Юридические исследования - Сборник документов об отношениях СССР с Латвией, Литвой и Эстонией август 1939 г.-август 1940 г. -

На главную >>>

Международное публичное право: Сборник документов об отношениях СССР с Латвией, Литвой и Эстонией август 1939 г.-август 1940 г.


    Сборник подготовлен Министерством иностранных дел СССР. Документы охватывают период с августа 1939 г. по август 1940 г. включительно. В сборник вошла переписка Наркоминдела СССР с советскими дипломатическими представителями в Прибалтийских странах, телеграммы, письма, политотчеты, записи бесед, а также тексты договоров и соглашений с Латвией, Литвой и Эстонией этого периода. За исключением договоров и соглашений все документы публикуются впервые. Для широкого круга читателей.


    Министерство иностранных дел

    СССР

    ПОЛПРЕДЫ СООБЩАЮТ...

    Сборник документов об отношениях СССР с Латвией, Литвой и Эстонией

    август 1939 г.-август 1940 г.

    МОСКВА

    «МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ» 1990

    ББК 66.4(0) П52

    Редколлегия сборника:

    В.Г. КОМПЛЕКТОВ - председатель, В.А. АЛЕКСАНДРОВ, Б.Н. БЕЛУНОВ, Ф.Н. КОВАЛЕВ, Т.А. КУЛДСЕПП, Ю.B. КУПЛЯКОВ, Р.К. МАЛИШАУСКАС, Н.В. НЕЙЛАНД, Г.А. ТАХНЕНКО

    0802000000-055 П    КБ-52—И—1989


    003(01)—90

    ISBN 5-7133-0354-3

    © Составление Министерства иностранных дел СССР, 1990


    Широкая гласность как один из важнейших элементов демократизации советского общества резко повысила интерес к подлинным документам внешней политики страны. Теперь уже не только узкий круг политологов, но и люди, никак не связанные профессионально с политикой, хотят по первоисточникам разобраться в хитросплетениях наиболее драматичных периодов отечественной истории, на основе документов строить о них свое представление.

    Откликаясь на этот общественный интерес, МИД СССР раскрывает свои архивы. Вниманию читателей предлагается еще недавно закрытая для исследователей переписка Наркомата иностранных дел СССР с советскими полпредами в Балтийских государствах - Латвии, Литве, Эстонии.

    Далекий от литературных тонкостей стиль дипломатических нот, директив, служебных докладов, дневниковых записей лучше передает пульс времени, чем самое изысканное исследование, сделанное десятилетия спустя.

    Полпреды Страны Советов решали задачу дня, хотя политический курс, которому они были верны, имел иной временной масштаб, уходил в даль предыдущих и последующих десятилетий. Это были разные люди, с неодинаковым видением жизни и отличающимися друг от друга манерами изложения мнений, но в соответствии со свойственными любой дипломатической службе нормами они стремились четко и обстоятельно информировать центр о событиях, участниками которых им пришлось оказаться.

    Полпреды 30-х годов выражали тот дух большевизма, который так ценил в дипломатическом аппарате В.И. Ленин, их сознание формировалось под влиянием широкой трактовки государственных интересов СССР на мировой арене, в том числе и благородных идей пролетарской солидарности.

    Едва ли полпреды и иные представители Москвы, в том числе военные, заглядывали далеко в историю. Перед каждым из них маячили тени и всполохи 1935-1938 годов, возможно, не все были уверены, что дотянут до времени без тюрем и расстрелов. Тревожными были их перспективы даже на ближайшее будущее. Этого тоже нельзя сбрасывать со счетов при чтении материалов той трагической поры.

    В ходе развернувшейся в последнее время в Балтийских республиках дискуссии относительно путей и форм их дальнейшего социально-экономического развития нередко в центр споров попадает период предвоенной истории, которая, естественно, рассматривается и с учетом отношений - постоянных противоречий и временных соглашений - между фашистской Германией и Советским Союзом.

    В условиях перестройки и гласности события 1939-1940 годов в Литве, Латвии и Эстонии вызывают бурный всплеск эмоций, различные толкования, а порой и просто спекуляции. Особенно остро мнения сталкиваются в оценке советско-германских договоренностей 1939 года. С одной стороны, утверждается, например, что вхождение Балтийских республик в состав СССР в большей степени было* результатом этих договоренностей, чем всех последующих исторических событий. С другой стороны, говорится, что благодаря этим договоренностям были созданы благоприятные предпосылки для революционного самоопределения на-родов.

    Пренебрежительное отношение Сталина, Молотова, других деятелей того времени к международно-правовым нормам и элементарным требованиям цивилизованности в межгосударственном общении оказало немалое негативное влияние на внешнюю политику СССР. Сталинский курс шел вразрез с принципами советской внешней политики, сформированной Лениным, и не отражал ее сущностной социалистической основы. Объективно советская политика формировалась под воздействием многих факторов сложной международной ситуации, расстановки военных и политических сил в мире. Она постоянно находилась под влиянием идеологии социализма, учитывала прямые и обратные связи, в том числе действия и призывы революционных сил. Было бы большим упрощением рассматривать отношения СССР с Балтийскими государствами как одномерные и имеющие своим истоком только волю Москвы.

    Известно, что в захватнических планах фашистской Германии немаловажное место отводилось и Балтийским государствам. В результате ее агрессивной политики положение этих государств с каждым годом осложнялось. В марте 1939 года после ликвидации Чехословакии была оккупирована и принадлежавшая Литве Клайпеда (Мемель). Разрабатывались планы вторжения в Польшу, и в первоначальном варианте плана (”Фаль Вайс”) фигурировала частичная оккупация Балтийских стран.

    Попытки Советского правительства весной - летом 1939 года договориться с Англией и Францией о создании в Европе надежного фронта демократических государств для защиты от агрессора остались безрезультатными. Руководство СССР приняло предложение Германии о заключении договора о ненападении, который и был подписан 23 августа 1939 г. А в сентябре был заключен также договор ”о дружбе и границе”. Одновременно в обоих случаях были подписаны и секретные протоколы.

    Принципиальную ясность на этот счет внесли постановление Съезда народных депутатов СССР от 24 декабря 1989 г. ”0 политической и правовой оценке советско-германского договора о ненападении от 1939 года”, доклад председателя депутатской комиссии и сопутствовавшая ему дискуссия. Решительно осудив факт заключения секретных договоренностей с Германией, Съезд народных депутатов СССР признал секретные протоколы юридически несостоятельными и недействительными с момента их подписания.

    Съезд отметил, что протоколы не создавали новой правовой базы для взаимоотношений Советского Союза с третьими странами, ко были использованы Сталиным и его окружением для предъявления ультиматумов и силового давления на другие государства в нарушение взятых перед ними правовых обязательств.

    Важным производным достигнутых в августе - сентябре 1939 года советско-германских договоренностей стало установление предела экспансии Германии в Восточной Европе. Она была вынуждена отказаться от притязаний на Прибалтику, Западную Украину, Западную Белоруссию, Бессарабию. От Балтийских государств отводилась непосредственная опасность оказаться оккупированными фашистской Германией. Вместе с тем договоренности об отнесении этих регионов к сфере интересов СССР заключались без участия соответствующих суверенных государств, что и ныне справедливо оценивается как нетерпимый сговор.

    Осенью 1939 года Советское правительство предложило правительствам Эстонии, Латвии и Литвы заключить пакты о взаимопомощи. Эта мера способствовала укреплению безопасности северо-западных границ СССР, ограждала Балтийские государства от угрозы фашистской агрессии. В результате проходивших в Москве двусторонних переговоров были заключены соответствующие пакты: 28 сентября 1939 г.-с Эстонией, 5 октября-с Латвией и 10 октября-с Литвой (помимо самих пактов и приложенных к ним конфиденциальных протоколов, в Архиве внешней политики СССР не удалось найти иных документов, относящихся к подготовке переговоров и их ходу).

    Согласно условиям договоров, Советский Союз получал право содержать на территориях Эстонии, Латвии и Литвы ограниченное количество войск и в определенных пунктах создавать военно-морские базы и аэродромы. Советско-литовский договор предусматривал также совместную защиту литовской границы и передачу г. Вильно и Виленской области Литве.

    Одновременно между СССР и Балтийскими странами были подписан^ новые торговые соглашения, по которым они начали получать нефть, железо, хлопок и другие сырьевые товары. Это облегчило их экономическое положение, компенсировало утрату значительного объема торгово-экономических связей с западными государствами, нарушенных в результате войны и исключения балтийских морских путей из сферы международного торгового общения.

    Советские воинские контингенты, размещенные в Балтийских странах, имели строгие предписания исключать контакты с местным населением, что выполнялось и на практике. За таким образом действий советских представителей бдительно следила и тайная полиция Балтийских стран. Присутствие советских войск в тот период не оказывало существенного влияния на политические процессы, хотя, естественно, не могло не играть роль определенного морально-политического фактора, активизировались демократические силы, стали открыто действовать коммунистические партии, обычным явлением становились митинги, забастовки, имевшие не только экономическую, но и политическую направленность.

    В условиях разраставшейся мировой войны, краха ряда крупных и малых государств Европы военно-политическое положение СССР серьезно осложнилось. Захватив Данию и Норвегию, гитлеровские войска в мае 1940 года вторглись в Голландию, Бельгию и Люксембург, 14 июня пал Париж. Блицкриг из доктринальной концепции превратился в угрожающую практику, под влиянием которой буржуазия ряда стран спешила продемонстрировать лояльность Германии. О реальной опасности блокирования на антисоветской основе реакционных кругов стран Балтики с правящей кликой Германии информировали Москву советские полпреды.

    В таких условиях у советского руководства сформировались представления о необходимости осуществить новые крупные мероприятия по укреплению обороны СССР, а также Литвы, Латвии и Эстонии от угрозы возможной агрессии со стороны Германии. Переговоры на этот счет вел непосредственно Молотов, ставший с мая 1939 г. не только Председателем Совнаркома, но и наркомом иностранных дел СССР.

    14 июня 1940 г. руководство СССР добилось от литовского, а 16 июня - от латвийского и эстонского правительств согласия на ввод на территории их стран дополнительных контингентов советских войск. Даже если признать, что по сути дела речь шла о мерах по укреплению взаимной обороны, а точнее - совместной, то все равно не уйти от того факта, что при этом Молотовым и другими использовалась совершенно недопустимая в отношениях между суверенными государствами форма ультиматумов, сопровождавшихся требованиями проведения изменений в составе правительств Балтийских республик. Уже один этот факт подтверждает правомерность решительного осуждения проявления сталинизма во внешней политике СССР.

    В июне 1940 года в Эстонию, Латвию и Литву для реализации ультиматумов были направлены А.А. Жданов, А.Я. Вышинский, В.Г. Деканоэов - деятели, неотделимые от произвола и репрессий сталинщины.

    Политические процессы в Латвии, Литве и Эстонии приобрели большую динамику. На повестку дня встал суровый выбор, с кем идти - с Германией или с Советским Союзом.

    Ввод дополнительных контингентов советских войск в Прибалтику способствовал активизации руководимых коммунистическими партиями революционных сил. Выборы, проводившиеся в этих республиках еще при буржуазном строе, привели к созданию правительств Народного фронта. Законность этих правительств была признана подавляющим большинством государств, поддерживавших дипломатические отношения со странами Прибалтики.

    Избранные в середине июля народные сеймы Латвии и Литвы, государственная дума Эстонии 21-24 июля 1940 г. приняли декларации о провозглашении Советской власти на своей территории, о вступлении в состав СССР. 3-5 августа 1940 г. на сессии Верховного Совета СССР Латвия, Литва и Эстония вошли в состав СССР.

    Решение о вступлении в СССР получило поддержку трудящихся этих республик именно потому, что в нем видели надежную гарантию от угрозы фашистского порабощения. В рамках СССР в республиках сохранялась национальная государственность балтийских народов, хотя принципы этой государственности были серьезно деформированы под воздействием сталинской командно-административной системы.

    В настоящее время в условиях революционной перестройки в нашей стране расширяются и права союзных республик, наполняется реальным содержанием их суверенитет. Процессы глубоких преобразований идут в Балтийских республиках. Идет переосмысление событий прошлого. При всем разнообразии мнений общим является суждение, что историю событий, связанных с вхождением Латвии, Литвы и Эстонии в состав СССР, нельзя рассматривать вне контекста общего мирового развития конца 30 - начала 40-х годов. Нельзя представить ее изолированной от нарастающей опасности фашистской агрессии, вне объективных социальных и политических процессов в странах Балтики без учета опыта их давних связей с Россией, а затем и Советским Союзом.

    1 *

    Сборник "Полпреды сообщают...” подготовлен на основе материалов Архива внешней политики СССР*. Большая часть документов публикуется впервые. Документы из архивов Балтийских республик не использовались, за исключением некоторых документов из сборников, вышедших в Вильнюсе, Риге и Таллинне в 1986-1987 годах.

    В сборник включена переписка НКИД СССР с дипломатическими представителями СССР в Балтийских странах, телеграммы, записи бесед, ноты, тексты договоров и соглашений СССР с Латвией, Литвой и Эстонией, а также некоторые материалы печати, относящиеся к теме сборника.

    Дипломатические документы воспроизводятся, как правило, по текстам, хранящимся в архиве. В отдельных случаях в документах опущена часть текста, не относящаяся к теме издания. Опущения отмечены отточием в квадратных скобках. Документы расположены в хронологическом порядке. Заголовки составлены редакцией. Встречающиеся в текстах имена и географические названия воспроизведены по оригиналу. В конце документа указывается источник; если документ был опубликован, указывается его первоначальное опубликование. В случае необходимости к документам даются подстрочные примечания. Издание снабжено именным указателем.

    Помощь в работе над сборником оказали; заместитель начальника Историкодипломатического управления МИД СССР Г.П. Кынин, сотрудники Управления

    Н.А. Абрамов, Б.В. Белевич, Т.С. Бирюлеве, Р.С. Горелова, С. М. Деренков, Г.А. Игнатьева, Т.А. Клименко, В.П. Куницына, Н.В. Плаксина, Н.В. Скитяева, Е.Р. Туэлукова, И.В. Фетисов, а также эксперт МИД СССР А.И. Юршенас. Сборник подготовлен к печати Г.А. Тахненко н Е.В. Филиковой. Вступление написано В.А. Александровым и Г.А. Тахненко.

    Редколлегия сборника выражает благодарность Историко-архивному управлению Генштаба ВС СССР, Институту военной истории МО СССР и Главархиву СССР за предоставленные для опубликования документы Центрального государственного архива Советской Армии.

    1. ПИСЬМО ПОЛПРЕДА СССР В ЛАТВИИ И.С. ЗОТОВА НАРКОМУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР ЮЛ. МОЛОТОВУ

    21 августа 1939 г.

    I. ВОПРОСЫ ВНУТРЕННЕЙ ЖИЗНИ ЛАТВИИ.

    РОСТ ПОЛИТИЧЕСКОГО НЕДОВОЛЬСТВА МАСС

    Как сообщалось раньше, виды на урожай самые неутешительные. Вследст-вие заморозков весной и неблагоприятного начала лета погибло хлебов в среднем до 40%. Кормовые травы (особенно клевер) даже не взошли. Сельское хозяйство Латвии переживает тяжелое состояние. Сельскохозяйственная камера в своем постановлении пишет: ”...с/х не должны поддаваться опасениям не только о недостатке кормов для скота, но и некоторых других печальных последствиях, возникших в связи с продолжительной засухой. Правительству хорошо известны переживаемые сельским хозяйством в настоящее время трудности”. На почве этого в деревне растет паническое настроение, вместе с тем все шире охватывают крестьянские массы политические настроения, направленные против существующего режима. Там, где сильнее недород, а следовательно, и сильнее страх перед ближайшим будущим, там выше и острее политическое недовольство масс. Правительство предприняло ряд мер по "успокоению” населения. Его беспокоят одинаково все районы, но особое место принадлежит Латгалии, где неурожай породил наибольшую тревогу и где политическое настроение, по мнению правительства, больше всего внушает опасения. Об этом районе весьма красноречиво говорит побывавший там министр внутренних дел Вальдман. "Местные жители обитают в деревянных лачужках, вид которых во многих местах весьма печален. Дома имеют продырявленные крыши, другие в непригодном состоянии. На вопрос, почему не строят новых, отвечают - не по силам... Однако видно, что пограничная полоса (с СССР. -И.З.) очень густо населена и в селениях много молодых сильных людей живут без работы. Положение полей в Каценском, Линавском и Упмальском районах ввиду недостатка дождя безрадостное” (Яунакас Зиняс, 27. VII. Сообщение об инспекционной поездке Вальдмана). Такая же картина наблюдается и в других районах.

    Экономическая ншцета и непосильные тяготы, которыми обременено трудящееся крестьянство, хотя бы сказываются в том, что ”...в некоторых волостях идет слишком медленное погашение старых долгов и трудности по взысканию текущих” (мин. внут. дел Вальдман о недочетах в Венспнлском уезде. Сообщение газет от 2.VIII). Всюду проглядывает бедность. Мои личные наблюдения в провинции не расходятся с мнением того же министра Вальдмана, он говорит: "Во многих местностях, в коммунальных учреждениях, школах и т.д. чрезмерная неопрятность, школьные помещения с крышами, пропускающими всюду” (там же). Правительство ищет пути "духовного” восстановления деревни. Первым шагом к этому Ульманис видит в создании института областных особо уполномоченных президента. Свое предложение Ульманис сформулировал в кабинете. Правда, не нашел необходимой для проведения поддержки, и вопрос был отложен. Обществ венные круги и работники провинций против насаждения губернаторов-воевод. Это показывает, что внутренняя политика правительства Ульманиса не поддерживается большинством населения как в городе, так и в деревне. В качестве примера можно привести наблюдение директора департамента полиции Аусмана, который, побывав в самой богатой (кулацкой) области Курземе, заявил: ”Во многих местах общая отсталость пустила глубокие корни в общественной жизни. Так, например, в волости с 2000 жителей в местное сельскохозяйственное общество вступило лишь 100 чел...” Это характеризует, что даже в этой области не живо подхватываются идеи 15 мая2.

    В последнее время проводятся открытые и закрытые заседания работников уезда и армии. Темой таких совещаний является вопрос о воспитании населения, молодежи, об обязанностях населения и о том, ’’как приобщить молодежь и безработную интеллигенцию к производственному труду и втянуть ее в с/хоз. работу”. Члены кабинета правительства предприняли длительные поездки по областям Латвии. Ульманис (през.), Бирзниек (мин. земледелия), Апсит (мин. юст.), Вальдман (внутр. дел), Мунтерс, Чаман и др. совершили ряд поездок по полям южных районов, собирая крестьян для духовного наставления. После речей, призывающих крестьян к спокойствию и вере в будущее, следовали репрессии. Беднейшее крестьянство оказалось в самом критическом положении. Перекупщики уже закупают по дешевым ценам скот, свиней и птиц, предложение которых со стороны бедноты (прежде всего) с каждым днем растет. Получить в городе работу эта часть крестьянства не может. Наоборот, сейчас идет переселение рабочих в деревню. Создалось безвыходное положение. На почве чего усилилось недовольство правительством Ульманиса. Правительство никаких мер, облегчающих положение трудящихся, вполне понятно, не принимает. Состояние, которое создает кадры собственных батраков - правительству, выражающему интересы кулачества, — как никогда выгодно. Поэтому, кроме "призывов”, правительство никаких обещаний не дает. В отношении "беспокойных” крестьян принимаются административные меры.

    Неурожай в деревне оказывает влияние на государство в целом. Недостаток хлеба потребует его ввоза за наличную валюту. Цены на хлеб будут еще раз увеличены (цена на белый хлеб увеличена в июне м-це). Отсутствие кормов приведет к сокращению производства масла - этой главнейшей статьи экспорта. Не вызывает сомнения, что и экспорт свиней будет сокращен. Сейчас торговые ведомства Латвии зондируют почву на экспорт нового товара - живого и битого мяса. Страны Запада постараются учесть создавшуюся обстановку, чтобы закупить по дешевым ценам латвийское мясо.

    Положение в городе не менее тревожно, чем в деревне. Понижение реальной зарплаты, сокращение числа производств и увольнение рабочих, принудительное переселение рабочих в деревню, бесперспективность окончившей гимназию молодежи (особенно нацменьшинств), избыток интеллигенции вообще -все это создало политически напряженную атмосферу. Благоприятная политическая обстановка была использована местной организацией коммунистов. Нелегальный коммунистический орган "Циня” (борьба) широко распространялся, проникая всюду, даже при строжайшем политическом надзоре. Политическая полиция все же нашла (с помощью провокаторов) типографию этой газеты, после чего начались аресты. В числе арестованных имеются коммунисты и видные соц. демократы (Лоренц и др.). Есть основание предполагать, что среди арестованных имеются члены Комитета единого фронта. В городе и деревне участились штрафы за распространение "ложных” и панических настроений.

    Недовольство выражается не только по внутренней линии правительства, но и внешней. Большинство латвийского народа активно обсуждает происходящие внешние события и позицию латпра. Трудящиеся живо выражали свое отрицательное отношение к заключенному договору о ненападении с Германией3. Из бесед выяснилось, что даже среди членов б. крестьянской партии, айзсаргов и армии, не говоря о трудящихся, имеется явное неверие в искренность Германии. Правительство навязывает "объективный” взгляд населению Латвии, но без успеха. Прогерманский курс латпра за последнее время стал еще более отчетлив. Латпра реагировало на переговоры в Москве услужением Гитлеру, оказывая ему моральную и иную помощь, увенчавшуюся договором о ненападении и предоставлением преимущественного рынка, взамен получив признание (?) своей независимости и обязательств в "уважении” этой независимости. В то же время Германия направила в Латвию до 3-4 тыс. "туристов",, военных и гражданских визитеров, привела в активное состояние местные немецкие группы и т.д., и т.п. После каждой удачи (уступки) немцы нахваливали Ульманиса и его соратников.

    С другой стороны, латпра усиленно старалось посеять недоверие к СССР. Сперва исподволь, сдержанно, а потом и прямо начали обвинять СССР в красном империализме и что главная опасность идет с востока, а не с запада. Мунтерс, подхватив немецкие слухи о том,-что якобы СССР требует в переговорах от Англии и Франции исключительных прав в Прибалтике, заявил о том, что будут искать пути для защиты своей независимости у Германии. Кампания компрометации СССР и до сих пор продолжается. Население широко обрабатывается с цепью внушения ему, что СССР - враг латышского народа наряду с другими, которых не называют по имени. Под флагом "нейтралитета" и "равновесия" по существу происходит дальнейшее укрепление политической дружбы и хоз. связей с Германией. Вот почему латышский народ и нацменьшинства (и некоторая часть немцев Латвии на опыте Клайпеды начинает понимать цену "настоящим" великогерман-цам) не поддерживают внешней политики латпра.

    Поездка военных делегаций Англии и Франции в Москву широкими кругами расценивается положительно и видят в этом рост межд. авторитета СССР. Кулацкая верхушка деревни и буржуазия города ждут провала переговоров, чтобы сказать, что СССР не хочет мира - лицемерит, и этим усилить запугивание масс.

    Немалую роль обратного порядка сыграла наша выставка "детский рисунок, книги, фото и папанинцы”. Впервые после переворота трудящиеся Латвии официально видели портреты руководителей партии и правительства СССР. Впервые слышали "Интернационал", игравшийся на открытии выставки. Впервые госуд. флаг СССР в течение месяца развевался над зданием, где демонстрировались эти замечательнейшие экспонаты. Еще больше приковала внимание населения Латвии наша с/хоз. выставка. Повсюду в городе видны наши плакаты с фигурой рабочего и работницы, несущих красное знамя, плакат огромного Мавзолея Ленина. Трудящиеся с любовью рассматривают витрины, где они наклеены. В некоторых районах рабочие выставили наблюдателей для охраны этих рисунков. Все это вместе взятое создает и оставляет известное впечатление, приковывает внимание широких кругов населения к СССР.

    II. ВОПРОСЫ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ ЛАТВИИ. НЕЙТРАЛИТЕТ И ОТНОШЕНИЕ К ГАРАНТИЯМ

    Латпра по-прежнему подчеркивает нейтралитет как основу своей внешнеполитической гозиции. Передовая официоза суть нейтралитета излагает так: "Наша страна теперь определила свое политическое положение. Недостаточно постоянно повторять, что мы суть и будем нейтральны. Мы должны быть такими и на деле и не только в случае войны, но, и надо сказать, особенно в мирное время. Это отнюдь не означает, что мы должны воздерживаться от занятия положения по отношению к международной жизни и от ее оценки, что нам следовало бы занять какую-то теоретическую, беспартийную среднюю черту, отдавая всем полусправедли-вость. Как раз наоборот, как граждане независимой страны мы должны особенно внимательно и тщательно следить за всем, что происходит в мире, что прямо или косвенно может отозваться на нашей стране, мы только не смеем быть партизанами, в плохом смысле этого слова, то есть быть в плену какой-либо идеи, подходя к вопросам с уже заранее готовым суждением, следовать лозунгам, которые возникли в чужих странах и которые не имеют органической связи с нашей страной.

    За этими лозунгами, как бы звонки и привлекательны они ни казались, всегда будут скрываться реальные интересы какой-нибудь чужой страны, стремление к власти или поддержанию приобретенной власти, то есть чуждые нам цели. Мы не смеем связывать судьбы нашей страны с чужими целями и передать живые силы нашего народа, а вместе с тем и все его будущее на служение чужим интересам...” Мунтерс в своем интервью сотруднику "Таймс” подчеркнул, что "единственным путем Латвии является строжайший нейтралитет”. Правительство не скрывает своей радости по поводу признания их нейтралитета Германией и усматривает (косвенно) это же в речи т. Молотова (там, где говорится об условиях) на заседании Верховного Совета4. С этой стороны латпра не возражает против заключения договора между СССР, Англией и Францией. Вместе с тем Латвия решительно выступает против гарантий их независимости. "Латвия не желает гарантии для своей независимости. Латвия не желает и гарантирования своих границ, ибо и здесь она имеет в вольных переговорах заключенные договоры, определяющие неприкосновенность ее теперешней территории, чего никто никогда не оспаривал".

    В дальнейшем выясняется, что Латвия не хочет гарантии блока или союза, в котором участвует СССР, и не возражает, если бы независимость Латвии и Балт-стран обеспечила бы Англия. Мунтерс в том же интервью идет на противоположное утверждение, с явным желанием и санкцией Берлина, пообещать кое-что Англии для откола Англии от ведущихся переговоров или оказания известного влияния на правительственные круги Англии. Он от имени всех Балтстран и с согласия их заявляет: "Да, мы определенно доверились бы Англии, если бы она декларировала, что нашу независимость будут уважать”. Этот ответ им дан на вопрос -"Нельзя ли доверить Англии обеспечение независимости Балтстран?”, поставленный газетой ”Таймс". Кажется, ясно, что Латвия в одном случае против гарантии независимости, если эти гарантии дает блок с участием СССР, и не возражает, если ^ гарантии независимости даст Англия. Мунтерс попадает в явно смешное положение, когда он наряду с этим говорит: ”Если такие гарантии дали бы (гарантии независимости.    а    позднее отозвали бы, не означало ли бы это сужение

    латвийской независимости?” Налицо противоречивость утверждений, что тем более убеждает нас, что Мунтерс делал такое предложение Англии, выступая посредником между Берлином и Лондоном со стороны германской инициативы.

    Иначе объяснить нельзя. Тем более что в последующих комментариях о гарантиях ряд газет, опять-таки с ведома МИДа, поместили передовые с отрицанием всякой гарантии. Газета "Латгилас Ворде” пишет: Тарантии малым независимым странам - очень невыгодная и унизительная вещь. Пусть даже гарантирующая великая держава делает это совсем бесхитростно, однако гарантированная независимость - очень сомнительная штука. ...Великие державы стали до бессовестности (бесстыдства) навязчивыми и навязывают свои гарантии там, где их никто не просит. ...Гарантирующие страны присуждают себе право в известное время, при известных обстоятельствах вступить в малую страну, ее оккупировать или превратить в площадь военных действий. Гарантии малым странам совсем ничего не дают. Гарантии только угрожают вовлечь в войну малые страны, которые нисколько не хотят воевать. ...Великие державы, дающие гарантии, рассматривают малые страны как сферу своих интересов. Раздачей гарантий великие державы хотят привлечь малые страны к возу чуждой политики и в худшем случае использовать их как заградительный мешок в возможной войне. И поэтому гарантии нечто противное и ужасное. Дающему гарантии мы кричим: нет, спасибо. Сохраните свое оружие для защиты собственной страны”.

    Мы привели обстоятельные выдержки из статьи скрывающегося за псевдонимом министерства иностранных дел. Для уяснения резко противоположной позиции в отношении гарантий, если даст СССР или ”блок”, в котором участвует СССР, являясь активной силой его. Что это так, попытаемся взять еще одну передовицу ”Брива Земе” от 4 июля, в которой говорится: "Советские политики вообще хорошо умеют маскировать свои настоящие мысли и действительные намерения сложной диалектикой.., мы не хотим стать объектом, который гарантируют сегодня и продают завтра. ...Свой нейтралитет всякий должен охранять собственными силами, односторонне его гарантировать нельзя”.

    Ясно, что латпра боится гарантий СССР, а не какой-либо другой страны. Наконец, деятели Латвии часто пользуются таким аргументом, чтобы доказать якобы несостоятельность гарантии Латвии. Они спрашивают: "Позвольте, от кого вы хотите нам дать гарантии?”, и рассуждают: ”С немцами у нас в какое-то время не было договора о ненападении, теперь в ходе переговоров в Москве5 мы заключили этот договор6. Немцы нападать не будут. Они уважают нашу независимость и признали нашу политику нейтралитета.

    Польша заинтересована в статус-кво и, само собой разумеется, не собирается нарушать наш покой. С СССР у нас также имеется договор о ненападении7. Что же еще нужно? Зачем гарантии? От кого? Зачем?” В этом месте они хотят видеть особую заинтересованность только СССР, обвиняя его в агрессии и др., с намерением посеять недоверие к СССР (о котором говорил Мунтерс). Этим и только этим объясняется вся резкая кампания против точки зрения СССР о гарантиях Балтстранам.

    Совсем другое настроение латышского народа. Несмотря на то что латпра старается из всех сил сломить рост симпатии к СССР латвийского народа, в Латвии есть и будут глубокие корни этой симпатии. Об этом не без беспокойства пишет официоз "Брива Земе”: "...Много еще таких латышей, которые свое горячее сердце ставят выше политического разума и вместе с тем выше интересов нашего государства. Они слишком много озираются кругом на другие страны, сочувствуют этим странам или говорят о них враждебные слова. ...Часто в наших речах и суждениях все еще раздаются старые симпатии и вечное сочувствие”.

    Всем ясно, что речь идет о сочувствии Сов. Союзу. Речь тов. Молотова, тов. Жданова, разъяснение ТАСС нашли горячий отклик в латышском народе, что свидетельствует об одобрении нашей внешней политики, направленной на сохранение независимости Латвии от агрессии.

    Полпред СССР в Латвии И. Зотов

    АВП СССР, ф, 06, on. 1, п. 12, д. 118, л. 40-49.

    2. ОТЧЕТ ПОЛПРЕДА СССР В ЭСТОНИИ КЛ. НИКИТИНА

    23 августа 1939 г.

    Настоящий отчетный период не богат какими-либо особо выдающимися событиями в общественно-политической жизни Эстонии, а скорее можно сказать, что Эстонское правительство торопилось использовать этот отрезок времени для того, чтобы в дальнейшем приступить к разрешению исторических вопросов мировой важности. Дело в том, что Эстония 20 августа считала роковым днем, после которого Германия, собрав урожай, должна была начать войну и не с кем иным, как с СССР, а поэтому Эстонское правительство принимало все меры к тому, чтобы к этому сроку провести и закончить подготовку общественного мнения на певческих праздниках по всем районам Эстонии. Члены правительства на этих праздниках произносили политические речи, в которых развивали теорию эстонского нейтралитета и необходимости подписания пакта с Германией о ненападении, позволяя неоднократно резкие выпады по поводу гарантий, которые якобы СССР навязывает Прибалтийским странам вопреки и помимо их желаний, указывали, что этот вид гарантий есть не что иное, как открытый вид агрессии, а один из генералов при разговоре со мной в ”Ору” на приеме у президента открыто и резко сказал, что СССР собирается оккупировать Эстонию. Не раз помещались статьи под заголовком "Красный империализм проснулся”, и все единогласно твердили, что никаких гарантий помимо их желания им не нужно, что всякие переговоры касательно Прибалтики, которые ведутся помимо их, никаких обязательств на них не накладывают, а, наоборот, против таковых постановлений они должны встать все как один против общего врага, причем при упоминании слова "враг” кивок делался неизбежно на восток от Эстонии. Соответственно этой обработке общественного мнения велись деятельные приготовления на всех остальных материальных фронтах, а именно:

    1) Сколачивание блока против СССР из Финляндии, Эстонии и Латвии.

    2) Срочное возведение укреплений на эстоно-советской границе на Нарвском и Изборском участках, расположение и чертежи которых за соответствующими подписями посланы по военной линии.

    3) Торопливое приготовление дорог к финской олимпиаде на 1940 год8, для каковой цели финский министр В. Саловара и его спутники объехали главнейшие пути сообщения Эстонии: проехали в Кохтла-Ярве, где расположены сланцеперегонные рудники, оттуда в имение президента Пятса "Ору”, затем в Нарву и приозерье, а из приозерья в Тарту. Из Тарту финские гости проехали по шоссе в пограничный ж. д. пункт Вал, а оттуда уже в Латвию.

    Рижская газета "Сегодня” сообщает об автостраде, которая через Литву и Латвию пройдет в Эстонию и соединит, таким образом, через Пернов всю Прибалтику с Восточной Пруссией. Таким образом, давнишний план соединения морских, воздушных, ж.д. и шоссейных путей для нанесения молниеносного удара отнюдь не потерял ни на минуту своей актуальности. Та же газета сообщает о том, что Эстония к 1940 году должна приготовить гаражей на 4000 автомашин и будто бы на 1000 машин таких гаражей уже имеется. Проверяя эти сведения, нужно сказать, что Перновская дорога действительно асфальтируется, на эти работы отпущено 1 млн. эст/крон.

    4) В соответствии с военными приготовлениями проведен в жизнь закон о создании в промышленности и торговле 2-месячных запасов сырья и фабрикатов, а среди населения 2-месячных запасов продовольствия.

    5) Ориентируясь всецело на Германию, действуя всецело по шпаргалке из Берлина, Эстония все свое хозяйство приспособила к хозяйству своего господина. Так, рассматривая полугодовой баланс внешней торговли, мы видим, что вопреки обычным правилам прошлых лет за 1-е полугодие 1939 года баланс внешней торговли Эстонии имеет активное, в пользу Эстонии, сальдо. Эта активность складывается преимущественно за счет увеличения за этот период экспорта по:

    2.1 млн. э/кр. 1,4

    0,4

    0,5

    2,8

    1.2 1,7 0,5


    1. Живым свиньям на

    2. Маслу животному

    3. Яйцам курии.

    4. Мясу и мясопрод.

    5. Льну и конопле

    6. Лесоматериалам

    7. Сланцевому маслу

    8. Бумажной пряже


    Итого по 8 группам товаров экспорт за 1-ю половину 1939 года сравнительно с 1-м полугодием 1938 года увеличился на 8,5 млн. эст/крон. Эта цифра для эстонского внешнеторгового оборота немалая, ибо в 1938 году весь их экспорт равнялся 100 млн. эст/крон. По своей структуре эти экспортные товары состоят главным образом из продуктов продовольствия, леса, сланцевого масла и прядильных волокон. Интересна еще одна характерная особенность эстонского экспорта -это бумажная пряжа. Германия предпочитает скупать у эстонских промышленников этот полуфабрикат и ввозить в Эстонию свои ткани, то есть, иначе говоря, текстильную обрабатывающую промышленность Эстонии совсем сводит на нет.

    Текстильная промышленность Эстонии и раныле-то была загружена на 35-40%, а теперь совсем потеряет свое значение благодаря дополнительно заключенному торговому соглашению о ввозе 103 т германской мануфактуры.

    По этому дополнительному соглашению Германия обязуется закупить в Эстонии дополнительную партию живых свиней до 30 000 шт. стоимостью до 3 млн. эст/крон. Иначе говоря, анализ внешнеторгового баланса Эстонии за 1939 год дает нам возможность указать на то, что Эстония стала преимущественно германским поставщиком с/хоэ. сырья.

    Ввиду клирингового порядка расчета Эстония не может это активное сальдо реализовать в германской валюте, а вынуждена покупать германские изделия, в то время как расплату с помещиками и кулаками эстонские банки уже произвели и хлебная монополия дотацию с/х поставщикам сверх мировых цен также уплатила. В результате подобного рода "выгодной” торговли из государственной казны уже выдана землевладельцам вся сумма поощрительного фонда в размере 300 000 эст/крон и дополнительно предусмотрена новая сумма. Таким образом, государственная казна, вернее, трудящиеся массы ограбляются кулацко-поме-щичъим правительством Пятса и все больше закабаляются у Германии. На днях принят новый поощрительный закон, устанавливающий приемные государствен9 ные цены на рожь 17 центов кило, а пшеницу ~ 20 центов кило, то есть выше цен 1938 года, в то время как мировые цены пока стоят без изменения и гораздо ниже объявленных в Эстонии.

    6) В результате всех этих "полезных” начинаний увеличилось количество выпущенных Государственным банком банкнот я просто бумажных денег. Деньги упали в цене, запасы золота в банке в связи с этим переоценены на 1,5 млн. эст/крон. Недавнее совещание Сельтера и Мунтерса в Пернове при приезде последнего частным образом на курорт и обратный неофициальный визит Сельтера в Латвию завершают этот цикл работ эстонского правительства принятием плана совместных действий Прибалтийских стран против СССР. Внутренний 7 млн. заем на нужды обороны Республики даст вместе с другими ассигнованиями, достигшими в общей сложности 100 млн. эст/крон, понятие о размерах и размахе военных приготовлений.

    Англо-франко-советские переговоры в Москве находили постоянный отклик в эстонской печати, причем печать, собственно говоря, главным образом говорила по вопросу о гарантиях, а с другой стороны, тон ее был довольно пессимистический, то есть она весьма сомневалась в том, что из этого совещания вообще что-либо выйдет. Нужно прямо сказать, что фашистский орган газета "Ревальше Цайтунг” в смысле высказываний по этому вопросу играла руководящую роль. Несмотря на то что при разговорах со мной лично ни Пяте, ни Лайдонер не высказывали прямого недоверия к политике СССР по отношению Эстонии и даже показывали вид, что они миролюбивым стремлениям СССР, основанным на уважении к суверенным правам народов, верят, тем не менее закулисная их политика за этот месяц, как и за все прошлое время, была глубоко враждебна СССР. Это с особенной ясностью было мне высказано генералом Каулером при разговоре со мной в имении президента в ”Ору” 23 июля. Генерал жестко и злобно меня просил: ”Мы не хотим ваших колхозов, мы хотим хозяйничать так, как мы хозяйничаем сейчас”.

    Германское влияние и германская обработка проникли довольно глубоко. Все офицеры генерального штаба ездят на. переподготовку в Берлин, большинство редакторов также слушают курсы в Берлине. Председатель Государственной думы профессор Улуотс получил от Гитлера приглашение приехать на Нюрнберг с кий партийный съезд и на днях уезжает туда.

    Ось Рим - Берлин - Токио, несмотря на крики о нейтралитете и стыдливые высказывания о несогласии с фашизмом, здесь нашла себе благодатную почву и пустила глубокие корни. Бывший премьер-министр Японии Ирака* отдыхал в Пернове. Уже евреев не принимают на службу, уже евреям стараются не сдавать квартир и вообще чинят препятствия к въезду в Эстонию. Вместе с агитацией против СССР, как "красного империалиста”, эстонцы в своей печати все достижения СССР в области техники, строительства и проч. стремятся или замалчивать или извращать. Клевета и постоянное извращение фактов - это их методы работы.

    Эстонское телеграфное агентство с большим трудом помещает заметки об СССР, а чаще всего совершенно не помещает. Отношение Эстонии к СССР отражается иногда и на советском после. Внимание в первую очередь оказывается немецкому послу, затем итальянскому, японскому, латвийскому, финляндскому, а уже затем советскому. Это особенно ярко сказалось на приеме в "Ору”. Не стоит особняком, а, наоборот, находится в прямой связи со всем ранее изложенным и отказ Лайдонера на мое предложение приехать на сельскохозяйственную выставку в Москву. Правительство Эстонии обсуждало его в полном составе, и Лайдонер дал отказ не от себя лично, а по решению правительства, подчеркнув, что в порядке очередности он должен ответить визитом Венгрии.

    Эстонцы считали, что при создавшейся международной ситуации местом разрешения мировых проблем станут Балтийское море и Прибалтика, а основным пунктом столкновения сил будет Эстония. А поскольку это так, то значение Эстонии в международном масштабе возрастает до решающих размеров. А поэтому'в Москву можно не ехать, все равно без них не обойдутся. Телеграфное сообщение о заключении торгово-кредитного договора между СССР и Германией10, а также о приезде Риббентропа в Москву для урегулирования политических ненормальных взаимоотношений11 поставило их в тупик, и они сейчас ошеломлены и недоумевают: "Что же это такое?*, "При каком же интересе мы очутились?" И вновь поднимаются вопросы: "А не разделят ли эти два партнера всю Прибалтику на сферы влияния?” В этом духе, вероятнее всего, начнут допрашивать теперь все - и Латвия, и Литва, и Польша. Безусловно, спросит и француз, если я его увижу.

    Полпред СССР в Эстонии Никитин

    АВП СССР, ф. 06, on. 2, п. 20, д. 230, л. 12—18.

    3. ДОГОВОР О НЕНАПАДЕНИЕ МЕЖДУ ГЕРМАНИЕЙ И СОВЕТСКИМ СОЮЗОМ

    23 августа 1939 г.

    Правительство СССР и

    Правительство Германии,

    Руководимые желанием укрепления дела мира между СССР и Германией и исходя из основных положений договора о нейтралитете, заключенного между СССР и Германией в апреле 1926 года, пришли к следующему соглашению:

    Статья 1

    Обе Договаривающиеся Стороны обязуются воздерживаться от всякого насилия, от всякого агрессивного действия и всякого нападения в отношении друг друга, как отдельно, так и совместно с другими державами.

    Статья II

    В случае, если одна из Договаривающихся Сторон окажется объектом военных действий со стороны третьей державы, другая Договаривающаяся Сторона не будет поддерживать ни в какой форме эту державу.

    Статья III

    Правительства обеих Договаривающихся Сторон останутся в будущем в контакте друг с другом для консультации, чтобы информировать друг друга о вопросах, затрагивающих их общие интересы.

    Статья IV

    Ни одна из Договаривающихся Сторон не будет участвовать в какой-нибудь группировке держав, которая прямо или косвенно направлена против другой стороны.

    Статья V

    В случае возникновения споров или конфликтов между Договаривающимися Сторонами по вопросам того или иного рода, обе стороны будут разрешать эти споры или конфликты исключительно мирным путем в порядке дружественного обмена мнениями или в нужных случаях путем создания комиссий по урегулированию конфликта.

    Статья VI

    Настоящий договор заключается сроком на десять лет с тем, что, поскольку одна из Договаривающихся Сторон не денонсирует его за год до истечения срока, срок действия договора будет считаться автоматически продленным на следующие пять лет.

    Статья VII

    Настоящий договор подлежит ратифицированию в возможно короткий срок. Обмен ратификационными грамотами должен произойти в Берлине. Договор вступает в силу немедленно после его подписания.

    Составлен в двух оригиналах, на немецком и русском языках, в Москве,' 23 августа 1939 года.

    По уполномочию    За Правительство

    Правительства СССР    Германии

    В. Молотов    И. Риббентроп

    Известия. —1939. — 24 авг.

    АВП СССР, ф. За — Германия, д. 243.

    4. СЕКРЕТНЫЙ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ ПРОТОКОЛ

    23 августа 1939 г.

    При подписании договора о ненападении между Германией и Союзом Советских Социалистических Республик нижеподписавшиеся уполномоченные обеих сторон обсудили в строго конфиденциальном порядке вопрос о разграничении сфер обоюдных интересов в Восточной Европе. Это обсуждение привело к нижеследующему результату:

    1. В случае территориально-политического переустройства областей, входящих в состав Прибалтийских государств (Финляндия, Эстония, Латвия, Литва), северная граница Литвы одновременно является границей сфер интересов Германии и СССР. При этом интересы Литвы по отношению Виленской области признаются обеими сторонами.

    2. В случае территориально-политического переустройства областей, входящих в состав Польского Государства, граница сфер интересов Германии и СССР будет приблизительно проходить по линии рек Нарева, Вислы и Сана.

    Вопрос, является ли в обоюдных интересах желательным сохранение независимого Польского Государства й каковы будут границы этого государства, может быть окончательно выяснен только в течение дальнейшего политического развития.

    Во всяком случае, оба Правительства будут решать этот вопрос в порядке дружественного обоюдного согласия.

    3. Касательно юго-востока Европы с советской стороны подчеркивается интерес СССР к Бессарабии. С германской стороны заявляется о ее полной политической незаинтересованности в этих областях.

    4. Этот протокол будет сохраняться обеими сторонами в строгом секрете.

    Москва, 23 августа 1939 г.

    По уполномочию    За    Правительство

    Правительства СССР    Германии

    В. Молотов    И.    Риббентроп

    Печат. по сохранившейся машинописной копни:

    АВП СССР, ф. Об, о п. 1, п. 8, д. 77, л. 1—2. Опубл.:

    Международная жизнь. —1989. — № 9.

    5. ТЕЛЕГРАММА ВРЕМЕННОГО ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В ЛИТВЕ B.C. СЕМЕНОВА В НКИД СССР

    25 августа 1939 г.

    Основные литовские газеты в силу распоряжения МИД воздерживаются от оценки последних событий12. Они ограничиваются перепечаткой отзывов иностранной печати. Из общей сумятицы на сегодня удалось выяснить лишь смятение и чувства боязни за судьбу Литвы. Приходят к выводу, что положение Эстонии и Латвии укрепилось, так как отодвинулась угроза германо-советского столкновения, которое могло их раздавить. Литовцы боятся, что СССР окончательно перестанет интересоваться Литвой и что в будущем она также будет вынесена за скобки, как и в англо-советских переговорах. Боятся, что германо-польские столкновения затронут и Литву и что СССР может отнестись к этому безучастно. Газетам поэтому предложено держаться строго нейтрально и не обсуждать германо-польских дел.

    Поверенный в делах

    АВП СССР, ф. 059, он. 1, п. 299, д. 2063, л. 79.

    28 августа 1939 г.

    Ко мне зашел советник литовского посольства Коречка. Он интересовался многими вопросами из текущей международной жизни. В общем он дает поло13 жительную оценку советско-германскому договору. Считает, что соглашение принесло успокоение в малых странах Прибалтики, но ему кажется очень странным, что два идейно боровшихся между собой государства теперь стали "друзьями” - нашли общую базу для близких отношений. "Разве вы забыли, что Гитлер писал о Советском Союзе в своей книге "Моя борьба”? Неужели вы ему серьезно поверили?”

    В ответе старался ему доказать, как английские консервативные круги старались направить Германию на СССР и что при реальных расчетах Германия только лишь проигрывала, поэтому-то и произошли изменения во внешней политике Германии. Что же касается Советского Союза, то в ответе указал ему на совместимость установления добрососедских отношений со странами различных идеологий.

    Полпред СССР в Латвии Я. Зотов

    АВП СССР, ф. 06, on. 2, п. 12, д. 118, л. 54.

    7. ТЕЛЕГРАММА ПОЛПРЕДА СССР В ЛАТВИИ И.С. ЗОТОВА В НКИД СССР

    1 сентября 1939 г.

    Немедленно (Цолунена в 22 ч. 30 м.)

    Правительством Латвии принимаются меры по обеспечению безопасности страны. Досрочно выпустили школы юнкеров, ведется подготовка к всеобщей мобилизации. Завтра вступит в действие закон о нейтралитете, принятый на 9-й конференции Балтийских стран*. Население проявляет беспокойство, усилился спрос на товары первой необходимости и ценности. В связи с закрытием клайпедской границы литовский товароэкспорт направлен через Либаву. Немцы усиливают закупки скота. Часто приходится слышать предупреждение в отношении Германии и возможности нарушения ею договорных условий, но общественные круги Латвии в основном приветствуют договор с Германией.

    Полпред

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 304, д. 2100, л. 133.

    8. ПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЙ АКТ О НЕЙТРАЛИТЕТЕ ЛИТВЫ

    1 сентября 1939 г.

    Исходя из статьи 3-й закона о нейтралитете от 25 января 1939 г. ("Виряусибес жинёс”, 632), заявляю:

    1. В случае военных действий между иностранными государствами Литовская Республика сохраняет нейтралитет;

    2. На территории Литовской Республики запрещаются любые действия, которые по общепризнанным правилам международного права нарушают нейтралитет;

    3. Для сохранения нейтралитета Литовской Республики с 1 сентября 1939 г. ко всем воюющим государствам применяется положение закона о нейтралитете14.

    А. Сметона Президент республики Бригадный генерал Черниус Премьер-министр

    Пер. е лит. яз.

    “Vyri»ujyba*inio*", 1939, tugsejo 1, Nr. 660. Опубл.:

    ТыуЬу nldxfan atkiulmu liehwoje. 1940 metal: Do-kumentu rinkinys. V., (далее: Tarybu valdzios...),

    1986, p. 60

    9. ТЕЛЕГРАММА ПОЛПРЕДА СССР В ЛАТВИИ И.С. ЗОТОВА В НКИД СССР

    2 сентября 1939 г. Немедленно (Получена в 13 ч. 50м.)

    В Риге, в литовском посольстве, имеется убеждение, что при определенных условиях Литва будет стараться вернуть себе Вильно, если Германия окажется битой, если будут делить Польшу или Клайпеду.

    Полпред

    АВП СССР, ф, 059, on. 1, п. 304, д. 2100, л. 135.

    10. ТЕЛЕГРАММА ПОЛПРЕДА СССР В ЛАТВИИ Н.С. ЗОТОВА В НКИД СССР

    2 сентября 1939 г. Немедленно (Получена в 20 ч. 20 м.)

    Хозяйственной делегации, которая пребывает сейчас в Москве, как сообщил Мунтерс, дано указание вести переговоры с нашими ведомствами о расширении торговых связей. Правительством составлен предварительный список товаров для полезной покупки (железо, цветные металлы и другие товары, которые у нас раньше они не покупали). Коциныпу дано указание обратиться за содействием в Наркоминдел.

    Полпред

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 304, д. 2100, л, 136.

    11. ТЕЛЕГРАММА ПОЛПРЕДА СССР В ЛАТВИИ И.С. ЗОТОВА В НКИД СССР

    2 сентября 1939 г.

    Немедленно

    (Получена 3 сентября 1939 г. в 03 ч. 10м.)

    Латвийское правительство приняло закон о территориальных водах. Устанавливается зона в 4 морские мили параллельно берегу. Текст высылаю самолетом15.

    Мунтерс сообщил, что в латвийском обществе циркулируют слухи о разделе Польши Германией и СССР и будто этому подвергнутся страны Прибалтики. Для успокоения и создания правильности мнения он предлагает сделать либо сообщение ТАСС, разбивающее эти слухи, либо напечатать в местных газетах мою с ним ' беседу, где бы опровергались эти слухи. Я сослался на речь тов. Молотова, которая по существу уничтожает подобного рода слухи, и рекомендовал соответствующее место опубликовать в прессе16. Однако Мунтерс не удовлетворился этим и просил сделать это особо в любой из предложенных форм. Германия это сделала, латыши хотят разъяснения и с нашей стороны. Считаю, что сообщение об усилении численного состава наших пограничных частей на западной границе подхвачено и искажено врагами СССР, поэтому лучше принять какой-либо вариант предложения Мунтерса.

    Полпред

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 304, д. 2100, п. 137.

    12. ТЕЛЕГРАММА ПОЛПРЕДА СССР В ЭСТОНИИ К.Н. НИКИТИНА В НКИД СССР

    2 сентября 1939 г.

    Немедленно (Получена в 20 ч. 20 м.)

    Был вызван в МИД к Сельтеру в 12 часов 30 минут. Сельтер сообщил мне, что указом президента республики Эстония объявляет себя нейтральной в разразившейся между Германией и Польшей войне. Сельтер одновременно высказал свое удовлетворение речью товарища Молотова на сессии Верховного Совета по поводу заключения советско-германского пакта. По вопросу формы нейтралитета Сельтер заявил, что детали будут вырабатываться в дальнейшем. Нейтралитет декларировали все прибалтийские страны, Финляндия и Скандинавия. Сельтер также мне сообщил, что сегодня у Гендерсона с Гитлером должно состояться последнее решающее свидание, после чего окончательно выяснится позиция Англии в разразившейся войне. Одновременно Сельтер мне заявил, что правительство Эстонии хотело бы переключить свой торговый рынок на СССР, так как Балтийское море, вероятно, будет закрыто. Селыер далее сказал, что если правительство СССР принципиально не возражает, то он сейчас же даст директивы Сеппу немедленно начать в этом духе торговые переговоры. Я ему сообщил, что доведу о их желании до сведения правительства СССР. Ввиду того что сегодняшние эстонские газеты речь тов. Молотова частью не напечатали, частью неимоверно сократили, я, воспользовавшись похвалой, сказал ему, что нам было бы очень желательно, чтобы правительственная точка зрения СССР по этому вопросу была бы освещена точно и полностью, а поэтому неплохо было бы, чтобы господин Сельтер дал по этому вопросу специальное указание. Сельтер пообещал это сделать. Далее Сельтер передал мне, что он вместе со своей женой хотел бы меня, как представителя такой мощной страны, видеть во вторник в 5 часов вечера у себя в гостях. Я ему дал согласие. Мы расстались, передав обычную любезность друг другу.

    Полпред

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 305, д. 2Ш,л.99-Ш.

    13. ТЕЛЕГРАММА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР BJki. МОЛОТОВА ПОЛПРЕДУ' СССР В ЭСТОНИИ КЛ. НИКИТИНУ

    3 сентября 1939 г.

    Можете передать Сельтеру, что мы согласны серьезно увеличить размеры товарооборота между СССР и Эстонией. Если Эстонское правительство готово для переговоров, предлагаем приступить к ним по выбору Эстонского правительства в Таллинне или в Москве.

    Молотов

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 306, д. 2112, л. 62.

    3 сентября 1939 г.

    [...] Представил торгпреда тов. Терентьева Мунтерсу.

    Мунтерс обещал поддержку и внимание новому представителю СССР. Вслед за этим он сообщил, что правительством даны указания хозяйственной делегации, находящейся в Москве, вести переговоры о расширении торговли с нами. М. ссылался на трудности покупки, сбыта и транзита в европейских странах, поэтому Латвия желает активнее торговать с "восточным соседом”. Сейчас их интересуют железо, уголь, цветные металлы я др. товары. Список товаров, которые раньше ввозились из Европы и Америки и теперь предлагаемые ими СССР, утверждался правительством. В этом направлении даны указания посланнику в Москве Ко-циньшу. Мунтерс просил содействия и помощи в покупке необходимых товаров. Затем Мунтерс указал на карту с обозначениями герм, колонн, движущихся на польскую территорию, и говорит: "Ничего не поделаешь, война пошла как следует”.

    После этого М. сообщил, что в обществе Латвии ходят слухи о том, что СССР с Германией будут делить и Польшу, и страны Прибалтики. Эти слухи, по его словам, беспокоят общественное мнение. В связи с этим он просил от имени правительства сделать со стороны СССР разъяснение, опровергающее подобные слухи либо по ТАССу, или путем публикации в латвийской прессе заявления. В ответе я остановился на содержании нашей внешней политики, не преследующей завоевания чужих территорий. Указал ему на заявление тов. Сталина и Молотова о том, что мы стоим и стоять будем за мир и отстаиваем дело мира, поддерживали и будем поддерживать добрососедские отношения со всеми странами, если они будут держаться тех же принципов к нам.

    Мунтерс сказал: "Я понимаю это, но для общества надо особо подчеркнуть, и тогда наступит успокоение. Запросите свой Комиссариат, для нас приемлемо в любой форме такое разъяснение”. [...]

    АВП СССР, ф. 06, on. 2, п» 12, д. 118, л. 56.

    15. ТЕЛЕГРАММА ПОЛПРЕДА СССР В ЛАТВИИ ИХ. ЗОТОВА В НКИД СССР

    4 сентября 1939 г.

    Немедленно

    ' Ряд чрезвычайных мер был принят правительством по регулированию обеспечения населения и предприятий, по которым устанавливаются нормы потребления. Министр финансов просил продать им нефти, угля, черного и цветного металла и вообще выразил желание расширить товарооборот. Латыши зондируют на возможность транзита их экспортных товаров через Мурманск для Англии, а также по территории СССР в южном направлении. Население прибегает к накоплению запасов. Паническое настроение охватило города и деревни.

    Полпред

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 304, д. 2100, л. 141.

    16. ТЕЛЕГРАММА ПОЛПРЕДА СССР В ЭСТОНИИ JCH. НИКИТИНА В НКИД СССР

    6 сентября 1939 г.

    Немедленно

    Был у Сельтера в 12 часов 30 минут. Он передал, что президент Пяте выразил свое удовлетворение по поводу согласия Советского правительства начать пере* говоры о расширении торговли. Сельтер далее сообщил, что эстонцы эти переговоры хотят вести конфиденциально. Порядок ведения переговоров, по их мнению, таков: они посылают для предварительных подготовительных работ в Москву директора департамента внешней торговли МИД Мери. Он поедет в Москву в качестве дипломатического курьера. После того как Мери в Москве подготовит почву, можно будет составить комиссию и пригласить обе договаривающиеся стороны в Москву или в Таллинн. Если вы будете на это согласны, то Мери может выехать в Москву на этой же неделе. Категорию товаров обмена Сельтер мне сообщит через два дня. Речь будет идти о железе, чугуне, машинах, каменном угле и о сахаре, а также о возможности транзита через Мурманск и Беломоро-Балтийским каналом.

    Полпред

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 305, д. 2111, л. 103.

    17. ПИСЬМО ПОЛПРЕДА СССР В ЛАТВИИ И.С. ЗОТОВА В НКИД СССР

    6 сентября 1939 г.

    Очевидно, приготовление Германии к захвату Данцига, а в связи с этим нарастание конфликтности в самом Данциге не могли не настораживать Латвийское правительство и общественное мнение страны. Все чаще и чаще руководящие круга с тревогой указывали на это место, как возможный узел новой мировой войны. В словах и поведении людей чувствовался страх перед грозящей катастрофой. Несмотря на заключение договора о ненападении, к которому широкие круга относились не только холодно, но и отрицательно, Латвия не могла спокойно наблюдать развертывающиеся события. К подготовляемому Германией новому акту агрессии широкие круги более открыто, чем когда-либо, выражали свои анти-немецкие настроения. Слова тов. Молотова "эффективными мерами остановить агрессию" всюду встречались как неотложная задача сегодняшнего дня. Отсюда сочувственно и с надеждой смотрели на начавшиеся переговоры в Москве с политическими и военными представителями Англии и Франции.

    Известия о невозможности продолжения переговоров в силу того, что они натолкнулись на непреодолимые препятствия, в Ригу поступили значительно позже нового поворота Германии и ее желаний заключить пакт о ненападении. Приезд Риббентропа в Москву и заключение пакта вначале вызвали настороженность во всех кругах, чувствовались нотки боязни существования сделки СССР и Германии, вернее, настроение недоверия к Германии. Можно было наблюдать, особенно в еврейских кругах, настроения растерянности и даже обвинения по адресу Советского Союза, что "он (СССР) развязал руки агрессору и теперь неизвестно, что делать. Мы думали, что только СССР может приостановить агрессию, сказалось, что он пошел на сделку с агрессивной Германией". Браги СССР и мира, пользуясь тем, что имеется благоприятная почва, начали распространять слухи о 24

    предполагающемся разделе Польши и стран Прибалтики между СССР и Германией. Слухи ползли из всех щелей, одни злее других. Такая атмосфера продолжалась всего несколько дней. Затем последовала речь тов. Молотова с объяснением о причинах прекращения переговоров с Англией и Францией и конце вражды меж* ду СССР и Германией, которая дала возможность многим уяснить существо позиций СССР, уяснить роль и позицию Англии на современном этапе. Многим раскрыты глаза на происходящее. Настроения качали изменяться. Вместо обвинения СССР начали оправдывать его. Новые отношения СССР и Германии, закрепленные пактом, некоторые круги называли ошибкой со стороны СССР, - теперь, наоборот, считают это единственно правильной и мудрой политикой. Нарастает настроение, осуждающее позицию Англии. Сейчас общественное мнение Латвии дает положительную оценку пакту и нашей внешней политике.

    Официальные правительственные круги также выразили свое приветствие прекращению вражды между СССР и Германией. В этом ими усматривается улучшение равновесия в Прибалтике, и пакт СССР с Германией и подобный пакт Латвии с обеими странами укрепляет позицию нейтралитета Латвии. Латпра официально выразило свое удовлетворение заключенным пактом между двумя большими странами Европы.

    Между тем данцигская проблема становилась все острее и острее. Многие круги, в том числе и правительственные, выражали сочувствие Польше. Господствующее мнение за день до развертывания военных действий было таково: ”СССР заключил договор с Германией - это хорошо и мудро, хотя немцам доверяться нельзя, но как с Польшей? Польшу ведь уничтожат^. Этим выражалось также недоверие к Англии, которая не раз уже отдавала малые страны агрессору.

    Начавшаяся война породила новую тревогу не только жизненного порядка, но и за судьбу Латвии как государства в целом. Правительство 1 сентября принимает декларацию о соблюдении нейтралитета в войне, возникшей между Германией и Польшей, а через два дня принимает постановление о введении в действие закона о нейтралитете, принятого 9-й конференцией Балтстран. Как выяснилось, границы Латвии не были очерчены с запада (на море). Латпра спешно принимает закон о 4-мильной территориальной зоне параллельно всему западному берегу.

    Для усиления своей внешнеполитической позиции латпра просило германского посланника и меня сказать им кое-что по поводу уважения их нейтралитета. Немецкий посланник опубликовал заявление, в котором не считает нужным распространяться на эту тему в силу существования договора и протокола к нему, исчерпывающих эти вопросы. Мы никаких специальных заявлений, кроме устной беседы с Мунтерсом, не делали.

    По внутренней жизни правительство начало принимать ряд мер, направленных на усиление обороны. Хозяйство приспосабливается к военной обстановке (меры по нормализации потребления технических и продовольственных товаров). Как оказалось, при таких размерах военных действий Латвия не может поддерживать регулярно внешнюю торговлю с Англией, Германией, Францией и др. странами. Правительство оказалось перед фактом незначительного количества имеющихся запасов, особенно сырья для текстильной, бумажной и метал, промышленности, — совсем мизерные запасы угля, нефти, масел, железа, цветных металлов и т.д. Ряд продуктовых запасов уже исчерпаны: соль, керосин, сахар, свечи, чай, кофе и др. Запасов угля имеется всего на 7—10 недель с условием строжайшей экономии. Правительство взяло на учет все, даже самые малые запасы масел, мазута и др. веществ этой группы.

    Население, в свою очередь, бросилось за вкладами, начали скупать ценности, муку, сахар, соль, макароны, крупы, одежду и т.д. Спекуляция усилилась и переходит на подпольный вид. Паника охватила город и деревню - как население, так и торгово-промышленные круги.

    Торгпредство осаждается коммерсантами с предложением купить у нас самые разнообразные товары, особенно уголь, нефть, металлы. Правительство зондирует возможность покупки для государственных целей дефицитных для Латвии товаров, а также возможность товарного транзита через территорию СССР для Англии и др. стран как северным, так и южным путем. Если принять во внимание сокращение активности промышленного производства до объявления войны, неурожай этого года ряда зерновых, огородных культур и трав, то нетрудно представить себе начавшиеся уже с первых дней трудности. Отсутствие достаточных запасов у государства затрудняет маневрирование, и через несколько дней мы будем свидетелями более или менее значительного сокращения производства (металлической, текстильной, химической и др.) и торговли. Учитывая это, латпра уже теперь обратилось к СССР за содействием в обеспечении их сырьем, продуктами топлива, а также разрешением им производить транзит для торговли с другими странами.

    Политическое настроение трудящихся масс всегда было в сторону СССР, и теперь, исходя из особенностей начавшегося конфликта, они начали смелее и более открыто выражать свои симпатии к Советскому Союзу. Если враги СССР и мира распускают ложные слухи о разделе Прибалтики, то трудящиеся эти слухи воспринимают за истинное желание, чтобы Латвия была советской и присоединилась к СССР в качестве 12-й республики.

    Полпред СССР в Латвии И. Зотов

    АВП СССР, ф. 06, on. 2, п. 12, д. Ш, л. 62-65.

    18. ПАМЯТНАЯ ЗАПИСКА МИД ЭСТОНИИ

    12 сентября 1939 г.

    Эстонское правительство желает выяснить возможность замены эстонско-советского торгового протокола от 9 января 1939 г. новым соглашением, имеющим целью повышение товарооборота согласно приложенным товарным спискам.

    Эстонское правительство готово предоставить Союзу Советских Социалистических Республик годичные контингенты на ввоз в Эстонию товаров на сумму в 18 млн. эстонских крон. Взамен этих товаров Эстония желает экспортировать в Союз товары на сумму в 14 мли. эстонских крон в год. Разница в суммах ввоза и вывоза покрывается частью активным сальдо платежного баланса за предыдущее время согласно существующему соглашению, частью добавочными покупками из Эстонии или валютными платежами. Новое соглашение предлагается ввести в действие от 1 октября 1939 г. на срок до 1 января 1941 г.

    Помимо выяснения возможности повысить товарообмен, Эстонское правительство желает выяснить возможность транзита в Эстонию и из Эстонии по железнодорожному и водному пути через советские порты Северного Ледовитого океана.

    Таллинн, 12 сентября 1939 г.

    АВП СССР, ф. 154, оп. 19, п. 21, д. 2, л. 118.

    19. ПИСЬМО ВРЕМЕННОГО ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В ЛИТВЕ

    Н.Г. ПОЗДНЯКОВА НАРКОМУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР ВЫ. МОЛОТОВУ

    13 сентября 1939 г.

    Истекший полумесяц был настолько насыщен событиями и неожиданностями, что маленькая Литва с бедной прослойкой политических кадров не успевала ориентироваться в обстановке, отставала от нее.

    В каждом набегавшем друг на друга событии литовцы стремились прежде всего найти самих себя, то есть понять, как то или иное событие отразится на положении их страны. Не успев разобраться в одном явлении, отвлекаемые от него новой неожиданностью, они, как правило, не достигали своевременного ответа на интересующий их вопрос. Поэтому, чтобы не попасть впросак, они придерживались политики строгого нейтралитета не только в отношениях с другими странами, но и в отношении всех последних международных событий, настойчиво уклоняясь от их оценки и обсуждения. Вот почему литовская печать была за истекший полумесяц так бедна с точки зрения самостоятельных выступлений по текущему моменту. Пришлось поэтому выявлять настроение литовских политических кругов главным образом путем бесед, причем литовцы всегда были в них очень осторожны, они уклонялись от изложения своих взглядов и преимущественно ставили вопросы с целью, как они оговаривались, уяснения для себя того или иного момента.

    Поездка в Москву Риббентропа и подписание советско-германского пакта о ненападении вызвали среди литовской общественности волну явного беспокойства. Трезвые политики сразу же поняли, что пакт укрепляет положение Прибалтийских стран, так как он ликвидировал угрозу германо-советского столкновения, в ходе которого неизбежно должны были пострадать промежуточные малые страны. Однако те же самые политики ставили перед нами ряд вопросов, указывающих на наличие у них беспокойства и некоторых элементов недоверия и настороженности к новому для них зигзагу советской внешней политики. Нас спрашивали: чем заплатила Германия за " выгодный для нее пакт; не скрывается ли за пактом договоренность о разделе между партнерами сфер влияния, в которые включается и Прибалтика; не отказался ли СССР в своих будущих планах от Литвы; не принес ли он ее из-за желания сохранять за собой Эстонию и Латвию в жертву Германии и Польше и т.д. Иными словами, они пытались вырвать у нас точную формулировку наших интересов в отношении Литвы и точное определение того места, которое отведено Литве в очередном плане внешней политики СССР. К этому в основном стремился также и известный НКИД запрос Тураускаса, директора Политдепартамента Литовского МИДа17. Мы отвечали на все это ссылками на выступления руководителей и печати Советского Союза, на мирные традиции нашей внешней политики, на постоянное стремление Советского Союза помочь малым странам сохранить свое самостоятельное и независимое существование.

    Некоторое время спустя после известного интервью т. Ворошилова18 и исторического выступления на сессии тов. Молотова19 упомянутое беспокойство начало постепенно рассасываться. Подчеркнутые заявления тов. Молотова и Ворошилова, что пакт был подписан в результате срыва англо-советских переговоров и что его нельзя поэтому рассматривать как причину неудачи этих переговоров, явились тем главным, что прояснило в литовских умах представление о действительных обстоятельствах, предшествовавших заключению пакта. Этому просветлению способствовало также и сделанное тов. Ворошиловым разоблачение отрицательного отношения Польши к советской помощи и особенно тот факт, что поляки не дементировали20 этого. На этом новом фоне некоторые из собеседников стали смелее, среди них стали раздаваться голоса одобрения пакта как средства выключения Советского Союза из надвинувшейся войны. Неодобрительное отношение к пакту со стороны Японии и сдержанность Италии в польско-германском столкновении стали расцениваться ими как огромный успех советской внешней политики, ибо они увидели, что вследствие советско-германского пакта треугольник Берлин - Рим - Токио вступил в период внутреннего разлада. Другие, наконец, поняли, что дымовая завеса агрессоров, носившая название анти-коминтерновского пакта, была Советским Союзом сорвана. Были и такие, которые переводили нашу внешнюю политику на классовые рельсы, говоря, что мы сознательно устранились от войны с расчетом дать подраться другим, выждать возникновения из войны революции в Германии и затем во всеоружии прийти ей на помощь.

    Польско-германская война явилась тем вновь брошенным в воду камнем, который вызвал новые волны беспокойства на начавшейся было утихать поверхности литовской общественной мысли. Начавшие было складываться вокруг советско-германского пакта определенные суждения и представления были отброшены на задний план. Польско-германская война поставила перед литовцами ряд новых вопросов: будут ли воюющие страны считаться с их нейтралитетом; что им делать, если одна из воюющих сторон нарушит его и т.д.? Наряду с этим некоторые стали возвращаться к своим прежним подозрениям по поводу истинного смысла советско-германского пакта, указывая, что при отсутствии пакта Гитлер не решился бы так стремительно наброситься на Польшу. В заключение же обычно спрашивалось, а как поведет себя Советский Союз в отношении Литвы, выступит ли он на защиту ее нейтралитета, если воюющие страны нарушат его. Эти вопросы и по сегодняшний день остаются для литовцев неясными и беспокойными. Их беспокойство обострилось еще больше, как только они ознакомились с сообщением ТАСС21 о проведенном в западной части СССР призыве в Красную Армию нескольких возрастов.

    Польско-германская война поставила литовцев в очень тяжелое положение. Во-первых, им пришлось произвести переброску отдельных воинских частей в направлении стыка литовско-польско-германской границы и призвать два года общего резерва и четыре года резерва специалистов. Во-вторых, усиленная охрана границы вызвала значительные дополнительные издержки на содержание армии. В-третьих, с первых же дней польско-германской войны им нужно было добиться заверений со стороны Германии и Польши об уважении их нейтралитета. В-четвертых, Литовское правительство столкнулось со значительным нарушением торговых связей, что создало залежи экспортных и недостаток импортных товаров. В-пятых, паническая заготовка населением запасов значительно оголила рынок, что понудило власти издать ряд срочных распоряжений, направленных против скупки товаров и спекуляции. В-шестых, из-за недостатка жидкого топлива и угля властям пришлось заняться свертыванием железнодорожного, городского и др. транспорта и т.д., и т.п. В общем, начиная с первого дня войны и по сегодняшний день, внимание литовских властей приковано главным образом к преодолению вызванных войной экономических последствий, а внимание населения и политической общественности - главным образом к развитию польско-германской войны. Все остальное отодвинуто на второй план.

    Заверение Германии, а затем и Польши об уважении нейтралитета Литвы внесло в правительственные и армейские круги значительное успокоение. Однако предпринятые вначале военные мероприятия против возможного нарушения литовской границы остаются в силе, так как все психологически подготовлены к тому, что в изменившейся обстановке эти заверения могут оказаться легко забытыми. Поэтому тем строже официальная политика стремится к осуществлению безупречного нейтралитета. Но подспудные силы мешают ей в этом. Дело в том, что почти с самого первого дня возникновения войны в Литве стали появляться мысли о возможности использовать затруднения Польши в смысле отторжения от нее Виленщины. Литовские деятели, как видно из наших дневников, не отрицают наличия в их рядах таких авантюристов, но одновременно заверяют, что такие настроения не широки, что они находят сочувствие лишь у молодых тау-тининков и что инспирированы они германскими агентами. Однако эти настроения, видимо, не так уж мизерны, если учесть, что против них на днях выступали командующий армией и передовицы газет. Например, "Лиетувос Айдас” 10 сентября писала: ’Начинает выявляться мысль, что необходимо нарушить нейтралитет и присоединиться к какой-либо воюющей стороне, стремясь при этом к известной цели”

    Из этого явления вытекают два важных вывода.

    Первый. Уважая официально нейтралитет Литвы, Германия дает одновременно инструкции своим агентам о срыве его изнутри. Дошедший до иас слух, что этим делом увлекается также и германский военный апаше Юст, кажется, оправдывается. Тов. Коротких, наш военный апаше, беседовавший с Юстом 11 сентября, отметил, что Юст старался внушить ему взгляд, что Литве следует воспользоваться благоприятным случаем и взять Вильно.

    Второй. В Литве имеется благоприятная почва для посева таких настроений. Она состоит нэ остатков вольдемаристов, активистов и вообще молодой части союза таутининков, давно тяготеющих к сильной Германии. Затем к ним следует присоединить всяких авантюристов в политике и экономике.

    Кроме того, есть факторы, косвенно способствующие росту этих настроений. Заверение Берлина в уважении нейтралитета Литвы убаюкало наблюдавшееся у литовцев чувство боязни оказаться втянутыми в войну. К тому же военные события развернулись так, что бои все дальше и дальше откатываются от литовской границы, в то время как Виленщнна остается свободной как от польских, так и немецких войск. Так что у некоторых смотрящих на эту заманчивую перспективу все больше и больше начинает обостряться аппетит на нее. Не случайно, например, в руководящем органе союза таутининков (партия Сметоны) ”Вайрас” № 35 появилась статья ген. секретаря союза Статкуса (из молодых), рассуждающая на тему о том, при каких обстоятельствах можно было бы отказаться от нейтралитета.

    Представители официального мира и правящего лагеря открещиваются от этих настроений, квалифицируя их как авантюризм и безумство. Внешне это так.

    По существу же они не против были бы использовать их для разрешения своего исторического спора с Польшей, но их удерживает от этого уверенность, что на западном фронте будет бита Германия, а не Англия с Францией. А раз так, то они считают большим риском для себя пользоваться плодами германских побед в Польше, так как будущие победители, в том числе и восстановленная Польша, неизбежно вспомнили бы тогда измену Литвы и постарались бы ее раздавить. Некоторые же, даже независимо от исхода войны, не хотят получать Вильно из рук немцев, говоря, чр Берлин потребует за этот подарок беспрекословного подчинения его указаниям.

    Оценивая поведение официальной Литвы в свете последних международных событий, следует констатировать, что общий тон ее поведения в отношении Советского Союза был лояльным. Она, например, не шла на поводу у правой прессы Франции и Англии в деле оценки советско-германского пакта и причин срыва англо-советских переговоров. Правда, мы уже отмечали, что она не в состоянии была поспевать за событиями и поэтому отделывалась позицией нейтралитета. Но внешне в глазах других получилось так, что Литва проявила и продолжает проявлять в отношении СССР лояльность. В день составления письма эта лояльность подкрепилась непривычно смелой для последних дней передовой в ”Лие-тувос Айдас” на тему “Позиция СССР”. Основная мысль в ней сводится к тому, что Литва продолжает верить в миролюбие внешней политики СССР. Появление этой статьи тем более знаменательно, когда вспомнишь, что последние две недели газетам запрещалось выступать со своим мнением по вопросам международной жизни. Следовательно, эта статья появилась с ведома литовского МИДа.

    Надо считаться с тем, что перебои в экономической жизни понудят Литовское правительство искать помощи у СССР, в первую очередь в деле снабжения такими продуктами, как уголь, нефть, бензин и т.п. Соответствующее оживление в этом направлении вокруг Торгового представительства уже началось. Оно может перейти и на более общие рельсы, то есть к переговорам между правительствами. Возможно, что соответствующей подготовкой к тому является и вышеупомянутая статья в ”Лиетувос Айдас” (ведь неудобно просить у того, когда не говоришь, как ты к нему относишься).

    Как нам отнестись к этой весьма вероятной инициативе литовцев? На наш взгляд, следовало бы им помочь, если, конечно, у нас есть к тому возможности, а главное - политический интерес. В крайнем случае надо было бы удовлетворить их хотя бы частично. Категорический же и полный отказ в жизненно необходимом для них минимуме может, с одной стороны, повлечь за собою ослабление среди литовского трудящегося населения имеющиеся симпатии к СССР, а с другой — враждебно настроить против нас правящий литовский лагерь.

    Вр. поверенный в делах СССР в Литве Я. Поздняков

    АВП СССР, ф. 0151, оп. 30, п. 56, д. 2, л. 38—43.

    20. ПОЛИТИЧЕСКИЙ ОБЗОР, ПОДГОТОВЛЕННЫЙ ВОЕННЫМ АТТАШЕ ПРИ ПОЛПРЕДСТВЕ СССР В ЛИТВЕ МАЙОРОМ КОРОТКИХ

    13 сентября 1939 г.

    Быстрое течение событий и изменение политики великих стран заставало политические круги Литвы врасплох, они терялись и отставали от этих событий, а

    отчасти и боялись высказывать свою точку зрения на те или иные политические явления. Пресса была и есть очень скудна, поэтому трудно оценить точку зрения правительства и правящих кругов на прошедшие и происходящие бурные события. Главное, чего держалась Литва,-это ни одним своим действием не дать повода той и другой стороне заподозрить Литву в какой-либо неискренности или комбинации, избежать всяких конфликтов со всеми своими соседями и строго держаться нейтралитета, который они в н/время превозносят как свою "дальновидную” политику и за который держатся всеми своими руками, даже несмотря на наличие при создавшейся обстановке соблазна на получение Вильно. По вопросу о присоединении Вильно много распространяется слухов, которые поддерживаются и подогреваются немецкой агентурой. Особенно большую работу, говорят, проводит немецкий ВАТ полковник Юст. На неоднократные справки и прощупывания как среди гражданских политических кругов, так и среди военных по этому вопросу все. они от этого вопроса отказываются и уверяют, что будут держаться нейтралитета до конца и не пойдут ни на какие провокации. В разговоре с н-ком II отдела полк. Дулкснисом последний заявил, что в н/время в виленском крае частей почти нет и мы могли бы взять Вильно, но мы этого делать не будем, т.к. это значит взять из рук немцев, а потом можно поплатиться всей Литвой. Другое дело, если бы здесь был бы причастен каким-либо образом Советский Союз, т.е., другими словами, из рук Советского Союза можно было бы брать, не боясь ничего. За то, что литовцы не собираются на сегодняшний день лезть в Вильно, говорят и военные мероприятия. С началом военных действий между Польшей и Германией литовское командование задумало провести широкие военные мероприятия, т.к. началась мобилизация нескольких годов резервистов. Литовцы боялись, что, несмотря на заверения воюющих сторон в уважении нейтралитета, все-таки, может быть, обстановка заставит ту или другую сторону сделать маневр через их границы, но когда выяснилась диспозиция обеих сторон к началу действия и сами действия, которые проходят в удалении от их границ, все свои мероприятия они свернули и ограничились призывом [...] родившихся в 1910 и 1911 годах, а для специальных родов войск - родившихся 1910-1913 включительно. В настоящее время к границе выброшено ок. одной дивизии, части взяты из разных дивизий, по непроверенным данным выброшены 5-й и 9-й пех. полки и 3-й и 4-й артиллерийские полки, один полк кавалерии, саперный батальон. Все остальные части в своих гарнизонах, штабы дивизий тоже на своих местах.

    Таким образом, не видно, чтобы литовцы делали какие-либо приготовления против Польши.

    Есть некоторое опасение правящих кругов за внутреннее положение, которое может быть спровоцировано немцами. Дело в том, что с началом военных действий, не спрашивая разрешения правительства, как это было в прошлом году, нелегально приехал в Литву Вольдемарас, который немцами в 1934 году намечался как их ставленник в Литве, но после подавления путча был выслан из Литвы. Узнав о его приезде, по распоряжению правительства его на границе высадили из поезда и в автомобиле привезли в Зарасай. Допуск к нему и разговор с ним не разрешается никому. Точные цели его приезда, по всем данным, даже и руководящим кругам не известны. Сам он свой приезд объясняет - для устройства личных дел. Поэтому есть опасение, чтобы немцы здесь не подложили какую-либо свинью.

    Настроение среди военных кругов таково, что если станет вопрос о судьбе Литвы, то лучше быть национально существующей Литвой в руках СССР, чем превратиться в Карельскую губернию в руках немцев.

    Заключенный нами пакт с Германией, естественно, вызвал много толков. Сразу же был поставлен вопрос о судьбе Прибалтики, в том числе и Литвы. У них возникли вопросы: ”Не намечен ли раздел сфер влияния до границ 1914 года”, "СССР и Германия разделят между собой Польшу”, "Что заплатила Германия СССР за этот пакт** и т.д.

    Правительственные круги и печать воздержались от комментариев и высказываний по поводу пакта, такого высказывания нет и до сих пор. После выступлений тов. Ворошилова и тов. Молотова эти сомнения начали рассеиваться и в н/время эти же круги заявляют, что шаг со стороны СССР был правилен и разумен, СССР поставил на колени Гитлера, который, вероятно, дорого заплатил за этот пакт своим престижем, причем Прибалтийские страны при этом выиграли, т.к. исключается опасность быть втянутыми в конфликт между СССР и Германией и, наверное, СССР не упустил Прибалтику, когда договаривался с Гитлером.

    Настроение рабочих и крестьянских кругов. Рабочие круги оценивают положение так: если Сталин пошел на заключение пакта с Гитлером, то это не простое дело, а это есть какая-то дальняя политика, где интересы рабочих, наверное, учтены. Далее они заявляют, что Сталин обманул и Гитлера, и Чемберлена. Если Сталин договорился с Гитлером о присоединении Прибалтики, то мы от этого выигрываем, т.к. станем советскими людьми. Если СССР будет драться с Польшей, то он не обойдется без Прибалтики, он должен будет оккупировать, и мы снова выигрываем бум в СССР. Среди рабочего класса вера в могущество Советского Союза, вера в мудрость нашего правительства и тов. Сталина очень и очень велика.

    По признанию интеллигентной среды писателей, профессуры и др., которые говорят, что настроение крестьянства очень просоветское и во всяком случае не пролитовское с существующим строем. Это положение объясняется безвыходным положением, в котором находится крестьянство. Однажды я был в одном имении и, когда садился в машину, подошел управляющий имения, вернее, человек присматривающий за имением за кусок хлеба, и заявляет, видно было, от души когда же придет сюда советская власть? Тогда бы мы показали нашим Смето нам и другим, как надо жить. С этими просоветскими настроениями веде! усиленную борьбу мин. внутр. дел Скучас (бывший ВАТ Литвы в СССР), ко торый почти всех едущих в СССР людей от мала до велика, а особенно лиса телей, журналистов, вызывает к себе и читает им целые лекции о положенш в СССР, ссылаясь на свой авторитет как знатока Союза за время пребывания Он их спрашивает, что вы там видите хорошего, почему вы никогда не напи шете "истинного положения" о Советском Союзе, а пишите только все то, чт< имеется хорошего. Эта сволочь в своих беседах с такими людьми льет всякуи грязь по адресу СССР. Берет от каждого слово или подписку, что тот по приезд нигде не будет говорить и писать; конечно, те лица, которые нам передали эт) беседы, обещания ему не давали и по приезде выступали на различных свои; собраниях и писали в газетах.

    Внешнеполитическую ориентацию в н/время трудно определить, т.к. ее шн ти что нет. Все основано пока что на соблюдении строгого нейтралитета. Иду поиски рынков для получения необходимого сырья. Введены всевозможны ограничения на бензин, керосин, уголь, сахар, соль, во всем этом чувствуете недостаток.

    Вывод: Литва пока держится строго нейтралитета.

    Принятые военные мероприятия показывают, что Литва не думает вмели ваться в конфликт.

    Немецкой агентурой ведется работа по провоцированию Литвы по вопрос Вильно.

    Правительственные круги пока смотрят на этот вопрос отрицательно.

    Есть опасения, чтобы немцы насильно не предложили им Вильно, и спрашив ют, как будет смотреть на это Советский Союз, если мы не будем поддавать! на провокацию немцев.

    Есть опасения правительственных кругов, чтобы немцы не спровоцировали изнутри в связи с приездом Вольдемараса.

    Настроение рабоче-крестьянских слоев в основном благожелательное для

    нас.

    Военный атташе в Литве майор Коротких

    ЦГАСА СССР, ф. 39041, on. 6, д. 3, л. 83-85.

    21. ЗАПИСЬ БЕСЦДЫ ВОЕННОГО АТТАШЕ ПРИ ПОЛПРЕДСТВЕ СССР

    В ЛИТВЕ МАЙОРА КОРОТКИХ С ПРЕДСЕДАТЕЛЕМ ПОЛИТИЧЕСКОГО

    СОЮЗА ТАУТИНИНКОВ НОВАКАСОМ

    13 сентября 1939 г.

    1. В июне м-це с.г. в Каунас приезжал начальник политического департамента министерства иностранных дел Германии Клейст (правая рука Риббентропа). Он прощупывал мнение и Польши и Прибалтийских стран по вопросам экспансии Германии на восток. По прибытии в Литву он в министерстве иностранных дел попросил свести его с Новакасом, которого, наверное, как германофоба, пытался подкупить по заманчивым вопросам. Новакас - бывший в 1937 году губернатор Клайпеды, который разгромил там фашистские организации и посадил Неймана и Заса в тюрьму. В беседе Клейст спросил его, что он думает по вопросу создания Великой Литвы не только с Вильно, но и с Советской Белоруссией, т.к. планы Германии заключаются в том, чтобы создать такие государства, как Великая Литва и Великая Украина (советская и карпатская). Сам Новакас говорит, что я от этого вопроса почувствовал, как будто у меня лицо вытянулось на три аршина, и почти ничего не мог ему ответить. Поняв мое недоумение, Клейст перешел на обсуждение перспектив овладения Кавказом с его нефтью и т.д.. Новакас заявляет, что, несмотря на заключение с вами договора, немцы в своей большой политике и в настоящее время не отказались от осуществления своих планов на востоке.

    Будучи на обеде у итальянцев, как заявляет Новакас, он прощупывал их отношение к возникшей войне и какое участие в ней примет Италия. Он говорит, что видно из разговоров, что Италия не собирается в ближайшее время выступить на той или другой стороне, что итальянцы оценивают положение немцев в войне с Францией и Англией не блестяще. Он вынес впечатление, что, если наметится разгром немцев, Италия выступит на стороне Англии и Франции.

    2. С 24 по 28 августа Новакас был в Польше, ездил в поэнанском районе, в коридоре, по Висле. Он удивлялся той неорганизованности и беспечности польских государственных деятелей и военного командования, которое он наблюдал за два дня до начала войны. По его заявлению, нигде не было видно, чтобы были приняты какие-либо меры предосторожности, нигде даже не были вырыты простые окопы. Особенно он интересовался Вислой, но и там он не видел каких-либо работ. По его мнению, много этому помешало то обстоятельство, что между правительством и командованием и даже среди командования были какие-то разногласия. Беседовал он с французами, находившимися в Польше, те тоже заявляли, что они также удивляются беспечности и неорганизованности. Французы пытались дать полякам некоторые советы, но последние не хотели и слушать, заявляя, что наше командование не хуже других и само может справиться без советов.

    Военный атташе в Литве майор Коротких

    ЦГАСА СССР, ф. 39041, оп. 6, д. 3, п. 33.

    22. ПИСЬМО ПОЛПРЕДА СССР В ЛАТВИИ И.С. ЗОТОВА В НКИД СССР

    14 сентября 1939 г.

    Поведение Латвийского правительства

    1. Прогерманская политика Латвийского правительства за последнее время (до заключения пакта о ненападении СССР с Германией и начала военных действий с Польшей) все больше усиливалась. Достаточно указать на следующие факты;

    а) Особенно торжественно в этом году отпраздновали фашистские заправилы 22 мая день "освобождения” Риги от большевиков22. В речах и статьях, предназначенных для это случая, население и солдат предостерегали от этого "страшного” врага Латвии. Даже в том случае, когда немцы, захватив Ригу, преследовали свои цели, направленные против латышей, все же деятели старались выдавать это за акт добродетели и помощи.

    Радостный прием, оказанный приехавшему на торжества генералу Флетчеру, свидетельствовал об общности интересов фашистских государств в борьбе против большевиков.

    б) Парад "айэсаргов”, проведенный в июне с.г., показал, что Ульманис собирается отразить любого врага, покушавшегося на нейтралитет Латвии. Причем под этим "любым” врагом не только подразумевался, но и прямо в ряде статей назывался Советский Союз. 40-тысячная армия айзсаргов является оплотом Ульманиса, выращивается и воспитывается в духе звериной ненависти к большевикам и будет составлять во время военных действий главный костяк армии и "политических” комиссаров.

    в) С началом военных действий между Германией и Польшей политика натравливания и систематическая пропаганда против СССР выливаются в организацию манифестаций - открытие памятников "освобождения” Латгалии. На митинге министр внутренних дел заявил: "Весь народ и армия тогда (20 лет назад) были спаяны в одно тесное единение, о которое разбилась превосходящая сила противника и техника оружия”. Он призывал "быть бдительными -и подготовленными, чтобы в нужный момент сохранить нейтралитет всеми имеющимися в распоряжении средствами” Казалось бы, что в такой момент, когда они сами ищут помощи у СССР, не должны иметь места подобные манифестации с политической окраской против СССР. Правительство рассуждает, видимо, по-своему, оно не может остановиться в пропаганде ненависти к СССР, считая, что это является основой упрочения фашистской власти Ульманиса - Мунтерса.

    г) Латвийское правительство вместе с Эстонией и Финляндией выступили против гарантии их независимости со стороны СССР, называя это вмешательством

    во внутренние дела. В статье ”КК” ”Брива Земе” 3/6: ”Мы идем еще шагом дальше и говорим, что свой нейтралитет мы будем защищать с оружием в руках.., и безразлично, откуда бы ни исходила попытка такого лома нейтралитета. По этим соображениям мы не просили ни одну страну дать нам какие-либо гарантии, ибо, принимая их с одной стороны, мы как бы уже заранее покидаем свою позицию нейтралитета”. Эту установку они получили по указке Берлина.

    По этому поводу германская ’’Прейссише Цайтунг” писала: "Это ясная и определенная латышская точка зрения в великих политических вопросах, которые обсуждаются в Европе уже несколько недель, но которые, по мнению Нарком-индела Советского Союза, настолько обострились, что в Риге пришлось выступить с недвусмысленным ответом. Этот ответ в смысле содержания согласуется с объяснениями Эстонии, которые, в свою очередь, отвечают точке зрения Финляндии. В общем этим достигнута радующая ясность подписанием латвийского и эстонского договора о ненападении с Германией”23.

    2. Все больше и смелее проводится политическое и экономическое сотрудничество с Германией.

    а) Проводившиеся раньше традиционные торжественные празднества по случаю "освобождения” от немцев в этом году не проводились. Печать ни единым словом не обмолвилась об этом событии. Казалось, их, этих событий, не существовало.

    б) Подписание пакта о ненападении с Германией сопровождалось ликованием. Вспоминались все "хорошие” традиции латышей и немцев, делались престранные заявления о том, что Латвия обрела себе друга и благожелателя. Германская печать, отмечая пятилетие авторитетного строя в Латвии24, давала весьма положительную оценку речи Мунтерса о возможности благотворного влияния пакта о ненападении, на отношения между обеими странами и что "позиция независимой Латвии, определяемая политикой национального обновления, всегда найдет в Германии интерес и уважение".

    в) За договором политическим последовало еще большее экономическое проникновение Германии на латвийский рынок. Несмотря на очевидную невыгодность этой торговли — замораживание валюты в германских банках (до 15 млн. марок), латвийские хозяйственные органы по указаниям свыше в последнее время отправили огромное количество товаров в Германию (свиней, кожу, лес, масло). Газета "Берлинер Берзенцайгунг” писала в августе: "Теперь Латвия может в хозяйственном отношении широко сотрудничать с Германией, ибо Германия может снабжать Латвию нужными для рационализации машинами, а Латвия Германию с/х продуктами”. Своим участием на кенигсбергской выставке Латвия демонстрировала свою экономическую и политическую заинтересованность. Большая статья, посвященная этой выставке в газете "Яунакас Зиняс”, в которой приводятся успехи торговли с Германией, завершалась словами: 'Участие Латвии в кенигсбергской ярмарке во всяком случае будет способствующим фактором этого взаимного товарооборота”.

    е) На протяжении нескольких последних месяцев в германской печати появилось множество статей, восхваляющих внешнюю линию правительства, проведение внутренней политики, восхваление латвийской армии и латвийских айэсаргов. Особенно лестные статьи были написаны о "вожде” Латвии Ульманисе.

    ж) Наконец, в завершение близости Латвии и Германии необходимо принять во внимание усиление туризма из Германии в Латвию. Иными словами, это означает свободное допущение антисоветской пропаганды на территории Латвии. За лето 1939 года Латвию посетило в качестве экскурсантов туристов около 7000 немцев. Один пароход "Оцеания” в два рейса привез 2000 немцев. И в подкрепление всей этой дружбы с неофициальным визитом в Ригу пришли 4 германских миноносца» остановившиеся под окнами замка. Этот визит повторился в Виндавский порт.

    Все вышеизложенное дает основание утверждать об антисоветском курсе Латвийского правительства и усилении прогерманской позиции Ульманиса -Мунтерса.

    3. Теперь в связи с создавшейся обстановкой вследствие военных действий в Европе Латвия переживает острейшие хозяйственные затруднения. Эти затруднения идут не только по линии сырья для резиновой, текстильной промышленности, бензина, железа, соды, хлопка, керосина, соли и др., но и по сбыту своих изделий и невозможности перевозки их кроме как через СССР.

    а) Латвийские хозяйственники вспомнили, что рядом есть такая большая страна, "восточный сосед”, которая может обеспечить Латвию всем необходимым. Газета ”Яунакас Зиняс” от 9 сентября писала: "Латвийские торговцы уже вступили в переговоры с фирмами СССР о ввозе нужных товаров. Предвидится, что оттуда (из СССР) можно будет ввозить много такого сырья, которое до сих пор импортировалось из других стран. Притом сообщение с Советским Союзом протекает вполне нормально и оттуда можно вывезти товары в неограниченном количестве”. Теперь, когда господину Ульманису стало туго не только экономически, но и политически, он хочет разрешить обострение внутри страны за счет СССР. Он и его подручные начинают заигрывать, кланяться, обещать, просить о помощи и не оставить их в беде.

    б) Внешнеполитическая прогерманская позиция Латвийского правительства и страх перед растущей симпатией латышского народа к СССР заставляют их искать поддержку в Германии. Несмотря на очевидную невыгодность торговли с Германией, они будут стараться расширять экономические взаимоотношения с Германией, платя им экономически за возможную поддержку в случае революционной опасности.

    Наши политические отношения с Латвией определяются мирным договором (1920 г.) и договором о ненападении (1932 г.) и экономические - торговым договором (1934 г.). На данном этапе, как и прежде, мы стоим на базе ленинско-сталинского принципа, смысл которого отчетливо дан в речи тов. Молотова на последней внеочередной сессии Верховного Совета: "...Мы стоим на позиции невмешательства во внутренние дела других стран и соответственно этому стоим за недопущение какого-либо вмешательства в наши собственные внутренние дела”. Забывают также о важном принципе нашей внешней политики, который еще на XVIII съезде партии тов. Сталин формулировал так: ”Мы стоим за мир и укрепление деловых связей со всеми странами, стоим и будем стоять на этой позиции, поскольку эти страны будут держаться таких же отношений с Советским Союзом, поскольку они не попытаются нарушить интересы нашей страны”.

    Смысл этих слов совершенно ясен: со всеми несоветскими странами Советский Союз стремится иметь добрососедские отношения, поскольку эти страны придерживаются той же позиции в отношении Советского Союза.

    В нашей внешней политике с несоветскими странами мы стояли и стоим на базе известного ленинского принципа о мирном сосуществовании Советского государства и капиталистических стран.

    Различие в мировоззрениях и в политических системах не должно и не может быть препятствием для установления хороших политических отношений между обоими государствами, как подобное же различие не препятствует хорошим политическим отношениям СССР с другими несоветскими, капиталистическими стра-нами» (Молотов. О ратификации советско-германского договора о ненападении).

    Этим определяется все наше поведение (по отношению) к несоветской стране Латвии, в то же время мы требуем от нее такого же к нам отношения. Латвийские деятели рассматривают СССР иначе. Они видят прежде всего политическое различие и на этом строят свою внешнюю политику. Они ориентируются на страны без политических различий в системах - на Германию и др. Этим, и только этим определяется все поведение, экономическое и политическое, по отношению к СССР. Советский Союз, проводя свои принципы, в Латвии не получал взаимного отношения. Наоборот, латпра всегда было готово включиться в общую антисоветскую свистопляску, не говоря о том, что оно само было зачинщиком антисоветских высказываний или предоставляло свою территорию для других с целью диверсий и шпионажа против СССР.

    Экономические затруднения в Латвии и поднятое антиправительственное настроение масс, выражающих свою симпатию СССР, заставляют Латвию сделать некоторое смягчение своей позиции к нам. Заставляют их повернуться, пока что хозяйственно, к Советскому Союзу. В этот момент возможен и политический поворот, при условии некоторого давления на них, с расчетом, чтобы они не использовали его как маневр для собственного упрочения. Всем очевидно, что наша заинтересованность в Прибалтике весьма большая. Об этом мы в дружественном духе напомнили латышам в своем специальном представлении25. В то время латпра, по существу, его отвергло, по существу, не признало нашей заинтересованности, мало того, спекулировало на этом упрочением ориентации в сторону Германии. В силу невозможности выхода из экономического бедствия, кроме обращения за помощью в Советский Союз, нам кажется, необходимо перед удовлетворением их широкой просьбы попытаться сделать гласное политическое давление, обеспечивающее нашу заинтересованность. Добиться признания нашей заинтересованности заключить пакт экономической и военной взаимопомощи, добиться искоренения всякой пропаганды против СССР, упрочения широкой культурной связи и свободного допуска нашей прессы и литературы. Правительство Латвии на эти пожелания не пойдет, ко. тогда шире развяжутся оппозиционные силы против существующего строя, что не может не влиять на изменение внешнеполитической линии правительства и вплоть до замены его новым, способным принять нашу точку зрения. Так как наша заинтересованность одинаково прокламирована не только к Латвии, но и к Эстонии (поведение последней вряд ли имеет какое-либо отличие от Латвии), то желательно было бы обсудить на совместном совещании полпредов стран Прибалтики, созванном НКИД, для уяснения и определения общей позиции по отношению к этим странам.

    Полпред СССР в Латвии И. Зотов

    АВП СССР, ф. Об, оп. 2, п. 12, д. 118, п. 70—76.

    23. ТЕЛЕГРАММА ПОЛПРЕДА СССР В ЛАТВИИ И.С. ЗОТОВА В НКИД СССР

    15 сентября 1939 г. Немедленно

    По поводу соглашения о разделе Прибалтики между Германией и СССР Мунтерс еще раз сделал заявление о растущих слухах. Мобилизация у нас воспринимается как подтверждение этих слухов. Разъяснил ему принципы нашей внешней политики. Воспользовавшись этим, Мунтерс снова выразил желание сделать не юридическое, но политическое заявление с указанием на имеющиеся договоры, которые СССР не собирается нарушать. Это, как он выразился, необходимо для успокоения масс. Ответил ему, что успокаивать массы ваше внутреннее дело.

    Мунтерс сделал предложение о развитии экономических отношений и хотел бы это обсудить.

    Полпред

    АВП СССР, ф, 059, on. 1, п. 304, д. 2100, л. 149.

    24. ДНЕВНИК ПОЛПРЕДА СССР В ЭСТОНИИ КЛ. НИКИТИНА

    15 сентября 1939 г.

    23 августа. Эстонская печать вот уже 4-й день обсуждает значение советско-германского пакта. Обсуждениями полны все эстонские газеты. Сейчас можно поставить пока два вопроса на эту тему: 1) Какова же общая тенденция этой печати и 2) какова в связи с этим ориентация Эстонии и Прибалтики в целом?

    Нужно прямо сказать, что тон эстонской печати проникнут духом разочарования, весьма плохо прикрытого парой-тройкой слащавых фраз. Разочарование вызвано многими причинами. Одной из них было то, что эстонское правительство было уверено в возможности создания в ближайшем будущем фронта пяти держав для установления мира в Европе, причем из этого фронта СССР исключался.

    Вторым моментом было то, что Эстония деятельно готовилась к войне Германии с СССР и, как я писал и ранее, приспособляла к пропуску германских войск свои железнодорожные, водные и шоссейные пути, затратила огромные средства на вооружение пограничной с СССР полосы по всей линии от Нарвы до Изборска включительно, и теперь эти усилия оказались напрасными.

    В-третьих, несмотря на все разговоры о мире, несмотря на рекламы о том, что СССР является гарантом вместе с демократическими странами мира в Европе, тем не менее эту гарантию все время стремились опорочить, стремились СССР изобразить как красного империалиста, готовящего оккупацию Эстонии, и тем самым хотели все-таки настроить общественное мнение против СССР и подготовить народ к необходимости расправы с Советским Союзом. Причем расправа эта должна была быть начата руками Германии. С заключением советско-германского пакта эта ставка оказалась бита. Советский Союз им не удалось изолировать и таким образом свести его политическое значение в мире на нет, а, наоборот, он оказался в центре мировой политики. Не удалось также и разгромить его в кровавой схватке.

    Не удалось также Прибалтийским странам продолжать и роль регулятора между двумя крупными державами (между Германией и Россией) и свое значение благодаря этому раздувать до размеров вершителя мировых судеб. Сейчас этот надувшийся чертик выпустил все газы, придававшие ему большее, нежели он есть в действительности, значение, и превратился в то, что он есть на самом деле, то есть в лимитрофного лилипута.

    Вот это третье, последнее обстоятельство на эстонцев подействовало особенно отрезвляюще, лишило их возможности кричать; ”Не нужно гарантий, ибо гарантии грозят целостности и независимости народа”, а, наоборот, заставило дрожать, как бы теперь "без гарантий” не оказаться при разбитом корыте.

    В связи со всем этим началась новая клеветническая кампания в печати, стремящаяся опорочить честные намерения СССР. Вся печать сегодня уже единогласно проявляет сомнения в намерениях СССР.

    Газета ”Рахвалехт” от 29 августа в статье "Разъяснения Советской России через Ворошилова и Коминтерн" твердит о повороте во внешней политике СССР, говорит о ревизии прежних установок в советской политике. Газета пишет:

    "До сих пор Советская Россия говорила, что она является сторонницей так называемого фронта мира против агрессоров. Присоединение России к этому фронту должно было уменьшить возможность войны. Теперь она говорит, наоборот, что если она осталась в стороне от этого фронта мира, то уменьшится будто бы возможность войны. Почему же взгляды так резко изменились, об этом не говорится ни слова”.

    Второе. "Ведущим принципом внешней политики России до сих пор было то, что мир - неделим", то есть то, что теперешнюю войну в Европе нельзя локализовать, так как она неизбежно расширится в мировую войну. Теперь же Россия как раз преследует цель остаться в стороне от возможной войны, как бы надеясь, что это ее локализует. Но касательно и этого изменения взглядов отсутствуют объяснения”.

    Газета недовольна и интервью маршала Ворошилова, данным корреспонденту "Известий”26,

    Газета изображает дело так, что военные переговоры между Францией, Англией и СССР прервались только потому, что Польша отказалась пропустить советские войска, но газета пишет, ведь это было известно и раньше, так что не было повода вести в течение нескольких месяцев переговоры, для того чтобы выяснить это.

    Газета увязывает действия СССР с Коминтерном, который якобы дал интервью в том смысле, что СССР выступит в момент, который был бы самым благоприятным интересам социальной революции.

    Проводит параллель настоящего положения с положением во времена Мюнхена, говоря:

    "Россия, хотя и была союзницей Чехословакии, не провела внутри страны никаких подготовительных мероприятий. Свою помощь Чехословакии она-будто бы предлагала только для того, чтобы заманить других в войну, а самой фактически остаться в роли зрителя до тех пор, пока другие в достаточной мере раскровяни-ли себя и истощили бы, чтобы в заключение сыграть решающую роль при помощи своих сохранившихся сил".

    Теперь эстонцы распространяют слух, что у СССР с Германией существуют помимо отпечатанного договора тайные пункты, по которым они собираются разделить Польшу и Прибалтику.

    В народе сеют панику. Срочно исчез сахар. На днях объявляется мобилизация за 10 лет. Курс кроны упал, по отношению к доллару он был все время 3.85, сегодня, 29 августа, - 4.40. Эстонцы собираются отказаться от обеспечения их валюты английским фунтом стерлингов.

    30 августа. 26 августа Сельтер вернулся из отпуска и приступил к исполнению своих обязанностей. Правительство Эстонии после подписания пакта о ненападении СССР с Германией заседало 2 раза. В целях ориентации я 29 августа поручил договориться с ним о приеме меня на 30 августа. Сельтер согласился принять меня в 11 часов утра. Принял сдержанно. Разговор начался о погоде, о том, что все дачники пока еще сидят на своих местах. Сельтер тоже живет в своем имении. Далее разговор зашел о торговле между СССР и Эстонией. Сельтер сказал, что они хотели бы продать нам несколько тысяч голов крупного племенного рогатого скота, так как в нынешнем году у них урожай кормов ниже среднего и содержать свое стадо зимой они не смогут.

    Затем Сельтер осторожно коснулся вопроса ”о новостях в политике”. Я ему сказал, что у меня никаких особых новостей нет, кроме тех, которые уже опубликованы и о которых так много пишут эстонские и мировые газеты. Сельтер вяло сказал, что они считают, что это большой вклад в дело мира, что для Прибалтики это особенно важно, ибо она теперь в стороне от военной дороги. Далее Сельтер сказал, что для Эстонии это хорошо еще и тем, что у них с обеими этими странами имеется пакт о ненападении. С восточным же соседом у Эстонии не было недоразумений, и Сельтер думает, что их и не будет. Я подтвердил прежние позиции Советского правительства, подчеркнув, что теперь это особенно ярко стало. Утверждения эстонских газет о красном империализме СССР и о том, что СССР желает оккупировать Эстонию, оказались вздорной, ничем не оправдываемой клеветой на СССР. Сельтеру было нечего сказать, и он весьма невнятно промямлил, что газетчики, мол, часто падки на сенсацию.

    Я ему ответил, что относительно газетчиков и их коммерческих соображений дело ясно, но всё-таки не следовало бы им в таком ложном духе ориентировать народные массы.

    Далее я указал Сельтеру и на то, что посещение японцами эсто-советской границы, как это имело место текущим летом и весной, не дает должного спокойствия, какое необходимо двум добрососедским державам, ибо это граница эсто-советская и японским генералам здесь как будто бы делать нечего.

    Сельтер проглотил эту пилюлю и обычным своим мертвым тоном протянул: <Да, эти туристы шумят, что в Нарве много исторических мест, что там туристам есть что посмотреть, а на самом деле там и смотреть-то нечего. Я им и то говорю: ”Идите в Аренсбург (Куресаре) и смотрите там”».

    Далее разговор вновь перешел на советско-германский пакт. Сельтер опять сказал, что этот пакт имеет мирное значение, что теперь это важно, ибо опять, как в 1914 году, где-нибудь убьют пузатого принца и из-за этого загорится война.

    Я ему ответил на это, что дело совсем не в пузатом принце, их могут убить и больше, чем одного, но войны все-таки не будет. Движущие силы не тут, это вы, господин министр, также прекрасно понимаете.

    Далее я упомянул о том, что эстонская печать, в частности газета ”Рахва-лехт^ за 26 августа, допустила клевету на СССР, стремясь опорочить мирное значение пакта и мирные намерения СССР. Сельтер опять сказал, что он не читал этой газеты, но просмотрит и примет меры. Указывая на газету ”Рахвалехт”, я ему в то же время указал, что газеты не помещают нашей информации о пакте и тем самым мешают нам выявлять истинное значение этого вопроса. Сельтер обещал принять меры.

    Сельтер под конец речи заявил, что он со своей женой приглашает меня к себе на чашку чая в ответ на его прошлогодний такой же визит ко мне. Я его поблагодарил и сказал, что в интересах добрососедских отношений двух держав я готов принять это предложение. Выразив обычные при этом вежливые пожелания, мы расстались.

    Во время беседы Сельтер упомянул и о том, что они все же делают приготовления к войне, что у них имеются шестимесячные запасы мирного времени, которые в военное время могут быть растянуты и на год.

    Я его спросил: "Зачем же вы готовитесь к войне, когда вам ни с той, ни с другой стороны не угрожают?”

    Сельтер сказал: ”Ну, все готовятся, так и мы готовимся. На всякий случай”.

    Из конфиденциальных кругов через торгпредство получены сообщения о том, что эстонцы упорно укрепляют левый берег реки Наровы. Эстонцы думают, что СССР теперь воспользуется моментом и отрежет от них пограничные русские районы, двинув против них Красную Армию. С этой целью они отнесли свои укрепления на левый берег реки Наровы и готовятся допустить захват территории до правого берега реки, а левый держать.

    Сообщают, что у эстонцев оружия хватает на 120 тыс. человек, что же касается обмундирования и вообще амуниции, то этого у них есть лишь на 60 тыс. человек.

    1 сентября. Получено сообщение, что Германия начала военные действия с Польшей. Сообщили, что Германия бомбардировала 4 польских города, в том числе Краков. Эстонские газеты выпустили специальный листок. Население города все высыпало на улицу, толпами стоят у витрин, где расклеены специальные выпуски. Настроение возбужденное. Вечером выступил по радио министр пропаганды Ойдермаа с речью, призывающей народ к спокойствию.

    Вечерние сообщения эстонских газет принесли новые известия о бомбардировке новых польских городов: Львова, Белостока, Иван-города и Вильно. Также получены сообщения, что английский посол Гендерсон передал ультимативное требование английского правительства Гитлеру о немедленном выводе войск из Польши на германскую территорию. Его будто бы принял Риббентроп, который ему сообщил, что он это заявление принимает к сведению. Решающее свидание с Гитлером будто бы назначено на 2 сентября утром.

    2 сентября. Был вызван в 12.30 в МИД к Сельтеру. Сельтер официальным тоном сообщил мне, что он имеет честь вручить мне ноту, в которой МИД сообщает точку зрения правительства на разразившиеся между Польшей и Германией военные события. Сельтер заявил мне, что президент повелел объявить нейтралитет. Сельтер далее сообщил, что такую позицию заняли все Прибалтийские страны, Финляндия и Скандинавия. Далее Сельтер мне сообщил, что окончательное решение Англии в этом вопросе еще не выяснено, что будто бы на сегодня на утро было назначено последнее решающее свидание Гендерсона с Гитлером, после чего позиция Англии будет окончательно выявлена.

    Затем Сельтер перешел к речи тов. Молотова на сессии Верховного Совета о заключении пакта о ненападении между СССР и Германией. Сельтер сказал, что он с удовольствием прочитал эту речь. Но в то же время одна часть эстонских газет эту речь напечатала с большими сокращениями, а другая часть совсем не напечатала. Нужно сказать, что Эстонии критика английского и французского правительств в этой речи не нравится. И Эстония совсем не рада тому, что СССР не участвует в войне против Германии. Эстония разочарована. Будучи верным слугой Германии в смысле ее выступления против СССР, ориентируясь на Германию и покровительствуемая Англией, теперь Эстония разочарована и будет безусловно опять против СССР выливать всяческую грязь, идущую теперь из английских и французских источников.

    Я, воспользовавшись похвалой Сельтера, тотчас же сказал ему, что очень благодарен за лестный отзыв, но просил бы одновременно дать распоряжение о напечатании этой речи целиком, ибо для нас очень важно выяснение официальной точки зрения главы Советского правительства. Сельтер сказал, что он это сделает.

    Далее разговор зашел о возможностях эстонской внешней торговли в связи с разразившейся между Англией и Германией войной. Сельтер заявил, что теперь Балтийское море, возможно, будет блокировано и потому внешняя торговля с Англией будет затруднена и они хотели бы переключить всю торговлю (английскую) на СССР. И дальше заявил: "Если Советское правительство принципиально согласится, то он, Сельтер, дал бы Сеппу (министру хозяйства) распоряжение о немедленном начатии торговых переговоров” Я ему сообщил, что о желании Эстонского правительства доведу до сведения Москвы и по получении ответа поставлю его немедленно в известность.

    После этого Сельтер в знак расположения к Советскому Союзу заявил мне, что он желал бы меня как представителя такой большой страны иметь, в свою очередь, своим гостем в ответ на его прошлогодний визит ко мне на дачу. Я ему сказал, что у меня нет никаких оснований относиться недружественно к стране, куда меня послало мое правительство, и я с большим удовольствием принимаю приглашение министра дружественной нам страны.

    Высказав далее обычные в этих случаях приветствия, мы расстались.

    1 сентября27 сообщил Сельтеру о согласии правительства Москвы начать переговоры о расширении торговли между СССР и Эстонией. Сельтер сказал, что он немедленно доложит об этом президенту Республики.

    4 сентября (понедельник). Вечер субботы 2 сентября Эстония жила напряженным ожиданием. Это напряжение не ослабевало и в воскресенье 3 сентября. Наконец, было получено извещение, что Англия и Франция объявили Германии войну. Правительство Эстонии призывает народ к спокойствию, сообщая ему, что благодаря пакту о ненападении между Германией и СССР Эстония сейчас может оставаться спокойной, ибо она сейчас стоит в стороне от большой военной дороги. 2 сентября вечером по радио произнес речь министр пропаганды Ойдермаа, в воскресенье произнес речь в Тарту президент Республики Пяте и в субботу при открытии сельскохозяйственной выставки в Тарту произнес речь министр земледелия Тупите.

    Несмотря на призывы к спокойствию, тем не менее народ не спокоен. Ожидают мобилизации. Есть слухи, что в ближайшем будущем будут призваны на переподготовку с 1904 до 1917 года рождения. Но это еще необходимо проверить.

    Газеты выпускают после полудня листовки о ходе военных действий. Сообщают, что на субботу Германия уже бомбардировала б польских городов, в том числе Краков.

    Торговцы пока продают товары по нормальным ценам, но уже предупреждают о возможном повышении цен. Банки и биржи лихорадочно следят за курсом.

    Фунты стерлингов хотя в цене пали очень немного, но на бирже их не берут. Доллар дорожает с каждым днем. Обычный курс доллара был 3.75 эст/крон, за два дня он поднялся до 4.40 эст/кр.

    Скандинавские страны, состоявшие в стерлинговом блоке, от фунта стерлингов уже отказались.

    Эстония, имеющая обеспечение своей валюты английским фунтом, пока держится за прежнее обеспечение, но, верно, от такого обеспечения откажется.

    Кредитные банки прекратили учет векселей. Денежная система уже превратилась в монетарную. Вкладчики массами растаскивают свои вклады. Торговцы в лавках попрятали товары.

    5 сентября. Был с женой в гостях у МИД Сельтера. Прием происходил на министерской даче в Кейла Ноа. Помимо дачи МИДа, помещающейся в барском, бывшем князя Волконского, которого они оттуда выселили, доме, Эстонское правительство выстроило еще дачи для министров: социальных дел - Каска, внутренних дел - Веерма, юстиции - Ассора, просвещения - Яксона и т.д. Все они, разумеется, присутствовали на приеме. Кроме них присутствовал товарищ МИД -Эпик, директор торгового департамента Мэри и др. Я на прием привез только что полученные из СССР папиросы и предложил их гостям. Они остались очень довольны и весь вечер их курили. Кроме меня с женой были приглашены еще лишь два посла: Латвии - Шумане и литовец Дайлиде (он же старшина дипкорпуса). Сель-тер, как только я вошел в зал, тотчас же заявил мне, что из дипкорпуса приглашены лишь представители нейтральных стран, из воюющих стран они не пригласили никого в интересах обеспечения спокойного и делового времяпрепровождения.

    Поговорив несколько времени о затруднениях, предстояли» дипломатическому корпусу на очередных приемах, где невозможна встреча представителей воюющих государств и что для того, чтобы пригласить к себе в гости враждующие стороны, придется приемы удваивать. МИД Сельтер и его жена пригласили гостей к столу. Нужно сказать, что угощение было очень скверное. Чай с лимоном, ваза с яблочками, грушами, сандвичи в очень ограниченном количестве и на 25 человек два маленьких торта. За столом в силу этого задерживаться никому не представлялось охоты, и все поторопились на прогулку по чудесному, расположенному на берегу моря и реки парку. Еще до чая ко мне подступили латыш и литовец с допросами и, конечно, с пристрастием, что вот, мол, Советский Союз все выступал против немцев, против фашизма, а теперь сам с ним заключил союз и что он вроде как изменил делу борьбы за идею мира. Я им ответил, что мы готовы жить в дружбе со всяким государством, которое хочет жить в дружбе с нами. Мы ни на один шаг не отступили от той линии, которую в этом отношении наметил на XVIII съезде партии тов. Сталин. Мы ни на шаг не отступили и от наших стремлений к миру. Об этом всему миру заявил тов. Молотов на чрезвычайной сессии Верховного Совета. Не наша вина, что Польша категорически отказалась от нашей помощи, не наша вина, что Англия и Франция завели переговоры о взаимном сотрудничестве в тупик. Мы здесь использовали все. И наш пакт о ненападении с немцами есть не что иное, как шаг к миру, несмотря на все препятствия других стран. Все это высказал тов. Молотов. Он сказал очень ясно. Все вы, господа, это читали, и я смогу вам сказать только лишь, что сказал глава нашего Советского правительства В.М. Молотов, и ни слова больше, ибо яснее того, что сказано, не скажешь. Поэтому, господа дипломаты, не ищите в этой речи ничего иного, кроме того, что в ней сказано.

    Тут мне латыш и литовец наперебой задали вопрос: ”Ну, а как же насчет агрессии?*’ Я им ответил, что Советский Союз никогда агрессором не был и никогда им не будет. Советско-германский пакт также не дает ей поблажки. Ни в какие авантюры нас не втянет никто. У нас есть своя собственная политика, политика Союза Советских Социалистических Республик, об этом также заявил В.М. Молотов. И добавил: "Советекий Союз о своих принципах высшей политики делал декларации не раз. От них он не отступит”.

    Нужно прямо сказать, что у всех Прибалтийских стран пакт о ненападении между СССР и Германией породил массу подозрительных вопросов. Один из них следующий: "Не собираются ли эти две державы теперь делить между собой более слабые страны?” Второй вопрос тот, что им не удалось увидеть эти две страны в кровавой схватке, в которой, может быть, удалось бы положить конец существованию Советского Союза, да, кстати, и поусмирить Гитлера, уничтожить фашизм они не собирались никогда, ну а повыторговать у него кое-что и поусмирить его они были бы не прочь, а затем вместе с ним идти нога в ногу.

    Эстонское правительство, будучи очень рьяно настроено против СССР в первые времена после заключения пакта и объявления войны, просто разочаровано. Но сейчас война заставляет их с СССР торговать. Сельтер здесь же мне сказал, что господин президент очень доволен согласием Советского правительства на расширение торговли с Эстонией и просил передать мне привет и сказать, что он очень помнит мой с ним разговор на приеме 23 августа в ”Ору” и доволен им сейчас. Далее Сельтер сказал, что на совещание о порядке переговоров он меня пригласит в ближайшее время, ибо, как выразился Сельтер, это уже технические детали и о них мы, безусловно, договоримся.

    Во время гулянья по парку нас поочередно приглашали к себе на дачи эстонские министры, и каждый считал своим долгом чем-нибудь угостить. Угощали тем, у кого что было. Каск поставил шампанское и соду-виски, министр юстиции - пиво с сыром.

    Веерма еще что-то алкогольное. Так ходили из дома в дом до 11 часов вечера. Со мной все время ходил Мери и вел шутливо деловые разговоры в духе предстоящих28.

    Одним словом, Эстонское правительство в лице своих министров стремилось придать этому вечеру характер добросердечности и некоторой интимности, что) мол, чем "богаты, тем и рады", вплоть до того, что, расхвалив имеющуюся там правительственную баню, пригласили как-нибудь ею воспользоваться. Показали охотничий домик, где послы на дипломатической охоте останавливаются, и пригласили также при первой охоте принять в ней участие. Посещения министров продолжались до 11 час. вечера, после чего расстались.

    13 сентября. 9, 10,11 сентября лежал в постели, заболел гриппом. В полпредстве ремонт, квартира разгромлена, лежать негде и болею на даче. Но дела не дают болеть. 11 сентября звонили в полпредство Сельтер и Сепп. Им ответили, что я лежу. 12 сентября Сельтер опять звонит и просит к нему прийти в 4 ч, дня. Я лежал в постели. В 1 час дня приезжает на дачу тов. Беляев и говорит, что Сельтер вызывает в МИД. Делать нечего, надо вставать. Велел Беляеву передать Сельтеру, что в 4 ч. дня буду у него.

    Встал, ноги ломает, из носу течет, но все-таки поехал. Сельтер знал, что поднял меня с постели, извинился и перешел к делу. Вручил мне напечатанную на пишущей машинке памятку — меморандум без всякой подписи - и на словах заявил, что директор департамента Мери может выехать 13 сентября, паспорт он уже получил. Эстонское правительство желает заключить с нами торговый договор сроком по 1 января 1941 г.

    Размеры эстонского импорта они определяют в 18 млн. эст/крон, а экспорта -в 14 млн. эст/крон, с тем что 3 млн. эст/крон они хотят перекрыть за счет недовыполнения договора за 1939 и 1938 годы.

    Дополнительно к этому они хотят выяснить возможности транзита через Беломорско-Балтийский канал товаров как из Эстонии, так и в Эстонию, ввиду того, что у них торговля с некоторыми воюющими странами, как, например, с Англией, в настоящий момент затруднена.

    Я им ответил: "Хорошо, обо всем этом я немедленно же поставлю в известность свое правительство. Ввиду того что эти переговоры мы ведем конфиденциально, передайте г-ну Мери, что мы ему, во избежание огласки, никаких проводов устраивать здесь не будем, чтобы не было шумихи, шуметь будем позднее, если получатся хорошие результаты”. Это Сельтеру понравилось. Он сказал: "Прекрасно"

    Далее мы заговорили о положении на военных фронтах, Сельтер держится нейтральной позиции при разговорах на эту тему, но симпатизирует он все-таки немцам. Про поляков бросает отдельные фразы: "Техника ниже, армия меньше, промышленные районы уже потеряли, каменноугольные тоже, главная линия обороны - прорвана”. А затем заключает: "Ну, а мы давайте торговать”.

    На этом мы расстались.

    Полпред СССР в Эстонии Никитин

    АВП СССР, ф. Об, ОП. 2, п. 20, д. 230, л, 40—53.

    25. ОТЧЕТ ПОЛПРЕДА СССР В ЭСТОНИИ КЛ. НИКИТИНА ЗА ПЕРИОД С 27 АВГУСТА ПО 13 СЕНТЯБРЯ 1939 г.

    15 сентября 1939 г.

    Настоящий отчетный период» охватывая собой лишь 16 суток» тем не менее настолько богат событиями» наложившими глубокий отпечаток на всю политико-экономическую жизнь Эстонии, что его вполне можно считать моментом начала новой эры.

    Первым событием, произведшим ошеломляющее впечатление как на эстонское правительство, так и на все общественные круги Эстонии, было заключение торгового соглашения и последовавшего вслед за ним пакта о ненападении между СССР и Германией.

    Нужно прямо сказать, что заключение между СССР и Германией пакта о ненападении произвело на Эстонское правительство настолько ошеломляющее впечатление, что оно буквально растерялось и чувствовало себя на первое время совершенно дезориентированным. Правительство, столько времени подготовлявшееся к войне с СССР на стороне Германии, правительство, тайно подстрекаемое Англией к пропуску немецких войск через свою территорию» правительство, распространявшее и муссировавшее слухи о проснувшемся красном империализме СССР и об агрессивных планах СССР под видом ’’гарантий” о неприкосновенности Прибалтийских стран, теперь вдруг увидело, что все его усилия в этом направлении оказались напрасными. Тщательно культивируемая и распространяемая в народе мысль о том, что Эстония, это маленькое и незначительное государство, теперь, при наличии предстоящей схватки между Германией и СССР, приобретает значение фактора огромной важности, от которого зависит склонение в ту или иную сторону чаши весов при разрешении исхода предстоящей борьбы, вдруг потеряла всякую значимость, и все эти махинации, коими стремились ”поднять дух” эстонского народа, обнажились во всей их мизерности. Получилось, что никаких гарантий СССР Эстонии не предлагал и предлагать не собирается и что Эстония может отстаивать свою самостоятельность сама, а так как напряженная атмосфера между СССР и Германией ослаблена, то для воображаемой эстонцами великой исторической миссии ”вершителя судеб” двух больших государств надобности не было и раньше, а теперь и эта видимость отпала. Эстонское правительство опять увидело себя маленьким лимитрофным карликом большого соседа. Эта черствая действительность сильно обескуражила эстонские руководящие круги, лишила их мнимой роли и отняла надежду на скорый разгром ненавистного им коммунистического колосса, расправа с которым была им так близка и по вкусу.

    Советский Союз, проведший такую ярко самостоятельную линию во внешней политике, не посчитавшийся ни с Англией, ни с Францией, вдруг как бы заново встал перед Эстонией во всей своей силе и мощи и заставил трезво взглянуть на окружающие события. Правительство Эстонии 2 раза и очень подолгу заседало по этому вопросу. Отсюда вытекает и монотонное процеженное сквозь зубы признание Селмером пакта о ненападении между СССР и Германией фактором мирного значения. Из всего поведения Эстонского правительства явствует только одно, что оно с большим удовольствием желало бы видеть СССР в войне с Германией и несбывшиеся их планы толкнули эстонскую печать вначале ’’замолчать” речь тов. Молотова на чрезвычайной сессии Верховного Совета по поводу ратификации советско-германского пакта. Часть газет ее не напечатала вовсе, а часть напечатала так, что важнейшие места речи, говорящие о принципиальных моментах внешней политики СССР, были совершенно выпущены, а вместо них помещены подозрения, сомнения и вопросы, что значительно затруднило уяснение населением истинной точки зрения правительства СССР. Понадобился мой разговор с Сельтером, звонок 1-го секретаря полпредства в бюро печати МИДа, чтобы МИД со значительным опозданием (11 сентября) разрешил газетам поместить более или менее приличную передовицу.

    Вторым вопросом, наложившим отпечаток на линию поведения Эстонского правительства, было объявление Германией войны Польше и Англией и Францией - Германии.

    Эстонское правительство, увидев, что СССР не втянут в эту кровавую бойню, вначале не только не препятствовало, а, наоборот, поощряло эстонскую прессу1 распускать про СССР слухи из англо-французских кругов, утверждавшие, что СССР, заключив пакт о ненападении с Германией, развязал войну, что СССР изменил делу мира, что ему, мол, было известно, что Польша не пропустит через свою территорию Красную Армию, так что, зная это, он мог заранее сказать о ненужности англо-французских переговоров и т.д., но, не будучи в состоянии под нашим нажимом скрыть речь тов. Молотова, оказалось все-таки вынужденным дать печати директиву о прекращении клеветы и ложных инсинуаций, ибо создавшаяся обстановка для внешней торговли настойчиво диктовала необходимость улучшения отношений с СССР.

    Экономический фон

    Вспыхнувшая война резко нарушила торговые связи Эстонии с внешним миром. Будучи связана экономически главным образом с Германией и Англией, занимавшими вместе в ее экспорте до 70%, она лишилась в силу закрытия входов из Атлантического океана в Балтийское море английского рынка сбыта для своих с/хоз. продуктов. Вывозя в Германию продукты своей с/хоз. промышленности в прежнем и даже большем масштабе, она лишилась возможности покупать оттуда паровозы и другие сложные двигатели и машины, так что ее хваленое активное сальдо во внешней торговле теперь превратилось в бумажное бухгалтерское сальдо в германских рейхсмарках без всякой надежды на его покрытие. Это, в сущности говоря, есть предоставление с каждой отправкой новой партии продовольствия новых кредитов Германии. Сохранив экспортные возможности для Германии, Эстония не имеет возможности импортировать оттуда для себя всего необходимого в том количестве, в каком она имела возможность это делать ранее.

    Что же касается Англии, то в силу закрытия проливов Эстония лишилась как возможности экспортировать туда товары, гак и импортировать. Ее попытки воспользоваться транзитными путями Финляндии, Швеции и Норвегии не увенчаются большими успехами, ибо при полном согласии этих стран на транзит их железные дороги далеко не обладают должной пропускной способностью, с одной стороны, а, с другой стороны, кое-каких товаров, как, например, каменного угля и железа, им не получить совершенно. К тому же и у самой Англии надежды на ввоз предметов продовольствия из своих колоний значительно упали.

    СССР со своими запасами хлеба, залежами каменного угля, железоделательной и стальной промышленностью, а также с его транзитными возможностями явился для Эстонии и ее заказчицы Англии единственной страной, которая сможет покрыть эту образовавшуюся брешь. Развернувшиеся же мировые события стратегически поставили Эстонию в такое положение, что она очутилась лицом к лицу (наедине) с красным коминтерновским восточным соседом, который не только сейчас не заикается о каких бы то ни было гарантиях, а, того и гляди, захочет вдруг вернуть свою бывшую провинцию,' если не всю, то по крайней мере пограничные районы, заселенные таким ненадежным и беспокойным в силу национальных со стороны эстонцев издевательств русским населением. Эта боязнь заставила их вновь гнать войска на эстоно-советскую границу и переносить часть укреплений, а частично и строить их заново, на левый берег реки Наровы. Довольно авторитетные источники приходят и говорят: "Правительство уже согласно уступить часть пограничной линии до реки Наровы, населенной русскими, Советскому Союзу, но дальше этого не пустят и будут защищаться до последней капли крови". Быстрый темп перемены тона на сговорчивый Эстонскому правительству и его прессе продиктован также начавшимися остановками фабрик, в первую очередь текстильных, работавших на импортном сырье. Нарвская, Крен-гольмская и Балтийская мануфактуры уже объявили примерно 30% рабочим о сокращении, а остальным заявили о том, что они будут работать неполную рабочую неделю. Выброшенные на улицу преимущественно "старики” (40-45 лет) через своих рабочих старост подняли шум перед правительством и в печати. В то же время у торговцев начался ажиотаж. Цены моментально скакнули вверх, банки прекратили учет векселей, коммерческий кредит прекратился, вся торговля пошла исключительно за наличный расчет, вкладчики выстроились в хвосты у сберегательных касс, а покупатели бросились в магазины закупать "про запас". В магазинах толкотня и давка. Торговцы в этой суете начали подсовывать всякий залежавшийся хлам, правительство выпустило уже кредитные билеты, цена денег упала. Эстонская крона, имевшая обеспечение английским фунтом стерлингов, начала ежедневно терять на курсе. В первый день объявления войны доллар стоил 3.85 эст/кр., на второй - сразу же 4.20, на третий - 4.40, на четвертый -4.45. Торговцы закричали, что курс дойдет до б крон, и паника вновь усилилась. Но в течение 5-6 дней сбережения населения исчерпались, заработная плата в номинальном своем выражении осталась прежняя, а цены в среднем поднялись на 10%. Что касается продуктов питания, то они поднялись гораздо больше. Правительство Пятса во всем этом увидело мрачных предвестников, а потому в первую очередь решило продлить еще на год "положение об усиленной охране", а затем повысить цены на водку.

    Расслоение населения

    Фашистски настроенные круги: крупные промышленники и торговцы в пакте о ненападении Германии с СССР видели измену со стороны Гитлера и, временами не стесняясь, говорили: "продал подлец”. Другие же, в том числе литовский и латвийский послы, стремились видеть в пакте сговор СССР с Германией на передел мира. Третья группа в начавшейся войне видела лишь предлог для Гитлера к новому захвату Эстонии. Эта группа довольно разнообразная по своему социальному положению, но, ненавидящая немецкое прежнее баронство и хорошо помнящая их владычество, говорила, что они с большой охотой готовы пойти под власть СССР. Об этом мне даже сказал один торговец в лавке. Когда я ему сказал, что СССР никого завоевывать не хочет, он спокойно сказал; "Зачем завоевывать, мы были с Россией, мы к ней привыкли и мы от нее ничего плохого не видали”. Характерно поведение коммерсантов-евреев. Они открыто говорят: "Черт с ними, с магазинами, лишь бы пустили в Россию, все отдадим, мы просто устали жить”. Ну я о рабочем классе и пограничном русском трудовом крестьянстве не говорю. У этих настроение определенное, хотят жить с СССР. Но, говоря о повороте Эстонского правительства в сторону СССР, отнюдь не следует переоценивать этого поворота. Оно было и остается враждебным Советскому Союзу. При всем стремлении эстонских правящих кругов говорить о войне нейтрально - их симпатии с Гитлером, с фашизмом. Если они в начале войны выражались очень осторожно, но с безусловной симпатией к Германии, то теперь с победой Германии они уже открыто говорят, что теперь Германия им даст каменного угля, ибо польские рудники забраны немецкими войсками, также даст им и железа, ибо с металлических заводов за счет Польши также можно уделить им часть. Одним словом, начали сквозить ноты и те, что, мол, ”и без вас обойдемся”.

    Полпред СССР в Эстонии Никитин

    АВП СССР, ф. ОБ, оп. 2, п. 20,

    П. 2301, л. 55—61.

    26. ТЕЛЕГРАММА ПОЛПРЕДА СССР В ЛИТВЕ Н.Г. ПОЗДНЯКОВА

    В НКИД СССР

    18 сентября 1939 г.

    Немедленно

    Вчера в Берлине и Каунасе, просил сообщить в Москву директор политде-партамента, немцы от имени Риббентропа заявили свое возмущение по поводу распространившихся в Литве слухов, что Германия толкает Литву на занятие Ви-лешцнкы, подчеркнув, что они непричастны к этому. Литовцы озадачены. Затем позднее литовский посланник в Берлине объявил, что он должен выехать куда-то далеко на свидание с Риббентропом. Он выехал сегодня утром и вернется в Берлин сегодня ночью или завтра утром. МИД не знает повод вызова и потому озабочен. Предполагает, что он может касаться виленского вопроса.

    Потом директор стал жаловаться, что молчание Москвы затрудняет их положение. Сейчас им хотелось бы знать взгляд Советского правительства на судьбу Вилешцины. Мнения одной Германии, которое может быть высказано Риббентропом, им недостаточно. В осторожных выражениях он дал понять наличие у них такого беспокойства - а не оставлена ли Литва в сфере безраздельного влияния Германии.

    Ответил отрицательно на вопрос, не знаю ли, где остановится наступающая Красная Армия.

    Полпред29

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 299, д. 2063, л. 90.

    27. ТЕЛЕГРАММА ВРЕМЕННОГО ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В ЛИТВЕ B.C. СЕМЕНОВА В НКИД СССР

    19 сентября 1939 г.

    Меня вызвал министр иностранных дел Биэаускас сразу после известий о взятии Красной Армией Вильно и справился, не имею ли я дополнительной информации о том, чем в конечном счете закончатся операции в Польше и как будет поделена территория. Ответил, что располагаю только общеизвестными сведениями. Свое прямое отношение к занятию Вильно он не выявил. Начальник второго бюро сказал нашему военному апаше, что виленские литовцы будут теперь жить много лучше и что Литва, прикрытая СССР, тоже будет чувствовать себя спокойно. Приближение Красной Армии к границе Литвы вызвало среди трудящихся и неимущей интеллигенции общий подъем настроения и надежду лучшего будущего30 а также и вздох облегчения* так как они теперь не боятся* что власти погонят их на войну за Вильно.

    Поверен, в делах

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 299, д. 2063, л. 91.

    28. ТЕЛЕГРАММА ПОЛПРЕДА СССР В ЭСТОНИЯ КЛ. НИКИТИНА

    В НКИД СССР

    19 сентября 1939 г.

    Всколыхнули все широкие эстонские рабоче-крестьянские массы успехи Красной Армии в Польше. Обращение тов. Молотова к трудящимся СССР* слушала вся Эстония. Рабочие собирались там* где есть радио. Раздаются голоса о том* чтобы Красная Армия пришла и к ним.

    С эстонским телеграфным агентством договорился* что оно будет правильно освещать жизнь Советского Союза. Вот уже третий день* как все эстонские газеты полностью помещают все посылаемые нами известия ТАСС, полностью напечатали обращение тов. Молотова к трудящимся СССР.

    Эстония не приняла на себя ответственность за побег польских подводных лодок из таллиннской бухты31.

    Сегодня опубликованы распоряжение президента Республики и приказ главнокомандующего о смещении с занимаемых должностей командующего военно-морскими силами капитана флота Мере и начальника морского штаба капитана Линкуете.

    Сегодня был у Сеппа. Он согласует перечень товаров по экспорту н импорту.

    Дружественное отношение к нам эстонцы стремятся засвидетельствовать,

    Полпред

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 305, д. 2111, л. 110.

    29. ИЗ ДНЕВНИКА ПОЛПРЕДА СССР В ЛИТВЕ НЛГ. ПОЗДНЯКОВА

    20 сентября 1939 г.

    [...] Военный атташе тов. Коротких* будучи утром вызванным в штаб литовской армии, рассказал мне* что в ночь на 20 сентября литовскую границу перешло около 5000 польских войск и около 200 различных автомашин (распорядился дать ТАССом). Затем он рассказал* что командующий Литовской Армией Раштикис дал распоряжение на границу (войскам) встречать части Красной Армии в дружественном духе и помогать им в установлении литовской границы (распорядился дать ТАССом). Кроме тоге, он передал мне настроение нач. II бюро полковника Дулксниса. По мнению последнего, виленские литовцы будут жить при соввласти куда свободнее, чем под панской Польшей, и что Литва, опираясь на соседство Сов. Союза, будет чувствовать себя значительно лучше, чем в последнее время. [...]

    АВП СССР, ф. 012, on. 1, п. 4, д. 52, л. 44—45.

    30. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

    ВЛ. ПОТЕМКИНА С ПОСЛАННИКОМ ЭСТОНИИ В СССР А. РЕЕМ

    20 сентября 1939 г.

    Вручив мне прилагаемую записку, Рей пояснил, что она в точности воспроизводит те инструкции, которые получены им по телефону из Таллинна от министра иностранных дел для ответа на заявление, сделанное посланнику тов. Молотовым 19 сентября32. Рей добавил, что маленькая миролюбивая Эстония в строгом соблюдении нейтралитета видит единственную возможность не быть вовлеченной в войну. Другой заботой Эстонии является сохранение дружественных отношений с великой Советской державой. Тов. Молотов заметил Рею, что Эстония всегда проявляла симпатии к Польше. На это посланник хотел бы возразить, что Эстония не может позволить себе роскошь романтических симпатий. Она должна трезво учитывать реальную обстановку. Сейчас обстановка эта такова, что Польша уже не существует, армия ее разгромлена и правительство находится неизвестно где. При таких условиях Эстонскому правительству приходится думать лишь о том, чтобы оградить безопасность и независимость собственной страны и не допустить ничего такого, что могло бы нарушить и осложнить добрососедские отношения Эстонии с Советским Союзом.

    Само собою разумеется, что с такими стремлениями эстонского правительства несовместимы какие бы то ни было нарушения эстонского нейтралитета в пользу поляков. То, что произошло в Таллинне, по мнению посланника, может быть объяснено лишь неопытностью или недостаточной распорядительностью тех представителей эстонского морского командования, которые не сумели обеспечить действительное интернирование польской подводной лодки и допустили ее побег из порта.

    В заключение Рей сообщил, что его правительство согласилось со всеми пожеланиями советской стороны, связанными с редакцией нот, обменом которых имеется в виду урегулировать советское судоходство по Теплому озеру с использованием части эстонской акватории. В любой момент, хотя бы завтра, Рей готов произвести упомянутый обмен нот. Он просит сообщить ему, каким образом мы хотели бы выполнить эту дипломатическую процедуру-

    Я обещал сообщить Рею наш ответ по данному вопросу.

    В. Потемкин

    АВП СССР, ф. 06, on. 1, п. 21, д. 231, л. 6-7.

    ПАМЯТНАЯ ЗАПИСКА МИССИИ ЭСТОНИИ В СССР

    20 сентября 1939 г.

    Мое правительство поручило мне сообщить Вам, в ответ на Ваше заявление, следующее.

    Польская подводная лодка, прибывшая в Таллиннский порт 15-го сего месяца была интернирована эстонскими властями. Несмотря на возражения польской дипломатической миссии, утверждавшей, что подводная лодка зашла в эстонские воды по причине аварии, и несмотря на поврежденное состояние ее механизмов, вследствие чего ее движение было затруднено, Эстонское правительство, считая нужным применение правил нейтралитета по всей строгости, решило интернировать подводную лодку, не считаясь с возражениями. Принимая во внимание сделанные Польским правительством заверения, что оно будет уважать нейтралитет Эстонии, процедура интернирования произведена была с соблюдением в отношении командного состава судна правил и обычаев, принятых в международном праве. Немедленно приступлено было к разоружению судна. К воскресенью, 17 сентября, с судна сняты были замки орудий, снаряды и четырнадцать торпед. Осталось еще не снятых шесть торпед. Когда в воскресенье ночью на судне была прекращена работа, там был поставлен эстонский караул. Разоруженные польские моряки, оставленные временно на судне под стражей, напали ночью на поставленных там эстонских часовых. Вместе с судном пропали без вести двое из находившихся на нем часовых, причем относительно одного из них имеются основания опасаться, что он более не находится в жизни и здравии.

    Ввиду неизвестности, где пребывает Польское правительство и продолжает ли оно вообще еще существовать, Эстонское правительство лишено возможности предпринять в связи с настоящим делом в отношении Польского правительства меры, принятие коих оно считает своим правом на основании норм международного права и своей обязанностью, диктуемой интересами Эстонии в сохранении своего нейтралитета. Вследствие этого Эстонское правительство считает своим правом применить все имеющиеся в его распоряжении средства, чтобы ликвидировать лишенное твердого контроля правительственной власти судно, нарушившее грубым образом признанный всеми великими державами, в том числе и Советским Союзом, нейтралитет Эстонии и представляющее собой опасность для судоходства Эстонии.

    Поэтому Эстонское правительство с удовлетворением принимает к сведению, что. и правительство СССР, во ограждение безопасности своего судоходства, решило предпринять розыски названной подводной лодки. Эстонское правительство желает быть в контакте с органами правительства СССР при преследовании этой цели, в достижении коей одинаково заинтересованы оба государства.

    Офицеры, под ответственностью которых производилось задержание и разоружение подводной лодки, отрешены от должности и об их виновности начато предварительное следствие.

    АВП СССР, ф. 06, on. 1, п. 21, д. 231, л. 8-9.

    31. ОСНОВНЫЕ ПРИНЦИПЫ ДОГОВОРА ОБ ОБОРОНЕ МЕЖДУ ГЕРМАНИЕЙ

    И ЛИТВОЙ33

    20 сентября 1939 г.

    Правительство Германского Рейха и правительство Литвы, учитывая политическое положение в Европе в целом и с целью гарантировать интересы обеих стран, которые во всех отношениях дополняют друг друга, договорились о нижеследующем:

    Статья I

    Без ущерба для своей независимости как государства Литва отдает себя под опеку Германского Рейха.

    Статья II

    С тем чтобы эта опека могла осуществляться на деле, Германия и Литва заключают между собой военную конвенцию.

    Статья III

    Оба правительства должны незамедлительно вступить в переговоры друг с другом в целях установления тесных и всеобъемлющих экономических отношений между двумя странами. .

    Основное содержание военного соглашения

    1. Численность, дислокация и вооружения литовской армии должны быть регулярно устанавливаемы при полном согласии Верховного командования Вермахта.

    2. Для практической реализации условий пункта 1 в Каунас направляется германская военная комиссия.

    Пер. с англ.

    DGFP, 1918-1945, ser. D, vol. VIII, р. 112, Wash.,

    1954. Опубл.: ТагуЪу valdiioj... — р. 61—62.

    32. ТЕЛЕГРАММА ПОЛПРЕДА СССР В ЭСТОНИИ КЛ. НИКИТИНА В НКИД СССР

    21 сентября 1939 г.

    Немедленно

    Был вызван в мининдел к Сельтеру в 14 час. 30 мин. Сельтер мне сообщил, что торговые переговоры в Москве настолько продвинулись вперед, что уже готовы к подписанию. Сельтер сказал, что подписать договор мог бы и их посланник, которому они могли бы дать соответствующие полномочия, но Сельтер счи-

    тает, что этот вариант длинен, и хочет ускорить дело. Он сказал, что может выехать для подписи по его поручению министр Сепп, а может поехать и ои сам. Видно, что Сельтер хочет поехать сам лично. Он может выехать завтра же. Со своей стороны, считаю необходимым пригласить Сельтера. Они хотят произвести некоторый эффект, и, по моему мнению, дать им это надо.

    Полпред

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 305, д. 2111, л. 111.

    31 ИЗ ДНЕВНИКА ПОЛПРЕДА СССР В ЛИТВЕ Н.Г. ПОЗДНЯКОВА

    21 сентября 1939 г.

    Ко мне заходил по мелким текущим делам известный ВОКСу инженер Вид-мантас. Попытался использовать его приход для пояснения общих настроений. Говорит, что в настроении городской публики можно наблюдать две крайности: одна - за то, чтобы и Каунас стал советским, а другая - за то, чтобы г. Вильно был возвращен Литве (вспоминают договоры, обсуждают их и т.п.). Для любителей собственного благополучия, которые выстроили себе дома в Каунасе (а среди них не редки и представители правящих кругов), неприемлемы обе вариации. Советы неприемлемы потому, что они не уважают частной собственности, а литовский Вильно нежелателен потому, что перенос столицы повлечет запустение их домов, за которые сейчас они получают большие деньги. По оценке Видмантаса, литовская общественность все последнее время делилась на три направления: одно тянуло в сторону Польши, другое - Германии, а третье - СССР (в политическом, экономическом и культурном отношениях). Сторонники польского направления теперь обанкротились. Но остаются два других. В. думает, что усиливаться будет третье направление (на СССР), так как советский фактор в связи с приближением границы будет чувствоваться сильнее, чем прежде. Вообще же, сказал В., очень многие радуются тому, что наконец-то польскому пану досталось по заслугам. Радуются потому, что в крестьянской Литве еще очень памятно господство панов.

    Заходил журналист Симон, редактор и издатель пресс-бюллетеня "Литауен Динст”. Прежде всего он выразил свое восхищение огромнейшими внешнеполитическими успехами Советского Союза. Считает, что гениальный маневр советской внешней политики (пакт с Германией и дальнейшие события) в конечном счете приведет режим Гитлера к гибели, и в самом недалеком будущем. Затем, как и всякий, он перешел к обязательной для этих дней теме - о Виленщине. Говорит, что встречается большой разнобой мнений. Одни предлагают теперь же, ссылаясь на договоры, потребовать от СССР передачи Литве Вильно. Другие выражают надежду, что Москва и Берлин сами это сделают без всякой инициативы со'стороны Литвы. Третьи же, симпатизирующие всему советскому, высказываются за оставление Вильно за СССР, так как это усилит влияние последнего на всю текущую жизнь Литвы. Среди же государственных политиков, говорит С., формируются совсем иные настроения. Они считают, что предъявление, в теперешних условиях, требования к СССР было бы равносильно вмешательству в войну (могут истолковать как помощь полякам и т.п.). Такой вариант считается исключенным. И дальше — они считают невозможным, если это будет сделано, последовать даже совместному предложению Москвы и Берлина принять Вильно из рук последних. Это означало бы, на их взгляд, участие Литвы в дележе Польши, что в Англии и Франции может быть расценено как нарушение собственного нейтралитета. Начальным пунктом для проявления активного интереса Литовского правительства к виленскому вопросу они видят в окончании войны на Западе, когда все будет ясным и когда вияенский вопрос можно будет разрешить посредством дипломатических переговоров и с общего согласия всех заинтересованных стран. Симон подчеркнул, что такая директивная установка исходит от президента Сметоны,

    Симон, как и многие другие, доволен, что польских панов здорово проучили.

    Вне этой общей беседы Симон охарактеризовал одну немецкую фирму в Финляндии как шпионский центр гестапо (из-за этого он в основном и зашел ко мне). Наименование фирмы и др. данные я передал кому следует.

    В 16 час. мне позвонил Тураускас (директор Политдепартамента МИДа) и сообщил, что их посланник в Берлине Шкирпа прибыл вчера в Данциг своевременно, но встреча с Риббентропом почему-то не состоялась. Ожидают этой встречи сегодня днем. Далее Т. предупредил меня, что в сегодняшних вечерних газетах появится коммюнике "Эльта”34 о том, что в ряде пунктов части Красной Армии уже вступили в соприкосновение с охраняющей границу литовской армией и что соприкосновения эти проходят в весьма дружественном духе. Были случаи, сказал Т., когда в отдельных местах части Красной Армии задевали литовскую границу, но достаточно было указать на это, как командиры Красной Армии, попросив указать линию границы, извиняясь, немедленно отходили. В общем, сказал Т., "ваши части ведут себя исключительно корректно и дружелюбно". [...]

    АВП СССР, ф. 012, ОП. 1, п. 4, д. 52, л. 45-46.

    34. ТЕЛЕГРАММА ВРЕМЕННОГО ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В ЛИТВЕ В.С. СЕМЕНОВА В НКИД СССР

    22 сентября 1939 г.

    Немедленно

    Посланник в Берлине Шкирпа прилетел сегодня в Каунас. Одновременно вернулся выезжавший вчера к Риббентропу и германский посланник в Литве. В беседе со Шкирпой министр заверил в уважении нейтралитета и в желании развивать добрососедские отношения. Было также сказано, что Германия понимает интерес Литвы к виленскому вопросу. Беседа закончилась приглашением министра иностранных дел Урбшиса прибыть к министру для обмена мнениями о новом положении в Европе и взаимоотношениях между их странами. В Берлине дали понять, что неожиданностей и нажимов не предвидится. То же самое повторил и германский посланник, посетивший сегодня МИД. Но, сославшись на желание министра, он просил поездку Урбшиса держать в секрете, указав, что это в интересах самой Литвы. Урбшис приглашение принял, но просил снять условие о секретности. МИД ожидает по этому пункту ответа. Вылет Урбшиса намечен на утро 23 сентября. Из Германии прибудет специальный самолет. МИД просит предоставить ему связь, как телефонную, так и живую, с консульством в Вильно.

    Поверен, в делах

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 299, д. 2063, л. 94.

    35. ИЗ ДНЕВНИКА ВРЕМЕННОГО ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В ЛИТВЕ Н.Г. ПОЗДНЯКОВА

    22 сентября 1939 г.

    [...] Ко мне забегал на минуту журналист Симон; сообщивший, что сегодня прилетел в Каунас литовский посланник в Германии Шкирпа, что вернулся ездивший вчера к Риббентропу германский посланник Цехлин (был вызван), что оба посетили сегодня МИД, что в МИДе было совещание в составе мининдепа Урбшиса, врио мининдела вице-премьера Биэаускаса, директора Полнтдепартамента Тураускаса и Шкирпы. Первые три в 11 час. дня отправились в президентуру. Симону, встретившему четырех в коридоре МИДа, бросилось в глаза весьма подавленное состояние всех трех. С. полагает, что все это указывает на какой-то серьезный, озаботивший литовский МИД шаг Германии.

    После этого я сделал две попытки соединиться по телефону с Тураускасом под предлогом выяснения того, чем окончилась встреча Шкирпы с Риббентропом, в надежде, что он пригласит меня зайти. При повторном звонке секретарь м-ра мне ответил, что Т. вышел в 11 ч. и, кажется, вернется не скоро.

    В 18 часов мне позвонил Тураускас с просьбой заехать к нему. Я был у него в 18 ч. 15 м. Он сказал, что пригласил меня для очередной информации по поручению Урбшиса. Информация сводится к следующему. Встреча Шкирпы с Риббентропом состоялась. Риббентроп в общем и целом заверил в уважении нейтралитета Литвы и в наличии у гермпра желания и дальше развивать с ней добрососедские отношения. В ходе беседы Р., между прочим, заметил, что для Германиипонятен интерес Литвы к виленскому вопросу. Беседа закончилась тем, что Р. выразил желание видеть у себя мининдела Урбшиса для обмена мнениями в плоскости теперешнего нового положения в Европе и о взаимоотношениях между их странами. Сегодня утром, продолжал информацию Тураускас, Шкирпа прилетел в Каунас и доложил об этом. Вскоре МИД посетил и вернувшийся из поездки к Риббентропу германский посланник в Литве Цехлин, который от имени Риббентропа повторил уже доложенное Шкирпой. Здесь Т. отвлекся от темы, сказав, что им кажется, что обо всем этом посланнику могли сказать в Берлине (без вызова к Риббентропу в Данциг) и что не было также нужды еще дублировать это через германского посланника. Поэтому, на его личный взгляд, здесь не все чисто. Либо Риббентроп намеревался что-то сказать и затем изменившаяся обстановка заставила его отказаться от этого, либо Риббентропу необходимы эти "театральные жесты" (двукратный и срочный вызов литовского посланника, параллельный вызов германского посланника и т.д.) для производства какого-то впечатления на кого-то третьего. Возвращаясь к информации, Т. указал, что Риббентроп дал понять, что приглашение Урбшиса не будет связано с какими-нибудь неожиданностями и нажимами. Далее он выразил пожелание, чтобы встреча его с Урбшисом литовцами держалась в секрете, подчеркнув, что это диктуется интересами самой Литвы. Урбшис ответил Цехлину, что приглашение он принимает, но просит снять условие о секретности, т.к. такого факта не спрячешь, а ненужное замалчивание его может вызывать много кривотолков. Цехлин обещал снестись с Риббентропом. Вылет Урбшиса намечен на утро 23.IX. Немцы обещали прислать самолет. В общем и целом, сказал Т., отклонить приглашение было нельзя, т.к. маленькой Литве нет смысла дразнить Германию, но вместе с тем в МИДе было решено обязательно информировать об этом Москву, что он и просит меня сделать. Со своей стороны, я поблагодарил его за сообщение, обещав незамедлительно передать его в Москву.

    Т. был заметно уставшим, беседу вел несвяэано, перескакивая. Резюмирую остальное, что было сказано им вне вышеупомянутого официального заявления.

    В последние дни выяснилось, из-за чего Берлин дал им нотацию по поводу слухов, что Германия толкает Литву на захват виленщины. Им якобы стало известно, что литовский МИЛ сигнализировал об этом в Лондон. В общем, это верно, сказал Т. Таких нашептываний со стороны немцев одно время было очень много. МИД сообщил об этом посланнику в Лондон (без ссылки на имена и т.д.) с просьбой информировать о том англичан. МИД объяснил германскому посланнику, что такой факт был, и пояснил, что речь шла о нашептываниях безответственных немецких элементов, а не о советах официальных германских инстанций. По существу же, сказал Т., ”не только нам, но и вам известно, конечно, что нашептывали об этом и официальные германские лица, оговариваясь, однако, что это их частный образ мышления”.

    Вот почему, объяснил Т., МИД высказался против секретности поездки Урбшиса. Такого факта не утаишь, он обязательно вышел бы на поверхность. А раз так, то это могло дать немцам повод вторично упрекнуть Литву в нарушении тайны.

    Коснувшись согласованной между Советским и германским правительствами демаркационной линии в Польше, Т., действуя усвоенным им в наших последних встречах приемом, просил поделиться с ним моим личным мнением о том, станет ли эта линия постоянной границей или же последняя будет выглядеть иначе. Ответил ему, что не берусь рассуждать в этом направлении, т.к. в общеевропейском положении еще существует много неизвестностей, при наличии которых даже Москва, на мой взгляд, не в состоянии ответить сейчас на этот вопрос. Т. сделал вид, что согласился, и тут же перешел к последней беседе их посланника с т. Молотовым35. Наткевичиусу было дано указание затронуть вопрос о Вильно в очень осторожной, косвенной форме - спросить, как Советское правительство очерчивает границы Западной Белоруссии, учитывая, что коренная литовская столица и некоторые населенные литовские районы находятся вне современной Литвы. По оценке Т., на осторожный вопрос последовал и осторожный ответ. По телеграфной передаче беседы (полный текст пока не получен), со слов Т., тов. Молотов ответил, что ему известны все проблемы и он хорошо помнит и виленскую. Однако он считает, что недостаточная выясненность общего положения не дает возможности подойти к этой теме конкретно и поэтому следует набраться терпения и повременить. Т. считает, что этот ответ весьма осторожный, но небезнадежный, тем более, если учесть, что, говоря об общих взаимоотношениях, Молотов упомянул и о договорах, на которых эти взаимоотношения строятся.

    В этой связи Т. рассказал, что при информации о встрече Наткевичиуса с т. Молотовым посланников третьих стран (в ответ на их запросы) МИД исключает виленский вопрос. Им говорится, что глава Советского правительства заверил посланника в уважении нейтралитета Литвы, в желании сохранить прежние дружественные отношения, в благосклонном отношении к экономической помощи Литве и в наличии у Красной Армии инструкции дружелюбно относиться к литовцам, проживающим в районах, занятых Красной Армией (что уже наблюдается на деле, подчеркнул вскользь Т.).

    Говоря о вышеупомянутых нашептываниях со стороны немцев по виленскому вопросу, Т. попутно выразил пожелание, чтобы Москва записала на актив Литве тот факт, что она не поддалась этим нашептываниям, устранилась от возможной авантюры. Он высказал это пожелание в связи с предположением, что виленская проблема не исчезла, что она, когда все затихнет, еще будет обсуждаться. Т. подчеркнул, чю их сильно искушали воспользоваться благоприятными условиями для захвата Вильно, но они, строго следуя своей установке, решили принять участие в разрешении виленского вопроса не с оружием в руках, а за мирным столом. Они надеются, что такой момент настанет.

    Т. принес извинения Урбшиса, что последний не смог лично меня информировать. Объясняется это тем, что он только вчера приступил к делам и вдруг неожиданно на его голову свалился ком - поездка к Риббентропу. Он обещает, однако, лично меня информировать по возвращении из поездки. Я попросил Т. передать Урбшису за сегодняшнюю и обещанную вперед информацию мою благодарность.

    Отдельным вопросом Т. просил меня передать их просьбу НКИД о предоставлении им живой н телефонной связи с их консульством в Вильно.

    АВП СССР, ф. 06, on. 1, п. 12, д. 126, л. 53-56.

    36. ТЕЛЕГРАММА ВРЕМЕННОГО ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В ЛИТВЕ В.С. СЕМЕНОВА В НКИД СССР

    23 сентября 1939 г. Немедленно

    Вылет Урбшиса не состоялся36, так как немцы сообщили, что из-за занятости Риббентропа встречу пришлось на некоторое время отложить. В мининделе обеспокоены внезапно вспыхнувшими в городе слухами, которые, как говорят, вышли из окружения германской миссии, что Германия намерена поступить с Литвой как с Чехословакией, то есть подчинить ее себе.

    Поверенный в делах

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 299, д. 2063, л. 95.

    37. ТЕЛЕГРАММА ПОЛПРЕДА СССР В ЭСТОНИИ КЛ. НИКИТИНА В НКИД СССР

    26 сентября 1939 г.

    Сельтер только что сообщил мне, что в 6 часов вечера у них будет заседание правительства, после которого он сможет выехать в Москву. Сельтер заявил, что Эстонское правительство понимает жизненную необходимость СССР, заявленную при беседе с главой Советского правительства Молотовым37, и готово идти на дальнейшее углубление дружественных отношений. Эстонский посол в Москве Рей сегодня прилетает в Таллинн с какими-то особыми дополнительными сведениями, но Сельтер считает, что его сведения вряд ли что могут изменить в уже намеченном эстонцами решении. Если ничего не изменится, то завтра в 12 часов дня мы вылетаем самолетом из Риги. Полетят Сельтер, Рей и я. Я сегодня вечером выезжаю поездом в Ригу. Одновременно Сельтер заявил мне протест на то, что 25 сентября три советских бомбовоза пролетели над Таллинном, а 24 сентября советская миноноска выстрелила по мнимой подводной лодке, а снаряд упал на эстонскую территорию. Сельтер стремился дать понять, что если они идут нам навстречу, то, мол, не следует злоупотреблять этой дружбой. Я ему сказал, что Советское правительство оценит должным образом ваше желание идти на углубление дружественных отношений и примет все меры к тому, чтобы ничто не затрагивало суверенные права Эстонского государства.

    Добавляю: вместе с Сельтером, мной и Реем прилетят из Риги самолетом профессор юридического права Пиит и председатель Государственной думы профессор Улуотс.

    Полпред

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 305, д. 2111, л. 118—119.

    38. СООБЩЕНИЕ ТАСС О ПРИБЫТИИ В МОСКВУ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ

    ДЕЛ ЭСТОНИИ К. СЕЛЬТЕРА

    26 сентября 1939 г.

    24 сентября в Москву прибыл министр иностранных дел Эстонии г. К. Сельтер в сопровождении директора Торгового департамента Министерства народного хозяйства г. Е. Уэма.

    К прибытию поезда перрон Ленинградского вокзала был украшен советскими и эстонскими флагами. На вокзале г. Сельтера встречали: заместитель народного комиссара иностранных дел тов. С.А. Лозовский, заместитель народного комиссара внешней торговли тов. М.С. Степанов, заместитель председателя Московского Совета тов. Д.Д. Королев, торговый представитель СССР в Эстонии тов. П.Е. Краснов, заведующий Протокольным отделом НКИД тов. В.Н. Барков, заведующий Отделом Прибалтийских стран НКИД тов, А.П. Басюков, комендант г. Москвы тов. Ф.И. Суворов, заместитель начальника Отдела договоров НКВТ Д.Д. Мишустин, весь состав Эстонской миссии в Москве во главе с Чрезвычайным Посланником и Полномочным Министром Эстонии г. Реем.

    Иапеетия. —1939. — 26 сент.

    39. ИЗ ВОЗЗВАНИЯ ЦЕНТРАЛЬНОГО КОМИТЕТА КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ ЛИТВЫ

    26 сентября 1939 г.

    [...] Рабочие, крестьяне, трудовая интеллигенция и все честные люди страны! Литва в опасности! Нашему народу грозит гитлеровское иго и гибель нации! Повсеместно, в городах и селах, на предприятиях и в поместьях, создавайте комитеты защиты Литвы от гитлеровской Германии и литовских предателей. Созывайте демонстрации и сплачивайте весь народ на защиту Литвы. Боритесь за то, чтобы в защите своей независимости Литва опиралась лишь на Советский Союз - защитника и освободителя малых народов. Боритесь против трудовой повинности и других шагов, направленных против литовского народа и Советского Союза. Боритесь за власть, которая обеспечила бы защиту Литвы и ее свободу, а если, вопреки голосу народа, был бы провозглашен гитлеровский протекторат, мы зовем к восстанию и защите Литвы всеми силами. Находясь в соседстве с СССР, путем единой борьбы, наш народ защитит свою страну от чужеземных оккупантов и своих предателей!

    Долой гитлеровский протекторат!

    Да здравствует Советский Союз - защитник и освободитель малых народов! Долой фашистскую власть Сметаны - Чернюса!

    Да здравствует свободная Литва!

    Центральный Комитет Коммунистической партии Литвы

    Пер. с лит. яз.

    ПА ИИП, ф. 1770, 1939 г., д. 1, л. 35,

    Олубл.: Tuyby valdxloi,.. — Р, 62—63.

    40. ДОКЛАДНАЯ ЗАПИСКА ЗАМЕСТИТЕЛЯ НАРКОМА ВНУТРЕННИХ ДЕЛ

    СССР ЕЯ, МАСЛЕННИКОВА НАРКОМУ ОБОРОНЫ СССР, МАРШАЛУ

    СОВЕТСКОГО СОЮЗА ЕЕ. ВОРОШИЛОВУ

    27 сентября 1939 г.

    По данным Ленинградского пограничного округа, в прилегающей к СССР пограничной полосе Эстонии, под видом проведения осенних маневров, происходит сосредоточение полевых частей эстонской армии.

    В г. Нарва прибыло несколько войсковых подразделений, которые приведены в боевую готовность. Офицеры группами проводят рекогносцировку местности вблизи границы. В районе Усть-Нарова отмечено передвижение танков.

    В 5 км южнее г. Нарва, против участка 7 Кингисеппского пограничного отряда и на линии деревень Лоптово - Турок, против участка 9 Псковского пограничного отряда, установлены орудия в направлении территории СССР.

    В начале октября сего года намечен призыв в армию личного состава запаса 1909-1916 годов рождения, а приписанных к артиллерийским частям - в возрасте до 40 лет.

    Эстонской пограничной стражей усилена охрана границы'. На отдельные кордоны доставлены станковые пулеметы.

    Среди населения пограничной полосы Эстонии распространяются слухи о том, что Германия освободила польских крестьян от налогов и что в самой Германии крестьяне живут лучше, чем в СССР.

    На текстильных фабриках г. Нарва уволено большое количество рабочих, что вызвало возмущение и недовольство населения. Рабочие заявляют, что, если им не будет предоставлена работа, они организованно перейдут на территорию СССР.

    Трудовое крестьянство эстонских пограничных сел высказывает симпатии к СССР и выражает желание о присоединении Эстонии к Советскому Союзу.

    Заместитель народного комиссара внутренних дел Союза ССР Масленников

    ЦГАСА СССР, ф. 39041, on. 6, д. 3, п. 1—2.

    27 сентября 1939 г.

    Ввиду того что объяснения Эстонского правительства насчет обстоятельств исчезновения в неизвестном направлении польской подводной лодки, интернированной в Таллиннском порту, оказались неудовлетворительными38, между Эстонией и СССР начались переговоры о мерах обеспечения безопасности советских вод от диверсионных действий со стороны скрывающихся в балтийских водах иностранных подлодок.

    По объяснениям эстонского правительства, польская подводная лодка зашла в эстонские воды, имея "поврежденное состояние ее механизмов, вследствие чего движение было затруднено”. Непонятно, однако, как при этих условиях могла сбежать от охраны поврежденная подлодка из порта столицы Эстонии. Считается наиболее правдоподобным, что лодку отремонтировали в Таллинне, вероятно, снабдили ее горючим и, таким образом, дали ей возможность бежать.

    Если иметь в виду, что, по сообщению из Ленинграда, сегодня в двух местах видели перископы неизвестных подводных лодок в районе Лужской губы, то можно прийти к выводу, что где-то недалеко от эстонских берегов какие-то неизвестные подлодки имеют свою скрытую базу.

    В связи с этими обстоятельствами вопрос об обеспечении безопасности советских вод от диверсионных действий скрывающихся подлодок приобретает важное значение.

    Известия. —1939, — 27 сент.

    42. ГЕРМАНО-СОВЕТСКИЙ ДОГОВОР О ДРУЖБЕ И ГРАНИЦЕ МЕЖДУ СССР

    И ГЕРМАНИЕЙ

    28 сентября 1939 г.

    Правительство СССР и Германское Правительство после распада бывшего Польского государства рассматривают исключительно как свою задачу восстановить мир и порядок на этой территории и обеспечить народам, живущим там, мирное существование, соответствующее их национальным особенностям. С этой целью они пришли к соглашению в следующем:

    Статья I

    Правительство СССР и Германское Правительство устанавливают в качестве границы между обоюдными государственными интересами на территории бывшего Польского государства линию, которая нанесена на прилагаемую при сем карту и более подробно будет описана в дополнительном протоколе.

    Статья И

    Обе Стороны признают установленную в статье I границу обоюдных государственных интересов окончательной и устранят всякое вмешательство третьих держав в это решение.

    Необходимое государственное переустройство на территории западнее указанной в статье I линии производит Германское Правительство, на территории восточнее этой линии - Правительство СССР.

    Статья IV

    Правительство СССР и Германское Правительство рассматривают вышеприведенное переустройство как надежный фундамент для дальнейшего развития дружественных отношений между своими народами.

    Статья V

    Этот договор подлежит ратификации. Обмен ратификационными грамотами должен произойти возможно скорее в Берлине. Договор вступает в силу с момента его подписания.

    Москва, 28 сентября 1939 г.

    По уполномочию    За Правительство

    Правительства СССР    Германии

    В. Молотов    И. Риббентроп

    №вешт. —1939. — 29 сет.

    АВП СССР, ф. За — Германия, д. 246.

    43. СЕКРЕТНЫЙ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ ПРОТОКОЛ

    28 сентября 1939 г.

    Нижеподписавшиеся уполномоченные констатируют согласие Германского Правительства и Правительства СССР в следующем:

    Подписанный 23 августа 1939 г. секретный дополнительный протокол изменяется в п. 1 таким образом, что территория литовского государства включается в сферу интересов СССР, так как с другой стороны Люблинское воеводство и части Варшавского воеводства включаются в сферу интересов Германии (см. карту к подписанному сегодня Договору о дружбе и границе между СССР и Германией). Как только Правительство СССР предпримет на литовской территории особые меры для охраны своих интересов, то с целью естественного и простого проведения границы настоящая германо-литовская граница исправляется так, что литовская территория, которая лежит к юго-западу от линии, указанной на карте, отходит к Германии.

    Далее констатируется, что находящиеся в силе хозяйственные соглашения между Германией и Литвой не должны быть нарушены вышеуказанными мероприятиями Советского Союза.

    По уполномочию    За    Правительство

    Правительства СССР    Германии

    В. Молотов    И.    Риббентроп

    Москва, 26 сентября 1939 г.

    Печат. по сохранившейся машинописной копии:

    АВП СССР, ф. 06, on. 1, п. 8, д. 77, л. 4. Опубл.:

    Международная жизнь —1989. — №> 9.

    44. ПАКТ О ВЗАИМОПОМОЩИ МЕЖДУ СССР И ЭСТОНСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ

    28 сентября 1939 г.

    Президиум Верховного Совета СССР, с одной стороны, и Президент Эстонской Республики, с другой стороны,

    в целях развития установленных мирным договором от 2 февраля 1920 г. дружественных отношений, основанных на признании независимой государственности и невмешательства во внутренние дела другой Стороны;

    признавая, что мирный договор от 2 февраля 1920 г. и договор о ненападении и мирном разрешении конфликтов от 4 мая 1932 г. по-прежнему являются прочной основой их взаимных отношений и обязательств; .

    убежденные, что интересам обеих Договаривающихся Сторон соответствует определение точных условий обеспечения взаимной безопасности,

    признали необходимым заключить между собой нижеследующий пакт о взаимопомощи и назначили для этой цели своими уполномоченными Президиум Верховного Совета СССР:

    В.М. Молотова, Председателя Совета Народных Комиссаров и Народного Комиссара Иностранных Дел,

    Президент Эстонской Республики:

    Карла Сельтера, Министра Иностранных Дел,

    каковые уполномоченные согласились о нижеследующем:

    Статья 1

    Обе Договаривающиеся Стороны обязуются оказывать друг другу всяческую помощь, в том числе и военную, в случае возникновения прямого нападения или угрозы нападения со стороны любой великой европейской державы по отношению морских границ Договаривающихся Сторон в Балтийском море или сухопутных их границ через территорию Латвийской Республики, а равно и указанных в статье 3 баз.

    Статья 2

    СССР обязывается оказывать Эстонской армии помощь на льготных условиях вооружением и прочими военными материалами.

    Статья 3

    Эстонская Республика обеспечивает за Советским Союзом право иметь на эстонских островах Сааремаа (Эзель), Хийумаа (Даго) и в городе Палдиски (Балтийский Порт) базы военно-морского флота и несколько аэродромов для авиации на правах аренды по сходной цене. Точные места для баз и аэродромов отводятся, и их границы определяются по взаимному соглашению.

    В целях охраны морских баз и аэродромов СССР имеет право держать в участках, отведенных под базы и аэродромы, за свой счет строго ограниченное количество советских наземных и воздушных вооруженных сил, максимальная численность которых определяется особым соглашением.

    Статья 4

    Обе Договаривающиеся Стороны обязываются не заключать каких-либо союзов или участвовать в коалициях, направленных против одной из Договаривающихся Сторон.

    Проведение в жизнь настоящего пакта ни в какой мере не должно затрагивать суверенных прав Договаривающихся Сторон, в частности их экономической системы и государственного устройства.

    Участки, отводимые под базы и аэродромы (ст. 3), остаются территорией Эстонской Республики.

    Статья б

    Настоящий пакт вступает в силу с обменом актов о ратификации. Обмен сих актов будет произведен в течение шести дней со дня подписания настоящего пакта в городе Таллинне.

    Срок действия настоящего пакта десять лет, причем, если одна из Договаривающихся Сторон не признает необходимым денонсировать настоящий пакт за год до истечения срока, последний автоматически продолжает свое действие на следующие пять лет.

    Статья 7

    Настоящий пакт составлен в двух оригиналах, на русском и эстонском языках, в городе Москве, 28 сентября 1939 г.

    В. Молотов    К, Сельтер

    Известил —1939. — 29 сект.

    АВП СССР, ф. За — Эстония, д. 130.

    ПРИЛОЖЕНИЕ

    КОНФИДЕНЦИАЛЬНЫЙ ПРОТОКОЛ 1.

    Условлено, что в целях предупреждения и пресечения попыток втянуть Договаривающиеся Стороны в происходящую ныне в Европе войну СССР имеет право, на время этой войны, держать на отведенных под аэродромы и базы участках (ст. 3 Пакта) отдельными гарнизонами в общей сложности до двадцати пяти тысяч человек наземных н воздушных вооруженных сил.

    II.

    Временно до отстройки базы в городе Паддиски (ст. 3 Пакта), однако, на срок не более 2-х лет со дня подписания настоящего Протокола советские военные суда могут заходить в Таллиннский порт для снабжения провиантом и топливом и для стоянки. Ближайший <порядок пользования этим правом определяется особым соглашением.

    UI.

    Обусловленная в ст. 1 Пакта помощь оказывается по изъявленному желанию другой стороны, причем с обоюдного согласия сторона, обязанная к оказанию помощи, может, в случае войны другой стороны с третьей державой, остаться нейтральной.

    Для наблюдения за проведением в жизнь настоящего Пакта и разрешения возникающих при этом вопросов образуется Смешанная Комиссия на паритетных началах, которая выработает правила своего делопроизводства.

    V.

    Настоящий Конфиденциальный Протокол является приложением к Пакту о взаимопомощи между СССР и Эстонией, заключенному 28 сентября 1939 г.

    В. Молотов    К. Сельтер

    28 сентября 1939 г.

    АВП СССР, ф. 03а — Эстония, д. 010.

    45. СОГЛАШЕНИЕ О ТОРГОВОМ ОБОРОТЕ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ЭСТОНСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ

    28 сентября 1939 г.

    Желая содействовать укреплению и дальнейшему улучшению экономических отношений между СССР и Эстонией и в развитие постановлений Торгового Договора между СССР и Эстонией от 17 мая 1929 г. Народный Комиссар Внешней Торговли Союза ССР А. Микоян и Министр Иностранных Дел Эстонской Республики К. Сельтер подписали нижеследующее Соглашение.

    Статья 1

    Договаривающиеся Стороны согласились значительно расширить товарооборот между ними. В соответствии с этим экспорт Союза ССР в Эстонию за период действия настоящего Соглашения составит 18 млн. эстонских крон и экспорт Эстонии в Союз ССР также 18 млн. эстонских крон.

    Кроме того, Советской стороне предоставляется право дополнительного экспорта в Эстонию на сумму 3 млн. эстонских крон в счет погашения пассивного сальдо, образовавшегося за период, предшествовавший заключению настоящего Соглашения.

    Статья 2

    Расходы обеих Сторон по фрахтованию всех судов, плавающих под флагом Договаривающихся Сторон, по транзиту и перевалочно-складским операциям и ремонтно-судостроительным работам в Эстонии, а также расходы Торгового Представительства СССР в Эстонии и всех советских хозяйственных организаций в Эстонии включаются в торговый оборот. Советская Сторона имеет право дополнительного экспорта на сумму пассивного сальдо по всем упомянутым в настоящей статье расходам.

    Если по истечении срока действия настоящего Соглашения обнаружится пассив по торговому обороту для одной из Договаривающихся Сторон, то эта Сторона имеет право выравнять свой пассив в течение последующих 12-ти месяцев.

    р.

    Статья 4

    Стоимость вывоза из СССР в Эстонию будет определяться по ценам франкоэстонская граница или сиф эстонские порты по данным эстонской государственной статистики. Под вывозом из Союза ССР в смысле настоящего Соглашения понимается ввоз в Эстонию товаров Торговым Представительством СССР и советскими хозяйственными организациями.

    Стоимость ввоза в Союз ССР из Эстонии будет определяться по ценам франкосоветская граница или сиф советские порты по данным советской таможенной статистики.

    Каждая Сторона имеет право вносить исправления в статистические данные другой Стороны на основе документального материала.

    Статья 5

    Настоящее Соглашение заменяет собой Соглашение о торговом обороте от 26 февраля 1938 г., вступает в действие с 1 октября 1939 г. и останется в силе по 31 декабря 1940 г.

    Совершено в Москве в 2-х экземплярах на русском языке 28 сентября 1939 г.

    Перевод на эстонский язык будет сделан в наиболее короткий срок и будет проверен Сторонами, после чего оба текста будут одинаково действующими.

    А. Микоян    К. Сельтер

    АВП СССР, ф. 0154, оп. 32, п. 48, д. 10, п. 24—25; ф. За — Эстония, д. 135.

    ПРИЛОЖЕНИЕ

    КОНФИДЕНЦИАЛЬНЫЙ ПРОТОКОЛ

    К СОГЛАШЕНИЮ ОТ 28 СЕНТЯБРЯ 1939 г. О ТОРГОВОМ ОБОРОТЕ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ЭСТОНСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ НА ПЕРИОД С 1 ОКТЯБРЯ 1939 г.

    ПО 31 ДЕКАБРЯ 1940 г.

    28 сентября 1939 г.

    Одновременно с подписанием Соглашения о торговом обороте между Союзом Советских Социалистических Республик и Эстонской Республикой на срок с 1 октября 1939 г. по 31 декабря 1940 г. Стороны условились о следующем:

    1. Эстонская Сторона изъявляет желание закупить в Союзе ССР через Торговое Представительство СССР в Эстонии и через другие советские хозяйственные организации, а Советская Сторона соглашается продать в течение времени с 1 октября 1939 г. по декабрь 1940 года следующие товары в нижеуказанных количествах:

    1.

    Бензин

    7 ООО тонн

    2.

    Керосин

    21 000 ■

    3.

    Смазочные масла (веретенное и

       
     

    машинное)

    3125 *

    4.

    Нефть

    3 750 я

    5.

    Мазут

    -

    850 *

    б.

    Парафин

    375 ”

    7.

    Суперфосфат

    -

    62 500 "

    8.

    Калийная соль

    1 200 *

    9.

    Соль

    17500 *

    10.

    Сельскохозяйственные машины

    600 000 эст/крон

    И.

    Швейные машины

    125 000 "

    12.

    Табаки

    375 тонн

    13.

    Автомобили

    115 шт.

    14.

    Профильное железо

    7 500 тонн

    15.

    Рельсы

    3 750 "

    16.

    Листовое железо

    2 500 "

    17.

    Жмыхи

    3 750 *

    18.

    Сахар

    12 500 *

    19.

    Серная кислота

    1250 "

    20.

    Электрические лампы

    -

    50 000 эст/крон

    21.

    Разное техническое

       
     

    оборудование

    -

    375 000 эст/крон

    22.

    Рожь

    20 000 тонн

    23.

    Хлопок

    3 500 *

    24.

    Прочие товары

    -

    1 500 000 эст/крон

    Общая сумма стоимости перечисленных выше товаров составляет примерно 21 млн. эстонских крон, в соответствии со статьей 1 Соглашения о торговом обороте.

    2. Советская Сторона изъявляет желание закупить в Эстонии, а Эстонская Сторона соглашается продать СССР в течение времени с 1 октября 1939 г. по 31 декабря 1940 г. следующие товары в нижеуказанных количествах:

    1.

    Свиньи

    — 75 000 голов

    2.

    Молоко

    — 1 500 000 эст/крон

    3.

    Сливки

    -1500 000 *

    4.

    Сыр

    — 100 тонн

    5.

    Масло животное

     

    6.

    Сульфитная и сульфатная

     
     

    небеленая целлюлоза

    — 25 000 тонн

    7.

    Бумага разная (ротационная, пе

     
     

    чатная, писчая, товарная) Товарные ж/д вагоны

    — I 850 000 эст/крон

    8.

    — 200 шт.

    9.

    Сырые кожи (опоек и т.д.)

    — 1 250 000 эст/крон

    10.

    Прочие товары

    - 1 500 000 "

     

    в том числе стекло дутое

    - 300 000 "

    Общая сумма стоимости перечисленных выше товаров составляет примерно 18 млн. эстонских крон.

    3. Продажи и покупки со стороны Союза ССР и Эстонии будут совершаться на коммерческих условиях, которые будут установлены в сделках между отдельными советскими торговыми организациями и отдельными эстонскими фирмами и лицами. Обе Стороны обязуются воздерживаться от необоснованного повышения цен.

    4. В том случае, если со стороны Эстонии будет закуплено в Союзе ССР товаров сверх сумм, предусмотренных в статьях 1 и 2 Соглашения о торговом обороте, излишек покупок подлежит оплате в свободной валюте и не зачитывается в сумму торгового оборота.

    5. Торговому Представительству СССР в Эстонии и Государственному Банку СССР в пределах сумм, выручаемых за советский ввоз в Эстонию, предоставляется возможность закупать по их усмотрению иностранную валюту в Эстонском Банке с правом свободного перевода за границу без особого в каждом случае разрешения Валютной Комиссии при Эстонском Банке.

    Настоящий Протокол заменяет собой Протокол, подписанный Союзом ССР и Эстонией 9 января 1939 г. и вступает в действие с 1 октября 1939 г., оставаясь в силе до 31 декабря 1940 г.

    Совершено в Москве в двух экземплярах на русском языке 28 сентября 1939 г.

    Перевод на эстонский язык будет сделан в наиболее короткий срок и будет проверен Сторонами, после чего оба текста будут одинаково действительными.

    А. Микоян    К. Сельтер

    АВП СССР, ф. 0154, оп. 32, п. 48, д. 10, л. 30—31.

    46. ПИСЬМО МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЭСТОНИИ К. СЕЛЬТЕРА

    НАРКОМУ ВНЕШНЕЙ ТОРГОВЛИ СССР АЛ. МИКОЯНУ

    28 сентября 1939 г.

    Господин Народный Комиссар,

    Имею честь заявить от имени Эстонского Правительства о том, что оно, в соответствии со статьями 1 и 16 Торгового Договора между Эстонией и Союзом ССР от 17 мая 1929 г., а также Заключительного Протокола к указанным статьям названного Договора, согласно на следующее:

    1. Предоставить к 15 октября 1939 г. в распоряжение советских хозяйственных организаций, на правах аренды на льготных условиях, сроком на пять лет все склады с необходимым инвентарем и оборудованием, построенные в 1922-1923 годах советскими хозяйственными организациями и переданные в 1934 году Эстонскому Правительству по истечении срока аренды земельных участков. Срок аренды складов будет считаться продленным на следующие пять лет, если от советских хозяйственных организаций-арендаторов не поступит за полгода до истечения арендного срока заявления об отказе от продления аренды.

    2. По заявлению Торгового Представительства СССР в Эстонии и советских хозяйственных организаций предоставлять в их распоряжение, на началах аренды или пользования, на льготных условиях необходимое количество складов в Таллинне, Нарве, Изборске и в Пернове, расположенных при рельсовых путях и у причальных линий, поскольку такие склады существуют.

    3. Предоставлять для пользования советским хозяйственным организациям в Таллиннском порту элеватор, холодильник, а также электрические краны, находящиеся при складах и элеваторе, причем все эти устройства должны находиться в состоянии, пригодном для нормальной эксплуатации.

    4. Сдавать в аренду на льготных условиях советским хозяйственным организациям земельные участки на портовых территориях и разрешать на них постройку складов, элеваторов, холодильников и прочих относящихся к транспорту сооружений.

    5. Разрешить советским хозяйственным организациям, по заявлениям Торгового Представительства СССР, открывать свои отделения в Эстонии для обслуживания операций, упоминаемых в настоящем письме. Эстонское Правительство принимает на себя уплату налогов за эти отделения.

    6. Разрешать в соответствии со статьей 1-й Торгового Договора от 17 мая 1929 г. въезд в Эстонию и пребывание в ней советских граждан, назначаемых в качестве служащих Торгового Представительства СССР в Эстонии и отделений советских хозяйственных организаций, служащих для складов, для перевалочных работ и других транспортно-экспедиторских операций и служащих технического надзора по наблюдению за производством ремонтно-строительных работ по советским заказам.

    7. Не препятствовать стоянке советских торговых судов, приходящих в эстонские порты с целью ожидания открытия навигации в Ленинградском порту или в целях ожидания груза.

    8. Оказывать содействие в размещении заказов на производство в Эстонии ремонтно-судостроительных работ в отношении судов Союза ССР в пределах тоннажа до 30 ООО т — 8 судов и сверх того - 9 мелких судов.

    9. В каждом отдельном случае согласовывать с Торговым Представительств вом СССР в Эстонии национальность и флаг судов, заходящих в советские порты с грузами, следующими в Эстонию, или за грузами, следующими из Эстонии.

    10. Перечисленные выше обязательства Правительства Эстонии будут сохранять силу в течение действия Торгового Договора от 17 мая 1929 г. между Эстонской Республикой и Союзом Советских Социалистических Республик.

    Одновременно с этим Эстонское Правительство принимает к сведению следующие заявления Правительства Союза ССР:

    и1. Идя навстречу пожеланиям Эстонской Стороны, Правительство Союза ССР готово предоставить для эстонских товаров транзит через территорию Союза ССР по железнодорожным путям в направлении на Мурманск и на Черноморские порты, а также по Беломорско-Балтийскому каналу в направлении на Сороку.

    2. В связи с этим в целях содействия эстонскому транзиту Правительство Союза ССР готово дать поручение советской транспортно-экспедиторской конторе "Ленвнештранс” взять на себя все обслуживание транзита Эстонии через территорию Союза ССР, в том числе складирование, перевалочные работы и т.д., путем заключения соответствующих договоров между ”Ленвнештрансом” и эстонскими организациями и фирмами.

    3. Правительство Союза ССР соглашается установить ставки железнодорожного тарифа для провоза товаров эстонского транзита через территорию Союза ССР на расстояниях до 400 км, равные ставкам железнодорожного тарифа Эстонии, действующим согласно железнодорожной конвенции между СССР и Эстонией, введенной в действие 1 января 1933 г.

    При провозе транзитных эстонских товаров по территории Союза ССР на расстояние свыше 400 км применяются ставки, установленные согласно 1-му абзацу настоящего пункта для расстояния 400 км, с пропорциональным увеличением их соответственно расстоянию транзитного провоза.

    4. В отношении провоза транзитных товаров по Беломорско-Балтийскому каналу будет действовать внутренний тариф Союза ССР с переводом суммы ставок советского тарифа, исчисленной в рублях, в эстонские кроны по курсу Государственного Банка СССР на день производства платежа за провоз. Если внутренний тариф Союза ССР на перевозки по Беломорско-Балтийскому каналу будет значительно повышен, то Советская Сторона готова, по заявлению Эстонской Стороны, вступить в переговоры о дальнейшем применении тарифа к эстонским товарам, перевозимым по названному каналу.

    5. Правительство Союза ССР заявляет, что советские заказы в Эстонии на производство ремонтно-судостроительных работ будут выдаваться в течение всего срока действия постановлений настоящего письма в размере примерно 15 тыс. т ежегодно.

    6. Перечисленные выше обязательства Правительства Союза ССР будут сохранять силу в течение действия Торгового Договора от 17 мая 1929 г. между Союзом Советских Социалистических Республик и Эстонской Республикой".

    Примите, г-н Народный Комиссар, уверения в моем глубоком к Вам уважении.

    К. Сельтер

    АВП СССР, ф. 0154, on. 32, п. 48, д, 10, л. 32—34.

    47. ПИСЬМО НАРКОМА ВНЕШНЕЙ ТОРГОВЛИ СССР АЛ. МИКОЯНА

    МИНИСТРУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЭСТОНИИ К. СЕЛЬТЕРУ

    28 сентября 1939 г.

    Господин Министр,

    Подтверждаю получение Вашего нижеследующего письма от 28 сентября 1939г.

    <£Имею честь заявить от имени Эстонского Правительства о том, что оно, в соответствии со статьями 1 и 16 Торгового Договора между Эстонией и Союзом ССР от 17 мая 1929 г., а также Заключительного Протокола к указанным статьям названного Договора, согласно на следующее:

    1. Предоставить к 15 октября 1939 г. в распоряжение советских хозяйственных организаций, на правах аренды на льготных условиях, сроком на пять лет все склады с необходимым инвентарем и оборудованием, построенные в 1922-1923 годах советскими хозяйственными организациями и переданные в 1934 году Эстонскому Правительству по истечении срока аренды земельных участков. Срок аренды складов будет считаться продленным на следующие пять лет, если от советских хозяйственных организации-арендаторов не поступит за полгода до истечения арендного срока заявления об отказе от продления аренды.

    2. По заявлению Торгового Представительства СССР в Эстонии и советских хозяйственных организаций предоставлять в их распоряжение, на началах аренды или пользования на льготных условиях, необходимое количество складов в Таллинне, Нарве, Изборске и Пернове, расположенных при рельсовых путях и у причальных линий, поскольку такие склады существуют.

    3. Предоставлять для пользования советским хозяйственным организациям в Таллиннском порту элеватор, холодильник, а также электрические краны, находящиеся при складах и элеваторе, причем все эти устройства должны находиться в состоянии, пригодном для нормальной эксплуатации.

    4. Сдавать в аренду на льготных условиях советским хозяйственным организациям земельные участки на портовых территориях и разрешать на них постройку складов, элеваторов, холодильников и прочих относящихся к транспорту сооружений.

    5. Разрешить советским хозяйственным организациям по заявлениям Торгового Представительства СССР открывать свои отделения в Эстонии для обслуживания операций, упоминаемых в настоящем письме. Эстонское Правительство принимает на себя уплату налогов за эти отделения.

    6. Разрешить в соответствии со статьей 1 Торгового Договора от 17 мая 1929 г. въезд в Эстонию и пребывание в ней советских граждан, назначаемых в качестве служащих Торгового Представительства СССР в Эстонии и отделений советских хозяйственных организаций, служащих для складов, для перевалоч-ных работ и других транспортно-экспедиторских операций и служащих технического надзора по наблюдению за производством ремонтно-строительных работ по советским заказам.

    7. Не препятствовать стоянке советских торговых судов, приходящих в эстонские порты с целью ожидания открытия навигации в Ленинградском порту или в целях ожидания груза.

    8. Оказывать содействие в размещении заказов на производство в Эстонии ремонтно-судостроительных работ в отношении судов Союза ССР в пределах тоннажа до 30 ООО т - 8 судов и сверх того - 9 мелких судов.

    9. В каждом отдельном случае согласовывать с Торговым Представительством СССР в Эстонии национальность и флаг судов, заходящих в советские порты с грузами, следующими в Эстонию, или за грузами, следующими из Эстонии.

    10. Перечисленные выше обязательства Правительства Эстонии будут сохранять силу в течение действия Торгового Договора от 17 мая 1929 г. между Эстонской Республикой и Союзом Советских Социалистических Республик.

    Одновременно с этим Эстонское Правительство принимает к сведению следующие заявления Правительства Союза ССР:

    ”1. Идя навстречу пожеланиям Эстонской Стороны, Правительство Союза ССР готово предоставить для эстонских товаров транзит через территорию Союза ССР по железнодорожным путям в направлении на Мурманск и на Черноморские порты, а также по Беломорско-Балтийскому каналу в направлении на Сороку.

    2. В связи с этим в целях содействия эстонскому транзиту Правительство Союза ССР готово дать поручение советской транспортно-экспедиторской конторе ”Ленвнештранс” взять на себя все обслуживание транзита Эстонии через территорию Союза ССР, в том числе складирование, перевалочные работы и т.д., nyieM заключения соответствующих договоров между "Ленвнештрансом” и эстонскими организациями и фирмами.

    3. Правительство Союза ССР соглашается установить ставки железнодорожного тарифа для провоза товаров эстонского транзита через территорию Союза ССР на расстояниях до 400 км, равные ставкам железнодорожного тарифа Эстонии, действующим согласно железнодорожной конвенции между СССР и Эстонией, введенной в действие 1 января 1933 г.

    При провозе транзитных эстонских товаров по территории Союза ССР на расстояние свыше 400 км применяются ставки, установленные согласно 1-му абзацу настоящего пункта для расстояния 400 км, с пропорциональным увеличением их соответственно расстоянию транзитного провоза.

    4. В отношении провоза транзитных товаров по Беломорско-Балтийскому каналу будет действовать внутренний тариф Союза ССР с переводом суммы ставок советского тарифа, исчисленной в рублях, в эстонские кроны по курсу Государственного Банка СССР на день производства платежа за провоз. Если внутренний тариф Союза ССР на перевозки по Беломорско-Балтийскому каналу будет значительно повышен, то Советская Сторона готова, по заявлению Эстонской Стороны, вступить в переговоры о дальнейшем применении тарифа к эстонским товарам, перевозимым по названному каналу.

    5. Правительство Союза ССР заявляет, что советские заказы в Эстонии на производство ремонтно-судостроительных работ будут выдаваться в течение все-

    го срока действия постановлений настоящего письма, в размере примерно 15 тыс. т ежегодно.

    6. Перечисленные выше обязательства Правительства Союза ССР будут сохранять силу в течение действия Торгового Договора от 17 мая 1929 г. между Союзом Советских Социалистических Республик и Эстонской Республикой”».

    С содержанием этого письма согласен.

    Примите, г-н Министр, уверения в моем глубоком к Вам уважении.

    А. Микоян

    АВП СССР, ф. 0154, оп. 32, п. 48, д. 10, л. 26-28.

    48. ИЗ ЗАПИСИ БЕСЕДЫ ПОСЛАННИКА ЛИТВЫ В СССР Л. НАТКЕВИЧИУСА С ПРЕДСЕДАТЕЛЕМ СНК, НАРКОМОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М. молотовым39

    29 сентября 1939 г.

    [...] Господин Молотов первым начал беседу. Он сказал, что Советскому Союзу известна дружественность Литвы по отношению к СССР. Настала пора сделать эту дружественность более реальной. Ни для кого не является секретом, что Литву стремится перетянуть на свою сторону Германия. Следовательно, для СССР важно знать, к какой стране Литва испытывает большие симпатии. Сейчас недостаточно быть ”ни теплым, ни холодным, а надо принять решение”. Он заявил мне, что не требует от меня высказаться уже сейчас, но желал бы, чтобы член правительства (например, премьер-министр) прибыл в Москву и дал в этом смысле ответ. [...]

    Пер. с пит. яз.

    ЦТ А Литовской ССР, ф. 1742, on. 1, д. 6.

    Опубл.: ТпуЪу та1(Шсн... — Р. 63.

    49. СООБЩЕНИЕ ТАСС О РАТИФИКАЦИИ СОВЕТСКО-ЭСТОНСКОГО ПАКТА О ВЗАИМОПОМОЩИ

    39 сентября 1939 г.40

    Президиум Верховного Совета СССР 29 сентября ратифицировал советско-эстонский Пакт о взаимопомощи, заключенный в Москве 28 сентября с.г.

    Известия. —1939. — 30 сект.

    50. ДИРЕКТИВА НАРКОМА ОБОРОНЫ СССР ICE. ВОРОШИЛОВА ВОЕННОМУ СОВЕТУ ЛЕНИНГРАДСКОГО ВОЕННОГО ОКРУГА

    30 сентября 1939 г.

    Для проведения в жизнь заключенного между СССР н Эстонской Республикой договора о взаимопомощи» в части, касающейся ввода частей Красной Армии на территорию Эстонской Республики, образована комиссия под председательством Комвойск ЛВО Командарма 2 ранга тов. Мерецкова и членов: Дивизионного Кб* миссара тов. Ватутина, Героя Советского Союза Комкора тов. Павлова, Комдива тов. Алексеева, Комдива тов. Тюрина и Комбрига тов. Калмыкова.

    Задача комиссии: совместно с представителями Правительства Эстонской Республики установить пункты размещения и обсудить вопросы устройства частей Красной Армии, подлежащих размещению на территории Эстонской Республики, примерно в следующих районах:

    а) Стрелковые войска — управление стрелкового корпуса, управление стрелковой дивизии, один стрелковый полк, гаубичный артполк, танковый батальон и спец. части дивизии в районе Балтийский порт - Таллинн; один стрелковый полк с одним артиллерийским дивизионом артполка дивизии на островах Эзель, Даго, имея на острове Даго один стрелковый батальон; один стрелковый полк и артиллерийский полк без одного дивизиона в районах Хапсола - Таллинн.

    б) Конница — отдельная кавбригада в составе двух кав. полков, танкового полка и артдивизиона в районе Вильянди и Валк;

    в) Мотомехвойска - танковая бригада в составе четырех танковых батальонов и стрелково-пулеметного батальона в районе Тюри и северо-западнее от этого пункта;

    г) Авиация - один истребительный полк на островах Эзель, Даго, один истребительный полк в районе Вильянди, Валк, один полк СБ в районе Пайде.

    Комиссия обязана осмотреть выделяемые Эстонским Правительством казармы и здания для размещения войск, отвести строго необходимые земельные участки под аэродромы и танкодромы и выяснить, какое строительство необходимо провести, составить план этого строительства.

    Военному совету ЛВО, согласно директиве начальника Генерального штаба от 30 сентября за № 4/2/49287, немедля подготовить войсковые части для быстрейшего ввода на территорию Эстонской Республики.

    Личный состав вводимых в Эстонию войск тщательно проверить, выделить для этого лучший рядовой состав, обеспечить самым подготовленным начальствующим составом, особенно комиссарским и политическим» снабдить части табельным вооружением и имуществом. Войска хорошо обмундировать, обратив должное внимание на качество и пригонку.

    Комиссии вылететь из Ленинграда 1 октября и приступить к работе немедленно, закончив ее к 6-8 октября 1939 г.

    Подготовку войск для ввода на территорию Эстонской Республики закончить к 4 октября 1939 г.

    Исполнение донести.

    К. Ворошилов

    ЦГАСА СССР, ф. 39041, оп. 6, д. 3, л. 3—5.

    1 октября 1939 г.

    (Получено в б час. 55 мин.)

    Как сообщил Мунтерс, латвийская торговая делегация во главе с председателем торгово-промышленной камеры, он же директор банка Латвии, Андреем Берэинем может выехать 8—9 октября. Могут ли в это время их принять наши заинтересованные органы? В беседе Мунтерс определил свое отношение к эстоносоветскому договору в положительном смысле. Приветствовал по существу и форме. Считает, что дальнейшее развитие политической линии Латвии должно идти в направлении большого политического и экономического сотрудничества с СССР. Он считается с фактом, что доминирующее положение в Восточной Европе принадлежит СССР. Союзный договор Латвии и Эстонии, заключенный как мера ограждения себя от агрессии (по его признанию) со стороны СССР, потерял силу. Военный министр Балодис считает совершенно приемлемыми основу и форму договора с Эстонией для Латвии. Одобряет ведущую политику СССР, и на условиях с Эстонией латыши согласны разговаривать. В этом усматриваю будущую определенность латвийской внешней политики. Таковы же взгляды (как передает Балодис) министра земледелия Бирзнекса. На основе беседы с Мунтерсом и Балодисом считаю возможным поставить, в духе их пожеланий и нашей заинтересованности, наряду с экономическими вопросами и политические.

    Зотов

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 304, д. 2100, л. 164-165.

    52. ТЕЛЕГРАММА ВРЕМЕННОГО ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В ЛИТВЕ

    В.С. СЕМЕНОВА В НКИД СССР

    1 октября 1939 г.

    Вне очереди (Получена в 23 час, 30мин.)

    Урбшис, министр иностранных дел, просил сообщить Молотову, что по докладу Наткевичиуса Литовское правительство постановило делегировать в Москву министра иностранных дел. Он готов выехать 2 октября при условии, если согласие Москвы станет ему известно до 11 часов того дня. Если ответ опоздает, тогда он полетит третьего. В обоих случаях он должен вылететь литовским самолетом до Риги, а оттуда на самолете нормальной линии (время везде московское). Урбшис просит согласия на опубликование в день вылета в литовской печати такого сообщения:

    "По приглашению Председателя Совнаркома и Народного комиссара иностранных дел Молотова литовский министр иностранных дел Урбшис отправляется сегодня из Каунаса в Москву. Целью поездки является обсуждение вопросов, интересующих Литву и СССР".

    Урбшис думает, что ему придется совершить две поездки, одну за одной, так как первая будет предварительной, по его мнению.

    Поверенный в делах

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 299, д. 2063, п. 99.

    53. ТЕЛЕГРАММА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР ЪМ. МОЛОТОВА ПОЛПРЕДУ СССР В ЛАТВИИ И.С. ЗОТОВУ

    1 октября 1939 г. (Отправлена в 19 час. 10мин.)

    Согласно предложению Мунтерса, латвийская торговая делегация может выехать 8-9 октября в Москву или даже раньше. Она будет встречена благожелательно.

    Молотов

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 304, д. 2101, л. 81.

    54. РЕЧЬ ПРЕЗИДЕНТА ЭСТОНИИ К. ПЯТСА

    (ИНФОРМАЦИЯ ТАСС)

    1 октября 1939 г.

    Президент Эстонской Республики К. Пяте выступил 29 сентября по радио с речью, которая опубликована сегодня всеми эстонскими газетами.

    "Эстония, — заявил Пяте, - имеет твердое желание не вмешиваться в споры и борьбу между большими государствами. Она объявила о своем строгом нейтралитете, и мы должны обращать особое внимание на те обязательства, которые налагаются этим нейтралитетом”.

    Касаясь пакта о взаимопомощи между СССР и Эстонией, Пяте заявил:

    "Пакт о взаимопомощи не задевает наших суверенных прав. Наше государство остается самостоятельным, таким, каким оно было и до сих пор. Заключение пакта означает, что Советский Союз проявляет по отношению к нам свою доброжелательность и оказывает нам свою поддержку как в экономическом, так и в военном деле. Я думаю, что подобное разрешение при нынешнем военном положении в Европе дает лучшие доказательства того, чтобы договаривающиеся государства сумели решить напряженные вопросы так, чтобы не пролить ни капли человеческой крови.

    В требовании СССР не было ничего необычного. Учитывая историю нашего государства и наше географическое и политическое положение, становится ясным, что мы должны были вступить в соглашение с СССР. В качестве прибрежного государства мы всегда были посредниками между Западом и Востоком. Эта роль придала особую окраску всей нашей культуре и национальным начинаниям. Переговоры эти закончились подписанием пакта о взаимопомощи и были подлинно равными переговорами, в которых выслушивались и учитывались мнения и предложения обеих сторон”.

    В конце своей речи президент подчеркнул, что советско-эстонский пакт является важнейшим средством, обеспечивающим мирное сотрудничество эстонского народа и народов СССР.

    Известия. —1939. — 2 окт.

    55. СООБЩЕНИЕ ТАСС ОБ ОТЪЕЗДЕ ИЗ МОСКВЫ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЭСТОНИИ К. СЕЛЬТЕРА

    2 октября 1939 г.

    30 сентября с.г. из Москвы вылетел Министр иностранных дел Эстонии г-н К. Сельтер в сопровождении Председателя Государственной Думы проф. г-н Ю. Улуотса и проф. г-н А. Пийпа.

    В Центральном аэропорту г-на К. Сельтера провожали: Зам. Народного Комиссара Иностранных Дел тов. С.А. Лозовский, Зам. Председателя Моссовета тов. М.А. Яснов, Полпред СССР в Эстонии тов. К.Н. Никитин, Торгпред СССР в Эстонии тов. П.Е. Краснов, Зав. Протокольным Отделом НКИД тов. В.Н. Барков, Зав. Отделом Прибалтийских стран тов. А.П. Васюков, и.о. Начальника Отдела Торговых договоров Народного Комиссариата Внешней Торговли тов. Д.Д. Мишу-стин, комендант гор. Москвы полковник тов. В.А. Ревякин, Зав. Протокольной Частью НКВТ тов. С.А. Вшивков, весь состав эстонской миссии во главе с Чрезвычайным Посланником и Полномочным Министром г-ном А. Реем.

    Центральный аэропорт был украшен советскими и эстонскими флагами. Для проводов Министра был выставлен почетный караул.

    Известия. —1939. — 2 окт.

    56. РЕШЕНИЕ ЛАТВИЙСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА (ИНФОРМАЦИЯ ТАСС)

    2 октября 1939 г.

    Как сообщает Латвийское Телеграфное Агентство, Совет Министров Латвийской Республики, заслушав доклад министра иностранных дел Мунтерса о пакте между СССР и Эстонией и германо-советском договоре, пришел к заключению, что эти договоры вносят весьма важные изменения в политическую ситуацию в Восточной Европе. Поэтому Латвия должна также приступить к пересмотру своих внешних отношений, и в первую очередь с СССР. Правительство поручило министру иностранных дел Мунтерсу немедленно направиться в Москву, чтобы войти в прямой контакт с правительством СССР. Мунтерс отправляется в Москву 2 октября.

    Известия. —1939. — 3 окт.

    57. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ИЛ. СТАЛИНА И В.М. МОЛОТОВА С ЛАТВИЙСКОЙ ДЕЛЕГАЦИЕЙ41

    2 октября 1939 г. 21 час. 30 мин. —24 час. 00 мин.

    Присутствовали: Сталин, Молотов, Потемкин, Зотов, Мунтерс, Коциньш.

    Молохов: Хотелось бы с вами поговорить насчет того, как упорядочить наши отношения. Примерно так, как с Эстонией? Если вы придерживаетесь такого же

    мнения, то мы могли бы определить принципы. Нам нужны базы у незамерзающего моря.

    Сталин: Думаю, вы нас ругать не станете. Прошло 20 лет; мы стали сильнее и вы тоже. Мы хотим говорить о тех же аэродромах и о военной защите. Ни вашу конституцию, ни органы, ни министерства, ни внешнюю и финансовую политику, ни экономическую систему мы затрагивать не станем. Наши требования возникли в связи с войной Германии с Англией и Францией. Кроме того, если мы достигнем согласия, то для торгово-экономических дел имеются очень хорошие предпосылки.

    Я попросил разъяснить политическую ситуацию и обещал сделать то же самое со своей стороны. Молотов основывался на договоре о ненападении с Германией. Немцы совершили крутой поворот. Мы отнеслись к нему сочувственно42, ибо он означал неучастие в войне, хотя бы в нынешней войне. По всем основным вопросам мы достигли согласия, и ныне у нас нет не только вопроса о противоборстве, но и повода для трений. Основа наша прочна. Точно определили границу. Германия занята войной, к которой мы, правда, не присоединились, но думаем о будущем. Одно государство уже поплатилось43. Вина здесь англичан, французов и поляков. С Германией наши отношения построены на долговременной основе, с Германией у нас нет также расхождений и в отношении Прибалтийских государств.

    Но война ныне разгорается, и нам следует позаботиться о собственной безопасности. Уже исчезли такие государства, как Австрия, Чехословакия, Польша. Могут пропасть и другие. Мы полагаем, что в отношении вас у нас подлинных гарантий нет. Это и для вас небезопасно44, но мы в первую очередь думаем о себе. То, что было решено в 1920 году, не может оставаться на вечные времена. Еще Петр Великий заботился о выходе к морю. В настоящее время мы не имеем выхода и находимся в том нынешнем положении, в каком больше оставаться нельзя. Поэтому хотим гарантировать себе использование портов, путей к этим портам и их защиту (разговор шел спокойно, без угроз. О литовцах сказал, что они, возможно, получат Вильно).

    После этого я изложил свою точку зрения. Надо констатировать, что теперь мы имеем дело только с СССР и Германией. Поэтому, раз между ними существует договор о ненападении (Молотов поправил: договор о дружбе), то мы не понимаем, о какой дополнительной безопасности может идти речь? Молотов: мы не можем допустить, чтобы малые государства были использованы против СССР. Нейтральные Прибалтийские государства - это слишком ненадежно45.

    Я: Но на Балтийском море правят Германия и СССР, и пока у вас дружба с Германией, нас никто не может использовать.

    Здесь вмешался Сталин: Англия уже затребовала у Швеции несколько аэродромов и захода нескольких подводных лодок; она легко может втяйуть Швецию в войну. Война будет очень осложнена, и нейтралы будут втянуты (апелляция к нейтральным)46. На нейтралов будет оказано большое давление.

    Вернулись еще раз к политической ситуации. Сталин подтвердил, что различие между национал-социализмом и коммунизмом продолжает оставаться. Как поступят с Польшей, сказать точно нельзя; на востоке пограничное урегулирование окончательное. На западе может быть создан протекторат. Если создавать нечто большее, то с Чехословакией следует сделать то же самое. Я вам скажу прямо:

    раздел сфер влияния состоялся. Когда я сказал - нам нужно соблюдать мирный договор также и с Германией, ответ был такой: если не мы, то немцы могут вас оккупировать. Но мы не желаем злоупотреблять47. Риббентроп - разумный человек.

    Нам нужны Лиепая, Вентспилс; для ваших безработных будет работа (здесь я вставил, что у нас нет безработицы, на что последовало замечание Зотова, что у нас 11 ООО безработных). Можете забрать у нас территорию с русским меньшинством, ее нам не поднять. Молотов стал подробно расспрашивать об отдельных меньшинствах, но из этого никаких выводов не делал. Затем Молотов извлек проект. Сталин начал сыпать различными цифрами: 15 подводных лодок и базы для вспомогательных кораблей; 4 аэродрома (между прочим, он заметил, что немцы уничтожили очень много жидов, и удивлялся, почему в Даугавпилсе их так много).

    Я сказал: три вещи совершенно неприемлемы: 1) упоминание главных городов хотя бы в качестве временной стоянки48; 2) Питрагс, он создаст беспокойную обстановку для наших мирных рыбаков, и там мы сами можем установить батарею, если будет нужно; и 3) 50 ООО - численность вооруженных сил, это означает 21 х 249, то есть столько же, сколько составляет вся наша армия.

    Затем началось аргументирование. Мой главный аргумент: у общественности должно сложиться впечатление, что это - дружественный шаг, а не навязанное бремя, которое приведет к господству. Коцикьш и я привели еще ряд аргументов стратегического и военного характера. Сталин показал удивившие нас познания в военной области и свое искусство оперировать цифрами. Он удивился, почему у нас дивизии такие маленькие, и сказал, что через Ирбентский пролив легко могут пройти 1500-тонные подводные лодки и обстрелять Ригу из четырехдюймовых орудий. Батареи у пролива должны находиться под одним командованием, иначе не смогут действовать. Я возражал, особенно на его слова о том, как бы не произошла стрельба латвийских батарей по советским и наоборот. Я заявил, что здесь как раз мог бы представиться случай продемонстрировать перед общественным мнением наше сотрудничество. Тогда Сталин, прохаживаясь мимо меня, сказал, дабы облегчить мое положение, что можно было бы исключить Ригу (комедийная перебранка с Молотовым, заявившим, что это - нехорошо). После этого Сталин образно показал, положив на стол карту, что подводным лодкам придется шнырять50 туда-сюда при поддержке авиации, и сложилось впечатление, что по всему побережью будет большая активность. Затем снова перескочили на гарнизоны, и Сталин назвал их численность в 40 ООО. Принялся считать, сколько жителей у нас и сколько в Эстонии. Насчитал 4 авиационных полка с 240 самолетами (меньше, чем вы получили из Польши), одну или две танковые бригады и одну пехотную бригаду (лучше было бы считать дивизии). Получается 38 000-40 000, хотите 38 000; если меньше, то эстонцы смеяться станут.

    Аэродромов требуется четыре; в Лиепае, Вентспилсе, у Ирбентского пролива и ка литовской границе.

    Вам нечего бояться. Содержите 100 000 человек. Ваши стрелки были хороши, а ваша армия лучше, чем эстонская. В Эстонии тоже критиковали договор: 1) одни говорили: измена; 2) другие: спасение; 3) третьи: поживем - увидим.

    Гарнизоны останутся только на время нынешней войны, а когда она окончится - выведем. По аэродрому достаточно метнуть ручную гранату, и с ним все покончено. Если аэродромы будут нашими, то станут немного побаиваться. Небо будет пылать от борьбы гигантов.

    Так перескакивали с одного предмета на другой. Когда я снова принялся пространно аргументировать насчет Питр area, он сказал: может быть, н в Питрагсе не нужно аэродрома? Но батареи действуют согласованно с зенитками51 и авиацией. Базу можно отодвинуть на 40 км. Мы в один голос спросили: в глубь страны? Да, а почему бы нет? Он снова подчеркнул, что на войне нейтралов больше не будет. Но как только война окончится, отведем. Нам нужны порты на Балтийском море, эстонские - замерзают.

    Потом опять снизили численность до 30 ООО (в своей аргументации я особенно указывал на величину нашей армии), только на 5000 больше, чем в Эстонии. Я подчеркнул, что примерно столько же, сколько в Эстонии. Истинно азиатская торговля.

    Бек все промотал52. Им предлагали помощь без гарнизонов, с лучшими намерениями. Ответ был такой: нам ваша помощь не нужна, и покрутили все по-польски. Наше слово крепкое, возьмите Монголию53. После заключения такого договора каждый будет знать: здесь два хозяина - латыши и русские.

    Не достигнув никакого согласия, мы расстались до 18 час. 00 мин. 3 октября.

    Пер. с лат. яз.

    АВП СССР, ф. 06, on. 1, п. 12, д. 119а, л. 3—8. Опубл.:

    Latvian — Russian Relations. Documents. — Wash.,

    1944.-P. 192-194.

    58. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ ИЛ» СТАЛИНА И &М. МОЛОТОВА С ЛАТВИЙСКОЙ

    ДЕЛЕГАЦИЕЙ54

    3 октября 1939 г.

    18 час. 00 мин. —20 час. 00 мин.

    Зачитал свое разъяснение:

    ”Мы внимательно изучили проект и тщательно взвесили все, что между нами было переговорено вчера.

    В этой связи я могу сооблщть следующее:

    1) Несмотря на то что существование договора о ненападении и дружбе между СССР и Германией и наши политические взаимоотношения с обеими великими державами, в сферу интересов которых входит Балтийское море, не дают повода говорить о каком бы то ни было элементе небезопасности, мы признаем, что в случае длительной войны могут создаться новые обстоятельства в Балтийском море, и поэтому не отказываемся от предложенного принципа взаимопомощи.

    2) Ввиду того что материальные постановления ст. Ill и секретного протокола имеют чисто стратегический характер и обосновываются стратегическими соображениями, им в максимальной мере следует придать временный характер, ограничиваясь при их проведении исключительно периодом войны.

    3) Самым существенным, однако, мы считаем уже вчера мной изложенный и неоднократно подчеркнутый принцип, что заключение настоящего договора не должно в глазах латвийского народа являться навязанным тяжелым бременем, в котором общественное мнение усмотрело бы ограничение военной и вследствие этого и политической независимости государства и угрозу свободному существованию и развитию народа в будущем. При тех военных мерах, которые Вами намечались вчера, даже после их сужения исключением главного города Латвии из договора и уменьшением общей численности гарнизонов, нет ни малейшего сомнения, что договор будет истолкован как создающий нечто вроде протектората -неприемлемое для свободолюбивого народа положение, тем более что силы латвийской армии при тех возможностях, которые открывает ст. II проекта, в данное время совершенно достаточны, чтобы обеспечить безопасность Латвии и посредственно - СССР.

    Поэтому я, как уполномоченный Латвийского правительства, зная взгляды его и настроение общественного мнения, не мог бы предложить принять постановления проекта как базу для договора даже при тех "уступках”, как Вы их называли вчера, хотя уступки тут вообще происходят только с нашей стороны.

    4) Анализируя предложенный проект и считаясь с тем, что вопрос о стоянке в Рижском порту отпал, главные возражения концентрируются на трех вопросах:

    а) требования баз в двух, то есть, другими словами, во всех незамерзающих портах Латвии;

    такое положение не может быть признано приемлемым. Военно-морская база вносит новый элемент в жизнь и функционирование порта, и мы предвидим, что будем вынуждены произвести известные перемены ныне существующих диспозиций одинаково военного, так и коммерческого и административного характера. Особенно затруднительно это было бы в городе Лиепая, живущем сложной жизнью именно такого военного, коммерческого и административного центра - самого крупного после Риги города. Я предлагаю поэтому при выборе военно-морской базы ограничиться Вентспилсским портом.

    Это облегчит и трактование второго затруднения, а именно:

    б) требования какой бы то ни было базы у Питрагс. Во-первых, это было бы вторжение в мирную жизнь рыбацкого населения (которое занимается своим промыслом вдоль всего побережья - в море и на берегу) без всякой на то необходимости; во-вторых, насколько вчера выяснилось, там скорее задумана батарея береговой артиллерии и зенитные орудия для ее охраны. Это, как я уже говорил вчера, мы можем взять на себя, считаясь с техническими пожеланиями советской стороны.

    Наконец, в-третьих, я в полной мере поддерживаю все свои возражения относительно (в) — численности гарнизонов -и не могу идти дальше мирного состава нашей армии, то есть 20 ООО. И это уже после всестороннего обсуждения является тяжелым весом над стратегической подвижностью нашей армии, но ввиду настойчивости вашего требования я готов до этой границы идти навстречу, считаясь с тем, что мы по крайней мере будем иметь аргумент против критики и недоверия нашего населения, которое неизбежно воспримет появление чужих военных сил в количестве, равном нашей армии, как факт, чреватый тяжелыми последствиями.

    Чтобы смягчить это впечатление, я считаю необходимым оговаривать в постановлениях, относящихся к численности гарнизонов, не только, что эта мера будет длиться только во время ’’происходящей ныне в Европе войны”, но и то, что по окончании этой войны гарнизоны будут немедленно отозваны”55.

    Молотов (Сталин пишет, чертит, прохаживается, хватает книги и газеты): наши вчерашние уступки окончательные. Теперь вы отступаете. Бели изъять из содержания столь существенные моменты, то мы лишим договор его ценности. По размерам вы крупнее, чем Эстония, а дать хотите меньше. Оба порта небольшие, большие корабли там стоять не смогут. Питрагс надо поставить под единое командование, иное решение нецелесообразно. У вас 60 ООО айзеаргов56, ну, скажем, -40 ООО, это все равно. Наши военные численность в 30 ООО считают неприемлемой. Ваши предложения совершенно неприемлемы. В таком виде проект окажется малоценным, и тогда о безопасности не может быть и речи. Учтите обстановку57.

    Я снова возражал. Тогда переговоры, как вчера, стал вести Сталин: вы исходите из мирной обстановки, а надо исходить из худшей (это замечание и другие его высказывания поддерживал время от времени слащавым тоном Потемкин). У меня есть только одно улучшение: к ст. III добавить ”в целях обеспечения безопасности границ СССР и укрепления своей собственной независимости”58. Я принял, но потребовал исключения слова "границ”. Вы нам не доверяете, и мы вам тоже немного не доверяем. Вы полагаете, что мы вас хотим захватить59. Мы могли бы это сделать прямо сейчас, но мы этого не делаем. Рига является центром антисоветской агитации (это было сказано в ответ на мое заверение, что у нас нет недоверия, и на вопрос, почему нам не доверяют). В Лиепае будет небольшая база. Кроме того, мы будем просить пропускать через нее товары. Я спросил: с коммерческими намерениями? Да, чтобы не везти через Мурманск. Мы будем платить по вашему тарифу, и наступит большое оживление. Лиепая и Вентспилс — это дело небольшое, это - не Ганге и Таллинн. Мы не хотим опоздать. У вас было времени в два раза больше, чем у эстонцев. Вы же видите, как эстонский народ оценивает договор. Лучше всего это доказывает телеграмма Сельтера. Эстонцы были первыми, им было гораздо труднее. Ваша армия остается нетронутой. За пару дней вы можете поднять свои вооруженные силы, а мы быстро ничего не сможем сделать на своей обширной территории. Мы мобилизовываем 3,5 млн. человек за 6 дней. Наши гарнизоны будут представлять собой предупредительную силу60. Если война расширится, надо будет договор позднее еще дополнить. В Питрагсе мы не станем причинять беспокойства вашим рыбакам, артиллерия будет заключена в башни, пусть они ловят рыбу сколько угодно. У нас в Петропавловске есть база, но мы и японцы занимаемся рыболовством сколько захотим. Если нужно, можем рыбакам помочь.

    Я пытался убедить в том, чтобы ограничиться все же одним Вектспнлсом, а если обстановка обострится, то можно было бы поднять вопрос о Лиепае. Отклоняли. Немцы могут напасть. В течение б лет немецкие фашисты и коммунисты ругали друг друга. Сейчас произошел неожиданный поворот вопреки истории, но уповать на него нельзя. Нам загодя надо готовиться. Другие, кто не был готов, за это поплатились.

    Начали читать тексты. Приняли добавление 1 к статье V. Когда зашла речь о статье VI, я спросил: почему для нас 15 лет, а у эстонцев только 10? Во-первых, чтобы сделать шаг вперед, а во-вторых, вы для нас психологически ближе, чем эстонцы.

    По пункту 1 конфиденциального протокола - длительный спор по формулировке о том, что после окончания войны надо вывести вооруженные силы. Ясно: базы - на период действия договора, а гарнизоны - до окончания войны. Не хотят подставлять эстонцев под удар. Именно такой была формулировка Сельтера. А теперь получится, что вы в выигрыше. Письмо тоже не подходит. Нельзя прямо на другой день изменять подписанный договор, бы уже все записали. Сталин: если позволено сделать лирическое отступление61, и затем последовал пространный экскурс в область филологии и этнографии, который свелся к выяснению, в чем сходство между латышами и литовцами. Говорил о поляках и болгарах; завоеванные меньшинства оказываются ассимилированными: турки - в Болгарии, норвежцы - в России, немцы - во Франции.

    Затем перешли к моим 11 пунктам (см. приложение) (10-й пункт уже покрыт новой редакцией статьи V). По 9-му не согласился. По 1-му, 4-му и 5-му пунктам он сказал, что расположение аэродромов можно определить только на местах. Бели возникнут разногласия, начнем новые прямые переговоры. Однако следует помнить, что таким способом недопустимо вести дело к затягиванию. Мы не требуем выселять62 людей с мест. Пожалуй, надо будет у моря63. А нельзя ли около Елгавы? Вообще он стал казаться очень задумчивым, когда мы ему рассказали о наших условиях в сельской местности. У нас, правда, имеются более широкие возможности. Он признал, что пути сообщений - проблема серьезная. А нельзя ли около железнодорожных станций? Ну, тогда, может быть, станем подвозить по шоссейным дорогам. По 8-му пункту: принимает изменения в 3-м пункте протокола. 3-й, 7-й и 11-й пункты считает логичными и дельными; посмотрим, что еще скажет Микоян.

    2-й и 6-й пункты признает правильными. А вы наших моряков станете пускать к девицам или нет? В выходные дни64? Они ведут себя хорошо. Между тем были им внесены некоторые политические замечания:

    Еще в августе немцы в переговорах о разделе сфер влияния называли Даугаву, что означало разделение Латвии на две части, Русские не согласились, заявив, что так обращаться с народом нельзя. Немцы вообще действуют топорно; к примеру, намереваются переделать чехов в немцев. Уже тогда русские заявили о своем интересе в Лиепае. Не исключено, что немецкие притязания еще возродятся.

    Чехи хотели сражаться, и армейское командование поддерживало, но руководители помешали65.

    Англичане,'как рассказали эстонцы, еще несколько лет тому назад хотели купить острова Саамсалу и Даго.

    Благодаря присутствию наших вооруженных сил и наличию баз товарооборот в ваших портах значительно возрастет.

    Не была принята статья III, а по 1-му пункту протокола разошлись во мнениях. Молотов добавил: лучше всего было бы подписать договор сегодня вечером, и тогда завтра отпразднуем и дадим в печать.

    Сердились, что эстонцы разгласили сведения о численности в 25 ООО.

    ПРИЛОЖЕНИЕ******

    В заключение - и всегда по тем же мотивам создания атмосферы доверия и избежания подозрений о намерениях СССР - я считаю необходимым уже теперь условиться хотя бы в принципе о проведении в жизнь некоторых деталей, вытекающих из ст. III:

    1) Месторасположение аэродромов.

    2) Принцип полного разграничения арендуемых участков от прилегающей территории.

    3) Принцип, что все строительные работы будут производиться латышскими рабочими, законтрактованными через Центральную Труда (Darba Centrale), и материалами латвийского происхождения, поскольку такие могут быть предоставлены, зачисляя их по желанию Латвийского правительства в экспорт Латвии в СССР.

    4) Принцип, что арендуемые участки будут общаться с СССР морским или воздушным путем, в последнем случае по линиям, установленным по взаимному соглашению.

    5) Аэродромы должны быть расположены так, чтобы они прилегали к морю (в противном случае могут возникнуть всякие недоразумения и необходимость дополнительных построек).

    6) Принцип, что правила сообщения гарнизонов с территорией вне ограниченных арендуемых участков будут установлены по взаимному соглашению, допуская контакт только с указанными Латвийским правительством учреждениями. Ввод и вывод гарнизонов - морским или воздушным путем.

    7) Поскольку гарнизоны с согласия Латвийского правительства будут делать иэвестиые закупки в Латвии, как, например, продовольствие, эти закупки по желанию Латвийского правительства могут быть зачислены в экспорт.

    8) Разногласия, могущие возникнуть при определении мест и границ базы и аэродромов и вообще в . работе смешанной паритетной комиссии, разрешаются правительствами путем дипломатическим или непосредственными переговорами.

    9) Нежелательно вводить в Латвию танковые войска, поскольку последние являются орудием наступательным, а не оборонительным.

    10) К военным мероприятиям Латвии всецело относятся положения абэ. 1 ст. V.

    11) Арендная плата по желанию Латвийского правительства может зачисляться в экспорт Латвии в СССР.

    Пер. с лат. яз.

    АВП CCCF, ф. 06, on. 1, п. 12, д. 119а, л. 9—17.

    Опубл.: LaMan-Huxdan Relations. Documents. —

    Wash., 1944,— P. 194-198.

    59. СООБЩЕНИЕ ТАСС О ПРИБЫТИИ В МОСКВУ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ

    ДЕЛ ЛАТВИИ В. МУНТЕРСА

    3 октября 1939 г.

    2 октября с.г. в Москву прибыл министр иностранных дел Латвии г-н Мунтерс в сопровождении г-на А. Кампе. Одновременно с министром прибыли полпред СССР в Латвии тов. И.С. Зотов и торгпред СССР в Латвии тов. В.Я. Терентьев.

    В Центральном аэропорту г-на Мунтерса встретили: зам. Народного Комиссара иностранных дел тов. С.А. Лозовский, зам. Председателя Моссовета тов. М.А. Яснов, зав. Протокольным отделом НКИД тов. В.Н. Барков, зав. Отделом Прибалтийских стран НКИД тов. А.П. Васюков, комендант г. Москвы полковник В.А. Ревякин, весь состав латвийской миссии в Москве во главе с Чрезвычайным

    Посланником и Полномочным Министром г-ном Ф. Коциныием, а также Чрезвычайный Посланник и Полномочный Министр Эстонии г-н Рей и поверенный в делах Литвы в СССР г-н Багдонас.

    Центральный аэропорт был украшен советскими и латвийскими флагами.

    Известия. —1939. — 3 окт.

    60. ОБМЕН ТЕЛЕГРАММАМИ МЕЖДУ МИНИСТРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЭСТОНИИ К. СЕЛЬТЕРОМ И НАРКОМОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР &М. МОЛОТОВЫМ

    3 октября 1939 г.66

    ПРЕДСЕДАТЕЛЮ СОВНАРКОМА И НАРКОМУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ МОЛОТОВУ

    Таллинн    Москва

    Вернувшись на родину, прошу Вас, господин Председатель, принять лично и передать вождю народов СССР Сталину, а также наркому Микояну искреннюю благодарность Эстонского правительства за мудрое руководство политическими и хозяйственными переговорами в Москве и за счастливое приведение их к новым дружественным соглашениям между нашими государствами для дальнейшего развития их добрососедского и мирного сотрудничества. Одновременно прошу принять искреннюю благодарность за оказанное мне и моим спутникам гостеприимство.

    Сельтер Миникдел Эстонии

    МИНИСТРУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЭСТОНИИ СЕЛЬТЕРУ

    Таллинн

    Сердечно благодарю Вас, Господин Министр, за Ваше теплое приветствие и выраженные Вами чувства по случаю состоявшегося между Эстонской Республикой и Советским Союзом дружественного соглашения и нашей совместной работы по подготовке этого соглашения на пользу дальнейшего сотрудничества и мирного развития народов Эстонии и Советского Союза. Позвольте выразить уверенность в том, что наше новое соглашение создаст благоприятные возможности для подъема и расцвета жизни народов Эстонии и Советского Союза.

    Молотов Председатель Совнаркома и Наркомикдел СССР

    Известия. —1939. — 3 окт.

    61. СООБЩЕНИЕ ТАСС О ПРИБЫТИИ В МОСКВУ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЛИТВЫ Ю. УРБШИСА

    4 октября 1939 г.

    3 октября с.г. в Москву прибыл Министр иностранных дел Литвы г-н Урбшис в сопровождении Чрезвычайного посланника и Полномочного министра Литвы г-на Наткевичиуса и личного секретаря министра г-на Свелникаса, Одновременно с министром прибыли поверенный в делах СССР в Литве тов. Н.Г. Поздняков и торгпред СССР в Литве тов. С.А. Ефанов.

    В Центральном аэропорту г-на Урбшиса встретили Зам. Народного Комиссара Иностранных Дел тов. С.А. Лозовский» Зам. Народного Комиссара Внешней Торговли тов. М.С. Степанов, Зам. Председателя Моссовета тов. М.А. Яснов, Зав. Протокольным отделом НКИД тов. В.Н. Барков, Зав. Отделом Прибалтийских стран тов. А.П. Басюков, комендант г. Москвы Комбриг тов. В.А. Ревякин, и.о. начальника Отдела Договоров Наркомвнешторга тов. Д.Д. Мишустин, весь состав литовской миссии в Москве во главе с поверенным в делах г-ном Багдонасом, советник эстонской миссии г-н Оянсон, 1-й секретарь латвийской миссии г-н Альберте.

    Центральный аэропорт был украшен советскими и литовскими флагами.

    Известия. —1939. — 4 окт.

    62. ТЕЛЕГРАММА НАРКОМА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М. МОЛОТОВА ПОЛПРЕДУ СССР В ЭСТОНИИ КЛ. НИКИТИНУ

    4 октября 1939 г.

    От размещения наших войск и аэродромов в Валге и центральных районах Эстонии предлагаем отказаться. Советуем ограничиться, как местами размещения наших войск, прибрежными районами, островами и р-ном Балтийского порта67.

    Молотое

    АВП СССР, ф. 059, оп. 1,п. 306, д. 2112, п. 79.

    63. ПАКТ О ВЗАИМОПОМОЩИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ

    СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ЛАТВИЙСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ

    5 октября 1939 г.

    Президиум Верховного Совета СССР, с одной стороны, и Президент Латвийской Республики, с другой стороны, в целях развития установленных мирным договором от 11 августа 1920 г. дружественных отношений, основанных на признании независимой государственности и невмешательства во внутренние дела другой Стороны:

    признавая, что мирный договор от И августа 1920 г. и договор о ненападении и мирном разрешении конфликтов от 5 февраля 1932 г. по-прежнему являются прочной основой их взаимных отношений и обязательств;

    убежденные, что интересам обеих Договаривающихся Сторон соответствует определение точных условий обеспечения взаимной безопасности,

    признали необходимым заключить между собой нижеследующий пакт о взаимопомощи и назначили для этой цели своими уполномоченными Президиум Верховного Совета СССР:

    В.М. Молотова, Председателя Совета Народных Комиссаров и Народного Комиссара Иностранных Дел,

    Президент Латвийской Республики:

    Вильгельма Мунтерса, Министра Иностранных Дел, каковые уполномоченные, по взаимном предъявлении своих полномочий, найденных составленными в должной форме и надлежащем порядке, согласились о нижеследующем.

    Статья I

    Обе Договаривающиеся Стороны обязуются оказывать друг другу всяческую помощь, в том числе и военную, в случае возникновения прямого нападения или угрозы нападения со стороны любой великой европейской державы по отношению морских границ Договаривающихся Сторон в Балтийском море или сухопутных их границ через территорию Эстонской или Литовской Республик, а равно и указанных в статье III баз.

    Статья II

    Советский Союз обязуется оказывать Латвийской армии помощь на льготных условиях вооружением и прочими военными материалами.

    Статья III

    Латвийская Республика, в целях обеспечения безопасности СССР и укрепления своей собственной независимости, предоставляет Союзу право иметь в городах Лиепая (Либава) и Вектспилс (Виндава) базы военно-морского флота и несколько аэродромов для авиации, на правах аренды по сходной цене. Точные места для баз и аэродромов отводятся, и их границы определяются по взаимному соглашению68.

    В целях охраны Ирбенского пролива Советскому Союзу предоставляется право, на тех же условиях, соорудить базу береговой артиллерии на побережье между Вентспилсом и Питрагсом.

    В целях охраны морских баз, аэродромов и базы береговой артиллерии Советский Союз имеет право держать в участках, отведенных под базы и аэродромы, за свой счет строго ограниченное количество советских наземных и воздушных вооруженных сил, максимальная численность которых определяется особым соглашением.

    Обе Договаривающиеся Стороны обязуются не заключать каких-либо союзов или участвовать в коалициях, направленных против одной из Договаривающихся Сторон.

    Статья V

    Проведение в жизнь настоящего пакта ни в какой мере не должно затрагивать1 суверенных прав Договаривающихся Сторон, в частности их государственного устройства, экономической и социальной системы и военных мероприятий.

    Участки, отводимые под базы и аэродромы (ст. III), остаются территорией Латвийской Республики,

    Статья VI

    Настоящий пакт вступает в силу с обменом актов о ратификации. Обмен актов будет произведен в городе Риге в течение шести дней со дня подписания настоящего пакта.

    Срок действия настоящего пакта десять лет, причем, если одна из Договаривающихся Сторон не признает необходимым денонсировать настоящий пакт за год до истечения срока, последний автоматически продолжает свое действие ка следующие десять лет.

    В удостоверение чего поименованные выше уполномоченные подписали настоящий пакт и приложили к нему свои печати.

    Учинено в гор. Москве в двух оригиналах, на русском и латышском языках, 5 октября 1939 г.

    В. Молотов В. Мунтерс

    Извести. —1939. — 6 окг.

    АВП СССР, ф. За — Латвия, д. 139.

    ПРИЛОЖЕНИЕ

    КОНФИДЕНЦИАЛЬНЫЙ ПРОТОКОЛ

    I

    Условлено, что в целях предупреждения и пресечения попыток втянуть Договаривающиеся Стороны в происходящую ныне в Европе войну СССР имеет право, на время этой войны, держать на отведенных под аэродромы и базы участках (ст. III Пакта) отдельными гарнизонами в общей сложности до двадцати пяти тысяч человек наземных и воздушных вооруженных сил.

    II

    Обусловленная в ст. I Пакта помощь оказывается по изъявленному желанию другой стороны, причем с обоюдного согласия сторона, обязанная к оказанию помощи, может, в случае войны другой стороны с третьей державой, остаться нейтральной.

    Для наблюдения за проведением в жизнь настоящего Пакта и разрешения возникающих при этом вопросов образуется Смешанная Комиссия на паритетных началах, которая выработает правила своего делопроизводства.

    В случае возникновения разногласий при определении мест и границ баз и аэродромов и вообще в работе Смешанной Паритетной Комиссии спорные вопросы разрешаются дипломатическим путем или непосредственными переговорами между Правительствами.

    IV

    Настоящий конфиденциальный протокол является приложением к Пакту о взаимопомощи между СССР и Латвией, заключенному 5 октября 1939 г.

    Москва, 5 октября 1939 г.

    В. Молотов В. Мунтерс

    АВП СССР, ф. 03а — Латвия, д. 139.

    64. ТЕЛЕГРАММА ВРЕМЕННОГО ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В ЛИТВЕ B.C. СЕМЕНОВА В НКИД СССР

    5 октября 1939 г.

    Журналист Палецкис сообщил сегодня следующее. В Литве образовался комитет, объединяющий коммунистов, ляудининков и социал-демократов. Учитывая настроение масс, комитет решил выступить с требованием литовской народной республики. Подготовлен манифест. Выступление предполагалось перед отъездом Урбшиса в Москву для того, чтобы показать Советскому правительству настроение народа. Палецкис интересовался, могу ли помочь их выступлению советом. Было отвечено, что советов дать не можем, поскольку во внутренние дела мы не вмешиваемся.

    Поверенный в делах

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 299, д. 2063, л. 101.

    65. СООБЩЕНИЕ ТАСС ОБ ОБМЕНЕ РАТИФИКАЦИОННЫМИ ГРАМОТАМИ МЕЖДУ СССР И ЭСТОНИЕЙ

    5 октября 1939 г.

    4 октября в Министерстве иностранных дел Эстонии министр иностранных дел г-н К. Сельтер и представитель Советского Союза тов. Бочкарев обменялись грамотами о ратификации Пакта о взаимопомощи между СССР и Эстонией.

    С момента обмена ратификационными грамотами Пакт о взаимопомощи между СССР и Эстонией, в соответствии со статьей VI пакта, вступил в силу.

    Извеокя. —1939. — 5 окт.

    66. КОММЮНИКЕ О СОВЕТСКО-ЛАТВИЙСКИХ ПЕРЕГОВОРАХ

    6 октября 1939 г.

    В беседе, имевшей место в связи с подписанием латвийско-советского Пакта о взаимопомощи между Председателем СНК, Народным Комиссаром Иностранных Дел СССР В.М. Молотовым и Министром Иностранных Дел Латвии г-ном В. Мун-терсом в присутствии И.В. Сталина и Латвийского посланника г-на Ф. Коцинына, обе стороны установили свое единогласное мнение о том, что в интересах успешного проведения в жизнь Пакта о взаимопомощи необходимым фактором является взаимное доверие, установившееся в течение долгих лет развития существующих дружественных взаимоотношений между обоими государствами.

    Положив в основу Пакта о взаимопомощи незыблемые положения Мирного договора и Договора о ненападении, обе стороны скова подтвердили безоговорочное признание суверенных прав каждого государства, их принципа невмешательства в его внутренние дела. Убедившись на долголетнем опыте, что различие государственных систем обеих стран не является препятствием для плодотворного сотрудничества между ними, каждая сторона заявила, что в новых обстоятельствах, созданных Пактом о взаимопомощи, она всегда будет руководствоваться уважением к государственной, социальной и экономической структуре другой стороны, укрепляя таким образом основы мирного добрососедского сотрудничества между их народами.

    Известия. —1939. — 6 окт. Опубл.: Восстановление Советской власти в Латвии и вхождение Латвийской ССР в состав СССР. Документы и материалы. — Рига, 1986 (далее: Восстановление Советской власти в Латвии».). — С. 101.

    67. ИЗ ТЕЛЕГРАММЫ ПОЛПРЕДА СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ 1Ш. МАЙСКОГО В НКИД СССР

    7 октября 1939 г.

    [...]3. Черчилль исходит из того положения, которое он защищал и раньше, что основные интересы Англии и СССР в наши дни нигде не сталкиваются. Первоначальный шок, вызванный советско-германским пактом о ненападении, и последующие события многих в Англии вывели из равновесия и лишили способности видеть вещи в их подлинной перспективе. Сейчас многое изменилось. С точки зрения правильно понятых интересов Англии тот факт, что весь восток и юго-восток Европы находятся вне зоны войны, имеет не отрицательное, а положительное значение. Равным образом Англия не имеет оснований возражать против действий СССР в Прибалтике. Конечно, кое-кто из сентиментальных либералов и лейбористов может пускать слезы по поводу "русского протектората" над Эстонией или Латвией, но к этому нельзя относиться серьезно. Черчилль прекрасно понимает, что СССР должен быть хозяином на восточном берегу Балтийского моря, и он очень рад, что балтийские страны включаются в нашу, а не в германскую государственную систему. Это исторически нормально и вместе с тем сокращает возможный ”лебенсраум”69 для Гитлера. Здесь опять-таки интересы Англии и СССР не сталкиваются, а скорее совпадают. [...]

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 300, д. 2078, л. 145-146.

    68. ОБМЕН ТЕЛЕГРАММАМИ МЕЖДУ МИНИСТРОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЛАТВИИ В. МУНТЕРСОМ И НАРКОМОМ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР В.М. МОЛОТОВЫМ

    8 октября 1939 г. 70

    ПРЕДСЕДАТЕЛЮ СОВНАРКОМА И НАРКОМУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ МОЛОТОВУ

    Бигосово    Москва

    Покидая пределы Советского Союза, прошу принять выражение моей глубокой признательности за оказанное мне гостеприимство и за Ваше деятельное участие в успешно закончившихся переговорах.

    В особенности прошу передать мою искреннюю благодарность И.В. Сталину, благодаря высокому авторитету которого удалось достигнуть быстрых решений в атмосфере взаимного доверия и укрепить дружбу между Латвией и Советским Союзом.

    Мунтерс, Мининдел Латвии

    МИНИСТРУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЛАТВИИ МУНТБРСУ

    Рига

    Весьма признателен Вам за Ваше искреннее приветствие и выраженные Вами чувства1 по случаю состоявшегося между Советским Союзом и Латвийской Республикой нового соглашения о дальнейшем сближении и тесном сотрудничестве между нашими странами, в котором Вы, г-н министр, приняли столь близкое и активное участие.

    Выражаю твердую уверенность, что это соглашение послужит делу прочного мира и процветанию народов Латвии и СССР.

    Молотов

    Известил —1939. — 8 окт.

    69. СООБЩЕНИЕ ТАСС О ПРИЕЗДЕ ЛИТОВСКОЙ ПРАВИТЕЛЬСТВЕННОЙ ДЕЛЕГАЦИИ

    8 октября 1939 г.

    7 октября с.г. прибыла Литовская Правительственная делегация в составе Министра Иностранных Дел г-на Ю. Урбшиса» который вновь прибыл в Москву после кратковременной поездки в Литву» заместителя Председателя Совета Министров г-на К. Бизаускаса» командующего литовской Армией генерала С. Рашти-киса. Делегацию сопровождают Директор Экономического Департамента г-н И. Норкайтис и ряд экспертов.

    В Центральном Аэропорту делегацию встречали: Зам. Наркома Иностранных Дел тов. С.А. Лозовский» Зам. Наркома Внешней Торговли тов. М.С. Степанов, Зам. Начальника Генерального штаба РККА комкор тов. И.В. Смородинов, Зам. Председателя Моссовета тов. М.А. Яснов, поверенный в делах СССР в Литве тов.

    Н.Г. Поздняков, Торгпред СССР в Литве тов. С.А. Ефанов, Зав. Протокольным Отделом НКИД тов. ВЛ. Барков, Зав. Отделом Прибалтийских стран НКИД тов.

    А.П. Басюков, комендант г. Москвы комбриг тов. В.А. Ревякин, Нач. Отдела Внешних Сношений НКО полковник тов. Г.И. Осетров, и.о. нач. Отд. Договоров НКВТ тов. Д.Д. Мишустин, а также весь состав Литовской Миссии в Москве во главе с посланником г-ном Наткевичиусом.

    Аэропорт был украшен советскими и литовскими флагами.

    Известия. —1939. — 8 окт.

    70. СООБЩЕНИЕ ТАСС О РАТИФИКАЦИИ СОВЕТСКО-ЛАТВИЙСКОГО ПАКТА О ВЗАИМОПОМОЩИ

    9 октября 1939 г.

    Президиум Верховного Совета СССР 8 октября ратифицировал советско-латвийский Пакт о взаимопомощи, заключенный в Москве 5 октября с.г.

    Известия. —1939. — 9 окт.

    71. ЗАЯВЛЕНИЕ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЛАТВИИ В. МУНТЕРСА ПРЕДСТАВИТЕЛЯМ ПЕЧАТИ (ИНФОРМАЦИЯ ТАСС)

    9 октября 1939 г.

    Министр иностранных дел Латвии Мунтерс принял сегодня представителей печати. В интервью» данном им в связи с предстоящей ратификацией советско-латвийского пакта о взаимопомощи, Мунтерс, между прочим, заявил:

    — Накануне ратификации договора мне хотелось бы разъяснить его политическую основу. Почему именно выбрана форма пакта о взаимопомощи? В данном случае находят себе выражение желания обоих государств сохранить мир и статус-кво на Балтийском море. Это подкрепляется ссылкой на латвийско-советский мирный договор, на договор о ненападении и на статью 5 самого пакта, который недвусмысленным образом определяет} что суверенные права обоих государств не затрагиваются.

    Следует снова напомнить о том, что пакт заключен в военных условиях, когда возможны всякие неожиданности и когда события следуют с чрезвычайной стремительностью. Нежелание Латвии быть вовлеченной в войну было основной задачей нашей внешней политики с момента, когда возможность войны стала влиять на политическую жизнь всех государств. Одновременно мы должны признать, что вовлечение Латвии в войну означало бы угрозу СССР, с которым у нас имеется общая граница. Нынешнее положение на Балтийском море и на Восточно-балтийском побережье не дает никакого основания для опасений подобного рода.

    Принцип взаимного оказания помощи имеет в известной мере предупредительное значение. Этим подчеркивается, что предотвращение войны соответствует взаимным интересам обоих государств. Раз принцип взаимного оказания помощи был признан обеими сторонами, то встал вопрос и о видах этой помощи. Тут был избран путь, который отвечает географическому положению обеих сторон и их военным возможностям. Особенно важным является также совместно разработанное коммюнике, которое опубликовано в связи с подписанием пакта.

    В заключение мне хотелось бы подчеркнуть, что пакт укрепляет мир и безопасность.

    Известия. —1939. —10 окт.

    72. РЕЗОЛЮЦИЯ ОБЩЕГОРОДСКОГО СОБРАНИЯ СТАРОСТ РАБОЧИХ

    И ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ ПРОФСОЮЗОВ ТАЛЛИННА

    9 октября 1939 г.

    Старосты рабочих и представители профсоюзов г. Таллинна констатируют, что таллиннские рабочие восприняли с большой радостью сообщения о заключении обширного торгового соглашения и пакта о взаимопомощи между Эстонией и Советским Союзом. Рабочие уверены, что эти соглашения обеспечат эстонских рабочих постоянной работой, что в связи с этим будет ликвидирована безработица и улучшится экономическое положение трудящихся.

    Рабочие желают, чтобы в духе пакта о взаимопомощи, заключенного между Эстонией и Советским Союзом, в будущем происходило бы еще большее сближение трудящихся обеих стран. Эстонские трудящиеся всегда симпатизировали трудящимся Советского Союза, но, ввиду давления на них, они доселе не имели возможности огласить свою точку зрения по этому вопросу.

    Трудящиеся надеются, что в связи с заключением пакта это давление будет устранено, и приветствуют президента республики К. Пятса по случаю заключения пакта о взаимопомощи между Эстонией и Советским Союзом, также шлют наилучшие пожелания трудящимся Советского Союза и вождю народов Советского Союза Сталину.

    Пер. с эст. яз.

    ЦГАОР ЭССР, ф. 852, on. 1, д. 1535, л. 7. Опубл.:

    Социалистические революции в Эстонки и ее вхождение в состав СССР. 1917—1940L Документы и материалы. — Таллинн, 1987 (далее: Социалистические революции в Эстонии...). — С. 102—103.

    73. ДОГОВОР О ПЕРЕДАЧЕ ЛИТОВСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ ГОРОДА ВИЛЬНО И ВИЛЕНСКОЙ ОБЛАСТИ И О ВЗАИМОПОМОЩИ МЕЖДУ СОВЕТСКИМ СОЮЗОМ И ЛИТВОЙ

    10 октября 1939 г.

    Президиум Верховного Совета СССР, с одной стороны, и Президент Литовской Республики, с другой стороны,

    в целях развития установленных Мирным Договором от 12 июля 1920 г.' дружественных отношений, основанных на признании независимой государственности и невмешательства во внутренние дела другой Стороны;

    признавая, что Мирный Договор от 12 июля 1920 г. и Договор о ненападении и мирном разрешении конфликтов от 28 сентября 1926 г. по-прежнему являются прочной основой их взаимных отношений и обязательств;

    убежденные, что интересам обеих Договаривающихся Сторон соответствуют определение точных условий обеспечения взаимной безопасности и справедливое разрешение вопроса о государственной принадлежности гор. Вильно и Виленской области, незаконно отторгнутых Польшей от Литвы,

    признали необходимым заключить между собой нижеследующий договор о передаче Литовской Республике города Вильно и Виленской области и взаимопомощи между Советским Союзом и Литвой и назначили для этой цели своими уполномоченными:

    ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР:

    В.М. Молотова, Председателя Совета Народных Комиссаров и Народного Комиссара Иностранных Дел,

    ПРЕЗИДЕНТ ЛИТОВСКОЙ РЕСПУБЛИКИ:

    Юозаса Урбшиса, Министра Иностранных Дел, каковые уполномоченные, по взаимном предъявлении своих полномочий, найденных составленными в должной форме и надлежащем порядке, согласились о нижеследующем:

    Статья I

    В целях закрепления дружбы между СССР и Литвой гор. Вильно и Виленская область передаются Советским Союзом Литовской Республике со включением их в состав государственной территории Литвы и установлением границы между СССР и Литовской Республикой, согласно приложенной карте, причем более подробно эта граница будет описана в дополнительном протоколе.

    Статья II

    Советский Союз и Литовская Республика обязуются оказывать друг другу всяческую помощь, в том числе и военную, в случае нападения или угрозы нападения на Литву, а также в случае нападения или угрозы нападения через территорию Литвы на Советский Союз со стороны любой Европейской державы.

    Статья III

    Советский Союз обязуется оказывать Литовской Армии помощь на льготных условиях вооружением и прочими военными материалами.

    Советский Союз и Литовская Республика обязуются совместно осуществлять защиту государственных границ Литвы, для него Советскому Союзу предоставляется право держать в установленных по взаимному соглашению пунктах Литовской Республики за свой счет строго ограниченное количество советских наземных и воздушных вооруженных сил. Точное местопребывание этих войск и границы, в которых они могут быть расположены, их количество в каждом отдельном пункте, а также все другие вопросы, как-то: хозяйственного, административного, юрисдикционного характера и прочие, возникающие в связи с пребыванием Советских вооруженных сил на территории Литвы, согласно настоящего Договора будут регулироваться особыми соглашениями.

    Необходимые для этой цели участки и постройки будут отводиться Литовским Правительством на правах аренды по сходной цене.

    Статья V

    В случае угрозы нападения на Литву или на СССР через территорию Литвы, обе Договаривающиеся Стороны немедленно обсудят создавшееся положение и примут все меры, которые будут по взаимному соглашению признаны необходимыми, для обеспечения неприкосновенности территории Договаривающихся Сторон.

    Статья VI

    Обе Договаривающиеся Стороны обязуются не заключать каких-либо союзов или участвовать в коалициях, направленных против одной из Договаривающихся Сторон.

    Статья VII

    Проведение в жизнь настоящего Договора ни в коей мере не должно затрагивать суверенных прав Договаривающихся Сторон, в частности их государственного устройства, экономической и социальной системы, военных мероприятий и вообще принципа невмешательства во внутренние дела.

    Места пребывания советских наземных и воздушных вооруженных сил (ст. IV настоящего Договора) при всех обстоятельствах остаются составной частью территории Литовской Республики,

    Статья VIII

    Срок действия настоящего Договора в части, касающейся обязательств взаимной помощи между СССР и Литовской Республикой (ст. II-VII), - пятнадцать лет, причем, если за год до истечения указанного срока одна из Договаривающихся Сторон не признает необходимым денонсировать установленных на срок постановлений настоящего Договора, эти постановления автоматически сохраняют силу еще на следующие десять лет.

    Статья IX

    Настоящий Договор вступает в силу с обменом актов о ратификации. Обмен актов будет произведен в течение шести дней со дня подписания настоящего Договора в городе Каунасе.

    Настоящий Договор составлен в двух оригиналах, на русском и литовском языках, в городе Москве, 10 октября 1939 г.

    В. Молотов    Ю.    Урбшис

    Известия. —1939. —11 окт.

    АВП СССР, ф. За — Литва, д. 55.

    ПРИЛОЖЕНИЕ 1

    КОНФИДЕНЦИАЛЬНЫЙ ПРОТОКОЛ

    1

    Условлено, что для осуществления совместной защиты границ Литовской Республики СССР имеет право держать в определенных пунктах Литовской Республики (ст. IV договора) в общей сложности до двадцати тысяч человек наземных и воздушных вооруженных сил.

    2

    Обусловленная в статье II договора помощь оказывается по изъявленному желанию другой Стороны, причем с обоюдного согласия Сторона, обязанная к оказанию помощи, может, в случае войны другой Стороны с третьей державой, остаться нейтральной.

    3

    Для наблюдения за проведением в жизнь настоящего договора и разрешения возникающих вопросов образуется Смешанная Комиссия на паритетных началах, которая вырабатывает правила своего делопроизводства.

    Если по какому-либо вопросу, возникшему в связи с осуществлением настоящего договора, члены Комиссии не могли бы прийти к соглашению, то вопрос, по которому не состоялось соглашение, решается обычным дипломатическим путем. В случае, если этим путем соглашение не будет достигнуто, разногласие разрешается путем непосредственных переговоров между Правительствами обеих стран.

    4

    Настоящий конфиденциальный протокол является приложением к Договору о передаче Литовской Республике города Вильно и Виленской области и о взаимопомощи между Советским Союзом и Литвой, заключенному 10 октября 1939 г.

    В. Молотов    А). Урбшис

    АВП СССР, ф. 03а — Литва, д. 05.

    ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ ПРОТОКОЛ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ЛИТОВСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ

    21 октября 1939 г.

    Нижеподписавшиеся, соответственно уполномоченные на то Правительством Союза ССР и Правительством Литовской Республики, во исполнение статьи I Договора о передаче Литовской Республике города Вильно и Виленской области и о взаимопомощи между Советским Союзом и Литвой, заключенного в Москве 10 октября 1939 г., согласились о нижеследующем.

    I.

    Линия государственной границы между Союзом ССР и Литвой проходит следующим образом: от пункта на бывшей Латвийско-Польской границе, расположенного у западной окраины деревни Людвиново, граница идет на юг, по прямой условной линии к западной оконечности острова Сосновец на озере Дрысьвяты, оставляя на стороне СССР деревню Нурвяньце и остров Сосновец, а на стороне Литовской Республики фл.71 Миштовце и фл. Сорбашине.

    От юго-западной оконечности острова Сосновец граница несколько поворачивает к юго-западу и идет, по прямой условной линии, к устью реки Дрысьвята.

    Отсюда граница идет вверх по реке Дрысьвята до устья реки Опивардка, а затем по реке Опивардка до ее истока из озера Опиварда.

    Отсюда граница проходит по прямой линии через озеро Опиварда к протоке, соединяющей это озеро с озером Жилма, а затем идет по этой протоке к озеру Жилма.

    От северо-восточного берега озера Жилма граница вдет, по условной прямой линии, в юго-западном направлении, к озеру Олксна, пересекая озеро Жилма и оставляя на стороне СССР деревню Вилноки, а на стороне Литвы деревню Нагяны.

    От восточного берега озера Олксна граница проходит, по прямой линии, в северо-западном направлении к северо-западной оконечности этого озера.

    Отсюда граница поворачивает на юго-запад и идет, по прямой условной линии, к юго-восточной окраине деревни Чыжуны, оставляя последнюю на стороне Литвы, а деревни Олксна и Олкснайтис на стороне СССР.

    От юго-восточной окраины деревни Чыжуны граница вдет, по прямой условной линии, в юго-западном направлении к устью реки Дзисна, пересекая озеро Дзисна и озеро Дзисншце и оставляя на стороне Литвы деревню Дейлиды.

    От устья реки Дзисна граница идет вверх по этой реке до устья безымянного ручья, впадающего в эту реку примерно в 1500 метрах юго-восточнее деревни Новики, оставляя последнюю на стороне Литвы, а затем вверх по этому ручью до истока юго-восточнее деревни Юргелишки.

    Отсюда граница идет, по условной линии к юго-западной оконечности озера Шеминис к устью безымянного ручья, впадающего в это озеро, а затем вверх по этому ручью к северо-западной окраине деревни Дегуцишки 2, оставляя на сто-

    роне СССР озеро Шеминис, деревни Пленишки, Сенишки и Дегушшки 2, а на стороне Лнтвы деревни Юргелишки, Паукшты, Сенишки 1 и Хутники.

    От северо-западной окраины деревни Дегуцишки 2 граница идет, по условной прямой линии, в юго-западном направлении к северо-западной окраине деревни Куцишки, оставляя последнюю на стороне СССР, а деревню Бэцишки на стороне Литвы.

    Отсюда граница идет, по условной прямой линии, в юго-юго-эападном направлении к юго-западной оконечности озера Верекстис, оставляя деревню Пе-каришки на стороне СССР.

    Отсюда граница идет в юго-западном направлении, по условной прямой линии, к северной оконечности безымянного озера, находящегося примерно в 600 метрах юго-восточнее деревни Бецяны.

    От этого озера граница идет в южном и в юго-восточном направлении по протоке к северной оконечности безымянного озера у деревни Веляньце.

    От северной оконечности этого озера граница идет в юго-западном направлении до восточной окраины деревни Коэичин, оставляя деревни Зуйкишки, Со-болишки и Коэичин на стороне Литвы, а деревню Понижишки и г.двЛ, что в 1 км юго-западнее Понижишки на стороне СССР.

    От деревни Коэичин граница идет на юг, по условной прямой линии, до истоков безымянного ручья, что в 1000 метрах севернее Белька Весь, оставляя деревню Жыделе ка стороне Литвы и деревню Рымаше на стороне СССР.

    Затем граница проходит по безымянному ручью, что непосредственно западнее деревни Белька Весь и далее по условной прямой линии на юго-запад до деревни Новосюлки, оставляя деревни Шамине и Новосюлки на стороне Литвы и деревни Белька Весь, Бояры и Русалишки на стороне СССР.

    Отсюда граница идет в юго-западном направлении по восточной окраине деревни Новосюлки, по восточной окраине деревни Мункушки, на северо-восточную окраину деревни Пляушки, оставляя деревню Куце на стороне СССР, а деревню Мункушки на стороне Литвы.

    От деревни Пляушки граница идет в юго-западном направлении, по условной прямой линии, к северо-западной окраине деревни Пашканы, оставляя на стороне СССР деревни Верекале, Бжезняки и Пашканы, а на стороне Литвы деревню Пляушки и фл. Друсцякы.

    От деревни Пашканы граница идет в юго-западном направлении, по прямой условной линии, до деревни Ромалдувка, оставляя на стороне СССР деревни Ажу-ройсце и Межаны, а на стороне Литвы деревни Сенадвур и Богуцишки.

    Далее граница идет на юго-запад, по условной линии через восточную окраину деревни Киселишки, на северную окраину Войцкуны, оставляя на стороне СССР деревни Матусянце, Шакале, Маслишки и Антесоры, а на стороне Литвы деревни Киселишки, Елкишки и Рудалишки.

    Затем граница идет по северной окраине деревни Войцкуны, по западной окраине деревни Посоже и далее на юг к реке Едунка, оставляя Войцкуны и По-соже на стороне СССР,

    Отсюда граница идет вверх по реке Едунка до пересечения ее с дорогой Под-бродэе - Свенцяны.

    От этой дороги граница идет в юго-западном направлении, по условной прямой линии, к безымянному озеру у деревни Перки, оставляя на стороне СССР

    деревню Мераньце и безымянное озеро, а на стороне Литвы деревню Перки.

    От вышеупомянутого озера граница идет в юго-западном направлении, по условной линии к истоку реки Болошанка, а затем вниз по этой реке до впадения ее в реку Вилия и вниз по этой последней реке до западной окраины деревни Шукелишки.

    Отсюда граница идет в юго-западном направлении по безымянному ручью к северной окраине деревни Ишорыжки, оставляя последнюю на стороне СССР.

    Далее граница идет на юг по условной прямой линии до деревни Котлувка и далее на деревню Новосюлки, оставляя на стороне Литвы деревни Миндуцишки и Боловикине и на стороне СССР деревни Котлувка и Новосюлки.

    От деревни Новосюлки граница несколько поворачивает на юго-восток и выходит, по условной прямой линии, на реку Вилейка северо-западнее устья реки Красноборка, оставляя деревни Язово II и Яэово I на стороне Литвы.

    Отсюда граница идет вверх по реке Вилейка до пересечения ее дорогой Шумск - Нудэенишки, а затем проходит, по условной прямой линии, в юго-западном направлении, к юго-восточной окраине деревни Курганы, оставляя эту деревню на стороне Литвы, а деревню Кимяны на стороне СССР.

    От деревни Курганы граница идет в юго-западном направлении к северо-западной окраине деревни Дайкувка, оставляя на стороне СССР деревни Бояры и Дайнувка, а на стороне Литвы деревню Дайново.

    От деревни Дайнувка граница идет по безымянному ручью до впадения его в реку Мэрэчанка, оставляя на стороне СССР деревни Побене, Скуе и Грыги-Дальнэ, а на стороне Литвы фл. Дворце и деревню Грыги Забеньске.

    Отсюда граница идет вверх по реке Мэрэчанка, до северо-западной окраины деревни Сайлюки, затем проходит, по условной прямой линии, в юго-западном направлении, к восточной окраине деревни Янкуны, оставляя последнюю на стороне Литвы.

    От деревни Янкуны граница поворачивает на юго-запад и идет по условной прямой линии, к юго-восточной окраине деревни Смагуры, оставляя последнюю на стороне Литвы.

    От деревни Смагуры граница идет вниз по безымянному ручью к северо-западной окраине г.дв., а затем по условной прямой линии, в эападно-юго-запад-ном направлении к юго-восточной окраине деревни Паскувщызна, оставляя на стороне СССР г.дв. и деревню Заламанка, на стороне Литвы деревни Брушница и Паскувщызна.

    Отсюда граница идет вниз по безымянному ручью до впадения его в реку Бэжэ, а затем, по условной прямой линии, в юго-западном направлении, к юго-восточной окраине деревни Конюхи, оставляя последнюю на стороне Литвы.

    От деревни Конюхи граница идет в юго-западном направлении по канаве, а затем по условной прямой линии, к юго-восточной окраине деревни Малэкутэ, оставляя последнюю на стороне Литвы.

    От этой деревни граница идет вверх по реке Сольчыца до ее истока юго-восточнее кол. Мацкишки, оставляя на стороне СССР фл. Кужэ, деревню Юндэелиш-ки и фл. Мацкишки, на стороне Литвы фл. Наркушки и кол. Мацкишки.

    От кол. Мацкишки граница идет в юго-западном направлении к истокам реки Дэитва у фольварка Братомеж.

    От фольварка Братомеж граница идет вниз по реке Дзнтва до пересечения ее с дорогой Эйшишки - Саковчэ.

    Отсюда граница идет на запад, по условной прямой линии до истока реки Версока, находящегося примерно в 1300 метрах к юго-западу от деревни Думбля, а затем вниз по этой реке до устья реки Капкунка и вверх по этой последней реке до ее истока примерно в 800 метрах к северо-западу от деревни Стамеровщыэна.

    Отсюда граница идет в западно-юго-западном направлении, по условной линии, к истоку безымянного ручья примерно в 400 метрах к северо-западу от фл. Гришанишки, оставляя на стороне СССР деревни Стамеровщызна, Смильги-не, Кокявка и фл. Гришанишки, а на стороне Литвы деревни Пашышки, Миле-ханьцэ и фл. Кленце.

    Далее граница идет вниз по безымянному ручью до юго-восточной окраины деревни Гута.

    От деревни Гута граница идет в юго-западном направлении, по условной прямой линии, к пункту, находящемуся на реке Ула примерно в 1800 метрах юго-восточнее деревни Кашеты.

    Отсюда граница идет вниз по реке Ула до впадения ее в реку Мэрэчанка, а затем проходит в общем направлении на запад по бывшей Литовско-Польской административной линии до пункта на реке Игорка, расположенного у устья безымянного ручья, протекающего от деревни Пшэток и впадающего в реку Игорка примерно в 2300 метрах к северо-востоку от пересечения этой реки шоссейной дорогой Жоидовы - Копцево.

    ПРИМЕЧАНИЕ 1. На несудоходных реках и речках граница проходит по середине главного рукава этих рек и речек.

    ПРИМЕЧАНИЕ 2. Участки границы, определенные условными линиями, будут уточнены при демаркации границы.

    ПРИМЕЧАНИЕ 3. Пиния границы, установленная настоящим Протоколом, нанесена черным цветом на прилагаемую русскую каргу масштаба 1 : 100 00072

    II.

    Линия границы, установленная в части I настоящего Протокола, будет демаркирована на местности Советско-Литовской смешанной комиссией.

    Комиссия установит пограничные знаки, составит подробное описание этой линии и нанесет ее на карту масштаба 1: 25000.

    Комиссия приступит к работе 1 ноября 1939 г.

    Составленные упомянутой выше комиссией подробное описание линии границы и карта этой линии подлежат утверждению обоими Правительствами.

    III.

    Настоящий Протокол, заменяющий статью 2 Договора между РСФСР и Литовской Республикой, заключенного 12 июля 1920 г., и вступающий в силу со дня его подписания, подлежит ратификации.

    Обмен ратификационными грамотами состоится в городе Каунас в возможно короткий срок.

    Настоящий Протокол составлен в 4-х экземплярах, из которых два на русском и два на литовском языках, причем оба его текста имеют одинаковую сипу.

    Подписан в городе Москве 27 октября 1939 года.

    По уполномочию    По уполномочию

    Правительства Союза ССР    Правительства Литовской

    Республики

    В. Молотов    Л. Наткевичиус

    АВП СССР, ф. За — Литва, д. 61.

    74. ПИСЬМО ПОВЕРЕННОГО В ДШЦХ СССР В ЛАТВИИ ШЛ. ЧИЧАЕВА

    НАРОДНОМУ КОМИССАРУ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР

    В.М. МОЛОТОВУ

    10 октября 1939 г.

    Подписанный в Москве 5 октября с.г. пакт о взаимной помощи до некоторой степени разрядил наблюдавшиеся последнее время напряжение и растерянность в правительственных кругах. Однако полного успокоения пакт не внес. Правящие классы вместе со своим правительством не верят в прочность и долговечность создавшегося положения после заключения пакта. Страх перед возможностью большевизации Латвии связывается с предстоящим вводом сюда наших военных частей для охраны военно-морских баз, аэродромов. Господствующие классы боятся также выступления революционных сил внутри страны. Основанием для этого служит настроение широких масс трудящихся, открыто выражающих симпатии к Сов. Союзу. Среди этой части населения существует убеждение, что дни фашистской диктатуры в Латвии сочтены и что в недалеком будущем Латвия будет советской. По слухам, в Латгалии уже начинается движение за создание пока подпольных комитетов революционного действия.

    Для правительственных кругов характерно настроение, которое выразил в своей речи от 6 октября с.г. министр земледелия Бирэниек, заявивший, что "если1 в мире создались такие обстоятельства, которые требуют от нас известных обязанностей и жертв, то все же мы не должны вешать головы и заниматься болтовней и пустословием. Мы должны делать свое дело так же, как и до сих пор". Это, так сказать, официальное признание вынужденности "жертв", на которое пошло правительство. Неофициально же ведутся более откровенные разговоры, изображающие заключение пакта как отступление перед угрозой применения силы. Такое настроение выразил команд, латв. армией генерал Беркис в беседе с нашим воен. атташе, не без ехидства спросивший, для какой цели были сосредоточены 280 танков на латвийской границе?

    Желание представить СССР в роли "агрессора” проявляется также и со стороны так называемых "демократов”, в частности некоторых лидеров социал-демократии (Бастиан), распространяющих гнусные пасквили "о наступлении русской реакции", "империалистических замыслах СССР" и т.п.

    Но значительная часть влиятельных кругов (Минфин Вальдман, пред. кред. банка А. Берзиньш и др.) восприняла пакт как "наименьшее зло" - лучше, мол, быть под влиянием русских, чем немцев, ибо при русских латыши все же сохранят свою национальность, а немцы уничтожат не только нац. культуру, но и самих латышей.

    Наиболее ярко отношение правительственных кругов к пакту проявилось в поведении печати, находящейся под строгим контролем Мин. общ. дел. В латвийских газетах только через четыре дня после подписания его появились комментарии о значении пакта для Латвии. До этого ни одна газета не выразила своего отношения к пакту. Но и напечатанные отзывы отмечались крайней сдержанностью и сухостью. Видимо, газетам были даны директивы не особенно расписывать пакт, с тем чтобы принизить ценность и полезность его для Латвии. В последние дни пресса несколько развязала язык, стала уделять больше внимания пакту, но искренности и желания оценить по-настоящему в пользу пакта для Латвии все же не чувствуется.

    Для характеристики позиции правительства интересно отметить след, факт: здесь почти открыто говорят, что перед заключением пакта правительство Уль-маниса усиленно добивалось поддержки своей позиции в Берлине. Оно решилось на заключение пакта только после того, когда получило ответ, что Германия никаких интересов, кроме экономических, в Прибалтике не имеет. Видимо, привычка согласовывать свои действия с западноевропейскими державами продолжает тяготеть над правительством до сих пор.

    В отличие от позиции правящей верхушки, широкие слои латвийского народа — рабочие, неимущее крестьянство, особенно русское, и передовая интеллигенция - приняли пакт о взаимопомощи с нескрываемой радостью. Нам звонят по телефону, присылают письма, заходят лично для того, чтобы выразить свое удовлетворение возросшим влиянием СССР в Прибалтике. Сожалеют только об одном, а именно: слишком мало Сов. Союз выговорил себе уступок от латвийского правительства. Нашим друзьям хотелось бы видеть Латвию если не советской, то по крайней мере освобожденной от диктатуры правительства Ульманиса.

    Вынужденный поворот во внешней политике латвийского правительства вызвал здесь много толков и догадок относительно намерений Ульманиса. Например, говорят, что он собирается создать коалиционное правительство с участием социал-демократов. Называются при этом имена будущих с-д министров -П. Кальниньша, Лоренца и др. Молва связывает это с требованием Москвы, которое якобы было предъявлено Мунтерсу во время переговоров в Москве. Таким же образом оценивается и отставка нач. штаба армии ген. Гартманиса, пользовавшегося репутацией германофила.

    Много предположений вызывает задержка в переговорах о торговом договоре. Широко распространено мнение, что Москва намеренно затягивает торговые переговоры с тем, чтобы ухудшить экономическое положение и тем самым вызвать недовольство народа против правительства Ульманиса.

    В последние дни положение осложнилось ‘мероприятием германс. правительства о переселении местного нем. населения в Германию, о чем я уже информировал Вас по телеграфу. Более подробные данные по этому вопросу Вы найдете в материалах, которые мы передаем по линии ТАСС.

    Поверенный в делах ПОЛПРЕДСТВА СССР в Латвии И. Чичаев

    АВП СССР, ф. Об, on. 1, п. 12, д. 118, л. 106-109.

    75. ПРОТОКОЛ ЗАСЕДАНИЯ ВОЕННОЙ ДЕЛЕГАЦИИ СОЮЗА СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК С ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ ЭСТОНСКОЙ РЕСПУБЛИКИ ПО ПРОВЕДЕНИЮ В ЖИЗНЬ ПАКТА О ВЗАИМОПОМОЩИ МЕЖДУ СОЮЗОМ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ЭСТОНСКОЙ РЕСПУБЛИКОЙ

    10 октября 1939 г.

    Присутствовали:

    Со стороны Союза Советских Социалистических Республик: Командарм 2-го ранга Мерецков, Корпусной комиссар Вашугин, Комкор Павлов, Комкор Птухин, Комдив Тюрин, Комдив Алексеев, Комбриг Калмыков.

    Со стороны Эстонской Республики: Министр Иностранных Дел Сельтер, Начальник штаба Эстонской армии генерал-лейтенант Реек, Представитель Министерства Иностранных Дел Министр Варма, Начальник 3-й дивизии генерал-майор Бреде, генерал-майор Траксмаа, 1-й помощник начальника штаба армии полковник Томберг, начальник воздушной обороны подполковник Берник, командующий морскими силами капитан-майор Сантпанк, полковник Саарсен, директор Управления водных путей Аавик,

    До начала обсуждения вопроса о дислокации Министр Иностранных Дел г-н Сельтер сделал заявление, прилагаемое к настоящему протоколу.

    I

    Условлено, что наземные и воздушные вооруженные силы, в общей сложности до двадцати пяти тысяч человек, определенные статьей 1 конфиденциального протокола, подписанного 28 сентября 1939 г. между Правительствами Союза Советских Социалистических Республик и Эстонской Республики в соответствии с предложением Штаба Эстонской армии располагать:

    а) в районе Палднски, в границах, указанных на прилагаемой карте, -один стрелковый полк без одного батальона, один артиллерийский дивизион, один танковый батальон, один истребительный авиационный полк, один бомбардировочный авиационный полк, каждый полк со своей базой;

    б) в районе Хаапсалу, в границах, указанных на прилагаемой карте, -управление корпуса, управление дивизии, штаб авиационной бригады, один стрелковый полк, один артиллерийский полк, одну танковую бригаду, один зенитный дивизион, разведывательный батальон дивизии, батальоны связи и саперные батальоны дивизии и корпуса и прочие дивизионные и корпусные части и учреждения, бомбардировочный авиаполк с базой, отдельный механизированный отряд из состава кавалерийской бригады, в составе одного механизированного полка и моторизованного эскадрона. Остальные части кавалерийской бригады или соответственное количество войск взамен кав. бригады вводятся по мере надобности с обоюдного согласия штабов армии Союза Советских Социалистических Республик и Эстонской армии;

    на острове Эзель — один стрелковый полк, один артиллерийский полк без одного дивизиона и один истребительный полк с базой; на острове Даго — один батальон с артиллерийским дивизионом,

    Условлено» что кроме районов» отведенных для базовых аэродромов и указанных в статье I настоящего протокола» по соглашению со штабом Эстонской армии» отводятся участки за пределами районов, указанных на карте, под оперативно-учебные аэродромы, оборудование которых производится одновременно с оборудованием базовых аэродромов. Для размещения авиации и тыловых баз авиации предоставляются участки в имениях Куусику и Кехтна, как могущие быть быстро оборудованными под аэродромы.

    III

    Отвод участков под аэродромы, учебные поля и полигоны, а также помещения для размещения войск и командного состава принимает на себя Правительство Эстонской Республики. К отводу участков и помещений Эстонское Правительство приступает в возможно короткий срок.

    IV

    Начало ввода войск в установленные настоящим протоколом районы определяется 18 октября 1939 г.

    V

    Переброска войск Красной Армии в районы, отведенные для их размещения, производится смешанным порядком по железной дороге и по шоссе по графикам, составленным по обоюдному соглашению.

    Охрана путей и дорог, предназначенных для движения войск, обеспечиваем ся Правительством Эстонской Республики. Регулирование движения на маршрутах производится на основании инструкции, разработанной по обоюдному соглашению. Для переброски войск на острова Правительство Эстонии дает, по мере возможности, мелкий тоннаж. Охрана войск во время перевозки с материка на острова возлагается на военный флот Союза Советских Социалистических Республик.

    VI

    Условлено, что для строительства казарм и аэродромов Эстонское Правительство оказывает содействие в наборе рабочей силы, а также в приобретении строительных материалов и механизмов.

    VII

    Запретные зоны для полетов военных самолетов Союза Советских Социалистических Республик над территорией Эстонской Республики определяются штабом Эстонской армий и сообщаются через штаб корпуса для сведения и руководства авиационным частям, находящимся на территории Эстонии.

    Условия отвода участков для строительства морских баз определяются особым протоколом.

    Настоящий протокол составлен в двух подлинниках на эстонском и на русском языках.

    Оговорка: в ст. И вписано слово ”в имениях”.

    К. Мерецков    К.    Сельтер    Реек

    Д. Павлов

    Птухин

    Алексеев

    Калмыков

    Вашугин

    Тюрин

    АВП СССР, ф. 06, on. 1, п. 21, д. 234, л. 17—20.

    ПРИЛОЖЕНИЕ 1

    ЗАЯВЛЕНИЕ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ ЭСТОНИИ К. СЕЛЬТЕРА

    По точному смыслу пакта советские войска должны быть расположены на участках, отведенных под базы и аэродромы, а именно на островах Сааремаа и Хийумаа и в г. Паддиски. Как известно, эстонская делегация уже на одном из предыдущих заседаний заявила, что она согласна предоставить советским войскам до отведения и определения границ и участков для баз и аэродромов, однако не долее чем на 2 года право дислоцироваться по всему острову Сааремаа и Хийумаа. С другой стороны, советская делегация, исходя из соображений и удобств дислокации, выдвинула вопрос о предоставлении войскам расположиться и в районе Хаапсалу (Галсаль). Так как это предложение выходит за пределы пакта, то об этом доложено Эстонскому Правительству. Оно изъявило свое согласие войти в Парламент с предложением отвести временно - на продолжение настоящей войны в Европе, однако не долее чем на 2 года - вокруг города Хаапсалу район для расположения советских войск, если военные делегации придут к соглашению как по вопросам границ районов, так и дислокации войск по районам.

    К. Сельтер

    АВП СССР, ф. Об, он. 1, п, 21, д. 234, л. 21.

    Для согласования и быстрого урегулирования могущих возникнуть повседневных вопросов создается согласительная комиссия, состоящая из командира корпуса частей Красной Армии, находящихся на территории Эстонской Республики, и Начальника военного округа Эстонской Армии, на территории которого возникнут такие вопросы. Вопросы, выходящие за пределы компетенции данных начальников, передаются на решение командующего войсками Ленинградского военного округа и Главнокомандующего Эстонской Армией.

    К. Мерецков    Реек

    АВП СССР, ф. 06, on. 1, п, 21, д. 234, п. 22.

    76. ИЗ ПРОТОКОЛА ДОПРОСА ЧЛЕНА ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЫ ЭСТОНИИ

    Н. РУУСА73

    10 октября 1939 г.

    На организованном Рабочей палатой 9-го числа сего месяца общегосударственном собрании представителей рабочих старост, выборщиков палат и профсоюзов я принял участие в качестве представителя служащих магазинов, контор, канцелярий и кооперативов. Соответствующую доверенность прилагаю к данному протоколу. По второму пункту повестки дня - экономическое положение — я выступил.

    Правлению своего профсоюза я сообщил, что выступлю на собрании, но содержания речи я не огласил, и, так как правление мне никаких указаний по поводу выступления не дало, мое заявление на собрании и мною представленная резолюция содержат мои личные мнения и взгляды.

    Я рассказывал о тех изменениях, которые произойдут в нашей экономике в результате торгового соглашения, заключенного с Советским Союзом, и оборонительного пакта о взаимопомощи. Я объяснил, что расширение торговли позволит получить больше сырья для промышленности и сократит безработицу. Далее я разъяснил, что при осуществлении пакта о взаимопомощи Советский Союз построит в Эстонии военные порты и аэродромы.

    Эстонских рабочих интересует вопрос, в какой мере будут привлечены эстонские рабочие к выполнению этих работ. Я сообщил собранию, что в интересах выяснения этих вопросов я вел переговоры со здешним посольством Советского Союза. В посольстве я был вместе с руководителями наиболее крупных профсоюзов, конкретно с кем - об этом я не желаю докладывать. Посещение посольства состоялось 9-го числа сего месяца, т.е. вчера утром. В посольстве выяснилось, что к осуществлению работ приступят примерно через месяц. Сотрудники посольства обещали доложить своему правительству о желании эстонских рабочих привлечь к участию в работах как можно больше эстонских рабочих, причем было высказано мнение, что эту просьбу учтут. Об этой части переговоров в посольстве я сообщил на собрании. Далее я рассказал на собрании, что в посольстве по нашей инициативе был поднят вопрос о сотрудничестве между профсоюзами Эстонии и

    Советского Союза. Выяснилось, что посольство согласно помочь установлению сотрудничества, причем первым шагом на этом пути было бы участие эстонской профсоюзной делегации в праздновании годовщины Советского Союза 7 ноября с.г. в качестве гостя профсоюзов Советского Союза. Посольство не интересовалось тем, кто здесь фактически будет заниматься отправкой делегации, но я и мои остальные товарищи, которые были со мной в посольстве, договорились позже о том, что это дело возьмет на себя профсоюз эстонских текстильщиков. Об этом решении я доложил на собрании. В конце выступления я высказал мнение, что эстонские рабочие охотно желают более прочных связей с рабочими Советского Союза и поэтому наши рабочие приветствуют пакт, который устранит препятствия на пути заключения связей, и я высказал пожелание, чтобы эта дружба, выраженная в пакте, укрепилась не только между правительствами Эстонии и Советского Союза, но и между народами обеих стран.

    В качестве резюме своих точек зрения и для того, чтобы узнать мнение собравшихся, я представил проект резолюции на голосование.

    Завершая обсуждение этого вопроса повестки дня, поставили на голосование и мою резолюцию, причем отдельно от других. Резолюция была принята. Голосов против не было подано, количество воздержавшихся не устанавливали. [...] То, что наши трудящиеся всегда симпатизировали и сейчас симпатизируют рабочим Советского Союза, было мне известно уже раньше, и особенно удостоверился я в этом в Кивиылиском районе и г. Нарове во время заключения пакта. Эта симпатия выразилась в аплодисментах, последовавших за моим докладом, и в единодушном одобрении резолюции. Нажим, о котором шла речь в резолюции, проявился в том, что лица, посетившие Советский Союз и по возвращении положительно отзывавшиеся о достижениях Советского Союза, были подвергнуты наказанию со стороны властей. [...]

    Н. Руус

    Допросил В. Рыйгас, старший ассистент

    Пер. с эст. яз.

    ЦГАОР ЭССР, ф. 852, on. 1, д. 1535, л. 14-15.

    Опубл.: Социалистические революции в Эстонии... — С, 103—105.

    77. ПРОТОКОЛ СОГЛАШЕНИЯ МЕЖДУ СОВЕТСКИМ И ЭСТОНСКИМ

    ВОЕННЫМИ КОМАНДОВАНИЯМИ ОТНОСИТЕЛЬНО БАЗИРОВАНИЯ ФЛОТА СОЮЗА СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК НА ОСТРОВАХ ХИЙУМАА (ДАГО) И СААРЕМАА (ЭЗЕЛЬ)

    11 октября 1939 г.

    В соответствии со статьей 3 Пакта о взаимопомощи между Союзом Советских Социалистических Республик и Эстонской Республикой от 28 сентября 1939 г.:

    1. Правительство Эстонской Республики предоставляет для военного флота Союза Советских Социалистических Республик следующие рейды и гавани:

    Кярдла (Картель) на о. Хийумаа (Даго),

    Кыйгусте на о. Сааремаа (Эзель),

    Курессааре-лахт (Аренсбург) на о. Сааремаа (Эзель),

    Мьенту (Менто) на о. Сааремаа (Эзель),

    Кихельконна-лахт (Кильконд) на о. Сааремаа (Эзель),

    Тагалахт на о. Сааремаа (Эзель),

    Кюдемалахт на о. Сааремаа (Эзель) для возведения в них гидротехнических сооружений, гаваней, молов, прича-лов, жилых, складских и служебных помещений, мастерских, радиостанций, железных и грунтовых дорог, производства дноуглубительных работ и постройки прочих сооружений, обеспечивающих базирование флота. Указанные объекты будут обслуживаться и окарауливаться соответствующим штатным составом.

    В бухте Кихельконна-лахт и Кыйгусте флоту Союза Советских Социалистических Республик предоставляется право организовать базу для частей гидроавиации, обслуживающей базирование флота.

    3. Для защиты базирования флота от нападения с моря и с воздуха помимо мероприятий, проводимых по линии армейского командования (гарнизоны островов и авиации), морскому командованию Союза Советских Социалистических Республик предоставляется право установки:

    береговых батарей любых калибров, зенитных батарей любых калибров, прожекторов,

    постов наблюдения и связи как в непосредственной близости от гаваней и рейдов, перечисленных в п. 1 настоящего соглашения, так и в следующих районах: полуостров Сырве (Сворбе) на о. Сааремаа, полуостров Харилайд на о. Сааремаа, полуостров Нина на о. Сааремаа, полуостров Паммана (Паммерорт) на о. Сааремаа, полуостров Сыру (Серро) на о. Хийумаа, полуостров Кыпу (Дагерорт) на о. Хийумаа, полуостров Тахкона (Симпернес) на о. Хийумаа, полуостров Сеяре на о. Хийумаа и содержать эти батареи и посты с их штатным обслуживающим составом.

    4. Точные границы отводимых участков и водных пространств под базы или батареи для определения арендной платы будут установлены после производства соответствующих изысканий и рекогносцировок.

    5. В случае наличия на отводимых участках или водных пространствах каких-либо гидротехнических или других сооружений или оборудования, пригодных для включения в состав базы флота, Эстонское правительство предоставит возможность купить или получить в арендное пользование эти сооружения и устройства.

    6. Исходя из общности интересов эстонского и Советского командований по скорейшему возведению оборонительных и портовых сооружений на островах, эстонское командование окажет всяческое содействие при арендовании участков и при производстве построек, при наборе рабочей силы, получении стройматериалов, использовании транспортных, плавучих, землечерпательных и прочих средств.

    7. Передаваемые Советскому командованию земли и водное пространство, оставаясь в соответствии с Пактом о взаимопомощи между Союзом Советских Социалистических Республик и Эстонской Республикой территорией последней, переходят в пользование Советского командования на арендных началах с платой по особому соглашению.

    8. Эстонские торговые корабли могут для раэгружения и принятия грузов беспрепятственно ходить во все названные в п. 1 рейды и гавани, кроме рейда Кыйгусте.

    9. Исходя из того, что в настоящий момент оборудованных мест базирования на островах Сааремаа и Хийумаа нет, а для постройки нх требуется время, Эстонское правительство временно - на срок до двух лет — предоставляет право базирования легких сил советского флота на порт Рохуюола (Роггекюль) с правом производства ремонта гидротехнических сооружений, а также возведения временных базовых сооружений (мастерских и складов).

    Председатель Морской Комиссии Союза Советских Социалистических Республик Заместитель Народного Комиссара Военно-Морского Флота Союза Советских Социалистических Республик Флагман флота 2 ранга Исаков

    11 октября 1939 г.

    Председатель Эстонской Комиссии Начальник Генерального штаба Эстонской армии

    Генерал-лейтенант

    Реек


    АВП СССР, ф. Об, on. 1, п. 21, д. 234, л. 1-4.

    78. ПРОТОКОЛ СОГЛАШЕНИЯ О ПРЕДОСТАВЛЕНИИ СОЮЗУ СОВЕТСКИХ

    СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК В ПОЛЬЗОВАНИЕ УЧАСТКА И

    АКВАТОРИИ В ПАЛДИСКИ (БАЛТИЙСКОМ ПОРТУ)

    11 октября 1939 г.

    В соответствии с Пактом о взаимопомощи между Союзом Советских Социалистических Республик и Эстонской Республикой от 28 сентября 1939 г.:

    1. Для базирования советских военных кораблей на Пацдиски отводится участок полуострова Пакри (Пакерорт) и острова Вяике Пакри и Суур Пакри (Большой и Малый Рогге) с прилегающей акваторией, как это показано на прилагаемой к тексту настоящего соглашения карте.

    2. На указанных в пункте 1 участке и акватории командованию Военно-Морского Флота Союза Советских Социалистических Республик предоставляется право постройки портовых гидротехнических сооружений и причалов, складов и станций, служебных и жилых помещений, а также развития железных и грунтовых дорог.

    3. Эстонское правительство предоставит возможность купить или получить в арендное пользование сооружения, имеющиеся на указанных в пункте 1 участке и акватории.

    4. Для обеспечения базирования Советского Военно-Морского Флота на Лалдиски (Балтийский порт) командованию флота Союза Советских Социалистических Республик предоставляется право устанавливать на указанном в пункте 1 участке береговые батареи любого калибра и в любом количестве, включая в это число батареи железнодорожные, а также зенитные батареи и прожекторные станции, и также возводить строения для размещения обслуживающего их состава.

    5. Советскому командованию предоставляется право постройки на указанных в пункте 1 участке и акватории аэродромов и всех необходимых сооружений для базирования гидроавиации.

    6. Советскому командованию предоставляется право устанавливать на участке и акватории, указанных в пункте 1, режим плавания, полетов, передвижения и охраны водного района.

    7. Советскому командованию предоставляется право устанавливать на указанном в пункте 1 участке посты службы наблюдения и связи. При этом маячная служба остается в ведении эстонских властей.

    8. Советское командование имеет право содержать на участке базы Падди-ски соответствующий для обслуживания и окарауливания базы штатный состав.

    9. Советское командование получает право использования всех находящихся на участке базы источников пресной воды.

    10. Эстонские власти оказывают полное содействие Советскому командованию в обеспечении базы электроэнергией от источников, находящихся вне базы.

    11. Эстонские власти оказывают Советскому командованию содействие в обеспечении строительства базы необходимыми материалами, транспортом и наймом рабочей силы.

    12. Передаваемые Советскому командованию земли и водное пространство, оставаясь, в соответствии с Пактом о взаимопомощи между Союзом Советских Социалистических Республик и Эстонской Республикой, территорией последней, переходят в пользование Советского командования на арендных началах с оплатой по особому соглашению.

    Председатель Эстонской Комиссии Начальник Генерального Штаба Эстонской Армии


    Председатель Морской Комиссии

    Союза Советских Социалистических

    Республик Заместитель Народного

    Комиссара Военно-Морского Флота

    Союза Советских Социалистических Республик Флагман флота 2 ранга Исаков

    Генерал-лейтенант

    Реек


    11 октября 1939 г.

    АВП СССР, ф. 06, он. 1, п. 21, д. 234, л. 5-7.

    79. ПРОТОКОЛ СОГЛАШЕНИЯ МЕЖДУ СОВЕТСКИМ И ЭСТОНСКИМ

    ВОЕННЫМИ КОМАНДОВАНИЯМИ ОБ ОБЕСПЕЧЕНИИ ВРЕМЕННОЙ

    СТОЯНКИ СОВЕТСКИХ ВОЕННЫХ КОРАБЛЕЙ В ТАЛЛИННЕ

    11 октября 1939 г.

    В соответствии с Конфиденциальным Протоколом к Пакту о взаимопомощи между Союзом Советских Социалистических Республик и Эстонской Республикой от 28 сентября 1939 г.:

    1. В продолжении двухгодичного срока, указанного в п, 2 Конфиденциального Протокола Советскому командованию предоставляются для стоянки советских военных кораблей Уус Кауба садам и Каравани садам с ограничивающими эти гавани причалами и частью берегового участка в границах, указанных красной чертой на прилагаемом плане.

    2. Кроме того, для крупных советских кораблей отводится на Таллиннском рейде якорное место к западу от створа Екатеринентальских маяков.

    3. Советские военные корабли при стоянке их в местах, указанных в пунктах 1 и 2, обеспечиваются от Таллиннского порта подачей пара, электрической энергии и пресной воды.

    4. Советские военные корабли имеют право по соглашению с эстонскими властями на выполнение ремонтов в Таллиннских судоремонтных предприятиях.

    5. Советские военные корабли обеспечиваются по мере возможности Таллиннским портом буксирами и ледоколами как для кратковременных нужд, так и на длительное время.

    6. Подъездные пути к указанному в п. 1 участку приводятся в состояние полной исправности.

    7. Необходимые дома и склады, имеющиеся на указанном в п. 1 участке, предоставляются Советскому командованию для пользования.

    8. Эстонское командование оказывает Советскому командованию содействие в организации последним охраны и окарауливания стоящих в Таллинне советских военных кораблей.

    9. Передача Советскому командованию упомянутых в пункте 1 гаваней и в пункте 7 зданий производится на основах аренды по особым договорам.

    Расходы, связанные с выполнением остальных пунктов настоящего соглашения, относятся за счет Советского командования и определяются особыми соглашениями.

    Председатель Эстонской Комиссии Начальник Генерального Штаба Эстонской Армии


    Председатель Морской Комиссии Союза Советских Социалистических

    Республик Заместитель Народного

    Комиссара Военно-Морского Флота Союза Советских Социалистических Республик Флагман флота 2 ранга Исаков

    Генерал-лейтенант

    Реек


    11 октября 1939 г.

    АВП СССР, ф. 06, on, 1, п, 21, д. 234, л. 8—9.

    80. ПРОТОКОЛ СОГЛАШЕНИЯ МЕЖДУ СОВЕТСКИМ И ЭСТОНСКИМ

    ВОЕННЫМИ КОМАНДОВАНИЯМИ О ПОСТОЯННЫХ РЕЙСАХ ТРАНСПОРТОВ ПОД СОВЕТСКИМ ВОЕННЫМ (ПОРТОВЫМ) ФЛАГОМ ДЛЯ СВЯЗИ МЕЖДУ ПОРТАМИ СОЮЗА СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ПУНКТАМИ БАЗИРОВАНИЯ СОВЕТСКИХ МОРСКИХ СИЛ В ЭСТОНИИ

    11 октября 1939 г.

    1. Транспорты с военными грузами, топливом и с людьми, посылаемые Советским морским командованием в эстонские порты — базы советских военных кораблей и авиации, следуют под портовым военным флагом Союза Советских Социалистических Республик по расписанию рейсов, устанавливаемому командованием.

    2. Расписание рейсов, название и характеристика внешнего вида этих транспортов передаются заблаговременно Советским командованием эстонскому командованию для информации постов наблюдения и связи, пограничной охраны, таможенных и портовых властей.

    3. Указанные выше транспорты освобождаются от всяких таможенных, санитарных и других сборов и досмотров и пользуются правом свободного плавания в

    эстонских водах и захода в эстонские порты на правах, аналогичных военным кораблям Эстонии и Союза Советских Социалистических Республик.

    Председатель Морской Комиссии Союза Советских Социалистических Республик, Заместитель Народного Комиссара Военно-Морского Флота Союза Советских Социалистических

    Председатель Эстонской Комиссии Начальник Генерального Штаба Эстонской Армии


    Республик Флагман флота 2 ранга Ясаков

    Генерал-лейтенант

    Реек


    И октября 1939 г.

    АВП СССР, ф, 06, on. 1, п. 21, д. 234, л. 10.

    81. ПРОТОКОЛ СОГЛАШЕНИЯ О ПОРЯДКЕ ПРОИЗВОДСТВА

    ГИДРОГРАФИЧЕСКИХ РАБОТ И ОБМЕНА МАТЕРИАЛАМИ МЕЖДУ СОВЕТСКИМ И ЭСТОНСКИМ МОРСКИМИ КОМАНДОВАНИЯМИ

    11 октября 1939 г.

    В целях обеспечения быстрейшего приступа к строительству баз и портов в пунктах, договоренных специальным соглашением, а также для обеспечения плавания и маневрирования боевых кораблей и соединений советского флота эстонское командование предоставляет Советскому командованию:

    1. Беспрепятственное плавание и стоянку гидрографических кораблей в территориальных водах Эстонии.

    2. Производство гидрографических тральных, гидрологических, гидрографических и промерных работ в районах территориальных вод Эстонии, прилегающих к местам базирования или стоянок военного флота Союза Советских Социалистических Республик.

    3. Установку дополнительных ограждений, створов, створных огней, буев, маяков, радиомаяков, гидроакустических приборов по согласованию с Гидрографическим управлением Эстонии.

    4. Ограждение специальных морских полигонов и ограничение плавания в них. Эти полигоны назначаются по соглашению между морскими командованиями Союза Советских Социалистических Республик и Эстонии так, чтобы не мешать нормальному торговому судоходству.

    5. Производство топографических, съемочных и описных работ на берегу, островах с установкой необходимых дополнительных триангуляционных знаков.

    6. Регулярный взаимный обмен метео-, гидрологическими и ледовыми сводками, картами, планами и описаниями между гидрографическими управлениями Союза Советских Социалистических Республик и Эстонии.

    7. Установку дополнительных метеостанций по соглашению с Гидрографическим управлением Эстонии.

    8. Предоставление в распоряжение командования Балтийским флотом Союза Советских Социалистических Республик всех имеющихся гидрографических, гид-роописных и промерных материалов вод Эстонии, подробных карт, планшетов по подходам к этим пунктам и районам плавания, а также всех материалов изысканий по портостроению.

    Председатель Морской Комиссии Союза Советских Социалистических Республик Заместитель Народного Комиссара Военно-Морского Флота Союза Советских Социалистических Республик Флагман флота 2 ранга Исаков

    Председатель Эстонской Комиссии Начальник Генерального Штаба Эстонской Армии


    Генерал-лейтенант

    Реек


    И октября 1939 г.

    АВП СССР, ф. 06, on. 1, п. 21, д. 234, л. 11—12.

    82. ПРОТОКОЛ СОГЛАШЕНИЯ МЕЖДУ СОВЕТСКИМ И ЭСТОНСКИМ ВОЕННО-

    МОРСКИМИ КОМАНДОВАНИЯМИ О ПОРЯДКЕ ПОСЕЩЕНИЯ ВОЕННЫМИ

    И ТОРГОВЫМИ КОРАБЛЯМИ ТРЕТЬИХ ДЕРЖАВ ЭСТОНСКИХ ПОРТОВ,

    СЛУЖАЩИХ МЕСТАМИ БАЗИРОВАНИЯ СОВЕТСКИХ ВОЕННЫХ КОРАБЛЕЙ

    11 октября 1939 г.

    1. Разрешение на посещение портов-баз военных кораблей Союза Советских Социалистических Республик военными кораблями третьих держав дается Эстонским правительством только после предварительного согласия Советского правительства.

    2. Все переговоры с третьими державами по вопросу захода их военных кораблей в эстонские порты-базы советских военных кораблей ведутся только Эстонским правительством. Советское правительство непосредственно или через свое военно-морское командование дает свое согласие на подобный заход только Эстонскому правительству.

    3. При посещении военными кораблями третьих держав эстонских портов-баз военных кораблей Союза Советских Социалистических Республик наблюдение за выполнением военными кораблями третьих держав общепринятых международных правил остается за эстонскими властями. При нарушении этих правил необходимая помощь может быть оказана советскими военно-морскими силами по заявлению эстонских властей.

    4. В эстонских портах-базах советских военных кораблей:

    1) Палдиски (Балтийский порт) и

    2) рейдах островов Сааремаа и Хийумаа Советскому военно-морскому командованию предоставляется право отклонять посещение этих баз иностранными военными или торговыми кораблями на длительные сроки или на постоянное время.

    5. В случаях посещения в течение указанного в п. 2 Конфиденциального Протокола двухгодичного срока иностранными военными кораблями Таллинна эстонские власти предварительно извещают об этих посещениях Советское морское командование.

    б. Официальное извещение третьих держав о запрещении посещения эстонских портов-баз советских военных кораблей производит эстонское правительство от своего имени. Наблюдение за соблюдением этого запрещения остается за эстонским военно-морским командованием, могущим в тех случаях, когда оно сочтет необходимым, прибегать к помощи советских военно-морских сил.

    Председатель Морской Комиссии Союза Советских Социалистических Республик Заместитель Народного Комиссара Военно-Морского Флота Союза Советских Социалистических Республик Флагман флота 2 ранга Исаков

    Председатель Эстонской Комиссии Начальник Генерального Штаба Эстонской Армии


    Генерал-лейтенант

    Реек


    11 октября 1939 г.

    Таллинн

    АВП СССР, ф. 06, on. 1, п, 21, д. 234, л. 13—14.

    83. ПРОТОКОЛ СОГЛАШЕНИЯ МЕЖДУ КОМАНДОВАНИЯМИ СОЮЗА

    СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК И ЭСТОНСКОЙ

    РЕСПУБЛИКИ О СОХРАНЕНИИ ВОЕННОЙ ТАЙНЫ

    11 октября 1939 г.

    В соответствии с Договором о взаимопомощи между Союзом Советских Социалистических Республик и Эстонской Республикой, заключенным 28 сентября 1939 г., обе стороны всемерно заинтересованы в сохранении военной тайны, оберегающей Союз Советских Социалистических Республик и Эстонскую республику от разглашения важнейших государственных и военных секретов, почему согласились:

    1. С целью сохранения военной тайны установить цензуру в отношении опубликования прессой как Союза Советских Социалистических Республик, так и Эстонии сведений о дислокации, передвижениях и перемещениях войсковых частей, кораблей, авиации и частей береговой обороны Советского и Эстонского флотов.

    2. Сведения, касающиеся войсковых частей, флота, береговой обороны, авиации, а также служб обеспечения, печатаются прессой или используются в открытых докладах только после специальной проверки и разрешения командования соответствующей стороны.

    3. Это положение, касающееся прессы как периодической, так и эпизодической, распространяется также на радио, кино и фото.

    4. Нарушение вышеуказанных пунктов или передача военных секретов третьей стороне должны караться в соответствии с законами Союза Советских Социалистических Республик (по отношению к гражданам Союза Советских Социа-

    диетических Республик) и Эстонской Республики (по отношению к гражданам Эстонской Республики), предусмотренными для этих случаев.

    Председатель Морской Комиссии Союза Советских Социалистических Республик Заместитель Народного Комиссара Военно-Морского Флота Союза Советских Социалистических

    Председатель Эстонской Комиссии Начальник Генерального Штаба Эстонской Армии


    Республик Флагман флота 2 ранга Исаков

    Генерал-лейтенант

    Реек


    11 октября 1939 г.

    АВП СССР, ф. Об, on. 1, п. 21, д. 234, п. 15-16.

    84. ТЕЛЕГРАММА ПОЛПРЕДА СССР В ЛИТВЕ НХ. ПОЗДНЯКОВА В НКИД СССР

    11 октября 1939 г.

    В учреждениях, на предприятиях Ковно работа, а также торговля в 11 часов были прекращены. Около военного музея состоялся митинг населения. Официальные докладчики генерал Нагие и Юшка в выступлениях постарались обойти молчанием роль СССР в передаче Вильно, представив дело как достижение Литовского правительства. На митинге у президентуры вне очереди выступил Палецкис, отметивший значение СССР в передаче Вильно и потребовавший отставки правительства, как он заявил, угнетения и насилия. Сметона при этих словах ушел с балкона. В городе много арестов за лозунги об СССР. В течение дня несколько демонстраций было у здания полпредства с криками ”ура” и приветствиями. Ковно разукрашен государственными флагами. Посетили три делегации от правления общества изучения СССР и две - от рабочих. Просили передать Советскому правительству благодарность. Многие звонят по телефону на эту же тему.

    Полпред

    АВП СССР, ф. 059, on. 1, п. 299, д. 2063, л. 107.

    85. ТЕЛЕГРАММА ВРЕМЕННОГО ПОВЕРЕННОГО В ДЕЛАХ СССР В ЛИТВЕ ас. СЕМЕНОВА В НКИД СССР

    12 октября 1939 г.

    Улицы пусты. Весь Каунас наводнен полицией. Усиленно охраняется дом Полпредства. В университете избили студентов-евреев. Палецкис арестован. "Лиетувос Айдас” напечатала статью, обвинявшую его в действиях на средства "одного иностранного государства и инородцев”. По полученным сведениям, цензура имеет указание не пропускать ничего выражающего симпатии к СССР. Сообщение газет о дружественных демонстрациях у Полпредства цензурой не пропущено. "Лиетувос Жиниос” поместила статью, прямо говорящую, что получено мало, и предлагающую правительству продолжить переговоры с СССР. По слухам, Нава-кас назначен губернатором Вильно.

    Лов. в делах

    АВП СССР, ф. 059, on. I, п. 299, д. 2063, л. 111.

    86. СООБЩЕНИЕ ТАСС ОБ ОТЪЕЗДЕ ИЗ МОСКВЫ МИНИСТРА ИНОСТРАННЫХ

    ДЕЛ ЛИТВЫ Ю. УРБМИСА

    12 октября 1939 г.

    11 октября с.г. из Москвы выехал Министр Иностранных Дел Литвы г*н Ю. Урбшис.

    Вместе с ним выехали Заместитель Председателя Совета Министров Литвы г-н К. Бизаускас, Командующий армией генерал г-н С. Раштикис, Полковник Ге* нерального Штаба г-н Рупшис, Юрисконсульт Министерства Иностранных Дел г-н Петкевичиус, личный секретарь Министра г-н Швельникас, помощник юрисконсульта г-н Кривицкас.

    На Белорусском вокзале их провожали: Зам. Народного Комиссара Иностранных Дел тов. С.А. Лозовский, Зам. Народного Комиссара Внешней Торговли тов. М.С. Степанов, Зам. Начальника Генерального Штаба РККА комкор тов. И.В. Смородинов, Зам. Председателя Моссовета тов. М.А. Яснов, Поверенный в делах СССР в Литве тов. Н.Г. Поздняков, Торгпред СССР в Литве тов. С.А. Ефанов, Зав. Протокольным Отделом НКИД тов. В.Н. Барков, Зав. Отделом Прибалтийских Стран НКИД тов. А.П. Васюков, комендант г. Москвы комбриг тов. В.А. Ре-вякин, весь состав Литовской миссии в Москве во главе с Чрезвычайным посланником и Полномочным министром г-ном Л. Наткевичиусом.

    Белорусский вокзал был украшен советскими и литовскими флагами. Был выставлен почетный караул.

    Известия. —1939. —12 окт.

    87. ВЫСТУПЛЕНИЕ ПРЕЗИДЕНТА ЛИТВЫ А. СМЕТОНЫ (ИНФОРМАЦИЯ ТАСС)

    12 октября 1939 г.

    Вчера перед демонстрантами выступил с речью президент Литовской Республики Сметона, который сказал:

    "В результате договоренности с дружественным нам великим Советским Союзом мы получили Вильно и Виленскую область”.

    Подчеркнув, что отношения Литвы с Советским Союзом были всегда дружественными и что эта дружба в дальнейшем еще больше укрепится, Сметона заявил:

    '’Порукой этому являются общие границы с великим соседом, которые в случае необходимости мы будем вместе защищать”.

    Президент подчеркнул, что "получение Вильно является большой радостью для литовского народа". '

    Известия. —1939. — 14 окт.

    88. СВИДЕТЕЛЬСТВО О РЕГИСТРАЦИИ В ЛИГЕ НАЦИЙ ПАКТА О ВЗАИМОПОМОЩИ МЕЖДУ СССР И ЭСТОНИЕЙ

    13 октября 1939 г.

    Настоящим удостоверяется, что по просьбе министра иностранных дел Эстонии Пакт о взаимопомощи между Союзом Советских Социалистических Республик и Эстонской Республикой, подписанный в Москве 28 сентября 1939 г., зарегистрирован 13 октября 1939 г. № 4643 в Официальном Регистре договоров Секретариата в соответствии со ст. 18 Устава Лиги наций.

    Женева, 13 октября 1939 г.

    Пер. с англ. яз.

    АВП СССР, ф. За — Эстония, д. 133.

    89. ПИСЬМО ПЕРВОГО СЕКРЕТАРЯ ПОЛПРЕДСТВА СССР В ЛАТВИИ М.С. ВЕТРОВА ЗАВЕДУЮЩЕМУ ОТДЕЛОМ ПРИБАЛТИЙСКИХ СТРАН НКИД СССР АЛЬ ВАСЮКОВУ

    1 13 октября 1939 г.

    ”0 РЕПАТРИАЦИЙ ЛАТВИЙСКИХ НЕМЦЕВ”

    В своей речи в германском рейхстаге Гитлер 6 октября 1939 г, упомянул о репатриации немцев, разбросанных в различных странах, для упразднения опасности возникновения конфликтов.

    Уже 7 октября с.г. посланник Германии Котце посетил Министерство иностранных дел Латвии, чтобы обсудить возможность переселения граждан немецкой национальности из Латвии в Германию. Было достигнуто соглашение о планомерности переселения, которое не должно в дальнейшем служить причиной возможных разногласий между правительствами Латвии и Германии.

    В день произнесения речи в Латвию прибыли пароходы и многочисленные представители Германии, которым поручено проведение репатриации, местное немецкое руководство; председатель немецкого народного объединения А. Ин-тельманн и ландеслейтер Эрхард Крегер обратились с воззванием к своим "соплеменникам”, в котором говорится, что балтийским немцам теперь поставлено новое задание — "содействовать новопостроению и заселению новоприобретепной германским рейхом восточной площади”. И далее: "Каждый чувствует, что это значит после трех четвертей тысячелетия немецкой созидательной работы в этой стране надо распрощаться с ней. Но наши взгляды в гордом ожидании обращены на новое историческое задание...”

    Вслед за этим вся немецкая пресса в Латвии усиленно подняла кампанию за переселение немецкого населения, причем пресса прибегала к воздействию на немцев путем запугивания. Так, газета ”Ригаше Пост” писала от 8 октября: ”Из компетентных кругов местных немцев сообщаю: само собой разумеется, что события последних дней нас глубоко задели, неясность положения создала опасения в нашей среде”.

    Многочисленные агенты, приехавшие из Германии, обходят дома немцев, стараясь всячески воздействовать на нежелающих ехать. По слухам, они прибегают к таким аргументам, как, например, что после отъезда немцев в Латвию придут большевики и тогда будет плохо, остальных немцев расстреляют или же вышлют в Сибирь. Это якобы заявил и германский посланник Котце посетившей его делегации немцев. Местная немецкая церковь также приняла участие в этой кампании. Немецкий епископ д-р Пельхау обратился с воззванием к немецкому населению, в котором указывается, что "переселение совершается по воле божьей, которая выражается через "фюрера”, и ей надо следовать, если господь бог хочет, противоречий быть не может, мы должны ему безусловно повиноваться”. Но не все немцы с одинаковым патриотизмом воспринимают этот переезд. Буржуазия, немецкая молодежь настроены патриотически и говорят об обидах, причиненных им латышами за 20 лет. Трудящееся немецкое население и передовая интеллигенция не боятся запугиваний и предупреждений, открыто высказывают свое нежелание возвратиться в Германию, тем более сесть на освоение новых б. польских земель.

    Всего по статистическим данным в Латвии проживает 62 тыс. лиц немецкой национальности, из них 7000 с немецкими паспортами. Для регистрации отправки такого огромного числа немцев организовано "объединение немецких граждан в Латвии": 3 - отправочных бюро в Риге, 2 - в Либаве, 1 - на Взморье. Немцы, не состоящие членами объединения, тут же получают членскую карточку и регистрируются. При этом требуется доказательство немецкого происхождения. Каждый отъезжающий должен знать следующие правила:

    1) Все остаются на местах до особого распоряжения от объединения или подобных организаций.

    2) Вклады и текущие счета не ликвидируются, так как наличных денег все равно нельзя вывезти. Все суммы впоследствии пройдут через расчетный счет.

    3) Отправка не произойдет раньше начала следующей недели (сообщается И октября) - не верить непроверенным слухам!

    4) Станция переселенцев - Гдыня, остановки будут сделаны в Мемеле, Данциге или Пиллау.

    5) Семьи, проживающие вместе, будут отправлены совместно.

    6) Народная группа отправится сообща с немцами из Эстонии в новоприобре-тенные области германской империей на востоке. Каждому будет дана скорейшая возможность работать по специальности.

    7) Об увозе собственности распоряжений нет. Упаковку не производить, а рассортировать вещи по степени необходимости.

    Организуется немецкая добровольная трудовая повинность, к которой привлекаются все мужчины, свободные от занятий, а ландсверистам вменяется это в обязанность. Организован сбор пожертвований денег, медикаментов, пишущих машинок. Создана организация девушек для помощи многосемейным матерям по уходу за детьми. Владельцы предприятий и домовладельцы обязаны регистриро* вать оценку оставляемых ими предприятий. Газеты сообщают, что работа по эвакуации немцев теперь наладилась. В рижский порт прибыли уже 10 судов, в Ли-баву - 6, в Виндаву - 4.

    Отъезжающие немцы усиленно начали закупать чемоданы, продукты, мыло, одежду, обувь и драгоценности, тем самым помимо распространяемых ими слухов еще больше усилили хаос и панику в городе. С отъездом немцев прекратили свою деятельность немецкий театр и немецкие газеты. Страну покидают около 80 адвокатов, 200 врачей, масса аптек и клиник, предприятий и магазинов остаются без хозяев.

    Латвийская общественность и правящие круги подчеркивают огромное историческое значение отъезда из Латвии немцев. Постоянно разжигаемая вражда и историческая ненависть латышей к немцам вдруг получила разрядку. Поэтому латвийское правительство торопится также поскорее содействовать отъезду немцев. Создана специальная комиссия по регулированию отъезда. В иее постановлением правительства включены: министр юстиции Апситис, вице-министр внутренних дел Легздань, генеральный секретарь МИДа Нукша, директор департамента земледелия Гравис, генеральный секретарь торг-промышленной камеры Залтс,

    Одновременно правительство приняло меры к запрещению вывоза ценностей. Были закрыты ювелирные магазины и выставлена полицейская охрана.

    Распространение немецкими агентами и отъезжающими немцами слухов о приходе Красной Армии вызвали панику среди латышского населения. Под видом немцев стали регистрироваться и готовиться к отъезду латвийская буржуазия и чиновники разных правительственных учреждений. Всего, по слухам, уже зарегистрировалось около 84 тысяч. Министр общественных дел Бер-эиньш вынужден был выступить со следующими заявлениями: ”Судя по письмам, которые получены и членами кабинета министров, видно, что в связи с переселением германских граждан и латвийских граждан немецкой национальности в Германию в Риге распространяются различные слухи о каких-то якобы угрожающих бедах жизни и имуществу латвийских граждан. Распространителя слухов связывают эту опасность с заключением латвийско-советского пакта о взаимопомощи. Указываю, что упомянутые слухи совершенно необоснованны и распространяются с явной целью вызвать страх и создать панику”.

    Это заявление еще больше усилило переполох среди буржуазии. Более откровенно о бегущих из Латвии заявил сам Ульманис 12 октября в своей речи на ’’сессии” ублюдочного ’’парламента”. “Один вид этого волнения - это разговоры, что и некоторые латыши желают выехать вместе с немцами. Почему - это они, вероятно, знают сами, но они ошибаются в том, что у нас безопасность может быть нарушена и что поэтому они должны уехать. И, кроме того, если опасность угрожает, то ведь всем, не только им одним. Но каковы бы ни были их причины, если кто-нибудь хочет ехать, пусть едет, но пусть знает, что отъезд в эти дни возможен только подобным же образом, как немцам - латвийским гражданам, а именно - без возврата”.

    Первый секретарь п-ва СССР в Латвии

    М. Ветров

    АВП СССР, ф. 011, ОП. 4, п. 29, д. 102, л. 44-48.

    13 октября 1939 г. (в Москве)

    11 октября посетил посланника Латвии в СССР г-на Коциныпа.

    К. выразил удовлетворение в связи с подписанием договора о взаимопомощи» Он успел съездить в Ригу и присутствовал на заседании правительства. К. передал, что правительство детально обсуждало переговоры, причем особое внимание уделяли словам, репликам и выступлению тов. Сталина. В общем, говорит К., Кабинет тепло принял результаты переговоров.

    Я спросил его о мнении военных.

    К. ответил, что военные ждут практических начал. К. привел пример с Эстонией. По его сведениям, наша делегация потребовала несколько больше того, что записано в договоре. Военные Эстонии резко реагировали, это имело отражение и в Латвии. Таким образом, заключает К., дело сейчас в том, как себя будут вести военные. Если будет взаимное понимание и доверие, то дело пойдет.

    К. уведомил меня о репатриации немцев из Латвии. По его сведениям, в Латвии царит паника. Немцы ведут пропаганду против договора взаимопомощи Латвии и СССР. По приказу Гитлера немцы германской принадлежности (их 3 тыс.) должны покинуть Латвию в 48 часов, а немцы - латвийские граждане (их 60 тыс.) должны выехать через 2 недели. К. утверждает, что обстановка в Латвии сейчас тревожная.

    Немцы говорят латышам, что вам тоже надо уходить, ибо скоро придут большевики. "Спасайтесь, пока не поздно". К. удивляется, почему так выходит. Почему Гитлер не подождал недели две-три с репатриацией? Правительство, как говорит К., старается укрепить новые отношения с СССР, а немцы портят.

    12 октября встречал латвийскую торговую делегацию.

    Глава делегации А. Берэиньш (Председат. Торгово-промышл. камеры и правая хозяйственная рука Ульманиса), сойдя с вагона, тревожно начал сообщать мне о царящей в Латвии панике в связи с отъездом немцев. По его утверждению, немцы развили бешеную агитацию против договора о взаимопомощи. Б. хватался за голову и восклицал: "Что делается - ведь это ужас. Немцы в Латвии расселены повсюду и повсюду поднята кампания. Они так дергают латышей, что прямо невозможно". Затем, извиняясь, Б. выразил свое мнение о желательности мо