г. более 4 млн. голосов, а в ноябре 1946 г. немногим более 5 млн. голосов (5 033 430) *. Остальные партии — радикал-социалисты, умеренные и т. д., вместе взятые, — получили меньше голосов, чем каждая из трех больших партий.

    Под руководством Французской коммунистической партии развернулось широкое движение за установление единства действий рабочего класса в борьбе за создание «демократии без трестов»1. Так, например, перед ноябрьскими выборами в 1946 г. в трех департаментах социалисты и коммунисты выставили общих кандидатов. Этот шаг был полностью одобрен Политбюро Французской коммунистической партии. В других департаментах в составлении общих списков принимали участие левые радикалы и члены других демократических организаций16. Опираясь на единство действий рабочего класса, можно было создать на базе парламентского большинства устойчивое правительство и повести страну по демократическому пути, даже если бы это и вызвало тяжелую борьбу против католической церкви и связанного с англо-американским империализмом французского монополистического капитала.

    Но руководители социалистической партии Франции выступили против подобного развития. Они отклонили предложения коммунистической партии о единстве действий и помешали выдвижению общих кандидатских списков местными и провинциальными организациями партии17. 3 сентября 1946 г. они вышли из состава созданного вскоре после освобождения координационного комитета коммунистической и социалистической партий и сорвали проведение совместной предвыборной агитации.

    Результаты подобной политики особенно наглядно сказались во время первого плебисцита по вопросу о новой конституции, проведенного в мае 1946 г., в ходе которого новая конституция была отклонена незначительным большинством голосов.

    Ввиду того что эта конституция предусматривала, например, значительное ограничение прав президента Французской республики, передачу неограниченных полномочий Национальному собранию, в значительной степени подчиняла исполнительную власть законодательной, предоставляла гражданские и политические права населению колоний и содержала ряд других прогрессивных положений, способствующих демократическому развитию страны, на ней был сосредоточен огонь всех правых партий и партий центра. Их агитация имела целью запугать среднее сословие тем, что новая конституция якобы ограничивает права как крупных, так и мелких собственников и ликвидирует свободу личности.

    Против конституции и коммунистической партии была организована ожесточенная клеветническая кампания. Но вместо того чтобы в содружестве с коммунистами защищать и отстаивать новую конституцию, лидеры социалистической партии переложили основную тяжесть избирательной борьбы на коммунистов. Они не вели настоящей агитации, не разъясняли избирателям демократические принципы новой конституции. Поэтому многие сторонники социалистической партии голосовали против принятия конституции. Некоторые группы, связанные с социалистической партией и возглавляемые социалистами, даже открыто призывали своих сторонников отклонить конституцию. Правые социалисты, возглавляемые Леоном Блюмом, Ги Молле, Жюлем Моком и другими, провалили конституцию. «Юманите» писала, что итоги голосования являются прежде всего результатом отказа социалистической партии принять предложение коммунистов о единстве действий обеих партий.

    Большинство, которое получили противники конституции, было столь незначительным, писала газета, что результаты были бы иными, если бы было принято предложение коммунистов о более координированном проведении кампании.

    При разработке второго проекта конституции правые социалисты не только не защищали совместно с коммунистами прогрессивные положения прежнего проекта, но, заключив союз с «черными сутанами» из МРП, мешали коммунистам сохранить прогрессивные положения, придававшие первой конституции гораздо более демократический

    33


    3 Зак. 215. Р. Гутермут

    характерПравые социалисты не только помешали установлению единства действий рабочего класса и разрушили тем самым прочный фундамент прогрессивной французской демократии. В тот момент, когда внутренние бои во Франции вступили в решающую стадию, они нанесли тяжелый удар независимости французского народа.

    Во Франции шла ожесточенная избирательная борьба накануне намеченного на май 1946 г. плебисцита по поводу конституции и предстоящих июньских выборов в парламент. А в это время лидер социалистической партии Франции Леон Блюм вел в Вашингтоне переговоры о получении миллиардного займа.

    Форма переговоров была унизительной для Франции. США вновь применили практиковавшийся ими после второй мировой войны метод предоставления займов мелкими суммами и в размере, который ни в коей степени не соответствовал действительным потребностям восстановления. Этот метод позволял им навязывать партнерам самые тяжелые экономические и политические условия. Поэтому европейские капиталистические страны, в том числе и Франция, были не в состоянии преодолеть свои экономические затруднения и попадали во все ббльшую зависимость от США

    Во время этих вашингтонских переговоров о займе стало ясно, что правые социалисты Франции, возглавляемые Леоном Блюмом, не собираются идти по пути развязывания демократической инициативы французского народа, по пути демократических реформ и создания демократии нового типа, а хотят при помощи американских долларов сохранить власть французского финансового капитала и выдать страну на милость Уолл-стрита. Блюм еще до этого заявил, что восстановление Франции может быть завершено только с американской помощью.

    Правые социалисты Франции боятся французского народа и доказывают поэтому «необходимость» американской «помощи»! По примеру своей буржуазии, которая, стремясь подавить французскую демократию, уже дважды призывала немецкие войска во Францию, французские правые социалисты с этой же целью призывают теперь американские доллары. Этим они вновь проявляют себя как агенты собственной буржуазии в рядах рабочего движения и в то же время как агенты американского империализма.

    Правые социалисты в настоящее время выступают не только как агенты буржуазии своих стран, но и как агенты американского империализма, превращая социал-демократические партии европейских стран в американские партии, в прямое орудие империалистической агрессии США.

    Подобно Бевину и Эттли, Сарагату и Петкову, Блюм, Ги Молле и другие лидеры социалистической партии Франции вступили на этот путь еще в 1946 г.

    В конце мая 1946 г. — за несколько дней до выборов — Блюм подписал соглашение о займе, согласно которому Франция получает кредиты в размере 1372 млн. долл. Однако из этой суммы только 650 млн. долл. выдавалось наличными; остальное должно было поступить либо в виде американских поставок, либо в форме закупок излишних американских запасов, склады которых находились во Франции'. Несмотря на то, что долги Франции по ленд-лизу были списаны еще за два года до начала осуществления плана Маршалла, страна, согласно заявлению «комиссара по планированию» Моннэ, была должна Соединенным Штатам Америки почти 2 млрд. долл.

    Но главным было то, что это так называемое соглашение Блюма — Бирнса явилось началом процесса экономического и политического порабощения Франции американским империализмом.

    Одновременно были подписаны еще два соглашения. Они отдавали на милость США французскую авиационную и кинопромышленность. Американские гангстерские фильмы хлынули во Францию, а американские самолеты заполонили французское небо. В результате производство в обеих указанных отраслях промышленности самой Франции в значительной степени было свернуто.

    «Соединенные Штаты настояли на включении в тексты соглашений Блюма с Бирнсом специальных пунктов, обязывающих Францию отказаться от проведения всяких мер, ограничивающих доступ во Францию американского капитала и американских товаров» !.

    Уолл-стрит вынудил французский империализм, представленный «социалистом» Леоном Блюмом, дать заверение, что французское правительство окончательно отказывается от своей довоенной политики ограничения импорта. Иначе говоря, заем был дан лишь при условии, что французский рынок будет полностью открыт для американских товаров.

    Стремясь сохранить господство 200 семейств, Леон Блюм во внутренней политике подорвал единый фронт французской демократии и помешал его победе; во внешней же политике он отказался от суверенитета Франции и сделал первый решительный шаг на пути подчинения Франции диктату Уолл-стрита.

    Соглашение Блюма — Бирнса положило начало возрастающей американизации французской внешней политики.

    Леон Блюм прекрасно сознавал значение своих действий. На происходившем в том же самом году съезде социалистической партии он охарактеризовал сам себя как «находящегося у власти представителя капиталистического общества», то есть сознательного защитника диктатуры крупных монополий.

    Кроме того, «Нью-Йорк тайме» 31 мая 1946 г. недвусмысленно указывала ему на цель, которую преследует Уолл-стрит своими займами:

    «Соединенные Штаты проявили бы глупость и невероятную близорукость, если бы не использовали своего могущества и ресурсов для поддержки умеренных и либеральных элементов во Франции и наведения там порядка, от которого зависит как наше будущее, так и будущее Франции».

    Неслучайно соглашение о займе было подписано Блюмом и Бирнсом за два дня до выборов во французское Национальное собрание в июне 1946 г. Как говорил американский сенатор Э. Д. Томас, это было сделано во-время и успело ««повлиять на исход французских выборов».

    Правые социалисты делали все, чтобы выдать страну на милость своих и иностранных монополистов.

    Для того чтобы американские империалисты смогли еще крепче привязать Францию к своей колеснице, необходимо было в качестве одного из политических условий устранить министров-коммунистов из правительства, несмотря на то, что коммунистическая партия на всех выборах занимала первое место среди остальных партий. Партия Леона Блюма взяла на себя задачу провести эту позорную операцию. Известно, что в ноябре 1946 г. Блюм образовал однородное правосоциалистическое правительство *. Именно это правительство, в котором пост министра колоний занимал социалист Мутэ, начало подлую войну во Вьетнаме и развязало жестокие репрессии во всех колониях, в частности на Мадагаскаре. Под давлением масс правительству Блюма пришлось через несколько недель уступить место другому правительству с участием коммунистов. Тогда правый социалист Рамадье вторично сделал все, чтобы устранить коммунистов из правительства 18.

    Удаление из правительства весной 1947 г. министров-коммунистов, которые представляли сильнейшую партию Франции, а также предпринятые в том же году попытки расколоть единое французское профсоюзное движение путем создания раскольнической профсоюзной организации «Форс увриер», руководимой правым социалистом Леоном Жуо, были последними крупными этапами на пути подчинения Франции плану Маршалла, или, иначе говоря, Уолл-стриту, пути, который стал политической линией этих «лояльных управляющих капитализма», как любил называть сам себя Леон Блюм.

    Предательство правых социалистов как во внутренней, так и во внешней политике сыграло определяющую роль для послевоенного развития Франции. Если уже присутствие во Франции американских войск и властей помешало развитию действительно демократического порядка, то «гуманные социалисты» просто продали все завоевания французского народа, достигнутые после его освобождения, — завоевания, которые он собирался расширить.

    После второй мировой войны правые социалисты все в большей степени выступают как агенты американского империализма в рядах рабочего движения. Во Франции они не только отказались от единого фронта с коммунистами и другими демократическими силами, но и выступили в качестве оплота антикоммунизма. Одновременно они сознательно способствовали дезорганизации экономической и общественной жизни, проводимой французскими монополиями, наносили удары в спину народу, стремившемуся к восстановлению страны, и громче всех взывали к американской «помощи», которая была необходима им, чтобы продлить собственное существование и держать в узде французский народ.

    Правые социалисты несут основную ответственность за но, что французскому народу нз удалось углубить и расширить демократические реформы, что жестокие классовые бои 1945—1947 гг., которые должны были определить послевоенное развитие Франции, окончились свертыванием демократических реформ и реставрацией диктатуры крупных монополий.

    «Правые социалисты играли главную роль на политической арене до тех пор, пока представители монополистического капитала, презираемые французским народом за их позицию во время второй мировой войны, не сочли возможным вновь появиться открыто самим» •.

    Характерным примером политики правых социалистов было «снижение цен» 1 января 1947 г. В результате экономического саботажа монополий и политики инфляции цены на немногие предлагаемые на рынке товары непрерывно росли; заработная плата же все больше и больше

    отставала. Трудящиеся Франции под руководством коммунистической партии вели героическую борьбу за увеличение продукции на национализированных заводах. Они требовали эффективной борьбы против экономического саботажа концернов и проведения ощутимого снижения цен. Можно было добиться действительного снижения цен, если бы установить контроль производственных советов над финансовой отчетностью промышленных предприятий, ограничить прибыли капиталистов и объединить потребителей, торговцев и мелких производителей в комитеты борьбы против дороговизны

    Но что же сделал Блюм? Он просто издал декрет о том, что 1 января 1947 г. должно быть произведено общее снижение цен на 5%, а в конце февраля 1947 г.— еще одно снижение подобного рода. Такое «снижение цен» ударило не по концернам, а по мелким торговцам, которых заставляли снижать цены — по крайней мере в первые недели — с помощью полиции. Оно не способствовало единению французского народа, а, наоборот, разжигало вражду между мелкими ремесленниками и рабочими. В ряде случаев это привело к разгрому отдельных торговых предприятий. Это мероприятие, как рассчитывал Блюм, должно -было изолировать массы мелких ремесленников и крестьян от коммунистической партии, которая несла на себе основную тяжесть борьбы против вздувающих цены монополий. Кроме того, это «снижение цен» должно было послужить «доказательством», что оздоровление экономики без американской «помощи» невозможно.

    Решение о послевоенном пути развития Франции было принято в 1947 г., когда по приказу государственного департамента и при решающем участии правых социалистов министры-коммунисты были удалены из французского правительства, Франция, по предложению Маршалла, приняла так называемую «временную помощь» и, поставив свою подпись под соглашением с США в рамках плана Маршалла, окончательно отдала себя на милость американской экспансии и вырисовывающихся уже тогда американских планов подготовки войны. Это было последовательным продолжением политики правых

    социалистов, которых беспокоил не рост фашизма во Франции, а непрерывное усиление демократического движения. Чтобы бороться с французской демократией, они вступили в союз с «Комитэ де Форж» и Французским банком.

    Подчинение Франции Уолл-стриту, осуществленное французским монополистическим капиталом при решающем участии правых социалистов, имело целью с помощью США упрочить положение французского империализма, потрясенного второй мировой войной. В действительности же именно это подчинение Уолл-стриту было самым ярким выражением гигантского обострения кризиса французского империализма в результате второй мировой войны. Оно — важнейший признак глубокого гниения, поразившего французский империализм. Подчинение Уолл-стриту, которое призвано спасти французский империализм от грозящей гибели, только приблизит эту гибель, сделает ее более неотвратимой.

    Г Л А В А II

    ЗАГНИВАНИЕ ФРАНЦУЗСКОГО КАПИТАЛИЗМА

    В настоящее время совершенно ясны результаты политики подчинения Франции Уолл-стриту. План Маршалла и его последствия углубили кризис французского капитализма и усилили процесс его загнивания. О том, насколько этот процесс подточил основы французского капитализма, свидетельствуют следующие факты:

    1) экономическая, политическая и военная зависимость Франции от иностранной державы (США) и участие ее в американской политике подготовки войны;

    2) проникновение американского капитала в основные отрасли экономики Франции и ее колоний;

    3) рост государственно-монополистического капитализма и дальнейшее усиление фашизации общественной жизни;

    4) организация бешеной гонки вооружений и кризис гражданских отраслей промышленности;

    5) кризис внешней торговли;

    6) политика инфляции;

    7) постоянное снижение жизненного уровня французского народа;

    8) упадок французского сельского хозяйства.

    Обострение классовых противоречий между буржуазией и пролетариатом подняло классовую борьбу, так же как и национально-освободительную борьбу колониальных народов, на новую ступень, когда классовая борьба пролетариата неразрывно сливается с общенациональной борьбой французского народа и народов французских колоний за мир, свободу и национальную независимость^

    1. Экономическое, политическое и военное подчинение

    Соединенным Штатам и участие в американской политике подготовки войны

    Для французской крупной буржуазии, которая ради сохранения системы эксплуатации и обеспечения максимальной прибыли вновь предала интересы французской нации, план Маршалла был спасительной гаванью. С помощью этого плана она рассчитывала обмануть французский народ и в то же время получить средства, необходимые для покрытия самых насущных государственных, особенно военных, потребностей, для укрепления своих подорванных позиций. Далеко идущий отказ от суверенитета Франции в экономической, политической и военной области, то есть выдача французской нации на милость Уолл-стриту, — вот цена, которую французская буржуазия из страха перед народом заплатила за помощь в укреплении своего подорванного господства.

    Поэтому французская монополистическая буржуазия выбросила за 'борт знамя национальной независимости и национального суверенитета и продает права и независимость нации за доллары.

    С одной стороны, подчинение Уолл-стриту способствовало сохранению власти и обеспечению максимальной капиталистической прибыли для французского монополистического капитала внутри страны. С другой стороны, оно привело к втягиванию Франции в агрессивные планы американского империализма. Во имя своих прибылей французская крупная буржуазия отдает свою страну в распоряжение Пентагона и намерена превратить французский народ в пособника американских атомщиков-каннибалов. В соответствии с этими реакционными целями она рассчитывает разгромить демократическое, в первую очередь рабочее, движение внутри страны и в результате ожидаемых военных успехов окончательно стабилизировать в угодном для себя плане внутреннее положение Франции.

    Французская крупная буржуазия разрешает Даллесу, Гарриману и Риджуэю хозяйничать во Франции как у себя дома, чтобы уничтожить «очаги» демократического движения как во Франции, так и за ее пределами. Она ставит экономику, внутреннюю и внешнюю политику, а также французскую армию на службу поджигателей новой войны. Выражением этой политики являются согласие с условиями плана Маршалла, участие в агрессивном Северо-атлантическом блоке, в плане Шумана и в военных договорах с Западной Германией.

    Каждый из этих «планов» или «договоров» — этап на пути подчинения Франции американским монополистам и в то же время этап в подготовке самой жестокой агрессивной войны, которая когда-либо грозила человечеству.

    При этом французский империализм отступает и перед своим самым злейшим врагом — германским империализмом.

    Между так называемыми «планами» и «договорами» существует тесная связь. Они органически переплетаются друг с другом в системе американской агрессивной политики. Так, органы по осуществлению плана Маршалла после окончания срока его действия не были ликвидированы, а после некоторых изменений включены в организацию Северо-атлантического пакта. Хотя Управление экономического сотрудничества, созданное по плану Маршалла, прекратило свою деятельность в начале 1952 г., его место заняло Упоавление взаимного обеспечения безопасности (MCA) *, в задачу которого входит руководство новой «программой помощи», утвержденной конгрессом. Этим управлением руководил бывший специальный уполномоченный Трумэна по плану Маршалла В. Гарриман. Одновременно он руководил всеми другими американскими программами «помощи». Европейская администрация Управления взаимного обеспечения безопасности, так же как и существовавшее раньше Управление экономического сотрудничества, была расположена в Париже. Кроме того, здесь создан под председательством американца координационный комитет, который должен обеспечить тесное сотрудничество НАТО 19 и Управления взаимного обеспечения безопасности. В Лондоне создан также специальный отдел MCA по военной продукции. Там же помещается и соответствующее управление НАТО20.

    Американская «помощь» дается только для вооружения, для подготовки войны.

    Неслучайно план Шумана был ратифицирован как раз в то время, когда план Маршалла превратился в программу исключительно военных поставок. План Шумана поднял план Маршалла на новую ступень. Последний должен был выполнить только, так сказать, «негативную задачу», а именно уничтожить независимость европейских стран, вовлечь их в сферу господства американского •империализма и экономически приковать к нему. План же Шумана уже имел «позитивную задачу»: создать в Европе строго централизованную и хорошо организованную военно-промышленную базу К

    Северо-атлантический пакт, милитаристский «общий» договор с Западной Германией и ублюдочное «европейское оборонительное сообщество»21 окончательно оформили в военно-политическом отношении американскую агрессивную систему пактов в Европе.

    План Маршалла. Задачу американизации французской экономики выполнил план Маршалла. Он не содействовал -восстановлению экономики, как это пыталась внушить народным массам американизированная пресса, называвшая план Маршалла в целях маскировки «программой европейского восстановления». Наоборот, он расстроил экономику страны и приковал Францию к доллару при помощи изощренной и в то же время беспощадно применяемой системы кредитов, «даров», положений об экспорте и импорте, а также платежных условий.

    Официальная пропаганда в пользу плана Маршалла стремилась создать впечатление, что большая часть американских поставок была подарком.

    «Значительная часть поставок в порядке помощи была просто подарена», — заявил боннский министр по плану Маршалла К

    Но это бесстыдный обман народных масс. По данным Немецкого экономического института, «дары», составлявшие в первые два года действия плана Маршалла 70,7% предоставленных долларовых фондов22, были кредитами, отличающимися от обычных кредитов только тем, что у них не установлены сроки и условия возвратных платежей. Это вообще одна из специфических особенностей кредитов по плану Маршалла.

    «Соединенные Штаты Америки в качестве нации-кредитора оставляют страны-должники в полном неведении относительно характера возвратных платежей. Не существует договоренности ни о сроках выплаты, ни о величине процента» 23.

    Исключение составляют суммы, специально названные «займами», охватывающие, однако, очень небольшую часть кредитов по плану Маршалла. Совершенно ясно, что преднамеренное оставление открытым вопроса об условиях выплаты кредитов необычайно усиливает зависимость должника от кредитора, которая без того всегда представляла собой важнейшую особенность империалистических кредитов иностранным государствам.

    «Правительство Соединенных Штатов Америки может совершенно произвольно в любой момент предъявить требования... или внезапно объявить долларовые фонды, изображавшиеся до сих пор как подарки, кредитами. Это повышает специфическое значение подобных кредитов.

    Ибо если политическое развитие страны пойдет по пути, который противоречит желаниям американского кредитора, то придется считаться с возможностью внезапного прекращения выплат и немедленного требования возвратить уже предоставленные кредиты» *.

    Немецкий экономический институт (в ГДР. — Ред.) приводит в своем бюллетене соответствующие примеры на этот счет24.

    Этот вымогательский метод кредитования дополняется еще и так называемым эквивалентным фондом, который ввиду недоговоренности об условиях возвращения кредитов становится одним из самых действенных факторов, превращающих экономику маршаллизованных стран, в том числе экономику Франции, в придаток американской экономики. Суммы денег, получаемые в местной валюте в результате реализации американских товарных поставок, переводятся на специальные счета «эквивалентного фонда»; 5% в местной валюте отчисляется в пользу США на «административные расходы»; остатком распоряжается исключительно Управление экономического сотрудничества, созданное по плану Маршалла, или же правительство США 25.

    Несмотря на фактическое возвращение денежных сумм к кредитору, которое происходит путем перечисления их на счета, находящиеся исключительно в распоряжении кредитора, долг по -плану Маршалла считается непокрытым. Вопрос о долларовых обязательствах остается на повестке дня.

    Это высшее достижение американской «свободной предпринимательской инициативы»: за одну сумму должнику навязывается двойной долг и двойное рабство. Стекающиеся в эквивалентный фонд суммы большей частью используются для инвестиций в экономику соответствующей страны — в данном случае Франции. Хотя денежные суммы уже переведены в эквивалентный фонд и тем самым вновь находятся в распоряжении американского финансового капитала, долларовый долг остается, а эти суммы, инвестируемые в экономику, создают новые долговые отношения. Одна и та же сумма долларов превращает французское империалистическое государство в должника финансовой олигархии Уоллстрита и в то же время способствует проникновению во французскую промышленность американского капитала и особенно увеличению американских капиталовложений в ключевых отраслях французской экономики.

    Таким путем из накопленных во Франции к 1 июня 1951 г. средств эквивалентного фонда было инвестировано 562 млрд. фр. Если исходить из среднего курса 1 долл. = 288 фр., то это составит около двух миллиардов долларов К 45 млрд. фр. было потрачено на погашение долгов. Всего, таким образом, до 1 июня 1951 г. было использовано из средств эквивалентного фонда плана Маршалла свыше 607 млрд. фр. Кроме того, следует учитывать инвестиции из «эквивалентного фонда» «временной помощи», составляющие 68,8 млрд. фр.26, и непосредственные инвестиции по плану Маршалла в сумме 60,2 млрд. фр.27 В целом в связи с планом Маршалла во французскую экономику был инвестирован 691 млрд. фр., или 2 435 млн. долл.

    Это не единственная возможность использования средств эквивалентного фонда. Как сообщает Немецкий экономический институт, эти средства используются для финансовых и валютных манипуляций преимущественно инфляционистского характера 28.

    Налицо утонченность и жестокость системы, при помощи которой американский империализм использовал послевоенные трудности западноевропейских капиталистических стран для их политического и экономического порабощения. Однако не менее очевидна и отвратительная продажность, глубина падения и подлость западноевропейской буржуазии и ее правосоциалистических лакеев. Но, как сказал большой патриот Франции Жак Дюкло, «французы, подобно другим народам Западной Европы, ни в коей мере не смирились с наглой

    Диктатурой, которую американцы хотят навязать нашей стране, диктатурой невежественных, презренных магнатов, до такой степени проникнутых сознанием превосходства доллара, что они полагают, что все можно купить» *.

    Разбойничьи методы, применяемые при осуществлении плана Маршалла, венчают так называемые права взаимного кредитования. Это взаимные обязательства европейских стран по предоставлению кредитов, которые они были вынуждены взять на себя по плану Маршалла и от которых в определенной степени зависит предоставление долларовых займов. Например, Западная Германия получает часть кредитов — так называемые «условные кредиты» — только в том случае, если она проявляет готовность предоставить другой западноевропейской стране кредиты таких же размеров в форме товарных поставок29. Для Франции, получившей на основании этой системы в первые два года действия плана Маршалла значительную часть (около 30/4) кредитов 31, это, как видно из официальной статистики, означает значительное увеличение ее задолженности. Система взаимного кредитования — новая цепь, приковывающая западноевропейские страны к доллару, ибо ясно, что такая система, продиктованная Уолл-стритом, не содействует ни выравниванию платежных балансов стран Западной Европы, ни их экономической самостоятельности.

    При помощи этой системы, отражающей действительный характер американской «свободной экономики» и «беспрепятственной мировой торговли», системы, развенчивающей трюки официальной пропаганды, Уолл-стрит взвалил на. французский капитализм огромное долговое бремя. С апреля 1948 г. по 1 июня 1951 г. Франция получила по плану Маршалла в американской валюте 2300 млн. долл.; в порядке кредитов по системе взаимного кредитования по 30 июня 1950 г. — 544,6 млн. долл.32 Итого в целом <по меньшей мере (о кредитах по системе взаимного кредитования имеются данные только по 30 июня 1950 г.) 2844,6 млн. долл. По так называемой системе «временной помощи», действовавшей до вступления в силу самого плана Маршалла, Франция получила 350 млн. долл. Общая задолженность Франции в рамках плана Маршалла должна быть, таким образом, оценена, по крайней мере, в 3194,6 млн. долл.33

    Учитывая кредиты, полученные Францией еще до вступления в силу плана Маршалла и «временной помощи», а также военную «помощь» в рамках Северо-атлантического пакта, бывший американский посол в Лондоне Джозеф Патрик Кеннеди оценивал задолженность Франции без довоенных долгов и задолженности по ленд-лизу в 3717 (млн. долл. «плюс 3170 млн. долл. в форме помощи, которая запланирована на 1951 г.»34

    Таким образом, к концу 1951 г. американский империализм взвалил на плечи Франции при помощи исключительно вымогательских методов долговое бремя в размере около 7 млрд. долл.

    Таковы условия предоставления «помощи», отражающие стремление американского империализма к мировому господству и сами являющиеся элементами политики развязывания войны. Ясно, что товарные поставки, поступающие по плану Маршалла, не способствовали оздоровлению французской мирной промышленности. Из года в год возрастали поставки оружия и военных материалов во Францию. Наряду с этим, как только в США наметились первые признаки наступающего циклического кризиса в 1948 г., из США стали поступать, в первую очередь, тс товары, в отношении которых американские монополии ожидали затруднений со сбытом. Поставки таких товаров

    Способствовали удушению мирной и развертыванию военной промышленности. Исключительно велика категория: «различные товары», которая составляет более одной трети всех поставок35. Под этим названием, между прочим, маскируются продовольствие и другие предметы потребления, поставляемые во Францию по плану Маршалла в таком количестве, что во французском сельском хозяйстве начался серьезный кризис, хотя его производительность гораздо ниже довоенной. Кроме того, в эту категорию входит оружие и военное снаряжение, во все больших масштабах поставляемое в рамках «помощи голодающей Европе»36 (см. табл. 2).

    На первом месте стоит хлопок. Это обеспечивает королям хлопка сбыт их продукции, находившийся под угрозой ввиду приближения кризиса, и вытесняет с французского рынка англо-египетский и другой хлопок. Затем следует нефть. Начиная с 1948 г. рынок нефти сужался, а цены непрерывно падали. Размеры поставок нефтепродуктов также определяются ростом затруднений со сбытом, с которыми сталкивались американские монополии. Одновременно с непрерывным увеличением поставок нефти во Францию в ней происходит расширение нефтеперерабатывающей промышленности, финансируемое американским капиталом. Таким путем они хотят изгнать с французского рынка англо-голландскую компанию «Ронял Датч-Шелл» и обеспечить армиям Северо-атлантического блока, которые по воле инициаторов плана Маршалла должны вскоре начать операции в Европе, контролируемую Уолл-стритом базу горючего. Кроме того,

    Поставки по плану Маршалла в 1949 г. i

    Товары

    В тыс. Т

    В млн. фр.

    Хлопок-сырец (очищенный)......

    171,02

    38 483

    Сырая нефть.............

    5 959,51

    43 393

    Медь (необработанная)........

    70,10

    9 320

    Антрацит и другой уголь .......

    5 614,80

    29 483

    Самолеты и части к ним.......

    0,16

    971

    Синтетический каучук ........

    8,18

    1074

    Г азолин...............

    48,75

    454

    Молибденовые и ванадиевые руды, огнеупорный кирпич и т. д........

    4,13

    1361

    Шариковые и роликовые подшипники различных типов..........

    0,95

    974

    Тракторы ..............

    1,49

    392

    Сера (сырец).............

    138,87

    1 313

    Сосновая сажа............

    23,66

    1 641

    Асбестовая порода, шнур, порошок . .

    4,63

    276

    Автоарматура.............

    0,67

    220

    Медикаменты.............

    0,01

    1 141

    Различные товары..........

    1 860,17

    73 640

    Всего. . .

    13 907,10

    204 136

    1 „Statistique et Etudes Financteres", Paris, 1950, II.

     

    К сожалению, этот журнал, публикуя статистический материал по плану

    Маршалла, непрерывно менял принцип разделения товаров на группы, что не

    дает возможности произвести сравнение для выявления тенденции развития.

    Немецкий экономический институт в статье „Обострение кризиса французского

    империализма" („Berichte des Deutschen Wirtschaftsinstituts" N 20/21, 1951, S. 12)

    приводит следующие данные: „Из числа товарных

    : поставок за период с апреля

    1948 г. по конец мая 1951 г., сумма которых

    составляла 19U0 млн. долл.,

    600 млн. долл., или 32о/0, приходилось на продовольствие и другие сельско

    хозяйственные продукты и 1300 млн. долл., или бво'о. — на промышленные изде

    лия. На административное и техническое обслуживание было выделено 125 млн.

    долл. Поставки потребовали также не менее 275 млн. долл. фрахтовых расходов...“

    в Поставках, по данным Официальной статистики, значительное место занимает уголь, цветные и редкие металлы, а также сырье, которое тоже используется в значительной степени для военной промышленности.

    Таблица 3

    Страны — производители товаров, поставленных по плану Маршалла в 1949 г.

    Страны

    В млн. фр.

    США.....................

    122 950

    Саудовская Аравия ..............

    28 589

    Венесуэла ...................

    7513

    Ирак.....................

    2 745

    Чили.....................

    6120

    Кувейт ....................

    4 267

    Канада ....................

    6 066

    Э. С. Б. ЛЛ.................

    3 767

    Мексика...................

    1976

    Перу.....................

    773

    Китай2....................

    685

    Другие страны ................

    18 865

    Всего. . .

    204 136

    1 Экономический союз Бельгия — Люксембург.

     

    а То есть находившиеся в 1949 г. еще в руках Чан Кай-ши пограничные

    районы Южного Китая и о-вов Тайвань и Хайнань, из которых в настоящее

    время не освобожден только Тайвань.

     

    Источник: „Statistique et Etudes Financteres", Paris, 1950, II.

    Саудовская Аравия, Венесуэла, Ирак, Кувейт и т. д. выступают в качестве поставщиков лишь постольку, поскольку нефтяные источники в этих странах захвачены американскими монополиями. Так обстоит дело и с другими странами, в первую очередь на Американском континенте.

    Результаты влияния плана Маршалла на экономику Франции были исключительно тяжелыми. Нужно сказать, что одна из основных целей плана Маршалла (подрыв экономической независимости соответствующих стран) была в известной мере достигнута как в отношении Франции, так и в отношении других маршаллизованных стран.

    План Маршалла был концентрированной атакой на суверенные права европейских народов. Путем предоставления займов и денежных субсидий европейским народам был навязан диктат американских кредиторов. Теперь эти страны даже не в состоянии принимать самостоятельные решения, касающиеся вопросов их собственной национальной политики37.^ типичной для американских фабрикантов общественного мнения наглостью комментатор «Нью-Йорк тайме» Рестон писал:

    «Европейцы приняли в международных отношениях совершенно новый принцип, а именно, что иностранное правительство, то есть правительство Соединенных Штатов, имеет право решать, на что должна расходоваться значительная часть их валюты... То, что обычно считалось чисто внутренним вопросом, например создание национальной армии или подготовка государственного бюджета, постепенно стало, согласно этому принципу, гораздо более сложным делом: страна, предоставляющая ббльшую часть долларовой помощи, втягивается все глубже и глубже в дела других наций».

    Такова действительность, которую скрывают за шумом официальной пропаганды вокруг плана Маршалла, действительность, характеризующая также и Североатлантический блок и Европейское объединение угля и стали.

    На XIX съезде КПСС Г. М. Маленков говорил об отношении США к своим партнерам:

    «Хорош друг! Уселся верхом на своих младших партнеров, грабит и закабаляет их, хлещет в хвост и в гриву, да еще приговаривает: «подружимся», что у американских толстосумов означает — сперва вы меня повозите, потом я на вас поезжу» 38.

    В то же время план Маршалла не оправдал надежд, возлагавшихся на него Уолл-стритом в отношении предотвращения наступающего циклического кризиса путем организации в огромных масштабах экспорта продуктов сельокого хозяйства и промышленных изделий. Сама динамика плана Маршалла нанесла удар по его инициаторам, предполагавшим ликвидировать «долларовые прорехи» европейских стран и в 1952 г. добиться выравнивания платежных балансов. Но применяемые по плану Маршалла методы предоставления долларовых кредитов, навязывания европейским странам американских товаров при одновременной сверхпротекционистской политике Соединенных Штатов Америки, исключение из которой составляет лишь «стратегическое сырье», превратили непрерывно растущий долларовый дефицит в этих странах в своего рода постоянное явление. Поэтому план Маршалла, напротив, должен был углубить этот кризис, что, в свою очередь, находит отражение в милитаризации экономики капиталистических стран, в гонке вооружений и переходе к открытой агрессии в Корее. О выполнении обещаний, которые щедро давали народным массам пропагандисты плана Маршалла, обещаний повысить жизненный уровень, обеспечить «социальную безопасность» и т. д., не было и речи, ибо ничего подобного и не предполагалось. Наступило нечто совершенно противоположное. Американская и проамериканская пропаганда в настоящее время вынуждена распевать на различные лады старую песню насчет «Пушек вместо масла». Тем самым она вынуждена признать, что в течение ряда лет обманывала европейские народы.

    Во Франции, как и в других европейских капиталистических странах, план Маршалла привел к наступлению капиталистов на жизненный уровень рабочего класса. Реальная заработная плата французских рабочих упала в 1947 г. в течение нескольких месяцев (с апреля по ноябрь) с 70% от уровня 1938 г. до 49,4%. Когда в конце 1947 г. рабочим в результате ожесточенных стачечных боев удалось добиться повышения заработной платы, капиталисты продолжили свое наступление на жизненный уровень трудящихся путем дальнейшего систематического повышения цен х.

    Обобщая результаты влияния плана Маршалла на французскую экономику и французский народ, Морис Торез указывал:

    «Мы не раз говорили, что «план Маршалла» — это план войны... В социально-экономической области его последствия для маршаллизованных стран оказались гибельными. Что касается нашей страны, то «план Маршалла» принес ей прекращение реконструкции, упадок производства, ликвидацию многих отраслей национальной экономики (в частности авиационной промышленности), ухудшение положения в сельском хозяйстве, застой в торговле, безработицу, увеличение цен в три раза, голодную зарплату, непосильные налоги, превышение государственных расходов над доходами, инфляцию и все уменьшающиеся возможности стабилизации франка» *.

    Уже в 1948 г. план Маршалла привел к усилению контроля американских монополий над решающими отраслями экономики страны — над металлообрабатывающей, нефтяной и химической промышленностью. Американские монополии стремятся придать хозяйству Франции черты, характерные для экономики колониального типа: толкнуть ее на путь производства сырья и полуфабрикатов и в то же время препятствовать развертыванию французской обрабатывающей промышленности, чтобы таким образом обеспечить американским бизнесменам выгодный рынок сбыта для залежалых товаров.

    Тем самым убедительно подтвердилась та оценка плана Маршалла, которую дал А. А. Жданов еще в конце сентября 1947 г. на Информационном совещании представителей некоторых коммунистических партий в Польше:

    «Американский империализм стремится, как ростовщик, использовать послевоенные трудности европейских стран, в частности нехватку сырья, топлива и продовольствия в странах-союзниках, наиболее пострадавших в войне, для того, чтобы продиктовать им свои кабальные условия помощи. В предвидении предстоящего экономического кризиса США торопятся найти новые монопольные сферы приложения капиталов и сбыта товаров. Экономическая «помощь» США преследует широкую цель закабаления Европы американским капиталом. Чем более тяжелым является хозяйственное положение той или иной страны, тем более жестокие условия ей стремятся продиктовать американские монополии.

    Но экономический контроль влечет за собой и политическое подчинение американскому империализму. Таким образом, расширение монопольных сфер обыта американских товаров сочетается у США с приобретением новых плацдармов для борьбы против новых демократических сил Европы. Американские монополии, «спасая» ту или иную страну от голода и разрухи, претендуют на лишение ее всякой самостоятельности. Американская «помощь» почти автоматически влечет за собой изменение политического курса той страны, на которую эта «помощь» распространяется: к власти приходят партии и лица, готовые по директивам из Вашингтона осуществлять желательную для США программу во внутренней и внешней политике (Франция, Италия и т. п.)» *.

    Северо-атлантический пакт и «европеизация» французской армии. План Маршалла связал судьбу французского капитализма с судьбой Уолл-стрита не только экономически, но и политически. Он ставит французскую внутреннюю и внешнюю политику на службу американской политике подготовки к войне. Это находит свое выражение, с одной стороны, в непрерывно растущей фашизации внутренней жизни, а с другой — в участии Франции в агрессивном Северо-атлантическом блоке, для которого империалистическая пропаганда придумала лживое наименование Северо-атлантического оборонительного сообщества, в «европейском оборонительном сообществе», а также в подписании милитаристского «общего» договора с Аденауэром. Кого хотят «защищать» эти «северо-атлантические» или «европейские» защитники — непонятно, хотя бы потому, что в их число входят также Греция, Испания, Турция. От кого они намерены «защищаться» — также тайна Пентагона, ибо необходимость защищаться предполагает наличие агрессора, угрожающего им, а такового не существует. Но, поскольку Соединенным Штатам Америки спешно необходим подобный «агрессор», они извлекли его из геббельсовского арсенала лжи.

    «А чтобы скрыть от народа агрессивные цели этого блока и обмануть народ, они объявили его «оборонительным» блоком против «коммунизма», против Советского Союза, который якобы собирается напасть на США, на Англию, на Францию и других членов блока» К

    Однако империалистам становится все труднее маскировать агрессивные цели Северо-атлантического пакта при помощи туманных фраз об обороне.

    Используя экономическую зависимость Франции от США, заправилы Северо-атлантического пакта вынудили ее вступить на старый путь империалистической политики. Участие в Северо-атлантическом блоке означает для Франции непосредственное продолжение «мюнхенской политики», политики предательства как своих союзников, так и национальных интересов Франции. Мюнхен означал ликвидацию советско-французского союзного договора 1935 г. и открывал путь агрессорам. Подобно этому и Северо-атлантический -пакт фактически ликвидирует союзный договор между СССР и Францией, вновь заключенный в 1944 <г. Только выполняя этот договор, Франция получила бы возможность вести самостоятельную внешнюю политику в интересах французского народа и обеспечить национальную независимость своей страны. Между тем фактический отказ от обязательств, накладываемых договором, в значительной степени ликвидировал самостоятельность французской внешней политики и подчинил Францию американской политике сотрудничества со всеми реакционными, фашистскими силами мира, как, например, с Франко и германскими милитаристами, — политике откровенной агрессии против лагеря мира, демократии и социализма. Разница между нынешней политикой Франции и ее политикой во времена Мюнхена состоит, однако, в том, что французский империализм в настоящее время не только содействует открытой агрессии, допуская и поощряя ее, но и сам принимает в ней активное участие. При этом французские дипломаты вынуждены играть на международной арене лишь роль статистов в американском театре.

    Все попытки вновь восстановить нормальное положение, предпринятые Советским Союзом в его нотах от 15 декабря 1950 г., 20 января 1951 г., сентября 1951 г., марта, апреля и мая 1952 г., а также в последующие месяцы — на предварительной конференции четырех заместителей министров иностранных дел в Париже весной 1951 г., на Генеральной ассамблее Организации Объединенных Наций осенью 1951 и в 1952 г., — встречались клеветническими нападками на Советский Союз и лагерь мира, лживыми утверждениями об «оборонительном» характере политики капиталистических государств.

    А ведь Советский Союз исходил из интересов трудящихся Франции, совершенно определенно заявив:

    «Вместо выполнения своих обязательств по Франко-Советскому Договору о совместных действиях Франции и СССР для предотвращения возможной угрозы новой германской агрессии, Французское Правительство, вступая в военный союз с Западной Германией... подрывает основы и значение договора 1944 года между Советским Союзом и Французской Республикой о союзе и взаимной помощи...

    ...Вместе с тем Советское Правительство обращает вновь внимание Правительства Франции на необходимость соблюдения им Франко-Советского Договора о союзе и взаимной помощи от 10 декабря 1944 года и на то, что ответственность за создавшееся положение в результате нарушения Французским Правительством этого Договора ложится на Правительство Франции» К

    Северо-атлантический пакт — это часть военной системы, при помощи которой Соединенные Штаты Америки намерены вести истребительную войну против Советского Союза, стран народной демократии и Германской Демократической Республики.

    «Основной стратегический план стран — участниц Атлантического пакта исходит из предположения, что в случае войны необходимо сразу же начать наземные и воздушные наступательные операции».

    План исходит из того, что «единственный приемлемый путь обороны Западной Европы — это продвижение на Восток как можно скорее и как можно дальше» 39.

    Основываясь на 5-м параграфе Северо-атлантического пакта, Соединенные Штаты Америки могут, когда им вздумается, втянуть Францию в любую военную авантюру. 5-й параграф предусматривает автоматическую взаимную помощь всех партнеров К Соединенные Штаты Америки определяют, когда, где, против кого и при каких условиях они могут пустить в ход своих европейских наемников. Известный американский публицист Уолтер Липпман подтвердил, что «окончательные решения о большой стратегии великого конфликта будут приниматься в Вашингтоне» 40.

    Северо-атлантический пакт гарантирует американским монополиям огромные военные прибыли, ибо, согласно пакту, главная обязанность США — поставлять западноевропейским странам оружие и военные материалы, в то время как европейские вассалы вынуждены взять на себя обязательство выставить крупные наземные вооруженные силы.

    Соединенные Штаты Америки обеспечили за собой главное командование «атлантическими вооруженными силами». Постоянный военный комитет, являющийся верховным военным органом Северо-атлантического пакта, находится в Пентагоне, в здании американского военного министерства и зависит от этого министерства. Хотя верховное командование «европейской армии» территориально находится в Париже, во главе его находится американский генерал Грюнтер—бывший начальник штаба «атлантической» армии, сменивший на посту главнокомандующего Эйзенхауэра и генерала-чуму Риджуэя. Во главе верховного командования военно-морскими силами агрессивного блока, расположенного, подобно многим другим командным органам, в Соединенных Штатах Америки, находится американец.

    В целях реализации агрессивного пакта каждая страна-участница обязана заключить двусторонний ^договор с Соединенными Штатами Америки, согласно которому США получают контроль над национальными вооруженными силами и право размещать американские войска в этих странах.

    Так, например, вооруженные силы Франции фактически переходят в руки американцев. Комиссия американских «экспертов» будет определять характер, состав, развитие и использование вооруженных сил Франции.

    Французская армия теряет свой национальный характер и все больше превращается в составную часть агрессивных американских вооруженных сил.

    Французское правительство было вынуждено ответить на присланную ему Гарриманом анкету, которая содержала следующие три вопроса:

    «1. В каком состоянии находятся 'ваши вооруженные силы? 2. Какие вооруженные силы вы намерены создать в 1952 году? 3. Как скажется на вашей экономике увеличение вашей нынешней программы вооружений на 30 процентов?»41

    Французское правительство явно забыло, что во Франции, как и в других странах, за измену и особенно за выдачу военной тайны положены каторжные работы или смертная казнь. Но измена всегда была привилегией господствующих эксплуататорских классов.

    Вооружение и снаряжение французской армии было приведено в соответствие с «американским стандартом». Иначе говоря, американские военные монополии захватили в свои руки снаряжение французской армии и тем самым львиную долю прибылей по военным поставкам и с нетерпением ожидаемых военных прибылей. В то же время это означает, что французская армия в значительной степени изъята из-под контроля французских властей. Французская армия получила немало американского оружия еще до заключения Северо-атлантического пакта. Так, только осенью 1948 г. благодаря поставкам военных материалов из американских запасов на сумму 5 млн. долл. три французские дивизии были доведены «до состава военного времени» 42. По программе поставок вооружения в рамках Северо-атлантического пакта Франция должна получить военных материалов на 2,4 млрд. долл.43 Газета «Нейе Цюрхер цейтунг» считает, что уже в 1950 г. американская военная помощь Франции составила 1000 млрд. фр. — сумму, которая в два с половиной раза больше, чем и так уже сильно раздутый французский военный бюджет 1950 г.

    Можно предполагать, что французская армйя в настоящее время в значительной степени вооружена американским оружием; военно-воздушный флот имеет на вооружении почти исключительно американские машины44. Начиная с 1947 г. французская авиационная промышленность сознательно свертывалась, для того чтобы американизировать французскую авиацию!

    Перевод французской армии на американское вооружение происходит под лозунгом «стандартизации» и «рационализации» армий стран — участниц Северо-атлантического пакта. При этом лозунг «рационализации» воспринимается не очень серьезно, если принять во внимание отчеты французских военных экспертов, жалующихся на «устаревшее оружие». Здесь явно имеет место стремление американских военных концернов обеспечить львиную долю участия в военных поставках45 и под 'предлогом модернизации навязать французской армии устаревшее вооружение, которое больше непригодно для американской армии. Кроме того, в этом проявляется намерение путем стандартизации вооружения еще раз подчеркнуть роль французских солдат в планируемой войне: они должны проливать кровь, служа в пехоте, в то время как американцы оставят за собой, так сказать, «привилегированные» роды войск, технически хорошо оснащенные, например военно-воздушный флот. «Рационализация» вовсе не преследует цели повысить уровень технической оснащенности французской армии. Она просто должна получить столько оружия, сколько ей надо для того, чтобы вместе с западногерманскими наемными дивизиями проливать кровь в качестве «пехтуры» и «окопных кротов». Кларенс Кэнон недвусмысленно заявил перед американским конгрессом: «Теперь нам необходимы лишь самолеты для транспортировки 'бомб. Кроме того, мы должны вооружать солдат других стран, которых мы пошлем на смерть ради их детей, чтобы нам не пришлось посылать своих»

    А Эйзенхауэр заявил: «Для борьбы против нашего противника нужны ружье и человек. Если Соединенные Штаты Америки дадут ружье и смогут найти кого-либо другого, кто бы взял его в руки, то я буду очень доволен»

    Подобные высказывания вызвали огромное возмущение французского народа, решительно борющегося за сохранение мира. По словам Мориса Тореза, сказанным на XII партийном съезде Французской коммунистической партии, даже в газете «Орор», специализирующейся на пропаганде антикоммунизма, видимо, почувствовали «искреннее возмущение при мысли о том, что французский солдат вновь должен стать основной жертвой очередного конфликта. В то время как англо-саксы будут вести привилегированную морскую и воздушную войну, на одного погибшего американского летчика будет приходиться пятьдесят убитых французских пехотинцев» 46.

    По мнению Пентагона, для подобных ландскнехтов пригодно и старое вооружение, по крайней мере до тех пор, пока поставки его приносят соответствующие прибыли. Но эти господа забыли спросить французский народ. А он не собирается брать в руки оружие — ни новое, ни старое — в запланированной американцами войне. Если же эта война, паче чаяния, начнется, то французский народ направит оружие не против Советского Союза и стран народной демократии!

    Для того чтобы получить оружие, французское правительство было ’ вынуждено спешно провести в Национальном собрании и Совете республики закон, предусматривающий наказание граждан, сопротивляющихся подготовке к войне. Несмотря на сопротивление французского народа, правительство по американской указке пыталось увеличить наличный состав французской армии. Осенью 1950 г. срок военной службы был продлен до 18 месяцев. Численность армии, по словам Мока, составляла в конце 1950 г. 650 тыс. человек. Бывший военный министр правый социалист Жюль Мок обязался от имени Франции выставить 20 новых дивизий, в том числе 10 до конца 1951 г. В конце 1953 г. под ружьем должно было стоять свыше 900 тыс. человек, то есть на 100 тыс. человек больше, чем насчитывалось в войсках Франции в 1939 г., больше, чем Франция могла выставить в 1939 г. против гитлеровской Германии.

    Французское правительство, действуя как вассал американского империализма, открыто перешло к подготовке агрессивной войны. Решающим актом этой политики должна быть ратификация и введение в действие боннского договора и парижского военного договора о «европейском оборонительном сообществе» и ремилитаризации Западной Германии.

    Создание «европейской армии» означало бы уничтожение национальной французской армии. 9-й параграф парижокого договора совершенно четко определяет: «Ни одно государство, подписавшее договор, не должно набирать или содержать национальные вооруженные силы» 47.

    После ратификации боннского и парижокого военных договоров Франция не будет больше иметь достойных упоминания национальных вооруженных сил. Французской армией будут неограниченно распоряжаться американские империалисты, которые намерены использовать ее в качестве тарана агрессии в интересах осуществления своих планов мирового господства и как армию колониального типа для подавления французского народа.

    Создание «европейской армии» исключило бы всякое влияние французского правительства на французские воинские части. А бывший французский министр иностранных дел Шуман цинично обозвал всех патриотически настроенных французов мятежниками: «Если отдельные соединения европейской армии будут выполнять приказы правительства лишь одной какой-нибудь страны (например, своей собственной), то они должны рассматриваться как дезертиры и мятежники» 48.

    Как низко должна была пасть буржуазия страны, если она готова продать американским империалистам детей и внуков коммунаров 1871 г., представляющих в буржуазной Франции истинное величие своей страны. Но трудящиеся Франции сорвут американские военные планы и не допустят предательства, которое готовит французская империалистическая буржуазия. Тысячи французских солдат уже пролили свою кровь в Корее. Но французский народ в союзе с миролюбивыми народами мира добьется, чтобы миллионы людей не проливали кровь в Европе.

    Францию превращают также в плацдарм и базу снабжения американских агрессивных армий.

    «Правящие круги французской буржуазии... превращают территорию нашей страны в американокую военную базу для подготовки агрессии против Советского Союза и стран народной демократии» 49.

    В порядке возмещения за поставки оружия французское правительство обязалось в двустороннем договоре, заключенном с США в соответствии с Северо-атлантическим пактом, «предоставить американским войскам гавани, казармы, опорные пункты, склады, железные дороги и др.

    Спустя шесть лет после оккупации Франции гитлеровскими войсками, в 1950 г., началась новая оккупация Франции американскими войсками. Уже теперь эта новая оккупация столь же губительна по своим последствиям, как и гитлеровская. В будущем же эта американская оккупация грозит вызвать гораздо бблыпие бедствия, чем те, которые пришлось пережить французскому народу за последние 80 лет.

    Уже в 1951 г. США имели во Франции б больших морских опорных пунктов, в том числе порты Ла-Паллис, Ла-Рошель, Шербур и Бордо, 25 аэродромов и 18 складов оружия и горючего. Американокие войска находились к этому времени в семи городах, не считая местоположения многочисленных штабов и командных пунктов. Было конфисковано 20 тыс. га лесных массивов. В восточных департаментах в распоряжение американских войск были предоставлены казармы на 200 тыс. человек50. К 1951 г. в 59 французских департаментах из 90 находились американские войска, склады оружия и горючего. В одном только Париже размещено 300 хозяйственных, политических и военных американских учреждений!51

    Непрерывно поступают новые данные о строительстве сети американских опорных пунктов во Франции. Так, газета «Нейес Дейчланд» от 21 апреля 1951 г. сообщала, что в районе Ла-Рошели создан огромный склад горючего, в котором уже находится 4 тыс. г бензина. По сообщению «Юманите», в районе Сен-Жака (департамент Иль и Вилен) был построен аэродром для американских истребителей. В Орли, недалеко от Парижа, на строительство огромного аэродрома, самого большого во Франции, было затрачено много миллиардов франков.

    В порт Ла-Паллис в 1950 г. прибыли специальные американские суда с гитлеровскими офицерами в качестве специалистов. Эти офицеры должны были подготовить строительство американской базы для подводных лодок и возведения сооружений для высадки американских войск и разгрузки транспортов с вооружением.

    По требованию США французское правительство выделило в Южной Франции недалеко от Марселя и Нима огромные территории для создания двух американских военно-воздушных опорных пунктов.

    Американские войска заняли железнодорожные станции, монтируют стартовые площадки для снарядов «Фау-2» и т. д.

    Американские войска при активной поддержке антинародных правительств Франции применяют по отношению к населению те же жестокие методы, какими они действуют и в Западной Германии против миролюбиво настроенных немцев. Большое количество жилищ французских граждан конфискуется, в селах тысячи крестьян силой изгоняются со своих дворов.

    В пещерах Сен-Марс-ла-Пиль (департамент Эндр и Луара) накапливается американское вооружение. Для прокладки железной дороги с целью транспортировки военных материалов власти захватывают участки земли, занятые под садами железнодорожников.

    Крестьян, которые были согнаны со своих земель в годы фашистской оккупации, теперь вновь сгоняют с земли американские захватчики. С целью обеспечения прокладки американского нефтепровода Гавр — Париж правительство опубликовало в «Журналь офисьель» декрет, разрешающий «проводить экспроприацию и оккупацию,

    5 Зек. 216. Р. Гутермут

    65


    необходимые для военных работ» в 55 коммунах департаментов Нижняя Сена и Эр 52.

    «Две роты американских солдат, вступивших в город Вирзонвиль, провинция Берри, бесцеремонно конфисковали лучшие квартиры города. В результате конфискаций многие жители стали бездомными»53.

    Американские монополии считают себя господами Франции. Американцы, одетые в военную форму или без нее, ведут себя как хозяева на французской земле.

    В JIa-Рошели безработных вызывают на комиссию, подобную трибуналу, председателем которой является американский военный. По улицам стремительно проносятся американские грузовики и военные машины, водители которых не признают никаких правил уличного движения. Пьяные солдаты пристают к прохожим, угрожают ножами, заводят драки. Когда французских полицейских зовут на помощь, они пожимают плечами и говорят: «Мы ничего не можем сделать!» Американцев даже не наказывают за убийство французских трудящихся.

    Американские офицеры наблюдают за выпуском продукции на французских военных заводах.

    Французский народ не мирится с политикой ущемления независимости и свободы Франции, проводимой правительством. Он выступил на борьбу против новых оккупантов с такой же решимостью, с какой он вел ее против немецких оккупантов. Докеры отказываются разгружать военные материалы, железнодорожники отказываются перевозить их. При помощи жестоких насилий американские оккупанты пытаются заставить французский народ цринять участие в подготовке к войне. Применяя силу оружия, они пытаются добиться перевозки вооружения по французским железным дорогам. Эшелоны с вооружением сопровождаются часовыми. Непосредственно за локомотивами и в конце состава следуют открытые платформы с солдатами. В центре — вагоны с боеприпасами. Впереди эшелона — контрольный паровоз. Все это делается так же, как и во времена гитлеровской оккупации.

    В американских агрессивных планах Франции отвё* дена особая роль. Если Западной Германии уготована участь непосредственного плацдарма агрессивной армии (роль, предназначенная также восточным французским территориям), то самой Франции предстоит быть тылом, по которому пройдут основные коммуникационные линии.

    От французского западного побережья в Западную Германию прокладывается «сеть стратегических дорог», на что тратятся огромные средства (имеются сведения, что они составляют 1 млрд. долл.). Уже в настоящее время по этим шоссе в Западную Германию транспортируется значительное количество военных материалов, предназначенных как для самих американских войск, так и для создаваемой западногерманской наемной армии. Одна часть из этих военных материалов направляется также в Австрию, а другая — идет на американские склады, расположенные недалеко от Бордо. Однако бблыпая часть переправляется по французским железным дорогам в Западную Германию для вооружения создаваемой западно-германской армии. Поэтому американские генералы уделяют французским железным дорогам такое большое внимание.

    Однако американские поджигатели войны, видимо, не особенно уверены в том, что их авантюристические планы увенчаются успехом. Как следует из разоблачений, сделанных немецкими сторонниками мира и опубликованных в газете «Нейес Дейчланд», а также из сенсационных разоблачений парижской газеты «Монд» относительно отчета американского генерала Фехтлера, Брэдли и Риджуэй уже в настоящее время считаются с возможностью отступления. Они хотят превратить Рейнскую область в водную пустыню, а Рурскую область, Кельн и Людвигс-гафен-на-Майне — в сожженное атомными бомбами пепелище. Подобные же приготовления производятся и во Франции. Северная Африка превращается в первоклассный военный бастион. Со времени подписания Североатлантического пакта Северная Африка превратилась в «особую стратегическую зону», в «основную базу для комбинированных действий». Разумеется, Северная Африка, являясь местом стыка Европы и Африки, представляет собой территорию большого военного значения, поскольку она контролирует вход в Средиземное море, подходы

    К Южной Африке, Италии, Балканам и Ближнему Востоку.

    Но и военные приготовления, проводимые в самой Северной Африке, свидетельствуют о том, что ей предназначена роль последнего «неприступного» бастиона и исходного пункта для новых агрессивных действий в случае, если в результате развязанной Соединенными Штатами Америки третьей мировой войны войска агрессоров будут выброшены из Европы.

    Министр заморских территорий в кабинете Кэя Кост-Флорэ заявил вполне определенно после создания Комитета в защиту Центральной Африки: «В случае, если бы сопротивление не оказалось победоносным в самой метрополии, линия обороны прошла бы в Северной Африке».

    В этом духе и действуют поджигатели войны в настоящее время. Агадир, Касабланка, Порт-Лиоте 54 и другие населенные пункты превращаются в американские военные и военно-воздушные базы. В Алжире, Тунисе и Французской Экваториальной Африке начато или проектируется строительство более 100 аэродромов, прокладываются новые «стратегические» автострады и железные дороги. Уже существующие порты и аэродромы спешным порядком реконструируются.

    Прежде всего бросается в глаза превращение в военную базу Центральной Африки. Эта территория может оказаться необходимой агрессорам только в том случае, если они будут вынуждены покинуть Европу. Генеральный секретарь Демократического объединения Африки Габриэль д’Арбусье, заключенный в тюрьму французскими колонизаторами, указывал, что именно в Центральной Африке в последнее время значительно расширены аэродромы в городах Браззавиль, Брамайя, Ниамей, Пу-энт-Нуар, Ломе и др. Построены имеющие исключительно военное значение аэродромы в Бамако, Гао, Дуала, Форт-Лами, Форт-Аршамбо и Банги. Быстрыми темпами ведутся работы в порту Абиджан. Военным строительством занимаются и английские власти в соседних колониях и сами американцы в Либерии.

    Предусмотрено построить одних только аэродромов: в Марокко — 40, в Алжире — 50, в Тунисе — 15, во Французской Западной Африке — 70 и Французской Экваториальной Африке — 70. Итого 245 аэродромов, из них 20 для атомных бомбардировщиков

    Во Французской Западной Африке усиленно строятся «стратегические» шоссейные дороги, железные дороги и порты. Так, например, порт Конакри переоборудуется для приема судов водоизмещением 20 тыс. регистровых брутто-тонн. Значительно расширяются доки и портовые сооружения Дакара. Программа строительства шоссейных дорог предусматривает для начала прокладку 3 тыс. км новых дорог, которые, в первую очередь, должны обеспечить прямое сообщение между железной дорогой Дакар — Нигер и железной дорогой Берега Слоновой кости. Из «стратегических соображений» США настаивают на максимально быстром осуществлении работ.

    В связи с этими военными приготовлениями имеет место настоящее вторжение американоких военных, экономических и политических «экспертов». Только в Марокко в конце 1952 г. находились свыше 40 тыс. солдат и офицеров американской армии и 10 тыс. так называемых «техников»55. Своим поведением в Северной, Восточной и Центральной Африке они наглядно продемонстрировали «американский образ жизни», точно так же, как они делают это в Западной Германии и во Франции.

    Таким образом, поджигатели войны проявляют готовность в случае поражения агрессивных армий пожертвовать даже Францией и превратить ее в цель для атомных бомб. При этом они питают иллюзии, что им удастся с территории Африки продолжить истребительную войну против миролюбивых народов Европы, против демократии и социализма. Депутат американского конгресса Поудж с неслыханным цинизмом, обращаясь к странам— участницам Северо-атлантического пакта, заявлял: «Мы можем только заверить наших союзников, что мы намного лучше выполним задачу разрушения коммуникаций и производственных мощностей, чем любая другая армия, пересекавшая эту территорию за последнюю тысячу лет. Мы не оставим ни одного моста, мы затопим все шахты, мы сравняем с землей заводы в Бельгии и в Северной Франции. Мы разрушим все...»

    Подобно германским и французским империалистам американские империалисты охвачены паническим страхом перед миролюбивым трудящимся населением. Они знают, что огромная мощь народа, если им руководит объединенный рабочий класс и его революционная партия, неизбежно разрушит их планы. Поэтому работы военно-стратегического значения в Алжире и Тунисе ведутся во все более крупных масштабах. Расширяются и модернизируются военные гавани в Мерс-Эль-Кебире и Бизерте. В десятках пунктов Сахары строятся аэродромы с огромными стартовыми дорожками, стартовые площадки для снарядов «Фау-2». На границах между Алжиром и Марокко, Алжиром и Тунисом создаются два больших центра военной промышленности.

    Американские и французские колонизаторы рассчитывают также, что с помощью такой концентрации военной мощи они смогут подавить растущее во Французской Северной Африке национально-освободительное движение. Однако все более крепнущая борьба народов Африки, действующих в союзе со всеми миролюбивыми силами мира, и в первую очередь, в союзе с рабочим классом и Французской коммунистической партией, и здесь сорвет осуществление кровожадных замыслов империалистов.

    Американские войска, расположенные во Франции,, играют роль не только агрессивной армии, направленной против лагеря мира и демократии (хотя это, действительно, их основная задача), но и роль интервенционистской армии по отношению к самой Франции. Северо-атлантический пакт предусматривает вмешательство американских войск в случае «гражданской войны», иначе говоря, в случае, если французский народ использует свои демократические права на самоопределение и т. д.

    Во время крупной забастовки горняков осенью 1947 г. правительство США обещало французскому правительству «помощь» в случае возникновения гражданской войны. Год спустя тогдашний министр обороны США Форрестол вновь высказался за осуществление поставок оружия во Францию, на этот раз в связи с присоединением Франции к Северо-атлантическому пакту, который предоставлял США «право» в случае «внутренней агрессии» вмешиваться во французские дела с помощью военных средств. Другой бывший американский министр обороны Роберт Ловетт заявил вполне определенно, что американская военная полиция во Франции в случае «беспорядков» в стране «может быстро оказать помощь французской полиции и войскам».

    Это — откровенное признание того, что антинародные правительства во Франции могут существовать лишь благодаря американским штыкам. Если в 1871 г. французская буржуазия в целях сохранения своего классового господства нуждалась в прусских, а в 1939 г. в фашистских войсках, то теперь она продолжает прежнюю политику национальной измены, призывая в страну американские воинские части.

    Жак Дюкло писал в одной из своих статей в 1951 г.: «Французское правительство... ни в коем случае не недовольно наличием американских войск. Оно рассматривает их присутствие на французской территории как своего рода гарантию, своего рода защиту от гнева народа.

    Подобно тому как Петэн был счастлив в период оккупации Гитлером Франции, ибо гитлеровские войска защищали его, преступные политики, образующие нынешнее правительство, чувствуют себя в безопасности под охраной солдат Трумэна» !.

    Вмешательство США, играющих роль международного эксплуататора и поработителя, распространяется на все области общественной жизни — на внутреннюю и внешнюю политику, на экономику, науку и культуру56. Экономические ресурсы Франции используются столь хищнически, что это равнозначно смертному приговору для французской экономики и тем самым для французской нации. Тяготы, которые взваливает на французскую экономику Северо-атлантический пакт, намного превышают размеры американской военной «помощи» 57.

    «Америка, — писал Флоримонт Бонт, — обещает правительству в 1952 г. военную «помощь» в сумме 400 млн.' долл., то есть 140 млрд. фр. Но за эти доллары от Франции требуют таких жертв, которые многократно превосходят размер «помощи»...

    ...За 140 миллиардов увеличиваются на 160 миллиардов военные расходы, общий размер которых, по официальным заявлениям, уже превышает 1000 млрд. фр. в год и которые предполагается довести до 1500 млрд. фр.

    За 140 миллиардов во Вьетнаме продолжается война, приводящая к большим потерям в людях и материальных ресурсах, война, ведущаяся в стратегических интересах магнатов доллара и обходящаяся Франции в 500 млрд. фр. в год.

    За 140 миллиардов в распоряжение американских генералов передаются сооружения, порты и авиабазы, оцениваемые в несколько сот миллиардов франков.

    За 140 миллиардов Марокко, Алжир, Тунис и другие заморские территории со всеми их сырьевыми ресурсами передаются американским поджигателям войны. За 140 млрд. французскую территорию хотят превратить в «атомную пустыню», а французский народ в пушечное мясо»'.

    Навязанные Гарриманом расходы французского правительства на вооружение составили еще в 1951 г. 1500 млрд. фр., или 18% национального дохода58 (в эту сумму, видимо, входят также расходы на войну во Вьетнаме). В 1952 г. военные расходы увеличились до 1400 млрд. фр. плюс 500 млрд. фр. на войну во Вьетнаме. Итого 1900 млрд. фр. В 1953 г. военные расходы должны составить 1700 млрд. фр. плюс 500 млрд. фр., следовательно, в целом 2200 млрд. фр. Такого рода обязательство взяло на себя французское правительство 5 августа 1950 г. в лице правого социалиста Жюля Мока, бывшего в то время министром обороны. Ввиду того что эта безумная политика означала смертный приговор французской экономике, в начале 1951 г., а затем в январе 1952 и 1953 гг. французские правительства терпели крах в

    связи с вопросом о бюджете, хотя французские и американские империалисты уже давно стремятся избегать слишком частых правительственных кризисов.

    Теперь американские шейлоки настаивают на выполнении Францией взятых на себя обязательств. На Лиссабонской сессии Совета Северо-атлантического блока в феврале 1952 г. председатель так называемого «комитета мудрецов» Гарриман вынудил французское правительство, несмотря на его сопротивление, увеличить военные расходы на 1952 г. до суммы в 1400 млрд. фр.

    Осуществление подобных неслыханных планов означает окончательное разрушение французской экономики. Даже лондонская буржуазная газета «Дейли телеграф энд морнинг пост» вынуждена была отметить, что подобная политика гонки вооружений столь тяжело скажется на экономике, «что ...население не сможет выдержать этого бремени». В связи с этим газета «Нью-Йорк тайме» требовала предоставления Франции чрезвычайной «помощи», чтобы «избежать существенного уменьшения ее военных обязательств в рамках организации Североатлантического союза», «помощи», которая могла лишь усилить подчинение французской экономики американским монополиям и ускорить процесс ее разрушения. Американский империализм «выступает ныне не только как международный эксплуататор и поработитель народов, но и как сила, дезорганизующая экономику остальных капиталистических стран» *.

    Организация безумной гонки вооружений ведет к дальнейшему экономическому и политическому упадку стран— участниц Северо-атлантического блока и тем самым к разрушению самого этого блока. Противоречия внутри Северо-атлантического блока обостряются. В первую очередь обостряются противоречия между европейскими участниками блока, в том числе Францией, с одной стороны, и Соединенными Штатами Америки — с другой. На Лиссабонской сессии (Совета Северо-атлантического блока. — Ред.) в начале 1952 г. представителям США с большим трудом удалось добиться дальнейшего увеличения расходов на вооружение европейскими капиталистическими странами. При этом США пришлось пойти на

    значительное сокращение своих первоначальных требований. Но даже эту урезанную программу Франция выполнила в области производства оружия только на 56%.

    Так же как и их народы, правительства и буржуазия западноевропейских капиталистических стран знают, что им не грозит никакого военного или другого нападения со стороны стран лагеря мира, со стороны социалистического Советского Союза. Капиталисты не верят в агрессивные намерения стран лагеря мира, хотя в целях «пропаганды» они шумят об агрессивности Советского Союза.

    Оказывая сопротивление дезорганизации экономики своих стран, проводимой американскими монополиями, капиталисты западноевропейских государств указывают при этом на миролюбивую внешнюю политику Советского Союза. Несмотря на сильный нажим со стороны генерала-чумы Риджуэя, западноевропейские страны сократили американскую программу капиталовложений в военное строительство в 1952 г. с 480 млн. долл. до 210 млн. долл., ибо «опасность агрессии значительно меньше, чем опасность внутреннего (экономического) краха» *.

    В настоящее время французская экономика в результате обязательств по перевооружению, взятых на различных международных конференциях, приближается к катастрофе. «Франция исчерпала лимиты возможных жертв», — пишет буржуазная газета «Энформасьон». Другая французская газета «Комба» характеризует Северо-атлантический пакт, как «коварство и обман». Франция, которая в проведении своей политики бросается «от одной неожиданности к другой», подписала Северо-атлантический пакт и «с удивлением обнаружила, что она является не союзником, а сателлитом, которому уготована определенная роль», — писала эта газета.

    Даже Пинэ был вынужден выступить против американской опеки. Против насилия над Францией, осуществляемого США, выступили Эррио и Даладье. Даже бывший президент Франции Ориоль в своей речи в связи с введением в строй новой плотины в долине Роны произнес резкие слова по адресу американского «союзника» 59.

    Нельзя предположить, что французские империалисты будут без конца терпеть нынешнее положение, когда американцы внедряются в экономику Франции, стараясь превратить ее в придаток экономики Соединенных Штатов Америки. Не является ли более правильным предположить, что и капиталистическая Франция в конце концов будет вынуждена «вырваться из объятий США и пойти на конфликт с ними для того, чтобы обеспечить себе самостоятельное положение и, конечно, высокие прибыли?» *.

    План Шумана и ремилитаризация Западной Германии. Система Северо-атлантического пакта представляет собой логическое продолжение системы плана Маршалла в • военно-политической области. Постепенно произошло превращение Управления экономического сотрудничества, созданного по плану Маршалла, в организацию по поставке оружия и непосредственному финансированию вооружения.

    С окончанием действия системы плана Маршалла как экономической организации, выполнившей свою задачу американизации экономики западноевропейских стран, возникла необходимость создания новой организации, которая бы объединила зависимую ныне от Уолл-стрита экономику маршаллизованных стран в целях непосредственного производства вооружения. Именно эту задачу и выполнил план Шумана. Предложен он был Шуманом (бывшим французским министром иностранных дел. — Ред.), но в действительности инспирирован американскими монополистами; поэтому по праву он должен был бы называться планом Трумэна. Еще раньше указывалось на то, что совладение парафирования и окончательной ратификации плана Шумана с преобразованием Управления экономического сотрудничества в Управление взаимного обеспечения безопасности не случайно60. Сейчас речь идет о том, чтобы, опираясь на экономику маршаллизованных западноевропейских стран, создать строго организованную систему военной промышленности. Американские империалисты рассчитывают, что эта система, будучи независимой от национальных, таможенных, валютных, торговых и других ограничений, сделает тяжелую промышленность западноевропейских государств базой для военного арсенала «европейской армии». Сейчас речь идет о том, чтобы подчинить тяжелую промышленность европейских капиталистических стран гигантскому картелю, находящемуся под руководством американских монополий, картелю, который должен подчинить своему господству государственный аппарат и экономику соответствующих стран.

    «План Шумана — это не план мира, а план войны... Речь идет о том, чтобы создать арсенал для Атлантического блока» *.

    Народная палата Германской Демократической Республики в своей резолюции относительно плана Шумана заявила:

    «План Шумана — опасное, угрожающее миру агрессивное мероприятие, ибо посредством объединения угольной и металлургической промышленности он осуществляет американский план создания кузницы вооружений в Западной Европе» 61.

    Агрессивный характер плана Шумана, этого «союза торговцев пушками», как назвал его Макс Рейман, признают и сами его инициаторы, хотя они все еще часто говорят о «защите западной культуры». Американская газета «Дейли компас» писала спустя несколько дней после того, как Шуман представил Дину Ачесону62 свой план: «Это соглашение ведет к войне и может быть эффективным только в этом смысле».

    На Парижской конференции в июне 1950 г. итальянский делегат Тавиани заявил: «Мы не желаем превращать этот план в инструмент европейского нейтралитета».

    В феврале 1951 г. Эйзенхауэр писал в своем обращении к американскому конгрессу: «Что означает для нас Западная Европа?.. Прежде всего в Западной Европе имеется огромное количество квалифицированных ра* бочих... Западная Европа имеет большой промышленный потенциал».

    Сам Шуман характеризовал так называемое Европейское объединение угля и стали как «экономическую базу» будущей военной структуры К Что касается правительства Аденауэра, то оно видит в плане Шумана «передачу обоих основных элементов современной войны (угля и стали) общим надгосударственным властям».

    Реакционная итальянская газета «Пополо» также указывала на связь плана Шумана с созданием агрессивного «европейского оборонительного сообщества»: «Речь идет о том, — писала газета, — чтобы обеспечить будущей европейской союзной армии оба вида важнейшего сырья, необходимого для любого военного организма».

    План Шумана направлен прежде всего на возрождение западногерманской военной промышленности и такое укрепление германского империализма, чтобы он, по словам депутата американского конгресса Пауля Шефера, «смог сыграть свою роль в пробе сил с Советским Союзом, которая рано или поздно неизбежно наступит» 63.

    Посредством плана Шумана должна быть создана международная монополистическая группа, самая большая и мощная из когда-либо существовавших.

    Особый интерес для характеристики плана Шумана представляют следующие два обстоятельства.

    1. К моменту провозглашения плана Шумана капиталистическому миру грозил циклический кризис, один из самых тяжелых, которые когда-либо имели место. Этот циклический кризис развивался в условиях общего кризиса капитализма, особенно обострившегося в результате двух мировых войн. Хотя план Маршалла несколько затормозил развитие кризиса, он в то же время способствовал дальнейшему обострению противоречий, лежащих в его основе. В начале 1950 г. повсеместно начали проявляться кризисные явления, особенно в маршаллизо-ванных странах. Французская сталелитейная промышленность, производившая в 1949 г. 763 тыс. т стали в среднем за месяц (в предвоенный 1938 г. она производила 518 тыс. г, а в 1937 г. — 660 тыс. т) и Достигшая в марте 1949 г. своего высшего послевоенного уровня (826 тыс. г), снизила в апреле 1950 г. производство стали до 699 тыс. т. Месячная продукция стали в первой половине 1950 г. составляла в среднем 693 тыс. т, что было на 70 тыс. т меньше, чем среднемесячное производство в 1949 г.64 Производство чугуна в апреле 1950 г. было на 14% ниже, чем в 1929 г. Из 176 доменных печей работала 91. Только за период с февраля по апрель 1950 г. прекратили работать 6 доменных печей. Учитывая эти обстоятельства, секция стали Экономической комиссии ООН для Европы предсказала, что в 1953 г. в Западной Европе окажется 8 млн. т избыточной стали, которая не сможет быть потреблена (и это в том случае, если производство в Западной Германии не превысит установленную для нее квоту в 11,1 млн. т.65).

    Расширение военного производства, особенно в США, в годы второй мировой войны привело к усилению диспропорции между двумя подразделениями общественного производства и их различными отраслями. В результате непрерывного абсолютного обнищания трудящихся до крайности обострилось противоречие между тенденцией к неограниченному расширению производства и растущим снижением покупательной способности масс, ограниченностью рынков во всех капиталистических странах. Чем больше политика маршаллизации разрушала экономику европейских капиталистических стран, тем больше проявлялись факторы, усиливающие кризисные явления, которые еще больше обострялись в результате распада единого мирового рынка. Капиталистическому миру грозила катастрофа. В то же время социалистический Советский Союз успешно выполнил послевоенный пятилетний план, восстановил народное хозяйство сильно пострадавших от войны западных райо-

    нов страны и значительно превзошел довоенный уровень производства. В странах народной демократии были выполнены первые перспективные планы, создана социалистическая промышленность, стали осуществляться социалистические преобразования и в сельском хозяйстве. Германская Демократическая Республика, возникшая в 1949 г., окрепла экономически и политически. Китайский народ после победы над иностранными империалистами и местной компрадорской буржуазией приступил к осуществлению земельной реформы также в центральных и южных районах страны, начал развивать собственную промышленность и преодолевать былую экономическую отсталость.

    2. В связи с этим (и это второе обстоятельство, очень важное для характеристики плана Шумана) Соединенные Штаты Америки перешли на данном этапе (июнь 1950 г.) от подготовки агрессии к ее осуществлению. Именно в это время они развязали войну в Корее, которая, как известно, вновь привела к расширению военного производства в капиталистических странах.

    План Шумана оказался определенно военным планом, планом подготовки войны.

    Империалисты по эту и ту сторону океана рассчитывают, что, развязав агрессивную войну против Советского Союза и всего миролюбивого человечества, они смогут избежать нового кризиса в капиталистической системе мирового хозяйства и под руководством Соединенных Штатов Америки восстановить систему капиталистической эксплуатации в странах мира, демократии и социализма.

    Экономическая комиссия ООН для Европы предвидела возможность перепроизводства стали. В связи с этим еще 16 мая 1950 г., за несколько дней до опубликования плана Шумана, американская газета «Ди нейе цейтунг» 66 писала относительно предполагаемого избытка стали в 8 млн. т следующее: «В случае конъюнктуры, благоприятной для вооружений, подобный избыток столь важного стратегического сырья можно бы считать ничтожным».

    В конце 1951 и в начале 1952 г. подобная ситуация действительно наступила. Вызванный началом агрессии

    6 Корее огромный разМах военного производства превра* тил избыток стали в острую нехватку ее. Эту нехватку во всех капиталистических странах ощутили в первую очередь отрасли промышленности, производящие предметы широкого потребления, но частично даже и военная промышленность. И это происходило в то самое время, когда только шесть стран — участниц плана Шумана производили около 230 млн. т угля и 37 млн. тстали.

    План Шумана означает — и это очень важно именно для оценки положения Франции — отказ от таких основных суверенных прав нации, как право распоряжаться собственным производством стали и добычей угля. Это право передается «наднациональному», иначе говоря, попирающему суверенитет нации, Верховному органу, действительными хозяевами которого являются американские империалисты.

    Поскольку план Шумана изымает у стран-участниц право распоряжаться тяжелой промышленностью и подчиняет эту промышленность гигантскому сверхкартелю, находящемуся под американским руководством, он наносит самый тяжелый удар по суверенитету этих стран.

    Профессор доктор К. Ф. Офюльс, министерский советник из Западной Германии и открытый сторонник плана Шумана, прямо заявил, что Верховный орган «не международный, а сверхнациональный и его полномочия имеют не только деловой характер, но и характер государственных суверенных прав».

    В данном случае один из адвокатов плана Шумана подчеркивает определенно космополитический характер этого объединения, грубо нарушающего основные права наций. В то же время Офюльс пытается отрицать, что план Шумана представляет большой «деловой» интерес для торговцев пушками, получающих высокие прибыли. Офюльс выступает в данном случае как защитник интересов германских империалистов.

    Французский капиталист Моннэ подтвердил, что принятие плана Шумана связано с дальнейшим отказом от национального суверенитета, заявив при парафировании плана: «План Шумана должен пробить брешь в национальном суверенитете».

    Согласно статье 9 договора о плане Шумана, руководство Европейским объединением угля и стали осуществляет Верховный орган, состоящий из девяти членов, «назначаемых на 6 лет исходя из их общей квалификации» К Иначе говоря, члены этого органа будут назначаться независимо от национальных парламентов и вопреки воле народов — как непосредственные уполномоченные крупных монополий. Полномочия этого органа намного превосходят полномочия правительств соответствующих стран. Их можно лишь сравнить с полномочиями, которыми обладали в Германии в период господства фашизма органы государственно-монополистического капитализма во время войны.

    Нет ни одного вопроса, связанного с горной промышленностью, от которой зависят все остальные отрасли, решение по которому не было бы оставлено за Верховным органом. В число этих вопросов входит: составление плана производства, потребления, экспорта и импорта; модернизация предприятий, перспективная ориентация производства и расширение производственных мощностей; регулирование рабочей силы; политика заработной платы; кредитная политика; инвестиции; цены; установление приоритета в вопросах потребления, установление фрахтовых ставок; таможенная политка в отношении угля и стали и т. д.

    Члены Верховного органа обладают дипломатическим иммунитетом, их бюро пользуются правом экстерриториальности. Они могут контролировать внешнюю торговлю стран-участниц углем и сталью и проверять выдачу лицензий на право превышать установленные квоты.

    План Шумана имеет целью помешать торговле углем и сталью между капиталистическими странами в случае, если это сырье может служить развитию гражданской промышленности. Одновременно он должен окончательно сорвать торговлю капиталистических стран с Советским Союзом, со странами народной демократии, с Германской Демократической Республикой. Даже «Дейче цей-тунг унд виртшафтсцейтунг» [буржуазная газета в Западной Германии. — Ред.] была потрясена тем, что Верховный орган имеет право «бойкотировать покупателей и вынуждать страны к совместным действиям против третьих стран, то есть практически вести торговую войну», что он, этот орган, «собственно говоря, имеет право на все».

    б Зак. 215. Р. Гутермут.    81


    «Общественность Европы и всего мира будет потрясена, если узнает о всей мощи этого чудовищного картеля», — писала газета.

    Верховный орган дает правительствам стран-участниц указания, которые те обязаны выполнять. Тем самым он превращается в истинное правительство этих стран, правительство, не ответственное ни перед каким парламентом, ни перед избирателями, ни перед одной демократической организацией. Согласно статье 9 договора о плане Шумана, члены Верховного органа при исполнении своих обязанностей «не обращаются за инструкциями и не руководствуются указаниями какого-либо правительства или органа» *.

    Такова новая форма проявления открытой террористической диктатуры монополий, отбросивших изношенную тогу буржуазного парламентаризма и буржуазной демократии. Такова новая форма проявления государственно-монополистического капитализма, при которой монополии не только подчиняют себе государственный аппарат, но и одновременно присваивают себе функции государственного аппарата в международном масштабе. Именно так обстоит дело и с Европейским объединением угля и стали, находящимся под руководством американских монополистов, причем немецкие империалисты, являясь главными союзниками американского империализма в Европе, занимают основные позиции, оттесняя французский империализм при помощи Уолл-стрита на второе место.

    Господствующие монополии шести стран — участниц плана Шумана, возглавляемые рурскими монополистами, образуют наднациональное правительство, отдающее распоряжения правительствам соответствующих стран. В статье 14 договора о плане Шумана ясно и четко написано:

    «Для выполнения возложенных на него задач Верховный орган принимает решения, вырабатывает рекомендации или дает заключения. Решения Верховного органа являются обязательными в полном объеме. Рекомендации являются обязательными в отношении целей, которые они ставят, но тем, для кого эти рекоме^ дации предназначены, предоставляется свобода выбора средств для достижения этих целей. Заключения не являются обязательными» К

    Тем самым Верховный орган превращается в решающий политический инструмент власти поджигателей войны в Западной Европе, в международную монополистическую организацию, узурпировавшую государственные функции и непосредственную правительственную власть над шестью странами — участницами пакта. Национальные правительства тоже действуют по поручению соответствующих господствующих монополистических групп, однако внешне они независимы от них. А Верховный орган, являющийся международной монополистической организацией, отбрасывает прочь эту маскировку. Международная монополия превращается в организацию государственного характера.

    В. И. Ленин указывал, что «Соединенные Штаты Европы при капитализме либо невозможны, либо реакционны» 67.

    Характер объединения шести государств в рамках плана Шумана, являющегося международной организацией государственно-монополистического капитализма, при помощи которой самые реакционные, разбойничьи и агрессивные представители американской, германской, а также и французской монополистической буржуазии намерены вести истребительную войну против социалистического Советского Союза, стран народной демократии и Германской Демократической Республики, дает новое блестящее подтверждение глубочайшей мудрости приведенных выше слов Ленина.

    Речь идет не только об объединении в международном масштабе производства железа, стали и угля. Железо и сталь — это исходные продукты современной промышленности. В результате развития крупной индустрии капитализм превратил эти виды сырья в основу экономики. Господствуя над этими видами сырья, Верховный орган обеспечивает за собой господство над всей экономической жизнью стран — участниц соглашения.

    Чтобы придать видимость законности этой открытой диктатуре воинствующих монополий, договор о плане Шумана предусматривает создание ряда других органов, которые, однако, не в состоянии ограничить всемогущество Верховного органа. В числе этих органов находятся: Консультативный комитет, состоящий из 30—40 представителей промышленников, покупателей и профсоюзов; Совет из представителей стран — участниц соглашения, который ведет непосредственные переговоры с Верховным органом; Ассамблея, состоящая из депутатов парламента отдельных стран (собирается один раз в год!) и Суд.

    Возможности влияния этих организаций на Верховный орган ограничиваются тем, что им предоставлено право вносить в Верховный орган предложения, а Верховный орган может их выслушивать!

    Формально план Шумана гарантирует «равноправие», по крайней мере, трем основным участникам этого соглашения, имеющим одинаковое представительство в Верховном органе. Франция, Италия и Западная Германия направляют в Верховный орган по два представителя каждая, Бельгия, Голландия и Люксембург — по одному. В действительности же план Шумана представляет собой не что иное, как план восстановления господствующих позиций германского империализма под общим руководством Соединенных Штатов Америки, план развязывания агрессивной войны против Германской Демократической Республики, стран народной демократии и Советского Союза.

    Европейское объединение угля и стали, созданное по плану Шумана, находится под непосредственным руководством германских империалистов — главных союзников американского империализма в Европе. Цель создания этого объединения — осуществление американских планов мирового господства и разбойничьих притязаний германских монополистов. План Шумана призван удовлетворить давнишние стремления германских монополистов установить свое господство над тяжелой промышленностью Западной Европы и тем самым над всей ее экономикой. Это те самые притязания германских империалистов, которые им не удалось удовлетворить ни в результате первой и второй мировых аойн, ни в результате создания международных монополий в период между двумя войнами (международный стальной картель, международный рельсовый картель и т. д.).

    «Прикрываясь лозунгом «объединенной Европы», германский империализм в соответствии с планами Соединенных Штатов Америки стремится осуществить экономическое руководство западноевропейскими государствами, в первую очередь Францией, Бельгией и Голландией» К Поэтому «возрождение германского империализма как главной империалистической силы в Европе... означает в то же время огромную опасность для соседей Германии, в первую очередь для Франции, Бельгии, Голландии, Дании и Австрии» 68.

    Вместе с углем и сталью Западная Германия приносит в Европейское объединение угля и стали свое превосходство над конкурентами, в том числе над Францией, почти во всех областях. Например, она превосходит своих конкурентов по количеству и качеству продукции, по производственной мощности, техническому уровню, уровню цен и заработной платы, организации и концентрации производства, а также, и это в первую очередь, в отношении опыта ограбления рабочих, организации фашистского террора и агрессии на Восток.

    Даже по чисто количественным показателям Западная Германия превосходит остальные страны во всех решающих отраслях производства, за исключением добычи железной руды (см. табл. 3).

    Больше половины производства каменного угля и кокса приходится на Западную Германию69. Она производит больше чем треть чугуна, стали-сырца и проката. Только в отношении добычи железной руды на ее долю приходится «лишь» около четверти общей добычи стран — участниц плана Шумана. Правда,

    Производство в странах — участницах плана Шумана

    Страны

    Каменный уголь, 1951 г.

    Кокс, 1950 г.

    Железная руда, 1950 г.

    Чугун, 1951 г.

    Сталь-сырец, 1951 г.

    Готовые изделия из проката, 1950 г.

       

    в т ы с.

    Т

         

    Западная Герма

               

    ния .....

    118 600

    27 300

    10 883

    10 692

    13 500

    8 166

    Франция ....

    53 ООО

    7 000

    29 983

    8 748

    9 828

    5 954

    Саар......

    16 100

    3 200

    2 364

    2 604

    1345

    Италия.....

    1 167

    1 500

    483

    1 044

    3 048

    1922

    Бельгия ....

    29 650

    4 600

    46

    4 848

    5 076

    2 953

    Люксембург . .

    3 845

    3 156

    3 072

    1697

    Голландия . . .

    12410

    2 800

    528

    552

    342

     

    в процентах70

         

    Западная Герма

               

    ния .....

    51,4

    58,8

    24,1

    34,1

    35,8

    36,5

    Франция ....

    23,0

    15,1

    66,3

    27,8

    26,1

    26,6

    Саар......

    7,0

    6,9

    7,5

    6,9

    6,0

    Италия.....

    0,6

    3,2

    1,1

    3,3

    8,1

    8,6

    Бельгия ....

    12,8

    9,9

    0,1

    15,4

    13,5

    13,2

    Люксембург . .

    8,5

    10,1

    8,1

    7,6

    Г олландия . . .

    5,4

    6,0

    1,7

    1,5

    1,5

    1 Отклонение от

    100 при сложении отдельных

    частных цифр объясняется

    округлением десятых.

               

    Источники: „Der Auflenhandel", N 1,

    1952, S. 14 ff; „Stemkohle’iforderung

    der kapitalistischen Lander", „Auflenhandelsnachrichten", N 40, 1952; „Rohstahl" —

    bzw. „Roheisenerzeugung der Schumanplfli Lander, Grofibritannies und der USA",

    „AuBenhandelsnachriclTen", N 78, 27 September 1952.

         

    эта руда бедна железом (содержание железа во французской руде составляет 33—35%) 1. Франция добывает около двух третей всей железной руды, однако ее металлургическая промышленность значительно отстает от западногерманской. Она особенно зависит от поставок угля и кокса из Рура, поскольку французская угольная промышленность начиная с 1929 г. практически не развивается, а в качественном отношении не может удовлетворить потребностей металлургической промышленности, несмотря на успешное разрешение в промышленных масштабах проблемы получения кокса из низкокачественного угля (см. табл. 4—9).

    Хотя уже в 1950 г. Западная Германия обладала бесспорным промышленным перевесом, изучение развития производства в странах — участницах плана Шумана в период с 1945 до 1951 г. и сравнение уровня производства с довоенным уровнем показывают, что Западная Германия имеет дополнительные резервы, что, несмотря на предъявленные ею требования новых инвестиций, она может пустить в ход еще значительные мощности.

    Относительные данные показывают, что доля Западной Германии непрерывно растет и что этот рост продолжается до самого последнего времени. В то же время в 1951 г. еще не был достигнут довоенный уровень, что говорит о неиспользованных резервах.

    Следует указать на увеличение доли Саара, что свидетельствует о растущем ограблении этой области французскими монополиями и усиливающейся эксплуатации саарских горняков К

    Хотя Франция среди стран — участниц плана Шумана обладает абсолютным превосходством в области добычи железной руды, однако приведенные цифры ясно показывают относительное и абсолютное увеличение добычи железной руды в Западной Германии и в то же время абсолютное и относительное уменьшение добычи железной руды по сравнению с довоенным временем во всех странах — участницах плана Шумана, в первую очередь во Франции.

    Неиспользованные мощности, имеющиеся еще у германского империализма, особенно ясно видны при изучении данных о производстве железа, стали и проката.

    Добыча каменного угля

    Год

    Западная

    Германия

    Фран

    ция

    Саар

    Италия

    Бельгия

    Люк-

    сембург

    Гол

    ландия

     

    В

    М Л н. т

           

    1936 ......

    116,4

    45,6

    12,0

    1,2

    27,6

    13,2

    1938 ......

    136,8

    46,8

    14,4

    1,2

    30,0

    13,2

    1946 ......

    54,0

    46,8

    8,4

    1,2

    22,8

    8,4

    1947 ......

    71,1

    45,2

    10,5

    1,4

    24,4

    10,1

    1948 ......

    87,0

    43,3

    12,6

    1,0

    26,7

    11,0

    1949 ......

    103,2

    51,2

    14,3

    1,1

    27,9

    11,7

    1950 ......

    110,8

    50,8

    15,1

    1,2

    27,3

    12,2

    1951......

    118,6

    53,0

    16,1

    1,2

    29,7

    12,4

     

    в процентах

         

    1936 ......

    53,9

    21,1

    5,6

    0,6

    12,8

    6,1

    1938 ......

    56,4

    19,3

    5,9

    0,5

    12,4

    5,4

    1946 ......

    38,1

    33,0

    5,9

    0,8

    16,1

    5,9

    1947 ......

    43,7

    27,8

    6,7

    0,9

    15,0

    6,2

    1948 ......

    47,9

    23,8

    6,9

    0,6

    14,7

    6,1

    1949 ......

    49,3

    24,4

    6,8

    0,5

    13,3

    5,6

    1950 ......

    51,0

    23,4

    7,0

    0,5

    12,6

    5,6

    1951......

    51,4

    23,0

    7,0

    0,6

    12,8

    5,4

    Источники:

    Die Eisen —

    und Stahlindustrie, «Statistische Uierteljahers-

    hefte», herausgegeben vom Statistischen Bmdesamt, zitiert bei «Der Aufienhandel»,

    N 1, 1952, S. 14 ff.; цифры о добыче угля в 1951

    г. взяты

    из «Aufienhandelsnach-

    richtei», N 40, 1952.

                 

    Производство кокса    Таблица    5

    (обычного и металлургического)

     

    Год |

    Западная

    Германия

    Фран

    ция

    Саар |

    Италия

    Бельгия

    Люк

    сембург

    Гол

    ландия

       

    В

    1 МЛН.

    Т

           

    1936

     

    30,0

    7,2

    2,4

    1,2

    4,8

    3,6

    1938

     

    37,2

    7,2

    2,4

    1,2

    4,8

    3,6

    1946

     

    9,6

    4,8

    1,2

    0,0

    3,6

    1,2

    1947

     

    14,0

    6,0

    1,9

    1,0

    4,7

    1,8

    1948

    ......

    20,3

    6,1

    2,7

    1,3

    5,5

    2,2

    1949

     

    25,1

    6,8

    3,3

    1,5

    5,0

    2,5

    1950

     

    27,3

    7,0

    3,2

    1,5

    4,6

    2,8

    1951

    (январь —

                 

    сентябрь) . . .

    24,8

    6,1

    2,7

    1,6

    4,2

    2,1

       

    в п

    р о ц е

    н т а

    X

         

    1936

     

    61,0

    14,6

    5,0

    2,4

    9,8

    7,3

    1938

     

    66,0

    12,8

    4,3

    2,1

    8,9

    _

    6,4

    1946

    ......

    47,1

    23,5

    5,9

    0,0

    17,6

    5,9

    1947

     

    47,3

    20,4

    6,5

    3,4

    16,0

    6,1

    1948

     

    53,3

    16,0

    7,1

    3,4

    14,4

    5,8

    1949

     

    56,8

    15,4

    7,5

    3,4

    11,3

    5,7

    1950

    ......

    58,8

    15,1

    6,9

    3,2

    9,9

    _

    6,0

    1951

    (до сентября)

    59,8

    14,7

    6,5

    3,9

    10,1

    Источники те же

    , что и к табл. 4.

             

    Добыча железной руды

    Год

    Западная

    Германия

    Фран

    ция

    Саар

    Италия

    Бельгия

    Люк

    сембург

    Гол

    ландия

     

    В ТЫС.

    Т

           

    1936 ......

    7 068

    33 300

    828

    192

    4 896

    1938 ......

    10 800

    33 150

    996

    180

    5 136

    1946 ......

    3 876

    16 224

    132

    48

    2 244

    1947 ......

    4 444

    18 699

    226

    61

    1992

    1948 ......

    7 275

    23 009

    543

    91

    3 399

    1949 ......

    9 112

    31410

    521

    42

    4 150

    1950 ......

    10 883

    29 983

    483

    46

    3 845

    1951 (январь—

                 

    сентябрь). . .

    9511

    25793

    345

    51

    3 768

     

    в процента:

    к

         

    1936 ......

    15,3

    71,9

    _

    1,8

    0,4

    10,6

    _

    1938 ......

    21,5

    66,0

    2,0

    0,3

    10,2

    1946 ......

    17,2

    72,0

    0,6

    0,2

    9,9

    1947 ......

    17,5

    73,6

    0,9

    0,2

    7,8

    1948 ......

    21,3

    67,1

    1,6

    0,3

    9,9

    1949 ......

    20,1

    69,4

    1,2

    0,1

    9,2

    1950 ......

    24,1

    66,3

    1,1

    0,1

    8,5

    1951 (январь —

                 

    сентябрь) . . .

    24,1

    65,3

    0,9

    0,1

    9,5

     

    Производство чугуна

     

    Таблица 7

    Год

    Западная

    Фран

    Саар

    Италия

    Бельгия

    Люк

    Гол

     

    Германия

    ция

         

    сембург

    ландия

     

    В ТЫС. т

           

    1936 ......

    12900

    6 228

    2160

    804

    3 156

    1992

    288

    1938 ......

    15 176

    6012

    2 410

    928

    2 426

    1551

    276

    1946 ......

    2 083

    3 444

    246

    205

    2161

    1365

    187

    1947 ......

    2 264

    4 886

    633

    386

    2 820

    1818

    288

    1948 ......

    4 663

    6 559

    1 134

    526

    3 943

    2 627

    442

    1949 ......

    7 140

    8 345

    1581

    444

    3 745

    2 372

    421

    1950 ......

    9 473

    7 761

    1684

    573

    3 694

    2 499

    454

    1951......

    10 692

    8 745

    2 364

    1044

    4 848

    3 156

    528

     

    в процентах

         

    1936 ......

    46,9

    22,6

    7,8

    2,9

    11,5

    7,2

    1,5

    1938 ......

    52,7

    20,9

    8,3

    3,2

    8,4

    5,4

    1,0

    1946 ......

    21,5

    35,5

    2,5

    2,1

    22,3

    14,1

    1,9

    1947 ......

    17,1

    37,3

    5,0

    2,9

    21,5

    13,9

    2,2

    1948 ......

    23,4

    33,0

    5,7

    2,6

    19,8

    13,2

    2,2

    1949 ......

    29,7

    34,7

    6,6

    1,8

    15,6

    9,9

    1,8

    1950 ......

    36,2

    29,7

    6,4

    2,2

    14,1

    9,6

    1,7

    1951......

    34,1

    27,8

    7,5

    3,3

    15,4

    10,1

    1,7

    Источник: «AuBenhandelsnachrichten», N 78, 1952.

       

    Производство стали-сырца

    Год

    Западная

    Германия

    Фран- I ция |

    Саар

    Италия

    Бельгия

    Люк

    сембург

    Гол

    ландия

     

    В ТЫС.

    ■ Т

           

    1936 ......

    14 832

    6 708

    1320

    2124

    3 168

    1980

    _

    1938 ......

    17 902

    6 221

    2 557

    2 323

    2 279

    1 437

    32

    1946 ......

    2 551

    4 408

    291

    1 153

    2 297

    1 294

    140

    1947 ......

    3 060

    5 733

    708

    1 691

    2 885

    1713

    204

    1948 ......

    5 561

    7 236

    1 228

    2 125

    3917

    2 454

    342

    1949 ......

    9 157

    9 152

    1757

    2 055

    3 849

    2 275

    437

    1950 ......

    12 121

    8 652

    1 899

    2 343

    3 769

    2 451

    490

    1951......

    13 500

    9 828

    2 604

    3 048

    5 076

    3 072

    552

     

    в п

    р о ц е

    н т а

    X

         

    1936 ......

    49,2

    22,4

    4,4

    7,0

    10,5

    6,6

    _

    1938 ......

    54,7

    19,0

    7,8

    7,1

    7,0

    4,4

    0,1

    1946 ......

    21,0

    36,3

    2,4

    9,5

    18,9

    10,7

    1,2

    1947 ......

    19,1

    35,8

    4,4

    10,6

    18,0

    10,7

    1,3

    1948 ......

    24,3

    31,7

    5,4

    9,3

    17,1

    10,7

    1,5

    1949 ......

    31,9

    31,9

    6,1

    7,2

    13,4

    7,9

    1,6

    1950 ......

    38,2

    27,3

    6,0

    7,4

    11,9

    7,7

    1,5

    1951......

    33,8

    26,1

    6,9

    8,1

    13,5

    8,1

    1,5

    Источник: «

    Auflenhandelsnachrichten»,

    N 78, 1952.

       

    Производство готовых изделий из проката ^а^Лпи»а 9

    Год

    Западная

    Германия

    Фран

    ция

    Саар

    Италия

    Бельгия

    Люк

    сембург

    Гол

    ландия

     

    в

    1 ТЫС.

    Т

           

    1936 ......

    9 864

    4512

    1764

    1716

    2 508

    1 284

    1938 ......

    11724

    4 116

    1920

    1740

    1800

    1 032

    48

    1946 ......

    1968

    3 036

    192

    900

    1 872

    936

    82

    1947 ......

    2 161

    4 062

    452

    1284

    2 387

    1 214

    154

    1948 ......

    3 720

    5 131

    819

    1529

    3 100

    1 628

    237

    1949 ......

    6 339

    6 176

    1219

    1 627

    3 042

    1 482

    298

    1950 ......

    8 166

    5 954

    1345

    1 922

    2 953

    1697

    342

    1951 (январь —

                 

    сентябрь). . .

    6 872

    5 140

    1337

    1797

    2814

    1 673

    315

     

    в процентах

         

    1936 ......

    45,6

    20,8

    8,1

    7,9

    11,6

    5,9

    1938 ......

    52,4

    18,4

    8,6

    7,8

    8,0

    4,6

    0,2

    1946 ......

    21,9

    33,8

    2,1

    10,0

    20,8

    10,4

    0,9

    1947 ......

    18,5

    34,7

    3,9

    11,0

    20,4

    10,4

    1,3

    1948 ......

    23,0

    31,7

    5,1

    9,5

    19,2

    10,1

    1,5

    1949 ......

    31,4

    30,6

    6,0

    8,1

    15,1

    7,3

    1,5

    1950 ......

    36,3

    26,6

    6,0

    8,6

    13,2

    7,6

    1,5

    1951 (январь —

                 

    сентябрь). . .

    34,5

    25,8

    6,7

    9,0

    14,1

    8,4

    1,6

    Нынешняя мощность западногерманской сталеплавильной промышленности оценивается в 17 млн. т. В 1951 г. производство стали в Западной Германии составляло 13,5 млн. т. Это означает, что в действие могут быть введены значительные мощности без больших инвестиций. Такими резервами не обладает французская металлургическая промышленность, несмотря на построенные на американские средства огромные заводы, принадлежащие трестам «СОЛЛАК» и «ЮЗИНОР».

    С вступлением в силу договора о плане Шумана в июле 1952 г. было отменено предусмотренное промышленным планом для Германии ограничение производства стали до 11,1 млн. т. Еще раньше законом № 61 верховные комиссары [США, Англии и Франции в Западной Германии. — Ред.] разрешили производство стали сверх этой нормы. При этом следует специально отметить, что продукция, превышающая уровень в 11,1 млн. г, была предназначена для целей «совместной обороны», иначе говоря, для подготовки агрессии.

    Сверх этого западногерманские монополисты намерены значительно увеличить мощность металлургической промышленности. Поговаривают уже о производстве 21 млн. т стали в год. Это, правда, вызовет энергичное сопротивление со стороны других стран — участниц плана Шумана, в первую очередь Франции. Однако это полностью соответствует американским планам. Так, руководитель Управления взаимного обеспечения безопасности Гаррис заявил, что «производство стали в Германии не позднее чем через год после отмены ограничений и вступления в силу плана Шумана повысится до 19—20 млн. т» К

    Еще в рамках плана Маршалла магнаты западногерманской промышленности получили значительные средства в целях ее реконструкции. Комитет Гарримана, созданный для подготовки плана Маршалла, писал в своем отчете в ноябре 1947 г.: «Ни одна часть экономической помощи, испрашиваемой государствами, представленными в Комитете европейского экономического сотрудничества, не имеет такого крупного, решающего значения, как та, которая должна послужить оздоровлению промышленности, сельского хозяйства и транспорта Германии» К

    Судя по откликам американской печати, «главным» в плане Маршалла была «концентрация всех западноевропейских стран вокруг восстановленного Рурского промышленного центра» 71.

    Еще до вступления в действие плана Маршалла Европейский платежный союз осуществлял дополнительное частичное финансирование западногерманской военной промышленности. Уже в первые три месяца своего существования он предоставил заправилам западногерманской промышленности, в первую очередь рурской промышленности, больше кредитов, чем всем остальным участникам союза вместе взятым 72.

    В этом отношении очень характерно совещание по вопросам угледобычи, проведенное в конце 1951 г. Советом Европейского объединения угля и стали. На этом совещании была предпринята попытка «планирования» производства угля в странах — участницах плана Шумана, а также в Англии путем «рекомендаций» соответствующим правительствам. Согласно . этим «рекомендациям», Западная Германия должна увеличить добычу угля в большей степени, чем другие страны, за исключением Италии, добывающей незначительное количество угля. Западная Германия должна была также получить наиболее крупные ассигнования для осуществления инвестиции (см. табл. 10 и 11).

    Таким образом, разгромленный во второй мировой войне германский империализм спустя несколько лет после своего полного поражения, опираясь на план Шумана и создаваемое «европейское оборонительное сообщество», пытается при помощи американских империалистов захватить руководящие позиции в Западной Европе.

    Германские монополисты выдвигают требования о строительстве военных заводов в Западной Европе и в Северной Африке. Один из самых влиятельных экономистов

    Предполагаемая добыча угля в 1956 г.

    Страны

    В млн. Т

    В о'о по отношению к 1951 г.

    Великобритания .........

    238,0

    106,0

    Западная Германия ........

    150,0

    126,5

    Франция.............

    61,6

    112,8

    Саар...............

    19,0

    118,8

    Бельгия .............

    34,0

    118,5

    Г олландия............

    13,0

    104,8

    Италия..............

    3,0

    273,0

    Источник: «Aufienhandelsnachrichten», N 7, 23 Januar 1952.

    Таблица 11

    Предполагаемые размеры инвестиций на период до 1956 г.

    (в мдн. долл.)

    Страны

    Финансирование из собственных средств

    Другие источники 73

    Всего

    Великобритания . . .

    365

    180

    545

    Западная Германия . .

    340

    535

    875

    Франция .......

    350

    105

    455

    Бельгия .......

    135

    100

    235

    Саар ..........

    70

    30

    100

    1 «Другие источники» —это, видимо, американские доллары.

     

    Западной Германии фашистский генерал и специалист по военной экономике «профессор» Курт Гессе в своем меморандуме рекомендовал «восстанавливать здесь [в Западной Германии. — Р. Г.] военную промышленность только в ограниченных масштабах и перенести дальнейшее строительство на левый берег Рейна, а также в

    пограничные с Бельгией и Голландией районы. Кроме того, следует учитывать создание военной промышленности в Западной Европе и в Северной Африке с участием немецкого капитала, немецких специалистов и с использованием немецкого материала» К

    Выходящая по английской лицензии в Западной Германии газета ’ «Вельт ам зонтаг» сообщала в начале 1950 г.: «В настоящее время боннские учреждения изучают возможности строительства немецких военных предприятий в Северной Африке или в других районах «черного континента». Эти планы связаны с намерением перенести важнейшие центры военного производства для создаваемого «европейского оборонительного сообщества» из зоны непосредственной опасности в безопасные в военном отношении районы. Как сообщают из дипломатических кругов в Лиссабоне, федеральный канцлер заверил западные державы, что федеральное правительство откажется от строительства предприятий определенных отраслей военной промышленности, чтобы в случае войны они не попали в руки Советов.

    Создание немецкой военной промышленности вне сферы досягаемости советских войск... способствовало бы безопасности необходимых капиталовложений... На заводах «новой Рурской * области», которая могла бы быть создана, например, в горах Атлас, могут впоследствии производиться и тяжелые танки, и крупнокалиберные пушки, и другое оружие» 74.

    С этой целью в Мюнхене уже создано специальное общество по финансированию и инвестициям «Индуфина», которое вступило в деловое сотрудничество с французским обществом «Сосьете д’этюд пур л’экипман миньер э эндюстриелль», а также установило связь с обществом «Сосьете эропеен эндюстриелль пур ле Марок» с целью привлечь его к участию в фирме75. Еще в 1951 г. заместитель премьер-министра Германской Демократической Республики Вальтер Ульбрихт указывал, что «в настоящее время в Северной Африке работают около 400 западно-германских инженеров. Они осуществляют задачи, связанные с инвестициями, в которых принимает участие германский финансовый капитал» *.

    Западногерманские монополисты доминируют не только в отношении количества продукции, но и превосходят своих партнеров, в том числе и Францию, в отношении качества продукции, уровня цен, заработной платы [наличие более дешевой, чем во Франции, рабочей силы. — Ред.] и т. д. Правда, Франции удалось после войны развернуть в Альпах в довольно больших масштабах производство высококачественных сталей, но, тем не менее, она значительно отстает от Западной Германии.

    Уголь Западной Германии на 30—40% дешевле, чем французский. Западногерманская сталь на 10% дешевле, чем французская 76. Производство стального проката в Северной Франции дороже производства проката в Руре на 17%, в Лотарингии — на 13%, а в Бельгии — на 16% 77. Одна из причин этого — значительно более низкий уровень заработной платы в Западной Германии. В 1949 г. считалось, что французские и саарские цены на железо и сталь были даже на 25% выше, чем цены на железо и сталь из Западной Германии78.

    Рурские промышленники используют это положение для того, чтобы извлекать исключительно большие прибыли путем установления высоких экспортных цен. В начале 1950 г. во время переговоров о заключении торгового соглашения [между Францией и Западной Германией. — Ред.] вопрос о ценах на уголь играл, между прочим, значительную роль, поскольку Франция зависит от поставок большого количества рурского угля79. Французские представители добились уменьшения экспортных цен па уголь на 2,18 западногерманских марок за тонну. Этот убыток немецкие угольные промышленники компенсировали путем соответствующего повышения цен внутри страны.

    На основании торгового соглашения, заключенного Ь 1950 г., были установлены следующие цены (в марках за тонну):

    Таблица 12

     

    Для Франции

    Для Западной Германии

    Антрацит.........

    44,80

    39,00

    Высококачественный кокс .

    44,30

    32,30

    Металлургический кокс . .

    45,80

    42,00

    Еще до появления проекта плана Шумана германским монополистам удалось финансировать расширение германской тяжелой промышленности путем этого «демпинга наоборот», в том числе и за счет Франции. Вместо того чтобы Западная Германия платила репарации Франции, практически Франция платила их Западной Германии.

    Согласно . официальному заявлению французского министра иностранных дел, в 1949 г. «превышение доходов, получаемых немецкими угольными предприятиями в результате экспорта во Францию, по сравнению с доходами, получаемыми ими в результате продажи соответствующего количества угля на немецком внутреннем рынке, составляет около 42 млн. западногерманских марок, или 3,5 млрд. фр.».

    Именно поэтому французские предприниматели, представлявшие тяжелую промышленность, при переговорах о плане Шумана требовали создания фонда выравнивания цен, в который германские монополисты вносили бы эти дополнительные прибыли.

    Кроме того, уровень монополизации германской тяжелой промышленности превосходит уровень всех других стран — участниц плана Шумана. Под прикрытием так называемой «декартелизации», при помощи которой западные державы обещали выполнить постановления Потсдамского соглашения, важнейшие ге;рманские монополистические группы при активном участии американского и английского финансового капитала были реорганизованы в соответствии с планами, разработанными немецкими монополистами частично еще во время войны.

    26 так называемых «основных Стальных обществ», созданных в результате «декартелизации», в действительности объединены в единую монополистическую организацию, контролирующую около 86% производства стали в Руре.

    Чтобы ослабить западногерманских монополистов и обеспечить себе максимальную капиталистическую прибыль, французские представители [в Верховном органе Европейского объединения угля и стали. — Ред.]потребовали ликвидации системы так называемой комбинированной экономики, то есть объединения добычи угля, металлургического и прокатного производства в одних руках. Они потребовали также роспуска Центрального германского объединения по продаже угля. Иначе говоря, они хотели ликвидировать два основных фактора, особо укрепляющих позиции германской промышленности. Представителям Западной Германии удалось на первых порах отложить этот вопрос, то есть фактически добиться сохранения системы комбинированной экономики и Центрального германского объединения по продаже угля — наследника Рейнско-Вестфальского угольного синдиката. Однако, когда французский парламент сделал вопрос о роспуске Центрального германского объединения по продаже угля условием ратификации плана Шумана, Соединенные Штаты Америки в интересах реализации своих агрессивных планов пошли на уступки и дали распоряжение верховным комиссарам в Западной Германии «распустить это объединение. Рурские монополисты заявили категорический протест против этого распоряжения, немедленно договорились о «добровольном сотрудничестве» и заявили, что до 31 марта 1953 г. они ни с кем не будут заключать контрактов относительно сбыта своего угля.

    США вновь уступили и разрешили существование Центрального германского объединения по продаже угля до 1 апреля 1953 г. Спор был перенесен в Верховный орган этой «солидной организации»... В начале 1952 г. западногерманским монополистам при помощи руководства западногерманских профсоюзов удалось добиться создания должности комиссара по вопросам угля, являющегося руководителем Угольного управления, а также Угольного совета и специальной организации по сбыту угля («Гемейншафтсфервальтунг,

    7 Зак. 215. Р. Гутермут    97 г.м.б.х.»). Угольный совет придан Угольному управлению в качестве совещательного органа, а «Гемейншафтсфер-вальтунг, г.м.б.х.» вместе с шестью подчиненными ей группами по сбыту осуществляет все сделки по продаже угля.

    Таким образом, централизованная продажа угля — одно из основных орудий западногерманских монополистов тяжелой промышленности — продолжается. Мало того, организация западногерманских монополистов тяжелой промышленности по централизованной продаже угля выполняет одновременно функции государственного характера: она не только получает разрешения от государственного аппарата, но и сама представляет государственную власть, укрепляя тем самым превосходство западногерманского империализма в Европейском объединении угля и стали.

    План Шумана фактически обеспечивает западногерманским монополиям полную свободу действий в рамках американских военных планов и позволяет им, опираясь на свою промышленную мощь и силу монополистических организаций, а также на помощь американских империалистов, добиться руководящей роли в этом арсенале поджигателей войны. План Шумана означает отмену всех ограничений, которые были наложены на западногерманские монополии тяжелой промышленности, когда предпринимались попытки создать видимость выполнения Потсдамского соглашения.

    Французское агентство «Ажанс экономик э финан-сьер» показало, какие требования рурских магнатов предположительно будут выполнены в результате принятия плана Шумана:    1) отмена Рурского статута,

    2) роспуск Рурского органа, 3) отмена осуществляемого союзниками [США, Англией и Францией. — Ред.] контроля над производством угля, 4) отмена контроля союзников над производством стали, 5) отмена права Рурского органа определять контингенты экспорта угля, 6) отмена права Рурского органа препятствовать осуществлению немцами дискриминационных мер, 7) отмена ограничений производства стали, 8) отмена ограничений мощности предприятий, производящих сталь-сырец, 9) отмена права оккупационных властей устанавливать цены на экспортируемый уголь, 10) ликвидация контроля союзников над инвестициями в угольной и сталелитейной промышленное! и, 11) отмена вмешательства союзников в вопросы декартелизации, 12) отмена конфискации шахт и металлургических заводов, произведенной оккупационными властями.

    Все эти требования выполнил план Шумана. На Парижской конференции министров иностранных дел Франции, Италии, Западной Германии и стран Бенилюкса были отменены все ограничения производства стали в Западной Германии. Было также сообщено о роспуске Рурского органа и передаче всех его функций Верховному органу.

    Однако западногерманские монополисты могут осуществлять свою гегемонию только потому, что американские империалисты превратили их в своего основного союзника в Европе.

    «Новым для положения Западной Германии является то, что в результате соглашения на основе плана Шумана между американскими и германскими империалистами, а также соглашения между боннским правительством и представителями правительства США стало совершенно ясным, что американский империализм превращает германский империализм в своего основного союзника в Европе...» (Курсив автора.) 80

    Создание «европейской армии» является не чем иным, как космополитической маскировкой возрождения агрессивной германской военной машины, которая под руководством Соединенных Штатов должна играть доминирующую роль в этой «европейской армии».

    «Учитывая исключительно разбойничий и агрессивный характер германского милитаризма, его реакционные и фашистские традиции, американские, английские и французские оккупанты видят в нем наиболее подходящее орудие осуществления своих планов развязывания преступной войны. Они рассматривают его как опытного партнера по установлению военной диктатуры в Западной Германии и как надежного помощника в деле подавления патриотического сопротивления других народов» 81.

    Еще в ноябре 1949 г. американский сенатор Эльм ер Томас писал в газете «Нью-Йорк тайме»: «Германия была великой военной державой. Немцы — хорошие вояки. Если Соединенные Штаты вновь будут втянуты в войну, нам потребуются солдаты. В этой войне мы хотим иметь немцев на своей стороне».

    Для Франции возрождение германского милитаризма означает не только восстановление военной мощи агрессивного империалистического разбойника на своих восточных границах, но и одновременно возрождение его притязаний на важнейшие районы Восточной Франции, где расположена ее тяжелая промышленность. Боннский министр по «общегерманским» вопросам Кайзер на съезде австрийской народной партии в Зальцбурге 2 хмарта 1952 г. нагло «требовал» наряду с аншлюссом Австрии присоединения к Западной Германии районов Швейцарии, в которых население говорит на немецком языке, а также Эльзас-Лотарингии.

    «Подлинная Европа может быть создана только тогда, когда будет восстановлено немецкое единство. Это единство охватывает — я напомню вам об этом, — кроме Германии, также Австрию, часть Швейцарии, Саар и Эльзас-Лотарингию» К

    Пусть знает господин Кайзер, что не только австрийцы, но и французы с возмущением и ненавистью вспоминают об этой Европе.

    Американская политика, грубо попирающая международное право, поставила французских империалистов перед дилеммой: либо согласиться с германской гегемонией и, по крайней мере, в качестве третьестепенной державы принять участие в подготовке и осуществлении агрессии против лагеря мира, демократии и социализма, либо, несмотря на общность интересов со своими американскими и германскими собратьями в деле организации агрессии и подавления народного движения в собственной стране, объявить решительную борьбу более сильным империалистическим державам.

    План Шумана вступил в силу в результате длительных переговоров спустя более двух лет после опубликования проекта плана. Западногерманские империалисты грозили, что поставят ратификацию договора в зависимость от разрешения оккупационных властей на расширение металлургических заводов «Август—Тиссен-хютте» и бывших имперских заводов Ватенштедт — Зальцгиттер. В свою очередь, французские стальные тресты грозили, что Франция не ратифицирует план Шумана, если Западной Германии разрешат использовать завод «Август—Тиссен-хютте», мощность которого— 1,5 млн. т стали и 800 тыс. т проката в год82.

    Правда, этот спор был разрешен в Организации европейского экономического сотрудничества не в пользу рурских монополий (Англия в этом вопросе выступила против притязаний Западной Германии). Однако рурские монополии в настоящее время рассчитывают добиться своего в Верховном органе, поскольку они уже обеспечили себе поддержку Бельгии, в то время как Англия не участвует в Европейском объединении угля и стали.

    План Шумана и план Плевена не только вновь открыто возродили традиционные противоречия между германским и французским империализмом, но усложнили и усилили эти противоречия, вступившие в новую фазу. В руках американского режиссера Саар был превращен в основной объект спора между германским и французским империализмом, пытающимся окончательно оторвать Саар от Германии под предлогом его «европеизации».

    Таким образом, обостряется борьба между Западной Германией и Францией из-за конкуренции капиталистов этих стран в так называемом Европейском объединении угля и стали, обостряется также конфликт между ними и из-за Саара.

    Ни поддержка германских монополий американским империализмом, ни материальное превосходство Западной Германии не могут смягчить или устранить эти противоречия. Все это лишь обостряет их, особенно в связи с растущими притязаниями и все большей агрессивностью германского империализма по отношению к своим партнерам. Так, например, один из влиятельнейших представителей западногерманского монополистического капитала Гюнтер Генле заявил на собрании рурских промышленников:

    «Любая страна, принимающая участие в плане Шумана, разумеется, обеспокоена неприятным вопросом: не вынуждена ли буду я приносить жертвы в пользу других? Однако одно совершенно ясно — наш вес в будущем Европейском объединении угля и стали достаточно велик для того, чтобы нам эта организация не принесла никакого ущерба»'.

    Поскольку господствующие круги французской империалистической буржуазии ведут ожесточенную борьбу за сохранение собственных позиций против германской гегемонии в Европейском объединении угля и стали, в широких кругах французской буржуазии, не забывших еще о «новом порядке» Гитлера, все чаще раздаются трезвые голоса. Стремление обеспечить максимальную капиталистическую прибыль вынуждает определенные группы французского финансового капитала все в большей степени выступать против американской политики завоевания мирового господства, а также против разбойничьих притязаний западногерманских монополий.

    Председатель комиссии по иностранным делам Национального собрания Франции высказался против ратификации договора о «европейском оборонительном сообществе» и потребовал созыва конференции четырех великих держав для мирного разрешения германского вопроса. В начале 1953 г. подобное же требование выдвинула влиятельная буржуазная газета «Монд», представляющая определенные круги французской буржуазии. Сильное беспокойство возникло и во французской армии, которая стоит под угрозой полностью потерять свой национальный характер и войти в состав европейской армии. Газета «Монд» писала об этом следующее: «В высших сферах французской армии, бесспорно, существует возрастающее беспокойство относительно перспектив оборонительного сообщества. Некоторые отмечают тот его недостаток, что оно... лишь является иллюзорным средством против слишком реальной опасности германского вооружения».

    Даже де Голль недоволен тем, что французокие империалисты не имеют возможности доминировать над Германией, ибо он уверен, что именно он освободил французскую территорию от гитлеровских войск, а французские предприятия из рук рурских промышленников и «ИГ Фарбениндустри».

    Осенью 1952 г. он заявил: «Европейское оборонительное сообщество» означает гегемонию Германии. Оно лишает нас нашей армии, нашего угля, нашей тяжелой промышленности, разрывает франко-саарский союз, отрывает французскую экономику и оборону Франции от Французского Союза. И все это делается ради тайной технократии, в которой германская империя будет обладать бблыним весом, чем мы».

    Деголлевская газета «Се матэн» делала из этого вывод: «Пришло время прекратить эти скачки, которые ведут в пропасть». Однако газета забыла добавить, что деголлевские жокеи охотно продолжали бы скачки, если бы у них были более сильные лошади...

    План Шумана и план Плевена — это космополитизм в действии. Прикрываясь фразами о Северо-атлантическом, «европейском» и разных других «сообществах», предпринимается попытка создать гигантский международный агрессивный военно-промышленный милитаристский союз. Однако в этом союзе идет ожесточенная борьба за господствующие позиции в нем; эта борьба является выражением непримиримых противоречий между империалистическими державами. В то же время пароды прочно берут дело защиты мира в свои руки. Мир, дружбу и равноправие между народами установят не империалисты. Мир, дружба и равноправие между народами будут выкованы в борьбе против империализма. Поэтому все народы Западной Европы — французский, бельгийский, немецкий и другие — ведут совместную, сплоченную борьбу против союза торговцев пушками. Интернационал мира и дружбы между народами одержит победу над интернационалом поджигателей войны.

    Заключив договор о плане Шумана, соглашение о создании «европейской армии» и милитаристский «общий» договор, господствующие круги Франции пошли на неслыханную национальную измену. Они выдают угольную и металлургическую промышленность Франции, а также французскую армию на милость германским и, в конечном счете, американским империалистам. За это французский народ еще привлечет виновных к ответственности.

    В то же время французские монополисты самым позорным образом нарушают международное право и явно действуют так, как военные преступники (если иметь в виду определение военных преступлений, данное Нюрнбергским трибуналом). Своей политикой французские империалисты санкционируют планы увековечения раскола Германии, ремилитаризации Западной Германии, развязывания в Германии братоубийственной войны с целью превращения ее затем в общую агрессию против Советского Союза и стран народной демократии. Они несут свою долю ответственности за политику национальной измены, проводимую боннским правительством, особенно потому, что империалистическая Франция является оккупирующей державой в Германии и обязалась содействовать ее демилитаризации и демократизации, восстановлению Германии в качестве единого и миролюбивого государства в соответствии с принципами Потсдамского соглашения. Раскол Германии является обязательной предпосылкой реализации плана Шумана, а также всех других агрессивных соглашений и союзов, заключенных в Европе после окончания войны при прямом или косвенном участии Соединенных Штатов. Еще в декабре 1947 г., после Лондонской сессии Совета министров иностранных дел [СССР, Франции, США и Англии. — Ред.], сорванной тогдашним государственным секретарем США Маршаллом, американская буржуазная газета «Нью-Йорк геральд трибюн» заявляла: «Мы [США. — Ред.] подошли к концу пути. Век Ялты канул в вечность... Расчленение Германии развяжет нам руки и даст возможность включить Западную Германию в систему западных государств».

    Таким образом, газета признает, что раскол Германии был произведен для того, чтобы включить ее западную часть в «систему западных государств», то есть использовать Западную Германию в интересах американской агрессивной политики в качестве основной ударной силы против Востока. Подобная политика начала открыто проводиться после срыва Лондонской сессии СМИД в декабре 1947 г., затем последовали в 1948 г. так называемые Лондонские рекомендации, в составлении которых принимала участие и французская дипломатия. Планом Шумана, совместно с боннским и парижским договорами, продолжают эту цолитику, пытаясь увековечить раскол Германии и объявить Германскую Демократическую Республику «иностранным государством» и даже «враждебным иностранным государством» для всех стран — участниц соглашения, то есть и для Западной Германии.

    Французский министр иностранных дел откровенно признал, что план Шумана, между прочим, имеет цель увековечить раскол Германии.

    На пресс-конференции, которую организовал бывший французский министр иностранных дел Шуман в связи с подписанием так называемого договора о плане Шумана, один журналист обратил внимание министра на то, что этот план рассчитан на 25 лет, в то время как нынешнее положение с расколом Германии не может продолжаться долго. «Что произойдет, — спросил журналист,— если единство Германии будет восстановлено на основе, приближающей объединенную Германию к характеру Германской Демократической Республики?» На это Шуман цинично ответил: «Именно создание Европейского объединения угля и стали, включающего и Западную Германию, является мероприятием, затрудняющим подобное развитие событий». Затем журналист спросил: «Такова, значит, цель плана Шумана?» На это Шуман ответил, что действительно подобное соображение являлось одной из причин, вызвавших план Шумана к жизни К

    Французские империалисты предали национальные интересы французского народа. В такой же степени они злоупотребили теми правами Франции в решении судеб Германии, которые были получены в результате героической борьбы французского народа против гитлеровского фашизма. Однако тесная дружба между французским и немецким народами и их совместная борьба против общих врагов в Руре и Париже, борьба, которую поддерживают все миролюбивые силы мира и которая составляет важнейший участок великого фронта международного движения за мир, являются залогом победы этих народов над предателями национальных интересов.

    План Шумана не только санкционирует раскол Германии, но одновременно закрепляет отрыв от Германии Саара, осуществленный также в нарушение соответствующих международных договоров о Германии, в первую очередь Потсдамского соглашения.

    В годы после войны Саар играл роль приманки в руках американских империалистов. При помощи этой приманки они добивались согласия Франции на осуществление американской политики в Западной Германии, особенно в отношении Рурской области и централизации власти в Западной Германии. Французские монополисты рассчитывали, аннексировав Саар и в то же время развивая французскую угольную и тяжелую промышленность в соответствии с планом Моннэ, превратиться в доминирующую силу на европейском континенте. В этих же целях французские монополисты стремились тормозить развитие промышленности в самой Германии. Еще до войны французские монополии имели значительные позиции в саарской промышленности. Наряду с металлургическим заводом Бурбахер-хютте, принадлежащим концерну «АРБЕД» («Асьери реюни де Бурбах-эйх-Дю-делянж») и тем самым находящимся под влиянием группы Шнейдера, французские компании имели участия: в «Диллингер хюттенверке А. Г.» — «Сосьете де мин э юзин де Реданж — Диллинг» в 60%; в «Халбергер-хютте г.м.б.х.» — «О-фурно э фондери де Понт-а-Муссон» в 60%; в «Нейкирхенер Эйзенверке А. Г.» — «Форж э асьери дю Нор э Лоррэн» в 3,7% К

    В ходе послевоенной постепенной аннексии Саара Францией крупные предприятия, принадлежавшие немецким капиталистам, были секвестрированы и, в конце концов, переданы во французское владение. Это произошло, например, в сентябре 1950 г. с заводами Рехлинга «Эй-зен-унд Штальверке г.м.б.х.» (Фельклинген), с заводами «Нейкирхенер Эйзенверке А. Г.» (Нейкирхен) и заводами «Маннесман рёренверке» (Бусс).

    В отношении других предприятий французские монополисты сочли возможным ограничиться захватом большинства акций. Так, в настоящее время 52% акций предприятий «Саар Фернгаз А. Г.» находится в руках государственного объединения «Газ де Франс»83. 40% акций акционерного общества «Диллингер хютенверке А. Г.» находится все еще в руках немецких капиталистов, однако ни один из них не представлен в наблюдательном совете и т. д.84 Только в керамической промышленности было сохранено господствующее положение богатейшей семьи фон Боша, и то потому, что он обладает теснейшими связями с влиятельнейшей группой де Ванделя и «Понт-а-Муссон» 85. Банки находятся исключительно в руках французов. «Банк насьональ де креди» захватил филиалы бывшего Дрезденского банка, Коммерческого банка и банка Рехлинга. Три других французских банка («Креди эндюстриель э коммерсьаль», «Банк де Пари э де Пэи-Ба» и «Юнион де мин») создали Саарский кредитный банк, включивший в себя филиалы Немецкого банка.

    Французскими концернами была также захвачена система страхования. В 1948 г. на их долю приходился один миллиард франков, то есть более чем 75% всех страховых премий Саара.

    Расчетные центры и наблюдательный комитет сберегательных касс и профсоюзных банков находятся под руководством французов. Железные дороги, почта, телеграф, телефон и радио включены во французскую систему 86. Фактически экономика Саара в значительной степени превращена в составную часть экономики Франции.

    Особенно большое значение для французской металлургии представляет угольная промышленность Саара, поскольку она уменьшает зависимость Франции от поставок рурского угля и дает французским металлургическим заводам уголь лучшего качества, чем шахты Лотарингии. В Конвенции об эксплуатации шахт, подписанной 3 марта 1950 г. французским министром иностранных дел Шуманом и саарским премьер-министром Гофманом одновременно с четырьмя другими конвенциями, предусматривается передача саарских шахт Франции на 50 лет за арендную плату 600 млн. фр.87

    Приведенные выше таблицы о размерах производства в странах — участницах плана Шумана ясно показывают, что угольные запасы Саара особенно интенсивно эксплуатируются в интересах французской металлургической промышленности. В 1950 г. добыча угля в Сааре достигала 15,1 млн. г, что превышало уже уровень 1938 г., составлявший 14,4 млн. т (в 1936 г. в Сааре добывалось 12 млн. т угля). В 1951 г. добыча угля в Сааре составляла 16,1 млн. г.

    «Стоимость продукции саарской промышленности... составляла в марте 1951 г. 13,3 млрд. фр. Более половины продукции, а именно стоимостью приблизительно в 7 млрд. фр., экспортировалось. Из этого количества экспорт во Францию составлял 4,4 млрд. фр. В Германию же экспортировалось товаров всего на 480 млн. фр. Остальные товары экспортировались в другие страны. То обстоятельство, что более половины экспорта Саара и треть всей продукции Саара направляются во Францию, свидетельствует о том, что Саар подвергается непосредственному ограблению со стороны французских империалистов», — говорится в одном из отчетов Немецкого экономического института *.

    В органах плана Шумана Саар представляют французские депутаты. Статья 21 договора о плане Шумана гласит: «Представители населения Саара включены в число депутатов, установленное для Франции» 88.

    Разумеется, германские империалисты не намерены отказаться от Саара, несмотря на формальное заявление Аденауэра, сделанное им еще в начале 1950 г.89

    До тех пор пока американская дипломатия нуждается в Сааре как в приманке при осуществлении своей политики шантажа по отношению к Франции, об отмене аннексии Саара Францией при помощи обычных методов империалистической дипломатии не приходится и думать.

    В Германии поднялась волна протеста против французской политики угнетения, осуществляемой в Сааре. Господа в Бонне сочли выгодным для себя присоединиться к этим протестам, хотя Аденауэр в результате прямого вмешательства США и заявил об отказе от Саара.

    В начале 1952 г. появились признаки изменения американской политики в саарском вопросе. Об этом, с одной стороны, свидетельствует резкое выступление Аденауэра против Франции во время дебатов по плану Шумана в боннском бундестаге в январе 1952 г. С другой стороны, об этом говорит «явное недовольство» Ачесбна в связи с мероприятиями, предпринятыми французским правительством в Сааре без разрешения Соединенных Штатов К

    Вслед за этим западногерманские монополисты потребовали разрешения саарского вопроса в их пользу — это требование, при помощи которого Аденауэр пытается нажить политический капитал тем больший, чем громче он об этом говорит. Однако западногерманские монополии натолкнулись на решительное сопротивление французских империалистов, для которых вопрос о владении Сааром предопределяет вопрос об их позиции в Европейском объединении угля и стали. Западногерманская буржуазная газета «Дейче цейтунг унд виртшафтецейтунг» писала по этому поводу следующее: «Во французской игре на шахматной доске плана Шумана Саар является фигурой королевы, потеря которой решающим образом изменила бы соотношение сил».

    Совместно с Сааром Франция обладает 34% производственных мощностей этого пресловутого объединения против 35%, которыми обладает Западная Германия. Ликвидация французского контроля над Сааром уменьшила бы долю Франции до 27%. Передача же Саара Западной Германии увеличила бы долю западногерманской промышленности до 42%. Поэтому французские монополии требуют «создания... политически отделенного от Германии Саара, который был бы экономически связан с Францией», как писала 26 июля 1952 г. деголлев-ская газета «Се матэн». По этому же вопросу газета «Фран-тирер» категорически заявляла: «Германия раз и навсегда должна отказаться не только от территории, но и от угля и стали, производимых в Сааре».

    Германские империалисты были исключительно озлоблены сопротивлением Франции. Они грозили отказаться от «сотрудничества» с Францией. Западногерманский журнал «Дер Фольксвирт» писал, что в результате событий в Сааре, «отношения между Западной Германией и Францией будут отравлены до такой степени, что вряд ли можно будет ожидать успешного развития европейской организации». Однако поскольку преждевременное резкое обострение противоречий сделало бы невозможным и без того исключительно трудное парламентское обсуждение боннского и парижского военных договоров в Париже, Соединенные Штаты оказались вынужденными второй раз предложить Франции Саар в качестве платы, на этот раз за участие в «европейской армии». В интересах ратификации военных договоров французским парламентом Аденауэр совместно с правыми лидерами социал-демократической партии призвал саарское население опускать на выборах в ландтаг Саара осенью 1952 г. незаполненные бюллетени, чем помог победе саарских сепаратистов, сгруппировавшихся вокруг Гофмана.

    Шуман выдвинул «компромиссное предложение» — «европеизировать» Саар, или, другими словами, навечно оторвать Саар от Германии под предлогом его «европеизации» и сохранить в нем господство французских монополий. Но это же предложение показалось Аденауэру пригодным для того, чтобы, опираясь на выгодные позиции западногерманского империализма в Европейском объединении угля и стали, восстановить в Сааре влияние рурских монополий. Поэтому он согласился с подобным предложением и, кроме того, потребовал включения в «европеизированную территорию» части лотарингской промышленной области.

    Концепция, известная нам уже по выступлению Якоба Кайзера в Зальцбурге...

    Чем бы ни кончился этот шумный спор вокруг Саара между Бонном и Парижем, французский и немецкий народы не допустят, чтобы Саар превратился в яблоко раздора между ними. Они не потерпят империалистической эксплуатации и ограбления Франции Германией, а Германии— Францией. В заявлении правительства Германской Демократической Республики от 13 марта 1950 г. говорится: «Аннексия Саара является актом беззакония и насилия. Она противоречит праву и означает новое нарушение Потсдамского соглашения. В этом соглашении союзники, устанавливая границы Германии, недвусмысленно признали Саар немецкой территорией и рассматривали ее как неотъемлемую составную часть Германии...

    Правительство Германской Демократической Республики, сознавая свою ответственность перед всем немецким народом, решительно и торжественно протестует против соглашения о Сааре от 3 марта 1950 г.

    Оно заявляет, что немецкий народ не признает и никогда не признает отрыва Саара от Германии и его аннексию французским империализмом» !.

    Организация Коммунистической партии Саара заявила: «Саар есть и останется немецким. Мы хотим быть немцами и жить в единой, демократической, миролюбивой Германии. Население Саара не желает, чтобы угольные шахты, металлургические заводы и весь Саар вновь превратились бы в объект для разжигания шовинистической ненависти между немецким и французским народами. Наряду с дружбой с великим социалистическим Советским Союзом немецкому народу необходимо поддерживать дружеские связи и с миролюбивым французским народом, который борьбой на территории своей Родины показал во время последних выборов [в 1951 г. — в Национальное собрание Франции. — Ред.] новый пример решительной борьбы против американских поджигателей войны» 90.

    24-часовая забастовка 60 тыс. саарских горняков в феврале 1952 г. продемонстрировала решимость рабочих Саара бороться против империалистической политики войны.

    Французский народ, подобно немецкому народу, борется против незаконной аннексии Саара и против тех, кто сеет рознь между обоими народами. Так, «Юманите» писала:

    «Проводимые в настоящее время аннексионистские мероприятия, имеющие целью создать впечатление, будто бы Саар не принадлежит Германии, противоречат политической и географической реальности. Саар — это немецкая территория. То обстоятельство, что господин Шуман пытается осуществить типичную аннексию чужой территории, может лишь способствовать возрождению реваншистского и милитаристского национализма, характерного для западногерманского государства.

    Вместе С нашей партией (Французской коммунистической партией. — Р. Г.) французский народ считает, что есть другая возможность решения в целом немецкого вопроса, частью которого является саарский вопрос. Необходимо поддерживать прогрессивные и демократические силы, которые и в Германии и прежде всего в Германской Демократической Республике ведут справедливую борьбу за восстановление единства своей страны в соответствии с принципами Потсдамского соглашения»

    Мирное решение германского вопроса явится одновременно мирным решением искусственно созданного саарского вопроса.

    План Шумана углубляет кризис французского капитализма. Он ни в коей мере не ведет к всестороннему развитию французской промышленности и решительному подъему ее технического уровня. Наоборот, отставание французской промышленности во многих областях служит предлогом для консервации значительной части промышленности. Уже в настоящее время наблюдаются определенные признаки такого развития. Отброшен разработанный демократическими силами Франции непосредственно после войны план преодоления технической отсталости угольной промышленности, которая, по признанию реакционного сенатора Пелленка, «обладает оборудованием 30-летней давности». Прекращено расширение угольных шахт Лотарингии. Ограничено коксование малоценных пород угля. С конца 1947 по 1950 г. было закрыто 70 шахт каменного и бурого угля. 73 700 горняков было уволено, 13 700 переведено на другие работы91.

    Осуществление плана Шумана означает закрытие значительной части предприятий угольной промышленности под предлогом «нерентабельности» 92. Оно означает массовое увольнение рабочих с шахт и предприятий других отраслей промышленности.

    В 1950 г. французское правительство сообщило о намерении закрыть еще 25 шахт. Даже превращение «избытка угля» в Западной Европе в резкую нехватку угля, наступившее в связи с усилением гонки вооружений во второй половине 1950 г., оказалось не в состоянии коренным образом изменить положение во французской угольной промышленности.

    «В этом отношении военная конъюнктура не ликвидирует кризис французской угольной промышленности. Не возобновляется также модернизация и переоборудование предприятий. Иначе говоря, отставание французской угольной промышленности будет обостряться и закрытие шахт будет продолжаться» 1.

    Так, например, в наметках к бюджету на 1951 г. предусматривалось выделить на нужды угольной промышленности лишь 48 млрд. фр. по сравнению с 61 млрд. фр. в 1950 г.

    Кроме того, как указывает автор цитируемой нами статьи, «необходимо еще выяснить точное применение этих возможных ассигнований».

    Закрытие предприятий в значительных масштабах производится также и в металлургической промышленности. По сообщению газеты «Монд» от 24 мая 1950 г., из существующих 177 металлургических заводов «необходимы лишь 24 предприятия». Комиссия по модернизации сталелитейной промышленности оценивает возможную экономию рабочей силы, по крайней мере, в 60%. Это означает, что должны исчезнуть 153 металлургических завода, составляющие 30% всей мощности и дающие 50% производства стали, — заводы, на которых занято свыше 100 тыс. рабочих. Только в департаменте Мёрт и Мозель, в центре французской металлургической промышленности, должно быть уволено 25 тыс. из 40 тыс. рабочих.

    Закрытие большей части французских металлургических заводов было подготовлено исподволь, в частности путем строительства крупнейших современных предприятий двух компаний «COJIJIAK» и «ЮЗИНОР».

    «С конца 1947 г. были осуществлены технические и финансовые мероприятия для того, чтобы создать заводы, которые могли бы быть включены в будущий комбинат (иначе говоря, в созданное впоследствии Европей-

    Ское объединение угЛя и стали. — Р. Г.) в то самое время, как остальные предприятия будут законсервированы» К

    Нет никаких сомнений, что западногерманские монополии предпримут все для того, чтобы использовать план Шумана для удушения французской тяжелой промышленности под предлогом ее модернизации и удешевления производства. Бывший боннский министр внутренних дел доктор Лер, выступая в Мюнхенском клубе экспортеров, недвусмысленно изложил планы германских империалистов:

    «Что касается французского производства, то оно превосходит потребности (как будто производство в Западной Германии тоже не возросло! — Р. Г.)... Стремление Франции увеличить свой экспорт наталкивается на конкуренцию со стороны Англии и Западной Германии, которые поставляют товары по более подходящим ценам... Франция, по оценкам, уменьшила бы издержки производства, если бы она сконцентрировала производство на современных, находящихся в процессе строительства сталелитейных заводах. Увеличение экспорта руды «минетт» [оолитового железняка. — Ред.] позволило бы Франции добиться выравнивания своего платежного баланса путем обмена этой руды на рурский кокс».

    Оказывается, ограбление Франции можно даже выдать за благодеяние, причем грабитель, разумеется, выступает в качестве благодетеля!

    План Шумана угрожает рабочему классу Франции массовыми увольнениями в результате закрытия шахт и металлургических заводов. С другой стороны, осуществление этого плана ведет к неслыханному усилению эксплуатации, к давлению на уровень заработной платы и дальнейшему снижению жизненного уровня.

    «В связи с планом Шумана представители монополий склоняют сейчас на все лады слова «повышение производительности», что в действительности означает интенсификацию труда и ускорение темпов производства исключительно с целью увеличения прибылей капиталистов. Трудящиеся угольной и сталелитейной промышленности, которые не окажутся выброшенными за борт, должны будут работать в еще более жестких условиях.

    Чек сейчас; адские темпы работы, удлиненный рабочий день, ухудшение охраны труда — таковы прямые последствия плана Шумана»

    План Шумана предусматривает «уравнивание заработной платы» в странах — участницах плана. Ясно, что это «уравнивание» может быть осуществлено только на основе самого низкого уровня заработной платы, существующего в Западной Германии. На таком же низком уровне будет осуществлено уравнивание социального страхования, ибо в этом отношении условия в Западной Германии также хуже, чем во Франции. Оба эти обстоятельства обеспечивают преимущество германского империализма в конкурентной борьбе.

    Заработная плата французских рабочих будет снижена до уровня заработной платы рабочих Западной Германии. К тому же самому результату приведет «уравнива* ние социальных тягот». Во всех отношениях план Шумана ведет к исключительному усилению обнищания рабочего класса. К этому еще прибавится возрождение фашистской политики принудительного труда, практиковавшейся в период второй мировой войны. Под предлогом устранения «любых ограничений в предоставлении возможности работать, основывающихся на государственной принадлежности», предусмотрена организация массовой эмиграции рабочих.

    Цель этих варварских планов совершенно ясна: а) в зависимости от ситуации перебрасывать свободную, максимально дешевую рабочую силу невольников для использования ее там, где это наиболее выгодно поджигателям войны; б) подрывать международную солидарность рабочего класса и создавать атмосферу розни между рабочими различных национальностей, натравливаемых монополистами друг на друга; в) кроме того, главным образом при помощи фашистских террористических войск германского милитаризма, добиваться разгрома национальных, закаленных в борьбе организаций рабочего класса, в первую очередь коммунистических партий и профсоюзных объединений, входящих во Всемирную федерацию профсоюзов.

    Как и в 1940 г., французская буржуазия в целях по-давления демократического движения в своей стране призывает на территорию Франции злейшего врага французского и немецкого народов — германский империализм, имеющий большой опыт в организации кровавого фашистского террора и подавлении любого демократического народного движения.

    «План Шумана направлен вместе с тем на подавление демократического движения во Франции с помощью западногерманских милитаристов. Именно это является одной из тайных целей французских сторонников слияния тяжелой промышленности Франции и Западной Германии. Французские капитулянты мечтают о возвращении гитлеровского «нового порядка» во Франции, при котором она была превращена в прусскую казарму, французских демократов подавляли эсэсовские отряды Гиммлера, а коммунистическая партия была загнана в подполье» *.

    Английская газета в Западной Германии «Ди вельт» писала 18 апреля 1951 г., что заправилы французской металлургической промышленности принимают участие в плане Шумана, надеясь «при помощи плана Шумана предотвратить опасные внутриполитические тенденции».

    Милитаристский «общий» договор и договорю «европейском оборонительном сообществе», имеющий целью создание «европейской армии» под командованием гене-рала-чумы Риджуэя 93, совершенно определенно предусматривают «размещение» западногерманских наемных соединений в западноевропейских странах. Заговор воинствующих империалистов Европы и Америки направлен не только против Советского Союза, стран народной демократии и Германской Демократической Республики, но и против народов Западной Европы, в том числе и французского народа. Однако французский народ отвечает на происки предателей французской нации укрепле* нием дружественных и братских связей с миролюбивыми силами немецкого народа.

    Вышесказанное не исчерпывает, однако, характерных черт франко-германских отношений в рамках плана Шумана и всех особенностей господствующего положения германского империализма по огношению к другим странам — участницам плана. Необходимо указать еще на одно обстоятельство, имеющее решающее значение для характеристики плана Шумана и франко-германских отношений. Германский империализм может выступать в качестве основной силы системы плана Шумана лишь потому, что он является главным союзником американского империализма в Европе. Он может осуществлять свои функции только постольку, поскольку он выступает в роли главного союзника американского империализма. С другой стороны, германский империализм является главным союзником американского империализма только потому, что он обладает всеми возможностями играть роль «железной пяты» по отношению к другим народам Европы. Американский империализм нуждается в Западной Германии, ее военно-экономическом потенциале и войсках также для того, чтобы осуществить свое господство в Западной Европе.

    Хотя американский империализм держится на втором плане (пусть, как рассчитывают США, грязную работу выполняют немцы), именно он будет действительным руководителем этого интернационала вооружений. Поэтому план Шумана в значительной степени является инструментом американской политики завоевания мирового господства.

    Американское происхождение плана Шумана не является секретом. Шуман опубликовал «свой» план после того, как за день до этого беседовал с государственным секретарем США Дином Ачесоном «о политике западных держав в отношении Германии» !, иначе говоря, после того, как получил от Ачесона инструкции. Немедленно после этого газета «Нейе Цюрхер цейтунг» сообщила о «восторженном приеме», оказанном плану Шумана американской прессой: «Передовые статьи полны похвал по адресу Франции» 94.

    Из множества высказываний, выдающих американское происхождение плана Шумана, приведем лишь несколько. Ачесон в феврале 1951 г. говорил: «Западная Европа представляет собой массив, насчитывающий свыше 200 млн. человек, которые должны поставить свои способности, свое мужество, свои экономические возможности на службу делу совместной обороны».

    «Должны поставить на службу» — разве это не приказной тон?

    Через несколько дней после опубликования плана Шумана тот же Ачесон заявил: «Мы хотим добиться скорейших результатов в деле объединения Европы, и мы будем стремиться к этому всеми возможными способами».

    Макклой [бывший американский верховный комиссар в Западной Германии. — Ред.] в одном из своих отчетов государственному департаменту США писал: «План Шумана не должен быть сорван ни при каких обстоятельствах».

    Наконец, приведем заявление Аденауэра, показывающее характер плана Шумана: «Если план Шумана не будет осуществлен, то это самым тяжелым образом скажется на американцах».

    Американский империализм, обеспечив себе непосредственный контроль через «дипломатическое представительство» при Европейском объединении угля и стали, имеет в своем распоряжении три основных рычага, дающих ему возможность осуществлять политику США в рамках системы плана Шумана.

    1) Зависимость западноевропейских капиталистических стран от Соединенных Штатов, достигнутая при помощи общеизвестных методов политического и экономического шантажа в отношении этих стран. Так, американская буржуазная газета «Нью-Йорк телеграмм энд сан» нагло писала, что Макклой, преодолевая бесконечные трудности, затягивавшие переговоры о плане Шумана, «применял все средства экономического и политического нажима».

    2) Использование германского империализма. Американские монополии держат в своих руках решающие позиции в западногерманской экономике, особенно в рурской промышленности. Существует тесное переплетение американских интересов с интересами определенных кругов германской финансовой олигархии. Связи эти были установлены еще во времена Веймарской республики. В годы после второй мировой войны влияние американского капитала в Западной Германии значительно усилилось К В 1949 г. журнал «Ньюсуик», орган Уоллстрита, писал, что США намерены осуществить широкую программу капиталовложений в западногерманскую промышленность, чтобы таким путем подготовить франко-германское объединение, и что с этой целью ведутся переговоры между американскими, французскими и западногерманскими промышленниками.

    Однако, с другой стороны, Соединенные Штаты осуществляют непосредственное влияние на политику Западной Германии через аппарат американских военных и гражданских властей в Западной Германии (как известно, «на случай войны» предусмотрено установление американской военной диктатуры в Западной Германии).

    3) Наконец, использование огромной потребности в средствах, испытываемой этим трестом вооружений, носящим имя Шумана, потребности, которые может удовлетворить только Уолл-стрит. Эта потребность исчисляется в 10 млрд. долл.95; одни лишь магнаты западногерманской металлургической промышленности затребовали на ближайшие 5 лет 2,5 млрд. долл.96.

    О том, насколько значительны экономические и политические средства давления* со стороны американских кредиторов, свидетельствует тот факт, что США использовали свое влияние для окончательного завершения переговоров о плане Шумана. Об этом же свидетельствует и следующее заявление Аденауэра: «После объединения стран — участниц пакта американские кредиты, абсолютно необходимые для развертывания промышленности, будут предоставляться гораздо легче, чем если бы это объединение не осуществилось».

    Герман Абс, один из виднейших представителей германского монополистического капитала, заявил: «Немцы полагают, что во всех операциях главным их партнером является не Франция или Англия (в то время еще не был решен вопрос об участии или неучастии Англии в плане Шумана. — Р. Г.), а Америка».

    Разумеется, американские монополисты имеют еще и другие средства, которые дают им возможность добиваться осуществления своих намерений в Европейском объединении угля и стали. К таким средствам относится, например, зависимость стран — участниц плана Шумана от снабжения сырьем — зависимость, которая непрерывно возрастает в результате систематического свертывания торговли между Западом и Востоком. Создание объединения по основным видам сырья (угля и стали) еще не разрешило всех сырьевых проблем этой военной монополии, даже если учитывать поставку ей шведской и североафриканской руды. В отношении целого ряда высоко ценных специальных руд и другого необходимого сырья существует прямая зависимость от американских поставок или от поставок из районов, контролируемых американцами.

    Кроме того, американские монополии обеспечили себе сильные позиции в промышленности стран — участниц плана Шумана, в том числе французской металлургической промышленности *.

    План Шумана обостряет противоречия между европейскими империалистическими странами, а также противоречия между ними и американским империализмом. Эти противоречия постоянно углубляются, особенно с ростом политической и экономической экспансии германского империализма.

    «Перспектива восстановления германского империализма, как реальной силы, способной противостоять демократии и коммунизму в Европе, не может соблазнять ни Англию, ни Францию.

    Здесь налицо одно из главных противоречий внутри блока Англия — США — Франция» 97.

    Особенно обостряются противоречия между английским и американским империализмом, в первую очередь в связи с доминирующей ролью германского империализма в Европейском объединении угля и стали.

    С начала оккупации Западной Германии американские монополии систематически вытесняли своего английского конкурента из занимаемых им позиций в западно-германской экономике, в первую очередь в рурской промышленности. Это было непосредственной подготовкой к объединению европейской тяжелой промышленности под американским господством. План Шумана явился продолжением этой политики в отношении других капиталистических государств на континенте Европы. В этом направлении он представляет собой план борьбы американского империализма против империализма английского. С роспуском Рурского органа в июле 1952 г. Англия, несмотря на решительные возражения, при помощи которых она пыталась помешать вступлению в силу плана Шумана, была окончательно лишена контроля над рурской промышленностью.

    Французская тяжелая промышленность используется германскими и американскими монополиями, между прочим, также и для того, чтобы окончательно подорвать английские позиции на континенте. При этом участие или неучастие Англии в плане Шумана не имеет определяющего значения. Отрицательное отношение Англии к плану лишь более четко определило позиции сторон.

    Обострение противоречий между странами — участницами плана Шумана означает дальнейшее скопление взрывчатого вещества внутри этого сверхкартеля. Объединение тяжелой промышленности нескольких стран не только не ликвидирует неравномерность развития этой промышленности в отдельных странах, но, наоборот, неизбежно должно усилить ее. Тем самым еще больше обостряются и усиливаются внутренние противоречия в Европейском объединении угля и стали. Поэтому план Шумана, который стремится примирить непримиримое и базируется на единственном принципе — принципе антикоммунизма и антисоветской агрессии, — носит в себе зародыш своего распада.

    «Если при капитализме невозможно настоящее планирование даже в рамках одной-единственной страны, то оно тем более невозможно в промышленном объединении, принадлежащем шести различным странам и находящемся под давлением одной господствующей империалистической клики. Самые изящные юридические формулировки, самые изощренные положения параграфов, самые верные гарантии не могут преодолеть противоречий, непрерывно возникающих из единственной движущей силы этого общества — стремления к прибыли»98.

    Перед вступлением в силу плана Шумана капиталисты стран — участниц плана начали вкладывать в свою тяжелую промышленность возможно большее количество средств для того, чтобы войти в Объединение по возможности более сильными.

    В Бельгии, особенно в Льеже, во Франции, в Люксембурге и в Голландии металлургическая промышленность модернизировалась и расширялась, ибо, как писала газета «Монд», «каждый участник заинтересован в том, чтобы укрепить свои позиции».

    При ратификации договора французские монополии требовали, чтобы и в будущем им предоставлялись государственные дотации для инвестиций, хотя это и запрещено договором о плане Шумана. Теперь они надеются увеличить мощность своей сталелитейной промышленности с 12 млн. т стали в год до 17—18 млн. г. Как сообщает западногерманский журнал «Дер Фольксвирт», Франция стремится добиться «расширения своего угольно-металлургического, а тем самым и военно-экономического потенциала с оглядкой на производственные мощности рурской промышленности».

    Будучи не в состоянии регулировать, не говоря уже о том, чтобы «планировать» капиталистическое производство, план Шумана усиливает анархию производства и обостряет борьбу империалистов за рынки. Грызня и споры в «европейском сообществе» угрожали затянуть на годы переговоры о заключении договора о плане Шумана, до тех пор пока США не применили все средства экономического и политического нажима.

    Председатель французского объединения промышленников, насчитывающего 80 тыс. членов, протестовал против предоставления Верховному органу права закрывать так называемые нерентабельные предприятия. Имели место даже такие на первый взгляд парадоксальные факты, когда Шнейдер, пособник фашистов, известный французский монополист, занимающийся производством вооружения, на заседании производственного совета своих заводов Крезо поддержал коммунистов, протестующих против плана Шумана.

    Едва лишь правительство Плевена, связав вопрос о ратификации плана Шумана с вопросом о доверии, протащило план через французский парламент, как сменившее Плевена правительство Фора ввиду критического положения с внешней торговлей свернуло импорт из европейских капиталистических стран и тем самым нанесло звонкую пощечину апологетам Европейского объединения угля и стали.

    Усилились противоречия между Соединенными Штатами и Францией. Французские монополии не могут надолго смириться с тем, что они попали в зависимое положение. Поэтому они оказывают ожесточенное сопротивление стремлениям американцев захватить себе львиную долю военных заказов. Американцы запретили Франции выпуск 13-тонного танка «Тюренн». Гарриман назвал этот танк полностью негодной машиной и угрожал: «Если Франция, как намечено, пустит этот тип машины в серийное производство для собственных потребностей, Соединенные Штаты будут, к сожалению, вынуждены застопорить все американские военные заказы во Франции» 99.

    Юристы обычно называют подобные действия шантажом. Запрет этот был наложен потому, что американские военные монополии опасались, как сообщает западногерманский журнал    «Дер шпигель», «что при

    неограниченном производстве оружия во Франции сбыт американского оружия в Европе уже в 1953 г. неизбежно встретится с серьезными затруднениями» 2.

    Несмотря на настойчивые просьбы французского союзника, Соединенные Штаты отказались предоставить Франции большие заказы на производство вооружения. Между монополиями обеих стран разгорелась исключительно острая борьба за рынки.

    Намеченное создание «европейской армии» и заключение милитаристского «общего» договора привело к наиболее определенному проявлению этих противоречий. Когда в начале 1952 г., еще до подписания боннского и парижского военных договоров, в Национальном собрании обсуждался вопрос о «европейской армии» и ремилитаризации Западной Германии, из 24 выступавших депутатов 18 принципиально высказались против любого перевооружения Западной Германии100.

    Премьер-министр Фор оказал давление на Национальное собрание, заявив, что, если оно отклонит включение германских соединений в «европейскую армию», Соединенные Штаты создадут немецкие войска и без «европейской армии»101, и при этом связал с вопросом о «европейской армии» вопрос о доверии 102.

    Даже в совете министров Франции в мае 1952 г. возникли разногласия, когда военный министр Шевинье, министр внутренних дел Брюн, государственный министр Кэй, министр юстиции Мартино-Депла и другие высказали серьезные сомнения в связи с заключением милитаристского «общего» договора с Аденауэром, а также по поводу «европейской армии» 103. Сообщение прессы от 21 марта 1952 г. о заявлении представителя французского министерства иностранных дел о том, что «очень возможно, что произойдет встреча представителей западных держав и Советского Союза с целью обсуждения советской ноты о мирном договоре с Германией», также указывало на то, что даже во французском правительстве имеются люди, которые страшатся американских авантюристических военных планов и их последствий.

    Председатель французского Национального собрания Эррио и бывший премьер-министр Даладье резко выступили против боннского и парижского военных договоров. На своем конгрессе осенью 1952 г. партия радикал-социалистов, которая, как известно, не является ни радикальной, ни социалистической, одобрила позицию Эррио и Даладье и отвергла эти военные договоры в их нынешней форме 104.

    Газета «Монд» совершенно недвусмысленно выразила надежду, что военные договоры «случайно» не будут ратифицированы: «Это было бы, видимо, лучшее из того, что нам предстоит».

    Эта же буржуазная газета сделала серьезное предупреждение французским парламентариям и министрам, выразив тем самым мнение довольно широких кругов французской буржуазии, отклоняющих безумную политику изменников французской нации. Она очень своевременно напомнила об основных принципах Нюрнбергского процесса против военных преступников и тем самым констатировала наличие преступления против дела мира.

    Но только трудящиеся Франции, руководимые славной Французской коммунистической партией, в братском содружестве со всеми другими миролюбивыми народами развернули последовательную борьбу против -плана Шумана, против возрождения германских агрессивных армий. Об этом может сообщить на основании собственного опыта господин Аденауэр, побывавший в Париже в ноябре 1951 г. в сопровождении нацистского генерала Шпейделя. Несмотря на огромное скопление вооруженной до зубов полиции и ее жестокость, десятки тысяч парижан приняли участие в демонстрациях и бросили в лицо Аденауэру требование французского народа: «Вон Аденауэра» 105.

    При помощи массовых забастовок, демонстраций, митингов и многих других методов французский народ настойчиво борется против интернационала поджигателей войны, интернационала фашизма. На Европейской конференции рабочих, состоявшейся в марте 1951 г. в Берлине, рабочий класс европейских стран, и в первую очередь французский и германский пролетариат, создал нерушимый боевой союз, который постоянно укрепляется и углубляется. Этот союз сплачивает народы в ходе неустанной борьбы против военных преступников йз йй-тернационала вооружений. Он обеспечивает возможность одержать победу над общим врагом.

    2. Правосоциалистические лидеры — агенты французского и американского империализма

    Французские правосоциалистические лидеры создали предпосылки для укрепления власти монополий во Франции. Они систематически саботировали установление единства рабочего класса — необходимого условия истинно демократического развития Франции, — плели интриги против единства действий, которое они окончательно сорвали осенью 1946 г.

    Заключив соглашение Блюма — Бирнса в 1946 г. и осуществив, по поручению американцев, удаление мини-стров-коммунистов из правительства в 1947 г. в качестве обязательной предпосылки дальнейшей «американской помощи», правые социалисты сделали решительный шаг на пути подчинения Франции американскому империализму. Если до сих пор правосоциалистические лидеры были «лишь» лакеями своей собственной буржуазии в рядах рабочего движения, то теперь они одновременно стали агентами американского империализма, выполняющими грязные поручения американских поджигателей войны в рядах французского рабочего движения. Глубокий кризис французского империализма в сочетании с огромным революционным подъемом народных масс подорвал господство капитала во Франции и создал серьезную угрозу паразитическому существованию правосоциалистических лидеров. Вместе с французской финансовой олигархией ее социал-империалистические приказчики в социалистической партии и реформистских профсоюзах исключительно заинтересованы в сохранении эксплуатации французского народа и населения колоний в качестве экономической основы своего собственного существования. Поэтому французские правые социалисты, подобно их господам, видели в американской «помощи», в плане Маршалла, в продаже свободы и независимости своей страны за доллары единственную возможность избежать неотвратимой гибели. Поэтому французские правые социалисты превратились в самых ярых адвокатов плана Маршалла, Северо-атлантического пакта й всех Других агрессивных американских блоков. «Правосоциалистические руководители единодушно и с энтузиазмом приветствовали «план Маршалла» и агрессивный атлантический пакт»

    Правые социалисты способствовали подрыву французской авиационной промышленности, а также кинопромышленности. Они выдают США французскую армию, а также все секреты, связанные с обороной страны. Американские политики сумели, видимо, оценить это. Гар-риман характеризовал правых социал-демократов, как «крупнейшего потенциального союзника Соединенных Штатов в Европе. У нас общее дело» 106.

    Можно подумать, что мистер Гарриман счел необходимым подтвердить уже процитированную нами оценку правых социалистов, как агентов американского империализма, которую дало Информационное бюро коммунистических и рабочих партий [в Венгрии в ноябре 1949 г. — Ред.].

    Прикрываясь избитыми демагогическими фразами, французские правосоциалистические лидеры поддерживают агрессивную политику заправил Северо-атлантического блока, возрождение германского империализма и ремилитаризацию Западной Германии. Еще 25 апреля 1948 г. Леон Блюм на конференции социалистических партий Европы заявил: «Для будущего Соединенных Штатов Европы имеет огромное значение включение Рура и Рейнской области в огромный комбинат, объединяющий угольную, металлургическую и химическую промышленность Бельгии, Саара, Лотарингии и Северной Франции».

    Сегодня правые социалисты даже претендуют на авторство в отношении плана Шумана: «Это делает... честь французским социалистам. Предложение наших предыдущих национальных конгрессов в отношении создания объединения стали и угля имело ценность как предвидение» 107.

    Правый социалист Жуо, способствовавший расколу французских профсоюзов, также поддерживал план

    Шумана и, разумеется, навешивал ему ярлык «плана мира».

    На Лондонской конференции социалистических партий Европы в июне 1950 г. французские правые социалисты поддержали резолюцию, в которой говорилось: «Конференция приветствует план Шумана и согласна с его общими целями».

    Кроме того, правые социалисты являются самыми активными проводниками политики гонки вооружений и военной агрессии. Милитаризацию экономики капиталистических стран и политику гонки вооружений, приносящую монополиям максимальную прибыль, а народным массам разруху и обнищание, правые социалисты цинично изображают в качестве средства, которое якобы лучше всего обеспечит успех предполагаемых переговоров между великими державами.

    Для того чтобы замаскировать политику национальной измены и подготовки третьей мировой войны, дать ей псевдонаучное обоснование и затуманить мозги простых людей, правые социалисты распространяют «теории» антикоммунизма и космополитизма, «теории» о якобы мирном или демократическом характере американского империализма. Они превозносят буржуазную демократию и пропагандируют туманный, исключительно схематичный, фантастический «социализм». В соответствии с потребностями они вытаскивают то один, то другой Лозунг.

    Основным принципом политики правых социал-демократов является антикоммунизм. Они откровенно заявляют, что коммунизм является их врагом, которому необходимо нанести «смертельный удар», как выразился бывший министр полиции Депре. Для того чтобы убедить неискушенных в политике людей в необходимости нанесения «смертельного удара коммунизму» или, иначе говоря, демократии, они характеризуют коммунизм как «самую реакционную силу в стране» (!!!).

    Политика «третьей силы», давно потерпевшая крах, является не чем иным, как попыткой замаскировать их враждебность, их ненависть к рабочему классу и общественному прогрессу. Под прикрытием демагогического лозунга «не так и не так» — «против капитализма, но также против коммунизма» — они ведут коварную, клеветническую кампанию, направленную против социалистического Советского Союза, рабочего класса и его коммунистической партии.

    Все распространяемые правыми социалистами «теории» подчинены основной концепции антикоммунизма. Если империалистический лагерь в период всемирной борьбы между демократией и фашизмом, между войной и миром стремится развязать войну против социалистического Советского Союза и всего лагеря мира и демократии, то, разумеется, лакеям капитала необходимо попытаться изобразить агрессивный американский империализм как «демократический» и «бескорыстный» капитализм, изобразить фашистских агрессоров в виде ангелов мира. План Маршалла был, естественно, использован как повод для ужасающего шума об американском «бескорыстии». С другой стороны, отказ Советского Союза и стран народной демократии принять рабские условия этого плана был лживо изображен как отказ принять участие в экономическом восстановлении Европы.

    Распространяя космополитизм, французские правые социалисты пытаются внушить массам ложное представление об американских планах установления мирового господства и «научно» обосновать предательство интересов французской нации. Они высказались за «новый мировой порядок», основанный на «ликвидации неограниченного национального суверенитета» и предполагающий «перераспределение в международном масштабе мировых ценностей и усиление производительности экономически мало развитых районов» *.

    Французские правые социалисты сочетают свою космополитическую пропаганду с распространением многословной псевдосоциалистической болтовни. Они про^ •пагандируют «идеи» «гуманитарного», «просвещенного», «западного», «лейбористского», «индивидуального» социализма. Короче говоря, проповедуют любой социализм, но только не марксистский.

    Они даже не стесняются при этом ссылаться на Ницше.

    Банкротство этого «социализма» совершенно явно. Народы поняли, что «социалистический космополитизм», или космополитический «социализм», означает не что иное, как подготовку американскими империалистами войны, бедствия и нужду. Никакая словесная акробатика, никакие риторические фокусы не могут скрыть идеологического разложения этих предателей дела рабочего класса, ухитрившихся даже выдвинуть лозунг: «На этот раз и пушки и масло!»

    Правые социалисты — один из важнейших факторов в идеологичеокой подготовке войны, осуществляемой Соединенными Штатами. Они выступают теперь защитниками и пропагандистами разбойничьей идеологии американского империализма. «Их теории «демократического социализма», «третьей силы», их космополитические бредни о необходимости отказа от национального суверенитета представляют собой не что иное, как идеологическое прикрытие агрессии американского и английского империализма» К

    Политика правых социалистов имеет целью изоляцию французского народа от прогрессивных и революционных сил. Основной силой французского народа, борющегося за национальную независимость и мир, является рабочий класс, устанавливающий и укрепляющий союз с крестьянством, интеллигенцией и всеми другими демократическими и миролюбивыми силами Франции. Авангардом и руководителем французского народа является славная коммунистическая партия. Поэтому правосоциалистические лидеры ставят перед собой задачу изолировать французский народ, и в первую очередь рабочий класс, от коммунистической партии, расколоть рабочий класс или сохранить и углубить раскол рабочего класса. Раскол рабочего движения и углубление этого раскола является основным методом реакционной политики правосоциалистических лидеров.

    «Послевоенный опыт показывает, что политика раскола рабочего движения занимает одно из первых мест в арсенале тактических средств и приемов, применяемых империалистами для развязывания новой войны, подавления сил демократии и социализма, для резкого снижения жизненного уровня народных масс» 108.

    Правосоциалистические лидеры отклоняют все предложения коммунистической партии о единых действиях. С помощью любых средств они пытаются помешать своим местным организациям выставлять общих с коммунистами кандидатов вне зависимости от того, идет ли речь о коммунальных выборах, или же о выборах в Национальное собрание Франции. Они несут ответственность за антидемократический избирательный закон, вошедший в силу перед июньскими выборами 1951 г. Этот закон был принят со специальной целью преградить коммунистам путь в парламент. В связи с этим законом Французская коммунистическая партия была лишена около 80 мест в Национальном собрании. Руководители социалистической партии Франции вступают в избирательные соглашения со всевозможными буржуазными и клерикальными силами, в том числе с католической МРП. Единственным условием этого союза является борьба против французского народа и его авангарда — Французской коммунистической партии.

    Вместо того чтобы объединить силы рабочего класса, лидеры правых социалистов предприняли попытку расколоть французские профсоюзы. Во время огромных стачечных боев осенью 1947 г. они создали правосоциалистический раскольнический профсоюз «Форс увриер», возглавляемый изменниками Жуо, Бузанком и другими. В этот союз перешли немногие члены Всеобщей конфедерации труда Франции и даже лишь незначительная часть членов социалистической партии, однако в результате раскола французский рабочий класс был лишен плодов большой победы. Правые социалисты раскололи единое французское профсоюзное движение по прямому заданию правительства, которое через своего министра труда перевело им 30 млн. фр. После этого они получили дальнейшие значительные суммы в долларах от американских раскольнических профсоюзов.

    В тех случаях, когда рабочим удается установить единство действий и начать борьбу против обнищания, за повышение заработной платы, правосоциалистические раскольники немедленно пытаются вновь разрушить единый боевой фронт. Используя методы нажима, угрозы, вымогательства, а также демагогические обещания и антикоммунистическую ложь и клевету, они предпринимают все для того, чтобы сорвать единые боевые действия коммунистических, социалистических, христианских и других рабочих. Так, например, раскольникам из «Форс увриер» в союзе с христианскими профсоюзными лидерами удалось во время всеобщей забастовки в марте 1950 г. вырвать из единого фронта забастовщиков железнодорожных служащих. При этом раскольники заявляли, что повышение заработной платы на 5% достаточно (на подобное повышение правительство и предприниматели соглашались и без забастовки), хотя масса рабочих решительно боролась за повышение заработной платы на 3 тыс. фр., что составляет от 15 до 20% *.

    Правосоциалистические предатели не без основания опасаются, что в результате роста и укрепления единства действий они в значительной степени потеряют свои позиции и свое влияние на те части рабочего класса и всех трудящихся, которые еще не освободились от влияния демагогической пропаганды социал-предателей. Пытаясь сохранить свои собственные позиции в ожесточенной борьбе против единства действий трудящихся, они в то же время выполняют социальный заказ французской и американской крупной буржуазии — расколоть и дезорганизовать рабочий класс. Однако при этом правые социалисты не учитывают того обстоятельства, что нет такого даже самого хитроумного, лживого маневра, который бы смог спасти их от неизбежного банкротства.

    Правые социалисты выдумали «теорию» борьбы на два фронта, то есть борьбы против фашизма и против коммунизма. Борьбу против фашизма они ведут на словах, то есть вообще не ведут. Борьбу же против коммунизма, против французских трудящихся они ведут в действительности. При помощи лозунга борьбы на два фронта правые социалисты пытаются проложить фашизму путь к власти. Неслучайно «теория» борьбы на два фронта связана с лозунгом о наименьшем зле. Вопрос о наименьшем зле разоблачает «теорию» борьбы на два фронта, как дымовую завесу, за которую пытаются спрятаться лакеи фашизма. Несмотря на выпускаемые время от времени грозные риторические рулады, направленные против фашизма, или, вернее говоря, маскируясь этими руладами, французские правые социалисты поддерживают все антидемократические и антинародные мероприятия правительств или же проводят сами эти мероприятия в зависимости от того, находятся они в этот момент в составе правительства или в оппозиции.

    Чем больше угроза свержения находящегося у власти правительства в результате возмущения французского народа, тем усерднее поддерживают это правительство правые социалисты.

    8 августа 1951 г. социалистические депутаты голосовали за полномочия Ллевену и тем самым способствовали рождению его правительства, первым делом которого было проведение через Национальное собрание антинародных законов. 20 ноября они дали согласие на принятие финансового плана Мейера, получившего 246 голосов против 228. То обстоятельство, что социалисты воздержались, спасло кабинет.

    11 и 29 декабря социалисты проголосовали за план Шумана и за кредиты на войну против Вьетнама. 3 января [1952 г. — Ред.], воздержавшись при голосовании, социалисты в последний раз спасли правительство Пле-вена. Спустя три недели, когда по приказу из Парижа проливалась кровь в Тунисе, социалисты голосовали за полномочия новому премьер-министру Эдгару Фору, который подтвердил свое намерение продолжать политику предыдущего кабинета. Если бы не 106 голосов социалистов, то образование правительства Фора было бы невозможно К

    Во время голосования по вопросу о «европейской армии» в феврале 1952 г. правительство Фора смогло удержаться также только благодаря измене правых социалистов. Это продолжалось до тех пор, пока возмущение французского народа не привело к падению кабинета Фора.

    Правосоциалистические лидеры являются организаторами фашистского террора против миролюбивого населения. Они не постеснялись принять вновь в ряды своей партии 10 бывших своих руководящих деятелей, дискредитированных сотрудничеством с режимом Виши. В те моменты, когда они считали более выгодным для себя прекратить роль «оппозиции», они входили в правительство совместно с деголлевцами.

    Правые социалисты сами организуют полицейский террор, направленный против французского рабочего движения, и несут ответственность за зверские репрессии против населения колоний, борющегося за свою свободу. Именно социалист Бейло, префект полиции Парижа, запретил в феврале 1952 г. традиционную демонстрацию трудящихся Парижа в связи с годовщиной разгрома фашистского путча 1934 г. Именно центральный орган социалистической партии газета «Попюлер» охарактеризовал огромную массовую демонстрацию парижан против прибытия генерала Риджуэя, как «фашистский мятеж». В связи с провокационным арестом Жака Дюкло полицией, которую возглавлял правый социалист, эта же газета требовала: «Закон должен быть применен во всей его строгости».

    Именно «социалист» министр колоний Мутэ развязал варварскую войну во Вьетнаме. Именно «социалист» верховный комиссар де Коппе заявил в 1947 г., в связи со вспышкой народно-освободительного движения на Мадагаскаре: «Если мальгашский народ желает войны, он ее получит». Де Коппе несет ответственность за убийство 89 тыс. мальгашских патриотов. Именно «социалист» Пешу будет обвинен французским народом за преступные массовые убийства и массовые аресты среди населения Берега Слоновой кости в 1949—1950 гг.

    Излишне доказывать, <что правые социалисты являются злейшими врагами международного движения за мир.

    Но французский народ привлечет правых социалистов к ответу за их измену. Влияние социалистической партии на массы уменьшается. От нее отворачиваются рабочие. Рядовые члены партии протестуют против политики партийного руководства и перестают выполнять его указания. От съезда к съезду все ярче проявляется кризис социалистической партии. Очень характерным свидетельством этого же процесса являются приводившиеся уже результаты выборов. За время, прошедшее от октябрьских выборов 1945 г. до ноябрьских выборов 1946 г., социалистическая партия потеряла более 20% поданных за нее голосов. В настоящее время за нее голосует лишь немногим больше половины избирателей, голосовавших за эту партию в то время, когда непосредственно после войны она обещала французскому народу повести совместно с коммунистами страну по пути новой демократии, к новому, счастливому будущему. Вместо 4,6 млн. голосов, полученных ею в октябре 1946 г. (23,2% общего количества голосовавших), социалистическая партия собрала на парламентских выборах в июне 1951 г. лишь

    2,7 млн. голосов, то есть 13,9%. Число членов партии уменьшилось и составляет сейчас менее одной трети прежнего. В 1952 г. из 350 тыс. членов партии, насчитывавшихся в 1946 г., в ее рядах осталось только 108 тыс. членов.

    Во время выборов в январе — феврале 1952 г.109 группа известных социалистов обратилась к общественности с заявлением, в котором, между прочим, говорилось:

    «Руководители нашей партии совместно с РПФ дали согласие на образование правительства Плевена, реакционная социальная программа которого была им достаточно известна... Они утверждают, что желают повысить уровень жизни рабочих, и в то же время дали согласие на введение налогов, которые нас душат... Они восклицают «долой войну!», а сами голосуют за огромные военные кредиты, разрушающие страну. Сознавая свою ответственность, мы призываем к единству действий с нашими братьями коммунистами» 110.

    Это заявление свидетельствует о всей глубине кризиса, охватившего социалистическую партию Франции. Оно говорит о растущем сопротивлении членов этой партии изменнической политике руководства. Оно говорит о банкротстве политики правосоциалистических лидеров и свидетельствует о том, что французский народ полон решимости преодолеть раскол рабочего движения. На многих предприятиях страны существуют комитеты единства действий социалистических, коммунистических, христианских и беспартийных рабочих. Единство действий французского пролетариата положит конец расколу рабочего движения, одержит победу над агентами американского империализма в рядах французского рабочего движения и обеспечит победу французского народа над империалистами «своими» и иностранными.

    3. Проникновение американского капитала в решающие отрасли экономики французской метрополии и ее колоний после второй мировой войны

    Обострение кризиса французского капитализма в период после второй мировой войны, к главным признакам которого относится американизация экономической, политической и общественной жизни, особенно проявляется в многократном увеличении инвестиций американского капитала во французскую промышленность по сравнению с довоенным временем. Еще перед второй мировой войной американский монополистический капитал удерживал в своих руках важные позиции во французской экономике. Например, рокфеллеровский нефтяной трест «Стандард ойл» контролировал «Стандард франсэз де петроль» и «Сокони-Вакуум франсэз», а «Интернейшнел харвестер» — заводы компании «СИМА», считающейся одной из пяти крупнейших компаний Франции, производящих автомашины и тракторы (в это число входят также французские заводы Форда). После войны эти позиции были значительно усилены и укреплены. В связи с планом Маршалла начался прямо-таки наплыв американского капитала во французскую промышленность. Б настоящее время американский капитал держит в своих руках ключевые позиции экономики Франции и ее колоний.

    Основным средством содействия массовому приливу американского капитала после второй мировой войны был план Маршалла, при помощи которого во французскую экономику были вложены миллиардные суммы. Инвестиции из средств плана Маршалла осуществлялись либо через так называемый эквивалентный фонд, находящийся в исключительном распоряжении американского Управления экономического сотрудничества и образуемый в результате продажи товаров, поставляемых по плану Маршалла, либо с помощью кредитов, выделяемых непосредственно Управлением экономического сотрудничества. Кроме того, разумеется, продолжались в значительных масштабах и частные инвестиции американских монополий. Косвенный метод экспорта капитала, иначе говоря, экспорт капитала, поступающего из государственных средств и осуществляемый империалистическим государством, является важным методом экспорта капитала, применяемым американским империализмом в период после второй мировой войны. При этом методе крупные монополии остаются внешне на втором плане. Поэтому наплыв американского капитала во Францию осуществлялся в основном путем инвестиций средств эквивалентного фонда и путем непосредственных инвестиций Управления экономического сотрудничества. Наряду с этим, но не в первую очередь имеют место частные инвестиции американского капитала во Франции.

    Инвестиции из средств плана Маршалла часто осуществлялись так, чтобы первоначально выделять меньшую долю необходимого капитала; это открывало практически неограниченные возможности для проникновения американского капитала во Францию. Так, на 31 марта 1950 г. доля инвестиций Управления экономического сотрудничества на 20 объектах составляла лишь 110,8 млн. долл. при общей сумме инвестиций в

    535.7 млн. долл. При этом из суммы, которая приходилась на долю Управления экономического сотрудничества, переведено было только 57,3 млн. долл. К

    Абсолютное большинство вкладываемых капиталов инвестируется в целях расширения предприятий металлургической промышленности. Из доли инвестиций Управления экономического сотрудничества, составляющей

    110.8 млн. долл., предназначенных для финансирования экономики Франции, на одну эту отрасль промышленности приходится около 66 млн. долл., что составляет 59,3% всей суммы. Основная доля капиталовложений в этой отрасли промышленности падает на предприятия «СОЛЛАК» («Сосьете Лоррэн де Ляминаж континю») в Айанже и Эбанжее (74,8% от инвестиций Управления экономического сотрудничества в металлургическую промышленность) и «ЮЗИНОР» («Юнион сидерюржик дю Нор де ля Франс») в Монтатерс и Денене (20%). В связи с этим следует отметить, что Управление экономического сотрудничества обеспечило 100% всех инвестиций в железорудные шахты «СЕКМ» («Сосьете пур л’этюд дю шаржеман меканик») в Лотарингии, поставляющие руду предприятиям «СОЛЛАК». Капиталовложения во французскую авиационную промышленность осуществлялись Управлением экономического сотрудничества также в размере 100%. Относительно высокую долю участия в капиталовложениях (55%) взяло на себя Управление экономического сотрудничества и в алюминиевой промышленности. Здесь его инвестиции равномерно распределялись между предприятиями «Этаблис-сман Шарль Кокийяр» в Фроже и «Сосьете де трефилери э ляминуар дю Гавр» в Рюгле !.

    Даже эти первоначальные данные свидетельствуют о том, что американские капиталовложения концентрируются в решающих отраслях французской экономики, являющихся в то же время ключевыми позициями военного производства. При этом перечисленные выше, а также другие компании являются ведущими компаниями французских монополий или зависящими от них. Данные о распределении американских инвестиций даются Немецким экономическим институтом (см. табл. 13).

    Приведенные цифры относятся лишь к инвестициям непосредственно из средств Управления экономического сотрудничества, то есть не из средств эквивалентного фонда, образованного в результате продажи товаров, поставленных в ту или иную страну из Соединенных Штатов. Однако подобные инвестиции, поступающие прямо из средств Управления экономического сотрудничества, в количественном отношении уступают инвестициям из эквивалентного фонда.

    Только из средств, перечисленных па эквивалентный фонд в результате так называемой «временной помощи», 312,6 млн. долл. было полностью использовано в целях «содействия производству» (о распределении этих средств по отраслям хозяйства см. табл. 14).

    В данном случае, как и позже, при инвестициях из эквивалентного фонда собственно плана Маршалла бросается в глаза концентрация вкладов в энергетическую промышленность и транспорт. Это является выражением обстоятельства, ставшего очевидным лишь спустя несколько лет, что агрессивный американский империализм стремится превратить в своего основного союзника

    Инвестиции Управления экономического сотрудничества во Франции

    (по состоянию на 31 марта 1950 г.)

    Объект, его наименование и месторасположение

    Общий

    размер

    инвестиций

    Доля Управления экономического сотрудничества

     

    В МЛН. ДОЛЛ.

    в %

    Горнодобывающая промышленность:

    «Мин доманияль де потасс д’Альзас», Эльзас.............

    125,0

    4,0

    3,2

    «СЕКМ» («Сосьете пур л’этюд дю шаржеман меканик»), Лотарингия

    4,0

    4,0

    100,0

    Итого . . .

    129,0

    8,0

    6,2

    Сталелитейная промышленность: «СОЛЛАК» («Сосьете Лоррэн де Ляминаж континю»)......

    133,1

    49,4

    37,1

    «ЮЗИНОР» («Юнион сидерюржик дю Нор де ля Франс»), Монте-тер, Денен...........

    60,6

    13,1

    21,6

    «Этаблиссман Ж. Ж. Карно э форж де Басс-Эндр», Басс-Эндр ....

    10,0

    2,2

    22,0

    «Сосьете Лоррэн дез'Асьери де Ромба», Ромба.........

    8,7

    1,3

    14,9

    Итого . . .

    212,3

    65,9

    31,1

    Нефтяная промышленность: «Компани де рафинаж Шелл-Берр»

    31,6

    1,8

    5,8

    «Компани франсэз де рафинаж» . .

    11,0

    3,1

    28,6

    «Рафинери франсэз де петроль, де л’Атлантик», Донж.....

    9,4

    0,7

    7,9

    «Стандард франсэз де петроль», Пор-Жером..........

    6,4

    1,4

    22,3

    «Сокони Вакуум франсэз» ....

    6,0

    0,8

    14,2

    Итого . . .

    64,5

    8,2

    12,4

    Продолжение табл. 13

    Объект, его наименование и месторасположение

    Общий

    размер

    инвестиций

    Доля Управления экономического сотрудничества

     

    В МЛН.

    ДОЛЛ.

    в %

    Алюминиевая промышленность:

    «Этаблиссман Шарль Кокийяр», Фрож.............

    2,0

    1,1

    55,0

    «Сосьете те трефилери э ляминуар дю Гавр», Рюгл.........

    2,0

    1,1

    55,0

    Итого . . .

    4,0

    2,2

    55,0

    Химическая промышленность: «Сосьете нафташими».......

    13,8

    0,8

    6,2

    Производство полотна для покрышек «Ле Блан компани», Лилль .

    U

    1,0

    75,4

    Промышленное оборудование «Шнейдер э К°»........

    8,6

    1,9

    22,4

    Различные объекты:

    Электростанция компании «Электри-ситэ де Франс», Аригги ....

    20,0

    4,0

    20,0

    Электростанция в Деши, в 100 тыс. квг..........

    19,5

    15,0

    76,9

    Французское министерство почт, телеграфа и телефона.....

    60,0

    1,3

    2,2

    Французская авиационная промышленность ............

    2,5

    2,5

    100,0

    Итого . . .

    102,0

    22,8

    22,4

    Всего . . .

    535,7

    110,8

    20,7

    Источник: Aufrustung in Europa durch Investitionen mit M irshallplan-

    geldern», «Berlchte des Deutschen Wirtschaftslnstituts», № 2, Berlin, 1951, S. 14 ff.

     

    Млн. ЛОЛЛ.

    °.'o

    Сельское хозяйство ..........

    _

    _

    Горнодобывающая промышленность . .

    34,1

    10,9

    Энергетическая промышленность . . .

    169,4

    54,2

    Остальная промышленность......

    21,4

    6,8

    Транспорт ..............

    84,0

    26,9

    Различные отрасли..........

    3,7

    1,2

    Всего .....

    312,6

    100,0

    Источник: «Aufrustung in Europa durch Investitionen mit Marshallplan-

    geldern», «Berichte des Deutschea Wirtschaftsinstituts», № 2, Berlin, 1951, S. 7.

    на Европейском континенте не союзную ему Францию, а германский империализм, в связи с чем центр базы военного производства, создаваемой в рамках подготовки и осуществления третьей мировой войны, должен находиться не во Франции, а в Руре. Цифры свидетельствуют о том, что Франции при определенных обстоятельствах предназначена роль базы снабжения и территории, по которой проходят коммуникации агрессивных армий, расположенных вдалеке от Атлантического побережья, в Центральной Европе, в первую очередь коммуникации возрождаемого германского вермахта.

    К сожалению, не имеется точных данных для того, чтобы сделать определенные выводы путем сравнения инвестиций, непосредственно осуществляемых Управлением экономического сотрудничества, и инвестиций из средств эквивалентного фонда и выявления различий между ними. Однако необходимо отметить заслуживающее серьезного внимания обстоятельство, что, как следует из приведенного нами отчета Немецкого экономического института, непосредственные инвестиции Управления экономического сотрудничества в значительной своей части вкладываются в промышленность, и в первую очередь в предприятия основных военных монополий; в то же время инвестиции из средств эквивалентного фонда и, в первую очередь, из средств, накопив-

    Шихся в результате временной помощи, концентрируются в энергетической промышленности и транспорте. Из этого следует, что непосредственные инвестицйи Управления экономического сотрудничества, несмотря на их меньшие размеры по сравнению с инвестициями из средств эквивалентного фонда, в качественном отношении превосходят последние. Есть основания с полным правом предполагать, что непосредственные инвестиции Управления экономического сотрудничества обеспечивают значительно большие возможности осуществления контроля и влияния, чем инвестиции из средств эквивалентного фонда. Известно, что действительное влияние иностранных инвесторов не измеряется исключительно долей их участия во вложенном капитале. Доля участия в лучшем случае свидетельствует о низшей границе их влияния, в то время как фактическая власть иностранного, а в данном случае американского капитала выходит далеко за рамки его номинального участия.

    О размерах и использовании средств эквивалентного фонда, накопившихся в результате действия плана Маршалла, имеются данные лишь по состоянию на 31 марта 1950 г. Это значит, что в действительности общая сумма инвестиций этого рода гораздо больше.

    Наличные средства эквивалентного фонда на 31 марта 1950 г. .составляли 1479,8 млн. долл.111 Из них 5%, то есть 64,3 млн. долл., были выделены в распоряжение американского правительства на административные расходы и пр.112; 95% (1415,5 млн. долл.) поступили в распоряжение Управления экономического сотрудничества, которое израсходовало 1353,4 млн. долл., то есть 95,6% суммы, поступившей в его распоряжение.

    Израсходованные 1353,4 млн. долл. в значительной своей части были инвестированы во французскую промышленность с целью «расширения производства».

    Более половины всех инвестиций, имевших целью «расширение производства» и поступивших из средств эквивалентного фонда собственно плана Маршалла, было использовано для развития энергетической промышленности и транспорта. Основные принципы инвестиционной политики по сравнению с 1948 г. не изменились. Доля промышленности увеличилась лишь незначительно и не достигла даже 1/11 общей суммы инвестиций, имевших целью «расширение производства».

    Таблица 15

    Использование средств эквивалентного фонда плана Маршалла

    (по состоянию на 31 марта 1950 г.)

     

    Млн. долл.

    °/о

     

    Всего...............

    1 353,4

    100,0

     

    Погашение долгов.........

    171,4

    12,7

     

    Расширение производства.....

    1 132,7

    83,7 =

    100,0

    Сельское хозяйство .......

    129,6

    9,6

    11,4

    Горнодобывающая промышленность

    268,3

    19,8

    23,7

    Энергетическая »

    425,0

    31,4

    37,5

    Остальная »

    97,8

    7,2

    8,6

    Транспорт ............

    173,9

    12,9

    15,3

    Различные отрасли .......

    38,1

    2,8

    3,5

    На другие цели ..........

    49,3

    3,6

     

    Строительство общественных зданий

    3,1

    0,2

     

    Жилищное строительство ....

    44,0113

    3,2

     

    Разное .............

    2,2

    0,2

     

    1 44 млн. долл., отпущенных на жилищное строительство, ни в коем случае не пошли на пользу французскому населению. В послевоенные годы во Франции истрачены значительные суммы на возведение роскошных помещений для американских офицеров, гражданских чиновников и учреждений.

    Источник: «Aufriistung in Europa durch Investitlonen mit Marshallplan-geldern», «Berichte des Deutschen Wirtschaftsinstituts», № 2, Berlin, 1951, S. 10—11.

    Эти Данные также свидетельствуют о том, что йлан Маршалла, в противоположность официальной пропаганде, не имеет ничего общего с развитием европейской мирной экономики, с повышением производства и поднятием жизненного уровня населения. План Маршалла явился лишь подготовкой к созданию экономических, политических и военных агрессивных организаций американского империализма, направленных против стран демократии и мира, организаций, основные контуры которых в настоящее время обрисовываются довольно четко К

    Это хорошо известно и в капиталистических странах. «Экономист» от 22 июля 1950 г. пишет: «Эквивалентный фонд играет во французской программе инвестиций столь значительную роль в особенности потому, что деньги этого фонда могут быть использованы лишь в целях, санкционированных Управлением экономического сотрудничества. Никакой маневр парламентариев не может ни на йоту изменить характер применения этого фонда».

    Значение этого явления для американской политики подготовки войны легко понять.

    Для получения общего представления обо всех инвестициях, осуществленных во Франции в связи с планом Маршалла, нехватает данных 114.

    На основании цифр, приводимых Немецким экономическим институтом, можно прийти к выводу, что эти инвестиции складываются, во-первых, из средств, эквивалентного фонда, поступивших в результате осуществления собственно плана Маршалла за вычетом 5%, подлежащих отчислению в пользу правительства США (1353,4 млн. долл.); во-вторых, из эквивалентного фонда, образовавшегося в результате осуществления «временной помощи», использованного в целях «развития производства» (312,6 млн. долл.); в-третьих, из суммы непосредственных инвестиций Управления экономического сотрудничества (110,8 млн. долл.). Следовательно, общая сумма инвестиций составляла 1776,8 млн. долл. Из этой суммы следует вычесть 171,4 млн. долл., использованных на погашение долгов, и 49,3 млн. долл., затраченных на другие цели. Тогда получается, что на 31 марта 1950 г. инвестиции американского капитала в промышленность и транспорт Франции из средств плана Маршалла составляли более чем 1,5 млрд. долл. (1556,1 млн. долл.). Средства из эквивалентного фонда, возникшего в результате осуществления плана Маршалла, использовались следующим образом (включая погашение долгов и средства, выделенные на «другие цели») (см. табл. 16).

    Учитывая постоянное сокращение кредитов правительством и конгрессом Соединенных Штатов и исходя из предположения, что характер расходов средств из эквивалентного фонда оставался таким же и впоследствии, можно предположить, что инвестиции из средств эквивалентного фонда, осуществленные на следующем этапе плана Маршалла, после 31 марта 1950 г. (с 1 апреля 1950 г. до середины 1952 г.) составляли, по крайней мере, 600—800 млн. долл. На основании имеющегося материала невозможно даже предположительно оценить общую сумму инвестиций в промышленность и транспорт Франции, осуществленных в связи с планом Маршалла.Приблизительная сумма, полученная на основании приведенных данных и составляющая от 2,2 до 2,4 млрд. долл., может поэтому считаться лишь минимальной. Действительные размеры инвестиций были, конечно, гораздо большими.

    Необходимо особо подчеркнуть, что до сих пор речь шла лишь об инвестициях в промышленность и транспорт. При этом остались неучтенными другие долговые обязательства, возникающие, например, в результате финансирования внешней торговли Управлением экономического сотрудничества или Европейским платежным

    145


    10 Зак. 215. Р. Гутермут

    Использование средств эквивалентного фонда, возникшего в результате осуществления плана Маршалла (в млн. долл.)

    (по состоянию на 31 марта 1950 г.)

    Цель использования средств

    Всего

    В том

    «временная

    помощь»

    числе

    план

    Маршалла

    I. Общая сумма «•........

    Ч 666,0

    312,6

    1 353,4

    «Стабилизация» денежного и финан

         

    сового хозяйства ........

    171,4

    171,4

    «Расширение» производства ....

    1 445,3

    312,6

    1 132,7

    «Другие цели»..........

    49,3

    49,3

    Распределение полученных

    кредитов

    11. «Расширение» производства .

    1 445,3

    312,6

    1 132,7

    Сельское хозяйство......

    129,6

    129,6

    мелиорация ..........

    45,7

    45,7

    лесное хозяйство .......

    различные сельскохозяйствен

         

    ные объекты........

    83,9

    83,9

    Горнодобывающая промышлен

         

    ность ............

    302,4

    34,1

    268,3

    угольная ...........

    302,4

    34,1

    268,3

    железорудная ........

    Обрабатывающая промышлен

         

    ность ............

    119,2

    21,4

    97,8

    металлургическая .......

    53,6

    4,9

    48,7

    машиностроительная.....

    10,4

    5,0

    5,4

    нефтяная промышленность и пе

         

    реработка угля.......

    11,7

    7,7

    4,0

    пищевая промышленность . .

    9,7

    9,7

    текстильная » . .

    7,1

    7,1

    удобрения ..........

    7,2

    1,4

    5,8"

    химическая промышленность .

    4,0

    0,7

    3,3

    бумажная »

    1,0

    1,0

    Т1родолжениё табл. 16

       

    В том

    числе

    Цель использования средств

    Всего

    «временная

    помощь»

    план

    Маршалла

    стекольная и камнеобрабатывающая промышленность . .

    2,7

    0,9

    1,8

    резиновая ъ . .

    0,7

     

    0,7

    различные отрасли......

    ПД

    1,8

    10,3

    Транспорт ..........

    257,9

    84,0

    173,9

    железные дороги.......

    164,5

    56,3

    108,2

    торговый и рыболовный флот

    71,1

    22,7

    48,4

    водные пути и порты.....

    17,2

    4,4

    12,8

    шоссе............

    5,1

    0,6

    4,5

    телефонная связь.......

    система каналов .......

    Энергетика..........

    594,4

    169,4

    425,0

    Различные проекты «расширения» производства.....

    41,8

    3,7

    38,1

    III. «Другие цели».......

    49,3

    49,3

    Строительство общественных зданий ...........

    3,1

    _

    3,1

    Жилищное строительство . . .

    44,0

    44,0

    Разное ............

    2,2

    2,2

    Источник: «Berichte des Deutschen Wirtschaftsinstituts», № 2, 1951,

    S. 22—23.

         

    союзом в результате финансирования поставок вооружения и т. д.

    Наряду с инвестициями по плану Маршалла, разумеется, продолжались и «частные» капиталовложения американских фирм во французскую экономику. Хотя размеры этих инвестиций меньше, чем размеры официальных инвестиций по плану Маршалла, однако «част* ные» инвестиции значительно возросли по сравнению с довоенным временем. Чтобы способствовать расширению американского экспорта капитала во Францию и усилению

    контроля над йим, ряд крупных американских финансовых группировок создал в конце 1949 г. специальный комитет под руководством председателя «Чейз ней-шнсл бэнк» У. Олдрича. Имевшее место еще до войны участие американского капитала во французской экономике возросло. Завоевываются новые позиции.

    Компания Меллона «Алюминиум компани оф Америка» купила завод цветной металлургии в городе Пьер-фит. Американский трест сельскохозяйственного машиностроения «Интернейшнел харвестр компани» дал в 1950 г. указание своему дочернему обществу «СИМА» («Компани энтернасьональ де машин агриколь Мак-Кормик-Диринг»), давно уже обосновавшемуся во Франции, начать осуществление программы строительства, рассчитанной на четыре года. Эта программа предусматривает наряду с модернизацией заводов в Круа (департамент Нор), Мантатер (департамент Уаза) создание нового тракторного завода с годовой мощностью в 7500 машин в Сен-Дизье (Верхняя Марна). Из общих расходов на осуществление этой программы, составляющих 13 млн. долл., сама Франция должна вложить 5,6 млн. долл., Управление экономического сотрудничества — 4,6 млн., а «Интернейшнел харвестер компани» — 2,8 млн. долл.

    Под видом предоставления кредитов американская «Вестерн электрик компани» вложила в государственный трест «Электриситэ де Франс» 3,8 млн. долл. Американская компания «Дженерал электрик» при помощи передачи патентов завоевывает влияние во французской электротехнической монополии «Компани де ламп». Исключительно велико американское влияние в нефтяной промышленности. Опираясь на свои французские дочерние общества, американские монополии «Стандард ойл компани оф Нью-Джерси», «Тексас ойл компани» и «Сокони-Вакуум ойл компани» ведут ожесточенную борьбу против группы «Шелл» во Франции. Инвестиции в сумме 1,8 млн. долл., осуществленные Управлением экономического сотрудничества в «Компани де рафинаж Шелл-Берр», — это одна из форм этой борьбы.

    После войны американские концерны значительно усилили свое влияние в нефтедобывающей и нефтеперерабатывающей промышленности Франции. В исключительных масштабах были увеличены производственные мощности, в частности в результате инвестиций по плану

    Маршалла в «Рафинери франсэз де петроль де л’Атлан-тик», в «Стандард франсэз де петроль» и в «Сокони-Вакуум франсэз» — общества, американский характер которых виден уже по их названиям.

    «Поскольку французские нефтяные компании, а также французское правительство не могли найти средств для расширения добычи нефти, они обратились к американским финансовым группам с просьбой о кредитах. В связи с этим руководитель американской администрации по плану Маршалла во Франции заявил, что «Чейз нейшнел бэнк» может предоставить кредиты только при условии, что эти компании уступят, по крайней мере, одну треть своих акций рокфеллеровскому концерну «Стандард ойл компани оф Нью-Джерси» *.

    Американские нефтяные монополии завоевали сильные позиции также в нефтедобывающей промышленности Северной Африки.

    Нет почти ни одной отрасли промышленности, куда бы не проник американский капитал.

    Химическая промышленность. Химическая монополия «Е. И. Дюпон де Немур энд К0» — один из главных военных концернов Соединенных Штатов — купила в Лионе химическую фабрику. Американский трест «Монсанто кемикл компани» купил 20 тыс. акций французских предприятий компании «Куан», Управление экономического сотрудничества предоставило предприятиям компании «Нафташими» 850 тыс. долл. для расширения завода, который будет производить химические продукты из нефти.

    Машиностроительная промышленность. Французская машиностроительная фирма «Сосьете альзасьенн де кон-стрюксьон меканик» взяла на себя использование патента американского концерна «Дюпон де Немур» во Франции. В связи с этим французская фирма заключила контракт с американским машиностроительным заводом «Батерворт», который производит специальные машины для работы на основе патента Дюпона 115.

    Текстильная промышленность. Американская компания «Зингер мэнюфекчюринг компани» только за два года вложила в промышленность, производящую швей-ные машины, 717 тыс. долл.

    Воздушный транспорт. Воздушный транспорт в значительной степени находится в руках американцев. Американское общество «Трансуорлд эйр л айне» уже в 1950 г. обеспечивало на две трети воздушное сообщение по линии Париж — Нью-Йорк. Используя забастовки и локаут французского персонала, американская компания «Пан-Америкен эйруэйс», одним из руководителей которой является генерал Маршалл, открыла новую авиалинию Париж — Америка. Из 93 машин, находившихся в распоряжении государственного французского общества «Компани насьональ Эр-Франс» в 1950 г., 79 были американского происхождения и только 14 французской конструкции. Французские самолеты, качество которых общепризнано, просто не покупались дирекцией «Компани насьональ Эр-Франс», ибо заказы были резервированы за американскими фирмами.

    Подобных примеров можно бы привести много. Они совершенно ясно свидетельствуют о растущем проникновении американского капитала во Францию и раскрывают глубину кризиса французского капитализма. «Комитэ де Форж», концерн Шнейдера, группа Малле, Лорана и Ротшильда, 15 семейств, возглавляющие Французский банк, — все они в большей или меньшей степени стали младшими партнерами американского финансового капитала, давление которого на них еще более увеличивается со вступлением в силу плана Шумана.

    Было бы, однако, неправильным закрывать глаза на глубокие противоречия в этом союзе, которые раздирают его и приведут к распаду.

    В целях обеспечения максимальных прибылей французский и американский финансовый капитал объединились в антисоветский фронт на базе их общей заинтересованности в подавлении французского народа, милитаризации экономики, в организации «крестового похода» против Советского Союза. Однако за фасадом этого внешне как будто единого фронта развертываются ожесточенные бои за источники сырья и рынки сбыта.

    Прилив американского капитала во Францию означает, что американские монополии в возрастающей степени принимают участие в эксплуатации большинства населения Франции. Это означает, что американский финансовый капитал стремится вырвать у французских монополий непрерывно увеличивающуюся часть капиталистической максимальной прибыли, выжимаемой из французского народа, прежде всего из рабочего класса Франции. Но, находясь перед угрозой гибели, господствующие монополистические и финансовые группы Франции вынуждены, чтобы обеспечить для себя максимальную прибыль, обороняться против экономической агрессии Уолл-стрита.

    На основе этих непримиримых противоречий между американскими и французскими империалистами возникла ожесточенная борьба за долю участия в эксплуатации французского народа и народов французской колониальной империи, за обеспечение максимальной капиталистической прибыли. Поэтому капиталистическая Франция вынуждена и стремится вырваться из подчинения США, чтобы обеспечить себе самостоятельное положение и высокие прибыли.

    Между американскими и французскими монополиями разыгрываются ожесточенные конкурентные бои на мировом рынке, например в Южной Америке. Шнейдер выступил против плана Шумана исходя из интересов своей самостоятельности и реализации максимальной прибыли. Французские промышленники участвовали в Международном экономическом совещании в .Москве в апреле 1952 г. и потребовали расширения торговли между Западом и Востоком. Они вынудили французское правительство, вопреки американской политике блокады, заключить в начале 1952 г. с Советским Союзом новый расширенный торговый договор.

    С особой остротой развились противоречия между французским и американским империализмом во французских колониях, где между американским и французским капиталом ведется ожесточенная борьба за господство. Однако в то же время французские власти и французские войска больше не в состоянии остановить развивающуюся революцию, направленную против колониального тнета. Поэтому они сотрудничают с американскими монополистами с целью подавить национально-освободительное движение в колониальных странах.

    Но американские империалисты намереваются не просто превратить французские колонии в военные плацдармы и базы, как это уже имеет место во Французской Северной, Западной и Экваториальной Африке, а также в Джибути и Индо-Китае. Они стремятся вообще в максимальной степени ликвидировать влияние французского империализма во французской колониальной империи. Они хотят превратить ее в американскую колониальную импе? рию, которая будет лишь формально принадлежать Франции. Французы в ней будут делать грязную работу по подавлению демократического движения и истязанию населения, а подлинными господами будут американцы.

    Проникновение американского капитала во французские колонии осуществляется, по меньшей мере, с такой же энергией, как и его проникновение во французскую метрополию. Как и во Франции, во французских колониях американские монополии захватывают решающие позиции. Рынки сбыта, источники сырья, сферы приложения капитала, принадлежавшие до этого французскому империализму, все больше переходят в собственность американского империализма. Только в рамках плана Маршалла до начала 1951 г. во французских колониях было инвестировано 500 млн. долл.1

    Особое внимание американских монополий привлекает Французская Северная Африка, ибо в ней находятся богатые залежи важного, так называемого «стратегического» сырья. В Марокко добыча этого сырья увеличилась по сравнению с довоенным временем во много раз.

    Таблица 17

    Добыча сырья в Марокко (в г)

     

    1938 г.

    1951 г.

    1952 г. 1

    Марганцевые руды........

    78 000

    334 000

    420000

    Свинцовые руды .........

    28 000

    93000

    110000

    Цинковые руды .........

    5 500

    36 500

    70 000

    Железные руды.........

    226 000

    545 000

    600000

    Кобальт.............

    6 500

    6 255

    8000

    Сурьмяная руда .........

    268

    1 742

    1 Оценочные данные.

         

    Источник: «Der Aufienhandel», № 6, 1953, S. 141.

       

    I «Per Aupenhandeb, № 6, 1951, S. 168.

    152

    На юге Алжира введены в эксплуатацию новые марганцевые и свинцовые рудники. Сообщают о положительных результатах поисков урановых руд. В этом пустынном районе при содействии американского капитала должна быть построена автострада и железнодорожная линия пpofяжeннocтью в 300 км.

    В Тунисе в 1949 г. было добыто 679 тыс. т железной руды, 23 845 т свинцовой руды, 6647 т цинковой руды116.

    Кроме того, Французская Северная Африка имеет самые богатые в мире залежи фосфата. В 1949 г. в Тунисе было добыто фосфата почти 2 млн. т. В 1951 г. добыча фосфата во всей Французской Северной Африке составила, по крайней мере, 7 млн. г117.

    Величайшие богатства Марокко, Алжира и Туниса, превратившие эти страны с конца XIX столетия в яблоко раздора между европейскими империалистическими странами, все больше и больше попадают в руки американцев. Французские власти передали американским трестам добычу стратегического сырья в Марокко.

    Французское правительство обязывается поставлять Соединенным Штатам стратегическое сырье и материалы, отменить таможенные сборы на большое количество ввозимых американских товаров, а также предоставить американцам особые права в отношении капиталовложений. Оно обязалось предоставить в этом отношении финансовые и политические гарантии 118.

    Привилегиями в отношении экспорта особо воспользовались более 30 компаний, принадлежащих крупнейшей американской финансовой группе — группе Моргана 119.

    Марокканские цинковые и свинцовые рудники в Заяне принадлежат, американскому концерну «Ньюмонт май-нинг корпорейшн», 60% импорта текстиля, сахара и чая держит в своих руках компания «Америкен трейд ассо-шиэйшн оф Марокко».

    Для обслуживания нового горнорудного района в Марокко предусмотрена реконструкция железнодорожной линии между Маракешем и городом Уарзазат. Как сообщает печать, Уарзазат связывается также с важным стратегическим шоссе на алжирской границе. Там при участии американского капитала на базе стратегического сырья Марокко и Алжира будет сооружен крупный промышленный комбинат военного значения.

    Большое число американских геологов занимается интенсивными поисками до сих пор неизвестных залежей стратегического сырья для американской военной промышленности. В Южном Марокко открыты большие залежи бериллия. В Омале (Алжир) начата уже добыча нефти.

    Добыча нефти, получившая развитие во Французской Северной Африке, прежде всего в Тунисе, лишь после второй мировой войны, также в значительной степени находится в руках американцев. В 1948 г. в Тунисе получили концессии два общества: «Сосьете Нор-Африкэн де петроль» в районе Сфакса на территории в 2 млн. га с учредительным капиталом в 1500 млн. фр., в котором принимает участие на 65% американская «Галф ойл кор-порейшн», а также «Компани де петроль де Тюнизи», которая получает территорию 1 млн. га в районе Суса. Ее учредительный капитал, составляющий 300 млн. фр., на 65% принадлежит англо-голландскому тресту «Ройял Датч-Шелл». Остаток учредительного капитала обоих обществ, составляющий в том и другом случае 35%, принадлежит французской государственной организации «Сосьете д’этюд де решерш э д’эксплуатасьон де петроль де Тюнизи».

    Из трех зон, на которые был разбит Тунис под предлогом необходимости организации нефтяных разведывательных работ, в руках французов осталась только одна — остальные были переданы «Галф ойл корпо* рейшн» и «Ройял Датч-Шелл».

    То же самое происходит и в других французских колониях. Во Французской Гвинее (Западная Африка), так же как и в Мавритании, в районе Конакри были открыты железорудные месторождения с высоким содержанием железа (50%). Для разработки этих месторождений Управление экономического сотрудничества выделило 2 млц. Долл,

    В соответствии с заключенным в 1948 г. договором, Соединенные Штаты получают почти всю добычу слюды с Мадагаскара, то есть 500 т в год *. В еще оккупированных [в 1953 г. — Ред.] французскими войсками областях Вьетнама американские фирмы «Стандард ойл», «Кал-текс ойл», «Бетлехем стал корпорейшн», «Флорида фосфат» и другие завладевают каучуком, рудами и иными богатствами страны. Буржуазные французские газеты, в частности «Монд», часто с грустью признают, что французский капитал отступает, чтобы очистить место американскому капиталу.

    После окончания второй мировой войны в Индо-Китае были основаны многочисленные «совместные» американофранцузские общества вроде Индокитайского общества, Фонда для инвестиций в Индо-Китае, Южноиндокитайского общества гидроэлектростанций и т. д.

    Американские монополии уделяли в данном случае особое внимание добыче важнейших видов сырья. Подавляющая часть обществ, которые занимаются добычей стратегического сырья на все еще оккупированных территориях Индо-Кигая, прямо или косвенно связана с американским капиталом и в большей или меньшей степени контролируется американскими монополиями. Это, например, относится к созданному в 1946 г. Обществу по переработке дальневосточных фосфатов, к новому Обществу по переработке фосфатов в Тонкине, к Обществу по разведке и эксплуатации железной руды в Индо-Китае, Обществу по добыче цинка и вольфрама в Тонкине и т. д.