Юридические исследования - Политика мира и развитие политических систем. Д. А. Керимов. -

На главную >>>

Международное публичное право: Политика мира и развитие политических систем. Д. А. Керимов.


    Политика мира, международные отношения, теоретические проблемы современного политического развития — осиовиые темы статей Ежегодника, подготовленного специально к XI Конгрессу Международной ассоциации политической науки.


                                                         ПОЛИТИКА МИРА И РАЗВИТИЕ ПОЛИТИЧЕСКИХ СИСТЕМ


     

    ЕЖЕГОДНИК

    ПОЛИТИКА МИРА И РАЗВИТИЕ ПОЛИТИЧЕСКИХ СИСТЕМ

    Навстречу XI Конгрессу Международной ассоциации политической науки

    И Д A Т Е Л Ь С Т В О «Н А У К А» МОСКВА 1979


     

    POLITICAL SCIENCES ASSOCIATION

    PEACE POLICY AND DEVELOPMENT OF POLITICAL SYSTEMS

    ANNUAL

    1978

    Политика мира, международные отношения, теоретические проблемы современного политического развития — осиовиые темы статей Ежегодника, подготовленного специально к XI Конгрессу Международной ассоциации политической науки.

    Члены редколлегии:

    Д. А. КЕРИМОВ (ответственный редактор), В. Е. ЧИРКИН/ Г. X. ШАХНАЗАРОВ



    ПРЕДИСЛОВИЕ

    Предлагаемый вниманию читателя выпуск Ежегодника специально предназначен для XI копгресса Международной ассоциации политической науки, который состоится в Москве 12— 13 августа 1979 г. В нем публикуются материалы советской дотации, представленные на этот конгресс.

    Оиютскнс ученые, практические работники, общественность  страны приняли активное участие в подготовке конгресса. П Исполком (юветскои ассоциации политических наук поступило мною различных докладов, тезисов, текстов выступлений, пред-иа шачасмы душ кош росса. Ограниченный объем издания не ни толп I, к сожалению, опубликовать все эти материалы.


    I. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ СОВРЕМЕННОГО ПОЛИТИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ

    П. Н. ФЕДОСЕЕВ

    НАУКА ОБ ОБЩЕСТВЕ И ОБЩЕСТВЕННЫЙ ПРОГРЕСС

    Мы живем в мире, характерной особенностью которого являются коренные и притом ускоряющиеся перемены, охватившие буквально все сферы жизни и деятельности людей.

    Как известно, различные школы в социологии и политических науках по-разному относятся к революционным изменениям и к общественным силам, противоборствующим в процессе исторических преобразований. Есть школы консервативпого плана, которые отрицают естествснпость и необходимость глубокого социального обновления мира, отвергают идею прогресса. Им противостоят общественно-политические и идейные направления, считающие общественный прогресс, революционное обновление мира главным содержанием истории. Арбитр в этом противоборстве — сама история. Ныне она с особой наглядностью подтверждает вывод передовой общественно-политической и философской мысли об истории как вечном процессе смены форм общественной жизни и обновления их содержания. Поэтому мы, советские обществоведы, убеждены в том, что только тогда, когда общественные науки исходят из идеи развития общества, из признания социального обновления в качестве закона общественного развития, перед ними открывается перспектива превратиться в надежный теоретический и мировоззренческий ориентир, помогающий передовым классам, партиям, отдельному человеку разобраться в современных процессах, активно воздействовать на ускорение социального прогресса.

    Разумеется, было бы недостаточно судить о содержательности и исторической значимости той или иной социально-политической доктрины только по тому, как она относится к процессам социального обновления, изменения форм общественной жизни.

     

    Существенно и то, какое содержание вкладывается в понятие прогресса. Вряд ли можно назвать свободными от предвзятости и односторонности также социально-политические учения, которые признают только эволюционное, медленное, постепенное изменение и исключают какие бы то ни было революционные формы общественного развития.

    В свое время Гегель, разрабатывая диалектическую концепцию развития, выступил против односторонней интерпретации развития вообще и прежде всего исторического процесса — как только постепенного увеличения нового внутри постепенно исчезающего старого. Напомним его знаменитое изречение: «Всякое рождение и всякая смерть вместо того, чтобы быть продолжающейся постепенностью, есть, наоборот, перерыв такой постепенности и скачок из количественного изменения в качественное» Марксизм-ленинизм продолжил и углубил диалектический анализ исторического процесса, рассматривая его как последовательную смену эволюционных и революционных этапов общества иного развития и их необходимую связь.


     Первая — когда настаивают, чтобы развивались лишь прикладные исследования, поскольку-де только они обладают практической значимостью, а вторая — когда прикладным исследованиям противопоставляют фундаментальные, а критерием последних выставляется их научная полезность, несмотря па отсутствие практической значимости.

    На деле соотношение этих критериев намного сложпсс, диалектичное, можпо даже сказать гармоничпсс. Фундаментальные исследования — это разработка крупных научных проблем, связанных с познанием закономерностей развития общества. Такие исследования не противостоят практике, а способствуют решению практических задач и назревших социальных проблем, поставленных перед общественными науками ходом современного развития. Суть дела хорошо выражает известный афоризм: «Нет ничего более практичного, чем хорошая теория». По каким путем добывается эта хорошая теория? Только путем укрепления связи общественных паук с жизнью, их постоянной ориентации на новые проблемы, порождаемые социальной практикой и научным познанием. Пока мы, ученые-обществоведы, ис видим жизненной, практической отдачи наших теоретических рассуждений, мы остаемся недостаточно компетентными в самой теории, не видим путей ее продвижения вперед, а потому рискуем встать на путь словесной эквилибристики.

    Более ста лет назад К. Маркс и Ф. Энгельс положили начало изучению законов развития общества и системным исследованиям социального процесса. Они предвосхитили методы исследования, которые ныне получают повсеместное признание во всех общественных науках. Созданная К. Марксом и Ф. Энгельсом диалектико-материалистическая методология, всесторонне развитая В. И. Лениным,— образец научности. Эта методология дает возможность раскрыть целостную научную картину общественного развития.

    Отстаивая свое понимание узловых проблем современного мирового развития, роль обществознания в их анализе и решении, мы вместе с тем выступаем за всесторонний диалог с теми представителями немарксистских течений и концепций, которые искренне озабочены судьбами человека. Поскольку в современном обществе существуют разные идеологии и мировоззрения, нет другой возможности для достижения взаимоприемлемых договоренностей по вопросам, затрагивающим всех людей, кроме непредвзятого сопоставления различных точек зрения. Сегодня, несомненно, имеются условия для конструктивного, содержательного диалога по комплексу многообразных проблем, выдвигаемых социальным развитием и научно-технической революцией. Это возможно прежде всего благодаря разрядке международной напряженности, которая становится ведущей тенденцией нашего времени. Поэтому одна из важнейших функций общественных паук сегодня — оказание интеллектуальной поддержки происходящим в мире позитивным сдвигам, выдвижение и обоснование таких политических, культурных, этических ценностей, которые способствовали бы упрочению мира и безопасности народов.

    В современных условиях мир на Земле, несомненно, является первейшей и высшей социальной и этической ценностью, в связи с чем на ученых, государственных и общественных деятелей, независимо от их философских и политических взглядов, от их отношения к религии и вероисповеданию, возлагается самая суровая и высокая ответственность, которую только знала история,— ответственность за судьбы человечества, за жизпь и счастье сотен миллионов людей. Ни один реалистически мыслящий деятель но может ныне игнорировать могучей силы современности — убеждения миллионов людей труда в необходимости сохранения мира.

    В этих условиях особенно пагубна идея самоустранения от участия в решении проблем мира, что часто превращается в фактическую поддержку и даже поощрение сил агрессии и войны.

    Подлинный гуманизм требует не только осуждения войны, но и действенной борьбы с военной опасностью и прежде всего с грозной опасностью создания и распространения нового ядерного оружия, так называемой нейтронной бомбы. Планы ее создания, которые, кстати, уже начинают осуществляться, также прикрываются соображениями «военного равновесия», «безопасности», «борьбы с советской угрозой» и т. д. Па деле же это — продолжение преступной политики подхлестывания гонки вооружений, политики, которая отнюдь не отражает интересов народных масс, а ведет к выгоде самых реакционных империалистических сил и военно-промышленного комплекса.

    Меры но обеспечению мира и безопасности народов весьма многообразны — от радикальных, вплоть до полного и всеобщего разоружения под строгим и эффективным международным контролем, до частичных п в то же время существенных, таких, как ограничение стратегических вооружений, полное запрещение ядерных испытаний всеми странами, создание безъядерных зон, сокращение вооруженных сил в Европе и т. п. Среди таких мер громадное значение имеет развитие экономических отношений между странами, устранение всякой дискриминации в области торговли, укрепление научно-технического и культурного сотрудничества, совместное решение назревших глобальных проблем и т. п.

    Разработка и осуществление в мировом масштабе согласованных мер защиты мира — дело компетентных международных организаций и самих государств. Что касается ученых, общественных деятелей, то их задача состоит в том, чтобы содействовать претворению в жизнь любых мер — и радикальных и частичных, ведущих к закреплению международной разрядки и упрочению дела мира. Особое значение придается — и это во многом зависит от деятельности ученых и влиятельных общественных организаций — созданию подлинно гуманистического климата, исключающего возможность использования достижений науки и техники во вред человеку, противодействию пропаганде теорий и идей, так или иначе оправдывающих гонку вооружений, препятствующих упрочению деловых и взаимовыгодных отношений между странами. Вопросы международной разрядки, прекращения гонки вооружений и установления прочного мира на Земле — одна из наиболее важных областей концентрации усилий всего цикла общественных наук. Здесь, как нигде, требуются фундаментальные научные разработки путей уменьшения международной напряженности, установления системы всеобщей безопасности, перевода военно-промышленных комплексов па мирные рельсы разоружения.

    Методологическую основу марксистского исследования всех этих проблем, как и нашего понимания роли в их решении международных условий и факторов общественного развития, составляет принципиальное положение, согласно которому разрядка, мирное сосуществование касаются международных отношений и не могут ни отменить, ни изменить законы классовой борьбы. Мирное сосуществование государств различных общественно-политических систем — это не конвергенция этих систем и не сохрапение социального и колониалистского статуса-кво. Поэтому борьба за мир и разоружение, за упрочение международного сотрудничества, идущая во всем мире, не означает отказа от борьбы за социальный прогресс, от активной поддержки национально-освободительного движения народов.

    * * *

    Сложный комплекс многообразных проблем выдвигает перед современным обществоведением научно-техническая революция. Интегрируя различные начала, аспекты и факторы исторического процесса, она стала своеобразным полем пересечения н активного взаимодействия социального, гуманитарного, естественнонаучного и философского знания.

    Современная наука и техника дали в руки человека могущественнейшие силы. Не случайно теперь все чаще говорят о том, что глубину и последствия воздействия человека на природу можно с полным основанием сопоставлять с геологическими процессами. Небывало возросшие возможности созидания и, к сожалению, разрушения, таящиеся в достигнутом уровне научно-технического прогресса и его перспективах, заставляют не только писателей, ученых, политиков, но и массы простых людей размышлять и волноваться: кому и в каких целях служит и должна служить эта мощь? На благо людям или во зло? Поэтому ныне в числе важнейших социальных и одновременно гуманистических задач общественных наук следует назвать, во-первых, задачу предвидения социальных, экономических и экологических последствий человеческой деятельности и, во-вторых, задачу овладения процессом научно-технического развития и сознательного контроля п управления этим процессом со стороны общества.

    Опыт свидетельствует о том, что управление процессами развития науки и техники возможно лишь иа основе, с одной стороны, познания внутренних законов развития науки и техники, с другой — глубокого понимания связи научно-технического и социального прогресса. Только при условии комплексного, подлинно синтетического подхода к оценке научно-технической революции в неразрывной связи с коренными социальными процессами можно верно определить ее сущность и историческое значение.

    Главная особенность нашей интерпретации научно-технической революции состоит в признании закономерности, что революции в духовном и материальном производстве соответствует социальная революция. К. Маркс и Ф. Энгельс, анализируя промышленную революцию XVIII—XIX вв., показали ее связи с социальными революциями, серия которых завершила становление капиталистического способа производства. Диалектика современной эпохи проявилась в том, что социальная революция в ряде стран предшествовала научно-технической революции, обеспечив тем самым необходимые социальные условия ее осуществления. В свою очередь, научно-техническая революция служит здесь средством развития и умножения достижений социальной революции. В других же странах научпо-техпнческая революция предваряет социальную революцию, подготавливая ее материальные предпосылки. Различия в порядке следования научно-технической и социальной революций представляют собой одно из конкретных выражений основного противоречия нашей эпохи, в котором проявляется многообразие исторического процесса. Однако и в том и в другом случае научно-техническая революция выступает как неотъемлемая составная часть создания материальных предпосылок коммунистического общества. Революция производительных сил подготавливает новую материально-техническую базу, адекватную коммунистическому способу производства. В этом — неразрывное единство исторического процесса пашего времени.

    Другая существенная особенность нашего понимания научно-технической революции состоит в раскрытии не только ее воздействия па общество и человека, но и определяющего воздействии общества п человека на развитие IITP. Общество, человек при этом рассматриваются не только как объекты IITP, но и как се субъекты, как се творцы и движущая сила. Процессы НТР характеризуются пе только тем, что претерпевает общество в результате протекания НТР, но и тем, что делает общество, человек для ее целенаправленного развития. Болес того, марксистский подход к процессам НТР заключается в преимущественном внимании не к задачам, которые она ставит перед обществом (такой акцент, по сути дела, отрывает НТР от общества, представляет ее как некую потусторопшою силу, собственно, к обществу не принадлежащую), а к задачам, которые общество, его насущные потребности дальнейшего экономического, социального и духовного роста выдвигают перед наукой и техникой, обусловливая революционный характер их развития.

    Раскрывая воздействие общества на развитие науки и техники, нельзя, разумеется, исходить из представлений о пеком обществе вообще, взятом вне его копкретных социально-классовых характеристик. Социальная обусловленность ппучпо-тс-хпнческо-го прогресса обнаруживается прежде всего в том, что формы этого прогресса, конкретные механизмы его стимулирования и последствия для человека определяются интересами господствующих в обществе классов, степенью совпадения этих интересов с интересами остальных слоев общества, с объективными потребностями общественного развития. Социализм впервые снимает те социальные ограничения, которые обусловливают противоречивый (с точки зрения последствий для человека) характер научно-технического прогресса, ставит достижения наукп и техники на службу всему обществу.

    Некоторые зарубежные ученые считают, что наука является автономным институтом как в национальном, так и в международном масштабе, своего рода государством в государстве. Другие исследователи придерживаются, на наш взгляд, упрощенных метафизических представлений о проблеме социальной обусловленности развития наукп, при которых игнорируется сложная диалектика взаимодействия общества и науки. Например, из того факта, что уровень развития науки в СССР и США, по сути дела, одинаков, делается неправомерный вывод о том, что направленность и формы проявления социальной детерминированности научного прогресса, роль государства в развитии науки в этих странах идентичны.

    Комплексный анализ проблем НТР показывает, что наука — это продукт социального развития не только с точки зрения организационных форм ее существования, но и в плане ее содержания и даже теоретико-иозиавательпых форм развития. В общем п целом та зависимость, та объективная закономерность, в соответствии с которой человечество переходит от уже решенных проблем научного познания к новым по своему содержанию (и в конечном счете по своим формам) проблемам, носит двойственный., характер. С одной стороны, она бывает внутренней, вызревающей в самом организме науки, а с другой — определяется и стимулируется процессами общественной практики. Развитие наукп, таким образом, обусловливается не только уже имеющимся запасом знаний, но и теми целями, которые встают пород обществом.

    Как уже отмечалось, НТР по-новому ставит сложнейшую задачу оптимального сочетания научно-технической и производственной деятельности общества с процессами, протекающими в биосфере. Это одна из причин того, что ныне в число наиболее значимых в теоретическом и практическом плане выдвинулась проблема взаимоотношения социального и биологического. Она, став в последнее время объектом многочисленных социально-политических спекуляций, оказалась в фокусе острой идейной борьбы.

    Отдельные авторы утверждают, что высокие моральные принципы свойственны, собственно, многим животным и, значит, как благородное, так и зловредное биологически предрешено. В то же время человек-де разделяет с животными агрессивные инстинкты, порождаемые борьбой за существование. Логика такого рода выступлений могла бы повести к биологизацни социальных явлений.

    Заметим прежде всего, что попытки биологической интерпретации социальных явлений имеют более чем столетпюю историю. За это время полностью выявилась их бесплодность в научном отношении, а также реакционность тех социально-политических выводов, которые из них делались.

    В условиях современной борьбы идеи па мировой арсис биологическое истолкование социальных явлений все чаще применяется для подкрепления ложных социально-политических выводов, среди которых выделяется тезис о якобы угрожающем росте противоречия между биологическим и социальным в человеке. Сторонники этого тезиса делают упор на то, что человеческий род переживает период бурного социального развития, в то время как биологическое начало остается более или менее нспз-меипым. Социальный прогресс, рассуждают они, памного обгоняет биологическое развитие, и человек, все еще движимый животными инстинктами, не укладывается в современную социальную организацию. В век космических полетов, телевидения и голографии человек по своей биологической сущности остается-де столь же агрессивным, как и его далекий предок. Отсюда сторонники этой концепции делают вывод о пснзбежиости войн и всевозможных социальных потрясений.

    В методологическом плане этот фатальный креп в сторону негативных прогнозов связан с преувеличением разрыва между социальным п биологическим и игнорированием в то же время важнейшей грани их связи и единства. Между тем весь ход исторического развития показывает, что нарастание внутреннего единства между биологическим и социальным в действительности является более глубоким и определяющим, нежели момент их расхождения. Социалистическая организация общества позволяет не только гуманизировать общественные связи, но и оптимизировать взаимоотношения между обществом и природой, человеком и окружающей средой, учитывать п в возможных пределах сознательно регулировать взаимосвязь социального и биологического. Этот новейший этап развития человечества порождает реальную основу для более полного и глубокого опосредования биологического социальным.

    Нет никаких данных, которые свидетельствовали бы о том, что биологические свойства человека могут служить неодолимым препятствпем для социального прогресса. Болес того, социальный прогресс оказывает преобразующее воздействие и па биологическое. Оде а ко в западной литературе н сегодня продолжают в изобилии появляться различпые теории примата биологического пад социальным. При этом во многих случаях предлагаются слегка подновлепные варианты уже изжтгвттшх себя концепции — социал-дарвштнзма, евгеники, фрейдизма и прочих.

    Стало модным говорить и о конвергенции биологических и социальных исследовании. При этом под, флатм конвергенции нередко, по существу, происходит подмена социологии биологией.

    Попытки такой подмены не имеют научной основы и расходятся с главными принципами научного метода, требующими конкретного исследования каждой специфической области явлений. Био-логизаюрство в общественных науках методологически глубоко ошибочно прежде всего потому, что не учитывает развивающуюся структуру материального мира и ее историческую дифференциацию. Проблема биологического и социального упирается в общефилософскую трактовку единства бытия и качественного своеобразия различных уровнен, проявлений, сфер единого, целостного материального мира. Различные уровни, сферы бытия подчиняются всеобщим закономерностям, выражающим единство мира, и вместе с тем на каждом таком качественно своеобразном уровне бъпия действуют специфические закономерности. Таким образом, между разными сферами, уровнями действительности существуют сходство, преемственность, связь и в то же время качественное различие.

    Необходимо в самой действительности найти тот реальный, конкретный способ взаимодействия биологического и социального, при котором они, во-первых, не отождествлялись бы друг с другом, а, во-вторых, не отрывались бы друг от друга. Иначе говоря, надо раскрыть специфичность каждой из этих сфер бытия и вместе с тем преемственность, взаимосвязь, взапмопереход между ними.

    Мы категорически отвергаем биологизацию общественных явлений, потому что именно социальные закономерности в полной мерс определяют «поведение» классов, наций и вообще социальных групп людей. Однако это не исключает необходимости исследовать соотношение биологического и социального в человеке как индивиде. II в даттпом вопросе пе может быть возврата к каким-либо формам социал-дарвннизма п всякого рода биологизма. Стало азбучной истиной, что человек' создается обществом, что он существо общественное, что социальные условия определяют сто развитие, неведение и т. п. По неверны и упрощеппые представления о том, что пет никаких природных детерминаций существования человека. Будучи общественным существом, человек вместе с тем — часть природы, биологическое существо. Его поведение зависит, в частности, от его темперамента, природных способностей и возможностей. Это природное в человеке отнюдь не исчезает в ходе истории, однако оно существенно видоизменяется и развивается, принимает качественно иную форму в процессе антропогенеза и всего последующего социального прогресса человечества.

    Было бы ошибкой, видя определяющее значение социальпых условии, игнорировать биологические свойства человека п закрывать путь к исследованию биологии п генетики человека. Так, при анализе поведения личности нужен дифференцированный подход, учитывающий и социальные, н (экологические (вообще прттродпые) условия, которые в неразрывном взаимодействии оп-рсделяют это поведение. Большое значение, в частности, имеют природные задатки человека, так или иначе влияющие на развитие сю способностей в процессе трудовой деятельности. Ни I•. Мары, ни Ф. Энгельс, нп В. II. Чгшш никогда не утверждали. будто все люди равпы по способностям. Марксизм понимает под равенством равенство социальное, а не биологическое.

    II,, мерс дальнейшего развития биологии (iепетпкн, физиологии п т. д.), психологии, социологии н других смежных паук будут углубляться исследования самого механизма взаимодействия биоло| пческого и социального в человеке. В настоящее время все большее число паук н все более успешно включается в изучение проблемы человека — самой сложной, по вместе с тем самой волпующей из всех научных проблем. Оно ведется как средствами естествознания, так п методами общественных наук. Однако, признавая продуктивность такого сотрудничества, необходимо в методологическом плане со всей определенностью подчеркнуть ведущую роль социального в изучении человека. Об этом свидетельствует п то обстоятельство, что дальнейшее развитие исслсдоианпй в области биологии вообще п генетики в частности в значительной степени зависит от решения ряда этических и юридических проблем, таких, как определение грапнцы вмешательства в генетические структуры людей, характеристика социально-этических моментов при пересадке органов, при направленном воздействии на психические структуры человека и т. п.

    Некоторые ученые выступают с предложением выделить особую, комплексную науку о человеке. Однако из попыток создания такой едипоп пауки о человеке вряд ли может что-то получиться. Человек — сложнейшая проблема, и оп изучается не какой-либо одной наукой, а целым комплексом наук (аптропологпеп. генетикой, физиологией, психологией, социологией, этикой, эстетикой. этнографией п т. д.).

    Конечно, сейчас очень сильно выражены тенденции к интеграции и дифференциации наук (в частности, наук, изучающих разные аспекты проблемы человека). Но любая интеграция знания — не слияние, не взаимное растворение наук, а их взаимодействие, взаимообогащение в интересах совместного решения комплексных проблем, каждая из которых рассматривается отдельной паукой в каком-то одном аспекте. Именно такая кооперация разных «суверенных» наук в целях совместного исследования комплексной проблемы человека может дать плодотворные результаты.

    Процессы современной жизни, мир человека, его дела нельзя постичь вне всестороннего учета самых разных сторон действительности, без освоения всей культуры, без вовлечения в творческий арсенал ученого всего достигнутого в других областях знания.

    Еще одно важное направление концентрации исследовательских усилий в области общественных наук — изучение проблем глобального характера, приобретающих в современных условиях все большую актуальность.

    Первой и наиболее тревожной среди них является продовольственная проблема, тесно связанная с демографической. Неравномерный рост народонаселения и трудовых ресурсов в мире создает далеко не простые социальные коллизии, выдвигает сложные научные и практические задачи. Известно, что за последние десятилетия в странах Азии, Африки п Латинской Америки в результате сокращения детской смертности, эпидемических заболеваний п увеличения средней продолжительности жизпи при сохранении высокой рождаемости среднегодовые темпы роста населения более чем удвоились. За двадцать пять лет, с 1950 по 1975 г., численность паселення в этих странах выросла примерно па 1100 мл и. жителей (80% мирового прироста). По прогнозу ООП, к 2000 г. числспность паселения здесь увеличится почти вдвое, с 2,5 млрд. до 4,9 млрд. человек. Уровень развития экономики в этих бывших колопиях н зависимых страпах в то же время остается низким. Поскольку в промышленно развитых страпах темпы роста населения сейчас стабильны (примерно 0,9% в год), доля жителей менее развитых регионов во всем населении Земли повысится с 60% в 1950 г. до 80% к концу века. В связи с этим резко усложняется решение продовольственной проблемы, которая и в настоящее время стала весьма острой г этой части мира. Все более острой становится и проблема занятости. В бедствснпом состоянии в этих регионах оказывается народное образование. Количество неграмотных в мире продолжает расти и достигает уже миллиарда человек.

    Па этой почве активизируются проповедники мальтузианских теорий, навязывающие развивающимся странам свои рецепты и свою «помощь» в решении демографических проблем. Острые со-циальпо-экотюмпчеекпе пробтомы, вызванные быстрым ростом населения, используются и для проповеди тезиса о разделении мира па «богатые» и «бедные» страны.

    Все это требует глубокого и конкретного исследования демографических проблем в различных регионах мира, последовательного разоблачения антинаучных демографических концепций и выработки научно обоснованной демографической политики. Наука и техника в нрттпнипе впоттте могут обеспечить опережающее наращнваптте производства продовольствия по отношению к увеличению численности населения Земли. Жизненные ресурсы человечества и возможности увеличения средств питания колоссальны. Однако одним из непременных условий реализация этих возможностей является устранение такого положения, когда люди, запятьте в сельском хозяйстве, зачастую неграмотны, штщтт, располагают лишь самыми примитивными орудиями труда, опутаны суевериями, долгами, полуфеодальной ir.iiи феодальной кабалой и т. д. Это означает, что должна быть коренным образом изменена реальная социально-экономическая ситуация, существующая в большей части мира.

    Вторую группу образует комплекс проблем, связанных с мировыми тенденциями урбанизации, массового переселения человечества в города. Темпы этого процесса во много раз перекрывают даже неслыханно быстрый рост населения Земли. 13 начале XX в. городское население мира составляло менее 20% человечества, в настоящее время — примерно половину, а к 2000 г., при тс-х же темпах урбанизации (которые, кстати, нарастают), составит около двух третей.

    Массовый стремительный переход от сельского к городскому образу жизни — это лавппа проблем не только и не столько архитек-1 турно-градостроительного, сколько экономического, экологического, демографического, этнографического, образовательно-педагогического, социально-культурного, психологического, правового характера.

    Третья группа глобальных проблем связана с социальными последствиями комплексной механизации, начинающейся автоматизации и кибернетизации важнейших отраслей производства. Эти последствия выражаются в существенных измеиспиях социальной структуры, социальных потребностей, соотношения и содержания рабочего и свободного времени, практически всех важнейших сторон образа жизни индивида и общества. Так, в начале XX в. подавляющее большинство трудящихся даже во многих экономически развитых странах было занято в сельском хозяйстве. Теперь эта доля в развитых странах упала до уровня менее 10—20% (в США — до 3—4%). Стремительно снижается она и в других странах. Начинает уменьшаться также удельный вес работающих в добывающей и обрабатывающей промышленности, за счет чего растет доля занятых в сферах обслуживания, управлепия, науки и культуры. Приобретают неслыханную остроту считавшиеся совсем недавно сравнительно второстепенными социальные потребности в знаниях, в содержательном, творческом труде и т. д.

    Четвертая группа проблем связана с тенденциями и перспективами возрастающего в настоящее время воздействия человека па природу, окружающую среду. Многократно возросшие масштабы мирового производства в послевоенный период сопровождаются резким увеличением потребления энергии и сырья. По ряду энергоносителей и видов сырья возникает реальная перспектива истощения ресурсов в ближайшие десятилетия. Так, разведанные запасы нефти в капиталистических и развивающихся странах на начало 1978 г. составляли немногим более 70 млрд. т., а годовая добыча — 2,3 млрд. т. Следовательно, запасы нефти могут истощиться примерно через 30 лет.

    Рост производства чрезвычайно остро ставит проблему охраны окружающей среды, утилизации отходов и т. д. Возрастающие масштабы добычи исходных продуктов и нарушение экологического равновесия усилили необходимость исследований путей рационализации природопользования. Все это требует тщательного изучения ожидаемых и желательных последствий вмешательства в природные процессы.

    Не только теоретически, но и практически доказано, что упомянутые проблемы при всей их глобальности имеют разное «звучание» в условиях капитализма и социализма. Опыт показывает, что именно социализм в силу своей природы создает наиболее благоприятные возможности для их решения, тогда как капитализм, опять-таки в силу своей природы, решить их, в сущности, не способен.

    Это, конечно, не означает, что у пас нет никаких проблем, порожденных влиянием производственной деятельности на природу. Они есть и у нас, причем многие из них вызваны тем, что экономика России сильно отставала от уровня, достигнутого развитыми капиталистическими странами. Молодой Советской Республике необходимо было срочно наверстывать упущенное, ускоренными темпами развивать экономику и прежде всего тяжелую промышленность — основу индустриализации и технического прогресса. В этих условиях проблемы охраны природы еще пе могли стоять на первом плане, и промышленность во многом развивалась без учета этой детерминанты. Но как только социалистическое общество укрепилось и прочно встало на иоги, проблемы упорядочения отношений между обществом и природой стали одним из ведущих направлений государственной политики и общественной деятельности. Здесь проявилась истинная природа социализма — строя, который живет не только потребностями сегодняшнего дня, но и будущим народа, реализует далеко идущие социальные цели. Достаточно сказать, что в десятой пятилетке на цели сохранения окружающей среды в государственном бюджете ассигновано 11 млрд. руб. Социализм как общественный строй утверждает в качестве одной из своих важнейших социальных ценностей гармонию между обществом и природой, преобразованной в интересах человека.

    Все тс проблемы, о которых шла речь, по сути своей являются комплексными. Вообще комплексность — один из ведущих методологических и организационных принципов развития современных научных исследований. Он вызван к жизни не благими субъективными пожеланиями и добрыми порывами, а объективным характером проблем, решаемых наукой.

    Комплексность не есть нечто однажды возникшее и застывшее в своей первозданной форме. Развитие научных знаний ставит все новые и новые проблемы. Эффективность научных исследований ныне в значительной степени зависит от тесного взаимодействия естественных, технических и социальных наук. Единство этих трех главных ветвей современного научного знания обусловлено комплексным характером тех проблем, которые выдвигаются потребностями общественного развития.

    Опыт пашей страны показывает, что одной из наиболее эффективных форм совместной работы обществоведов и представителей других наук является программно-целевой метод, т. е. разработка совместными усилиями представителей естественных, технических и общественных наук крупных программ, базирующихся на фундаментальных исследованиях к имеющих важное практическое значение. В качестве первоочередных в нашей стране в настоящее время намечены следующие программы:

    — исследование основных экономических и социальных проблем развитого социалистического общества и закономерностей его перерастания в коммунистическое общество;

    — разработка теории и методов планирования и управления экономикой в условиях развитого социализма;

    — региональная экономика н перспективы регионального социально-экономического развития СССР на период до 2000 г.; формирование и развитие крупных народнохозяйственных комплексов;

    — социально-экономические проблемы демографии и воспроизводства населения и трудовых ресурсов;

    — развитие культуры и проблемы воспитания в зрелом социалистическом обществе;

    — закономерности развития мирового социалистического хозяйства, проблемы социалистической экономической интеграции, расширения II углубления долгосрочных экономических связей с социалистическими странами;

    — исследование экономики основных капиталистических и развивающихся стран; проблемы внешнеэкономических связей СССР с капиталистическими и развивающимися странами; новые явления в международных отношениях и анализ внешней политики основных капиталистических государств;

    — развитие международного рабочего движения и мирового революционного процесса.

    Уже этот простой перечень, к* которому следует добавить разработку комплексной программы научно-технического прогресса и ею социальных последствий, лает достаточно наглядное, хотя, разумеется, н по полное представление об объеме и разносторонности деятельности советских обществоведов.

    Нетрудно заметить, что разработка любых общегосударственных программ ныне псволможиа без активного участия обществоведов. Идет ли речь об энергетике или сельском хозяйстве, демографии пли развитии культуры - во всех этих комплексных программах существенное, а то и преобладающее место занимают экономические, социальные, идеологические компоненты, т. е. те аспекты, которые «приписаны» к нашему ведомству — обществоведению.

    В центре внимания всей исследовательской деятельности советских обществоведов находится комплексная разработка концепции развитого социалистического общества. Эта концепция представляет собой новый существенный шаг вперед в области марксистско-ленинского учения. В ней раскрыта собственная основа социализма, показана длительность фазы социалистического развития и общезначимые этапы этого развития, раскрыта сущность зрелого социалистического общества, его историческое место в становлении коммунистической формации. В практическом плане значение концепции развитого социализма состоит в том, что она дает принципиальные ориентиры для планирования экономического и социального прогресса.

    Все шире развертывается исследование проблем, связанных в первую очередь с всесторонним развитием производства и управлением им. В связи с осуществляемым в нашей стране курсохлх на повышение эффективности производства, его всемерную интенсификацию особое внимание уделяется разработке критериев эффективности общественного производства, отражающих единство экономического развития и социальной политики. На основе конкретизации общего критерия социально-экономической эффективности производства предпринимаются усилия по формированию системы соответствующих показателей на уровне народного хозяйства, отраслей, объединений и предприятий, региональных комплексов.

    Становление и укрепление экономической базы развитого социализма тесно связаны с совершенствованием его социальной структуры и государственности. Новый импульс к еще более активному исследованию социальных отношений и вопросов политического развития дало всенародное обсуждение и принятие новой Конституции СССР. Новая Конституция СССР с научной достоверностью закрепляет завоевания социализма от Великой Октябрьской социалистической революции до наших дней, объективно отражает социальную структуру и государственное устройство развитого социалистического общества и вместе с тем служит основой исследований современной действительности и перспектив ее развития.

    Главный итог в историческом развитии советского общества — укрепление его социально-политического и идейного единства, упрочение дружбы трудящихся всех наций, в результате чего сформировалась новая социальная и интернациональная общность людей — советский народ.

    Политическим выражением этого процесса социального развития явилось перерастание государства диктатуры пролетариата в общенародное государство. Советские обществоведы многое делают для того, чтобы раскрыть диалектику становления социальной однородности общества, общенародный характер государства и его политики.

    Совершенствование политических отношении в развитом социалистическом обществе проявляется и в закономерном процессе дальнейшего расширения и углубления социалистической демократии. Историческим опытом нашем с i рапы, других стран социалистического содружества доказано, что зрелый социализм— это общество подлинной демократам, политическая система которого обеспечивает все более активное участие трудящихся в государственной жизни, сочетание реальных нрав и свобод граждан с их обязанностями и ответственностью перед обществом. Советские ученые-обществоведы сосредоточивают внимание на изучении таких направлений процесса демократизации общественной жизни, как развертывание демократии в управлении хозяйством и других сферах общества; расширение прав и повышение ответственности коллективов и граждан; более последовательное соединение законодательной и исполнительной государственной деятельности; повышение роли представительных органов государственной власти и общественно-политических организаций трудящихся в управлении государством, совершенствование форм народного контроля за деятельностью органов государственного управления; строгое соблюдение социалистической законности и правопорядка. Существенное внимание уделяется исследованию и тех новых проблем в понимании и развитии демократии, которые ставит научно-техническая революция и связанное с псп возрастание масштабов производства и усложнение процессов управления. Исследование всех этих основных тенденций демократии в условиях зрелого социализма, естественно, связывается с критикой формальной и абстрактной концепции прав и свобод человека как неких внеклассовых сущностей.

    Заметно активизировалось в последние годы изучение процессов развития общественного сознания, духовной культуры общества. Разработки в этой области непосредственно направлены на практическое содействие последовательному формированию духовно богатой, идейно убежденной, интеллектуально и эмоционально развитой личности, занимающей активную жизненную позицию. Предметом конкретного анализа становятся мотивы поведения и поступков люден, влияние и взаимодействие при этом материальных и моральных факторов; изучаются процессы формирования ценностных ориентаций, потребностей и интересов личности.

    Комплексным, можно сказать, епптетнчеекпм, научным направлением, обобщающим итоги исследований общественного бытия и общественного сознания, является изучение социалистического образа жизни. Главное при этом состоит в постоянном и пристальном внимании к тем ощутимым переменам, которые происходят в реальной действительности развитого социалистического общества, в конкретной разработке системы показателей социалистического образа жизни, методики прогнозирования его развития.

    Формирование социалистического образа жизни предполагает два необходимых и взаимосвязанных условия. Первое — это создание социалистического способа производства и адекватного ему общественного уклада, второе — воспитание нового человека, человека с высокими коммунистическими идеалами и соответствующими им коммунистическими делами.

    Социалистический образ жизни открывает широкий простор расцвету личности, гармоническому развитию всех сторон сознания, поведения, деятельности людей. Однако в реальной действительности такая гармония отнюдь не сразу полностью присуща всем сторонам жизни индивида, коллективов, общества. В сознании, в поведении людей еще имеют место и неравномерность, и противоречия. Бывают случаи, когда не стыкуются, скажем, такие характеристики, как трудовая активность и высокие моральные качества, признание коммунистических идеалов и фактическое поведение и т. п. Думается, что единство идейного, нравственного и трудового воспитания есть стержневая линия формирования нового человека и дальнейшего утверждения социалистического образа жизни.

    Достижение такого единства, бесспорно, предполагает и усиление борьбы против пережитков прошлого. Наиболее общим источником таких пережитков, несомненно, оказываются в конечном счете частнособственнические традиции. Воспитанные и укоренившиеся веками чувства и привычки частного собственника еще дают себя знать при социализме и после того, как частная собственность заменена общественной. Столь же очевидна связь с этими традициями индивидуализма, для которого характерны противопоставление отдельного человека обществу, подрыв принципа коллективности, отсутствие сознания общественного долга.

    Частная собственность веками раскалывала общество на антагонистические классы, па господствующие и угнетенные нации, порождала и питала расизм, шовинизм, национальную ненависть п вражду. Империализм обострил до предела классовые и международные противоречия капиталистической системы, обрушил на человечество бедствия двух мировых войн и бесчисленного множества локальных войн. Социализм, основанный на общественной собственности, покончил с этими псдостойными человека социальными пороками, утвердил новые отношения между людьми и между нациями.

    Мир и дружбу между народами мы относим к самым справедливым и высоконравственным принципам человечества. И это не обособленные, а органически взаимосвязанные, взаимообусловлп-вающиеся начала. Дружба народов — это в то же время мир и сотрудничество между народами.

    в. с. скмыюп

    НАКОПЛЕНИЕ ПОЛИТИЧЕСКИХ ЗНАНИЙ

    с т) г.

    Дли того чтобы проследит!, процесс накоплении политических знании с ИМВ г., нужно прежде псет учесть факторы, нызвав-Liiiiu изменении в области политических исследовании. К этим факторам относится: I) сложившаяся до НЕ9 г. система политических знании; 2) изменение в рассматриваемый период политической и социально-экономической обстановки в мире; 3) конкретно-исторические особенности социально-политического развития в отдельных странах; 4) логика развития самого научного знания в целом и его взаимосвязь с развитием политических паук и политических исследований.

    В буржуазной политической науке в странах Запада к 1949 г. следует отмстить преимущественно формально-юридический, историко-философский и нормативно-ценностный подходы к оценке политических процессов и явлений, убежденность многих политологов в невозможности определить направление развития политических событий, эффективно управлять развитием политических процессов. Политическая наука в большинстве этих стран находилась на стадии накопления фактов п их первопачальпой интерпретации; преобладал не аналитический, а описательный подход в политологических исследованиях.

    На основе нового исторического опыта и достижений всей совокупности общественных наук продолжали развиваться марксистские исследования в области политики. Политическая действительность изучалась в развитии, во всем многообразии существующих взаимосвязей, т. е. в ее конкретности и историчности. Исследование политических процессов сочеталось с изучением общества как целого.

    Сравнительному анализу подвергались новые явления политической жизни в конкретных странах развитого капитализма, в новых государствах Азии и Африки. Изучение социалистических политических систем велось главным образом на уровне отдельных институтов либо политико-правовых (конституционных) механизмов власти и управления. Определенные сдвиги наметились в области методов сравнительного изучения правовых систем и институтов. Политическая и социально-экономическая обстановка в мире в рассматриваемый период характеризуется следующими главными моментами.

    Образование и развитие мировой социалистической системы. В результате важнейшее место в политических отношениях и соответственно в политическом знании как внутри стран, так и на международной арене заняли проблемы взаимоотношения капиталистических и социалистических стран.

    Распад колониальной системы и образование большого количества развивающихся стран со своей спецификой политических процессов. Проблемы развивающихся стран, их место в системе международных отношений заняли важное место в исследованиях политологов.

    Научно-техническая революция, которая развернулась примерно с середины 50-х годов, оказала существенное воздействие на социально-экономические и политические процессы. Научно-технический прогресс, с одной стороны, порождает возможность решить многие насущные проблемы, поставленные развитием человечества, такие, как обеспечение населения планеты питанием, рост благосостояния, продолжительности жизни и т. д. С другой стороны, достижения научно-технического прогресса, появление все новых средств массового уничтожения угрожают гибелью всего человечества. Значительно повысились возможности политики и политических решений в обеспечении прогрессивного развития человечества и предотвращении глобальной военной катастрофы.

    В этих условиях растет ответственность политологов и вырабатываемых ими практических рекомендаций. Прогрессивное человечество вправе ожидать от политической науки углубленной п эффективной разработки вопросов мирного сосуществования государств с различным социальным строем, углубления мирного сотрудничества между ними. Огромное значение приобретает задача совершенствования международных отношений в целях своевременного разрешения назревающих проблем и противоречий, прекращения гонки вооружений и упрочения всеобщего мира.

    Особенности воздействия этих социально-политических факторов на накопление политических знаний в конкретных странах определяются особенностями общественного строя, системой ценностей, защищаемых исследователями, задачами, которые ставятся обществом перед политологическими исследованиями. На современные политические науки оказывает большое влияние методология естественных наук, а из общественных наук — социология с ее новыми методами исследования.

    С учетом всех перечисленных моментов главные тенденции накопления политических зпаний с 1949 г. можно свести к следующим тенденциям, проявляющимся, однако, в различных формах в отдельных странах и регионах.

    Во-первых, усилилась практическая ориентированность политической науки. Мы рассматриваем эту тенденцию как новую применительно к политической науке на Западе, поскольку марксистские исследования политики никогда не ограничивались описанием и объяснением наблюдаемых явлений, но всегда стремились вскрыть законы изменения социальной действительности, способствовать решению практических политических задач.

    В современной политической тике на Западе в последпес десятилетие важное место стала заиимам, разработка практических рекомендаций, которые содействовали бы повышению эффективности государственного управления п друшх механизмов социального регулирования. В связи с этим широкое распространение получило эмпирическое изучение неформальных и социологических аспектов политической жизни выборов п политического поведении избирателен, поведении индивида в политической системе, политического лидерства, полпшчегкп ориентации и общественного мнении, политических napinii и «групп давлении»,различных механизмов взаимодействия политических институтов и общества, политики на местах и т. и. Втп исследования во многом стимулировали развитие иол in нчеекой социологии, которая, в (‘вою очередь, стала оказывать воздействие на развитие политических паук* в отдельных странах. Вместе с тем в подобных исследованиях по уделялось должного внимания теоретическим обобщениям и философско-этическим оценкам. Стремление вскрыть механизм формирования политических процессов и действий вызвало повышение внимания политической наукп к сфере взаимодействия экономики и политики, где, с одной стороны, экономические процессы, экономическая потребность обусловливают определенные политические действия, а, с другой — политические мероприятия становятся средством влияния на экономическую ситуацию.

    В методологическом и науковедческом плане на политическое знание в последнее тридцатилетие оказывают нарастающее воздействие социальные науки и прежде всего социология и социальная психология. Эмпирические данные о реальных политических процессах, складывающиеся из них банки данных и информационные системы существенно обогащают политологию.

    На основе использования данных таких социальных наук, как экономика, социология, право, психология и другие, политическая наука получает возможность более обоснованного уточнепия н развития своего категориального аппарата, разработки общей теории и час!пых концепций, систематизации накопленных политических знаний, совершенствования методики и техники обработки, анализа и обобщения политической информации.

    Быстрый рост масштабов потока информации о внутренней и внешней политике, а также возможности использования математических методов се анализа и повой техники ее обработки на основе использования ЭВМ ставят в ряд наиболее актуальных проблем политической науки разработку теории и методов проектирования больших автоматизированных систем, осуществляющих сбор, передачу, обработку, хранение и анализ политической информации.

    Для исследования и решения актуальных политических проблем современности во многих странах мира после 1919 г. была создана специальная академическая дисциплипа — политическая наука, представляющая собой систему политических знании с особым упором на политическую социологию и социальную психологию (их влияние на методологию и направление исследовании национальных политических наук модифицируется от страны к стране). В организационном плане в это же время создаются национальные Ассоциации политических наук.

    Таким образом, начиная с 50-х годов па развитие современной политической мысли па Западе наибольшее воздействие оказали в методологическом аспекте неопозитивистские бихевиористские воззрения, эмпирические социально-психологическая и социологическая направленности политической науки. Усиливается се техническая оснащенность, разрабатывается техника и методика научных исследований, математической обработки эмпирических данных. Декларируется необходимость внешней свободы политолога от предубеждений и узких групповых настроений, строгость и беспристрастность политологического анализа.

    Во-вторых, взаимосвязанность политических процессов, развитие теоретической политологии обусловили усиление роли целостных, системных теорий в политической науке социалистических стран. Глубокое исследование политических систем и накопление политических знаний в настоящее время не могут осуществляться в отрыве от изучения других областей общественной жизтш как в рамках отдельных стран, так и в глобальной системе международных о гномкч1 :i ii. Э го создаст необходимость познания законов взаимодействии политики со всеми другими областями общественной жизни — экономической, социальной, идеологической, культурной и т. д. Вместе с тем внутренняя политика различных стран ие может рассматриваться в отрыве от внешней политика и международных политических отношений. Все это создает необходимость строгого соблюдения принципа комплексного, системного подхода к исследованию политики. Даже отдельные, частные политические процессы и явления могут быть достоверно поняты лишь в том случае, если они рассматриваются как конкретные проявлепия целостной, системной политической реальности, практически сложившейся и действующей в современном мире.

    На наш взгляд, политическая теория должна быть стройной системой научных категорий и понятий, основанной на анализе и обобщении множества фактов и событий политической практики п правильно, адекватно отображающей объективные законы структуры, функционирования и развития социально-политических систем отдельных стран и всемирной системы политических отношений. Накопление информации о политических системах и процессах как форма концентрации политических знаний должно дополнять, развивать либо уточнять, изменять, модифицировать эту систему научной теории политики.

    Социально-политические системы отдельных стран состоят из множества подсистем и элементов. Взаимоотношения этих единиц в рамках политических систем тех или иных уровней делают ак-туальпыми вопросы целостного, комплексного макро- и микроанализа политических процессов и явлении в социально-политических системах. При таком анализе могут быть широко и продуктивно использованы и данные социальных паук.

    В методологическом плане системный анализ в западной политической пауке во многом базируется на результатах изысканий в области естественных паук (биологии), кибернетики, отчасти па базе поведенческой социологии, теории «заинтересованных групп)), теории злит и структурно-функциональном анализе. Применение статистического анализа политических явлении ведет к тому, что процессы качественного, диалектического развития политический жизни трактуются в терминах частных социальных и политических изменений эволюционистского характера.

    При марксистском системном, целостном подходе политические процессы и явления анализируются в комплексном единстве с явлениями и процессами экономического, социального и идеологического развития. Такой системный анализ основан па марксистско-ленинском учении об обществе и государстве, для которого характерно рассмотрение политики не только с точки зрения закономерностей ее функционирования, по также исторического развития.

    В последние годы в марксистской политической науке наиболее интенсивно разрабатывались вопросы функционирования л развития политических систем современности, главным образом социалистической политической системы, а также (хотя и в меньшей степени) политических систем развивающихся стран. Для марксистского подхода характерно изучение главного звена политической системы социализма — государства в его взаимосвязях и взаимоотношениях с другими элементами политической системы — коммунистической партией, общественными организациями (профсоюзы, комсомол). Подробно изучались вопросы практической реализации демократических принципов организации и деятельности всех компонентов политической системы социализма. В социалистической науке была сформулирована концепция социалистической ориентации развивающихся стран.

    В-третьих, для развития политической науки характерна тенденция роста сравнительного апализа политических процессов, происходящих в странах с различными общественными системами и социально-политической ориентацией. Важным фактором, способствовавшим подъему интереса к сравнительному анализу, был интенсивный рост экономических связей. Сравнительное изучение политических процессов дает необходимую информацию о складывающихся тенденциях развития в отдельных странах и регионах, о степени устойчивости тех или иных политических режимов, а также о своеобразии политической ситуации. В формировании современных политических концепций проявляется диалектика их определенной автономии, относительной самостоятельности п в то же время растущей взаимозависимости. Сравнительный анализ политических процессов и институтов происходит как па общетеоретическом уровне (макроуровне), так п на уровне взан-мооценки отдельных, частных политических явлений (микро-уровне).

    В области макроанализа наиболее интенсивные исследования проводятся в области сравнительного изучения политических систем современности, социологии международных отношений, политической культуры, правовых систем и др.

    В сравнительном макро- и микроанализе важнейшее значение имеет характер его теоретико-методологических основ. Марксистские исследования базируются на историко-материалистическом методе сравнительного анализа, благодаря чему становится воз-можным выявить глубинные причины политических процессов в различных социально-экономических условиях, их следствия и результаты. В буржуазной политологии макро- и микротеории, как правило, опираются на бихевиористскую методологию, а гарантия их научности усматривается в их тесной связи с эмпирическими исследованиями, в следовании принципу верификации научного знания. На Западе заимствованные из социологии идеи системного н структурно-функционального анализа, занявшие ведущие позиции в теоретической политологии и сформулированные в теории «политической системы», пытаются опереться на концепции антропологии и социальной психологии. Методология «сравнительной политики» здесь и основном используется для сравнения лишь неформальных структурно-функциональных, поведенческих и иных аспектов политики и оставляет в тени существенные, качественные, конкретно-исторические стороны политических процессов. За редкими исключениями, вовсе ие исследуется проблема политического познания как результат социальных и классовых противоречий и конфликтов.

    В-четвертых, под воздействием повых политических условий в мире и новых политических воззрении существенные изменения претерпело отношение к классическому наследию политической мысли.

    Понятно, что правильная оценка современного состояния н тенденций развития политического знания, а также политических систем п процессов не может быть обеспечена без изучения их в связи с прошлым, их истории. Новое политическое знание возникает на основе усвоения всей массы уже накопленных человечеством позитивных политических знаний, изучения топ информации о прошлых политических событиях и процессах, которые получили отражение во множестве опубликованных работ по философии п истории политики, восприятия лучших традиций научной политологии. Начиная с 1949 г. осуществлен большой комплекс исследований по истории политических теорий. Многие из этих исследований тесно связаны с актуальными проблемами современности, полученные выводы являются объектом острой идеологической борьбы.

    В-пятых, в политической пауке, сочетающей проблематику прошлого, настоящего и будущего, все большее значение приобретают проблемы предвидения, прогнозировании новой политической ситуации в мире и отдельных регионах п отсюда — моделирования политического будущего человечества.

    Успешная и эффективная политическая деятельность в современных условиях невозможна без учета долговременной перспективы, будущих тенденций развития политических процессов и со-бьгшп, т. е. без научного политического предвидения. Основой такого научного предвидения является познание объективных законов развития общества, соцпалкио-иолнтическпч систем отдельных стран и глобальной системы международных отношений. Всякая попытка выработать прогнозы па иной основе, подход к этой проблеме с нпдстсрмшшстских позиций дает искаженное представление об изучаемых процессах. Следует отметить, что подобные исследования занимают значительное место в современной политологии на Западе. Многие из них продиктованы усилиями реакционных сил остановить прогрессивное развитие человечества, обеспечить консервацию отживающих политических и социальных институтов. Мы полагаем, что политическое предвидение и политическое прогнозирование являются важной частью новой проблематики современной политической науки. Все это остро ставит проблемы разработки методологии и теории научного моделирования политических систем и процессов с использованием новейших средств математики и кибернетики.

    Социально-политические конфликты па Западе (и особенно в США) на рубеже 60—70-х годов, а также наметившиеся и пробивающие себе дорогу процессы разрядки в международных отношениях вызвали широкий резонанс в политической науке Запада. Ряд буржуазных авторов были выиуждеиы признать, что политическая паука паходится в состоянии глубокого кризиса. Острой критике была подвергнута консервативно-апологическая роль буржуазной политологии, выполняемая сю функция идеологического обслуживания западпых государственно-правовых и политических институтов, а также внешнеполитической деятельности этих государств.

    Для современпого этапа развития политического знания характерно выдвижение ряда актуальных и злободневных социально-политических проблем. Прогрессивно настроенные политологи па Западе ориентируются па изучение проблем борьбы против расизма и дискриминации, проблем молодежи и безработицы, положения личиости в обществе, международной разрядки, проблемы взаимодействия человека и окружающей среды. По-прежпсму актуальными остаются проблемы изучения механизмов власти и политических институтов.

    В методологическом аспекте еще более актуализировались проблемы содержательного н сравнительного анализа политического изменения, исторического и философского осмысления со-цнально-политических процессов. Происходит своеобразная политизация самой политической науки на Западе. Однако попытки повысить ее социально-политическую роль и теоретико-методологическую эффективность во многом оказываются нереализованными, зачастую сводятся к частичным методологическим усовершенствованиям на прежней философско-гносеологической основе.

    Все более углубляются и расширяются марксистские исследования в политической области на основе сочетания исторического и логического методов, нормативно-ценностного и конкретно-социологического подходов. Эти исследования посвящены как проблемам международной политической жизни, так и новым явлениям в политической жизни социалистических стран. Наглядный пример этого — выработка теории политической системы развитого социалистического общества, воплощение этой системы в механизме копегптуциопно-правового регулирования общественных и политических отношений, что нашло выражение в новой Конституции СССР.

    Таковы узловые вопросы проблематики, имеющей своей целью анализ новых знаний в политической науке за последние три десятилетия.

    2 3dкпз № 1906

    Ю. Л. ТИХОМИРОВ

    РАЗВИТИЕ НАУЧНЫХ ЗНАНИЙ О СОЦИАЛИСТИЧЕСКОМ ГОСУДАРСТВЕ

    П Г)0—70-с годы XX в. человечество решает актуальные и сложные проблемы. Это рационально!' использование ресурсов и охрана природной среды, научно-технический прогресс, повышение благосостояния люден, укрепление мира и международного сотрудничества, гармоничное развитие экономики и культуры. В решении этих проблем велика роль современных государств. Выступая в качестве самой мощной политпко-управляющей организации, они располагают необходимыми средствами для достижения выдвигаемых целей.

    Разумеется, потенциал государств неодинаков, во многом это определяется их социальной природой, функциями, а также принципами построения и деятельности. Марксистско-ленинская теория обеспечивает глубоко научное объяснение существующих разновидностей государств, позволяя дать их классификацию прежде всего с учетом вышеназванных признаков. Тип государства, характер и содержание его деятельности в решающей степени зависят от природы государственной власти, от того, чьи интересы и волю она выражает, от характера господствующих производственных отношений.

    Игнорирование данного положения в буржуазной политической науке приводит к искусственному преувеличению роли научно-технических, экономических факторов. Некоторое внешнее сходство отдельных элементов деятельности современных государств даст повод для утверждений о прогрессирующем «сближении» государственных структур социалистических и капиталистических стран.

    Теории конвергенции, индустриального и пост-нндустриалыюго общества, технотронной эры отражают указанный подход. Провозглашается устарелость понятия «государство — нация» и неизбежность перехода к новому «мировому устройству» — региональным союзам государств и т. п.

    Между тем известная общность ряда задач, стоящих пород государствами различных исторических ттшов, отнюдь не означает сходства методов решения этих задач. Специфика таких методов в полной мере отражает особенности социалистических и буржуазных государств, присущие им закономерности развития. Вместе с тем не исключается, а напротив, предполагается их укрепляющееся сотрудничество в достижении целей, объединяющих пароды всех стран,— укреплении мира, охране окружающей среды, использовании ресурсов, упрочении идеалов справедливости и социального прогресса.

    Политические пауки СССР и других социалистических стран уделяют громадное внимание вопросам сотрудничества государств в современном мире. В последние годы предметом анализа становится усиливающаяся зависимость между внутригосударственными п межгосударственными аспектами деятельности. Заметное накопление знании в этой сфере служит средством не только научного познания, по и упрочения контактов и взаимопонимания ученых разных стран.

    Прошедшие четверть с лишним века ознаменованы значительным приростом научных знаний о социалистическом государстве. На основе творческого развития марксистско-ленинского учения и обобщения коллективного опыта социалистических стран обогащены представления об общем и особенном в их развитии, о государстве диктатуры пролетариата. Революционное завоевание власти возможно в различных формах, в зависимости от конкретных исторических уели вин. Главным является установление власти рабочего класса в союзе с трудящимися как орудия социалистических преобразований.

    Общенародное государство представляет собой более высокую, чем государство диктатуры пролетариата, ступень развития государственности. Оно имеет как черты, характерные для социалистического государства вообще, так и новые свойства. Идея общенародного государства, выдвинутая и обоснованная КПСС, получила отчетливое выражение в Конституции СССР 1977 г., в Конституциях союзных и автономных республик 1978 г. Научная разработка конституционных основ Советского государства позволяет выявить творческую роль Конституции в его развитии, в закреплении социальной природы, целей и содержания государственной деятельности, системы государственных органов.

    Социальная природа Советского государства исследовалась в последние годы с точки зрения отражения в ней социально-классовой структуры общества, интересов и воли трудящихся. Преобразование государства в общенародное означает дальнейшее углубление народной природы государства. Наибольшее внимание по-прежнему было сосредоточено иа анализе природы, носителей и процесса осуществления власти. Исследователи всесторонне раскрывали процесс расширения массовой базы государственной власти, выражающей волю и интересы советского народа как новой исторической общности людей — рабочих, крестьян, интеллигенции, трудящихся всех наций и народностей страны.

    Характерным для научных работ становится расширение спектра анализа понятия социалистического государства. В результате еще более отчетливо раскрыта та грань общенародного государства, которая делает его чем-то большим, чем совокупность государственных органов. Аппарат п другие элементы государственной организации — это скорее внутренняя структура государ-сиза. Государство характеризуется прежде всего как политическая организация народа, как организация государственного объединен ля масс. Такой подход позволил еще глубже раскрыть свойства Советского государства как нолшнчсскоп ассоциации, выразителя единства пптересов общества, коллектива и личности.

    Вступление СССР в период развитого социализма связано с появлением крупных социальных задач н их разрешением, что не могло не отразиться па функциях и методах деятельности государства. Возрастает соцпалыю-уиравленчсекнп потенциал государства, который реализуется нм в интересах общества, при активной поддержке граждан, трудовых коллективов, общественных организаций, с использованием достижений начпо-техническон революции. В иоле зрения исследователей находятся поэтому три основные проблемы.

    Во-первых, изменение функций государства. В научных трудах показывается видоизменение содержания и способов осуществления таких функций, как хозяйственно-организаторская, культурно-воспитательная, комплекс внешних функций, о чем говорилось выше. На передний план выдвигается функция обеспечения неуклонного повышения уровня жизни парода и всестороннего развития личности. Иногда эту функцию называют фупкцисн оказания социальных услуг. Большинство исследователей подчеркивают, что заметное развитие получают функции управления научно-техническим прогрессом, охраны и рационального использования природных ресурсов.

    Во-вторых, развитие механизма осуществления функций. В философской, экономической литературе, в трудах в области науки управления показывается процесс решения Советским государством комплексных задач, в котором названные функции еще более тесно взаимопроникают и взаимовлияют.

    В-третьих, методы деятельности государства. В научных исследованиях подчеркиваете я обогащение методов убеждения, организации и стимулирования, имеющих ярко выраженный социальный смысл, отмечается, что не утрачивает своей роли и принуждение, при характеристике которого особое внимание уделяется мерам общественного воздействия. Одновременно все больший интерес вызывает анализ научных методов государственной деятельности и способов их применения на разных уровнях государственной организации.

    Политические науки в СССР уделяют постоянное внимание изучению государственного аппарата, оценке факторов его раз пития, приспособления к меняющимся условиям общественного развития. Система, принципы построения н деятельности государственных органов, функции отдельных звеньев аппарата — правительственных органов, министерств, ведомств, местных органов власти и управления — получили всестороннюю разработку. Новая Советская Конституция создала мощный фундамент дальнейшего совершенствования органов государства.

    Наряду с этим в последнее десятилетие углубляется анализ государственного аппарата как социальной системы. Это потребовало от исследователей раскрытия его общесистемных свойств, специфических признаков отдельных видов органов как подсистем, механизма взаимодействия органов в решении комплексных задач. В этом отношении не все еще удалось выполнить в полной мере, тем не менее полученные результаты позволяют выдвигать и решать задачу повышения эффективности работы аппарата в целом и его отдельных звеньев.

    Примечательно также и дальнейшее развитие концепции кадров аппарата, в рамках которой все больший удельный вес занимают вопросы упорядочения труда служащих, совершенствования институтов государственной службы, применения социально-психологических методов и т. п. Анализу подвергаются и профессиональные и общественные начала в управлении в их гармоническом сочетании. При этом исключается искусственное противопоставление «управленцев» и социальной среды.

    Плодотворность такого подхода становится особенно очевидной при пзучепии проблемы «государство и демократия». Эта проблема — важнейшая в псследовапиях политических процессов. Основой ее правильного решения служит упоминавшаяся выше трактовка Советского общенародного государства как политической организации парода, выступающей в форме государственного объединения масс. Она получила и конституционное закрепление; в ст. 20 Конституции СССР говорится: «Свободное развитие каждого есть условие свободного развития всех». Власть выступает, таким образом, как форма добровг льиого и сознательного объединения людей в целях построения социализма и коммунизма.

    Демократизация государственной жизни есть важнейшая закономерность развития Советского государства. Многолетние исследования в данной области позволили выявить ряд характерных черт ее проявления.

    Во-первых, государство действует и развивается в рамках политической системы. Последняя, как это следует из содержания Конституции СССР, представляет собой механизм народовластия и управления общественными делами. Понимание государства как одного из субъектов политической системы способствует более глубокому уяспепию его демократической прпроды в качестве наиболее уштвсрсальпой политической организации в обществе.

    Государство функционирует в тесной связи с другими субъектами политической системы — партией, общественными организациями и трудовыми коллективами. Подобное взаимодействие расширяет массовую базу принятия и исполнения государственных решений и способствует широкому участию граждап в управлении делами государства. Профсоюзы, комсомол, творческие союзы п иные общественные организации совместно с государственными органами решают вопросы развития экономики, культуры, обслуживания it асо ниши, спета пленил и реализации государственных планов экономического п социального развития. Трудовые коллективы участвуют в государственном управлении не только в локальном, по и в отраслевом п территориальном масштабах.

    Во-вторых, процесс демократизации затрагивает все государственные, в том числе представительны!1 институты. Исследования этого процесса приводят к выводу о масштабности задачи дальнейшего совершенствования рабои.1 представительных органов власти -- Поветов народных депутатов, органов суда, избираемых населенном или Поветами, органов управления, в системе которых широко развиты коллегиальные общественные звенья и внештатные подразделения, участвует многомиллионный актив. Обстоятельно проанализированы формы непосредственной демократии — народные собрания, съезды, совещания, обсуждения проектов законов и иных актов. Все большее внимание ученых привлекает механизм выявления и использования общественного мнения с помощью наказов избирателей, анкетирования, обобщения предложений граждап, поступающих в государственные оргапы и общественные организации.

    Большое значение имеет последовательное осуществление кои-стптцпоппых принципов работы государственных органов — выборности, сменяемости, подотчетности, информированности и т. д. На этой основе, как свидетельствует обобщение опыта государственного строительства, совершенствуются стиль и методы их деятельности, устраняются элсмены формализма.

    В-третьих, обеспечение последовательного расширения участия граждан в управле зии государственными делами. Достижению этой стратегической цели, как отмечают советские ученые, служит прежде всего реальный социально-правовой статус личности. Конституция СССР в значительной степени расширила права граждан в этой области, закрепив и гарантировав их право на участие в управлении, на внесение предложений и критических замечаний но все государственные органы, избирать и быть избранными в представительные органы, контролировать деятельность государственных органов и должностных лиц, право на судебную защиту нарушенных прав и т. д.

    В то же время в полной мере возрастает значение таких объективных факторов, как неуклонный рост экономики, науки, культуры, повышение благосостояния граждан, их сознательности и активности. Высокая политико-правовая культура — один из факторов такого рода. На этой основе не только расширяется круг граждан, участвующих в государственной деятельности. Не менее важен содержательный аспект участия — оно становится еще более компетентным и охватывает, по сути дела, все стадии политического процесса.

    Исследование государственных институтов предполагает анализ не только их сущности и признаков, но и их развития. Деятельность институтов государственной власти не означает их функционирования сугубо в технологическом плане. Напротив, речь идет о такой динамике развития, которая лучше всего охватывается понятием «политический процесс». Именно политический процесс характеризует все социальные аспекты функционирования государственных институтов (а в более широком плане и институтов политической системы), выполняющих социально-полезные функции, организующих и стимулирующих творческую деятельность масс.

    Вполне объясним поэтому интерес ученых, проявляемый к данной проблеме. Последнее десятилетие характеризуется в этом отношении немалыми достижениями, отражающими плодотворность использования таких научных методов, как системный и структурно-функциональный подходы, теория информации, теория решении, моделирование и т. и. 11а этой основе политический процесс рассматриваемся как известная разновидность процесса управления, со своими элементами (функциями), выражающими его своеобразную пиклпчпость и взаимосвязь всех составных частой.

    В Советском Союзе опубликован целый ряд научных трудов, посвященных анализу природы социально-политических и иных целей, механизма их выработки и осуществления. Получили творческую разработку методы социального прогнозирования, с успехом лрп:меняемые при определении долгосрочной перспективы развития СССР, а также вопросы планирования (имеются в виду аспекты экономического и социального планирования, организационные аспекты планирования).

    В исследовании проблем информации н принятия решений все больший удельный вес занимает анализ социально-политической информации, ее содержания и каналов движения, способов определения меры информации на каждом уровне государственной организации. Проблема решений всегда интересовала исследователей. Причем если первоначально упор делался па характеристике признаков и видов решений, порядка их принятия, форм правовых актов, то теперь углубляется анализ содержания процесса принятия и исполнения решений. В аналогичном направлении развиваются исследования таких элементов политического процесса, как организационная, идеологическая деятельность н контроль, в изучении которых делается акцепт на социальном п демократическом аспектах и средствах повышения их эффективности.

    Таким образом, Советское государство, особенно в условиях зрелого социалистического общества, понимается большинством исследователей как сложная социальная система. Творческое развитие марксистско-ленинского учения позволяет выявить в государстве такие своеобразные подсистемы как а) социально-классовая природа, б) цели, фупкции и способы их осуществления, в) государственная структура, показать системообразующие связи, в частности, решающее влияние первого элемента на другие, зависимость третьего элемента от изменений второго.

    Выявление сущности системы и содержания се функционирования связано с анализом закономерностей развития социалистического государства. Причем исследованию подвергаются не только тенденции развития отдельных элементов государства, но и прежде всего государства в целом. Применение марксистско-ле-пииской методологии изучения государства позволяет раскрыть такие закономерности его разитпил (развитие народовластия, управленческого воздействия иа общественные процессы, укрепление правовой основы государственной жизни и др.), которые отражают суть явлений и их устойчивую связь, использование познанных объективных закономерностей. Государство анализируется в общем процессе общественного развития. Исследования государства становятся предметом и философии, и социологии, и экономики, и права, и психологии. Все эти общественные науки в той или иной степени анализируют различные стороны развития государства. Такой комплексный подход обеспечивает высокий уровень анализа институтов государства.

    Марксистско-ленинская материалистическая диалектика — основная методология исследования государственных институтов в социалистическом обществе. Ее применение позволяет видеть главные стороны явлений, обнаруживать п правильно разрешать противоречия общественного развития, своевременно выявлять, познавать и использовать объективные закономерности эволюции государства вообще и социалистического в частности.

    Именно это служит основой для более углубленного понимания процесса постепенного преобразования социалистического государства в коммунистическое общественное самоуправление. В современных научных трудах подчеркивается постепенность этого процесса, его этапность. Советским ученым удалось преодолеть проявления такого подхода к оценке государства и его элементов, когда его развитие рассматривалось как механическое отпадение, «исчезновение» некоторых его свойств, функций. Утверждается более правильная трактовка развития как процесса преобразования внутренних свойств явлений, наполнения их новым содержанием. Общенародное государство все в большей степени представляется общесоциалыюй организацией, объединяющей парод и функционирующей благодаря возрастающей активности трудящихся, развитию начал коммунистического самоуправления.

    II. МЕТОДОЛОГИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ ПОЛИТИЧЕСКИХ ПРОЦЕССОВ

    М. В. ЛАШИНА, А. Г. ЛАШИН

    ПОЛИТИКА И ИДЕОЛОГИЯ (к методологии исследования)

    О диалектическом взаимодействии политики и идеологии свидетельствует вся история развития классового общества, социальных революций, преобразования общественных отношений, практика решения назревших задач прогресса человечества в современную эпоху. Огромпое значение единства научной идеологии и политики нового, высшего, социалистического типа подтверждается теорией и практикой социалистической революции и социалистического строительства во многих странах мира, опытом построения развитого социалистического общества в СССР, использования закономерностей развития мировой системы социализма.

    Проблема «политика — идеология» включает в себя следующие основные вопросы: 1) соотносительные характеристики политики и идеологии как взаимосвязанных и вместе с тем специфических общественных явлений, входящих в надстройку классового общества; 2) идеологическая сущность политики: значение идеологического начала для существования и развития политической сферы жизни общества; 3) воздействие политики на всю систему идеологических воззрений социальных общностей, слоев, групп и общества в целом; 4) влияние различных видов идеологии на формирование и реализацию классовой политики; 5) общее соотношение политики и идеологии в плане их диалектического единства, включающего моменты генетического сходства и функционального различия.

    Как известно, понятие идеологии имеет как широкое, общее, так п более конкретное, частное значение. В предельно широком смысле идеология представляет собой более высокий (сравнительно с социальной психологией) сознательно-классовый уровень отражения, осмысления общественной жизни. Главный признак идеологии состоит в наличии осознанного классового интереса, с позиций которого создается определенная система взглядов, выражаемых в обобщенной, теоретической форме. Кратко идеологию или идеологический уровень познания общества можно определить как классово-теоретическое мышление.

    В более узком смысле попятно идеологии обозначает классовые агттетпи различных форм общественного сознания (морали, искусства, философии п т. д.), выполняющих в целом и в тесной зависимости от их классовой направленности важную функцию познания разнообразных общественных отношений п явлепий (в этом случае употребляется такое понятие, как* «формы или виды идеологии»).

    Идеология и в широком, it в бо.юе конкретном значении свя-запа прежде всего it главным образом с духовной деятельностью, с «производством идей», хотя понятно, что само ото производство предполагает дальнейшее объев11 ивмровапне идей, их воплощение в действительность.

    Политика также относится к разряду идеологических явлений, одпако ее идейное содержание обусловливает наибольшую близость политики к’ социальной практике. Политические идеи более непосредственно выражают классовые, в конечном счете экономические интересы тг задачи, определяют пути тт средства их решения. Именно поэтому политика обладает наибольшей силой предметною воздействия па общественное развитие, будучи главной и высшей формой классовой борьбы, которой подчинены борьба экономическая и идеологическая. Политика, иначе говоря, уже по самой присущей ей идейной специфике пэ может быть явлением ни исключительно, пи преимущественно духовным. Политические программные, стратегические, тактические идеи и задачи, имеющие главенствующее значение для классового движения и развития общества в целом, требуют для своего осуществления мощных материально-организационных средств. Такими средствами или орудиями являются политические организации и учреждения, которые играют главенствующую роль в функционировании и развитии всех других политических образований, включая н систему политических идей класса.

    Политика находится в определенном соотношении со всеми видами идеологии, но прежде всего с идеологией в широком значении этого слова. Политика имеет идеологическую природу, идеологическую сущность. Политика пе просто констатирует экономическое положение и потребности класса, а выражает их в самой концентрированной форме, охватывающей высшие вопросы политики, которые касаются государственной власти, ее завоевания и использования. Такая концентрация невозможна без развитого классово-теоретического сознания, т. о. без идеологического уровня мышления. Из этого следует, чго политика представляет собой явление, внутренне п необходимо идеологическое, что «ттдеологпч-ность» есть ее неотъемлемое свойство. Из этого следует также, что политическая и духовно-идеологическая деятельность основных социальных общностей имеет единую основу. Она базируется па общей потребности каждой такой общности в выработке сознательного, классово-самостоятельного отношения к существующему обществу. Наличие едппой основы политики и идеологии обусловливает такое органичное и тесное взаимодействие между ними, которое возможно только между явлениями однородными, однопорядковыми.

    Вместе с тем общая идеологическая основа по-разному модифицируется в политике п в формах общественного сознания, что определяет различие пх роли в совместном воздействии на общественную жизнь, а также специфику их сооттт ипеипя.

    Особенность полнтпкп состоит в том, что она является идеологической сплои первого порядка, наиболее быстро и отчетливо выражающей в первую очередь экономические и социальные процессы. Политика играет важнейшую роль в формировании обще-пдеологических воззрений определенной классовой общности. В области политики, прежде всего политического сознания, вырабатывается основное начало всякого идеологического развития: обобщенный, выраженный в политических категориях главный интерес класса. Этот интерес и служит высшим принципом н высшим ориентиром для создания uccii системы общефилософских, политических, правовых, этических и других воззрений класса.

    Классовый принцип или подход конкретизируется в целой совокупности функций политики по отношению к духовпо-ндеологической деятельности. Политическая идеология, тесно связанное с ней политическое сознание, политические институты и учреждения оказывают направляющее, стимулирующее и ведущее воздействие на развитие различных форм идеологии, а также объединяют, «фокусируют» их целенаправленное воздействие на решение классовых задач.

    Направляющая, ведущая роль полнтпкп проявляется в определении основного, генерального пути, по которому развиваются философские, нравственные, этические и иные представления и идеалы данного класса. С точки зрения общеисторического процесса речь идет о направлении прогрессивном пли реакционном, а в целом — об объективной роли той или иной классовой идеологии в решении задач каждой исторической эпохи. Но эта роль непосредственно зависит от классовой политики, хотя последняя сама выражает, конечно, пзначалыю-экопомпчеекпе интересы и тенденции определенного класса, стоящего в центре определенной энохи.

    Гуманные и прогрессивные принципы политики рабочего класса и его партии определяют главное направление в развитии социалистической идеологии. Социалистическая идеология развивается в русле самых благородных политических принципов общественного равенства, консолидации всех прогрессивных социальных сил на почве борьбы за мир, демократию, национальную независимость, за социализм. Ведущее п стимулирующее воздействие политики на идеологию связано и с тем, что в рамках общего, основного направления выдвигаются научно мотивированные, истори-чсски-конкретныс политические задачи. Так, задачи создаппя основ социализма, построения развитого социалистического общества. разработанной КПСС программа коммунистического строительства действительно вели и ведут вперед духовную культуру социализма, создают мощные импульсы для научного и художественного творчества, пссстороншто развития лпчпости.

    Координирующая и поправляющая рпль политики вытекает также из ее теснейших связен с экономическими п социальными процессами. Политика, обобщая эти процессы, формирует общую лнпию развития общества и обеспечивает слаженность всех видов сознательной, духовной деятельноеiи класса (а более широко— всех видов общественных отношений) в соответствии с этой липией.

    Фупкцнп политики пе есть нечто внешпее по отношению к формам идеологии, поскольку классово-полптическая направленность составляет само существо функций, их глубинную природу, благодаря которой они п выполняют свою специфическую общественную роль.

    Закономерная, органичная связь политики и идеологии имеет и другой аспект, проявляющийся в обратном воздействии всех видов идеологии на политический процесс. Принципиальное зпаче-нис этого воздействия состоит во всесторонпсм обогащении политических форм как наиболее важных для реализации классовых целей и задач.

    Многообразные формы пдеологнп объемлют п отражают такие виды общественных отношений, которые пе являются специальным предметом политики (нравстнеппые, эстетические и т. д.). Вполне попятпо, что система знаний п идей, вырабатываемых различными формами общественного сознания, существенно влияет на политику, на ее теоретическое содержание, на ее практическую силу п действенность.

    Мораль, искусство, философия, обладая ясно выраженной спецификой, создавая своеобразные, неповторимые «продукты» отражения действительности, активно вплетаются в политическую жизнь общества. Их влияние сказывается прежде всего па идеальных, мыслительных элементах политики — на формировании политических идей и доктрин, но в конечном счете также на организации и функционировании политических учреждении и установлений. Особенно уместно сослаться в этой связи па марксистско-ленинскую философию, которая создает предельно широкие обобщения о характере и тенденциях общественного развития, вырабатывает общую методологию и теорию паучпого познания п революционного преобразования общества. Выводы и результаты общесоцпологического мышления служат теоретическим фундаментом политической идеологии рабочего класса, на котором строится п развивается теория социалистической политики. Марксистско-ленинская философия вооружает широкие массы трудящихся научным мировоззрением, представляющим собой прочную основу для высокой политической сознательности и идейной убежденности трудящихся, для их политической активности.

    Господствующая в обществе мораль, ее принципы и нормы также оказывают большое специфическое воздействие на политику. Нравственный характер играет огромную роль в социалистическом и коммунистическом строительстве, в борьбе за мир, за все человечные, справедливые цели, которые порождают моральный подъем и энтузиазм строителен нового общества. Тесная связь социалистической политики п морали находит яркое выражение в создании и упрочении, на базе объективных предпосылок, социально-политического единства социалистического общества, представляющего собой одно из величайших завоеваний и преимуществ социализма, одну из важнейших движущих сил строительства социализма и коммунизма.

    На развитие политического мышления и политической практики пс может по влиять и художественное творчество. Искусство, выполняя свойственные ему познавательные и эстетические функции, открывает и отражает важные грани общественного развития, ставит перед обществом новые вопросы. Настоящее искусство выражает думы и чаяния целых групп и слоев народа н потому не может быть безразличным для подлинно народной, социалистической политики. Искусство социалистического реализма всегда являлось и является активным участником общенародного движения к социализму и коммунизму.

    Общее соотношение политики и идеологии характеризуется дналскти веским единством, или взаимопроникновением, которое становится возможным благодаря дифференциации их единой основы. Эта дифференциация проявляется в конечном счете в различии социальных функций. Разнообразные формы идеологии отражают и воздействуют на отдельные виды духовных общественных отношений. Политика, выражая коренные классовые интересы п, следовательно, основные тенденции развития экономики, регулирует всю совокупность общественных отношений, как материальных, так и идеологических. Прежде всего поэтому политика играет в известном смысле первенствующую роль н но отношению к базису, и по отношению к формам общественного сознания. Понятие «первенство политики» означает, что ей принадлежит главенство в воздействии на экономические и духовно-идеологические процессы. Развитие этих процессов, взятое само по себе, абстра гпроваппое от политики, создает лишь предпосылки, возможности для постановки и решения классовых задач, для общественных изменений. Только политика, соединяя воедипо огромную мощг сознательности класса и его высших политических организаций, способна превратить эти возможности в действительное движение общества, в реальное преобразование его жизни.

    Марксистско-ленинский принцип первенства политики служит основой для выводов, имеющих решающее значение в деле выполнения рабочим классом его всемирно-исторической миссии — революционного переустройства мира. Выводы о соотношении основных форм классовой борьбы пролетариата, о руководящей роли коммунистической партии, об укреплении п развитии идейных п организационных основ социалистической политики являются путеводной нптыо для коммунистов всего мира, главным залогом их успешной деятельности, протекающей в самых разнообразных условиях и формах.

    В целом диалектическое соотношение ноли i пкп и идешчогпп показывает, что эти общественные явлении нельзя ни отрывать друг от друга, ни полностью отождествлять. Между тем в прошлом и настоящем делались п делаются попытки либо разделить их, представить «автономными», независимымп друг от друга общественными фешшепамм, либо идентифицировать.

    Противопоставление политики п идеологии имеет двойной смысл: с одной стороны, «дсидеологпзация» политики, с другой — «деполитттзация» идеологии. В широком потоке концепций «деидеологизации», несмотря на все их частные различия и оттенки, политика изображается как нечто независимое от идеологии, по связанное с системой идей определенных социальных общностей. В таком толковании, идущем в русле буржуазного прагматизма-инструментализма, политика представляет якобы утилитарное средство борьбы за власть, которую ведут между собой политические лидеры и «неформальные», псклассовыс группы. Эт тг концепции помогают маскировать сущность буржуазной политики, особенно буржуазных партий п государства, проводящих в жизнь интересы монополистического капитала. Одновременно эти концепции направлены па ослабление революционно-освободительного движения, на подрыв единства движущих сил мировою революционного процесса и в первую очередь против содружества социалистических стран. Хорошо известно, что ие только в теории, но и на практике предпринималось так называемое поэтапное наступление, в ходе которого «идеологическая эрозия» должна была завершиться деструкцией политической, а затем и экономической системы социализма.

    Не только «деидеологизация», «реидеологизация», но и любы о другие попытки атаковать марксизм-ленинизм выходят прежде всего па социалистическую политику, сводятся к стремлению подорвать ее основы, ее идсйно-теорстичсское содержание.

    В борьбе против коммунистического движения используются также всевозможные установки на «деполитизацпю» идеологии. Эти установки видны и в старых теориях «филиации идей», «единого потока» их развития (без различия их классовой сущности), и в нынешних копцепциях «идеологического сосуществования», «идеологической конвергенции» и т. д. Подобного рода идеи оживляются, получают довольно широкое распространенно в современных условиях, приспосабливаясь к обстановке расширяющихся экономических, научно-технических и культурных контактов между странами с различным социально-политическим строем.

    Вульгаризаторское отождествление политики и идеологии также имеет двойную цель и также паправлено в первую очередь против политических форм борьбы передовых демократических сил. Поэтому в тактике сторонников идентификации названных общественных явлений важное место занимают «доводы» в полъ-ву сведения социалистической политики к одной духовной, мыслительной деятельности. В этих целях используются социал-реформистские и ревизионистские трактовки пролетарской революции п социалистических преобразований в духе их «гуманизации». в духе «чистого просвещения» п «революции в умах». Подобные трактовки нацелены прежде всего на политическую партию рабочего класса, на главное орудие революционных преобразований всех общественных отношении в процессе построения социализма — государство пового, высшего, социалистического типа. Превратить партию из боевого авангарда пролетариата в дискуссионный клуб, бездейственный конгломерат разномастных и случайных «приверженцев социализма», объединяющихся иод знаком безбрежной идейной свободы и организационного хаоса; превратить социалистическое государство в бессильный придаток «стихийного хозяйства», в подобие бесстрастного, «научного» регистратора «рыночного социализма» со всеми вытекающими отсюда последствиями — таковы действительные цели сторопннкпв «гуманизации» социализма и его политической системы.

    Идентификация политики и идеологии используется также для всевозможных нападок па духовную культуру социализма. При атом для всех результатов научного п художественного творчества подыскиваются определенные политические эквиваленты, а партийное руководство идеологическими процессами изображается как прямое политическое декретиртжание, направленное па ограничение и регламентацию творческой свободы. Эти инсинуации опровергаются самой жизнью. Социалистическая культура демонстрирует перед всем миром свою прппцпппалыгую новизну и многообразие, свои творческие успехи, основанные на свободном служении высоким идеалам коммунизма, всестороннего прогресса человечества.

    Весь опыт коммунистического двнжепия. теория и практика реального социализма подтверждают глубокую истинность н плодотворность марксистско-ленинского ттопттмаиия законов взаимодействия между политикой и идеологией, показывают паучную несостоятельность и историческую обречеппость любых попыток исказить и фальсифицировать их природу. Этот опыт дает возможность перрдовтлм силам совремситгостн полнее и эффективнее использовать огромпые потенции политико-идеологического воздействия па всю обществештуто жизнь в интересах социального прогресса.

    МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ КОЛИЧЕСТВЕННОГО АНАЛИЗА И МОДЕЛИРОВАНИЯ СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИХ СИСТЕМ

    В современную эпоху, когда темпы развития политических событий все более ускоряются, а сами социальные процессы все более усложняются, когда па работпиков государственного или партийного аппарата обрушивается колоссальный поток информации, эффективность политической работы определяется уже знанием не только научной теории общественного развития, но и научно-технических средств обработки информации. Без соответствующих средств обработки политической информации, в частности автоматизированных информационных систем, без использования методов комплексного качественного и количественного анализа, научного моделирования становится трудпо учитывать действующие в политической области факторы и силы, обозревать всю огромную картину политических событий и сил в их сложнейшем взаимодействии, видеть тенденции их развития, т. е. иметь четкое представление об обстановке и прогнозировать ее развитие. Это, в свою очередь, ставит перед общественными науками, и в частности наукой о политике, новые сложные задачи.

    Одной из важпейших предпосылок научного руководства экономическим строительством и всей общественной жизнью при социализме является рациональное планирование деятельности аппарата политического руководства, прежде всего системы учреждений социалистического государства. Социалистическое общество заинтересовано в том, чтобы политическая деятельность государства была максимально эффективной, т. е. чтобы при минимальных затратах ресурсов обеспечивалось достижение поставленных социально-политических целей. Само собой разумеется, что такого рода планирование может строиться лишь на прочном фупдамен-тс научной теории, на познании и строгом учете объективных законов развития системы политических отношений, на предвидении будущих политических событий.

    Как известно, для использования в области социально-политического управления новых научно-технических средств, автоматизированных ппформацпоппых систем, необходимы некоторые предпосылки: во-первых, достаточная разработанность и строгость категориальпого аппарата теории функционирования и развития управляемых систем; во-вторых, разработка паучных моделей социально-политических процессов; в-третьпх, соответствующее развитие теории математики, математической логики, алгоритмиро-ванпя и программирования.

    Конечно, в этих областях имеется еще множество нерешенных проблем. К ним, в частности, относится недостаточная разработанность категорий науки о политике, недостаточное развитие теории научного моделирования в этой области. Подобно другим гуманитарным паукам, теория политики по-прежнему относится к числу еще весьма слабо или почти неформализованных наук.

    Формализация категориального аппарата и понятий политических наук — сложная задача. Области общественных, в частности политических, отношений присущи свои объективные законы, ко-торыс пе могут быть сведены к законам более простых форм движения матерпи (механических, биологических, даже экономических, правовых или морально-этических). На наш взгляд, основная ошибка социологов — сторонников теории механицизма и биологизма состоит и том, что они иногда, по существу, отождествляют такую сложную, качественно своеобразную систему, какой является общество, с функционированием мехапизма или биологического организма, стремясь все связи и функции такой системы объяснить законами механических или биологических форм движения материи.

    Н. Вттиер, например, считал, что «попимание общества возможно только на пути исследования сигналов и относящихся к нему средств связи» Само собой разумеется, что в социальных системах происходит процесс обмена информацией в виде различных сигналов с использованием многообразных средств коммуникации. Однако утверждать, что теория информации является ключом к пониманию общества, значит, метафизически вырывать и преувеличивать лишь одну из многих сторон жизни, движения, функционирования и развития этой системы. Общество как система развивается по специфическим законам, в частности законам взаимодействия производительных сил и производственных отношений, законам классовой борьбы, тогда как теория информации эти области не рассматривает.

    Другим примером такого рода является «теория» американского политолога Квпнси Райта, распространяющая на область международных отношений физическое понятие «поля тяготения».

    Специалисты в области математики, стремящиеся применить свои знания в общественных пауках, и в настоящее время нередко склонны игнорировать или недоучитывать качественную специфику различных социально-политических систем как объектов исследования. Необходимость строгого учета качественной специфики различных систем выступает особенно ярко при попытке применения кибернетики к анализу движения, функционирования, развития социальных систем.

    В этой связи большое значение имеет разработка правильного системного представления о социально-политической области. Со-лпально-политнческио системы н процессы характеризуются чрезвычайной сложностью связен. При атом нричипно-следствснпыс связи в них порой трудно уловимы, сознательно замаскированы, а поэтому ускользают от формального анализа. Отсюда важной предпосылкой, а по существу, начальной стадией работы по научному моделированию политических процессов является выделение из общей массы отношении и связей, характеризующих какой-либо процесс, основных, наиболее существенных, закономерных, имеющих решающее, определяющее влияние па функционирование и развитие данного политического процента.

    Теория политики, политических отношении и политической деятельности призвана выступать как стройная диалектическая система категорий, адекватно отражающая взаимосвязи, факторы, элементы, политические отношения, движущие силы, законы и закономерности изменения н развития политических систем.

    Поскольку политические отношения, политические системы объективны, то они как и все другие явления, процессы, системы характеризуются не только качественными, по и количественными параметрами, а потому возможен и необходим как качественный, так и количественный их анализ. Научная формализованная модель должна воспроизводить эту диалектическую систему законов и категорий в виде системы формул и математических взаимоотношений, отображающих качественные и количественные взаимосвязи между ее элементами.

    Задача, естественно, состоит не в том, чтобы произвольно конструировать то пли штос системное единство, а затем навязывать его обществу, а в том, чтобы вскрыть в самом объективном комплексе общественных, в том числе политических отношений, наиболее важные, существенные объективные факторы в их единстве, взаимосвязи п взаимодействии, а затем правильно отразить эго единство, взаимосвязь и взаимодействие в теории, в научной модели.

    При формализации должно быть обеспечено полное соответствие между формализованной теорией и исходной содержательной теорией, а именно: выводимые с помощью формализованной теории соотношения должны совпадать с содержательными и истинными утверждениями, положениями исходной теории. Формализация политической теории — это, по существу, перевод привычных для нас понятий, категорий, положений гуманитарных наук па язык математических понятий, категорий, закопов, формул, коэффициентов и т. д.

    Советские ученые считают, что метод и система марксизма-ленинизма дают нам научно обоснованные и проверенные многолетней практикой развития общества основные общие положения и категории общественной науки. Поэтому задача сводится к тому, чтобы представить положепия и принципы марксистско-ленинской пауки об обществе в такой форме, которая создавала бы возможность использования их не только для качественного, по и для количественного анализа политических систем и процессов.

    Важнейшим методологическим принципом научного анализа политических процессов является признание объективных закономерностей их функционирования и развития, признание принципа исторического детерминизма.

    В решении задач прогнозирования развития социально-политических процессов важное место занимает закон перехода количественных изменений в качественные. Количественные изменения подготавливают качественное изменение, скачок, проявление качественно нового в исследуемой системе, переход ее в новое качественное состояние.

    При разработке модели начальным этапом является выбор наиболее важных, существенных факторов, определяющих облик, состояние той или штой политической системы, «политическое лнно* общества.

    Формальный аппарат моделирования социальных систем должен быть достаточно корректен в математическом плане, по за математической абстракцией не должна теряться специфика содержания теории социальных проблем, а также цели и потребности. для которых этот аппарат создан. Кроме того, не следует переоценивать значение количественных методов в гуманитарной пауке, особенно если они применяются па неправильной методо-ло1 ический и теоретттчсскон основе. Количественные, в частности математические, методы приобретают научную п практическую значимость только в том случае, если они неразрывно связаны с правильным качественным анализом изучаемых систем и процессов, следовательно, если количественная, измеряемая сторона изучаемого предмета рассматривается в связи с се качественными сторонами.

    Поскольку математическим языком могут быть записаны как научные теории, так и ошибочные теории и концепции, постольку тг созданные па этой основе математические модели могут быть либо правильными, научными, точно отображающими объективные социально-политические процессы, либо ненаучными и даже антинаучными, в которых объективные процессы отражаются искаженно, неправильно, извращенно. Главное — разрабшать и использовать как основу формализации правильную теорию социально-политических отношений, т. е. систему научных взглядов и концепции, правильно отражающую законы структуры, функционирования п развития социально-политических систем. Вопрос же о форме записи такой теории или концепции подчинен вопросу о ее содержании.

    В настоящее время в области моделирования социальных систем работает немало ученых. Однако эти исследования в большинстве случаев ведутся в границах создания игровых моделей и использования вероятностных математических, корреляционных или статистических методов, па основе которых строится математическая модель. Наряду с этим, но нашему мнению, важную роль может сыграть построение детерминированных моделей, которые бы отображали вскрытые марксизмом-ленинизмом объективные закономерности движения общественного механизма, т. е. законы его структуры, функционирования и развития. Это особенно важно для анализа развития социальных систем с большим временным диапазоном изучении.

    В то же время детерминистская модель социальной системы, построенная на основании познания и отображении законов их развития, которая при большом временном диапазоне будет давать пам более достоверную картину развития общества, ири приближении к конкретным ситуациям теряет свою очевидность. Это объясняется тем, что случайные явления, так называемые шумы, наложенные на эту общую картину развития, начинаю? размывать картину модели детерминированных связей. Поэтому ири определении развития социального объекта на протяжении длительного периода с достаточной точностью и конкретностью в каждый отдельный момент необходимо использовать оба из вышеназванных подходов. Таким образом, вероятностный п детерминистский методы должны не только не противопоставляться, но и по мере необходимости сочетаться и дополнять друг друга. Для прогнозирования на относительно небольшие сроки вероятностные методы обеспечивают определенный эффект; для прогнозирования же на значительный период более точные результаты может дать использование детерминистских моделей.

    Интересен также вопрос о возможностях и пределах использования формальных, математических средств для анализа и прогнозирования политических систем. Дело в том, что традиционные логические методы в гуманитарных науках нередко противопоставляются формальным количественным методам п r частности математическому моделированию. Такое противопоставление вряд ли можно считать обоснованным. Формализованные средства и традиционные методы познания должны быт г» тесно связаны, должны взаимно дополнять друг друга.

    Хотя формальная постановка и решение задачи бывают подчас беднее традиционных логических и интуитивных суждений человека, однако последние не могут дать столь точных результатов, как формализованные. По мере развития и углубления познания человеком изучаемого объекта у интуиции и традиционных методов «отвоевывается» участок за участком. Рамки развития математического аппарата, методики моделирования и других формальных средств в значительной степени лимитируют этот процесс, и эти лимиты, хотя и подвижные, по-видимому, всегда будут существовать. Тем не менее общественные науки все более подходят к тому уровню, когда они будут развиваться на основе взаимодействия формальных и неформальных методов и средств на основе правильного понимания их диалектической взаимосвязи. Сочетание реализованных па ЭВМ математических моделей с неформальным мышлением экспертов становится одним из важнейших направлений развития современной математики. Ее формализованный аппарат, правильно примененный на основе научной марксистско-ленинской методологии и теории, может обеспечить повышение точности социально-политического анализа и прогноза.

    Естественно, что для решения такого рода задач потребуется более совершенная система статистики политических событий и процессов, обработки данных политической информации, целенаправленный сбор информации по определенному перечню показателей.

    Математическая обработка этих данных может обеспечить выявление и количественное выражение связей и взаимодействия различных объективных факторов и элементов политической системы. На этой основе со временем будет возможно отобразить средствами математической сим колики объективные законы функционирования и развития политических систем, различные состояния комплекса связей между различивши факторами или элементами этих систем. Далее, на основе такого описания п расчета взаимодействия этих факторов в различных состояниях политических систем может быть выведен целый ряд коэффициентов, пороговых значений, имеющих большое теоретическое pi практическое значение для политического анализа и политической деятельности.

    Если использование математических методов в исследовании политических систем и процессов, а также международных отношений базируется на марксистско-ленинской методологии диалектического и исторического материализма, если эти количественные методы правильно сочетаются с качественным анализом, то они могут быть серьезным, важным подспорьем в совершенствовании процесса разработки политических решений. И, несомненно, по мере развития науки н электронно-вычислительной техники методы комплексного качественного и количественного анализа будут все более широко применяться в деятельности политического аппарата, способствуя повышению его эффективности.

    Политика, опирающаяся на объективные закономерности развития человечества, вооруженная передовой теорией и передовыми научно-техническими средствами,— это непобедимая политика.

    В. Л. ВИНОГРАДОВ

    ИНФОРМАЦИОННАЯ СИСТЕМА, СБОР ДАННЫХ, АНАЛИЗ И ПРЕДВИДЕНИЕ

    I. Развитие общественных наук и общие вопросы информационного обеспечения. Главные налами наших социальных наук менут быть определены как теоретический анализ социалыю-иегорпчеч кого процесса, выявление оптимальных возможностей и условий всестороннего расцвета личности, формирования п удовлетворении ее материальных и духовных потребностей. Социальные науки запиты изучением проблемы новышепия эффективности общественного производства, развития демократических форм и институтов человеческой организации, в том числе политической, правового регулирования отношений между людьмп, совершенствования средств н методов управления. Советские уче-иые-обществоподы активно выступают за мир, за нос ледова тельное воплощение в жизнь принципов мирного сосуществования государств с различным общественным строем, за расширение международного сотрудничества ученых. Эти задачи общественных наук в СССР характеризуют их содержание, связь с коренными проблемами, волнующими сегодня человечество.

    Для нынешнего развития советской политической науки характерно повышенное внимание к проблемам демократии. При этом демократия исследуется не только как форма организации власти, форма правления и государственного устройства, по и как принцип функционирования советской политической системы. Проблемы демократии также рассматриваются советскими политологами в контексте формирования социалистического образа жизни и обеспечения массового участия трудящихся в управлении.

    При исследовании проблем управлеппя особое внимание уделяется подготовке п принятию решепий, плапировапшо, совершенствованию административного аппарата.

    Важное место в советской политической науке занимает комплексный анализ международных отношеппи, выявление возможностей их прогнозирования и моделирования.

    Перспективным представляется исследование интеграционных процессов.

    Говоря о развитии советской политической пауки, нельзя не упомяпуть о разработке проблем политического поведения, политической культуры и политической социализации личности. В качестве самостоятельной формы социальной активности выделяется правовая активность личности.

    Возрастающая роль науки в жизни современного общества пробудила интерес к самой науке как социальной подсистеме. Советские ученые, занимающиеся этой тематикой, анализируют такие проблемы, как социальная ответственность и социальный престиж ученого, специфика научного творчества как особого вида трудовой деятельности, мотпвы и стимулы научной деятельности п т. д.

    Ускорение общественного прогресса, связанное с научно-технической революцией п необходимостью быстрейшего использования научных результатов в интересах дальнейшего развития народз: ого хозяйства, повышения материального и духовного уровня жизни парода, выдвигает на передний план вопрос о том, как повысить эффективность пауки. «Практическое внедрение новых научных идем — ото сегодня не менее важная задача, чем пх разработка»,— подчеркнул Л. ТТ. Брежнев па XXV съезде КПСС1. Уго принципиальное положение адресовано и центрам научной информации, от эффективности работы которых во многом зависит реализация научных достижений.

    Наука — это специфическая форма духовного производства. Одной из важнейших черт, отличающих ее от производства материальных благ, является новизна, уникальность «копечного продукта» — новых законов, теорий технических открытий, накопления фактических данных и т. д. В пауке многократное повторение пройденного пути пе имеет смысла: вновь открывать уже известную истину, значит, делать ненужную работу, неоправданно затрачивать силы и средства. Проблема новизны стояла перед наукой и в прошлом, но в наши дни, в результате тесного соединения пауки с производством, с техникой, она резко обострилась, ее решение приобрело первостепенное значение.

    Наука — это есть сумма знаний о законах развития природы и общества, духовных ценностях, накопленных пе только в индивидуальной, по л в коллективной памяти. Таким образом, она содержит в общем тт конкретном виде информацию, хранящуюся в памяти человечества. Но этого мало. Для того чтобы наука не оказалась статичной, чтобы она открывала возможности для обоснованного и социально-полезного предвидения, информация, так же как и память, должна быть активной, способствовать ускорению приобретения новых знаний п повышению эффективности самой пауки.

    Важнейшим средством решеппя этой проблемы является организация вторичной научной информации. Если рассматривать пауку, создающую новые теории, устанавливающую новые объективно значимые факты, как систему первпчпой информации, то вторичная научная информация представляет своего рода надстройку, особую дополнительную систему «знаний о знаниях».

    Необходимость организации и развития системы вторичной научной информации определяется целым рядом факторов. Назовем хотя бы три из них. Во-первых, наука перестала быть уделом одиночек. В этой важнейшей отрасли современного производства — производства паучпых знаний — заняты сотни тысяч людей. В середине 70-х годов численность научных работников в Советском Союзе, включая научпо-недаготические кадры вузов, достигла 12Г)Г> тыс. человек, в том числе 380 тыс. докторов н кандидатов паук. В отраслях обществоведения было занято 230 тыс. ч<* ювек, в том числе свыше 70 тыс. докторов и кандидатов наук". В этих условиях вполне реальна возможность не просто дублирования, а многократного иоиторепия разработки одних и тех же тем, открытия того, что уже открыто. Во-вторых, массовость научной продукции, в которой ученому все труднее ориентироваться, все сложнее отыскивать нужные именно ему конкретные сведения. Наконец, в-третьих, паука становится все более дорогой. Расходы на нее растут очень быстро, и проблема эффективности этих расходов, экономного их использования становится все более существенной.

    Комплексный характер современной пауки, наличие глубоких связей между различными, часто отдаленными ее ветвями — одна из отличительпых черт науки второй половины XX в. Колоссальные темпы развития самой науки, выражающиеся, в частности, в удвоении за каждые 7—10 лет объема публикаций почти в любой научной отрасли, привели к тому, что ни один ученый и даже научный коллектив не в состоянии быть в курсе научных событий, применяя обычные средства ознакомления — чтение всех первичных публикаций.

    Согласно данным ЮНЕСКО, в мире ежегодно издается более 1 млн. книг, сборников и статей по общественным наукам. В 1977 г. было издано почти 140 специальных социологических журналов, а статьи по социологии публиковались в 1200 других журналах. Социологу, который хотел бы составить себе сколько-нибудь полное представление о состояпии этой отрасли знания, не хватило бы всей жизни только на беглый просмотр содержащихся в этих журналах статей, а ведь здесь не учтены книги, научные доклады и отчеты по социологии. Кроме того, даже самое поверхностное знакомство с ними непосильно из-за языковых барьеров, разноплановости и разнообразия применяемых понятии, методов и т. д.

    Вот почему развитие пауки выдвигает на первый план вопрос о всемерном совершенствовании научной информации. Ключ к решению задачи лежит в организации разветвленной и эффективной системы информации в области общественных паук, которая призвана отражать сведения, содержащиеся в книгах, статьях,

    2 Народное хозяйство СССР в 1974 г. М.: Статистика, 1975, с. 144; Народное хозяйство в СССР за 60 лет М.: Статистика, 1977, с. 141.

    докладах и т. д. о различных тенденциях социального развития, общественной мысли, политических явлениях, т. е. освещать, по сути, всю общественную жизнь.

    В информационной работе следует учитывать, что по мере детализации анализа всех аспектов жизни общества и человека происходит специализация научных исследований и связанпая с этим дифференциация гуманитарных наук. Но одновременно действует и противоположная тенденция — к синтезу научных знаний, что проявляется во взаимопроникновении и взаимообо-гащепии отдельных отраслей наук, в развитии новых перспективных направлений, возникших па «стыках» научных дисциплин.

    Современное положение в науке часто характеризуется как «взрыв информации», причем под этим иногда подразумевается некое кризисное состояние. С такой характеристикой нельзя согласиться. Дело и том, что постоянное и резкое возрастание потока научных публикации не является специфической чертой последних десятилетий. Наука всегда подчинялась так называемому экспоненциальному закону — закону убыстряющегося развития. Но обращено внимание на эту особенность науки было сравнительно недавно, лишь после того, как она стала сферой массовой духовной деятельности и в нее были втянуты не сотни и тысячи, а миллионы людей. Чтобы преодолеть затруднения, вызванные стремительным ростом потока публикаций, еще в прошлом столетии начали возникать особые системы вторичной научной информации в виде отдельных библиографических и реферативных изданий. Однако только в середине XX в. было осознано, что эти разрозненные издания не могут всесторопне представить первичную научную литературу. В силу объективных исторических условий развития самой науки возник вопрос о создании единой системы вторичной научной информации. Успешное решение его, как и многих других вопросов развития естественных, технических и общественных наук, возможно только при плановом развитии науки и подлинной заинтересованности в объективной и всесторонней информации.

    В Советском Союзе в начале 50-х годов развернулась работа по созданию разветвленной, дифференцированной по отраслям знаний и интегрированной в масштабах страны системы научно-технической информации. Ее задачей было создание таких возможностей для ученых, инженеров, техпттков. рабочнх-изобрета-телей, руководящих партийных н государствен!пых работников, которые позволили бы нм быстро и с исчерпывающей полнотой узнавать о новейших доетижепиях мировой и отечсствеппой наукп, а также информировать ученых других стран о новинках отечественной науки и техники.

    В конце 60 — начале 70-х годов развитие научной информации в нашей стране вступило в новую стадию и охватило не только естественные и технические, но и общественные науки.

    В настоящее время, когда создана всеобъемлющая многоотраслевая система вторичной научной информации, полно и оперативно отражающая состояние и динамику мировой науки, перед систсхмой информации, функционирующей к пашей стране, стоит задача постепенной интеграции и автоматизации всех уровней сбора, обработки и распространения информации, создания полностью автоматизированных информационно-поисковых систем.

    Создание системы информации в области общественных наук позволяет решить сразу несколько задач большой практической и научной важности. Прежде всего огромная армия советских обществоведов-экономистов, историков, правоведов, философов, социологов, политологов, специалистов в области теории научного коммунизма п теории управления обществом, литературоведов и лингвистов получает систематическую информацию (библиографическую и реферативную) о новинках отечественной и зарубежной научной литературы. При этом каждый исследователь, в какой бы точке страны он ни находился, будь то большие города с крупными библиотеками или отдельные населенные пункты, может иметь на своем рабочем столе разнообразную информацию не только по своей узкой специальности, по п по всем интересующим его смежным дисциплинам. Такая информация позволяет повысить эффективность научных исследований, преодолеть языковые барьеры и трудности, порождаемые быстрым ростом потока научных публикаций.

    Вместе с тем решается н другая важная задача. Дело в том, что научную информацию часто рассматривают лишь как форму или средство организации поиска необходимых ученому первичных источников, документов, статей, монографий и т. д. Это, безусловно, важная, но не единственная функция. Наряду с ней научная информация выполняет и другую функцию — помогает ориентироваться. Различные виды информационных изданий позволяют иметь сведения по только об отдельных источниках, специалистах, школах п направлениях, по и представить картину современного состояния той или иной отрасли знаний, составить объективное представление о важнейших тенденциях и проблемах каждой из общественных наук.

    При решении задачи ориентирования специалистов появляется возможность и для решения третьей важной задачи — совершенствования координации и управления наукой.

    Современная наука, являясь все более эффективной отраслью общественно значимой деятельности, средством решения важных научных, социальных, культурных и политических задач, требует весьма значительных расходов. Чтобы оправдать затраты на ее развитие и получить ожидаемый эффект, необходимо постоянно совершенствовать формы и методы управления наукой. С одной стороны, требуется подготовка высококвалифицированных кадров, совершенствование планирования научных исследований, разработка долгосрочных исследовательских программ и т. д., с другой — необходимо создание для ученых творческих условии, нормального социалыто-психологического климата, которые содействовали бы полному, пе противоречащему общему интересу раскрытию их индивидуальных способностей.

    Своевременная п объективная научная информация позволяет с успехом решать и эти сложные проблемы, ибо она дает необходимые сведения по всем затронутым вопросам и ученым-органи-заторам, и ученым-творцам, определяющим и обеспечивающим генеральную линию развития пауки.

    Центры научной информации должны органически «вписываться» в структуру «духовного производства» в масштабах страны. Работающие в них научные сотрудники — полноправные члены исследовательских коллективов. От них требуется разностороннее знание как но своей снецмальпости, так и по методике информационной деятельности. 1» их функции входит аналнз поступающей литературы и отбор из се потока наиболее важных публикаций для дальнейшей информационной обработки с учетом планов работы научных и практических учреждений, запросов партийных и государственных органов, подготовка библиографических указателей, рефератов, проблемно-тематических сборников, аналитических обзоров, концентрирующих внимание исследователей на новейших работах, тенденциях, направлениях в области общественных паук —на всем, что может оказать стимулирующее влияние на научную деятельность.

    2. Организация информационной службы в области общественных наук. Создание в СССР системы информации в области общественных наук можно рассматривать как крупное научное п научно-органпзацнонное достижение. В основу этой системы положена единая концепция, исходящая как из роли общественных наук в жизни общества, так и их коренных особенностей, определяемых единством и целостностью марксистско-ленинского учения об обществе.

    При формировании системы научной информации учтен опыт, накопленный в нашей стране, и прогрессивные достижения в этой области в ряде других государств. Однако задача заключается в создании принципиально новой системы.

    Изучение мирового опыта в области научно-информационной службы показывает, что возможны два принципа организации обработки научных материалов — централизованный и децентрализованный. В основу организации информационной службы в Советском Союзе положен принцип органического сочетания централизованной обработки основного потока научных документов с децентрализованной обработкой специальных материалов, имеющих ограниченный круг читателей. Этот принцип обусловлен планомерным характером развития всех стороп общественной жпзни при социализме, а также внутренней логикой развития современной наукп. Это развитие, как отмечалось выше, характеризуется двумя противоположными тенденциями: с одной стороны, дифференциацией научных исследований, все большей их специализацией, с другой — синтезом научных знаний, полученных в различпых отраслях науки. Обе тенденции, безусловно, влияют как на содержание научных исследований и публикаций, так и на организацию информационной службы.

    Служба информации по общественным паукам в составе единой государственной системы научной и технической информации возникла п развилась в 70-е годы. В нас гон шее время в нее входят два всесоюзных органа, ряд центральных отраслевых органов, республиканские центры информации по общественным паука»! и сеть отделов информации и научных учреждениях гуманитарного профиля, в высших учебных заведениях, в крупных библиотеках и т. д.

    Ведущая роль в этой службе принадлежит Институту научной информации по общественным наукам Академии наук СССР (ИЫИОН). Этот институт, опираясь на отраслевые и региональные информационные органы, информационные подразделения отдельных учреждений и ведомств, осуществляет сбор, обработку, хранение и распространенно информации по основным направлениям общественных наук.

    Выделение ИИ ИОН как головпого центра в системе информации по общественным наукам обусловлено той ролью, которую играет в развитии обществоведения Академия наук СССР. Академия осуществляет координацию в стране всех фундаментальных исследований как по естественным, так и по общественным наукам, независимо от ведомственной принадлежности учреждений, в которых они проводятся. В ее гуманитарных институтах сосредоточены исследования важнейших проблем всех отраслей общественных наук — как общетеоретические, фундаментальные, так и прикладного характера, имеющие непосредственно практическое значение. Коллективы ученых, занятые в этих институтах, являются основными потребителями информации по общественным паукам, а их труды и научные разработки служат источником постоянного пополнения и обогащения информационного фонда.

    При разработке концепции единой всесоюзной централизованной системы научной информации в области общественных наук учитывалось, что наряду с обеспечением ученых и преподавателей вузов эта система призвана удовлетворять потребности практических работников, прежде всего занятых управлением в различных сферах общественной жизни. И, конечно, эти многообразные интересы невозможно обеспечит!» только из одного централизованного источника информации. Кроме того, в настоящее время в различных ведомствах, учреждениях, высших учебных заведениях ведется обработка текущей информации, выпускается огромное количество научной и справочной литературы. Вот почему центральные отраслевые органы информации созданы в области культуры и искусства, высшего образования и т. д.

    3. Интегральная автоматизированная информационная система по общественным наукам. Задачи, возможности, перспективы.

    Развитие и повышение эффективности научно-исследовательских работ по всем областям обществоведения связано с переработкой непрерывно увеличивающихся объемов социально-экономической, политической, исторической и иной информации. В настоящее время в ряде областей научно-исследовательских работ большая часть времени специалистов расходуется на сбор и обработку информации. Так, в области экономико-математических исследований на сбор и обработку данных уходит до 60— 70% общего времени, затрачиваемого на выполнение темы; при проведении социологических исследований на сбор и подготовку данпых расходуется до 70% времени. Значительные потери времени па поиск первоисточников характерны и для исследований в области философии, политологии, истории, права и других областей обществоведения. Во мпогих случаях нахождение источника информации представляет собой едва ли но важнейший результат научно-исследовательской работы. Все это обусловливает необходимость дальнейшего всемерного расширепия применения математических методов и вычислительной техники.

    Задачи в области экономических, социальных и политически? исследований, которые решаются с использованием ЭВМ или па базе автоматизированных информационных систем, можно сгруппировать по двум основным видам: информационпо-попсковые п информационно-справочные задачи, которые состоят в упорядочении, систематизации, накоплении, автоматизированном поиске и выдаче информации по различным запросам в различных функциональных режимах; ипформацнопно-апалитичсские задачи, которые состоят в комплексной обработке информации по алгоритмам, включающим различные виды анализа, моделирования и логической обработке данных в рамках целевых предметных исследований.

    При решении задач второго вида особенпо распространено использование методов моделирования. Построение и реализация на ЭВМ так называемых информационно-аналитических моделей позволяет изучить и учесть многообразные причинно-следственные связи и факторы, определяющие природу исследуемых процессов, а также получить из имеющихся исходных данпых повую информацию.

    Примопеппе математических методов и вычислительной техники открывает новые возможности в области исследования политических явлений. Качественное решение целого ряда проблем внутренней и внешней политики, прогнозирование политических процессов невозможны без широкого использования автоматизированных нпформациоппо-понсковых систем, без машинной обработки больших информационных массивов. Это, в свою очереди», предполагает применение программных средств построения различных видов автоматизированных информационно-поисковых систем и стандартных пакетов прикладных программ.

    «Вторжение» математики в политику в значительной мере стимулировалось темп успехами, которые были достигнуты в экономический науке за счет использования математических методов для решения важнейших народнохозяйственных задач. Математический аппарат, взятый политологами на вооружение приблизительно НО лет назад (программирование, теория вероятности и математической статистики, имитационное моделирование), задолго до этого начал применяться экономистами. Очевидно, однако, что механическое заимствование методики без достаточно глубокого теоретического обоснования ее применения не может принести положительных результатов.

    Советские политологи придерживаются мнения, что абсолютизация математических методов исследования политических явлений с научной точки зрения необоснованна. Если серьезный теоретический анализ политических явлений, выяснение реальных взаимосвязей! между ними подменяются механическим сцеплением разнопорядковых данных, применение даже самых совершенных в математическом отношении моделей не может принести плодотворных и падежных результатов.

    Марксистско-ленинская политическая наука считает, что в основе применения математических методов для анализа политической реальности должны лежать проверенные практикой, научно состоятельные концепции политики. Только на базе этих концепций возможно подлинно научное исследование политических процессов, их прогнозирование. Опираясь на марксистско-ленинскую методологию, Коммунистическая партия Советского Союза на XXIV и XXV съездах дала научно обоснованный прогноз развития международной ситуации, послуживший основой для практической деятельности СССР на международной арене.

    Расширение и совершенствование международных паучно-ин-формацпонных связей имеет и будет иметь весьма существенное значение в системе международных научных связей как важный канал получения зарубежной первичной документации, как канал ознакомления научной общественности зарубежных стран с советской литературой по проблемам общественных наук.

    Осуществляя контакты и обмены, мы иеуклопно следуем главному критерию — требованию строгой научности и научной значимости литературы и документации, отбираемой для научно-информационной обработки, руководствуемся высоким принципом, определяющим всю политику нашего государства в сфере научнокультурных международных связей: обмен в этой сфере должен включать подлинные научные и культурные ценности, служить долу мира и прогресса.

    В. II. ЖУК

    НАУЧНЫЙ ФАКТ И ЕГО МЕСТО В ПОЛИТИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ

    Возрастание роли политики в жизни общества определяет актуализацию ее проблем, резкое увеличение объема политического знания, усиление его значения как в определении перспектив социального развития, так и в повседневной жизни люден. Накопление богатого материала в процессе изучения политики, требования иаучпо-иозпаиателыюго и политико-идеологического характера диктуют необходимость расширения исследовательской деятельности в области политического знания, его гносеологического осмысления. Важной проблемой политической науки является проблема теории. Ниже будет рассмотрен один из ее структурных элементов — политологический факт.

    Политика представляет собой сложное общественное явление, в котором находит свое наиболее концентрированное выражение социальная реальность классового общества и которое характеризуется противоречивостью п динамичностью, наличием практически бесконечного многообразия событий, изменчивых процессов, столкновения разнородных интересов и целей.

    Политическая наука должна опираться на объективный анализ политической жизни. В основе этого анализа лежат факты, поддающиеся точной объективной проверке. «Марксизм стоит па почве фактов, а не возможностей. Марксист,— пишет В. И. Ленин,— должен в посылки своей политики ставить только точно и бесспорно доказанные факты»

    Сложность охвата всех связей и бурная динамика политических отношений создают определенные трудности па пути объективного познания политической реальности. Это дало повод ряду буржуазных исследователей отрицать возможность такого, основанного на фактах познания, искажать сущность научного факта как элемента научного знания, как специфической формы отражения объективной действительности. Английский историк

    Э. Карр утверждает, что целевой характер изучаемого объекта делает его решительно недоступным научным методам; там. где речь идет о целенаправленной деятельности людей, например политике, возможно только интуитивное познание. Что же касается фактов политической науки, то они, по мнению Э. Карра, изменяются процессом исследования, самим желанием исследователя изменить их 2. Сходную позицию занимает французский политолог Ж. Бюрдо. Политические факты, согласно Ж. Бюрдо, образуют в совокупноегп политический универсум3. Термин «универсум» употребляется нм для того, чтобы определить мыслительный аппарат, который оформляет факты в систему концепций и верований. «Политический универсум... определяется нашей мыслью и имеет искусственный характер» Быбор политических фактов из всей массы социальных фактов, считает Ж. Бюрдо, осуществляется па основе интеллектуальной схемы или аффектированной реакции, которая предшествует регистрации фактов. Такое субъективистское понимание факта лишает его объективного содержания, из факта изымается его основная черта — достоверность, он теряет свою познавательную силу и, таким образом, не может быть исходным моментом в решении научных проблем.

    Применительно к интересующему нас вопросу можно выделить два вида фактов: 1) политические факты — дискретные элементы эмпирически данной политической действительности; 2) политологические факты — эмпирическое зпапие, характеризующееся достоверностью и фикспрованностью по отношению к определенным явлениям политической реальности, к политическим фактам. Объектом анализа будут факты второго вида.

    Достижение объективно истинного знания, построение научной теории возможно лишь на основе фактов, приведенных в определенную систему. Только в этом случае факты могут выступать как элемент научного знания. Это положение приобретает особое значение в политическом исследовании.

    Политический факт, являясь элементом политической теории, обладает статусом научного факта, поскольку в теории он присутствует в системе с другими фактами, выполняет определенные гносеологические функции, содержит в себе частицу объективной истины, получает теоретическую интерпретацию.

    Политика активно влияет на все существенные формы социальной жизни общества. Практически нет такого социального феномена, который не мог бы принять политическую оболочку. Поэтому любой факт, описывающий политические события и процессы, становится политологическим фактом, даже если взятый вне системы, в «чистом» виде, он не корреспондирует политическим явлениям. Эмпирическая основа политической теории образуется именно из систем, групп, узлов фактов. Факты разрозненные, выхваченные из системы фактов, теряют свое научное предназначение — описывать политические явления.

    Сведение фактов в системы выступает как аналитико-сипте-тическая деятельность исследователя. Она не произвольна, а за-впснт в значительной степени от специфики изучаемого объекта» от того, насколько то или иное явление связано с политикой и какую роль может сыграть знание о нем в последующих обобщениях. Такой фактический структурный элемент политической теории, складывающийся из групп, системы фактов, позволяет дать максимально глубокое описание политических событий, что весьма важно при установлении связей между фактами.

    В политологическом факте находят свое выражение соотношения чувственного и рационального, объективного и субъективного. Эти и многие другие моменты связаны друг с другом, переплетены в факте. Научная политическая теория дает объективно истинное знание, отражающее ту политическую действительность, современником которой является исследователь. Информация, которая кладется в основу политологического факта, может быть получена либо из непосредственных наблюдений исследователя, либо из сообщении'! его современников, наблюдавших те или иные политические события. Возможность проверить п перепроверить полученную информацию обеспечивает факту максимальную достоверность. Информационное знание составляет ядро научного факта, его объективную сторону, без чего факт существовать не может. Однако важное место в политологическом факте, как и в политической теории, занимает оценочное знание.

    Оценочное зпание, идущее от субъекта, может существенно повлиять па степень достоверности политологического факта п тем самым отразиться па теоретических построениях. Оценочное знание в политологическом факте выражает отношение исследователя к условиям своего времени, содержит оценку действительности, отраженной в фактах. В политическом исследовании субъект всегда выступает как социализированный субъект, он в большей или меньшей степени разделяет политические пристрастия той социальной группы (класса), с которой он себя ассоциирует. Позиция исследователя включает в себя «партийность, обязывая при всякой оценке события прямо и открыто становиться на точку зрения определенной общественной группы» 3. Оценочное знание может сыграть двоякую роль: свести к минимуму достоверность факта, исказить его содержание и, наоборот, дать более глубокое понимание политических событий. Оценки в политическом факте, являясь формой отражения действительности, бывают этическими, эстетическими, собственно политическими, эмоциональными. Иногда эти виды оценок присутствуют в факте одновременно.

    Субъективный момент политического познания ярко обнаруживается также и в процессе отбора фактов, их группирования, систематизации. Фактическая основа теории содержит в себе определенное противоречие:    с одной стороны, исследователь

    стремится к максимально подробному описанию политических

    г' .7спин В. II. Поли. собр. соч.. т. 1, с. 419.

    процессов, к привлечению для этого наибольшего количества фактов, а с другой — он сосредоточивает внимание на главных, по его мнению, наиболее существенных для построения теории фактах. Выделение таких фактов во многом зависит от мировоззрения, политических взглядов, методологии и оценок исследователя.

    Процесс отбора фактов для топ пли ипой политической теории направляется общесоциологпческой теорией. Это не означает отказа от ценностных установок в политическом исследовании, а предполагает выход за их пределы. Отсутствие же общесоцпо-логпческой теории освобождает место чисто ценностному подходу к политике. Это может привести к тому, что наиболее существенные факты останутся вне данпои политической теории.

    Сугубо ценностный подход к социальным явлениям обнаруживается у ряда буржуазных социологов, в частности у известного шведского ученого Г. Мюрдаля, который подчеркивает, что научное познание никогда не возникает само по себе из эмпирических исследований, оно возможно лишь в процессе разрешения поставленных проблем. В этом смысле теория является как бы «априорной» по отношению к фактам. Но в то же время Г. Мюрдаль провозглашает и «суверенность фактов». Это означает, по его мнению, что теория никогда не является чем-то большим, чем гипотеза. В любой науке, как утверждает Г. Мюрдаль, нельзя обойтись без априорных моментов, без рабочих гипотез, служащих принципами организации научных наблюдений. Априорные идеи, согласно его взглядам, в конечном счете базируются на ценностных установках, так как именно последние вызывают интерес к определенным гипотезам и отдельным связям между фактами. Г. Мюрдаль выступает также против ученых, предполагающих, что возможно почерпнуть определенную установку из объективных фактов4. Итак, выбору фактов, по Г. Мюрдалю, предшествуют гипотезы, имеющие априорный характер и основывающиеся па ценностных установках. Признание эвристической роли гипотезы здесь сопряжено с отрицанием ее объективного содержания, с утверждением ее внеомпирического происхождения. Однако ценности, имеющие субъектпвпып характер и понимаемые Г. Мюрдалем как факторы, лежащие вне науки, не могут служить критерием для выбора существенного и важного в объекте познания.

    В политическом исследовании факты формируются па основе анализа преимущественно массовых явлений, которые можно изучать как с качественной, так и с количественной стороны. В последнем случае правомерно говорить о статистическом факте в политической науке. Под статистическим фактом обычно подразумевают «типические сводные числовые характеристики, ос-но ванные па специально организованном массовом наблюдении социальных явлений» 5, «результат статистической обработки (усреднения) множества однородных, но различных по своим предикатам фактов» 6. По сравнению с единичными данными статистические факты дают более надежные и более устойчивые знания об объективных ситуациях, максимально элиминируют случайные, побочные, искажающие и затемняющие факторы. Это, однако, не означает, что эмпирическая основа политической теории всегда складывается из такого рода фактов.

    Количественными средствами могут быть измерены пе все, а лишь устойчивые и повторяющиеся свойства объекта, поддающиеся естественной или искусственной квантификации. Статистические факты играют значительную роль, например, в описании таких процессов, как политические движения, избирательные кампании, изменения политических настроений больших групп людей. Сущность политических процессов трудно выявить вне анализа отношении политики с другими надстроечными явлениями, а также с экономическим базисом. При исследовании зависимости между политическими и связанными с ними неполитическим]! явлениями полученное знание можно выразить в виде статистических фактов и определить с их помощью тенденцию во взятых соотношениях. Такой комплексный подход к исследованию политики можно назвать политико-социологическим, а социология чаще всего имеет дело со статистическими фактами.

    Масштабы использования математических средств в политическом исследовании зависят главным образом от объекта, но большое значение при этом имеет и методология исследователя, применяемые нм общенаучные принципы. Представители бихевиоризма в американской политологии, игнорируя необходимость теоретических обобщений, сконцентрировали основное внимание па ежрупулезном количественном анализе политической действительности, а точнее политического поведения индивидов в группах. К тому же бпхевиорпсты подчеркивают необходимость тщательного разграничения факта и оценки7, а эмпирическое знание, но их мнению, состоит из упорядоченных определенным образом данных, максимально освобожденных ог оценочного знания. Политическая же теория сводится ими к совокупности верифицируемых обобщенных положений эмпирического типа 1‘ Бихевиоризм, ставший символом крайнего эмпиризма в политологии, ушел в сторону от изучения важнейших политических процессов и носит сугубо прикладной характер. Увлечение математическими методами, возведение цифр в абсолют приводит либо к гиперфактуальности, либо к построению абстрактных, крайне формализованных схем и моделей политических процессов. Представители эмпирической политологии игнорировали важное требовании научного познания, а именно то, что формализация материала не должна преуменьшать значения содержательного анализа. Количественные методы не должны быть самоцелью, их пужпо использовать там, где это результативно и целесообразно с учетом других задач.

    В силу своей специфики статистические факты не могут репрезентировать обобщаемые ими индивидуальные факты, которые отражают отдельные единичные н случайные явления, пе поддающиеся количественному измерепию. В политическом исследовании факты формируются преимущественно с помощью качественного анализа политических процессов. Таким методом можно получить не только единичные, но и обобщенные факты, которые в этом случае являются не статистическими, а индуктивно обобщенными, динамическими. В обобщенных динамических фактах в большей степени, чем в статистических, присутствует субъективный момент с его непосредственной оценкой описываемых явлений. Это, правда, не означает, что статистические факты не получают в конечном счете качественной оценки.

    Рассмотренный кратко способ классификации уже показывает, что анализ научного факта не может быть осуществлен без обращения к важнейшим методологическим вопросам научного исследования, к онтологической основе фактов, т. е. к тем явлениям, которые в них отражаются.

    Политические процессы, развиваясь во времени, могут быть фиксированы в различных фактах в зависимости от временной длительности того или иного явления. Классифицировать факты в этом случае можно следующим образом: 1) факты-события; 2) факты-ситуации; 3) факты-процессы; 4) факты-тенденции.

    Факты-события отражают совершившиеся и непродолжительные по времени одноактные явления. Факты данного вида указывают на индивидуальность, неповторимость фиксируемых событий, на их пространственно-временные координаты. Факты-события характеризуются конкретностью, а эмоциональная насыщенность придает им большую наглядность.

    Факты-ситуации отражают определенный момент в развитии политических событий, которые в совокупности, в связи качественно отличаются от других групп событий. Политическая ситуация описывается с помощью группы фактов (данное условие не всегда обязательно), каждый из которых фиксирует ее отдельную сторону. Формирование фактов-ситуаций основано на обобщении большого количества более мелких фактов, на выделении главных из них и их последующем синтезировании. Наиболее сущест-венг ш момент в получении рассматриваемых фактов — это выбор правильного критерия для отграничения их от других фактов. Говоря о завершении какой-либо политической ситуации, следует пользоваться критерием качественных изменений в расстановке политических сил, изменений, дающих основание считать, что сложилось uuoc положение. Разумеется, явления, образующие политическую ситуацию, не происходят одновременно, но факты, их отражающие, предстают как бы па одной плоскости, дают картину политического положения на данный, конечный момент развития событий, способствуя созданию более целостного представления о большом количестве явлений. Значение фактов-ситуаций обусловлено тем, что они позволяют представить политику (с ее видимой стороны) не просто как постоянно сменяющие друг друга события, а как неравномерный, скачкообразный процесс.

    Факты-процессы отражают такие политические явления, которые завершены во времени, а если не завершены, то настолько качественно очерчены, что могут быть фиксированы в фактуаль-ном знании. Факт-процесс может характеризоваться значительной степенью обобщенности, опосредованности, идеализованностью. В фактах-процессах объект исследования отражен так, что элиминируется его чувственно-конкретпое многообразие, что в нем «снимается» случайное и единичное. При построении теории использование фактов-процессов уменьшает долю описательного в ней, повышает объяснптельгтые возможности исследования. Рост опосредованности, пдеализованности фактуального знания связан с развитием политической теории. Однако не следует забывать, что в конечном счете политологический факт отражает конкретные действия люден в сфере политики, т. е. эмпирический базис теории не может быть сведен только к фактам-процессам, хотя они в значительной степени связапы с объяснением.

    В четвертую группу фактов данной классификации входят факты-тенденции. Политическая теория связана с объектом, с той политической действительностью, современником которой является исследователь. Часто ему приходится иметь дело с незавершенными во времени процессами, находящими отражение на эмпирическом уровне в фактах-тенденциях. Факт-тенденция — не просто сумма предшествующих ему фактов-событий, он выводится из них рациональным путем. Факт-тенденция содержит знапис о процессе, который проявляется через ряд непосредственно наблюдаемых феноменов. Факт-тенденция отличается от относящихся к тому же объекту фактов-событий не только большей степенью обобщенности, большей глубиной отражения изучаемых процессов, наличием определенной интерпретация фактов-событий, но и своей незавершенностью, способностью изменяться вместе с изменением объекта.

    Близки по своим характеристикам к фактам-тенденциям факты, входящие в другую классификацию, за основание которой берется установление того, что есть, и того, чего нет. В этом случае политические факты можно подразделить на положительные, отрицательные, возможные. Политическая теория строится не только на основе имеющегося эмпирического материала, но и с учетом предполагаемого, возмо;кпого в будущем. Существование и значение возможных фактов связано с одной из важнейших особенностей политической теории, а именно с ее направленностью в будущее, с ее перспективностью, с ее прогностической функцией, которая обнаруживается уже в эм ипрической основе. Если, например, в исторической пауке возможные факты призваны главным образом компенсировать недостаток эмпирического материала о явлениях социального прошлою, то в политической теории с помощью такого рода фактов исследователь стремится достроить цепь событии, процессов возможными событиями, которые еше не имеют места, указать возможные пути политического развития в будущем. Возможные политические факты не являются произвольной мысленной конструкцией пли простым угадыванием будущих явлений. Образование возможных фактов всегда основано на знании прошедшего и настоящего п политической действительности; в этом процессе может участвовать не только наличное фактуальное, но и теоретическое зпа-нпе, интуиция исследователя. Возможные факты, обладая условной достоверностью, могут использоваться в качество основания положений, входящих в научную гипотезу. В политической науке рассматриваемые факты выступают как предположительное знание, относящееся к возможным проявлениям изменяющегося объекта и изменяющееся само в процессе исследования. С развитием объекта возможные факты переходят в факты положительные или отрицательные.

    Особую сложность представляет классификация политических фактов в зависимости от структуры объекта, т. е. от структуры политики, так как элементы, составляющие политику, настолько переплетены друг с другом, что их вычленение является в какой-то мере условным.

    Политика включает в себя: 1) политические отношения; 2) политическую организацию и учреждения; 3) политическое сознание и. Факты политических отношений описывают процессы взаимоотношений между классами, нациями, партиями относительно политической власти и управления.

    Явления, указывающие па статичность, устойчивость политической системы, фиксируются в фактах политической организации. Факты этой группы дают знание о деятельности государственных и общественных институтов.

    В структуре политики одно из главных мест занимает политическое сознание. К сфере политическою сознания следует отнести политическую идеологию п политическую психологию, исходя из активной роли последней в системе политических отношений.

    Поскольку в политическом сознании выделены два элемента,

    11 Азаров Н. И. В. И. Ленин о политике как общественном явлении. М.: Высш. школа, 1975.

    то и фактуальное знание можно в этом случае подразделить на:

    1) факты политической психологии; 2) факты политической идеологии. В процессе формирования фактов первой группы необходимо учитывать следующие моменты: а) объективную основу образов мыслей и чувствований; 6) то, что эти чувствования должны изучаться через деятельность людей и не могут быть отделены от нее; в) то, что факт должен обладать большей степенью конкретности, чем образы мыслей и чувствований, ибо последние пе могут изучаться вне деятельности реальных личностей1". Факты политической психологии практически всегда представляют собой знание обобщенное и в большой мере опосредованное.

    Эмпирический уровень исследования политической идеологии представлен фактами, содержащими информацию о взглядах идеологов, их высказываниях, фактами о тех или иных положениях политических копценцпп. Факты политической идеологии дают знание о процессах возникновения, распространения политических идей и доктрин.

    Факты политической идеологии наряду с констатацией и описанием исследуемых явлений могут содержать в себе моменты объяснения, открывать некоторые сущностные стороны политических идеологий.

    Классификация политических фактов может проводиться п по другим основаниям. Ламп уже отмечалось, что сущность политических процессов не может быть понята без исследования политики в ее связях с экономическим базисом и надстроечными явлениями, т. е. анализ политики должен носить комплексный характер. Принимая во внимание, что политика тесно связана со всеми социальными феноменами и исследование ее является многосторонним, можно прийти к выводу, что фактуальное знание в политической теории есть знание синтетическое. Политические факты в данном случае можно подразделить на: J) факты, описывающие политические аспекты экономической жизни; 2) факты, описывающие политические аспекты права; 3) факты, описывающие политические аспекты общественной психологии и т. д.

    В зависимости от типа описания политических явлений следует выделить факты, фиксирующие: 1) структурные, 2) генетические, 3) функциональные, А) субстанциональные свойства явлений.

    Таким образом, политологический факт является сложным феноменом, требующим всестороннего рассмотрения в гносеологическом, онтологическом, аксиологическом и других аспектах. Только такой подход позволит выяснить форму, содержание, специфику политологического факта как основания объективно истинного политического знания.

    12 Мерзоп Л. С. Проблемы научного факта. Л.. 1972. с. 38.

    А. 13. околоискитт

    СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ЛИЧНОСТИ ГОСУДАРСТВЕННОГО СЛУЖАЩЕГО КАК ОБЪЕКТ ПОЛИТОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА

    В советской науке существует традиции рассматривай» управление делами общества как одну из ведущих функций политической системы социализма. В литературе подчеркивается политический характер управления, его тесная связь со структурой властеогношений в обществе, отмечается, что система управления — это важнейший инструмент достижения политических целей, решения политических задач Л поскольку главным элементом управляющих систем является человек, служащий, то из данной концепции органически вытекает представление о служащем как о весьма существенной категории политологического анализа. В русле этих представлений и лежит задача настоящей статьи, состоящая в том, чтобы очертить структуру социальнопсихологических механизмов, позволяющих рассматривать различные аспекты поведения государственных служащих.

    В соответствии с фундаментальным положением марксистско-ленинского обществознания о классовой природе государства институт государственной службы выступает прежде всего как инструмент в руках политически господствующего класса. В развитом социалистическом обществе деятельность государственных служащих направлена на удовлетворенно интересов всех социальных классов н групп, на эффективное решение многообразных задач по управлению общенародным государством. Конкретные формы этой деятельности достаточно сложны п многообразны. Поэтому для их продуктивного изучения в рамках политической науки необходимо совершенствование исследовательского инструментария, принятие на вооружение методов различных наук. В настоящей статье делается попытка соединить такой общепризнанный аспект политической науки, как теоретико-организационный анализ, с социально-психологическим подходом. Таковы наши исходные предпосылки. Перейдем теперь к непосредственному предмету рассмотрения.

    Государственный служащий, выступающий' как субт>ект и объект властных отношении, одновременно всегда является элементом той или иной организационной структуры и тем самым предстает перед нами в качестве лица, деятельность которого состоит в выполнении определенной, формальным образом установ-

    1 См., например: Политические системы современности. М.: Наука, 1978, с. 94—96; Тихомиров Ю. Л. Механизм управления в развитом социалистическом обществе. М.: Наука, 1978, с. 8—17, 69.

    ленной совокупности обязанностей. Эти его обязанности прямо либо косвенно направлены на решение общественно значимых задач, стоящих перед организацией как целым. Поэтому существует соблазн рассматривать служащего исключительно с позиций его формального статуса. Подобный подход в течение длительного времени господствовал и в литературе, и в практике управления. Он считался вполне достаточным и действительно весьма эффективен при решении целого ряда административно-управленческих проблем. Однако данный подход обладает п существенной ограниченностью, состоящей в том, что в его свете в значительной мере утрачиваются «человеческие факторы» управления.

    Между тем значение этого рода факторов чрезвычайно велико. Как отмечается в литературе, «управление, в каких бы системах п на каких бы уровнях оно нп рассматривалось, является преимущественно функцией человека в этих системах, т. с. всегда как субъект управления выступает человек. По, с другой стороны, управление является такой функцией, которая осуществляется прежде всего по отношению к человеку, т. е. он же в конечном счете выступает и как объект управления. Поэтому на эффективности функционирования любой системы существенно сказывается «человеческий фактор», учитывать который крайне важно» 2. Представляется правомерным даже еще более категоричное утверждение: поскольку системы, осуществляющие государственное управление, являются разновидностью социальных систем, т. е. человеческих общностей, то их адекватное научное описание без полноценного учета факторов, связанных с человеческой личностью, принципиально невозможно.

    Богатейшая традиция рассмотрения данного круга проблем существует в марксистском обществоведении. В рамках же организационной теории впервые, как известно, на эти вопросы обратила серьезное внимание «школа человеческих отношений». Из числа западных авторов послевоенного периода, вклад которых в данную область исследований наиболее существен, следует выделить в первую очередь Г. Саймона, Р. Мертона и Э. Даунса.

    На современном уровне научного зпапня государственный служащий рассматривается, в рамках подобного подхода, прежде всего с позиций ролевой теории личности. При этом наибольший интерес представляет тот аспект ролевой теории, при котором подчеркивается множественность ролей, совмещаемых одним индивидом, и, как следствие этого, имманентность присущего личности межродового конфликта, что вытекает из объективных противоречий между диктуемыми разными социальными ролями различными программами поведения. То обстоятельство, что человек выполняет в процессе своей жизнедеятельности множество ролей, отмечал, как известно, еще Шекспир. С тех пор, с усложнением общественной жизни, число социальных ролей неизмеримо воз-

    2 Психологические проблемы социальной регуляции поведения. М.: Наука, 1976. с. 42.

    росло п продолжает расти. Соответственно все усложняется и ролевая структура личности. Существуют развернутые классификации уже даже не самих ролей, а их разновидностей. Так, И. С. Коп выделяет три типа ролей, отражающих три различных уровня человеческого бытия — институциональные, групповые и индивидуальные роли

    В интересующем нас аспекте все роли, выполняемые представителями рассматриваемой группы — государственными служащими, распадаются на служебные и неслужебные. Рассмотрим сначала вопросы, связанные со служебными ролями.

    Как известно, круг деятельности каждого служащего и ее главные составные части, как правило, фиксируются в соответствующих формальных предписаниях. Этой цели обычно служат типовые или индивидуализированные должностные инструкции. Кроме того, эти вопросы решаются в порядке оперативного управления: непосредственно служебные обязанности каждого работника закрепляются за ним, исходя из особенностей его квалификации и индивидуальных черт. В аппарате управления подобная индивидуализация задач особенно существенна, так как значительная часть выполняемых действий не должна носить рутинного характера, плохо поддается формализации и детальному контролю качества исполнения, и, следовательно, именно от уровня работы непосредственных исполнителей в значительной мере зависит конечный результат, т. с. степень эффективности выполнения органом управления своих социальных функций. Однако пределы усмотрения руководителя в этих вопросах должны быть, по общему правилу, ограничены рамками типовых перечней должностных обязанностей. Это служит границей действия субъективных факторов и таким образом блокирует возможность развития дисфункциональных для организации тенденций.

    Но то обстоятельство, что роль служащего как исполнителя определенных обязанностей более или менее четко закрепляется формальным образом, конечно, не означает, что все его действия расписаны (пли даже в принципе могут быть расписаны) на уровне процедур и отдельных операций. Подобная полная формализация может быть достигнута лишь для чисто технических функций. Квалифицированна я же управленческая деятельность (например, составление планов) стандартизована лишь в некоторых «узловых» процедурах и операциях, а в промежутках между этими стадиями представляет процесс решения более или мепее оригинальных (и уж во всяком случае, никогда полностью не повторяющихся) задач. Поэтому в пределах своей роли у служащего есть достаточно широкая возможность выбора того или иного варианта действий. Шпрота спектра этого выбора, по нашему мнению, производна от двух обстоятельств: от степени сложности решаемых задач и от степени жесткости организационной струк-

    3 Кон И. С. Социология личности. М.: Политиздат, 1967.

    туры. Данное явление удобнее всего обозначить как впутриролс-вую автономность.

    Наряду с ролью непосредственного исполнителя определенных обязанностей существует ряд других организационных ролей. Так, каждый служащий выполняет в рамках должностной пирамиды роль подчиненного, многие из них одновременно выполняют и роль руководителя какого-либо ранга; служащий может быть также членом какого-нибудь коллегиального органа (коллегии при руководителе учреждения, различных советов, комиссий и т. п.), что также следует рассматривать как самостоятельную роль. В результате одни п тот же служащий является носителем нескольких служебных ролей. Нередко эти роли требуют от работника различных (а то и прямо противоположных) способов поведения. Болес того, типы ролен — «руководитель», «подчиненным», «эксперт»—соответствуют различным социально-психологическим типам личности (соответственно типам «лидера», «ведомого» и «независимого аналитика»). В рассматриваемом же случае эти типы вынуждены «сосуществовать» в одном человеке, по крайней мере частично.

    Подобное явленно называется межролевым конфликтом или конфликтом ролей. Это — одна из наиболее распространенных ситуаций административной реальности, и при любом организационном анализе ей следует уделять особое внимание. Наиболее выпукло межродовом конфликт может обнаружиться в том случае, когда служащий занимает посты одновременно в нескольких организационных структурах. Однако не следует полагать, что такой конфликт — явление сугубо отрицательное. Ведь, кат; известно, конфликт — один из способов разрешения противоречий. Это положение справедливо н для социально-психологического конфликта ролей, ибо он позволяет личности (скажем, личности администратора) при принятии решении сообразовываться с более широким кругом фактов и зависимостей.

    Рассмотрим в качестве примера весьма распространенную ситуацию: руководитель учреждения пли предприятия одновременно и член местного органа власти — Совета, на территории которого расположена данная организация. При решении в Совете вопросов, связанных с деятельностью руководимого им предприятия, он оказывается как бы в двух ипостасях, и, поскольку конкретные задачи, стоящие перед этими двумя организациями, не всегда совпадают, он попадает в ситуацию межролевого конфликта. По объективно данный конфликт предоставляет ему возможность более точно соотнести специальный (ведомственный) п общий (в данном случае территориальный) интересы. Подобное пребывание «в шкуре» другой стороны стимулирует принятие более сбалансированных решений в рамках каждой из ролей. В некоторых случаях на изначальной почве межролевого конфликта может даже возникнуть весьма благоприятный «эффект суммирования ролей», позволяющий служащему подняться на недостижи-мып в рамках каждой отдельной роли уровень видения и понимания проблем.

    Конфликт возникает п между «внутриорганизационными» ролями. Это происходит в том случае, когда одно лицо занимает позиции на различных уровнях организационной структуры, а каждая из позиций предполагает нацеленность па собственные задачи, которые для различных уровней могут совпадать лишь частично. Например, начальник отдела, одновременно являющийся членом совещательного органа при руководителе учреждения, «разрывается» между заботой о своем отделе и интересами учреждения в целом.

    Завершая обсуждение вопроса о служебных ролях, отмстим, что их совокупность составляет формальный статус служащего.

    Но реальное поведение служащего определяется не только его формальным статусом. У каждого служащего существует также набор неслужебных ролей, которые порой настолько переплетены с ролями служебными, что составляют вместе с нимп единую ткань поведения. Неслужебные роли можно подразделить па две группы: роли, выполнение которых хотя и не входит в круг должностных обязанностей служащего, но непосредственно связано с местом его работы, п роли внеслужебные, не имеющие к работе сколько-нибудь прямого отношения. К числу первых относятся общественная работа, членство в партийной и профсоюзной организациях и их выборных органах, а также неформальные роли: старшего товарища, члена группы коллег, объединяемых общностью интересов, взглядов и пр. Многообразие внеслужебных ролей служащего, очевидно, нет смысла раскрывать. В этой части своего ролевого набора он ничем не отличается от любого другого индивида и интересует пас лишь постольку, поскольку его внеслужебные роли могут влиять на его служебное поведение.

    Роли могут как взаимно дополнять одна другую, так и противоречить друг другу в определенны;: своих компонентах. В последнем случае возникает межролевой конфликт, в принципе подчиняющийся тем же закономерностям, что и конфликт служебных ролей. Важная особенность конфликта между служебными и неслужебными ролями — возможность возникновения разрыва между формальным и неформальным статусами служащего. Так, лицо, занимающее высокий пост в служебной иерархии, но в силу каких-то причин не пользующееся авторитетом в коллективе, может оказаться в ситуации, когда его престиж и, следовательно, отношение к его административным решениям будут на значительно более низком уровне, чем того требуют интересы организации.

    В целом проблема межродового конфликта имеет объективную основу (неизбежная множественность ролей), и потому порождаемые ею ситуации постоянно воспроизводятся. По той же причине она, как представляется, имеет лишь паллиативные решения. Но по крайней мере, и теоретики, и практики должны отдавать себе ясный отчет в ее существовании, ибо корректная постановка проблемы, ее осознание — важнейшие предпосылки для ее успешного разрешения.

    Однако ролевой подход, при всей его важности, является далеко не исчерпывающим. Более того, если при изучении человека (в том числе и служащего) ограничиваться только ролевой структурой, то полученная картина окажется не только плоскостной п далекой от полноты, но в некоторых случаях и прямо искажающей существенные характеристики объекта изучения. В частности, попытка предсказать поведение служащего в конкретной ситуации лишь на основе пусть даже полного описания его ролевой структуры — занятие весьма рискованное. Как пишет социальный психолог Б. Д. Парыгин, «личность — это интегральное понятие, характеризующее человека в качестве объекта п субъекта биосоциальных отношений и объединяющее в нем общечеловеческое, социально-специфическое и индивидуально-неповторимое»8. Ролевой же подход освещает главным образом социально-специфический плап личпости. Человек, руководствуясь собственными целями и мотивами поведения, неизбежно «субъек-тивизпрует» свою «проектную» роль. В основе данного вывода лежит марксистский взгляд на сущность человека, отвергающий крайние представления о личности либо как о полностью индивидуал ымыгешжтортшой, «самой из себя выводимой» (экзистенциализм, разные виды персонализма), либо как о полностью соцналь-но-детермиппрованиой (вульгарный социологизм, крайний структурализм) Подобное раздувание «одной из черточек, сторон, граней познания в абсолют» есть, как указывал В. И. Ленин, «философский идеализм» 9. Последнее время некоторые буржуазные социологи также обращают внимание на ограниченность ролевого подхода. Например, в терминах теории «социального проникновения» личность представляется состоящей из множества слоев, как «луковица», внешние слои которой символизируют ролевое поведение. Индивидуальное же находится внутри, в «ядре» личности 10.

    Как представляется, возможности ролевого подхода ограничены двумя существенными обстоятельствами. Первое ограничение проистекает из уже обозначенного явления внутриролевой автономности. Иными словами, ролевая регламентация поведения служащего не является ни столь жесткой, ни столь детальной, чтобы исключить возможность для существенных индивидуальных вариаций. Это естественно и закономерно. Любая работа, содержащая более или мсисс значительный момент творчества (а работа служащего, несомненно, относится к этому классу), в принципе не должна быть «зарегулирована» до степени, устраняющей или даже чрезмерно сокращающей поведенческий «люфт». Важно лини, допиться, чтобы размер н характер этого «люфта» не допускали бы возможностей злоупотреблении н других видов пена длежащего исполнения ролей.

    Второе ограничение ролевого подхода связано с возможностью внероловпго поведения индивида. Ряд поведенческих актов, включая принятие важных, влияющих на всю последующую жизнь решений н совершение «ключевых» поступков, часто происходят вне рамок каких-либо ролевых предписаний. Ведь в конце концов сам выбор той пли иной ролл есть акт внеролевого поведения (если речь не идет о прпнятпп вторичных, производных ролей). Возможны также ентуацпп, прп которых последовательное выполнение роли требует от индивида действий, идущих вразрез с его базисными ценностными ориентациями, с его общей системой взглядов, которая, кстати, могла претерпеть изменения уже после прппятия им роли. Возпикает конфликт между социальной ролью (или за же целой группой ролей) и «Я» человека.

    Таким образом, реальное многообразие поведения индивида протекает в рамках общей схемы «роль+«Я».

    Поэтому, очевидно, следует попытаться восполнить неизбежную ограниченность ролевого подхода как взгляда от целого каким-либо вариантом взгляда со стороны индивида. В этом мы солидаризируемся с И. С. Коном, отмечавшим, что «межипдпвп-дуальпып ролевой анализ должен быть дополнеп ннтраиндпвп-дуалышм подходом, позволяющим перейти от структуры взаимоотношении данного ппдпвнда с другими к его внутренней психологической структуре»в. В качестве основного стержня такого доиолпяющого анализа представляется наиболее удобным избрать интегральную категорию личностных ориентации, так как опа в «снятом виде» включает в себя такие важнейшие категории, как ценности, интересы, мотпвы. потребности, установки.

    Для советского государственного служащего базисной ориентацией является его устойчивая направленность па соблюдение общественных и государственных интересов, па достижение целей коммунистического строительства па основе социалистического правопорядка. Но в практической повседневной деятельности эта базиепая ориентация, как и общие закопы диалектики, реализуется пе непосредственно, а через копкретизирующпе се промежуточные звепья. В качестве таких промежуточных звенъ-ев и будут рассмотрены непосредственные ориентации служащих.

    Выделим три вида непосредственных ориентаций: ориентацию на саму работу как деятельность, ориентацию на вознаграждение за работу и ориентацию на карьеру, т. е. на служебную перспективу. Естественно, они разделяются лишь в аналитических целях, тогда как в практике чаще всего наблюдается сочетание в различных пропорциях и в различной иерархии всех трех названных видов ориентаций.

    Ориентация на саму работу определяет подход индивида к своей трудовой профессиональной деятельности как к самоцелп. Другими словами, индивид не нуждается в каких-либо находящихся за пределами работы дополнительных внешних стимулах. В его представлении достаточный смысл его труда имманентно присущ самой работе.

    Подобную ориентацию было бы опрометчиво автоматически отождествлять с установкой на подлинное служение обществу, на безусловное подчинение личных интересов интересам обществе! еньш и т. п., хотя она имеет с ними достаточно высокую корреляцию. Рассматриваемый тип ориентаций вполне может наблюдаться н у эгоистического типа личности.

    В пределах ориентации на работу можно выделить отдельные ее разновидности. Так, в одном случае служащий может быть всецело ориентирован па решение непосредственно стоящей перед ним задачи и не склонен задумываться над более широкими зависимостями, существующими между его работой и жизнью общества, над социальными последствиями своей служебной деятельности. Подобная ориентация «на задачу», казалось бы, должна сочетаться со служебной ролью подчиненного и психологическим типом «ведомого», пассивного исполнителя. Однако, как свидетельствуют данные одного из эмпирических исследований английских гражданских служащих, сильная ориентация «на задачу» характерна также для работающих в административном аппарате ученых9. Последние настолько заняты самой исследуемой проблемой, и ее решение само по себе приносит им столь значительное удовлетворение, что они вполне сознательно (как следует из их высказываний) не желают задумываться над тем, какую пользу принесет их работа обществу. Противоположной является ориентация «на смысл» деятельности. Очевидно, эффективной работе служащего более всего способствует сочетание ориентаций на «задачу» п на «смысл» деятельности.

    В качестве отклонения можно отметить еще существующую ориентацию «на формы» деятельности в ущерб ее содержанию. На низших этажах служебной иерархии она довольно часто наблюдается в виде явления, на обыденном языке называемого «канцелярщиной», но в целом этот феномен гораздо многообразнее и не всегда легко идентифицируется, поскольку его бывает трудно отделить от закономерного стремления служащего обес-

    ? Blame St., Chennels Е. Professional Civil Servants: A Study in the Sociology of Public Administration.—In: Public Administration, 1975, Summer, ]). 117.

    почить полное соблюдение установленных процедур рассмотрения вопроса, получение необходимой информации. Данный феномен иногда обозначают как «ритуализацшо».

    Ориентация на вознаграждение, в отличие от ориентаций на работу и на карьеру, основана на установке, согласно которой основные потребности индивида должны удовлетворяться вне его служебной деятельности. Последняя, согласно зтой точке зрения,— лишь псточник получения средств для удовлетворения его потребностей.

    В определенных пределах ориентация па вознаграждение вполне естественна. Более того, для категории лиц, выполняющих рутинную работу и не имеющих ясных перспектив па продвижение по служебной лестнице, данная ориентация становится ведущей. Соответственно ее удельный вес понижается с повышением уровня содержательности труда, возникновением в нем творческих моментов. Дисфункциональный потенциал этой ориентации, как представляется, может проявиться в ситуациях, когда недостаточно точно осуществляется принцип оплаты по труду, а также недостаточно урегулированы действующим правом вопросы. связанные с материальным вознаграждением. Безусловно дисфункционально также повышенное вознаграждение служащих, обусловленное не собственно их трудовой деятельностью, а самим фактом их работы в том или ином учреждении, па топ или иной должности, т. е. привилегии.

    Ориентация на карьеру, т. е. на перспективу продвижения пц службе, может иметь в своей основе потребности различных рангов — как первичные, «витальные», так и потребности высших уровнен: потребность в соцпальном признании, в самоуважении, высокой самооценке п даже творческую потребность самовыражения. Она совсем неравнозначна применяемому в обыденной речи понятию «карьеризм», предполагающему (насколько вообще можно точно определять понятия обыденной речи) низменные цели и неразборчивость в средствах. В то же время за ориентацией па кар г,еру могут стоять, во-первых, совершенно честные п оправданные притязания па продвижение по служебной лестнице с целью приведения своего формального статуса в соответствие со своей квалификацией, со своими склонностями и возможностями, во-вторых, вполне честные п порой даже бескорыстные «реформаторские» планы и намерения, в-третьих, основанная па здоровом честолюбии жажда общественного призпания своих заслуг и способностей.

    Само по себе желание иметь обеспеченную служебную перспективу с точки зрения эффективности унравленпя вполне функционально. Дисфункциональны лишь различные его деформации, развитие которых стимулируется как раз отсутствием или недостатком возможностей для нормального, полностью вписывающегося в рамки прямой служебной деятельности удовлетворения карьерных притязаний.

    Негативные эффекты как побочные последствия карьерной ориентации имеют, представляется, корни в двух видах причин — объективных и субъективных. Объективные причины связаны с организационными недостатками, с неудовлетворительным регулированием вопросов прохождения службы. Следовательно, возможности их устранения заложены в дальнейшем совершенствовании системы организации управления и особенно системы решения кадровых вопросов.

    Субъективные же причины связаны с некоторыми свойствами, человеческой личности, а именно с различными деформациями чувства честолюбия. Блокирование возможных вспышек чиновной амбициозности, административного самоуправства, проявлений бюрократического «бонапартизма» и «мессианства»— задача институтов социального контроля: общественных организаций, органов народного контроля, средств массовой информации, общественного мпения и т. д., а также администрацпн самих государственных учреждений.

    В западной литературе бюрократическим извращениям карьерной ориентации уделяется значительное внимание. Пожалуй, наибольшую известность в этом плане получили публицистические работы Н. Паркинсона. Феномены «административного эгоизма» и «административного элитизма» рассматривает и англичанин П. Сэлф 11. В качестве наиболее надежного и долговременного противоядия от подобных явлений чаще всего называются различные пути и варианты повышения профессиональной морали.

    В условиях социализма, где служащий выступает как выразитель подлинных общественных интересов, любые проявления бюрократизма представляют собой нарушения морального кодекса служащего. и в более серьезных случаях влекут за собой п юридическую ответственность. Всеобщее осуждение подобных фактов представляет надежную гарантию против их распространения.

    Таковы, по нашему миопию, наиболее важные параметры, в соответствии с которыми следовало бы проводить эмпирическое изучение личности государственного служащего. Подобные исследования смогут обогатить политическую науку достоверным знанием о «законах жизнедеятельности» важнейшей «первичной клетки» любой политической системы, а также внесут вклад в дальнейшее совершенствование на паучноп основе практики государственного управлеппя в социалистическом обществе.

    III. ПОЛИТИКА И РАЗВИТИЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ

    С. И. ПОМЛЗАПОН

    ДЕЛОВОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО СССР-ЗАПАД

    Социалистические страны придают важное значение развитию международного сотрудничества, в том числе сотрудничества между странами социализма п капитализма. «Мы хотим,— отмечал JI. И. Брежнев,— чтобы через границы, разделяющие эти два мира, проходили не трассы ракет с ядернымн зарядами, а протянулись инти широкого п многообразного сотрудничества па благо всего человечества» 1.

    Международное сотрудничество, в частности развитие всех форм экономических н научно-технических связен пашей страны со странами Запада, упрочивает п расширяет материальную базу политики мирного сосуществования, укрепляет дух взаимного доге рпя, приносит значительную экономическую выгоду. Советский Союз, как и другие государства, стремится «использовать преимущества, которые дают внешнеэкономические связи, в целях мобилизации дополнительных возможностей для успешного решения хозяйственных задач и выигрыша времени, для повышения эффективности производства п ускорения прогресса науки и техники» 2.

    Предпосылки и возможности. Важнейшей предпосылкой для успешного развертывания международного экономического сотрудничества, в том числе между СССР и развитыми капиталистическими государствами, является укрепление мира между народами, упрочение международной безопасности, сохранение на нашей планете климата разрядки и доверия, утверждение политики мирного сосуществования.

    В условиях современной научно-технической революции п интернационализации хозяйственной жизни значительно усиливается взаимозависимость национальных экономик. Это влечет за собой дальнейший рост товарных потоков из одних стран в другие, углубление международного разделения труда. Современная

    ' Брежнев Л. И. Ленинским курсом: Речи п статьи. М.. 1978, т. 6, с. 597. J Материалы XXV съезда КПСС. М.: Политиздат. 1976. с. 56.

    промышленность социалистических и капиталистических стран вплотную сталкивается с проблемой организации производства многих видов изделии в таких масштабах, для которых уже недостаточно рынка не только отдельных стран, но даже регионов, например, Восточной или Западной Европы.

    Кроме того, в нынешних условиях социалистические и капиталистические страны уже не могут ограничиваться чисто внешнеторговыми связями, осуществлением конъюнктурных торговых операций, получением единовременных выгод от тех или иных сделок. Более настоятельным теперь становится формирование прочных, устойчивых торгово-экономических и научно-технических связей, в результате которых укрепляется доверие партнеров н достигаются долговременные и более значительные выгоды, чем от отдельной, удачно проведенной закупки или продажи.

    Все эти объективные факторы учитываются социалистическими государствами, выступающими за широкое участие в международном разделении труда, за деловые связи, построенные па принципах равенства и взаимной выгоды. К выводу о необходимости расширения экономического сотрудничества с социалистическими странами приходят и реалистически мыслящие политические деятели Запада, деловые круги, многие буржуазные экономисты. Такой перелом в их мышлении произошел в последние годы по только под влиянием международной разрядки, но и по ряду других причин. В частности, западные партнеры окончательно убедились в провале той своеобразной экономической блокады, которой подвергались социалистические страны в период «холодной войны». Так, французский экономист и социолог А. Каштан в своей работе «Торговля и экономическое сотрудничество со странами Восточной Европы» прямо указывает на неэффективность политики эмбарго, которая не только не ослабляла жертвы блокады, но, напротив, способствовала в долгосрочной перспективе усилению их производственного потенциала 12.

    Многие представители делового мира и экономисты Запада признают, что широкое экономическое сотрудничество с социалистическими странами приносит ощутимые выгоды для западных партнеров. Например, американские авторы — преподаватель университета им. Дж. Вашштгтопа Г. Лаутер и старший экономист Международного валютного фонда П. Дики — в своей книге «Многонациональные компании и экономика восточноевропейских социалистических стран» большое место уделяют анализу факторов, обусловливающих заинтересованность западных фирм в установлении связей с сопиалистическими странами. Главные из ких: политическая и экономическая стабильность в странах социализма, наличие квалифицированной рабочей силы, низкие издержки производства, возможность выхода западных фирм на новые рынки сбыта, обмен научно-техническими достижениями. Социалистические страны, подчеркивают авторы, отличаются стабильностью и надежностью в сотрудничестве, и это позволяет фирмам Запада легче преодолевать последствия колебаний капиталистической конъюнктуры и обострении конкурентной борьбы на рынках. Авторы, отмечая ряд трудностей па пути развития экономического сотрудничества Восток' — Запад, делают вместе с тем вывод, что заинтересованность в развитии связен с восточноевропейскими социалистическими странами, ярко проявившаяся в последние годы, будет возрастать

    За значительные взаимные вьиоды сотрудничества между странами Запада п Востока указывает п западногерманский экономист, тесно связанный с крупнейшими союзами промышленников ФРГ, В. фон Лингсльсхайм-Зайбике. Среди этих выгод он называет возможность максимального использования людских, материальных и финансовых ресурсов и получение более высокого экономического эффекта; возможность достижения оптимального ассортимента товаров и как следствие этого расширение рынка; экономию затрат при совместной организации учета, продажи п обслуживания покупателей. Автор особо выделяет мотивы, побуждающие западные предприятия к сотрудничеству. [ ним он относит стремление сократить издержки производства, используя более низкие цены на сырье и энергию в социалистических странах, избегая дорогостоящих капиталовложений, решить проблему рынка с помощью долгосрочного экспорта технологии 13.

    Все изложенное подтверждает, что развитие всестороннего сотрудничества между странами различных общественных систем к условиях разрядки международной напряженности имеет большие возможности, которые уже реализуются, преодолевая препятствия, чинимые реакционными и милитаристскими силами па Западе.

    Характерные черты сотрудничества. Для уяснения вопросов о том, какими чертами характеризуется сотрудничество Восток — Запад, какие принципиально новые моменты отличают его па современном этапе, достаточно проанализировать экономические отношения между СССР и развитыми капиталистическими государствами, показать характер соглашений между ними в области экономики, науки и техники.

    Значение внешнеэкономических связей СССР в последние годы заметно возросло. Внешнеторговый оборот страны увеличился с 14,6 млрд. руб. в 1965 г. до 63,4 млрд. руб. в 1977 г., или более чем в 4 раза, причем по отношению к национальному доходу сю доля за это время увеличилась с 7,5 до 15,9%. В пятилетием плане развития народного хозяйства СССР на 1976—1980 гг.

    предусматривается дальнейшее всестороннее развитие экономических и научно-технических связей с зарубежными странами, более полное использование в этих целях возросших возможностей экономики, науки и техншш нашей страны.

    Товарооборот с развитыми капиталистическими странами за последние семь лет увеличился почти в 4 раза. Удельный вес развитых капиталистических стран в торговом обороте Советского Союза возрос с 21,3% в 1970 г. до 29,6% в 1977 г.; значительно расширилась номенклатура взаимно поставляемых товаров, причем в экспорте СССР наряду с сырьевыми товарами постепенно увеличивается доля продукции машиностроения.

    Важпой чертой внешнеэкономических связей СССР с капиталистическими странами на современном этапе является развитие наряду с торговлей других форм сотрудничества во многих сферах материального производства, пауки и техники. Так, с Соединенными Штатами в последние годы были заключены многочисленные соглашения в таких областях, как различные отрасли промышленности, сельское хозяйство, транспорт, мирное использование атомной энергии, исследование Мирового океана, охрана окружающей среды. Аналогичный характер имеют два документа, подписанные в феврале 1975 г. с Англией,—долгосрочная программа развития экономического и промышленного сотрудничества и программа сотрудничества в области пауки и техники.

    Обращают па себя внимание и такие характерные черты внешнеэкономических связей СССР, как их крупномасштабный и вместе с тем устойчивый и долговременный характер. Многие важные межгосударственные соглашения заключены па дссятилетпий период, а соглашения с отдельными промышленными фирмами даже на период до 20 лет. Это обеспечивает экономическим связям стабильность, делает их более перспективными и надежными, способствует в целом закреплению наметившегося поворота к лучшему в отношениях Советского Союза со странами Запада. К 1977 г. СССР заключил долгосрочные компенсационные соглашения и контракты с фирмами ФРГ, Франции, Японии, США, Италии, Англии на строительство в Советском Союзе более 60 объектов в различных отраслях народного хозяйства.

    В последнее время в практику отношений стран с различными общественными системами стали вводиться долгосрочные комплексные программы, охватывающие все сферы торгово-экономического, промышленного и научно-технического сотрудничества между двумя странами. Разработка таких программ отвечает прогрессивным тенденциям международных хозяйственных связей: чем длительнее перспектива сотрудничества, чем стабильнее его предпосылки, тем оно эффективнее. Именно такая долгосрочная программа развития и углубления торгово-экономического, промышленного и научно-технического сотрудничества до 1990 г. была подписана на высшем уровне между СССР и Финляндской Республикой в мае 1977 г. Опа включает все основные формы современною сотрудничества: развитие торговли, сотрудничество в строительстве промышленных и других объектов, производственную кооперацию и специализацию, научно-техническое сотрудничество, сотрудничество н области энергетики, в области транспорта к связи, охраны окружающей среды, геологии, платежно-кредитных отношении, сотрудничество в сфере услуг, в области таможенного контроля и.

    Диалогичная долгосрочная upoi рачма углубления сотрудничества в области экономики и промыш.неп ime i п па период до J 1)00 г. будет разработана между (К Д. Г м Францией, о чем стороны договорились в шопе 1977 г. во время официального визита Генеральною секретаря ЦК КПСС, Председателя Президиума Верховного Повета СПС Г Л. П. Брежнева во Францию. Во время визита Л. И. Брежнева в ФГГ в мае 1978 г. было подписано Соглашение о развитии и углублении долгосрочного сотрудничества в области экономики и промышленности. Соглашение рассчитано на долгую перспективу — 25 лет и определяет конкретные сферы сотрудничества.

    Газвнтпс торгово-экономических и научно-технических связен между СССГ и капиталистическими странами не ограничивается только заключением соответствующих соглашении, а обеспечивается определенными организационными мерами, созданием действенного механизма, направляющего и регулирующего эти связи с учетом поставленных целей. Каждое крупное соглашение между СССГ и западным контрагентом предусматривает, как правило, создание специальной смешанной комиссии, па которую возлагается осуществление данного соглашения. Соглашением предусматриваются п другие организационно-технические моры и формы сотрудничества, включая обмен научно-технической документацией, а также делегациями и специалистами, совместные исследования и разработки, промышленную кооперацию и взаимные поставки и т. д.

    Противодействующие силы. Широкие экономические связи СССГ и других социалистических стран с капиталистическими п развивающимися государствами не только способствуют упрочению мира па пашой планете, по и отвечают жизненным интересам всех народов, участвующих во всемирном разделении труда. Однако па пути сотрудничества между странами двух противоположных социальных систем имеются еще серьезные трудности п нерешенные проблемы. Определенные круги на Западе всячески противятся установленшо тесных экономических связей с Советским Союзом и другими социалистическими странами, стараются противодействовать новым тенденциям, пробивающим себе дорогу в условиях международной разрядки. При этом используются самые различные средства и методы.

    В частности, некоторые деятели па Западе строят особые рас-

    0 Приложение к журналу «Внешняя торговля», 1977, № 8.

    четы, иыступая за развитие торгово-экономических отношений со странами социализма. Они надеются таким образом ослабить процесс социалистической интеграции в рамках СЭВ, добиться ее «эрозии», «разрыхления». Страны СЭВ активно противодействуют этим попыткам, укрепляя свое единство, координируя действия, успешно реализуя Комплексную программу социалистической экономической интеграции. Свои политические цели преследуют и те реакционные круги, которые направляют яростные атаки против курса на материализацию международной разрядки.

    Советский Союз, как известно, неукоснительно придерживается всех положений Заключительного акта, принятого в Хельсинки. СССР рассматривает экономические связп как основу для дальнейшего углубления взаимопонимания и доверия между пародами.

    Советские предложения о развитии общеевропейского сотрудничества в области энергетики, транспорта, окружающей среды получили широкий резонанс. П это вполне закономерно. Для такого сотрудничества есть благоприятные территориально-географические и экономические предпосылки. Так, задача создания единой электроэнергетической системы Европы облегчается тем, что на континенте уже имеются объединенные энергосистемы, а решение этой задачи сулит всем странам большие экономические выгоды. ТТа Европейском континенте существуют также реальные возможности дли создания единой сети внутренних водных путей международного значения.

    На Западе, однако, продолжают действовать реакционные круги, которые мыслят категориями «холодной войны» и не желают отказаться от различных дискриминационных мер в отношении социалистических стран. Они высказываются против принципа наибольшего благоприятствования в торговле с ними, отстаивают сохранение повышенных таможенных пошлин на некоторые советские товары, что снижает их конкурентоспособность на западных рынках, уменьшает возможности их сбыта. Ясно, что такого рода помехи нужно устранять, и как можно скорее. Экономические отношения между странами должны быть свободны от дискриминации и неравенства.

    Как отмечается в статье прогрессивного французского автора Жана Дави «Каково состояние экономических отношений Восток — Запад» 7, политическая специфика торгово-экономических отношений между Востоком и Западом проявляется в том, что правительства капиталистических стран часто прибегают к давлению, обструкции, к различного рода маневрам, пытаются добиться от социалистических стран тех или иных экономических выгод для себя.

    Примерами дискриминационных мер самого последнего времени могут служить решение президента США Картера нало-

    Economie et politique, 1975, N 24S.

    жить запрет на продажу Советскому Союзу электронно-вычислительной машины фирмы «Сперри-Юнивак» и задержка в поставке нефтедобывающего оборудования, соглашения о которых бьипи подписаны рапсе. Это решение вашингтонской администрации отрицательно встречено в деловых кругах США. Как признает еженедельник «Юпайтед Стэйтс пыос эпд Уорлд рипорт», американские бизпссмены подчеркивают, что любой отказ в продаже необходимой Советскому Союзу техники ведет лишь к тому, что заказы, которые могли бы достаться американским корпорациям, перейдут в руки их конкурентов.

    К каким последствиям приводят дискриминационные меры в экономических отношениях с СССР, как расплачиваются сами инициаторы таких мер, можно показать на следующем примере. В середине I97G г. некоторые японские компании по указанию своего правительства предложили советской стороне принять новые повышенные процентные ставки по кредитам (о повышении этих ставок с 7,55 до 7,75% годовых капиталистические страны договорились в июне 1976 г. на совещании глав правительств в Пуэрто-Рико). В результате японские компании одна за другой стали терпеть убытки. Две из них потеряли коптракт на экспорт в СССР оборудования для производства синтетических смол на сумму около 40 млн. дол., который был передан французской компании. Последняя обеспечила себе получение заказа на экспорт комплектного оборудования путем сохранения процентной ставки на прежнем уровне — 7,55% годовых.

    Ряд японских компаний был вынужден уступить контракт на поставку в Советский Союз трех судов для транспортировки аммиака на общую сумму 120 млн. дол. группе итальянских промышленных компаиий. Етце одна японская компания потеряла контракт на поставку оборудования для заводов по производству газовых турбин, который был передан западногерманской фирме. По сообщению газеты «Майпити» от 2 октября 1976 г. японские компании только к концу сентября того же года уступили четыре крупных контракта на общую сумму 220 млн. дол. (около 66 млрд. иен).

    В аналогичном положении оказались и американские компании после того, как’ в США вступил в силу Закон о торговле 1974 г., в котором предоставление Советскому Союзу режима наибольшего благоприятствования в торговле и государственных кредитов для финансирования экспорта в СССР ставится в зависимость от ряда неприемлемых для нашей страны условий. «Попытки давления такого рода,— указывал JT. П. Брежнев в своей речи в Кремле 6 декабря 1978 г.,— лишь вносят в торгово-экономические отношения между нашими странами элемент неустойчивости и ставят под вопрос надежность США как торгового партнера» 8.

    По мнению американской газеты «Фингер лейке тайме», дискриминация Советского Союза в вопросах торговли идет вразрез с интересами делового мира США. Она привела к потере американскими фирмами советских заказов по меньшей мере на 2 млрд. дол. Подобные ограничения, констатирует газета, не только тормозят расширение взаимной торговли, но и отрицательно влияют на развитие политических отношений между странами.

    Многие апологеты «холодной войны» объясняют свои атаки на разрядку и углубляющееся сотрудничество Восток — Запад тем, что социалистические страны якобы используют их только в «своекорыстных целях», «не давая ничего взамен», что Советский Союз проводит политику разрядки, стремясь таким путем получить технико-экономическую помощь со стороны западных держав. Подобная дезинформация распространяется не только ярыми реакционерами it антисоветчиками типа сенатора Джексона или профсоюзного босса Мини, но и многочисленной армией советологов — заокеанских и западноевропейских.

    И а страницах буржуазных журналов и газет искусственно раздувается ажиотаж вокруг надуманных проблем типа: кому выгодны торговля и научно-техническое сотрудничество — странам Запада или Востока?

    Экономическое сотрудничество между странами двух противоположных систем зиждется па принципе взаимной выгоды, когда каждая из сторон обеспечивает свои собственные интересы. Со-цпалистические страны стремятся использовать это сотрудничество для того, чтобы сосредоточить национальные ресурсы, силы и средства на решении мирных, созидательных задач, добиваясь при этом ощутимой экономии национальных средств.

    Углубление мирохозяйственных связей выгодно в то же время и капиталистическим государствам, так как крупные заказы на машины и оборудование обеспечивают более высокую занятость в этих странах в течение длительного периода, позволяют улучшить состояние торгового и платежного балансов, поддерживать деловую активность и получать па долгосрочной основе необходимые виды продукции из Советского Союза. Так, канцлер ФРГ Гельмут Шмидт, выступая по западногерманскому телевидению, подчеркивал важность внешнеэкономических связей между СССР и ФРГ. «К вопросам двусторонних связей,— говорил он,— относится вопрос о дальнейшем расширении экономического обмена. Вы знаете, что сейчас б тыс. западногерманских фирм и свыше 400 тыс. рабочих живут у пас за счет экономического обмена с Востоком. Мы заинтересованы в том, чтобы такое положение сохранилось».

    Мнение о том, будто торговля и сотрудничество односторонне выгодны только Советскому Союзу, особенно настойчиво пропагандируется в США, однако многие представители делового мира опровергают подобное утверждение. Так, президент компании «Эн-гельгард минерале энд ксмикалс» Милтон Розенталь осенью 1977 г. заявил: «Я считаю неверными рассуждения об «улице с односторонним движением». Каждая страна торгует потому, что ей выгодно. Это в порядке вещей. Торговля между Советским Союзом и Соединенными Штатами не наносит урона США». Аналогичное мнение высказал член правления инвестиционной компании «Браун бразерс энд Гарриман» Роберт Руза. «Мне никогда,— говорил он,— не представлялся убедительным аргумент о том, будто американо-советская торговля — «улица с односторонним движением». В ряде областей техники США идут впереди, по трудности я вижу 15 том, что в Америко еще недостаточно знают о советских технических достижениях, которыми мы могли бы воспользоваться л которыми мы не пользуемся»0.

    Псленьг выдумки западной пропаганды и относительно «технологическою отставания» СССР, они отвергаются всеми здравомыслящими людьми на Западе. Достижения советской науки, охватывающие освоение космоса, разработку глобальных средств связи, различных автоматических систем, сверхзвуковой пассажирской авиации и многих других сложнейших наукоемких комплексов и средств производства, не оставляют камня на камне от домыслов о «советской технологической отсталости».

    Известно, что Советский Союз принимает участие в создании промышленных предприятий на территории западноевропейских стран. Он участвовал в строительстве крупного металлургического комбината во Франции близ Марселя, 13 января 1977 г. во французском городе Иссуар состоялась торжественная церемония открытия крупнейшего в капиталистическом мире гидравлического пресса усилием 65 тыс. т, который был спроектирован, изготовлен и смонтирован во Франции советскими специалистами. С помощью СССР создаются энергетические объекты в Финляндии: там уже построены газопровод, тепловая электростанция, атомная электростанция н др.

    Таких примеров можно привести немало. Создана и отлично работает франко-советская система цветного телевидения, на металлургическом комбинате в Фос-сюр-Мер успешно работает советская система испарительного охлаждения доменных печей, на заводах «Рено» установлены мощные советские прессы для изготовления автомобильных детален, выпускает продукцию металлургический завод в Раахе в Финляндии, сооруженный при техническом содействии СССР. В США большим спросом пользуются советские микроскопы, токарные и фрезерные станки, рельсосварочные машины, электронные компоненты, химические п другие товары. По советским лицензиям в капиталистических странах реализованы такие крупные достижения технической мысли, как испарительное охлаждение доменных печей, технология изготовления литейных форм и стержней, разливка алюминия в магнитном поле, производство алюминиево-кремниевых сплавов

    9 Экон. газ., 1977, № 44, с. 21.

    аутом восстановления в мощных электропечах, система пневмотранспорта и ряд других технологических новинок.

    Выдающиеся достижения нашей страны в области науки и техники нашли признание реалистически мыслящих представителей деловых, научных и политических кругов Запада. Об этом свидетельствует тот факт, что в настоящее время СССР имеет межправительственные соглашения о научно-техническом и экономическом сотрудничестве с большинством высокоразвитых капиталистических стран.

    Для дальнейшего успешного развития многообразных форм экономического и научно-технического сотрудничества между СССР и странами Запада необходимо в первую очередь, чтобы сотрудничающие стороны на деле строго руководствовались основными принципами отношений между государствами, провозглашенными в Заключительном акте Общеевропейского совещания по безопасности п сотрудничеству. Что касается Советского Союза, то он в своих отношениях с другими государствами неуклонно соблюдает эти принципы.

    Следует, кроме того, добиваться всеобщего распространения режима наибольшего благоприятствования в качество универсального принципа международных экономических отношений, что требует от западных партнеров незамедлительного устранения всех дискриминационных мер, касающихся таможенных тарифов, количественных ограничении импорта из социалистических государств, строгого лицензионного режима и т. д.

    Необходимо также стремиться к соблюдению взаимной выгоды, включая достижение конкретных и сравнимых результатов в объеме и структуре товарообмена. Это тем более важно, что на протяжении многих лет из СССР и других социалистических стран экспортировались преимущественно сырьевые материалы и топливо, а импортировались из западных стран главным образом готовые изделия, машины и оборудование 10, чего не отрицают и западные экономисты. Так, упоминавшийся выше А. Ка-ппап — сотрудник университета социальных наук в Тулузе — прямо указывает, что нынешняя структура товарооборота Восток — Запад, в котором значительное место занимает экспорт сырья из социалистических стран, не отражает реальных потенциалов двух систем ,1.

    £ Ф ч?

    В заключение подчеркнем, что для углубления плодотворного экономического сотрудничества между Востоком п Западом,

    111 В I960—1975 гг. готовые изделия составляли около 80%. а машины и оборудование — более 30% , в общем экспорте западноевропейских государств в социалистические страны, в то время как доля готовых изделий в экспорте из социалистических стран Европы на Запад за тот же период не превышала 38%, а доля машин и оборудования — 6—8% (Овчинников К. П. Экономическое сотрудничество: эффективность и перспективы. М., 1977, с. 162).

    11 Со plan Л. Op. cit.

    безусловно, необходимы усилия государств как социалистических, так и капиталистических. Однако следует со всей ответственностью указать на политическую близорукость тех деятелей на Западе, которые проводят политику дискриминации в отношении СССР в рамках увязывапия» торговли с политикой.

    Дискриминационный курс «увязки» торговли с политикой, с упрямством проводимый по отношению к СССР некоторыми высокопоставленными западными дел тол и мн, вы глядит особенно бесперспективным, если вспомнить, что он потерпел полный крах еще в те годы, когда Страна Советов Пыла далеко не столь могущественной, какой она является в наши дни.

    Несмотря на все попытки определенных кругов на Западе повернуть процесс международного развития вспять, назад к «холодной войне», деловое сотрудничество между Востоком и Западом продолжается. Его прочность и перспективы органически связаны с доминирующей тенденцией в международной жизни — тенденцией разрядки.

    Новым подтверждением перспективности экономического сотрудничества между странами двух противоположных систем, прежде всего между СССР п США, явштег. проведенные в декабре 1978 г. в Москве седьмая сессия советско-американской комиссии гю вопросам торговли и шестое заседание американо-советского торгово-экономического совета. О заинтересованности деловых кругов США в развитии экономических связей с СССР свидетельствует тот факт, что на заседание совета в Москву прибыло около 400 представителей американских компаний и бап-ков, а также представители правительства США — министр финансов М. Блюменталь и министр торговли X. Крепе.

    На сессии советско-американской комиссии по торговле стороны пришли к единому мнению: чем благоприятнее политический климат и шире политические договоренности между СССР и США, тем легче будет найти решение проблемы развития торгово-экономических отношений двух стран. Была также отмечена взаимная заинтересованность в реализации новых крупномасштабных проектов в области добычи и переработки природного газа, черной и цветной металлургии, деревообрабатывающей п целлюлозно-бумажной промышленности, машиностроения п др.

    Однако, как указывал JI. II. Брежнев в упоминавшейся речи в Кремле, реализация многих из этих проектов будет делом трудным без устранения в США дискриминации Советского Союза в вопросах торговли и кредитования. JI. И. Брежнев особо подчеркнул, что Советский Союз выступает за развитие экономических отношений с США на ясных и честных началах равноправия и взаимной выгоды, видя в этом надежный фундамент, опираясь на который легче будет строить сложное здание советско-американских отношений в целом, укреплять взаимное доверие и взаимопонимание 12.

    В. Л. ИСРАЭЛЯН

    БОРЬБА СОВЕТСКОГО СОЮЗА ЗА ЯДЕРНОЕ РАЗОРУЖЕНИЕ

    Окончание второй мировой войны совпало с тем, что одно из величайших открытий человечества — высвобождение энергии атомного ядра было воплощено в новом оружии — атомной бомбе, самом опасном оружии массового уничтожения из всех когда-либо известных в истории. С тех пор главная угроза миру исходит от нарастающей гонки ядерпых вооружений. Поэтому в послевоенный период важное место в усилиях Советского Союза, направленных на укрепление мира и международной безопасности, занимает борьба за ограничение гонки ядерпых вооружений, ядерное разоружение. Как только появилось атомное оружие, Советский Союз стал выступать в Организации Объединенных Наций п вне ее за полное и безусловное запрещение и уничтожение атемного оружия. Советское правительство исходило из того, что не может быть действенной и эффективной системы обеспечения мира, если атомная энергия не будет применяться только в мирных целях.

    В заявлениях Советского Союза подчеркивалось, что продолжение использования этого открытия для производства оружия массового истребления способно лишь усиливать недоверие между государствами и держать народы мира в постоянной тревоге и неуверенности и что ядерная энергия должна использоваться лишь в мирных целях.

    На одном из первых заседаний Комиссии по атомной энергии Организации Объединенных Наций 19 июня 1946 г. представитель СССР А. А. Громыко выдвинул проект международной конвенции о запрещении производства и применения оружия, основанного на использовании атомной энергии в целях массового уничтожения14. В ней отмечалось «огромное значение научных открытий, связанных с расщеплением атомного ядра, получением и использованием атомной энергии в целях поднятия благосостояния и жизненного уровня пародов мира, а также для развития культуры и пауки па благо человечества» 15. В проекте конвенции предусматривалось, что се участники возьмут на себя обязательство не применять атомного оружия ни при каких обстоятельствах; что производство и хранение оружия, основанного на использовании атомной энергии, будет запрещено и что все запасы готовой и незаконченной продукции такого оружия будут уничтожены в трсхмесячпый срок, считая со дня вступления конвенции в силу.

    Нарушение положений конвенции рассматривалось бы как серьезное преступление против человечества; каждая страна в своем законодательстве должна была предусмотреть применение строгих карательных мер за такие нарушения. Соглашение носило бы бессрочный характер и должно было вступить в силу после его утверждения Советом Безопасности и ратификации постоянными членами Совета, причем выполнение всех положений соглашения требовалось от всех государств, как членов, так и не членов ООП. Советский Союз предложил также, чтобы за конвенцией последовали другие мероприятия, относящиеся к контролю за ее выполненном и к применению санкций в случаях незаконного использования атомной энергии.

    Вместе с тем Советский Союз выступил в пользу широкого международного сотрудничества в области мирного использования атомной энергии, за обмен научной информацией в интересах материального благосостояния народов, развития науки и культуры.

    Предложение Советского Союза было предельно простым, целенаправленным. Принятие его привело бы к ликвидации в то время еще ограниченного количества атомного оружия и предотвратило бы губительную гонку ядерных вооружений.

    В ходе работы Комиссии ООН по атомной энергии столкнулись две позиции. Одна — Советского Союза, нацеленная на то, чтобы радикально решить проблему запрещения атомного оружия с установлением строгого международного контроля за осуществлением такого решения. Другая, которую отстаивали США и их союзники, имела своей целыо сохранение монополии Соединенных Штатов в области атомного оружия и установление американского господства в области использования атомной энергии. В силу этих принципиальных расхождений комиссия не смогла прийти к каким-либо позитивным результатам. Предложение Советского Союза из-за противодействия США и их союзников не было принято.

    Позиция западных держав имела исключительно отрицательные и далеко идущие последствия. Запретить навеки атомное оружие тогда, когда оно еще только появилось на свет и им владело всего одно государство, да и то в сравнительно ограниченном количестве, было значительно легче, чем сейчас, когда ядер-нос оружие, во много крат превосходящее мощь атомных бомб, сброшенных на японские города в 1945 г., находится в арсеналах уже пяти ядерных держав н нескольких десятков других государств, которые в состоянии создать собственное ядерное оружие. Достаточно поставить вопрос: как выглядел бы сегодня мир, если бы ядерное оружие было запрещено в самом своем зародыше и человечество не познало экономических, социальных и по-литпческих последствий гонки ядсрных вооружений, чтобы представить себе ту колоссальную историческую ответственность, которая лежит на противниках советского предложения о запрещении производства и применения атомного оружия, сделанного еще в 1946 г.

    Несмотря на отрицательную позицию западных держав и их нежелание договориться, Советский Союз продолжал настойчиво выступать за запрещение ядерного оружия и добиваться того, чтобы великое открытие человечества — атомная энергия — служило исключительно мирным целям. Так, в проекте резолюции а О мерах по устранению угрозы новой мировой войны и по уменьшению напряжения в международных отношениях», внесенном Советским Союзом па VIII сессии Генеральной Ассамблеи в 1953 г., предлагалось, чтобы Генеральная Ассамблея объявила о безусловном запрещении атомного, водородного и других видов оружия массового уничтожения и поручпла бы Совету Безопасности принять безотлагательные меры по подготовке и проведению международного совещания, обеспечивающего установление строгого международного контроля за выполнением этого запрещения 3.

    Принципиальная линия Советского Союза на запрещение ядерного оружия проводилась и в тот период, когда СССР не располагал ядериым оружием, и тогда, когда, испытав водородную бомбу, наша страна продемонстрировала свои возможности в со^ здании самых сложных видов и систем оружия.

    Советские предложения по вопросам запрещения ядерного оружия пользовались широкой поддержкой мировой общественности. Инициативная линия Советского Союза, его постоянные поиски решения вопроса, который, по всеобщей оценке, является ключевым в переговорах о разоружении, свидетельствовали об искреннем стремлении добиться прекращения гонки ядерных вооружений, ликвидации ядерного оружия.

    В июне 1971 г. Советское правительство предложило созвать конференцию пяти ядерных держав — СССР, США, Китая, Франции и Великобритании — для рассмотрения вопросов ядерного разоружения в целом. По мнению Советского правительства, договоренность, которая явилась бы результатом переговоров, могла бы охватить как весь комплекс мер ядерного разоружения, так п отдельные меры, постепенно подводящие к этой цели.

    Советский Союз широко использовал возможности ООН, других международных форумов для эффективного решения вопросов ядерного разоружения. Эти вопросы ставились им и в плане всеобщего и полного разоружения, и в контексте частичных мер по ограннчеппю вооружений. По некоторым из советских предложений были приняты важные решения. Так, на XXVII сессии Генеральной Ассамблеи СССР внес предложение о неприменении силы в международных отношениях и запрещении навечно применения ядерного оружия. Эта важная советская инициатива вытекала из всестороннего анализа развития международных отношений в послевоенный период. Анализ этот приводил, в частности, к выводу о том, что в наше время эффективное решение вопроса о запрещении применения ядерного оружия может быть найдено, учитывая характер международных отношений, развитие военной техники, лишь на пути исключения возможностей использования силы в международных отношениях вообще. 20 ноября 1972 г. Генеральная Ассамблея (ЗОЛ приняла резолюцию «О неприменении силы в международных отношениях и запрещении навечно применения ядерного оружия». В развитие этого решения Советский Союз заявил о своей готовности договориться и соответственным образом оформить с любой из ядерных держав взаимные обязательства о неприменении силы, включая запрещение применения ядерного оружия друг против друга.

    В последнее время Советский Союз выступил с новыми важными инициативами по вопросу о предотвращении ядерион войны, ограничении гонки ядерных вооружений, иол пой их ликвидации.

    В своем выступлении 2 ноября 1977 г. в Москве Генеральный секретарь ЦК КПСС, Председатель Президиума Верховного Совета СССР JI. И. Брежнев предложил, в частности, договориться об одновременном прекращении всеми государствами производства ядерного оружия, будь то атомные, водородные или нейтронные бомбы или снаряды. Он предложил также, чтобы одновременно ядерные державы взяли на себя обстоятельства приступить к постепенному сокращению уже накопленных запасов такого оружия и продвигаться вперед вплоть до полной, «стопроцентной» их ликвидации16.

    Это заявление вызвало самый широкий положительный отклик в мире. Многие делегации на проходившей в то время XXXII сессии Генеральной Ассамблеи ООН приветствовали это заявление Советского Союза. В одной из резолюций, принятой на XXXII сессии, было специально выражено удовлетворение по поводу заявления J1. И. Брежнева, и соответствующая часть его выступления была включена в текст резолюции.

    * * *

    Если подходить реально к проблеме ядерного разоружения, то нельзя не признать, что на пути ее решения есть немало трудностей, в том числе и объективного характера. В частности, речь идет о том, что сегодня на вооружении государств находятся системы ядерного оружия широкого спектра, а ядерный фактор стал ведущим в военной сфере, превратился в основу стратегического планирования ядерных государств и государств, связанных с ними военными союзами.

    Очевидно поэтому, что относительное уменьшение роли ядерного фактора в обеспечении безопасности государств потребует параллельного принятия определенных мер, компенсирующих такое уменьшение. Поиск этих мер следует вестп в области укрепления политических и международно-правовых гарантий безопасности государств. Крупным шагом в этом направлении было бы заключение Всемирного договора о неприменении силы в международных отношениях, как это было предложено Советским Союзом в 1'.)7Г> г. на XXXI сессии Генеральной Ассамблеи ООН.

    Кроме того, возникает необходимость в определении такого подхода к ядерному разоружению, который, несмотря на всю сложность этой проблемы, сдвинул бы дело с мертвой точки. Тщательный анализ положепия подводит к выводу о том, что своего рода рычагом, мерой, которая положила бы начало реальному процессу ядерного разоружения, должно стать прекращение производства ядерного оружия.

    Выдвигая на первый план задачу прекращения всеми государствами производства ядерного оружия, Советский Союз исходит из того, что эта простая и вместе с тем эффективная мера па доле положит конец гонке ядерных вооружений и станет надежном основой для последующих .мер ядерпого разоружения. Вместе с тем следует учитывать, что реализация советского предложения пе может нанести ущерба безопасности кого-либо, уменьшить эту безопасность. Ведь непосредственно за прекращением производства ядерного оружия должны последовать меры по его сокращению. По сути дела, оно направлено на укрепление безопасности всех государств, в том числе и обладающих ядерным оружием, поскольку позволит освободить все человечество от непредвиденных последствий, нестабильности, связанных с продол-женисм гонки ядерных вооружений.

    Продолжая борьбу за запрещение ядерного оружия, Советский Союз сделал весной 1978 г. важное заявление о том, что он против применения ядерпого оружия; только чрезвычайные обстоятельства, агрессия против него или его союзников со стороны другой ядерной державы могут вынудить его прибегнуть к этому крайнему средству самозащиты.

    На специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН по разоружению Советский Союз в документе «О практических путях к прекращению гонки вооружений» внес несколько конкретных предложений, направленных на прекращение производства ядерного оружия во всех его видах и постепенное сокращение его запасов вплоть до полной их ликвидации. Он выступил за проведение соответствующих переговоров, в которых приняли бы участие все ядерные державы, а также некоторое число неядерных государств. О конкретной формуле, составе участников переговоров можно было бы договориться по дипломатическим каналам или в рамках соответствующего подготовительного комитета. В таком же порядке можно было бы согласовать конкретную повестку дня переговоров, определить комплекс вопросов, подлежащих рассмотрению и решению. Вто предложение встретило одобрение и поддержку участников сессии.

    В заключительном документе сессии подчеркивается, что достижение ядерного разоружении потребует срочного проведения переговоров относительно прекращения качественного совершенствования празработки систем ядер пою оружия. Течь идет о прекращении производства ядерпою оружия во всех ею штдах и средств его доставки, производства расщепляющихся .материалов для создания оружия, о разработке комплексной поэтапной программы постепенного н сбалансированного сокращения запасов ядерного оружия и средств его доставки, ведущего к его полной и окончательной ликвидации.

    В ходе XXXIII сессии Генеральной Ассамблеи ООН идея проведения переговоров по вопросам ядерного разоружепия получила широкую поддержку. Жизнь требует, чтобы государства взяли па себя обязательства прекратить производство ядерного оружия во всех его видах, с тем чтобы перейти затем к постепенному сокращению его запасов вплоть до полной их ликвидации, чтобы эти обстоятельства были облечены в договорную форму.

    Актуальность этого вопроса подтверждается, в частности, реальной опасностью производства ядерного нейтронного оружия Такие планы вынашиваются влиятельными кругами США: об этом свидетельствует решение президента США Дж. Картера начать производство основных компонентов нейтронного оружия. Советский Союз выступает решительно против такой перспективы. Он внес ясное и конкретное предложение: договориться о взаимном отказе от производства нейтронного оружия. В развитие этого предложения группа социалистических стран внесла 9 марта 1978 г. в Комитет по разоружению проект конвенции о запрещении ядерного нейтронного оружия. Проект предусматривает комплексное запрещение этого оружия и предлагает, в частности, государствам взять на себя обязательство не производить, не накапливать, не применять ядерное нейтронное оружие.

    * * *

    На XXXIII сессии Генеральной Ассамблеи Советский Союз внес еще два важных конкретных предложения в области ограничения гонки ядерных вооружений: о заключении международной конвенции об укреплении гарантий безопасности неядерных государств и о международной договоренности о неразмещеппп ядерного оружия на территории государств, где его нет в настоящее время.

    Впервые вопрос об обеспечении безопасности государств, не обладающих ядерным оружием, был поднят Индией в конце 1964 г., после проведения Китаем первого испытания атомной бомбы. 4 декабря того же года премьер-министр Индии Шастри заявил, что неядерные страны должны иметь гарантию против атомного нападения.

    В дальнейшем при обсуждении па сессиях Генеральной Ассамблеи ООН п в Женевском комитете по разоружению вопроса

    0 нераспространении ядерного оружия представители Нигерии, Индии, Японии, Швеции и ряда других неядерных стран неоднократно заявляли, что Договор о нераспространении ядерного оружия должен включать гарантии безопасности неядерных стран.

    В августе 1966 г. представители ряда неприсоедииившихся государств внесли в Комитет по разоружению совместный меморандум по вопросу о нераспространении ядерного оружия. В эт'ом меморандуме перечислялись конкретные шаги, осуществление которых создавало бы, но миопию авторов меморандума, необходимые условия для эффективного решения проблемы нераспространения ядерного оружия: всеобщее запрещение испытаний такого оружия, полное прекращение производства расщепляющихся материалов для военных целей, замораживание и постепенное со-крапщнпе запасов ядерпого оружия и средств его доставки, за-пргщоимо (чо применения и гарантии со стороны ядерных дер-жан безопасности юсударотв, пе обладающих ядерным оружием. Авторы меморандума предлагали, чтобы эти меры были включены в Договор о нераспространении как часть его положений или в специальную декларацию о нераспространении 5.

    В ходе продолжавшихся более четырех лет переговоров о заключении Договора о нераспространении ядерного оружия многие государства, не обладающие ядерным оружием, выражали пожелание получить определенные дополнительные гарантии в отношении их безопасности от ядерного нападения.

    Советский Союз, учитывая эти пожелания, выразил готовность дать соответствующие гарантии. В послании Председателя Совета Министров СССР А. Н. Косыгина Комитету по разоружению от

    1 февраля 1966 г.. в частности, говорилось: «С целью облегчения договоренности о заключении договора (о нераспространении ядерпого оружия. —5. И.) Советское правительство заявляет о своей готовности включить в проект договора статью о запрещении применения ядерного оружия против неядерных государств — участников договора, не имеющих на своей территории ядерного оружия» 6.

    Заявление Советского правительства получило широкий резонанс и было положительно встречено прежде всего государст-

    г’ Док. ENDC/178 от 19 августа 1966 г. 0 Правда, 1966, 3 февр.

    вами, не обладающими ядерным оружием. Однако оно не нашло поддержки со стороны других ядерных государств.

    Вопрос о гарантиях безопасности неядерных государств довольно подробно обсуждался на XXI сессии Генеральной Ассамблеи ООН. 18 ноября 1966 г. Ассамблея приняла резолюцию, которая, в частности, призывала все государства, обладающие ядерным оружием, воздержаться от использовании пли угрозы использования ядерного оружия против государств, которые могут заключить региональный договор обобеспечении полного отсутствия ядерного оружия па их соответствующих территориях. Кроме того, Ассамблея обратилась с просьбой ь Комитету по разоружению срочно рассмотреть предложение, чтобы ядерпые доржаиы дали заверения в том, что «они не будут использовать или угрожать использованном ядерного оружия против не обладающих ядерным оружием государств, на территории которых не имеется ядерного оружия», равно как и любые другие предложения, которые были внесены или могли бы быть внесены для решения этой проблемы 17.

    Внося проект Договора о нераспространении ядерного оружия, представитель Советского Союза заявил 2/i августа 1967 г. в Комитете по разоружению, что Советский Союз придает большое значение вопросу о гарантиях безопасности неядерных стран, которые по Договору о нераспространении ядерного оружия возьмут па себя обязательства не производить и не приобретать ядерного оружия 18.

    В результате всех этих усилий представители СССР, США и Англии в марте 1968 г. пришли к соглашению о приемлемых формулировках гарантий безопасности неядерных стран в форме резолюции Совета Безопасности. 19 июня 1968 г. Совет Безопасности принял резолюцию 255, проект которой был внесен СССР, США и Англией. В соответствии с резолюцией Совет Безопасности:

    1) признал, что агрессия с применением ядерного оружия или угроза такой агрессии против государства, не обладающего ядерным оружием, создала бы обстановку, в которой Совет Безопасности и прежде всего его постоянные члены, обладающие ядерным оружием, должны были бы немедленно действовать в соответствии с их обязательствами по Уставу ООН;

    2) приветствовал намерение, выраженное некоторыми государствами (имелось в виду согласие СССР, США и Англин сделать соответствующее заявление) в отношении того, что опн обеспечат или поддержат оказание немедленной помощи в соответствии с Уставом ООН любому не обладающему ядерным оружием государству — участнику Договора о нераспространении ядерного оружия, которое окажется жертвой акта или объектом угрозы агрессии с применением ядерного оружия;

    3) вновь подтверждал, в частности, неотъемлемое право, признаваемое ст. 51 Устава ООН, на индивидуальную и коллективную самооборону, если произойдет вооруженное нападение на члена ООН, до тех пор пока Совет Безопасности не примет мер, необходимых для поддержания международного мира и безопасности 19.

    13 своем выступлении в Совете Безопасности представитель СССР отмечал, что любой акт агрессин с применением ядерного оружия ставит под угрозу мир и безопасность всех государств. Он обратил внимание на то, что ключевое положение резолюции дает решение проблемы упрочения безопасности государств, не обладающих ядерным оружием, в рамках Совета Безопасности, на который Уставом ООН возложена основная ответственность за поддержание международного мира н безопасности. Представитель СССР заявил, что Советский Союз является одной из тех стран, которые готовы будут обеспечить пли поддержать в случае необходимости немедленную помощь любому не обладающему ядерным оружием государству — участнику Договора о нераспространении ядерного оружия, которое окажется жертвой или объектом yi розы агрессии с применением ядерпого оружия1'1. Нден-тичиыг заявлении были сделаны представителями США и Л гаглнн.

    Резолюция Совета Безопасности 255 и •..■«крепление в ней заявлений СССР, США и Англии были встречены с одобрением широким кругом государств, которые рассматривали ее в качество аффективного инструмента укрепления безопасности государств — участников договора, не обладающих ядерным оружием. Это обеспечило присоединение к Договору о нераспространении ядерного оружия значительного числа (более ста) государств.

    Тем не менее многие государства, отказавшиеся присоединиться к договору, мотивируют свою позицию, в частности, тем, что он якобы пе об слечивает или в недостаточной степени гарантирует бозопаспост». государств, не обладающих ядерным оружием. Такой точки зрения придерживаются и некоторые участники Договора о нераспространении ядерного оружия (/Конева, 1975 г.). В vo;pi обсуждения глот договора был внесен ряд коп-крстных предложений об укреплении гарантии безопасности неядерных держав. Так, группа неядерных стран предложила подписать дополнительный протокол к Договору о нераспространении ядерпого оружия, в котором три ядерных государства — участники договора — взяли бы на себя обязательство, помимо прочего, никогда не применять или не угрожать применением ядерного оружия государствам, не обладающим ядерным оружием, являющимся участниками договора, территория которых полностью свободна от ядерного оружия, и воздержаться от применения первыми ядерного оружия против любых других государств — участников договора, не обладающих ядерным оружиеми.

    13 другом проекте резолюции, подготовленном также группой неядерных стран, предлагалось, чтобы конференция рекомендовала государствам, не обладающим ядерным оружием, но имеющим на своей территории развернутые системы доставки такого оружия, особенно тактического, не разрешать ею применения или угрожать его применением против других i осударстп — участников договора, не обладающих ядерным оружием

    В третьем проекте резолюции, подготовленном Ираном, предусматривалось, что конференция рекомендует всем участникам договора сотрудничать с государствами, создающими зоны, свободные от ядерного оружия, и обратиться с настоятельным призывом к государствам, обладающим ядерным оружием, взять на себя обязательство никогда не применять и не угрожать применением этого оружия против стран, которые являются полноправными участниками таких региональных соглашений 13.

    Предложенные тексты по вопросу об укреплении безопасности неядерных государств в той форме, в какой они были представлены, явились неприемлемыми для многих участников конференции. Совершенно справедливо указывалось, что подписание дополнительных протоколов к Договору о нераспространении ядерного оружия может лишь ослабить договор, привести к его ревизии. Было также условлено, что конференция примет один документ — заключительную декларацию конференции, а не ряд резолюций.

    В своем заявлении в связи с принятием заключительной декларации конференции делегация СССР отметила, что резолюция Совета Безопасности ООН 255 (1968) и закрепленные в пей заявления СССР, США и Англии служат эффективным инструментом обеспечения безопасности участников договора, не обладающих ядерным оружием.

    Особое внимание привлек к себе вопрос укрепления безопасности неядерных государств на специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН по разоружению. В заключительном документе сессии содержится отдельный параграф, посвященный этому вопросу: «Государства, обладающие ядерным оружием,— говорится в нем,— призываются предпринять шаги с тем, чтобы дать государствам, не обладающим ядерным оружием, заверения от применения или угрозы применения ядерного оружия».

    Учитывая пожелания многих неядерных государств о принятии дополнительных мер, направленных на укрепление их безопасности, на дальнейшее закрепление междупародпо-правовых

    11 Док. NPT/Gonf./22 от 15 мая 1975 г.

    12 Док. NPT/Conf./C. I/L. 1 от 20 мая 1975 г. 42 Док. NPT/Conf./C. I/L. 2 от 20 мая 1975 г.

    гарантий неприменения против них ядерного оружия, а также стремясь к укреплению режима нераспространения ядерного оружия, Советский Союз заявил с трибуны специальной сессии ООН по разоружению о том, что никогда не применит ядерного оружия против тех государств, которые отказываются от его производства и приобретения, а также от размещения такого оружия на своей территории.

    На сессии были сделаны заявления и других ядерных держав относительно неприменения ядерного оружия против неядерных государств. Однако эти заявления содержали разного рода оговор-ки, которые в значительной степени обесценивают их. Так, в соответствии со своей формулировкой США намереваются сохранить за собой право применять ядерное оружие против любого неядерного государства, на территории которого даже пет ядерного оружия, если оно лишь является союзником государства, обладающего ядерным оружием 14. Достаточно американскому правительству определить, что совершено нападение па США, их территорию, вооруженные силы или па их союзников, как неядерное государство, лишь заподозренное в причастности к таким действиям, может стать объектом ядерного удара США. Согласно французскому подходу к этому вопросу, ядерпые государства должны исключит!, любое применение или угрозу применения ядерного ор ж 11я против стран, которые являются членами безъядерной зоны1’. Но ведь известно, что в настоящее время завершается международно-правовое оформление принадлежности к безъядерной зоне лишь Латинской Америки. Таким образом, существенно сужается круг неядерных стран, на которые м -жно было бы распространить гарантии неприменения против них ядерного оружия.

    Советский Союз не ограничился торжественным провозглашением своего отказа от применения ядерного оружия против неядерных государств, отказывающихся от производства и приобретения ядерного оружия и не имеющих ого па своей территории. Он выразил готовность заключить на этот счет и специальные соглашения с любым из неядерных государств и призвал другие ядерные держвы поступить таким же образом и взять па себя аналогичные обязательства.

    Совершенно ясно, что наиболее полным и действенным решением вопроса об ограждении неядерных страп от применения против них ядерного оружия могло бы стать принятие ядерпыми государствами согласованных гарантий на этот счет, чему и служило бы заключение соответствующей международной конвенции. В такой конвенции, с одной стороны, участвовали бы государства, обладающие ядерным оружием и готовые дать соответствующие гарантии, а с другой — заинтересованные неядерные страны, от-

    Док. А/S. 10/АС. 1/30 от 18 июня 1978 г. 1Г- Док. A/S. 10/PV. 3 от 25 мая 1978 г.

    называющиеся от производства и приобретения ядерпого оружия и не имеющие его па своей территории.

    Советский Союз, действуя в соответствии с призывом спецназ шоп сессии ООН по разоружению, внес на рассмотрение XXXIII сессии Генеральной Ассамблеи по|| вопрос <<0 заключении международной конвенции об укреплении шраптий безопасности неядерных государств.» н представил проект такой конвенции. В соответствии с проектом государства участники конвенции, обладающие ядерным оружием, должны взять на себя обязательства не применять ядерное оружие и не угрожать его применением в отношении неядерных государств — участников конвенции, которые отказываются от производства и приобретения ядерного оружия и не имеют ядерпого оружия па своей территории или где бы то ни было под их юрисдикцией и контролем — на суше, на море, в воздухе н в космическом пространстве.

    Выступая на пленарном заседании Генеральной Ассамблеи, глава делегации СССР, член Политбюро ЦК КПСС, министр иностранных дел А. А. Громыко сказал: «Выгодно ли участие в такого рода международном соглашении неядерным государствам? Безусловно. Они получили бы универсальное международно-правовое закрепление гарантий своей безопасности. От них не требовалось бы ничего другого, кроме строгого соблюдения своего безъядерного статуса. Выигрыш был бы одновременно п всеобщим, ибо понижалась бы угроза возникновения ядерного конфликта. улучшалась общая атмосфера в мире»

    Предложение Советского Союза вызвало большой интерес н положительно комментировалось значительным числом делегаций. Представители братских социалистических стран, многие пепргь соединившиеся государства полностью поддержали советское предложение.

    Некоторые делегации особенно подчеркивали необходимость выработки согласованных гарантий ядерных держав и заключения с этой целью международной конвенции. Об этом на сессии говорили главы делегаций Анголы, Эфиопии, Мадагаскара, Пакистана, Фипляпдпи, Кувейта и ряда других стран.

    Многие делегации с большим удовлетворением отмечали тот факт, что советская инициатива является достойным ответом на соответствующий призыв специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН по разоружению.

    Против советского предложения выступила лишь делегация Китая. Глава китайской делегации заявил, будто советское предложение о заключении международной конвенции об укреплении гарантий безопасности неядерных государств «имеет своей целью связать многочисленные средние п малые страны по рукам и ногам и лишить их способности к самообороне» 17. Абсурдность

    1в Правда, 1978, 27 сент.

    17 Докл. A/33/PV.13 подобного заявления очевидна. Дело ясное — будучи противниками разоружения, правители Китая отвергают любые шаги в этой области, тем более, если они исходят от Советского Союза.

    Предложение Советского Союза «О заключении международной конвенции об укреплении гарантий безопасности неядерных государств» было одобрено подавляющим большинством голосов участников сессии.

    Другое советское предложение, принятое участниками XXXIII сессии,— о неразмещении ядерного оружия на территории государств, где его нет в настоящее время. Это предложение также имеет прямое отношение к ограничению гонки ядерных вооружений, к нераспространению ядерного оружия.

    Суть этого предложения проста — договориться о том, чтобы на территориях тех государств, где сейчас пет ядерного оружия, оно не размещалось бы и в будущем ни в каком виде — ни в виде развернутых на позициях боевых ядерных систем, пи в виде складов ядерных боеголовок, бомб, снарядов, мин. Но трудно себе представить, к каким опасным последствиям могло бы привести размещение ядерного оружия на территории какого-либо неядерного государства, где его сейчас нет, как отрицательно это сказалось бы па существующем стратегическом балансе.

    Решение этого вопроса зависит как от ядерных, так и от неядерных государств. На специальной сессии Генеральный Ассамблеи ООП но разоружению Советский Союз заявил, что он готов принять на себя обязательство не размещать ядерное оружие в тех странах, где его нет в настоящее время, и призвал к этому все другие ядерпые державы. Известно, ччо некоторые неядерные государства уже заявили, что они не допустят размещения ядерного оружия па своей территории.

    Коли г,се ядерпые державы будут готовы взять на себя такое обязательство, которое, разумеется, должно иметь универсальный характер, т. с. распространяться на любое неядерное государство, на территории которого нет ядерного оружия, независимо от того, находится ли та или иная ядериая держава в союзнических отношениях с этим государством или ист, то достичь международной договореппости не составило бы большого труда.

    Советские предложения по вопросам разоружения на XXXIII сессии Генеральной Ассамблеи являются новым подтверждением авангардной роли, которую Советский Союз играет в борьбе за ограничение гонки ядерных вооружений, предотвращение опасности ядерной войны.

    Важность этих предложений трудно переоценить. Однако они отнюдь не составляют единственное или изолированное направление в усилиях СССГ по разработке все новых подходов к «ядерному комплексу» проблем разоружения. К числу советских инициатив, имевших своей целью ограничить гонку ядерных вооружений, относились предложения о прекращении испытании ядерного оружия, о неразмещении ядерного оружия на дне морей я океанов, о создании безъядерных зон, о нераспространении •ядерного оружия и ряд других. Многие из советских инициатив привели к заключению важных международных соглашений в области ограничения гонки ядерных вооружений: Московского договора о запрещении испытаний ядерпого оружия в атмосфере, В космическом пространстве и под водой. Договора о нераспространении ядерного оружия, Договора о запрещении размещения на Дне морей и океанов и в его недрах ядерного оружия и других видов оружия массового уничтожения. Договора о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая -Чуму и другие небесные тела, и ряда других. Эти международные соглашения воздвигли серьезные барьеры иа пути распространения ядерного оружия, дальнейшей гопкп ядерных вооружении.

    Другие советские предложения — о заключеппи договора о полном и всеобщем запрещении испытаний ядерного оружия, о заключеппи копвсицпи о запрещении производства, накопления, развертывания и применения ядерного нейтронного оружия (опо внесено соиместпо с социалистическими странами — членами Комитета по разоружению) и некоторые другие — находятся па стадии переговоров п ждут, чтобы и но ним были приняты позитивные решения.

    Исключительно важное значение для уменьшения угрозы ядер-ной войны имеют усилия Советского Союза по достижению до-гонореипости на советско-американских переговорах об ограничении стратегических наступательных вооружений.

    18 июпя 1470 г. в результате переговоров Генерального секретаря ЦК КПСС, Председателя Президиума Верховного Совета СССР Л. И. Брежнева с президентом США Дж. Картером подписан Договор между СССР и США об ограничении стратегических наступательных вооружений (ОСВ-2). ('уть нового договора — количественное ограничение вооружений и сдерживание их качественного совершенствования. Этот документ — разумный! компромисс. учитывающий интересы обоих сторон. Если договор будет ратифицирован п вступит в силу, он откроет путь дальше, к ОСВ-З, послужит стимулом для более быстрого продвижения вперед на переговорах по другим вопросам ограничения соревнований в воеппой области.

    Выступая на XVIII съезде комсомола. Л. П. Брежнев подчеркивал: «Уменьшить угрозу возникновения новой мировой воины, массового истреблеппя людей с помощью ядерного оружия — вот центральное направление пашей борьбы за мир в современных условиях» 1й. В борьбе за достижение этой благородной цели на стороне Советского Союза выступают широкий круг миролюбивых государств, народы всей нашей планеты.

    18 Брежнев Л. П. О внешней политике КПСС и Советского государства: Речи п статьи. М.: Политиздат, 1078, с. 703.

    Г. И. МОРОЗОВ

    МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ И ПОДДЕРЖАНИЕ МИРА

    Одной из примечательных черт современных международных отношений является все возрастающее значение в них международных организаций. Если в прошлом международные организации существовали лишь на базе капиталистической системы государств, то в настоящее время положение в корне изменилось, ибо образовалась мировая система соцпалнзма. В мире сейчас существуют международные организации, объединяющие государства тон или иной из основных социальных систем, а также мсжсистемные международные организации. Последние отражают важнейшую особенность современного этана мирного сосуществования государств различных социальных систем. Центральное место среди этих организаций занимает ООН.

    Важнейшую роль в борьбе за поддержание мира, разрядку международной напряженности играют международные организации социалистических стран. В результате краха колониализма и появления большого числа молодых пацпопальпых государств возникли международные организации развивающихся стран. Глубокие сдвиги в общественных движениях привели к созданию многих международных неправительственных организации, деятельность которых оказывает влияние на международный климат.

    Важнейшая особенность деятельности международных организаций обусловлена результатами научпо-тсхпической революции. Ныне существует ряд проблем, имеющих глобальный характер: прежде всего предотвращение всемирной ракетно-ядерной войны, далее продовольственная, охрана окружающей среды, мирное освоение космоса, энергетическая, сырьевая п другие проблемы.

    Международные организации дают значительные возможности для сотрудничества государств в этих областях, а такая организация, как ООН и некоторые другие, в том числе региональные организации,— для урегулирования межгосударственных конфликтов н разногласий. При этом следует прежде всего иметь в виду, что мир в настоящее время переживает процесс перехода от конфронтации к разрядке. Это важный для судеб человечества и в то же время сложный и противоречивый процесс. Основное противоречие его вызвано политикой империалистических кр^ гов, не желающих отказаться от установок «холодной войны» и препятствующих усилиям миролюбивых, реалистически мыслящих сил, искренне озабоченных судьбами мира.

    Противоборство этих двух тенденций, естественно, находит отражение в ООП п в других международных организациях.

    В период борьбы за разрядку миротворческая роль международных организаций возрастает, ибо улучшение международного климаы должно создавать благоприятные условия для реализации их потенциальных возможностей, которые во многих случаях не используются, остаются лишь пормамм уставов этих организаций.

    Для анализа рассматриваемой проблемы существенно важен анализ следующих вопросов.

    Какие конкретное место занимают международные организации в системе международных отношений, каково соотношение их рмлн с ролью государств в этой системе?

    Каковы пределы возможностей воздействия международных организаций на развитие международных отношений, конкретно на сферу межгосударственных конфликтов и войн н, естественно, на средства обеспечения мира и безопасности?

    Международные межправительственные организации (ММПО), как и государства, являются элементами общей системы международных отношений, однако элементами специфическими. Если государства — полноправные субъекты международного права — представляют собой элементы, первою порядки, то ММПО в этой системе — элементы второго порядка. ММПО в системе международных отношений могут быть разделены п по их реальному значению, и по их формальным признакам. 13 последнем случае речь пдег о том. что некоторые ММПО входят и общую систему международных отношеппн одновременно как ее элементы и как подсистемы (с точки зрепия их связей с более крупными организациями). Такие влиятельные организации, как ЮНЕСКО или МОТ. могут рассматриваться п как подсистемы ООН (как важные международные межправительственные организации, имеющие связь с 0011) и как автономные элементы общей системы международных отношений. Подсистемы или совокупность ряда международных организаций, объединяемые формальными связями, не образуют новых международных организаций (например, ООП является элементом международных отношений, специализированные учреждении ООП - члены подсистемы ООП и одновременно отдельные элементы системы международных отношений, но в целом «семья ООН» — подсистема ООН — самостоятельной) элемента в общей системе не образует).

    Помимо отмеченных факторов, размещение международных организаций п иерархии системы международных отношений требует учета ряда других условий: характера деятельности, количественного состава, характера членства, сферы их деятельности и др.

    Влияние международных организаций на политику государств, на международные отношения в целом и на обеспечение мира в частности — явление сложное. Сама обстановка в международных организациях в значительной мере определяется общими процессами, происходящими в международной сфере, а их деятельность представляет собой составную часть международных отношений, как бы трансформирует международные проблемы. В ходе этой трансформации либо намечаются пути решения проблем, либо обозначается невозможность их решения на данном этапе. Большое значение, особенно в сфере предотвращения или урегулирования международных конфликтов, имеет использование специфических институционных форм, дающих членам международных организаций дополнительные возможности для переговоров, проведения совместных исследований и поисков решений и т. д. Получают признание такие формы деятельности, как разработка проектов международных договоров, конвенций н регламентов в важпейших сферах межгосударственных отношений (разоружение, определение агрессин, методы консультаций п т. п.), кодификация институтов международного права, а также предпринимаются попытки (к сожалению, пока еще пе достаточно эффективные) применения традиционного посредничества при урегулировании международных конфликтов.

    Анализ воздействия международных организаций на международные отношения прежде всего приводит к отрицанию в обозримом будущем возможности их эволюции в направлении создания падгосударствонных объединений: «мирового правительства», «всемирного парламента» и других институтов, которые, по мнению ряда буржуазных ученых, способны решить все международные проблемы и обеспечить прочный мир. Бедь в основе идеи создания «всемирных объединений», предлагаемы этими учеными, лежит мысль о всесилии международных организаций. Тем не менее они занимают хотя и важное, по ограниченное объективными пределами место в системе международных отношении, обусловленное прежде всего объективными законами общественного развития, а также национальными интересами и суверенитетом отдельных государств. В этих пределах международные организации. разумеется, обладают большей пли меньшей степенью самостоятельности, однако, судьбы войны и мира, а также коренные социальные проблемы могут быть решены только в итоге деятельности государств, борьбы н сотрудничества основных политических сил.

    Таким образом, международные организации пе играют самодовлеющей роли, они не могут определять ход мирового развития и самостоятельно обеспечивать прочный мир па земле. Международные организации должны всемерно способствовать укреплению мира н равноправному межгосударственному сотрудничеству, а отнюдь не преследовать цели ликвидации государственного суверенитета, как это следует из идеи «всемирного государства».

    В этой связи особое значение приобретает соответствие деятельности международных организаций фундаментальным ирнн-ципам международного права, прежде всего закрепленным в Уставе ООН. От соблюдения этих принципов прямо зависит реальность обеспечения мира на планете. Поэтому борьба по вопросам ревизии Устава ООН имеет столь важпос значение. Все годы существования ООН СССР отстаивает основополагающие принципы Устава ООН от попыток их подрыва западными империалистическими кругами. При этом СССР исходит из того, что прп всей справедливости критики в адрес ООП нельзя не признать, что «усилия, предпринимавшиеся ООП и государствами-членами в соответствии с Уставом, содействовали тому, что в течение вот уже тридцати лет человечество избавлено от ужасов мировой войны. В этом — важнейший политический итог деятельности ООН, свидетельствующий о больших возможностях ее Устава» 

    В последние годы к сторонникам ревизии и подрыва Устава ООН активно присоединилась пекинская дипломатия. Так, в сообщении агентства Синьхуа в марте 1978 г. в связи с заседаниями Специального комитета по Уставу ООН и усилению ее роли прямо отстаивались идеи радикального пересмотра Устава ООН. Такого рода позиция означает стремление ограничить возможности ООН и других международных организаций в деле реализации заложенного в их Уставах потенциала в области урегулирования международных споров, который, как будет подробнее показано ниже, еще далеко не использован.

    Очерчивая пределы возможностей международных организаций, не следует недооценивать их роли и возможности в области решения проблем воины и мира. Эта роль может быть различной. Большинство международных организаций, несомненно, под^ держивает идею сохранения мира, различие между ними состоит лишь в степени эффективности и их возможностях действовать в этой области. Наиболее активны в области защиты мира социалистические международные организации: Организация Варшавского Договора, Совет Экономической Взаимопомощи и другие.

    Определенный позитивный вклад в упрочение мира внесен рядом решений ООН в области разоружения п международной безопасности. Роль СССР в этих позитивных акциях общепризна-на. Последняя, XXXIII сессия Геперальпой Ассамблеп ООН дала тому новые свидетельства. СССР выступил на сессии с важными предложениями: «О заключении международной конвенции об укреплении гарантий безопасности неядерных государств», о прекращении гонки вооружений, о запрещении разработки и производства новых видов оружия массового уничтожения, в том числе нейтронной бомбы, о заключении Всемирного договора о неприменении силы в международных отношениях, о созыве Всемирной конференции по разоружению и рядом других.

    1 Письмо Правительства СССР Генеральному секретарю ООП по вопросу об Уставе ООН.— Правда, 1975, 3 июля.

    Факты свидетельствуют, что лишь отдельные организации п замкпутыс группировки империализма выступают в качестве инструмента подготовки вопим, паносят ущерб делу разрядки п международного сотрудничества. В этой связи характерна прежде всего деятельность НАТО и других военно-агрессивных империалистических блоков. Состоявшаяся в конце 1978 г. сессия НАТО приняла беспрецедентную долгосрочную программу модернизации и наращивания своего военпого потенциала стоимостью 80 млрд. дол. Руководителя НАТО вновь и вновь отвергают миролюбивые предложении Организации Варшавского Договора, разоблачая свои опасные для мира агресснвпыс замыслы.

    В стязи с рассмотрением вопроса о роли международных организаций в деле сохранения мира следует отметить, что в советской научной литературе обстоятельно разработана проблема типологии международных конфликтов20. В данной статье выделим две напбмлее широкие характеристики: международный конфликт, связанный с угрозой применения силы пли с ее применением, и международный конфликт в той или иной специальной: сфере отношении государств, не связанный с вооруженной борьбой. Такое деление исходит из квалификации, положенной в основу Устава ООН. Учитывая особо важную роль ООП в рассматриваемых вопросах, накопленный ею опыт, этой организации и будет уделено особое внимание.

    ООН занимает в современных международных отношениях особое место, пбо она обладает почти универсальной компетенцией. приоритет в которой несомненно принадлежит политическим Функциям в области поддержания мира и безопасности. Из итого прямо вытекает п роль этой международной организации в области предотвращения и урегулирования международных ешь ров и конфликтов и содействия обеспечению мирного сосуществования государств с различным общественным строем п поддержанию международного мира и безопасности на нашей планете.

    П си» те Устава ООН особенно наглядно осознается тот факт, что без прекращения актов агрессии, без признания на деле равноправия всех государств, без строгого соблюдения международной законности пет и не может быть прочного мира.

    Устав ООН предусматривает богатый арсенал средств воздействия на международную сферу, начиная от средств мирного разрешения споров и кончая принудительными мерами, связанными или не связанными с действиями вооруженных сил. В деятельности ООП имел место ряд позитивных акций.

    Тем пе менее вклад ООН в дело обеспечения прочного мира пока еще нельзя признать вполне достаточным, ибо нашу планету все еще лихорадят конфликты, а нередко и локальные войны. Более того, это влияние вообще объективно ограничено, ибо, как справедливо отмечал JI. И. Брежнев, «ООН — это не какая-то самодовлеющая сила, не какое-то мировое сверхправительство. Ее позиция, се действия лишь отражают определенное соотношение сил между государствами мира, некую господствующую тенденцию в международной жизни» 21.

    Подводя основной итог деятельности 001Г по разрешению международных споров и конфликтов, можпо отметить, что в целом возникновению и эскалации большинства этих конфликтов не корреспондировала эффективность применения средств их урегулирования. Причины этого коренятся в политике империалистических и колониальных кругов, помешавших ООП в полной мере использовать заложенный в ее Уставе арсенал средств.

    Так, несколько решений Совета Безопасности о применений мер, не связанных с использованием вооруженных сил, принятых в связи с противоправными действиями расистов Родезии, предусматривавшие сначала выборочные экономические санкции, а затем полный экономический бойкот режима Смита, оказались недостаточными, и к тому же были нарушены ведущими империалистическими государствами. Все еще сохраняются колониальные порядки в Намибии и ЮАР с се варварскими формами расовой дискриминации.

    Акции ООН, связанные с применением вооруженных сил, с самого начала и до последних лет сопровождались рядом серьезных нарушений Устава ООН. В числе их крайне отрицательных последствий для ООН следует указать не только большой ущерб, нанесенный ими престижу ООН, но и попытки в связи с интервенцией в Корее сломать структуру ООН в целом, искусственно вызванпый в ООН «финансовый кризис» — по сути дела, попытка парализовать ООН, шантажировать государства, отказавшиеся платить за авантюризм колонизаторов в связи с «операцией 00Б» в Конго.

    Определенное исключение составляет лишь создание вооруженных сил на Кипре и на Ближнем Востоке. Однако и в этих двух случаях опасные для мира ситуации не были урегулированы.

    ООН, приняв ряд конструктивных резолюций но ближневосточному конфликту, не смогла добиться пх претворения в жизнь. В итоге последствия израильской агрессии и сепаратные сделки за счет арабов продолжают увеличивать угрозу всеобщему миру, созданную империализмом в этом регионе.

    Проблема проведения коллективных действий ООН по поддержанию мира ждет своего решения. Это может быть достигнуто только путем безусловного выполнения Устава ООП, предусматривающего, как отмечалось, определенный порядок проведения коллективных акций ООН, в том числе с помощью вооруженных сил.

    Разумеется, при решении в ООН конкретных вопросов далеко не безразличны характер конфликтных и кризисных ситуаций, их политическая природа. Закономерностью общественного развития в современную эпоху является обострение исторического противоборства сил прогресса и реакции, социализма и капитализма. Этот фактор большой принципиальной значимости необходимо учитывать при анализе действий ООП в той пли иной конфликтной ситуации. Меры, предпринимаемые 00IT. должны быть направлены на предотвращение и пресечение агрессии, па содействие национально-освободительным движениям и социальному прогрессу, они не должны быть вмешательством во впутренпие дела государств.

    В этой важнейшей сфере деятельности ООН — сфере операций по поддержапшо мира, несмотря па значительные сложности и расхождение позиций, Советский Союз неизменно настойчиво добивается того, чтобы найти взаимоприемлемые решения на четкой основе Устава ООН, предусматривающего, что единственным органом, правомочным предпринимать действия по поддержанию и восстановлению международного мира и безопасности, решать все вопросы, относящиеся к созданию и функционированию вооруженных сил ООП, является Совет Безопасности. С учетом этого Советский Союз разработал и представил еще в 1972 г. на рассмотрение государств — членов ООН документ «Осповпыг руководящие принципы проведения операций ООП по поддержанию мира, включая мпссин наблюдателей ООП», в котором подчеркивается безусловный приоритет Совета Безопасности в осуществлении операции ООН по поддержанию мпра

    Разумеется, советское предложение отнюдь не умаляет роли Генеральной Ассамблеи, которую Устав ООП наделяет в этой области важными правами.

    Конструктивному решению проблемы препятствует позиция США, явно гипертрофирующая роль Генерального секретаря ООН в осущсствлошгп «эффективного руководства» операциями по поддержанию мира, позиция, нанесшая в пришлом с оль существенный ущерб ООП я.

    Как известно, определенные фупкцин по мнрлому урегулированию международных споров могут осуществлять региональные международные организации.

    Они в большей или меньшей степени могут оказывать положительное воздействие па негативные явлепня международной жизни. Следует иметь в виду, что политические, социальные, экономические п научно-технпчеекпе процессы весьма усложнили и мпого-образилл современные международные отношения. Все это, учитывая различия, а нередко прямую противоположность госу-

    4 XXVII сессия Генеральной Ассамблеи ООН. Док. А/8668 от 20 марта 1972 г.

    5 См., например: XXVII сессия Генеральной Ассамблеи ООН. Док. А/8678 от 3 апреля 1972 г.

    дарственных интересов, в тех или иных областях создает немало поводов для международных споров и конфликтов. Международные организации, дополнившие традиционные формы межгосударственных отношений инструментами многосторонней дипломатии, могут оказывать определенное позитивное воздействие на создание в мире климата, призванного способствовать нормальному развитию международного сотрудничества и в частности урегулированию конфликтов.

    Это особенно важно в период борьбы за разрядку, когда усилия по предотвращению споров и конфликтов, тем более военных столкновений становятся важным условием углубления разрядки и превращения се в необратимое состояние. Из этого, в свою очередь, вытекает возрастающая ответственность международных организаций за урегулирование существующих конфликтов и сведение их к реальному минимуму, причем полностью контролируемому и устраняемому в возможно более короткие сроки. Вопрос о роли международных организаций в урегулировании международных споров в общем и целом разрешен Уставом 00Л, во-первых, указывающим в числе средств мирного урегулирования международных споров обращение к региональным институтам (и. 1,ст. 33 Устава ООП), во-вторых, предусматривающим определенное соотношение между деятельностью региональных организации и ООН, основанное на признании безусловного приоритета ООН, прежде всего Совета Безопасности (ст. 52 Устава ООН).

    На практике, однако, пока еще нельзя признать достаточным вклад этих организаций в дело мирного урегулирования международных споров, хотя определенные усилия в этом отношении некоторыми из них, прежде всего Организацией африканского единства и частично Лигой арабских стран, и предпринимались.

    Таким образом, проблема участия международных организаций, прежде всего ООН, в ликвидации «горячих точек» планеты, в сохранении и упрочении международного мира — важная часть общих усилий миролюбивых сил, направленных на избавление человечества от угрозы ракетно-ядерного истребления и создание прочной системы международной безопасности. Реализация всех потенциальных возможностей международных организаций в этой области — насущная задача, решепня которой требуют интересы ныпсшнсго и грядущих поколений.

    РОЛЬ НЕПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ В ОБЕСПЕЧЕНИИ МИРА

    Важнейшей проблемой мирового развития и международных отношений является расширение участия народных масс и их организаций в решении вопросов сохранения и упрочения международного мира.

    Выполнение общественностью этой функции неразрывно связано с основными тенденциями мирового развития, обусловливающими реальные возможности народных масс влиять на мировую политику. Это прежде всего глубокие сдвиги в соотношении мировых сил в пользу мира и социального прогресса, принципиальные изменения в межгосударственных отношениях и в умонастроениях людей, связанные с разрядкой, многообразные последствия научно-технической революции, особенно в военном деле.

    При этом, несмотря на всю сложность и противоречивость процессов послевоенного развития, ведущей тенденцией, как показывает практика, стала демократизация международных отношений, проявляющаяся, в частности, в расширении предпосылок и возможностей для воздействия народных масс и их организации па ход международных событий, в растущем участии миролюбивых общественных сил в решении основного вопроса современности — вопроса о сохранении и укреплении международного мира.

    Особый интерес в этой связи представляет деятельность международных неправительственных организаций (МТТПО), объединяющих общественные слои разных стран и действующих в сфере вопросов обеспечения международного мира п безопасности. Они представляют важный канал формирования п выражения международного общественного мнения, форму совместной деятельности па международной арене различных общественных сил. По существу, МИПО — это организационно оформленная международная общественность и прежде всего ее наиболее активное ядро — организации движений, выступающих за мир, которые особенно быстро и остро реагируют на международные события.

    В последние годы число МНПО, активно занимающихся вопросами международного мира, превысило 100 Они резко отличаются по составу своих членов, по географическому охвату своей деятельности, по социальной базе, идейно-политической ориента-

    1 Подсчет основан на анализе крупных международных общественных форумов, состоявшихся в 1977—1978 гг. В это число входят главным образом! организации, поддерживающие консультативные отношения с системой ООН.

    ции, сфере компетенции и т. д. Неоднозначны их возможности и реальное воздействие на состояние вопросов войны и мира, что предполагает необходимость дифференцированного подхода к оценке их деятельности. Наибольший интерес для исследователей роли общественности в вопросах международного мира представляют МНПО широкого международного характера, объединяющие важные и наиболее активные общественные слои большого числа стран, включая страны с разными социальными и политическими системами, т. с. МИПО, которые вносят существенный вклад в формирование мирового общественного мнения, поддерживают консультативные связи с системой ООН, занимаются активной деятельностью в области вопросов мира, международного сотрудничества, разоружения и т. п. Вместе с тем необходимо учитывать широкий диапазон МНПО, участвующих в них общественных сил, которые входят или потенциально могут войти в складывающееся широкое движение сил современности, заинтересованных в сохранении и укреплении мира.

    Некоторые важные позитивные особенности и черты характеризуют современный этап деятельности МИПО, связанных с проблематикой международного мира, что отражается на их возможностях воздействовать па состояние вопроса войны п мира. К числу этих черт относятся:

    1. Расширение круга МНПО, вовлеченных в указанную проблематику, увеличение числа М.Ш10, становящихся в той пли иной форме участниками антивоенного движения. Даже научно-технические и другие узкоспециализированные МИПО все больше обращаются к вопросам укрепления международного мира. Расширяется и «география» МНПО, в том числе за счет возросшей активности общественности развивающихся стран, что способствует увеличению числа членов и раститтрешпо социальной базы деятельности целого ряда МНПО.

    2. Выявление в условиях разрядкп широкого круга проблем, но которым обозначаются общие или близкие позиции МИПО различной идейно-политической ориентации. С этим связана тенденция к укреплению взаимодействия широкого круга МНПО по вопросам укрепления мира и безопасности, расширению связей между ними, координации их деятельности. С этой целью созданы особые объединения, например, Международный форум по связям миролюбивых сил, которые проводят крупномасштабные международные акции на основе согласованной платформы. Вместе с тем в этой области есть трудности и проблемы, связанные с социальной и политической неоднородностью МНПО и представленных в них общественных сил.

    3. Стремление со стороны растущего числа МНПО воздействовать на деятельность ООН в области поддержания и обеспечения мира, на развитие международного права. Происходит перестройка структуры взаимоотношений МНПО с системой ООН, т. е. тех отношений, которые сложились в период «холодной войны».

    МИПО все чаще привлекаются для участия в межправительет-венных форумах в рамках ООП, за ними закрепляются конкретные права и полномочия в многосторонних актах, фиксируется их роль в реализации постановлений соответствующих форумов ООН. Это. с одной стороны, позволяет МН1ТО более конкретно воздействовать на деятельность ООН, правительств в области упрочения мира, а с другой — позволяет ООН при осуществлении важных задач по укреплению международного мира опираться на массовые и другие общественные организации, учитывать их опыт, использовать их квалифицированную помощь.

    Отмеченные выше черты в деятельности МН110 проявились даже в такой особенно сложной, решающей для судеб мира сфере международных отношений, как вопросы разоружения.

    Во всем многообразии проблем, связанных с предотвращением повой мировой войны, укреплением международного мира в современных условиях, центральное место занимают вопросы прекращения гонки вооружений, осуществления практических шагов по разоружению. От того, в каком направлении развиваются события — в сторону усиления или сужения процесса вооружения,— зависят судьбы целых народов, их экономический и социальный прогресс, даже существование человечества.

    Вопросы разоружения затрагивают важные аспекты безопасности государств. Это предопределяет в процессе ограничения и сокращения вооружений решающую роль правительств, сотрудничества государств. Вместе с тем и в этой исключительно сложной тг деликатной сфере международной и национальной политики, требующей политически особо ответственного и квалифицированного подхода, проявилась указанная выше закономерность возрастания роли народных масс и их организаций.

    Организации, представляющие широкое общественное мнение — различные партии и политические течения, массовые движения, профсоюзы и другие неправительственные организации, участвуют в решении широкого круга задач в области разоружения. Они призваны с учетом своей специфики и компетенции содействовать урегулированию проблем, рассматриваемых на правительственном уровне, создавать благоприятный общественно-политический климат для ведения переговоров и осуществления государствами мер по разоружению. Они могут активно способствовать более глубокому осознанию народными массами не только опасности гонки вооружений, но и реальной возможности разоружения, создавать атмосферу решительного осуждения маневров милитаристских сил, помогать устранению препятствий к принятию политических решений правительствами в интересах военной разрядки, содействовать деятельности ООН и других межправительственных организаций и форумов, занимающихся вопросами разоружения.

    Огромен вклад организации миролюбивой общественности в формирование международного общественного мнения в пользу заключения первых соглашений по вопросам ограничения вооружений. Они поддержали конструктивные инициативы и предложения правительств социалистических и других миролюбивых государств, решения Организации Объединенных Наций, направленные на ограничение и сокращение военных приготовлений. Кроме того, эти организации выступил it и с собственными инициативами, которые в последующем стали предметом переговоров и договоренностей на межправительственном уровне. Так, общественностью впервые были выдвинуты предложения о запрещении испытаний ядерного оружия, о запрещении геофизической войны и некоторые другие, нашедшие затем отражение в ряде важных международно-правовых документов.

    В то же время ход событий показал, какие огромные усилия требуются для удержания завоеванных рубежей разрядки и тем более для продвижения вперед по путп ограничения и сужения сферы вооружения, углубления международной разрядки. В этой сфере борьбы за упрочение мира приходится преодолевать исключительно упорное сопротивление милитаристских кругов, военно-промышленных монополий, правых политических группировок капиталистического мира, а в последние годы if руководства КНР, саботирующего усилия международного сообщества к сдерживанию гонки вооружений.

    В условиях начавшейся разрядки перед миролюбивыми общественными силами открылись новые перспективы в борьбе против гонки вооружений. Эти перспективы связаны прежде всего с общими позитивными сдвигами на мировой арене, с тем, что сложился такой баланс сил в мире, при котором оказалось возможным перевести в практическую плоскость широкий спектр задач по прекращению качественного и количественного наращивания вооружений, ограничению уровней вооружений и вооруженных сил государств при соблюдении интересов безопасности сторон, участвующих в этом процессе.

    В современных условиях объективно расширились предпосылки для вовлечения в антимилитаристское движение широких и разнообразных слоев населения: научных работников, деятелей культуры, молодежи и женщин, борцов за национальную самостоятельность, участников движения в защиту окружающей природной среды, наконец, трезво мыслящих представителей буржуазных кругов. Однако эти предпосылки не реализуются автоматически. Огромная роль принадлежит субъективному фактору — сознанию, активности людей, борьбе за обуздание гонки вооружений.

    Движение миролюбивых общественных сил, являясь продолжением послевоенного движения за мир, на нынешнем этапе включает значительно более широкий спектр общественных организаций, важным направлением деятельности которых служит борьба за разоружение, за упрочение разрядки. Наряду, с массовыми демократическими организациями в этой борьбе все чаще принимают участие другие значительные и влиятельные организации и группы, профессиональные союзы, молодежные, женские федерации и антивоенные организации различных направлений, а также парламентские п творческие союзы, научные ассоциации, клерикальные круги 22.

    Происходит расширение круга влиятельных общественно-политических сил, становящихся на путь оппозиции гонки вооружений, курсу на создание и совершенствование все новых поколений оружия массового уничтожения. Ныпс прекращение гонки вооружений считают необходимым и срочным делом не только коммунисты, но и видные деятели социалистических, социал-демократических, либеральных, христианских и других влиятельных политических партий и течений, десятки международных неправительственных организаций, представляющих широкое общественное мнение различных регионов мира.

    Крупными вехами в развитии международного движения общественности против гонки вооружении, за разоружение стали Всемирная конференция за прекращение гошш вооружений, за разоружение и разрядку (Хельсинки, 11)76 г.), Всемирный форум миролюбивых сил (Москва, 1977 г.), Всемирная ассамблея строителей прочного мира (Варшава, 1977 г.), Международная конференция неправительственных организаций по разоружению (Женева. J978 г.).

    Увеличился уделытым вес проблем разоружения в деятельности большого числа международных леправнтельотвонпых организаций (МНПО). В настоящее время многие МИЛО, имеющие консультативный статус при органах ООП, проявляют активность по вопросам разоружения. Они создают специальные органы по разоружению — комиссии, комитеты, исследовательские группы п т. п. (ВСМ, ВФНР, Международное бюро мира н др.).

    Проблемы разоружения заняли видное место в работе представительных форумов различных международных неправительственных организаций. Резолюции и решения в поддержку мер, направленных к обузданию гонки вооружений, приняты конференциями Межпарламентского союза, пленарными ассамблеями Всемирной федерации ассоциаций содействия ООН, рядом сессий Международного комитета за европейскую безопасность и сотрудничество, Конгрессами международной демократической федерации женщин и Международной лиги женщин за мир п свободу, Всемирной конференцией «Религиозные деятели за прочный мир, разоружение и справедливые отношения между народами», Конгрессом Международной федерации борцов движения сопротивления, Организацией солидарности народов Азии и Африки.

    Представительный состав социальных и политических сил. поддержавших упомянутые выше акции, показал, что ныне широкие круги общественности нашей планеты решительно осуждают гонку вооружений, действия, направленные на усиление угрозы ядерпой войны, требуют перехода к реальным шагам, означающим начало разоружения.

    Мировое общественное мнение проявило себя как весьма значительный фактор в борьбе против нейтронного оружия. Столкнувшись с мощным противодействием народных масс, правительства ряда стран НАТО заняли выжпдатсльн.мо позицию или заявили о своем отрицательном отношении к развертыванию нейтронного оружия па их территории.

    Наряду с широким диапазоном массовых действий современному движению общественности против гонки вооружений присущи стремление и способность к самостоятельной разработке вопросов разоружения. Эта особенность современного движения связана с тем, что в нем участвуют видные ученые — специалисты самых разнообразных отраслей знаний, деятели культуры, профсоюзные работники, многочисленные неправительственные организации, обладающие компетентностью в ряде областей, имеющих отношение к проблематике разоружения.

    Таким образом, современное движение миролюбивой общественности, выражая антимилитаристские настроения п чувства народных масс, не ограничивает свою деятельность гневными протестами против тех или иных конкретных актов, направленных па разжигание военных приготовлений. В рамках движения идет серьезное изучение и разработка политических, социальных, экономических и научно-технических аспектов проблемы разоружения, что дает возможность сторонникам разоружения компетентно судить о процессах, происходящих в этой сфере, целенаправленно и квалифицированно воздействовать на состояние сложнейших вопросов разоружения.

    Противодействие шагам по разоружению со стороны разнохарактерных политических сил (от воинствующих группировок па Западе до последователен маоизма), сложность самого процесса международного ограничения вооружений требуют от общественных организаций и форумов, выступающих за разоружение, конкретного подхода к частным вопросам, внимательного изучения деталей проблемы, ее связей со всем сложнейшим комплексом социально-экономических, политических, научно-технических п психологических факторов, действующих в той или иной стране или районе. Усилиями общественных организаций при помощи экспертов проведены глубокие исследования различных аспектов разоружения — экопомические и социальные последствия гонки вооружений и разоружения; пути всеобщего запрещения разработки и производства новых видов и систем оружия массового уничтожения; взаимосвязь между ядерным разоружением, международной разрядкой и возможностями возрастающего использования ядерной энергии в мирных целях и др. В то же время по мере усложнения проблем разоружения все более возрастает зна-чсние интеллектуальной поддержки, которую научные работники могут оказать антивоенному движению своими авторитетными разъяснениями н оценками опасных тенденций продолжающейся гонки вооружений, условий ее прекращения, научно обоснованными доводами в пользу осуществления тех или иных практических шагов, непосредственным участием в борьбе за то, чтобы наука и техника использовались конструктивно, па благо человечества.

    На современном этапе антимилитаристской борьбы многочисленные движения и организации, выступающие за мир, вырабатывают общий подход к широкому кругу вопросов разоружения, выдвигают платформу совместных или координированных действий и, что особенно важно, подкрепляют достигнутые договоренности практическими, повседневными делами.

    Крупнейшей совместной акцией широких кругов мировой общественности накапуне специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН по разоружению явилась Международная конференция неправительственных организаций по разоружению, проходившая с 27 февраля по 2 марта 1978 г. в Женевском Дворце наций. Б ее работе участвовали представители 78 международных п 185 национальных организаций из 16 стран, представляющие широкий спектр политических, мировоззренческих и социально-экономических течений общественного мнения всех континентов.

    Участники конференции смогли прийти к общим оценкам, выводам ы предложениям по широкому кругу вопросов разоружения. Опн зафиксированы в принятом еднпогласпо основном итоговом документе конференции — Послании специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН по разоружению, а также в докладах комиссий, в которых обсуждались конкретные проблемы.

    Безусловно, по вопросам разоружении для МП 110 есть немало нерешенных проблем и трудностей, связанных с социальной и политической неоднородностью представленных в них общественных сил и особснпо с давлением милитаристских и других реакционных кругов, а также средств массовой информации, находящихся у них на службе. Однако широкое совпадение интересов различных движений и организаций общественности в достижении прогресса в области разоружения делает возможным и необходимым развитие совместной деятельности па общей платформе.

    Отразив волю народов мира к прекращению гонки вооружении. к достижению всеобщего и полного разоружения, Женевская конференция способствовала созданию международного общественно-политического климата, благоприятного дли работы специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН по разоружению.

    Впервые в истории Генеральная Ассамблея ООН со своей высокой трибуны услышала представителей крупнейших массовых организаций п движений, представляющих пароды мира. Решение Генеральной Ассамблеи ООП предоставить такую возможность представителям неправительственных организации отражает признание растущей роли миролюбивой общественности в содействии реи гению задач в области разоружения.

    В зтоп связи следует особо отметить такое относительно повое явление в международных отношениях, как расширение связей международных неправительственных opi аппзацлп с межправительственными организациями, занимающимися вопросами разоружения, прежде всего с OOII, с ее центром по разоружению, а также со специализированными учреждениями ()()I [, причастными к работе в этой области. -Ии кчш 1 акты развиваются в различных формах. О признании он редел* nuoii роли неправительственных организации в системе ООН в области разоружения свидетельствуют и неоднократные обращения самой Генеральной Ассамблеи ООП с призывом к ним содействовать достижению целей разоружения (пагхрпмер, на ее XXXII н XXXIII сессиях, X Специальной сессии).

    Примером растущего взаимодействия ООП с неправительственными организациями стало проведение -1—31 октября 107S г. Международной педели содействия целям разоружения, провозглашенной Генеральной Ассамблеей П(Ч1 на ее Специальной сессии и поддержанной Ноем ирным Советом Мира. Во многих страпах мира осуществлены различные мероприятия, явившиеся внушительным выражением мирового общественного мнения п пользу скорейшего прекращения гонки вооружений и осуществления реального разоружения.

    Таким образом, в настоящее время складывается система взаимодействия ООП с организациями миролюбивой общественности по вопросам разоружения, призванная способствовать объединению действии правительств, межправительственных организаций, пародов в интересах устранения военной опасности.

    Миролюбивые общественные силы считают одной из своих основных задач содействовать практическому претворению в жизнь рекомендаций специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН по разоружению. На совместные действия в этих целях ориентирует людей доброй волн всех стран Воззвание Президиума ВСМ «Защитить достижения разрядки, пе допустить возврата к «холодной войне», принятое в июле 107S г.

    Анализ документов общественных форумов, состоявшихся за последние годы, дает основание говорить о том, что большое число неправительственных организаций, представляющих самые различные социальные, социально-политические направления, считают срочной и настоятельной необходимостью обуздание гонки вооружений, разоружение. В документах л акциях движений за мир подчеркивается взаимосвязь проблемы разоружения с борьбой за сохранение и упрочение всеобщего мира, улучшение условий материальной и духовной жизни народов, за ликвидацию всех очагов колониализма и расизма, за социальный прогресс человечества п решение крупнейших проблем современной цивили-зацни. В них указывается, что разоружение — это ие вопрос, касающийся лишь ограниченного круга стран или только великих держав; отвергается тезис маоистской пропаганды, согласно которому разоружаться обязапы только две так называемые сверхдержавы, в то время как другие должны наращивать свои вооружения и военные приготовления.

    Международные, региональные и национальные неправительственные организации, объединяющие в своих рядах сотни миллионов людей, выступили за осуществление широкой программы мер в области разоружения, включая прекращение гонки ядерных вооружений, полное прекращение испытаний ядерного оружия и ядерное разоружение, уничтожение запасов химического оружия, запрещение создания новых видов оружия массового уничтожения и особенно недопущение появления в военных арсеналах нейтронного оружия. Они поддерживают требования об усилении и универсализации режима нераспространения ядерпо-го оружия, о сокращении военных расходов, вооружений и вооруженных сил государств, прежде всего обладающих крупным военным потенциалом, об ограничении международной торговли оружием, о создании безъядерных зон и зон мира, о роспуске военных блоков, об углублении и упрочении разрядки международной напряженности.

    Необходимо отметить, что со стороны агрессивных, милитаристских сил оказывается систематическое давление па международную общественность, предпринимаются разного рода маневры.

    Враги разрядки спекулируют па существующих объективных трудностях, обусловленных сложностью проблем разоружения, неодинаковым восприятием различными социальными слоями очередности тех или иных действий по разоружению.

    Силы войны и агрессии, противники разоружения хотя и потеснены, но еще далеко не обезврежены. Они активно и изощренно противодействуют осуществлению мер военной разрядки, раздувают недоверие и вражду между пародами. В таких условиях все большее значение приобретает вовлечение в движение за обуздание гонки вооружений все новых и новых слоев населения земного шара, укрепление единства миролюбивых сил, осознание той истины, что только соединенными усилиями, солидарными действиями всего миролюбивого человечества можно открыть путь к разоружению, устранению истребительных войн из жизни человечества.

    II. А. УШАКОВ

    ПОЛИТИКА НЕПРИСОЕДИНЕНИЯ КАК ФАКТОР РАЗВИТИЯ

    1. Усиление роли движения неприсоединении в современном мире. Крах колониальном систомы империализма и возникновение в послевоенным период бп.м мюю шн'ла новых независимых государств (более 80 государств за послед и не 20 лет) привело к существенным изменениям политической структуры современного мира. Молодые освободившиеся страны оказывают весьма заметное влияние на ход мирового развития, на всю систему современных международных отношений. «Окидывая взглядом картину современного мира,— говорил Л. II. Брежнев на XXV съезде КПСС,—нельзя не обратить внимания на такой важный момент, как серьезное усиление влияния государств, которые еще недавно были колониями пли полуколониями»

    О большинстве освободившихся стран, отмечалось на XXV съезде КПСС, можно определенно сказать, что они с нарастающей энергией отстаивают в противоборстве с империализмом свои политические н экономические права, стремясь закрепить свою независимость, поднять уровень социального, экономического и культурного развития своих народов. Заметно активизировалась внешняя политика развивающихся стран. Это проявляется по многим направлениям — в политической липни движепия пенрп-соединения, в деятельности Организации африканского единства, различных экономических объединений, созданных развивающимися странами.

    Ныне большинство развивающихся стран объединено в движении неприсоединения, которое согласно декларации III конференции неприсоединившихся стран (Лусака, 1970 г.) является продуктом «мировой антиколониальной революции и появления большого числа недавно освободившихся стран» 2. Движение неприсоединения приобретает все возрастающее значение в современных международных отношениях. Об этом свидетельствует непрестанное расширение его состава п возрастание активности.

    Как известно, первопачалыю концепция неприсоединения была разработана вскоре после второй .мировой войны Дж. Неру. Однако движение неприсоединения как таковое ведет свою историю с 1961 г., с момента своего организационного оформления на

    5 Материалы XXV съезда КПСС. М.: Политиздат. 1076, с. 13.

    2 Движение неприсоединения и документах и материалах. М.: Международные 01 ношения, (975, с. 122.

    Первой конференции исприсоединившихся стран в Белграде, в которой приняли участие делегации 25 развивающихся стран.

    Численность участников движения неприсоединения заметно возросла уже на II конференции, состоявшейся в 1964 г., а с 1970 г. отмечается особенно значительный рост численности состава движения. За последние годы в него вступило более 30 новых членов. В итоге с 1961 г. по август 1976 г. (шестая конференция, Коломбо) число государств — членов движения увеличилось более чем втрое, с 25 до 84, а вместе со странами, имеющими статус наблюдателей, в конференции в Коломбо участвовало уже около 100 стран.

    В движении ныне участвуют также в качестве полноправного члена Организация освобождения Палестины, а в качестве наблюдателен — ряд национально-освободительных организаций стран, в которых еще сохраняются колониальные н расистские режимы, а также Организация Объединенных Наций, Организация африканского единства, Лига арапских государств, Организация солидарности пародов Азии и Африки, Исламский конгресс.

    В числе 84 государств — участников движения неприсоединения 47 являются африканскими странами, т. е. в движении участвуют все страны Африки — члены ОЛЕ, которая устлюгп-ла, что неприсоединение является одним из основных ее принципов. Таким образом, если пе считать расистских режимов ЮАР и Родезии, то об Африке в целом можно говорить как о «непри-соедипившемся континенте».

    Из 35 стран Азии к 1976 г. в движение вступило 27 стран. Из 26 государств Латинской Америки в конференции в Коломбо участвовало в качестве полноправных членов 7 стран, в качестве наблюдателей и гостей — 9 стран.

    О развитии движения свидетельствует и факт регулярного созыва в последнее время с интервалом в три года конференций движения: III конференция состоялась в 1970 г. в Лусаке (Замбия), IV конференция — в 1973 г. в Алжире и V конференция в 1976 г. в Коломбо. Кроме того, в период между конференциями глав государств и правительств стран — участниц движения стали созываться совещания министров иностранных дел.

    На четвертой конференции в Алжире было создано Координационное бюро для обсуждения в период между конференциями актуальных международных проблем и выработки общей позиции стран-участниц. На конференции в Коломбо исходя из принципа географического представительства и сменяемости в состав бюро было избрано 25 стран (Африка — 12, Азия — 8, Латинская Америка — 4, Европа —1).

    Таким образом, для движения неприсоединения на протяжении пятнадцати лет его истории, с 1961 по 1976 г. характерно непрестанное и усиливающееся развитие, отражающее рост влияния этих стран в современном мире.

    2. Характер движения, его цели и причины, В движении неприсоединения ведется постоянная и зачастую достаточно острая дискуссия по вопросам о его природе и характере деятельности, путях дальнейшего развития. Одпозпачпая и раз павсегда уста-повлеппая характеристика движении вряд ли поэтому позможна.

    Наличие противоборствующих тендепций в движении проистекает прежде всего из факта значительной пеодпородности составляющих его государств-членов: в движении объеднпены государства с различным общественным строем (социалистические государства — Югославия, Куба, СРВ. КНДР, государства социалистической ориентации, капиталистические и феодальные государства), находящиеся на различных уровнях социального и экономического развития, придерживающиеся разлнчиой социальной и политической ориентации.

    Однако социально-политическая и внешнеполитическая дифференциация участников движения, наличие разногласий между отдельными государствами-членами, обостряющихся иногда до степени вооруженных конфликтов, иначе говоря, существенная разнородность движения вовсе не препятствует, как показывает практика, достижению нзвсстпого едипства движепия по широкому кругу касающихся его международных проблем. Имеются, следовательно, мощные факторы объединительного плана, цементирующие движение.

    Такими факторами являются, очевидно, существенная близость или единство интересов развивающихся стран, общие потребности социально-политического развития, которые могут быть удовлетворены лишь при обеспечении коллективными усилиями определенных условий в мире.

    В докумепте подготовительного к V конференции совещания в Лиме содержалось следующее объяснение участия в движении столь разноплановых по уровню своего развития и по характеру общественного строя государств: «Движение неприсоединившихся стран представляет собой действенное оружие и неизбежное и все более привлекательное средство для тех стран, которые борются за независимость, равноправие, мир, экономический, социальный прогресс и за стабилизацию новых политических и экономических отношении в мире» 3.

    Таким образом, объединение в движспис пеприсосдинепия диктуется потребностями экономического и социального развития в условиях установления новых политических и экономических отношений в мире.

    Движение показало, что оно является действенным орудием достижения указанных целей. Теперь уже ясно, отмечалось на XXV съезде КПСС, что при нынешнем соотношении мировых классовых сил освободившиеся страны вполне могут противо-

    я Цит. по: Алимов Ю. Движение неприсоединения — влиятельная сила международных отношений.— Мировая экономика п международные отношения, 1976, № 11, с. 42.

    стоять империалистическому диктату, добиваться справедливых, т. е. равноправных экономических отношений. Ясно н другое: вклад этих стран в общую борьбу за мир и безопасность народовг значительный уже сейчас, вполне может стать еще более весомым

    Меняющиеся условия в мире п потребности развития предопределяют генезис характера деятельности, целей и задач движения.

    Первоначальная концепция движения неприсоединения, как она была изложена Дж. Неру на первой конференции в Белграде, сводилась к тому, что понятие «неприсоединившиеся» употребляется главным образом в смысле «неприсоединившиеся к блокам великих держав».

    Хотя формально объявленная позиция неучастия в блоках в равной мере касается как агрессивных блоков империализма, так и оборонительных соглашений социалистических стран, на деле это с самого начала отражало стремление молодых освободившихся государств покончить с навязанными им империалистическими державами еще в колониальный период неравноправными военными и политическими связями, освободиться от любых военно-политических обязательств, продиктованных империализмом, окончательно покончить с колониализмом. Применительно к блокам речь конкретно шла о противодействии попыткам империализма втянуть молодые государства в агрессивные антисоветские блоки, не допустить военного и иного вмешательства империалистических блоков в национально-освободительную борьбу колониальных и зависимых стран.

    Как подчеркивалось в выступлениях делегатов на V конференции в Коломбо, решительная оппозиция империализму, характеризующая движение неприсоединения, является главным фактором достигнутых им успехов.

    Антиимпериалистическая линия была и остается главным стержнем движения неприсоединения. Антиимпериалистическая, антиколониальная п антирасистская направленность движения неприсоединения служит цели укрепления независимости и прогресса освободившихся стран.

    Так, Политическая декларация IV конференции 1973 г. в Алжире подчеркнула, что «конфронтация народов с колониализмом, расовой дискриминацией и апартеидом, иностранным господством и иностранной оккупацией, неоколониализмом, империализмом и сионизмом остается неоспоримой реальностью всей нашей эпохи» 23.

    В одном из положений Политической декларации V конференции 1976 г. в Коломбо говорится: «Подспудную причину международной напряженности, которая угрожает международному миру и безопасности, в основном надо искать в силах империализма, колониализма, сионизма, расизма и других формах иностранного господства, с помощью которых пытаются путем нажима, применения силы или угрозы такого применения помешать политической и экономической эмансипации стран и сохранить существующий характер несправедливых и неравноправных отношений в международном сообществе, лишая тем самым народы их неотъемлемого права на свободу и самоопределение» 6.

    В программе, принятой совещанием в Лиме (1975 г.), подчеркивалось, что проводящие политику неприсоединения страны «предпочли занимать независимую внешнеполитическую позицию, имеющую решительную антиимпериалистическую и антиколониальную направленность и способствующую укреплению мира и безопасности во всем мире и действенной демократизации международных отношений»7.

    Борьба за укрепление мира и международной безопасности, за мирное сосуществование государств с различными социальными системами составляет одну из важнейших сфер деятельности движения, является, быть может, самым весомым его вкладом в стабилизацию и демократизацию современных международных отношений.

    Еще на Первой конференции в 1961 г. в Белграде участники движения поставили перед собой задачу более эффективно способствовать укреплению международного мира и безопасности, а также мирному сотрудничеству между народами.

    Заявив, что «война между пародами является не только анахронизмом, но п преступлением против человечества», участники движения указали, что «принципы мирного сосуществования являются единственной альтернативой «холодной войне» и возможной всеобщей ядерной катастрофе» 24.

    Участники Белградской конференции также подчеркнули, что политика сосуществования равнозначна активным усилиям по устранению исторической несправедливости, ликвидации национального угнетения, одновременно гарантирующим каждому народу независимое развитие.

    Движение постоянно выдвигает многочисленные конкретные предложения, направленные на укрепление всеобщего мира и безопасности, подчеркивая, в частности, с момента Белградской декларации, что разоружение является насущной необходимостью и первоочередной задачей человечества.

    В последние годы движение все большее внимание уделяет начавшейся разрядке международной напряженности. Так, на IV конференции глав государств и правительств иеприсоединив-шихся стран в 1973 г. подчеркивалось, что «успехи, достигнутые ныне в области разрядки напряженности в отношениях между Востоком и Западом, а также в Европе в деле урегулирования проблем, унаследованных от второй мировой войны, представляют собой важную победу сил мира во всем мире» 9.

    V конференция в 1976 г. в Коломбо приветствовала «прогресс, достигнутый пока в разрядке напряженности в отношениях между великими державами. Она приняла во внимание решения Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе и выразила надежду, что это приведет к дальнейшему ослаблению международной напряженности и к прогрессу в области разоружения» 10.

    Общее благоприятное изменение международной обстановки последних лет привело, таким образом, к значительному повышению в решениях движения удельного веса вопросов разрядки напряженности, разоружения, укрепления всеобщего мира и безопасности, перестройки международных политических и экономических отношений на осповах подлинного равноправия. Неприсое-дннившиеся страны играют все более активную роль в международных отношениях.

    Как отмечалось в материалах IV конференции, политика неприсоединения, «проводимая миролюбивыми, демократическими и прогрессивными силами, представляет собой важпый и неизменный фактор в борьбе за свободу и независимость народов и стран, за мир во всем мире п за рамную безопасность для всех государств, за осуществление во всем мире принципов активного мирного сосуществования, за демократизацию международных отношений, за всеобщее и равноправное сотрудничество, за экономическое развитие и социальный прогресс» и.

    3. Проблемы экономического развития и экономической независимости освободившихся стран. Как констатировала конференция в Коломбо, хотя империалисты упорствуют в попытках выработать новые методы, стремясь увековечить свое господство над пародами и их эксплуатацию, «процесс деколонизации достиг св(кч'| последнем и решающей стадии».

    По мере успехов процесса деколонизации и в условиях достигнутой под воздействием Советского Союза и других стран социалистического содружества разрядки международной напряженности движение неприсоединения получало возможность уделять все больше внимания экономическим проблемам, доставшимся нм в наследие от колониальной эпохи.

    Все молодые освободившиеся государства являются, хотя н в разной степени, отсталыми в экономическом отношении, по-прежнему в сильной степени зависимыми от капиталистического мира, служащими ему источниками сырья и дешевой рабочей силы, объектом эксплуатации и грабежа естественных ресурсов. Колебание цен на мировом рынке, все более невыгодное соот-

    9 Движение неприсоединения в документах и материалах, с. 194.

    10 Международная жизнь, 1976, № 10, с. 61.

    11 Движение неприсоединения в документах и материалах, с. 193—194.

    ношение между ценами на сырье и промышленную продукцию, валютные потрясения на биржах, инфляция и экономический кризис, охватившие капиталистический мир, значительно препятствуют преодолению экономической зависимости освободившихся стран от капиталистических держав. Поэтому с каждым годом неприсоединившиеся страны усиливают совместную борьбу за создание нового экономического порядка в мире.

    Экономическая декларация, принятая па V конференции в Коломбо, вновь выразила обеспокоенность пеприсоединившихся стран «вопиющим неравенством и дисгармонией в международной экономической структуре», а также «феноменальным ростом» дефицита платежных балансов развивающихся стран, являющимся отражением структурного кризиса, уходящего своими корнями в колониальную и неоколониальную политику империализма. Декларация отмечает, что попытки провести реформу существующих валютных отношений, которые находятся под контролем немногих развитых капиталистических стран, оказались тщетными, что противодействие империалистических держав и монополий созданию нового международного экономического порядка усилилось. В ней подчеркивается, что па конференции по международному экономическому сотрудничеству в Париже («переговоры Север—Юг») не достигнуто никакого прогресса вследствие упорного отказа развитых капиталистических государств принять предложения по весьма широкому кругу проблем, имеющих важное значение для развивающихся стран. Конференция осудила «неприемлемую политику и практику транснациональных корпораций» г вновь заявила о праве развивающихся стран на «полную компенсацию за эксплуатацию и истощение своих природных и других ресурсов», на возмещение ущерба, нанесенного им колониализмом и неоколониализмом 25.

    В Экономической декларации Коломбо подчеркнута важность использования развивающимися странами своей политической независимости «как рычага для достижения суверенитета и неза^ висимости на экономическом уровне». В ней содержится призыi к использованию «всех экономических потенциальных возмож ностей», в том числе активизации экономического сотрудничества, развивающихся стран, укрепления их солидарности и координации деятельности, «для совместного отражения всех попыток империалистов сеять раздор и применять нажим» 26.

    Y конференция в Коломбо, заявив, что мнение, будто национальные хозяйства развивающегося мира лишь параллельны, утратило силу, поскольку развивающийся мир безгранично разнообразен по богатству ресурсов и находится на различных этапах развития, указала на необходимость «создать подходящие механизмы для того, чтобы использовать новые дополнительные возможности и ресурсы в рамках развивающегося мира ко взаимной выгоде и ради коллективного экономического прогресса» 27.

    «Программа действий» Коломбо предусмотрела изучение вопроса о создании общей валюты, банка и платежного союза развивающихся стран, учреждение в этих странах собственных многонациональных торговых предприятий, разработку стратегии по усовершенствованию транспортных систем развивающихся стран.

    Таким образом, борьба неприсоединившихся стран за создание нового международного экономического порядка охватывает широкий круг международных экономических проблем, в центре которых — ликвидация пынешнего неравноправия и несправедливости и устранение произвола развитых капиталистических держав в отношениях с развивающимися странами. Эта борьба предполагает также все более интенсивное использование экономического сотрудничества между самими развивающимися странами.

    Империалистические круги длительпое время и весьма настойчиво стараются убедить неприсоединившиеся страны в том, что якобы надо одинаково относиться ко всем «развитым странам», предъявлять им одинаковые экономические требования, имея в виду как империалистические, которые грабили и эксплуатировали колониальные и зависимые страны, так и социалистические, которые пе несут никакой ответственности за колониальное угнетение. Кое-кого из руководителей неприсоединившихся стран этот демагогический тезис о механическом противопоставлении «богатых наций» «нациям бедным» вводил, как известно, в за-блуждеппс. Однако па последней конференции в Коломбо такой тезис практически >сноха ттс имел. В ее документах ясно указано, что главным тормозом экономического развития неприсоеди-шмшшхел стран являются империализм, колониализм, неоколониализм, а также многонациональные монополии, которые истощают ресурсы, нарушают равновесие и ущемляют суверенитет развивающихся стран.

    А. Движение псп рисоединения и страны социалистического содружества. Советский Союз, другие страны социалистического содружества по своей социально-политической природе и проводимой ими политике являются естественными союзниками неприсоединившихся стран в их борьбе с империализмом.

    В своем приветствии V конференции глав государств и правительств неприсоединившихся стран Л. И. Брежнев указывал, что Советский Союз со времен Октябрьской революции неизменно выступает за справедливый и прочный мир на земле, за равноправные отношения между всеми государствами. Поддержка народов, борющихся за свое национальное и социальное освобождение, за укрепление самостоятельности развивающихся стран, ограждение их национального суверенитета и свободы от посягательств внешних и экспансионистских сил, всемерное содействие их экономическому и социальному прогрессу — это одна из важнейших целей советской внешней политики, завещанных нам великим Лениным 15.

    Конституция Советского Союза 1977 г. и ст. 28 устанавливает, что внешняя политика Советского государства направлена в том числе на «поддержку борьбы народов за национальное освобождение и социальный прогресс».

    Эта поддержка имеет решающее значение дли существования и развития движения пепрнсоединепия. По будь Советского Союза, говорил на конференции в Алжире Ф. Кастро, капиталистические державы, в условиях нехватки сырьевых ресурсов и энергетического кризиса, вновь без колебания принялись бы за раздел мира. Не будь Советского Союза, нельзя было бы также вообразить пн той меры независимости, какой пользуются сегодня малые государства, ни успешной борьбы народов за возвращение под свой контроль природных богатств, ни того, что их голос внушительно звучит ныне в концерте наций 16.

    Советский Союз, учитывая законные интересы развивающихся стран, активно поддерживает их право самим распоряжаться национальными природными ресурсами, проводить национализацию иностранной собственности, контролировать и пресекать деятельность иностранных монополий на своей территории. В программе дальнейшей борьбы за мир и международное сотрудничество, за свободу и независимость народов XXV съезда КПСС задача ликвидации всех остатков системы колониального угнетения, всякой дискриминации, диктата, ущемления равноправия указана в числе важнейших задач современности.

    Развивающиеся страны и мир социализма объединяют общие интересы и цели, их солидарность покоится поэтому на прочной объективной основе.

    Политическая декларация конференции в Коломбо подчеркнула пользу и необходимость солидарности нспрнсосдтшппшхси страп с миром социализма. Конференция отметила растущую поддержку социалистическими государствами дола освобождении Юга Африки и «высоко оцепила действия Республики Куба и других государств, которые помогли народу Анголы перечеркнуть экспансионистскую и колониалистскую стратегию расистского режима ЮАР и его союзников» 17.

    Конференция призвала пеприсосдппившиеся страны «прилагать усилия к сотрудничеству со всеми миролюбивыми и прогрессивными силами во всем мире и таким образом успешно укреплять свою способность вести борьбу против империализма» 18.

    15 Правда, 1976. 16 авг.

    16 Правда, 1973, 9 септ.

    17 Мировая экономика и международные отношения, 1976, № 11, с. 48.

    18 Международная жизнь, 1976 N° 10, с. 65.

    IV. ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ СССР: ОПЫТ И ПРОБЛЕМЫ

    И. М. СТЕПАНОВ

    КОНСТИТУЦИЯ РАЗВИТОГО СОЦИАЛИЗМА: СОЦИАЛЬНАЯ ЦЕННОСТЬ И ОСНОВНЫЕ ФУНКЦИИ

    Конституция СССР 1977 г. знаменует собой тот факт, что советским народом под руководством Коммунистической партии взят еще один исторический рубеж па пути к коммунизму. Построено общество развитого социализма, перед государством которого, как провозглашается в преамбуле Конституции, стоят теперь следующие главные задачи: «Создание материально-технической базы коммунизма, совершенствование социалистических общественных отношений и их преобразование в коммунистические, воспитание человека коммунистического общества, повышение материального и культурного уровня жизпн трудящихся, обеспечение безопасности страны, содействие укреплению мира и развитию международного сотрудпичества».

    В. 1Г. Лепин говорил о Конституции РСФСР 1918 г.— первой Сшичткоп конституции: «Вот паша политика, и вы ее найдете в пашем Конституции» То была политика периода диктатуры пролетариата и пролетарской демократии, политика построения социализма. Копан Конституции СССР — это воплощение политики КПСС и Сойотского государства в условиях общепародпой государственности а всенародной демократии, которая выражена в конституционных политико-правовых установлениях. Предшествующий опыт советского конституционного строительства был обогащен опытом, по терминологии В. И. Ленина, «готового», «полного» социализма со всеми объективно свойственными его содержанию социальпо-экономичсскими и политическими характеристиками. Органический сплав теории и практики научного коммунизма с политикой партии, законодательством Советского общенародного государства — вот что такое Конституция СССР 1977 г., создавая которую, советский народ исходит из того, что «она станет важным средством дальнейшего развития и углубления социалистической демократии, могучим орудием строительства коммунизма» 28.

    При дальнейшем изучении теоретических основ Советской Конституции на первый план выдвигается, по-видттмому, вопрос о социальной ценности и функциях Конституции как Основного 'Закона государства, важнейшего политико-юридического документа. В связи с этим во всей широте и многогранности встает проблема выявления теоретической и практической значимости понятия советского и вообще социалист" сскпго конституционализма, его внедрения в научный оборот в lipo'i ииоиес теории п практике конституционализма буржуазно! о.

    1. В одной из немногих крупных рано г о социальной ценности советского права, в монографии (!. (!. Алексеева, верно констатируется, что «право в социалистическом общество — это пе только неизбежность, необходимость, по и своеобразный социальный «капитал», то, что нужно с максимальной эффективностью использовать, «пустить в дело» для решения наших задач»

    С. С. Алексеев прослеживает акспологическн значимые линии взаимообрлтного воздействия права па экономическую, политическую и этическую сферы общественного бытия. Но делает он это преимущественно с позиций так называемых первичных объективных свойств нрава, т. е. его нормативности, формальной определенности, принудительности и отчасти динамизма. Между тем социальная ценность права значительно богаче, ибо право является не просто системой юридических порм, а составной частью нормативной системы общества как сложного социального организма.

    Главенствующая роль в советской правовой системе принадлежит, как известно, конституции. И здесь возпикает проблема оптимального сочетания политических и юридических элементов содержания конституции, се сущности как политико-правового документа 29. Целостное единство придается конституции прежде всего том сбалансированным единством политических и юридических элементов содержания, которое она несет в себе как основной закон. И лишь условно, из чисто методических соображений, ппже рассматриваются сначала политические, а затем юридические аспекты социальной ценности Конституции СССР, с тем, чтобы в итоге показать их диалектическую взаимосвязь.

    Политические аспекты; Конституции СССР наиболее выпукло могут быть показаны, с трех позиций: а) ее роли как Основного Закона государства, закрепляющего и регулирующего важпей-шие стороны жизни общества; б) отражения реального соотношения социально-классовых сил; в) характеристики принципов н признаков ее содержания и формы. В Докладе на внеочередной седьмой сессии Верховного Совета СССР девятого созыва JI. И. Брежнев говорил: «Новую Конституцию справедливо называют Законом жизни развитою социалистического общества»

    Конституция СССР в полном объеме распространяет принципы демократии па все сторопы жизни общества, в том числе па сферу производства, подчеркивая наиболее характерные черты зрелого социализма — более высокий уровень обобществления экономики, органическую целостность и динамизм социальной системы, ее возросшую политическую стабильность и др.

    По мере восходящего развития социалистического строя закрепление в Конституции общественных институтов приобретает все большее значение. Дело здест* не только в том, что государственные и общественные факторы жизни общества все теснее переплетаются, но и в том, что диалектика развития общественных и государственных начал требует укрепления и развертывания правового механизма регламентации социально-политических и иных отношений, в первую очередь, конечно, конституционного механизма. В этом — одно из непреложных условий дальнейшего всестороннего углубления социалистической демократии. Новая Конституция СССР, расширив круг объектов своего регулирования, фиксирует и их глубокие качественные изменения. Нацеленная па коммунизм, она способствует завершению перестройки всей совокупности общественных отношении на внутренне присущих социализму коллективистских началах: стиранию классовых различий, существенных различий между юродом пдеревней, умственным и физическим трудом,

    весе   ему развитию и сближению всех наций и народностей,

    т. е. силен пю социальном однородности общества (ст. 19). По-  б щеп а родном у государству, его Конституция не утрачивает классового характера п с позиций преемственности может рассматриваться исторически, ретроспективно, как результат классовой борьбы и. Но только преемственно, потому что в ранг Основного Закона теперь возведены интересы и воля рабочих, крестьян, интеллигенции, трудящихся всех наций и народностей страны, иными словами, интересы и воля всего социально и интернационально единого советского народа. Отсюда возрастающие возможности выявления, конституционного закрепления и использования великих преимуществ социализма во всех сферах общественной жизни.

    •’ Прежнее JI. II. О Конституции СССР, с. 48.

    й Подробнее об этом см.: Денисов А. II. Сущность и значение Советской Колс'ппуцпп—XXIII съезд КПСС п вопросы государственного строительства. М.: Юрпд. лит.. 1908, с. 91 — 106.

    В. И. Ленин указывал, что конституции выражают действительное соотношение сил в классовой борьбе30. В то же время каждая новая Советская конституция, выступающая на историческую арену, адекватно отражает новый этан развития социалистических общественных отношений и обладает новым потенциалом мощного фактора дальнейшего социального прогресса. При этом каждая новая Советская конституции сохраняет преемственность с предыдущими в соответствии с диалектикой развития социализма. Тем самым обеспечивается отраженно в конституциях Советского государства реального соотношения социально-классовых сил, достигнутого уровня всей системы общественных отношений и дальнейшего их развития.

    Общие социально ценностные характеристики Конституции развитого социали зма конкретизируются в конституционных принципах, под которыми, как правило, понимаются «основополагающие, руководящие начала в области устройства общества и государства, юридически закрепленные в Основном Законе» 3, или, если их трактовать еще шире, «юридически выраженные объективные закономерности организации п функционирования социально-экономической, соцпал ыго-кляссовой, государственно-политической п духовной структуры социализма, а также положения граждан в социалистическом обществе» 31.

    В исследовании конституционных прппципов советское гос.у-дарствоведение добилось некоторых результатов, что не могло не способствовать разработке и уяснению политико-юридических аспектов новой Конституции. Среди вышедших за последние 40 лет монографий, брошюр и статей по конституционной проблематике, курсов, учебников и учебных пособий по государственному (конституционному) праву нет такой работы, в которой бы так или иначе ни присутствовала тема принципов. Негативная, если так можно выразиться, сторона заключается в том, что ввиду отсутствия строго разработанных критериев классификации эти принципы зачастую формулируются произвольно и без учета специфики документа, отдельные грани которого они призвапы адекватно отражать.

    Представляется, во-первых, совершенно необходимым четко различать конституционные принципы как руководящие начала общественно-политического строя СССР и признаки самой Конституции, т. е. ее специфические свойства как Основного Закона нашего государства (именно признаки, а не принципы — во избежание хотя бы смешивания этих двух категорий) 32. К числу принципов, прямо зафиксированных в новой Конституции СССР, причем основных, относятся: руководящая роль КПСС, социалистический демократизм (со всеми его социально-политическими, материальными и духовными характеристиками), социалистический интернационализм, демократический централизм, социалистическая законность.

    В качестве основных эти принципы выступают потому, что применительно к той или иной сфере общественно-политической жизни или отрасли права они трансформируются в так называемые производные или отраслевые принципы: например, принцип социалистического демократизма — в принцип гласности, принцип социалистической законности — в принцип презумпции невиновности и т. д. Признаки (свойства) Конституции: верховенство (выполняет в отношении всей системы законодательства роль активного «учредительного» центра), оптимальная стабильность (в сочетании с подвижностью, обусловленной расчетом на устойчивое долговременное действие), высшая юридическая сила (что выражается, помимо прочего, в особом порядке принятия п изменения). Знаменательно, что верховенство Основного Закона СССР еще более подкреплено и по целому ряду линий. В частности, согласно Закону СССР о порядке введения Конституции в действие все ранее принятые союзные и республиканские законы, как и иные правовые акты, сохраняют силу, поскольку они не противоречат повой Конституции СССР и.

    Во-вторых, чрезвычайно важно рассмотрение конституционных принципов и признаков Конституции сквозь призму отдельных компонентов ее формы, в частности, системы организации материального содержания Основного Закона. На ее становление не могут, естественно, не оказывать воздействия субъективные факторы, и о в конечном счете она предопределяется факторами объективного порядка: уровнем развития общественных отношений, характером политического режима и т. д. Значит, чем совершеннее форма Конституции, тем богаче и ее социальная ценность 12. В данном отношении весьма показательна структура вновь принятого Основного Закона СССР. Ее отличает глубокий демократизм и партийность, подлинная научность и целесообразность. Установление основ внутренней и внешней политики СССР; введение в правовой оборот таких понятий, как политическая, окопом и'юская, социальная системы н их поэлементное раскрыто; наличие раздела «Государство и личность» и помещение его вслед за I разделом, в котором закрепляются основные принципы социалиста ческой общенародной государственности и всена-

    ил родные отношения, 1976, с. 99—189) п Н. П. Иванищсвои (Основные чг|> I I.1 ьчшети гуций зарубежных социалистических стран. Саратов, 1973. г Ю I II).

    11 III* I (> м мг | [ | I it * 11хо ппого Совета СССР, 1977, № 41, ст. 619.

    ’’ I!■ I |[иIп(‘(■ об атом см'.: Щетинин Б. В. Проблемы теории советского го-с дарг■ гнем mu о права. М.: Юрид. лит., 1969, с. 163—165.

    родной демократии; определение статуса СССР как единого союзного многонационального государства и его составных частей в отдельности; решение вопроса о месте и роли Советов народных депутатов как единой системы органов государственной власти (с выделением специальной главы о народном депутате) и т. д. и т. п.— убедительное тому свидетельство.

    Что касается юридических аспектов социальной ценности Конституции, то следует дать хотя бы самую общую картину по крайней мере двух из них:    1) Конституция — ядро правовой

    системы, центр п фундамент законодательства н 2) Конституция п конституционное (государственное) право в целом. В многочисленных и очень похожих друг на друга определениях Советской Конституции главное, конечно, схвачено: это Основной За-коп, акт, паделенпый высшей юридической силой, в котором в соответствии с волей народа (и далее идет перечисление конституционных институтов) 33. Само собой разумеется, что теперь определение надо уточнить, привести его в полное соответствие с новыми установлениями и терминологией Конституции СССР 1977 г.

    Требует также решения вопрос: достаточно ли полна характеристика правовой природы Конституции только как базы текущего законодательства? Вопрос этот для пауки не совсем повый, но теперь он приобретает особое звучание. Обратимся к постановлению ЦК КПСС, Президиума Верховного Совета СССР и Совета Министров СССР «Вопросы Свода законов СССР» от 23 марта 1978 г. «Установить,— говорится в ст. 1 постановления,— что подготовка Свода законов СССР должна осуществляться на основе Конституции СССР и способствовать дальнейшему совершенствованию советского законодательства, усилению охраны иптере-сов общества, прав и свобод советских граждан, укреплению правовой основы государственной и общественной жизпн» и. В приложении № 2 к* пему— «Осповпые принципы формирования материалов Свода закопов СССР»— подчеркивается, что «формирование материалов и вся подготовка Свода законов СССР должна производиться исходя из Конституции СССР, необходимости раскрытия, конкретизации и развития ее положений в других актах законодательства в соответствии с решениями XXV съезда КПСС в области государственного, хозяйственного и социально-культурного строительства». Следовательно, значение Конституции, ее социальная ценность состоит не только в том, что, обладая высшей юридической силой, она требует строгой соподчиненности всего массива советского законодательства по всем его структурным линиям (иерархической, отраслевой, федеративной) 15. Конституция, образно выражаясь,— политико-правовой учредитель, как бы координатор системы законодательства. Она не просто Основной Закон, а сердцевина всей правовой системы развитого социализма. Конституция, предопределяя главные направления развития юридической надстройки, служит делу укрепления правовой основы государственной и общественной жизни в масштабе всей страны.

    Отсюда следует исходить и при оценке той отрасли права, которую Конституция непосредственно возглавляет: конституционного (государственного) права. Одним из «поворотов» известной дискуссии о предмете н наименовании этой отрасли права 16 явилась такая постановка вопроса: «В сущности,— утверждает, например, В. О. Тениеибаум,— политика как раз и составляет предмет... изучения науки конституционного права» 17. Дело, однако, в том, что политика далеко не всегда опосредствуется правоотношениями вообще и конституционно-правовыми (государственно-правовыми) в частности. Чей же тогда предмет они составляют? Безусловно, предмет конституционного (государственного) права, как это и проистекает из самой природы Конституции, составляют и политическая власть, и политические отношения, и политический процесс. В то же время, и это также проистекает из самой природы Конституции, конституционное (государственное) право есть именно отрасль права со своим особым предметом и методом регулирования общественных отношений. Можно даже сказать сильнее: если право вообще составляет необходимый элемент политической системы, механизма социального управления в целом, то конституционному (государственному) праву это присуще особо 18.

    2. Вопрос о функциях Конституции в нашей литературе специально не рассматривался. Быть может, в этом нет необходимости? Быть может, достаточно проанализировать сущность, содержание, форму, конституционные принципы и признаки ее как Основного Закона, место и роль среди других инструментов социалистического и коммунистического строительства? Ответ, думается, однозначен: такая надобность, и притом настоятелъпая, есть. Категория «функции Конституции» позволяет видеть магистральные пути ее воздействия на общественные отношения. А главные усилия правовой мысли и должны быть направлены на изучение права «извне», со стороны социальной действительно-

    г' Подробнее об этом см.: Поленика С. В. Конституционные основы советского законодательства — Сов. гос. и право, 1978, № 5, с. 12—20.

    1,1 Материалы Всесоюзной конференции «Актуальные теоретические проблемы развития государственного права п советского строительства». М., 197 (?.

    Проблемы конституционного права. Саратов, 1974, вып. 1, с. 50.

    ■н Подробнее* об этом см.: Тихомиров Ю. А. Механизм управления в развитом. социалистическом обществе. М.: Наука, J978, с. 65 и сл.

    сти, непосредственно обусловливающей его движение1Э. Ориентиром при этом должны послужить те социально-ценностные политические и юридические аспекты Конституции, которые обрисованы выше. Классифицировать функции Конституции можно по разным основаниям, например, выводить их из функций государства, из функций права или, наконец, из функций государства и права, взятых вместе. Классификация в результате получится в общем приемлемая, хотя довольно обширная (до 15 «единиц») и заметно неоднородная (от социальной функции до регулятивной, от охранительной до идеологической — и все в одном ряду).

    Целесообразнее различать две основные функции Конституции: юридическую и политическую, что предопределяет сам характер Основного Закона как одновременно юридического и политического документа. По своему содержанию каждая из этих функций однородна п целенаправленна: в юридической выражены конституционные основы права, в политической — конституционные основы политики. Для юридической функции характерно то, что предмет регулирования Основного Закона составляют самые фундаментальные отпошепия, связанные с такими глобальными общественно-политическими явлениями и категориями, как суверенитет народа и наций, суверенитет государства, правовой статус личности. Субъектами этих отношений выступают народ п государство, классы и социальные группы, нации и народности, трудовые и территориальные коллективы, их полномочные представители, граждане. Объектами отношений являются такие целостные институты, как политическая, экономическая и социальная системы, правовое положение граждан, национально-государственное устройство, органы государства во всех их разновидностях и со всеми присущими им компетенционными характеристиками34.

    Отсюда специфика не только метода, но и самого механизма конституционного регулирования. В общей теории права под механизмом правового регулирования обычно понимается взятая в единстве система юридических средств (норм, правоотношений, актов), при помощи которых осуществляется правовое воздействие на общественные отношения35. Тут же подчеркивается, что при всем разнообразии его форм только те из них, которые носят юридический характер, составляют содержание правового регу-лпроваиня. Правда, применительно к заключительной его стадии — реализации норм права — допускается возможность их осуществления и вне правоотношений, но именно за правоотношениями признается роль главной формы реализации порм права. Представляется, что к конституционному регулированию, его механизму следует подходить несколько иначе. Во-первых, осуществление конституционных установлений вне правоотношений — не исключение, а один из ведущих каналов реализации Основного Закона. Нельзя упускать из виду такие аспекты Конституции, как организационный, воспитательный, идеологический и т. п. Во-вторых, в силу неоднородного характера своих установлений Конституция воздействует на общественные отношения по-разному: прямо, непосредственно — путем формулирования общих масштабов поведения и косвенно, опосредованно — в сочетании с конкретизирующими нормативными актами, придающими конституционным установлениям типа иорм-ттрипципов характер «полновесных» правовых предписаний22. Словом, конституционное регулирование можно представить себе в виде такого механизма, в котором дружно взаимодействуют собственно юридические, социальные и психологические факторы, иначе говоря, в виде многофакторного инструмента социально-экономических и политических преобразований. В этом — своеобразие юридической функции Конституции, придающее «свое лицо» и ее политической функции.

    В наиболее концентрированном виде политическая функция Основного Закона представлена в статьях об основах политики СССР (раздел I Конституции). Закрепление и развитие на высшемзаконодательном уровне идей и принципов, насущных задач и стратегических целей политики во всех ведущих областях и сферах общественной жизни — вот какой смысл следует, по нашему мнению, вкладывать в характеристику политической функции Конституции. Конкретизируется, развертывается она в соответствующих генеральных направлениях деятельности партии п государства. «Конституция СССР — это, можно сказать, выраженный в фундаментальных законоположениях политический кодекс

    v      О    *1

    строителен коммунизма» .

    Проиллюстрируем сказанное только па одном небольшом примере. В Конституции СССР говорится: «Вся власть в СССР принадлежит народу» (ч. 1 ст. 2); «Осповпым поправлением развития политическойсистемы советского общества является дальнейшее* развертывание социалистической демократии...» (ст. 0), п далее перечисляются ключевые направления этого процесса, среди которых па первом месте стоит «все более широкое участие граж-

    " <)п :>к>м см.: Кузнецов И. Н. О способах конституционного регулирование общественных отношений в социалистических странах.— Труды ШШИГЛ. М., 1976, вып. 6, с. 15—19.

    1 Фг()пггг« U. Конституция СССР и социалистический образ жизни.— Коммунист, 1978, № 2, с. 56.

    дан в управлении делами государства и общества...». Логически продолжая заданный курс, Конституция в ст. 48 возводит такое участие в ранг субъективного права граждап, подкрепляя его одновременно рядом юридических п организационных гарантий. Так выглядит одно из проявлении политической функции Конституции в сфере демократии. В соответствии с поп формируется и государственная политика. Как подчеркнул Л. 11. Прежней, «на этапе зрелого социализма, в условиях общенародного государства все более широкое и активное участие трудящихся масс в управлении жизнью страны прочно утвердилось как центральное направление политического развития советского общества» ".

    3. В нашей литературе термин «конституционализм» применительно к советскому и вообще социалистическому конституционному строительству употребляется редко. Если он иногда п встречается, то в лучшем случае в плане синонима термина «конституционное право». Что же касается понятия советского социалистического конституционализма, то можно прямо сказать: оно не выработано, точнее — не оформлено как общественно-правовая категория. А между тем советским социалистический конституционализм как новый, высший тин конституционализма несет в себе целостную систему взглядов научного коммунизма не только па Основной Закон как таковой, но и на тот политикоправовой режим, который им закреплен. Кроме того, понятно советского конституционализма с еще большей полнотой и эффективностью, нежели любая отдельно взятая Конституция, выявляет неоспоримые преимущества всего того комплекса форм общественного бытия, которые характеризуют социалистический образ жизни.

    Каково сегодня в самых общих чертах состояние доктрины и практики буржуазного конституционализма? Все чаще наблюдаются: расхождение между фактической и юридической конституцией; сужение социально-экономической базы последней до масштабов частномонополистической собственности и империалистической «стратифицированной» элиты; забвение правящими кругами идеалов законности и гуманизма; падение веры в право, в том числе в его высшую форму — в саму конституцию. Одним из аспектов кризиса буржуазного конституционализма стал отказ от ряда проявлений таких, казалось бы, «окаменелых» конституционных принципов, как «разделение властей» и «ограниченное правление», т. е. «правление на основе права» 2

    14 Прежнее Л. И. О Конституции СССР, с. 67—68.

    25 Подробнее об этом см.: Деев Н. Н. Кризис современного буржуазного конституционализма.— В кн.: XXV съезд КПСС и дальнейшее развитие Советского государства, демократии и права. М.: Юрид. лит., 1977, с. 156—160; Благож И. Великая Октябрьская социалистическая революция и научная критика буржуазного конституционализма.— Сов. гос. и право, 1977, № 12, с. 85—90.

    Само собой разумеется, что буржуазный конституционализм в разных странах требует к себе дифферепнироваиного подхода, тем более в условиях значительных социально-экономических и политических сдвигов. Но в любом случае непреложным остается ленинское требование: не прельщаться «конституционными иллюзиями» и всегда стремиться распознать за «конституционной внешностью», «конституционной поверхностью» фактическую конституцию, реальный строп20. В противоположность буржуазному, советский конституционализм в силу самой сути социалистического строя — ото органическое, принципиальное единство юридической конституции и фактической. Нго материальную основу составляют социалистические производственные отношения, вся экопомическая система. Главное для него — всемерное развитие и углубление всенародной политической демократии на путях постепенного перерастания ее в неполитическую коммунистическую демократию.

    •" О.м.: .’1гпип В. И. Поли. собр. соч., т. 12, с. 54; т. 13, с. 159; т. 15, с. 123

    II Г'1.

    Б. И. ТОПОРНИН

    ДИНАМИКА ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ РАЗВИТОГО СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА

    Для развития политической системы социалистического общества характерно диалектическое единство и взаимообусловленность двух сторон. С одной стороны, эта система отличается определенной стабильностью, устойчивостью своих основ. Ее принципиальная конструкция, созданная с победой социалистической революции, сохраняется без особых изменений на всех этапах продвижения общества по пути к коммунизму. С самого начала было установлено, что свою власть в обществе народ осуществляет прежде всего через государство, которое наделяется всеми средствами, необходимыми для выполнения этого предназначения. Но государство в социалистическом обществе никогда пе выступало изолированным носителем власти. Оно самым активным образом сотрудничает с общественными организациями, трудовыми коллективами, развивает институты непосредственной демократии. Руководящей и направляющей силой общества, его политической системы является Коммунистическая партия. Стабильность принципиальной конструкции политической системы — убедительное доказательство строгой научности и практической эффективности марксистско-ленинского учения.

    С другой стороны, политическая система социалистического общества отличается динамизмом своего развития. Она непрерывно совершенствуется, отражая изменения, происходящие в экономической, социально-политической и идеологической жизни общества, накоплепный опыт народовластия, достижения теории и практики социального управления. С ростом объема и усложнением задач общественных преобразований, все более активным и действенным включением самых широких трудящихся масс в процессы выработки и реализации проводимой политики, возрастает значение распределения функций по управлению делами общества между институтами политической системы, оптимизации ее структуры и внутренних и внешних связей. Развитие политической системы отражается в конституционном законодательстве. В Конституции СССР, принятой в 1977 г., впервые выделена глава, которая называется «Политическая система». Конституция закрепила законодательные основы, способствующие раскрытию творческих возможностей политической системы на этапе развитого социализма.

    В новой Конституции СССР определено основное направление развития политической системы советского общества — дальнейшее развертывание социалистической демократии (ст. 9). Основной Закон уточняет, что иод таким развертыванием понимается: 1) все более широкое участие граждан в управлении делами государства и общества; 2) совершенство ванне государственного аппарата; 3) повышение активности общественных организаций; 4) усиление народного контроля; 5) укрепление правовой основы государственной и общественной жизни; 6) расширение гласности, постоянный учет общественного мнения.

    За последние годы в СССР заметно расширились исследования, связанные с дальнейшей оптимизацией политической системы. Научная обоснованность как обязательное условие высокой эффективности функционирования политической системы позволяет избежать крайностей, отрицательно сказывающихся на развитии всего общества; во-первых, топтания на месте, сохранения отживших н устаревших институтов, форм и методов демократии, которые не отвечают более социальным условиям и потребностям и, более того, создают помехи и порождают деформации в целостном механизме социалистической демократии; а во-вторых, забегания вперед, выдвижения институтов, для успешного функционирования которых еще нет необходимых предпосылок и которые поэтому не дают позитивных результатов. Речь идет о самом внимательном учете различных, как объективных, так и субъективных, факторов общественной жизни, о правильной оценке потенциальных возможностей того пли иного демократического института, о своевременном выявлении новых тенденций в развитии политической системы.

    Прежде чем приступить к анализу проблем развития собственно политической системы, целесообразно хотя бы вкратце остановиться на общей характеристике развитого социалпстиче с кого общества, в котором она функционирует. Это крайне важно для того, чтобы уяснить социальные предпосылки, обусловливающие изменения в содержании и формах не только осуществления власти, в развитии всего механизма социалистического народовластия, по и политпчоскоп системы, уточнить социальное назначение как всей политической системы, так и сс компонентов в их взаимосвязи и взаимозависимости.

    Крупные, принципиальные перемены в экономике, политике, культуре отличают развитой социализм от предшествующего этапа истории советскою общества. Создание основ социализма, которое было осуществлено к середине 30-х годов, еще не позволяло начать непосредственный переход к коммунизму. Победивший социализм должен был предварительно пройти определенный путь своего всестороннего развития, вызревания, совершенствования. Причем практика показала, что развитие, совершенствование социализма — задача не мепее сложная, не мепее ответственная, чем создание его основ.

    Ныне советское общество опирается на высокоразвитые производительные силы, па мощную, передовую индустрию, на круп-i-'Cc. основанное па коллективистских принципах сельское хозяйство. Экономика страпы представляет собой единый народнохозяйственный организм, охватывающий все звенья общественного производства, распределения и обмена. Резко повысился культурный уровень общества, значительно усилилась ориентация всего общества на удовлетворение разнообразных интересов и потребностей людей. Важным ‘фактором общественной жизни стала научно-техническая революция.

    Один из характерных признаков развитого социализма заключается и в том, что все классы и социальные слон, все нации н народности достигли в своем общественном развитии такой степени общпости коренных целей и задач, что сейчас с полным основанием можно говорить о советском народе как исторически повой социальной и интернациональной общности людей.

    На опыте истории доказано положение марксизма-ленинизма о том, что облик людей, их взгляды, духовные идеалы и материальные интересы формируются и развиваются в зависимости от реально существующих социальных условий, от их бытия. В Советском Союзе все классы и социальные слои, нации и народности развиваются на базе Советской власти, преобразования промышленности и сельского хозяйства па социалистической основе. полного господства социалистической собственности и социалистических производственных отношений в экономике, торжества марксистско-ленинского мировоззрения в идеологической жизни общества.

    Создание единого советского народа означает, что в обществе полностью преодолены факторы, порождавшие в прошлом в той или иной мере явления классовой борьбы, однако это отнюдь не свидетельствует о том, что устранено деление общества по социальному и национальному признакам. Советский парод — ото не единый класс и не новая нация. Классы и социальные слон, нации н народности еще остаются, составляя компоненты советского народа. Вместе с тем развитой социализм — это такой этап па пути к коммунизму, когда общество вплотную подшило к решению задачи достижения полной социальной однородности. Советский народ — не простое сложение социальных н национальных компонентов, а такая историческая общность, которая характеризуется высшим уровнем единства, целостностью и наличием общих черт. В этих условиях во многом по-новому выражается содержание и цель политики, которая связана в основном с решением созидательных задач.

    Вступление советского общества в этап развитого социализма означает кардинальное изменение характера политической власти в обществе. Существовавшая до этого диктатура пролетариата выполнила свою историческую миссию: в сжатые сроки, преодолевая огромные трудности и осложнения, выпавшие на долю первой страны, где победила социалистическая революция, пролетарская власть привела советский народ к полной победе социализма, добилась его всестороннего развития. Это означало, что необходимость в диктатуре пролетариата отпала. В обществе, непосредственно решающем задачи коммунистического строительства, власть осуществляется всем советским народом, и Советское государство, первоначально являвшееся государством диктатуры пролетариата, превратилось в социалистическое общенародное государство.

    Новые общественные условия, в особенности более высокая ступень политической зрелости, активности и единства советского народа, не только не снижают, а, наоборот, повышают требования, предъявляемые всем ходом общественной жизни к уровню организованности советского общества, эффективности управления его делами. Это вызвано тем, что существенно возрастают масштабы п усложняются процессы социальных преобразовании, в них все более активно включаются самые широкие слои населения. В этих условиях политическая система призвана способствовать целостности и целеустремленности развития общества, сосредоточению его усилий на решении актуальных задач этого развития.

    Теория и практика научного социализма учат необходимости строго научного подл ода к определению целей и возможностей политической системы. Глубоко ошибочен субъективистский вывод о том, что политическая система не связана конкретикой исторических условий и вес дело якобы состоит в том, чтобы поставить перед ней те или иные цели, ибо, дескать, власть «все может». Неверна и недооценка возможностей политической системы, порождаемая концепцией экономического детерминизма. В этом случае игнорируется диалектика более общего положения о соотношении экономики и политики, не учитываются возможности обратного воздействия политических факторов на развитие базисных отношений.

    В Конституции СССР 1977 г. дается развернутая характеристика как всей политической системы, так и входящих в нее элементов: определено положение, назначение и основные функции государства, Коммунистической партии Советского Союза, общественных организаций, трудовых коллективов. В Конституции говорится не только об этих элементах, но и о ряде принципов, характеризующих их взаимоотношения, организацию и деятельность Советского государства, роль институтов непосредственной демократии (всенародных обсуждений, референдумов и пр.). Политическая система раскрывается, таким образом, как целостный, внутренне согласованный механизм осуществления власти советского народа, политического руководства обществом.

    Принципиальное значение для правильного понимания сущности и функционирования советской политической системы имеет тот факт, что руководящей и направляющей силой советского общества, ядром его политической системы является Коммунистическая партия Советского Союза.

    Закрепление этого положения в новой Конституции подчеркивает важность принципа партийного руководства государством и всем обществом и устанавливает на высшем законодательном уровне, что партия возглавляет и направляет весь механизм народовластия. Одновременно провозглашен принцип, согласно которому партийные ор1анизации действуют в рамках Конституции.

    Демократия при социализме не сводится к государству п вместе с тем она в современных условиях невозможна без государства. Более того, именно через государство прежде всего п главным образом реализуются принципы социалистической демократии. Исходя из этого следует высказать возражения в адрес тех, кто полагает, что государство в сущности всегда и везде выступает как организация, являющаяся антиподом демократии, как обязательный носитель и производитель бюрократизма и технократизма. Концепции «безгосударственного социализма», появившиеся еще в 20-е годы, за последнее время претерпели некоторые изменения.

    Ее сторонники, будучи не в силах игнорировать опыт реального социализма, свидетельствующий о полезности государства, вынужденно пошли па некоторые отступления от своих прежних позиций. В настоящее время они зачастую признают необходимость государства при социализме, но при этом рассматривают государство не как основной и определяющий институт демократии, а как нечто стоящее вне ее системы. При социализме, однако, государство олицетворяет единство управления и демократии. Это характерно для всех этапов развития социалистического общества. Расширение и углубление народного характера государства — важнейшая закономерность его развития.

    Основой государства и наиболее полным воплощением его демократического характера в СССР являются представительные органы — Советы народных депутатов. Это — полновластные органы, управляющие делами государства снизу доверху. Именно через Советы и только посредством этих органов советский народ осуществляет государственную власть.

    Повышение роли Советов — объективная потребность повышения научного уровня управления делами общества. Это предопределено прежде всего тем, что именно Советы наиболее полно и непосредственно осуществляют общенародную власть. Советы обеспечивают проведение единой государственной политики в центре и на местах, постановку и решение задач, отвечающих потребностям конкретного этапа коммунистического строительства. Место Советов в системе государственного руководства определяется далее тем, что они представляют собой органы общей компетенции. Это особенно важно в современных условиях, когда многоотраслевая структура народного хозяйства порождает специализацию и дифференциацию управления, когда усиливается потребность в объединяющих и координирующих функциях, которые воплощены в Советах. Взаимосвязь и взаимозависимость отдельных участков коммунистического строительства проявляется в наше время столь явно и интенсивно, что проведение сколько-нибудь масштабных общественных преобразовании усилиями только одного или нескольких специализированных государственных органов было бы недостаточно аффективным.

    Развитие политической системы социалистического общества характеризуется использованием не только государственных, но и общественных начал в осуществлении власти, их все более действенным сочетанием. Речь идет, с одной стороны, о дальнейшем сближении государства и общества, о выработке и совершенствовании форм привлечения трудящихся к государственной работе. С другой стороны, имеется в виду все более широкое введение общественных форм управления, повышение роли общественных организаций и особенно трудовых коллективов. Управление делами общества при социализме всегда характеризовалось массовым участием трудящихся. Это особенно ярко проявляется в современных условиях, когда существенно возрастает заинтересованность самых широких слоев населения в участии в политической жизни, в разработке как политики всего общества, так и развития его отдельных сторон (политика в области экономики, культуры, международных дел, охраны окружающей среды и т. п.).

    Массовый харагл ер социалистической демократии можно проиллюстрировать следующими цифрами. В СССР, например, в настоящее время в Советы народных депутатов избрано 2,2 млн. человек, а кроме того, в Советах, на общественных началах создан актив, охватывающий более 30 млн. человек. Кроме депутаток Сокеток и их актива в управлении страной участвуют еще миллионы трудящихся. В органах народного контроля насчитывается 9,5 млн. человек, членами постоянно действующих производственных совещаний избрано 5,5 млн. человек. Членами профсоюзов состоят 125 млн. человек, а ВЛКСМ насчитывает 36 млн. В научно-техническом обществе и Всесоюзном обществе изобретателей и рационализаторов состоит 13,5 млн. человек. Эти цифры — еще одно доказательство того, что при социализме управление делами общества во всех сферах и на всех уровнях осуществляется самими трудящимися.

    При характеристике сочетания государственных и общественных начал в развитии социалистической демократии следует иметь к виду следующие моменты. Соотношение этих начал представляет собой пе постоянную, а переменную величину, изменяющуюся под воздействием условий, потребностей и возможностей! управления делами общества. Было бы неверно конструировать заранее некую абсолютную схему, одинаково подходящую для всех этапов социалистического и коммунистического строительства. Оптимальное сочетание государственных и общественных начал должно определяться в результате тщательного анализа достигнутого этапа, всех факторов социального развития. Но за-коиомерной чертой социализма является то, что укрепление государства сопровождается расширением и углублением общественных начал в социальном управлении.

    Было бы, разумеется, неверно противопоставлять государственные начала общественным и рассматривать их развитие как своеобразную конкуренцию. Как свидетельствует опыт, для подобного противопоставления пет и по может быть оснований. Более того, однобокий подход к развитию социалистической демократии, стремление продвигать вперед государственные начала без общественных, а общественные без государственных не приведет к желаемым целям. Развитие социалистической демократии не может идти по пути «переливания власти» от государства к общественности или наоборот. Ведь если функции государственных органов будут безосновательно сокращаться, а на общественные организации стапут возлагаться задачи, которые они не в состоянии решать столь же квалифицированно и аффективно, как это делало государство, то будет снижен уровень управления делами общества. Пе может дать результата и необоснованное сокращение звеньев государственного аппарата п их замена общественными подразделениями там, где для этого нет необходимых условий. Такого рода перегибы не повышают, а понижают значение общественных начал, ослабляют действенность и авторитет всего механизма социалистической демократии. Не менее ошибочен был бы и крен в другую сторону, означавший стремление решить все задачи по руководству общественным развитием исключительно силами iосударствеипого аппарата. Это вело бы не иначе как к отчуждению государства, нарастанию явлений бюрократизма и технократизма.

    Особое значение в современных условиях приобретают расширение и углубление принципов социалистической демократии непосредственно в сфере производства, т. е. там, где человек трудится, раскрывает свои творческие силы и возможности. Это закономерное явление, отражающее изменения, происходящие как в области хозяйствования, так и во всем обществе. Необходимо учитывать, что управление производством все больше усложняется. Это касается не только процессов технологии, но и внутренних связей между людьми в ходе производственной деятельности, отражающихся как на технико-экономических, так п на общесоциалытых результатах. Но дело не только в этом. Существенно изменились и сами трудящиеся, они имеют высокий уровень сознательности, общей и профессиональной культуры, они способны компетентно решать вопросы деятельности предприятий и учреждений. За годы социалистического строительства у трудящихся окрепло и развилось хозяйское, заботливое отношение как к общенародной собственности в целом, так и к «своему» участку работы в особенности. Изменение в социальной психологии людей выражается в том, что их участие в управлении производством стало обычным, «нормальным» поведением.

    В новой Конституции СССР подчеркивается возросшее значение трудовых коллективов. Они наделены полномочиями по участию в обсуждении и решении государственных п общественных дел, в планировании производства и социального развития, в решении многих других вопросов жизни предприятий, условий труда и быта его работников.

    Единство и целостность политической системы, согласованность функционирования входящих в псе компонентов обеспечиваются нормами политической жизни. К ним относятся прежде всего предписания, зафиксированные в праве, в первую очередь в Конституции СССР, важнейшие партийные документы, в особенности Программа и Устав КПСС, решения съездов партии, программные и уставные документы профсоюзов, комсомола, кооперации, добровольных обществ и других общественных организаций. Большую роль в функционировании политической системы, в регулировании политических отношений играют также традиции политической жизни, многие из которых сложились еще в первые годы Советской власти. К их числу относятся, например, традиции совместного выдвижения кандидатов в депутаты коллективами различных предприятий и учреждений, традиции политических манифестаций и демонстраций, широких всенародных обсуждений и т. п.

    Реальность и глубина участия населения в политической жизни зависят от ряда факторов, в том числе от экономического и культурного уровня людей. Особое месго среди таких факторов занимает политическая культура, которую можно в самом общем виде определить как состояние компетентности населения в вопросах управления страной, в вопросах решения самых разнообразных политических дел на различном уровне.

    Дальнейшему повышению политической культуры масс, безусловно, способствует последовательное проведение в жизнь принципов демократии, закрепленных в новой Конституции СССР, в том числе принципов работы государственных органов — гласность, информированность населения, вынесение важнейших вопросов на обсуждение народа.

    Уровень политической культуры тесно связан с политической активностью масс, для которой первостепенное значение имеют социально-политический статус гражданина, его реальные возможности участвовать в управлении делами страны. Идея, заложенная в Конституции СССР 1977 г., состоит в том, чтобы политически и юридически стимулировать развитие политической активности населения. В этих целях в конституционном тексте зафиксированы такие принципиальные политические права граждан, как право на участие в управлении, право на критику, широкие избирательные права, право на объединение и т. п.

    Новая Конституция СССР отражает возросшую роль общественного мнения. Это — серьезнейший фактор в выработке и проведении политики, функционировании и развитии всей полнтиче-ской системы. Сила и действенность общественного мпения становятся еще более значительными с ростом политической сознательности широких народных масс. Общественное мнение оказывает влияппе на развитие как всего общества, так и каждого его члена, оно способствует утверждению передовых взглядов, оценок, традиций, свойственных человеку повой исторической эпохи. Возможности выявления и учета общественного мнения существенно расширяются, в особенноегп через наказы избирателей депутатам, всесоюзпме, республиканские н местные дискуссии по важнейшим вопросам государственной п обществеппой жизни, через собрании, проводимые и трудовых коллективах, различною рода лпкетиые онросы, обобщение предложений, поступающих в государственные органы и общественные организации, а также через средства массовой информации: печать, радио, телевидение.

    В современных условиях формы ирнилечеппя паселення к управлению становятся более многообразными и содержательными. И это закопомерно: демократия ие является чем-то застывших*, неизменным, в новых общественных условиях опа развивается с учетом как накопленного опыта, так п otic рыпающихся возможностей. Критериями развития демократии служит широта вовлечения трудящихся масс в управление делами государства п общества, самостоятельность и действенность участия масс в управлении, повседпсвность и систематичпость этого участия.

    На этане развитою социализма происходит укрепление единства и целостности политической системы. Это предопределяется упрочением социальпо-экопомичсской, политической и идеологической общности советского народа, повышением уровня организованности и активности населения, развитием павыков п традиций советской социалистической демократии, всем советским образом жизни.

    УЧАСТИЕ НАСЕЛЕНИЯ В УПРАВЛЕНИИ СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИМИ ПРЕОБРАЗОВАНИЯМИ КАК КРИТЕРИЙ УРОВНЯ РАЗВИТИЯ ДЕМОКРАТИИ

    Усиление воздействия народных масс на социально-политическое развитие отдельных стран, все возрастающее влияние общественных сил на политику правительств этих стран — одна из характерных черт современного мирового развития. Без преувеличения можно сказать, что широкие слои населения никогда не оказывали столь активного и действенного влияния на социально-политическое развитие, как в наше время. Возрастание роли народных масс в полить ко в первую очередь предопределяется самим характером нашей эпохи — эпохи перехода от капитализма к социализму, эпохи величайших революционных перемен в жизни пародов на всех континентах. Основную роль в этом процессе играет возникновение Советского Союза, мировой системы социализма. Социализм снял «тайные покровы» сполитики, раскрыл се подлинную суть, экономическую, классовую обусловленность, механизм практического осуществления.

    Революционный процесс в паше время ввел в водоворот политики народные массы в повиданных прежде масштабах, превратив их в движущую силу социально-политического развития. Ныне даже консервативные круги на Западе вынуждены считаться с мнением п настроениями масс, строить политику с учетом этого важного фактора.

    В связи с этим несколько изменяется подход к оценке роли народных масс и в буржуазной политологии. Примечательно, что среди представителей со многочисленных течений все меньше остается сторонников широко распространенных в прошлом теорий, отрицающих роль народных масс в социально-политическом развитии. Едва ли не наиболее популярным становится тезис, будто современная демократия в странах Запада является истинно народной, массовой, прогрессивной и даже... революционной. С этой целью создаются и широко распространяются различного рода теории — «плюралистической», «популистской», «репрезентативной», «полнархической» и т. п. демократии. В рассуждениях и конструкциях сторонников подобных концепций стержневым остается взгляд на демократию как на некое абсолютное явление, основанный на внеисторических, формальных представлениях о «чистой» демократии. Обращает на себя внимание стремление всячески замолчать или по крайней мере преуменьшить значение определяющего аспекта демократии — ее социально-экономической основы. Понятие демократии как социального и по-

    литичоского института связывается с абстрактным понятием личности, народных масс, трактуемых вне реальных связей с классами, с обществом.

    Марксистско-ленинское понимание демократии в корне отличается от критериев формального демократизма буржуазного общества. Критерием подлинно народного характера социалистической демократии является степень участия населения в управлении делами общества и государства. При социализме, как отмечал В. II. Ленин, «впервые в истории цивилизованных обществ масса населения поднимается до самостоятельного участия не только в голосованиях и выборах, но и в повседневном управлении»

    Представители немарксистской политической мысли, напротив, критерием демократичности политической организации общества, как известно, считают не участие широчайших слоев населения в управлении делами государства и общества, не соответствие внутренней и внешней политики страны интересам народных масс и не связанный с этим постоянный рост творческой активности населения во всех сферах социальной жизни, а формальные признаки, по которым демократия отождествляется с внешними, преимущественно правовыми аспектами.

    Марксизм-ленинизм исходит из неразрывности связи между демократией и эффективностью управления. В. И. Ленин, выдвигая лозунг о необходимости обеспечить поголовное участие всего населения в управлении государством, видит в этом не только дело исторической справедливости, но и средство неизмеримого усиления мощи государственного аппарата 36, поскольку социалистические органы власти объективно выражают научно познанные интересы трудящихся, являются органами управления не только для трудящихся, но и через самих трудящихся 37. Эффективность управления все в большей степени зависит от уровня развития демократических форм и институтов, от степени демократизации управленческой деятельности. Народовластие при социалистическом строе означает пе только свободное волеизъявление населения, но н его повседневное активное участие в осуществлении государственной власти, в принятии ответственных политических решений, в контроле за их исполнением. Народ действует здесь сам и для самого себя: управление народа реализуется посредством самого же народа38.

    При социализме сливаются воедино компетентная, научно оптимизируемая управленческая деятельность государственных органов власти, руководимых политическим авангардом трудящихся — Коммунистической партией, и творческая инициатива все более широких слоев населения, принимающих участие в управ-лонни социально-политическим развитием. Сверяясь с этим критерием уровня развития демократии, подчеркивает Генеральный секретарь ЦК КПСС, Председатель Президиума Верховного Совета СССР JI. И. Брежнев, «мы с полным основанием можем сказать, что наше общество развитого социализма стало и обществом развитой социалистической демократии. 11а этапе зрелого социализма, в условиях общенародного государства все более широкое и активное участие трудящихся масс в управлении жизнью страны прочно утвердилось как центральное направление политического развития советского общества» 39.

    Отличительной чертой этого развития является постоянное совершенствование социалистической демократии, нашедшее законодательное закрепление в ногой Конституции СССР.

    «В демократии.-- подчеркивал К. Маркс,— не человек существует для закона, а закон существует для человека... Таков основной отличительный признак демократии» Эти слова с большой точностью выражают сущность социалистического идеала демократии, воплощенного ныне в повой Советской Конституции. Это именно такой закон, который создал и существует для человека. Конституция закрепила исторические достижения социалистического общества, создание первого в мире общенародною государства, цель которого служить трудящимся, их интересам, упрочивать идеалы мира, свободы, социализма. Конституция СССР 1077 г. не только закрепляет существующий уровень демократизма, но и определяет программу его дал внешнего развития. «Основным направлением развития политической системы советского общества,— говорится в ст. 9 Конституции СССР,— является дальнейшее развертывание социалистической демократии: все более широкое участие граждан в управлении делами юсударстпа и общества, совершенствование государственного аппарата, повышение активности общественных организаций, усиление народного контроля, укрепление правовой основы государ-eiBeiiimii и общественной жизни, расширение гласности, постоянный учет общественного мнения».

    Общеизвестны успехи советского общества в проведении курса па всемерное расширение участия населения в управлении социально-политическим развитием страны, который реализуется в формах представительной и непосредственной демократии.

    В СССР представительная демократия — это народовластие, осуществляемое прежде всего через избираемые населением органы государственной власти — Советы народных депутатов, которые действуют от имени и по поручению народа в рамках полномочий, установленных Конституцией СССР и другими законами. Как сказано в ч. 2 ст. 2 Конституции, «народ осуществляет государственную власть через Советы народных депутатов, составляющие политическую основу СССР». Сила Советов как представительных органов государственной власти состоит не только в том, что они во всей своей деятельности опираются на широчайшие массы населения, хотя это обстоятельство уже само по себе коренным образом отличает советскую политическую систему от любых форм власти в условиях буржуазного общества. Главное заключается в том, что народ и социалистическом обществе является активным и единственным субъектом осуществления власти. Народные массы сами создают органы государственной власти, представители парода, будучи избраны депутатами Советов, осуществляют эту власть. Активное участие в выборах органов власти (начиная с 1939 г. в выборах в Советы всех ступеней участвуют более 99% избирателей) —закономерное яв-лепне в нашей страпе, где вся власть принадлежит пароду. Советы вбирают в себя лучшие сплы общества, цвет рабочего класса, колхозного крестьянства, народной интеллигенции, представляют более ста наций и народностей пашей страны. В отличие от представительных органов, существующих в буржуазных странах, советские оргапы государственной власти действительно отражают социальную структуру общества, представительны, глубоко народны и по своему составу, и по содержанию своей деятельности. Свыше 67% советских депутатов — рабочие и колхозники, непосредственно занятые на производстве. Около половипы всех депутатов — женщины, примерно одна треть — молодые люди в возрасте до тридцати лет. За два последних десятилетия в пашей стране около 20 млн. человек выполняло в Советах государственную работу в качестве депутатов. Почти 35 млн. человек — активисты Советов, принимающие самое непосредственное участие в их деятельности. Все Советы в СССР от местных до верховных составляют едипую систему органов государственной власти н как полновластные органы рассматривают и решают все осповные, принципиальные вопросы общественной н государст-веипой жизни. Они формируют, направляют п контролируют основные звенья государственного аппарата. Соединяя в себе законодательную и псиолнптельпую власть, принятие решений и их исполнение, Советы обеспечивают то, чего не может дать буржуазная демократия: осуществление пародоиравстиа на деле, всевластие н верховенство народа.

    Объективные тенденции современного перпода развития социалистической демократии отражают реальпые социальпо-экопо-мическис процессы, происходящие в зрелом социалистическом обществе. Закрепленное новой Конституцией СССР расширение полномочий представительных opianoo власти по государственному руководству развитием экономики и иге более широкому регулированию социальных процессов и явлении свидетельствует об углублении пх функций в области управления хозяйственным и социально-культурным строительством. Концепция обеспечения

    Советами народных депутатов всех уровней комплексного развития своих территорий, сформулированная в Конституции СССР, предполагает дальнейшую демократизацию процессов реализации экономических и социальных задач общества. Усиливается связь всей системы демократии и ее институтов с развитием социально-экономических процессов в социалистическом обществе. Демократия становится активным фактором руководства этими процессами.

    Концепция социалистической демократии включает в себя далее сочетание представительной и непосредственной демократии, которые в условиях социалистического строя не противостоят друг другу, а действуют в гармоническом единстве. И та, и другая форма осуществления народовластия осповывается на политической активности и самодеятельности масс в управлении делами общества.

    В отличие от представительной демократии, которая дает народу возможность реализовывать государственную власть через избираемые им органы, непосредственная демократия как прямое народовластие означает прямое волеизъявление населения при выработке и принятии государственных решений, а также их прямое участие в проведении этих решений в жизнь, в осуществлении народного контроля.

    Гармоническое единство представительной и непосредственной демократии заложено уже в организации и деятельности Советов — выборы депутатов населением, их регулярная отчетность перед избирателями и трудовыми коллективами и право отзыва депутатов, наказы избирателей депутатам, отчеты исполнительных комитетов Советов перед населением и др. По предложению депутатов Верховного Совета СССР в новую Конституцию внесена норма, обязывающая Советы и создаваемые ими органы систематически информировать население о своей работе и принятых решениях. Это способствует более последовательному осуществлению принципа гласности — важнейшего принципа деятельности Советов, о которых В. И. Ленин говорил, что это «власть, открытая для всех, делающая все па виду у массы, доступная массе, исходящая непосредственно от массы, прямой н непосредственный орган народной массы и ее воли» Только в 1976 г., например, по отчетам депутатов местных Советов в стране было проведено свыше 3435 тыс. собраний, на которых присутствовало 186 млн. граждап. В обсуждении отчетов исполкомов местных Советов нынешнего созыва в течение первого года их работы участвовало около 60 млн. человек. Каждые два года местные Советы принимают к исполнению до 800 тыс. наказов, выражающих нужды и требования населения. Принцип подотчетности депутатов перед населением сочетается с правом отзыва, которым обладают избиратели по отношению к депутату, не оправдавшему доверия. За последние десять лет из Советов разных ступеней, включая Верховный Совет, было отозвано свыше 4 тыс. депутатов. Так что ото демократическое право у пас не только декларируемся, по и осуществляется практически, служит средством повышения ответственности депутатов за свою деятельность.

    Гармоническое сочетание форм представительной и непосредственной демократии осуществляется путелт внедрения в общественно-политическую практику всенародных обсуждений наиболее важных вопросов государственной жизни, собраний по месту жительства и т. д. Многие из этих форм получили законодательное закрепление в новой Конституции 0СС1 Важно подчеркнуть, что право граждан на участие в управлении государственными и общественными делами, внесение в государственные органы и общественные организации предложений об улучшении их деятельности, право критики недостатков в работе не просто возводится в ранг конституционных установлений, но и гарантируется. «Должностные лица,— говорится в ст. 49 Конституции,— обязаны в установленные сроки рассматривать предложения и заявления граждан, давать на них ответы и принимать необходимые меры. Преследование за критику запрещается. Лица, преследующие за критику, привлекаются к ответственности».

    Все важнейшие проблемы политической, экономической, социальной жизни страны обсуждаются и решаются в СССР при широчайшем и непосредственном участии всего паселешщ. Это и есть подлинный демократизм, который состоит не только в том, что трудящиеся осуществляют свою волю через своих представителей, по и в том, чтобы «вся масса сама подавала созпатель-но голос по существу важнейших вопросов» 40. На таком всенародном форуме был поставлен и вопрос о новой Конституции СССР, о том, какой ей быть. В этом по-настоящему всенародном обсуждении приняло участие свыше 140 млн. человек — более четырех пятых взрослого населения страны. 180 тыс. писем трудящихся — живые, подлинные документы советской демократии. Около 400 тыс. предложений к проекту Основного Закона внесли советские люди. «Так что, когда мы говорим, что подлинным творцом Конституции является весь советский народ, то это не преувеличение, не красивая фраза. Это факт. И оп свидетельствует о том, что у нас пет отчуждения трудящихся от политической власти, полностью преодолено извечное для эксплуататорского общества недоверие масс ко всему государственному» 41.

    Социалистическая демократия не ограничивается сферой государственного строительства. Она охватывает не только сферу политики, но и экономическую и духовную жизнь общества, тогда как в течение длительного времени с понятием демократия связывалась только область политических отношений!0. В свя-:ш с этим уровень развития и глубина демократизма того или иного общества рассматривались главным образом через призму политических институтов и правовых систем (выборы, представительство, многопартийность'и т. п.).

    Зрелый социализм характеризуется не только принадлежностью власти трудящимся, но и все расширяющимся непосредственным участием граждан в государственном, хозяйственном и социально-культурном строительстве на всех уровнях управления. Ведущей тенденцией становится демократизация управления применительно ко всем сферам общественной жизни и создание все более доступных экономических и социальных условий для ее реального осуществления.

    Социалистическая демократия, распространяясь на всю общественную жизнь, предполагает активное участие масс в управлении производством. По многочисленным предложениям населепия в новом Основном Законе за трудовым коллективом — одной из составных частей политической системы советского общества — закреплены широкие права в обсуждении и решении государственных и общественных дел, в управлении предприятиями и учреждениями. С расширением прав и возможностей трудовых коллективов повышается роль рабочих собраний, ностояпно действующих производственных совещапий. 6,5 млн. членов этих совещаний в прошлом году впеелп около 1,5 млн. предложений, из которых реализовано 83%. Хозяйственная заинтересованность в повышении эффективности производства и качества работы проявляется и в деятельности оргапов народного контроля, членами которых состоят 9,5 млн. трудящихся.

    Ни одна буржуазная конституция не содержит подобных положений. Не случайно вопрос об участии рабочих в управлении предприятиями представляет собой один из наиболее важных объектов борьбы трудящихся в странах капитала. Монополии целиком держат в своих руках управление заводами, фабриками, практически не допуская рабочих к этому делу. Политическая активность производственных коллективов категорически запрещается и всячески подавляется.

    Участие населения в управлении делами общества и государства осуществляется также через разветвленную сеть массовых общественных организаций, которые оказывают все большее влияние па работу органов государственной власти и управления. Профсоюзы, комсомол, различные творческие союзы, научно-технические общества и другие общественные организации обеспечивают реализацию многообразных специфических интересов различных групп населения, увязывая и согласовывая их с интересами общества. Конституция СССР 1977 г., повышая значение деятельности этих массовых организаций трудящихся, их роль в политической системе общества, закрепляет за ними в лице общесоюзных органов право законодательной инициативы (ст. ИЗ).

    Охват различными формами социально-политического творчества и управления практически всего взрослого населения — вот в чем решающее преимущество системы социалистической демократии. Подсчитано, что в СССР каждый четвертый гражданин старше 18 лет активно участвует в повседневном управлении делами государства. Руководящим ядром ото й системы социалистической демократии является 16-мпллтгоштая партия коммунистов, главный носитель принципов социалистического демократизма. Нет в советском общенародном государство другой политической силы, которая бы так полно выражала интересы и волю всего советского народа. Смысл партийного руководства состоит в том. чтобы обеспечить нерушимое идейно-политическое единство всего общества, обеспечить целенаправленное развитие всех составных частей общественного организма. Кроме Коммунистической партии у пас нет и пе может быть другой политической организации, которая учитывала бы иптерссы и особснпости существующих у нас классов и социальных групп, всех национальностей п народностей, всех поколений, сочетала эти интересы в своей политике. Партия заботится о том, чтобы мелкие н мельчай лиге ручейки текущих повседневных дел гармонично сливались в единый могучий поток42. Эта роль КПСС законодательно закреплена в новом Основном Законе Союза ССР, который устанавливает также важнейший принцип ее деятельности: все партийные организации действуют в рамках Конституции СССР (ст. 6).

    Объединяя и направляя деятельность всех государственных и общественных организаций, партия в интересах расширения демократизма, заложенного в природе социалистического общественного строя, направляет свои усилия на расширение прав и свобод граждан, укрепление социалистической законности и правопорядка. Конституция СССР отражает социалистическую концепцию прав человека, которая определяется тем, что подлинная свобода находит свое выражение в освобождении человека от эксплуатации, от экономического и политического угнетения, всемерном приобщепии его к сфере управления общественными п государственными делами. Советский закон охраняет права и интересы личности, общественных организаций, которые составляют вместе с государственными органами едипый гибкий н взаимосвязанный политический механизм, направляющий развитие советского общества, обеспечивающий все более широкое развитие в СССР системы народовластия, все более широкое участие населения в управлении делами общества и государства, вовлечение его в активную политическую жизнь. Опыт СССР и других социалистических страп подтверждает, что это является действительным критерием развития подлинной демократии.

    ЛИЧНОСТЬ И ЕЕ ПОЛИТИЧЕСКАЯ АКТИВНОСТЬ В ОБЩЕСТВЕ РАЗВИТОГО СОЦИАЛИЗМА

    В ходе социалистического и коммунистического строительства сформировался новый человек — активный строитель нового общества. Содержанием всей его жизни становится вдохновенный труд во имя коммунизма. Он соединяет в себе идейную убежденность и огромную жизненную энергию, постоянное стремление к высотам знаний и культуры, чувство коллективизма и товарищеской взаимопомощи. Это — человек большой политической культуры, активной жизненной позиции, его характерная черта — социальная, в том числе политическая, активность.

    Социальная активность выступает как мера социальной деятельности человека в различных областях его жизни: материальной, духовной, политической. Качественная сторона активности определяется мотивами, целями, причинами деятельности, ее интенсивностью, направленностью и самое главное конечными результатами. При определенных условиях социальная активность превращается в качество личности, черту ее характера. Здесь наиболее ярко проявляется сочетание общественных и личных интересов.

    Высокая трудовая и социально-политическая активность личности служит одной из качественных характеристик нового, социалистического образа яшзни. Политическая жизнь, совершенствование организационных форм осуществления народовластия — это основа для развития каждой личности в зрелом социалистическом обществе. Процессы включения личности в политическую жизнь, в механизм управления государственными и общественными делами обогащают человека, развивают его творческие возможности и задатки, т. е. служат его свободному и всестороннему развитию. В свою очередь, личность своим трудом, политической активностью, всей деятельностью воздействует на общество и государство, на все стороны функционирования политической системы. Причем сила этого воздействия как результат все более активпого использования гражданами своих политических и иных прав и свобод возрастает по мере социального прогресса.

    Конституция СССР 1977 г., Конституции союзных п автономных республик наиболее полно и четко сформулировали основные права и свободы в сфере политических отношений, тесно увязав систему этих прав и свобод со всеми сторонами политического самоуправления советского народа и формами реализации социалистического народовластия в стране. Круг политических прав и

    свобод граждан существенно расширился за счет закрепления таких новых прав н свобод граждан, как право участвовать в управлении государственными и общественными делами, в обсуждении п прииятип закопов и решеппй общегосударственного и местного значения, право вносить в государственные органы и общественные организации предложения об улучшении их деятельности, критиковать недостатки в работе, право обращаться с жалобами па действия должностных лиц в государственные органы и общественные организации (в том числе в суд) и др. Наряду с новыми политическими правами и свободами советские конституции последовательно закрепляют общедемократические права и свободы граждан: избирательные нрава; свободы слова, печати, собраний, митингов, уличных шествий и демонстраций; право объединяться в общественные организации. Одна из характернейших особенностей политических прав и свобод граждан СССР — их обеспеченность всеми достижениями социализма.

    Зрелое социалистическое общество — это относительно длительный период на пути к коммунизму, характеризующийся нарастанием темпов и усилением гармопичпости развития всех сторон жизпи данного общества, будь то сфера общественного производства, политического управления, культуры и т. п. Это обусловливает обогащение содержания прежних и появление новых нрав, свобод и законных интересов граждан СССР, в том числе в политической сфере общественной жизпи. Одпнм из факторов, определяющих развитие политических прав и свобод г