Юридические исследования - Введение в криминологию. Верон Фокс. -

На главную >>>

Криминология и виктимология: Введение в криминологию. Верон Фокс.


    В книге известного американского ученого В. Фокса дана широкая панорама криминологических теорий, описываются конкретные методы воздействия на преступников и прогнозирования преступного поведения, используемые в США. Автор приводит результаты многочисленных исследований юристов, социологов психиатров и психологов, рассматривает модели преступного поведения. Издание рассчитано на научных работников в области права, социологии и психологии, на преподавателей и студентов юридических факультетов, а также на работников милиции, прокуратуры и суда. Оно представляет интерес и для широкого круга читателей.



    В.Фокс

    ВВЕДЕНИЕ

    В КРИМИНОЛОГИЮ

    Перевод с английского

    ПОД РЕДАКЦИЕЙ И СО ВСТУПИТЕЛЬНОЙ СТАТЬЕЙ ДОКТОРА ЮРИД. НАУК ПРОФ. Б. С. НИКИФОРОВА И КАНД. ЮРИД. НАУК В, М. КОГАНА

    МОСКВА

    «ПРОГРЕСС»

    Перевод

    кандидата юрид. наук JI. А. НЕЖИНСКОЙ и М. А. ТУМАНОВОЙ

    Редактор 3. И. ЛУКОВНИКОВА



    В книге известного американского ученого В. Фокса дана широкая панорама криминологических теорий, описываются конкретные методы воздействия на преступников и прогнозирования преступного поведения, используемые в США. Автор приводит результаты многочисленных эмпирических исследований юристов, социологов психиатров и психологов, рассматривает модели преступного поведения.

    Издание рассчитано на научных работников в области права, социологии и психологии, на преподавателей и студентов юридических факультетов, а также на работников милиции, прокуратуры и суда. Оно представляет интерес и для широкого круга читателей.

    ИВ № 4931


    Художник В. С. Чернецов. Художественный редактор В. А. Пузанков. Технические редакторы Р. Ф. Медведева и Г. В. Левина,КорректорТ. А. Шустина Сдано в набор 25.10.79. Подписано в печать 14.08.80. Формат 84ХЮ8!/з2» Бумага типографская № L Гарнитура нов. обыкн. Печать высокая. Условн. печ. л. 16,38. Уч.-изд. л. 17,11. Тираж 20 ООО экз. Заказ № 426. Цена 1 р. 20 к.

    Изд. № 27865

    Издательство «Прогресс» Государственного комитета СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли. Москва 119021, Зубовский бульвар, 17

    Ленинградская типография № 2 головное предприятие ордена Трудового Крас* ного Знамени Ленинградского объединения «Техническая книга» им. Евгении Соколовой Союзполиграфпрома при Государственном комитете СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли.

    198052, г. Ленинград, Л-52, Измайловский проспект, 29

     Редакция литературы по вопросам государства и, права


    © Перевод на русский язык с изменениями и вступительная статья «Прогресс» 1980

    Книга американского профессора В. Фокса «Введение в криминологию» знакомит читателя со множеством интересных фактов и вводит его в широкий круг сложных проблем. Факты, о которых рассказывается в книге,— это состояние и динамика преступности в США, особенности отдельных категорий преступников, меры борьбы с преступностью. Проблемы, которые в ней затрагиваются,— это причины преступности в США, факторы, обусловливающие совершение отдельных видов преступлений и преступную активность отдельных групп населения, цели уголовной юстиции.

    Автор излагает различные подходы к изучению преступности, существующие в современной американской криминологии, раскрывает специфику конкретных — по преимуществу некарательных — методов воздействия на преступников и прогнозирования преступного поведения, приводит многочисленные схемы типологии и классификации преступлений и преступников. В книге широко представлены результаты эмпирических исследований и данные официальной уголовной статистики. В качестве иллюстрации теоретических положений автор использует такой необычный для научного труда материал, как сведения о жизни и карьере преступников, получивших в США громкую известпость.

    Преступпость как массовое явленно и социальная проблема, вызывающая растущую тревогу общества,— это зпамение капитализма и его порождение. И не случайно поэтому самая высокая преступность и самая большая озабоченность в связи с ней характерны для США — Страны, где капитализм получил наиболее полное развитие. «Должно быть, есть что-то гнилое в самой сердцевине Такой социальной системы,— писал К. Маркс,— которая увеличивает свое богатство, но при этом не уменьшает нищету, и в которой преступность растет даже быстрее, чем численность населения» 1.

    Социальную обусловленность преступности непосредственно на американской почве показала экологическая, или чикагская, школа криминологии, усилиями которой были выявлены и описаны городские районы социальной дезорганизации, где царят нищета и преступность. Исследования К. Шоу и Г. Маккея, анализировавшие положение, сложившееся в 1927—1933 гг., отразили не исключительное явление временного характера, а имманентное свойство социальной жизни в капиталистической Америке. И в 1970 г. на основе новых данных бывший министр юстиции США Р. Кларк снова говорит о городских районах, где по сравнению со средними показателями смертность на 25% выше, а продолжительность жизни на семь лет меньше, где безработица в пять раз больше, а срок обучения на четыре года короче, где проживает 10% населения, но производится две трети арестов за опасные преступления. «Бедность, болезни, несправедливость, праздность, невежество, человеческое убожество и преступность идут рука об руку,— пишет Р. Кларк.— Такова правда» *.

    В любом обществе, в том числе и в американском, преступность представляет собой антинародное явление. Антинародный характер преступности в целом и каждого из ее видов в отдельности наиболее отчетливо выражается в том, что в подавляющем большинстве случаев жертвами преступлений становятся трудящиеся. Преступность всех видов направлена именно против их непосредственных интересов — жизни, здоровья, имущества.

    Как свидетельствует американская уголовная статистика и эмпирические исследования, американское государство не в состоянии выполнить свою обязанность перед гражданами — обязанность обеспечить их безопасность от преступных посягательств.

    Множественность теорий в американской криминологии, которой порой так гордятся ее представители, как раз и отражает попытки найти ответ на все более остро стоящий практический вопрос: что делать с преступностью, которая вышла из-под контроля и сама уже контролирует американские города? Как показывает опыт,

    эти поиски не дают эффективных решений, ибо буржуаз-

    1

    пая наука лишена подлинно научной методологии, какой является марксизм-ленинизм.

    В предлагаемой вниманию читателя книге, которая издается с некоторыми сокращениями за счет материала, не имеющего непосредственное отношение к криминологии, последовательно рассматриваются биологические и экономические теории этиологии преступного поведения, экологическая теория, теории дифференцированной связи, аномии, отчуждения, субкультур, нейтрализации, «дрей-фа», стигматизации и др. Автор подчеркивает преемственность идей и направлений, выделяет их основателей и продолжателей. Все эти теории, освещаемые В. Фоксом в исторической перспективе и с учетом результатов эмпирических исследований, дают симптоматичную для буржуазной науки картину. Не преследуя цель разоблачения капиталистического общества и игнорируя его классовый, конкретно-исторический характер, буржуазные криминологи, используя конкретный материал окружающей их социальной действительности и следуя объективной логике научного анализа, нередко выступают с положениями, которые объективно имеют обличительный характер.

    Анализируя эволюцию представлений о природной обусловленности индивидуального преступного поведения й способов их эмпирического подтверждения — от «прирожденного преступника», сконструированного Ч. Ломб-розо на основе примитивных антропологических измерений, до современных теорий о криминогенном влиянии нарушений в деятельности желез внутренней секреции либо хромосомпых аномалий, использующих биохимичс-п.ис методы исследования,— автор показываетбезрезультатность попыток объяснить преступление с биологических позиции.

    Как указывает В. Фокс, не были плодотворными американские исследования проблемы обусловленности преступности экономическими факторами: положение о том, что представители низших социально-экономических слоев общества чаще оказываются преступниками и делинквентами, в последние годы оспаривается самими американскими учеными, положение же о том, что имущественные преступления растут в периоды экономических спадов, а преступления против личности — в периоды процветания, не получило достаточно убедительного объяснения.

    В. Фокс правильно подчеркивает, что анализ экономических аспектов социальных проблем, включая проблему преступности, невозможен без учета того вклада, который внес в их разработку К. Маркс. Однако, находясь в плену буржуазной традиции, он толкует учение Маркса ошибочно, сводя его к экономическому детерминизму* Между тем, как известно, марксизм рассматривает общество как систему, в которой не только базис определяет надстройку, но и надстройка, в свою очередь, оказывает обратное влияние на базис. «Экономическое положение — это базис,— писал Ф. Энгельс,— но на ход исторической борьбы также оказывают влияние и во многих случаях определяют преимущественно форму ее различные моменты надстройки: политические формы классовой борьбы и ее результаты — государственный строй, установленный-победившим классом после выигранного сражения, и т. п. правовые формы и даже отражение всех этих действительных битв в мозгу участников, политические, юридические, философские теории, религиозные воззрения и их дальнейшее развитие в систему догм» К Фокс ошибается не только тогда, когда он ограничивает вклад; марксизма в развитие криминологии анализом экономической обусловленности преступности, но и тогда, когда рассматривает марксистское объяснение преступности как одно из частных объяснений в рамках теории конфликта. Он также переоценивает значение сферы сознания в целом и отдельных ее феноменов в частности, В. Фокс утверждает, что общества отличаются друг от друга ценностными представлениями, игнорируя тот факт, что в каждую эпоху в каждом обществе господствующими представлениями являются ценностные представления господствующих классов. Он считает, что закон во все большей степени воплощает принцип справедливости, не учитывая, что «эта справедливость всегда представляет собой лишь идеологизированное, вознесенное на небеса выражение существующих экономических отношений либо с их консервативной, либо с их революционной стороны»2. Он полагает, что право, как социальный институт и как профессия, прошло в своем развитии три стадии — от начальной фрагментарности до современной 8релости,— игнорируя тот факт, что этот процесс, сколько бы стадий в нем ни выделять, отражает динамику социальных потребностей в том или ином правовом регулировании общественных отношений.

    Американская криминология восприняла и развила разработанную французским социологом Э. Дюркгеймом теорию аномии. Состояние аномии означает упадок общественной морали, отсутствие общепринятых норм поведения, социально-политическую дезорганизацию общества. В ее мертоновском, американском, варианте теория аномии вскрывает свойственный буржуазному обществу конфликт между целями, к которым оно побуждает стремиться своих членов, и легальными возможностями достижения этих целей, которые оно им предоставляет* Концепция Р. Мертона и приводимые В. Фоксом результаты дальнейших исследований в этом направлении являются своеобразным подтверждением марксистско-ленинской трактовки буржуазного общества как общества, в котором существует одно только формальное равенство, лишь усиливающее неравенство фактическое. В условиях конфликта между нормативно определенными целями и средствами их достижения преступность оказывается способом преодоления фактического неравенства.

    Концепция Р. Мертона, как и другие буржуазные социологические концепции, имеет ограниченный характер* Р. Мертон пытается объяснить преступность в одном ряду с такйми явлениями, как уход от жизни или «мятеж» против существующего правопорядка. Все это, по его мнению, результат того, что индивид не может добиться успеха в рамках конкретной пормативпой структуры целей и средств. В концепции Мертона по отражена роль политических идей, общественного сознания и классовой борьбы, которая является движущей силой развития антагонистического общества.

    Одна из наиболее известных американских криминологических теорий— это теория дифференцированной связи, созданная Э. Сатерлендом, который показывает, как индивид становится преступником в условиях, когда преступность уже существует, но не объясняет причин возникновения преступности как явления. Его основное положение заключается в том, что преступному поведению учатся. И сама эта теория, и рассматриваемые В. Фоксом результаты ее обсуждения в американской научной литературе снова приводят к выводу о социальной обусловленности преступности в буржуазном обществе. Согласно Э. Сатерленду, преступное поведение есть следствие того, что в окружении индивида оценки, благоприятствующие нарушению закона, преобладают над оценками, благоприятствующими его соблюдению.

    Рост преступности в США, который фиксирует даже официальная статистика, хронически страдающая недостоверностью, свидетельствует о том, что разрыв между целями, которые провозглашает американское общества, и возможностями их легального достижения, которые это общество предоставляет своим членам, постоянно увеличивается и что преобладание оценок, благоприятствующих нарушению закона, над оценками, благоприятствующими его соблюдению, становится все более ощутимым.

    Едва ли не самая новая американская криминологическая теория — теория стигматизации — утверждает, что никакое поведение не является преступным само по себе и не обладает свойствами, которые бы принципиально отличали его от других форм поведения. Преступное деяние является таковым в силу реакции на него со стороны законодателя, полиции и судов. Именно такая реакция, как утверждает эта теория, создает преступление и преступника посредством отрицательной официальной оценки, или стигматизации, то есть клеймения, определенного деяния и совершившего его лица. Теория стигматизации обращает внимание на тот факт, что процесс взаимодействия индивида с системой уголовной юстиции оказывает на него не положительное, а отрицательное влияние, изменяя в худшую сторону, его представление о самом себе, формируя настоящего преступника, активно противостоящего официальному обществу с его законами и моралью. Этот процесс достигает кульминации в американской тюрьме, где; как показывает В. Фокс на материале жизнеописаний преступников и эмпирических исследований, формируется преступное сообщество, как правило не поддающееся исправительному воздействию.

    Известно, что не всякое деяние, обладающее высокой степенью общественной опасности, признается преступлением. Преступление — это всегда синтез двух составляющих: общественной опасности деяния и его оценки государством, которое одно только может запретить деяние под страхом уголовного наказания. Как отмечает

    К. Маркс: «Нарушение закона является обычно результатом экономических факторов, не зависящих от законодателя; однако... от официального общества до некоторой степени зависит квалификация нарушений установленных им законов как преступлений или только как проступков. Это различие терминологии является далеко не безразличным, ибо оно решает тысячи человечесйих судеб и определяет нравственную физиономию общества* Само по себе право не только может наказывать за преступления, но и выдумывать их...» К

    Теория стигматизации искажает существующее положение вещей, так как проходит мимо того факта, что основой признания поведения преступным являются, как правило, экономические и политические интересы господствующего класса, которые с той или иной степенью точности отражает государство.

    Явления стигматизации, которые неправильно истолковывает теория, действительно имеют место в американской жизни. Примером стигматизации могут служить приводимые В. Фоксом высказывания бывшего директора ФБР Дж. Э. Гувера о преступниках, направленные на то, чтобы связать существование преступности исключительно с испорченностью отдельных людей, преступающих уголовный закон. В подобных случаях стигматизация призвана если не снять, то хотя бы уменьшить ответственность общества за существование преступности, переложив эту ответственность на «выродков», а заодно и на либеральную науку, которая якобы берет их под защиту, когда подчеркивает решающее значенпе социальных условий жизпи, порождающих п стимулирующих преступность в США. Одна по значение стигматизации этим не исчерпывается. Усилившаяся в последнее десятилетие в США борьба властей за «закон и порядок» направлена отнюдь не только и даже не столько против общеуголовной преступности, сколько против прогрессивного общественного движения, которое—будь то протесты против грязной войны во Вьетнаме, борьба негров за фактическое равенство либо иные формы гражданской активности — объявляется преступным и тем самым стигматизируется в глазах американского обывателя, поскольку борец за гражданские права приравнивается таким образом к разбойнику или насильнику.

    Вслед за президентской комиссией по применению закона и отправлению правосудия В. Фокс подразделяет существующие криминологические теории на три группы в соответствии с лежащими в. основе этих теорий идеями. Эти группы, или модели, таковы: регулятивная, или контрольная, модель, которая придает основное значение правовым мерам воздействия на преступника — выявлению преступления, аресту, судебному разбирательству и наказанию; психогенная модель, которая придает основ- . ное значение индивидуальным особенностям преступника, рассматриваемого как социально неприспособленное лицо, нуждающееся в индивидуализированных мерах некарательного воздействия; социогенная модель, которая придает основное значение социальным факторам, таким, как социальная дезорганизация, конфликт норм, отчуждение, ограниченный доступ к образованию и профессиональному продвижению, отсутствие работы.

    В. Фокс неоднократно подчеркивает необходимость использовать «на равных» все подходы для борьбы с таким сложным явлением, как преступность. Однако, быть может, эта позиция является не только проявлением научной добросовестности автора, но и отражением объективной ситуации, существующей в буржуазной науке, когда никто не знает, за какое звено в цепи нужно взяться, чтобы вытащить всю цепь. Сам 'В. Фокс скорее склоняется к социогенной модели. Хотя он нигде не говорит прямо о своих научных предпочтениях, некоторые рассуждения на страницах «Введения в криминологию» достаточно выразительно показывают его социологическую ориентацию.

    В качестве одного из примеров социологизма В. Фокса можно привести его анализ такого вида преступления, как изнасилование. Поскольку жертвой изнасилования может быть любая женщина — молодая и старая, красивая и уродливая — и поскольку каждый понимает, что «дешевле» уплатить проститутке, чем сидеть в тюрьме, автор приходит к выводу, что изнасилование представляет собой несексуальное использование секса, выражающее агрессивность и злобу, порожденные объективной невозможностью проявить себя мужчиной социально одобряемым способом. Изнасилование традиционно относится криминологией к числу преступлений, в этиологии которых существенную роль играют несоциальные

    факторы; Bt Фокс же объясняет его с социологических позиций.

    В. Фокс склонен считать, что юристы находятся В плену юридических фикций, во власти формализма, который идет от далекого прошлого и связан с религией или даже магией, и что в результате этого юридический подход к действительности представляет собой ее упрощение и огрубление. Это тоже проявление социологизма* Но если при объяснении изнасилования социологизм автора расширяет подход к проблеме, то при оценке права социологизм автора его, наоборот, сужает. По-видимому, В. Фокс не вполне учитывает, что формализм права в известной степени есть гарантия законности и, таким образом, выступает в качестве социального фактора. С формализмом права связана завоеванная в борьбе против феодального произвола определенность прав и обязанностей, включая определенность прав и обязанностей гражданина по отношению к своему государству. Отказ от этой определенности, даже под предлогом научно обоснованного приближения к действительности, не знающей абсолютного деления на черное и белое, полезное и вредное, хорошее и плохое, чреват произволом власть имущих и исполнительной власти.

    В книге В. Фокса много типологических схем, авторы которых пытаются рассматривать преступное доведение и специфику отдельных его видов в широком Цонтексте, с использованием данных социологии, психологии и других наук: тут и представление виновного о самом себе как о преступнике, и степопь организованности отдельны'. категории преступников, и их: происхождение п среда, и гтпм т. <пчуд,'денпи от общества, и сходство моделей преступного и неприступного поведения. Этот материал показывает, в частности, что определенные виды преступлений согласуются со взглядами и стандартами определенных общественных групп.

    Яркий пример такого соответствия, нашедший отраженно в некоторых типологических схемах,— «беловоротничковая» преступность, или, как определял ее Э. Сатерленд, преступления занимающих высокое общественное положепие лиц, совершаемые ими в процессе своей профессиональной деятельности!. Эти преступления не

    встречают сурового осуждения в соответствующей социальной группе, ибо теспо связаны с определенными видами легальной деловой активности, предполагающей риск, обман и свободу рук: «Бизнес как бизнес, без сомнения, скрывает в себе широчайший спектр укоренивших-, ся «беловоротничковых» преступлений» 3. Составляющие «идейную» основу этой преступности лозунги «Хватай что можешь!» и «Попадаются только дураки!» в сочетании со всеобщей уверенностью в безнаказанности коммерческих махинаций одновременно содействуют расширению преступности этого вида и оказывают разлагающее влияние на молодежь. Взаимодействие между нашумевшей биржевой аферой и ростом числа* разбойных нападений и краж установить нелегко. Но можно не сомневаться, что оно существует и что «белые воротнички» влияют на своих «уличных» последователей, которые большей частью и попадают в руки американской юстиции.

    Приводимые В. Фоксом типологические схемы отражают сложную взаимосвязь социальных, психологических и юридических факторов. В качестве инструментов криминологического анализа они расширяют существующие представления о различных категориях преступников; их ориентациях и окружении, а также о необходимых мерах воздействия, которые бы отвечали всем выявленным особенностям индивидов и ситуаций. Однако общим недостатком этого большого и интересного материала является отсутствие надлежащей теоретической базы, эмпиризм, неумение отделить главное от второстепенного, неясность многих понятий и нечеткость многих формулировок, что, несомненно, затрудняет их практическое использование. В системе американской уголовной юстиции, перегруженной делами и перенасыщенной произволом и жестокостью, для использования таких схем остается не много места.

    Подробно освещая методы некарательного, психологически ориентированного воздействия на преступников, В. Фокс, к сожалению, не говорит о результатах такого воздействия. Не говорит он о результатах и тогда, когда специально рассматривает вопросы применения теории на практике. И это не случайно. Ибо даже президентская

    комиссия по применению закона и отправлению правосудия была вынуждена прийти к следующему выводу: «В основе лежат такие проблемы, с которыми система уголовной юстиции вряд ли может справиться. Неуправляемость молодежи, широкое распространение наркотиков, существование крайней нищеты в богатом обществе, погоня за долларом любыми доступными средствами — все это такие феномены, которым не способны успешно противостоять ни полиция, ни суды, ни исправительные учреждения, призванные заниматься отдельными преступлениями и отдельными преступниками» 4.

    Известно, что в английском языке справедливость, правосудие и юстиция обозначаются одним словом. Таким образом, юстиция, по крайней мере в лингвистическом плане,— это синоним правосудия и справедливости. Между тем, как свидетельствует В. Фокс, одни и те же законы применяются по-разному; выборочное использование принуждения с целью обеспечить «разумную степень правопорядка» признается государственным принципом; в деятельности полиции, судов и исправительных учреждений нарушаются конституционные гарантии, призванные защитить индивида от необоснованных арестов и осуждений, от жестоких и необычных наказаний; .частые соглашения между обвинителем и защитником о смягчении наказания взамен на признание вины в совершении менее тяжкого преступления приводят к тому, что юридическая квалификация содеянного не совпадает с его фактическим характером; практика подбора присяжных путем манипулирования такими факторами, каксоциальное положению и взгляды отбираемых лиц, в значительной степени предопределяет судебные решения. Какое же правосудно и какую справедливость символизирует такая-юстиция?

    Говоря о книге В. Фокса в целом, следует подчеркнуть, что перед нами интересная и полезная работа, в которой тщательно собран и квалифицированно проанализирован обширный материал по вопросам криминологии.

    «Введение в криминологию» дает достаточно полное представление о современном состоянии этой науки в США. Критическое освоение богатого опыта, накопленного поколениями американских ученых и содержащего при всей его методологической ущербности полезные находки и поучительные неудачи, несомненно, расширит информационную базу отечественной криминологии.

    Б. С. НИКИФОРОВ, В. М. КОГАН

    Цель этой книги — дать широкое представление о преступном поведении и о систоме уголовной юстиции. Она рассчитана на то, чтобы оказать практическим работникам помощь в использовании теории, а ученым — в воплощении теории ‘ в практику, углубив тем самым смысл системы уголовной юстиции в целом.

    Поведение человека — целостное явление, которое в действительности нельзя подразделить на отдельные элементы, такие, например, как социологические, биологические, психологические, экономические и т. д. Подобная разбивка позволяет лишь привести огромное количество информации в состояние, удобное для ее обработки человеком. Подходы к изучению поведения человека в области естественных наук включают химию и биологию, а в области социальных наук — социологию и антропологию. .Что касается психологии, наиболее важной науки для понимания поведения людей, то трудно решить, к числу каких дисциплин она относится: социальных, поведенческих или «чисто» естественных. Медицинский и психиатрический подходы к поведению, его рассмотрение с точки зрения образования и социальной работы или же с позиций иной «терапии» и индивидуального обращения используют при формулировке проблем, касающихся обращения с ипдивидом и изменения его поведения, основы соответствующих знании. Философия и религия первыми начали развивать этические системы, на которых базируется право и уголовное правосудие. Все эти дисциплины необходимы для понимания человеческого поведения, включая и поведение преступное. Попытка понять его с позиций какой-либо одной из них напоминает стремление пятерых слепцов описать слона: каждый из них «прав» постольку, поскольку он остается в пределах своей позиции, но ее изоляция делает его подход к пониманию поведения чрезвычайно ограниченным.

    Образ ученого-криминолога, затерявшегося где-то в тюрьме с режимом максимальной безопасности или в главном полицейском управлении, так же нелеп, как и образы тюремного надзирателя, служащего исправительной системы или полицейского чиновника, присутствующих на теоретическом семинаре по криминологии. Но теория и практика — части единого целого, и их взаимозависимость необходима. Теория без практики столь же бесплодна, как и практика без теории. Хорошая теория произрастает из успешной практики. Чтобы осмысленно исполнять свою работу, хороший практик в системе уго-» ловной юстиции нуждается в добротной теории.

    Последняя работа, обобщившая накопленные к тому времени знания, «Сумма теологии», была написана в XIII в. Фомой Аквинским. К XVIII в., когда промышленная революция изменила экономическую и социальную системы, объем имевшихся знаний, по-видимому, почти удвоился. С того времени и до второй половины XX в. процесс приумножения знаний происходил во все ускоряющемся темпе. Теперь трудно даже предположить, что кто-то может овладеть ими, сохранить их и синтезировать в единой теории человеческого поведения. Вот почему в разных областях науки учеными разрабатываются разные теории поведения, включая и преступное, которые по ряду позиций противоречат друг другу. Одни ученые исследуют поведение крыс в лабиринте и основывают на этом свои представления о наказании и поощрении,- другие изучают вопросы о ценностных ориентациях и чувстве вины и разрабатывают понятие подсознательной мотивации, третьи рассматривают человека как несложно запрограммированную вычислительную машину, четвертые рассуждают о достоинствах телепатии и спиритизма, пятые занимаются конкретными вопросами обязанностей конкретных людей, а ироничный поэт все это развенчивает.

    . В настоящей книге представлены разные и взаимодополняющие точки зрения и подходы к пониманию преступного поведения и системы уголовной юстиции. Хотелось бы надеяться, что ни практические работники, ни ученые не отвергнут их с порога, не обдумав потенциальных возможностей каждой точки зрепия и каждого подхода, и что они расценят их как шаги к пониманию сложных социальных явлений. Люди доброй воли могут разумным образом сотрудничать на благо всего общества даже при частных расхождениях во взглядах.

    Глава 1

    ПОВЕДЕНИЕ И ПРЕСТУПНОСТЬ

    Преступность — побочный продукт цивилизации. Чтобы объяснить преступность, необходимо составить общее Цредставление как о самом поведении человека, так и о силах, поддерживающих порядок в обществе. Преступным поведение становится в результате того, что отдельные поведенческие акты объявляются девиантными и официально признаются криминальными. Силами, традиционно способствовавшими сплочению общества, были религия и право, их сочетание составило основу системы уголовного правосудия. Преступное поведение изучается Специалистами по таким научным дисциплинам, как психология и психиатрия, оно также изучается людьми, занимающимися вопросами образования, и социальными работниками. Система уголовного правосудия изучается представителями социологии, антропологии, экономических и политических наук, религии и права. Все они вносят существенный вклад в понимание преступного поведения и системы правосудия, и признание этого вклада необходимо для постижения той целенаправленной дисциплины и области знания, которая называется криминологией.

    В течение длительпого времени многие представители социальных наук полагали, что преступность — это нормальная функция общества. Например, Фрэнк Таннен-баум писал в 1943 г.: «Преступность вечна так же, как и общество... Чем сложнее оно становится, тем труднее в нем индивиду и тем более частыми бывают его срывы* Огромное число санкций и законов, которые надо соблюдать, только усугубляет зло» *.

    По мнению Дж. Флориты, преступность, как и грех,—• нормальное явление в обществе; ненормальными же

    являются придуманные людьми санкции и законы 5% Эмиль Дюркгейм высказывал сходную точку зрения еще в 1890 г.6 В. Бонгер говорил, что сама структура современных обществ постоянно приводит определенную часть населения к конфликту с правоприменяющей системой7.

    Тезис о том, что у каждого общества есть свой «порог насыщения преступностью», был выдвинут некоторыми из первых ученых, занимавшихся социальными науками (Ферри8 и другие) и разрабатывавших «закон о насы- _ щении преступностью»9. Когда преступность достигает такого порога, тогда она становится вопросом политическим и возпикает коллизия между правопорядком и ослаблением напряженности путем «декриминализации» некоторых деяний. Примеры можно найти в период 60-х и 70-х гг., когда дискутировался вопрос о легализации употребления марихуаны и ряда других наркотиков, проституции, чрезмерного употребления алкоголя, добровольного гомосексуализма совершеннолетних, а также некоторых видов азартных игр. Вместе с тем, если существующий в обществе уровень преступности ниже «порога насыщения», у общества появляется возможность «ужесточения» уголовных законов 10.

    Мысль о том, что преступность — нормальное явление в жизни общества, находит отражение в литературе, кино,

    театре и на телевидении. Давление групповых норм в виде санкций и законов посягает на свободу индивида вести себя независимо по отношению к обществу, поскольку ему приходится укладываться в установленные обществом рамки «свободы» и полезности. Подобный конфликт служит генератором противоречивых реакций у многих конформных индивидов, которые могут дойтй До собственного порога насыщения и решить: «Плевать на то, что подумают соседи!» Это ведет к тому, что преступления и насилие, изображаемые различными видами искусства и средствами массовой информации, представляются своего рода уходом от действительности. Законопослушному гражданину, например, зачастую бывает трудно решить, кто был «хорошим парнем» — Робин Еуд или шериф! В романе «Отверженные» Виктор Гюго описывает беглого каторжника Жана Вальжана, которого годами преследует констебль Жавер. В конце концов каторжника ловят, но роман завершается самоубийством констебля Жавера, вызванным чувством вины за все им содеянное. В городе Сен-Джозефе ’(штат Миссури) есть музей и памятник, созданные в память о Джесси Джеймсе *. Многие жители говорят приезжающим в те места, что это «край Джесси Джеймса!».

    Преступление и насилие — часть современной культуры. Хотя примитивный человек знал, что такое насилие, ему была неведома Та преступность, которая знакома современному цивилизованному миру. Преступление и насилие лежат в сопредельных областях жизни организованного общества, определяющего границы конформного поведения и виды поведения, к которым оно нетерпимо,— так же, как оно определяет сферы стресса. С развитием и усложнением общества умножаются виды социального контроля и соответственно поднимается уровень преступности. Преступление представляет собой нормальное явление, когда поведенческие отношения между, индивидом и его обществом определяются уголовным законом.

    Преступление — показатель социальной патологии. Его функция состоит в том, чтобы указывать границы социального контроля над поведением индивида. В нормально функционирующем обществе отношения между людьми гармоничны. Преступность и насилие возникают, когда общество дезорганизовано и бьется в тисках социальных и экономических проблем. В основе любого сокращения преступности должен лежать широкий социальный и экономический подход, который увеличит возможности социального порядка служить экономическим, социальным и духовным потребностям составляющих это общество- людей. В основе любого объяснения преступности должно лежать понимание поведения, понимание развития общества и системы уголовного правосудия, обеспечивающей контроль над отклоняющимся поведением.

    СВОБОДНАЯ ВОЛЯ

    Вопрос о том, насколько свободна воля человека, остается дискуссионным. Если согласиться с тем, что поведение причинно обусловлено, то трудно поддерживать концепцию свободной воли. Многие теологи и философы придерживаются мнения, согласно которому человек, оказываясь перед альтернативой, свободен в своем выборе* Многие представители социальных наук считают, что выбор происходит на основании предшествующего опыта, ранее сложившихся предпочтений, мнений и ценностных ориентаций. Отсюда следует, что поведение можно прогнозировать*. Люди склонны покупать одни и те же вещи в одних и тех же магазинах, заказывать сходные блюда в любимых ресторанах и т. д. И если национальное теле^ видение может предсказать исход президентских выборов с точностью до одного процента уже тогда, когда еще не закончено голосование на Западном побережье, то очевидно, что техника прогноза по репрезентативным группам и сведения о поведении голосующих подтверждают мысль о прогнозируемости поведения.

    Этот вопрос весьма важен для криминологов и для тех, кто занимается вопросами преступного поведения, поскольку он касается и программ обращения с правонарушителями. Если, например, исходить из того, что поведение определяется свободной волей и свободным выбором, тогда большинство исправительных программ в системе уголовной* юстиции должно строиться на принципах морального перевоспитания и комбинации приемов стимулирования — подавления, основанных на тезисе о том, что «преступление не приносит выгоды». С другой стороны, если поведение не результат выбора, если оно причинно обусловлено, тогда приемлемыми становятся социологические, ч психологические, антропологические, психиатрические и прочие подходы, связанные с социальными и эмоциональными факторами.

    Некоторая путаница в вопросе о свободной воле как антиподе детерминированного или причинно обусловленного поведения возникает в результате чрезмерного упрощения и, вероятно, неправильного толкования позиций теологов и представителей социальных наук11. Папа Пий XII говорил, что, хотя «подсознательные инстинктивные порывы» и могут оказывать влияние на поведение человека, они не обязательно становятся для него определяющими и их не следует рассматривать как силу, полностью выходящую из-под контроля сознания и души12. Напротив, по мнению психиатра Найта, детерминированность поведения отнюдь не означает, что определенные факторы прошлого обязательно становятся причиной невротического поведения индивида во всей его последующей жизни. Найт утверждал, что характер человека и его реакции детерминируются всеми силами, которые рано или поздно, в прошлом или настоящем, внешне или внутренне воздействовали или воздействуют на него 13. Теологи, по-видимому, не отрицают существования причинности, но полагают, что она не обязательно управляет сознанием. Психиатры со своей стороны относятся к религиозному опыту как к части тех сил, которые формируют личность.

    СПРАВЕДЛИВОСТЬ

    Концепция справедливости, как и концепция демократии, возникла в Древней Греции в V в. до н. э. Истоки ее уходят в представления об отмщении и в идеи Ветхого

    Завета. В соответствии с ними смысл справедливости заключается в том, чтобы защитить слабого от сильного и удержать сильного от несправедливых действий. Идеи справедливости, пришедшие в западную цивилизацию, связывают с именем Солона. Дракон создал в 621 г. до н. э. первый в Афинах обширный кодекс, отличавшийся чрезмерной суровостью. Солон (640—560 гг. до н. э.) пересмотрел кодекс Дракона, не затронув при этом закона об убийствах. Реформы Солона оказали значительное влияние на представления о справедливости в Древней Греции. По мнению Платона, справедливость — это рациональный принцип, лежащий в основе моральных устоев и необходимый каждому члену общества, без чего само общество не будет рациональным. Рациональным становится то общество, в котором принцип справедливости имеет силу и явный авторитет. Во II в. до н. э. ранние стоики источником справедливости считали родство; всякий вне его оказывался «сам по себе».

    Справедливость — это прежде всего защита слабого от сильного и умерение силы мудростью. Справедливость подразумевает привнесение в закон морали. Хотя закон в целом и направлен на сохранение статус-кво, будь то в отношении старой феодальной системы, церкви, монархии, государства или любой экономической системы, он тем не менее медленно изменяется, все в большей степени воплощая мораль, мудрость и принцип защиты слабого от сильного. С самого начала в основу концепции справедливости был положен тезис о необходимости защиты индивида. К XVII в. Фомой Аквинским, Томасом Гоббсом, Джоном Локком, Иеремией Бентамом и другими была сформулирована концепция естественных прав, а также правления с согласия управляемых. Высшей точки развития идея «равных и неотъемлемых прав» достигла во Всеобщей декларации прав человека, принятой 10 декабря 1948 г. на Генеральной Ассамблее Организации Объединенных Наций в Париже. В Великой хартии воль-* ностей 1215 г. и Вестминстерских статутах, принятых во времена цравления короля Эдуарда I, предусматривалось равенство всех людей перед законом, и это послужило тому, что идея справедливости нашла отражение в английском праве.

    Развитие концепции справедливости в историческом плане было медленным и неравномерным. Согласно Сок-

    рату, справедливость — это воздаяние каждому по заслугам. Однако Платон указывал, что, когда существует власть, справедливость на стороне сильного. Эту же мысль повторяли Макиавелли, Гоббс, Кальзем, а также судья Оливер Холмс К Если справедливость «распределяется»! «отмеряется» и «осуществляется» равномерно14 и если общество «получает по заслугам» 15, то это усиливает идею возмездия. Демократии придается такой смысл, будто в ее условиях осуществляются равное обращспие со всеми членами общества и защита слабого от сильного и что она приемлема для эксплуатируемых. Как концепция, справедливость вызывает раздражение у многих законодателей и ученых, поскольку не всякая ситуация требует ее. Операция по поводу рака не имеет отношения.к справедливости, равно как и поведение человека, который не может подавить в себе импульс напасть на кого-либо16* То, над чем требуется установление контроля, существует как вопрос общественной безопасности, здоровья и благосостояния, справедливость здесь ни при чем, это произвольная концепция. В серии «Великие идеи», опубликованной в 1952 г. издательством «Энциклопедия Бри-таника», перечислено более тысячи различных определений понятия «справедливость». Перечень этот заключают слова о том, что это термин скорее эмоциональный, моралистический и риторический, нежели научно полезный. Очевидно, лучшим или наименее спорным определением справедливости является древнегреческое определение, сформулированное одновременно с появлением демократии: справедливость — это умеренно силы мудростью.

    ПРЕСТУПНОСТЬ В АМЕРИКЕ

    В современном обществе достигают кульминации вековые социальные взаимодействия, попытки понять индивидуальное и коллективное поведение и усилия найти адекватные меры социального контроля. Социальный контроль начинался с семейных и родовых уз, этических и религиозных запретов и, наконец, пришел к уголовному праву и системе уголовной юстиции современного государства. В современном обществе преступление определяется актом законодательной власти или правительственным декретом; правоприменяющие органы выявляют подозреваемых в правонарушении; суды осуждают тех, кто по закону признан виновным, а учреждения исправительной системы пытаются перевоспитать правонарушителей или просто держат их в заточении. Природа и размах преступности в современной Америке дают некоторое представление относительно того, каковы социальные проблемы этого общества и какое число людей ими затронуто.

    В американском обществе существует несколько видов преступности, которые можно подразделить следующим образом:    1) обычная, или уличная, преступность;

    2) организованная преступность; 3) «беловоротничковая» преступность, или связанная с бизнесом мошенническая деятельность; 4) профессиональная, но не организованная, преступность; к ней могут быть отнесены некоторые виды уличной преступности, то есть преступная деятельность, в ходе которой отдельное лицо или группа лиц могут добывать себе средства к жизни; 5) политическая преступность, такая, например, как нарушение закона о призыве в армию. Наибольшее внимание система уголовной юстиции уделяет обычной, или уличной, преступности.

    Иногда в американском обществе возникают особые типы девиантного и преступного поведения. В конце 60-х — начале 70-х гг. участились4 случаи угона пассажирских самолетов, что привело к принятию мер повышенной безопасности, включая досмотры пассажиров, введенпые в аэропортах в 1972 и 1973 гг. Другим примером является похищение людей с целью получения выкупа. Так, в феврале 1974 г. произошло сразу два сенсационных похищения: в одном случае «Армия освобождения» похитила Патрицию Херст, в другом — «Американская революционная армия» похитила редактора Мэрфи из «Атланта конститьюшн».

    Массовые расправы вызывали у общественности реакцию отвращения. 16 марта 1968 г. в массовой расправе в

    Ми-Лай во Вьетнаме погибло более 120 человек; лейтенанту Вильяму Келли вменялось в вину убийство не менее 22 гражданских лиц. Впоследствии, в 1974 г., судебное решение было отменено, эта отмена была утверждена в 1975 г.17 Одна из наиболее жестоких расправ в Соединенных Штатах произошла в городке Лоуренс, штат Канзас, 21 августа 1863 г., когда люди из банды Квонтрилла, действовавшей на стороне конфедератов, убили 150 мужчин и подростков, связав им за спиной руки и заставив их жен и дочерей наблюдать за расправой. Свой вклад в историю преступности внесли также массовые убийства, и целая серия убийств, совершенных отдельными лицами. Говард Анрах убил тринадцать человек в Кэмдене, штат Нью-Джерси, в сентябре 1949 г. Вильям Кук полностью вырезал две семьи, из пяти человек каждая, в декабре 1950 г. и в январе 1951 г. Чарльз Старквезер в компании со своей подругой убил человека в декабре 1957 г. и еще семерых в январе и феврале 1958 г. В июле 1968 г. Ричард Спек убил восемь медицинских сестер в Чикаго. В августе 1969 г. Чарльз Мэн-сон и три участницы що «семьи» убили семь человек. В мае 1971 г. Хуан В. Корона, занимавшийся заключением договоров с наемными рабочими, был арестован в городе Юба, штат Калифорния, по подозрению в убийстве семнадцати человек. До окончания расследования были найдены тела еще двадцати пяти рабочих. В августе 1973 г. семнадцатилетний И. У. Хенсли был арестован по подозрению в убийстве своего тридцатишестнлетиего приятеля; в ходе расследования было обнаружено еще двадцать семь трупов.

    Конечно, все эти люди куда более опасны, чем некоторые из тех, по . поводу которых был поднят значительно больший шум. Например, Ричард Лоэб и Натан Леопольд убили только одного подростка Бобби Фрэнкса, но и убийцы, и их жертва происходили из видных сёмей Чикаго. Многие факторы воздействуют на общественную реакцию и уголовную статистику, но и та и другая представляют собой существенные элементы формировавши политики, проводимой в отношении уголовной юстиции.

    Представление о размахе преступности в Америке могут дать «Единые отчеты о преступности», ежегодно публикуемые Федеральным бюро расследований. ФБР предупреждает против использования этой статистики в целях сравнения данных о преступности по отдельным районам, штатам или юрисдикциям, поскольку сведения о ней поставляются на добровольных началах (за исключением некоторых штатов, где это специально предусмотрено законом) и статистические данные включают много не поддающихся проверке переменных*. В силу этого любым основанным на них выводам или политическим решениям должен предшествовать тщательный анализ и оценка всех факторов, воздействующих на окончательные статистические показатели. Тем не менее статистические отчеты ФБР являются наилучшим из известных видов информации о преступности в национальном масштабе, хотя небольшая Швеция может располагать более точной статистикой.

    И все же одни ученые почти не признают статистики преступности, считая занятие ею пустой тратой времени, а другие полагают, что она почти бесполезна и может принести скорее вред, чем пользу, если на ее основе будет строиться соответствующая политика18. Раздаются также голоса, утверждающие, что статистические данные о преступности искусственно занижались, особенно за 1971 г., чтобы президентская программа борьбы с пре-ступностыо выглядела лучше и чтобы можно было получить фонды от Администрации содействия правоприменительной деятельности 19. И тем не менее, несмотря на все это, представляется, что статистика о преступности в Америке, публикуемая ФБР,— лучшая из всей имеющей^ ся информации и что ФБР и его консультанты пытаются повысить ее ценность и надежность. По крайней мере её можно использовать как приближенное выражение числа дел, проходящих через систему уголовной юстиции.

    В 1972 г. полиции стало известно о 5 891 900 серьезных преступлений, входящих в Индекс преступности20. В Индекс преступности входят наиболее серьезные преступления, которые чаще всего регистрируются,— умышленные убийства, изнасилования, разбой, нападение при отягчающих обстоятельствах, берглэри, похищение имущества на сумму от 50 долларов и выше и кража автомобилей. Эти разделы уголовной статистики считаются наиболее надежными и показательными, и на основе содержащихся в них данных рассчитывается число преступлений на 100 тыс. населения. По отдельным видам преступлений, совершенных в 1972 г., статистика выглядела

    следующим образом 21:

    Умышленные убийства........  .    18    520

    Изнасилования.............. 46    430

    Разбой . 1........  374    560

    Нападение при отягчающих обстоятельствах .................. .    388    650

    Берглэри................. 2    345    000

    Похищение имущества на сумму 50 долл. и выше..................1    (S37 800

    Кражи автомобиле и........... 881    000

    В том же году число арестов составило 1 724 400 и было собрано достаточно доказательств, чтобы передат£ в суд 330261 дело22. Из этого числа в 37,7% дед вина была признана полностью, в 7,4% дел была признана вина в совершении менее серьезных преступлений, еще 36,2% дел были переданы в суд по делам несовер-хпепполетних, в 18,7% дел обвиняемые были оправдапы К Кроме того, в 1972 г. было произведено 5 596 079 арестов по подозрению в совершении менее серьезных правонарушений. Как представляется, структура преступности в течение ряда лет остается неизменной. Это подтверждается сравнением удельного / веса одних и тех же видов преступлений в 1972 и 1962 гг. Сопоставление удельного веса серьезных преступлений в ‘статистике осужденных, отбывавших наказание в тюрьме штата Мичиган в г. Джексоне, по данным за 1875, 1900, 1925 и 1950 гг., показывает, что все это время он оставался стабильным. Разница заключалась лишь в том, что в 1875 г. похищали лошадей, а в 1950-м — автомобили, но процент лиц, осужденных за похищение преобладающего вида транспорта, оставался одинаковым.

    Отмечено, что в статистике серьезных преступлений преобладают имущественные преступления, тогда как в группе менее серьезных преступлений — правонарушения, связанные с наркоманией и алкоголизмом. Но общественное мнение больше всего беспокоят преступления, связанные с насилием. Если разбой отнести к категории насильственных преступлений, тогда их доля среди серьезных преступлений составит 13%. На умышленные убийства пришлось бы 0,33%, то есть около 7з%. И тем не менее именно насильственные преступления и убийства тревожат общественность больше, чем другие посягательства. Если убийцы и насилышки вызывают у населения страх, то воры и взломщики — озлобление.

    Холя. Программа розыска десяти наиболее опасных преступников была разработана в 1950 г., обзор данных за предшествовавшие годы позволяет установить многих из тех, кого разыскивали до этого. Перечень десяти наиболее опасных с точки зрения ФБР преступников за последние 50 лет дает представление о том, что вызывало наибольшую тревогу населения в этой области. Это были, если перечислять их в хронологическом порядке 23:

    1. Джералд Чэпмен (1890—1926).

    2. Джордж Андерсон, «Датчанин» (?—1926).

    3. Артур Берри (даты жизни неточны, период наибольшей активности — 20:е гг.).

    4. Ричард Лоэб (19(^7—1936). и Натан Леопольд (1906—1971).

    5. Бруно Ричард Хауптмани (1899—1936).

    6. Джон Диллинджер (1903—1934).

    7. Аризона Кларк, «Мамаша» Баркер (1872—1935).

    8. Джордж Метески, «Сумасшедший бомбометатель» (род. в 1903 г.) (в связи с невменяемостью находился на излечении в больнице штата Нью-Йорк, в момент написания данной книги находился на свободе).

    9. Уильям Дж. Хейренс (род. в 1929 г., в момент написания книги находился в тюрьме штата Иллинойс).

    10. Джеймс Эрл Рей (род. в 1928 г., в момент написания книги находился в Теннессийской тюрьме).

    Чэпмен, Андерсон и Берри были ворами. Но Чэпмен и Андерсон обвинялись также в убийстве полицейского. Остальные разыскивались как опасные преступники-убийцы.

    Джералд Чэпмен и Джордж Андерсон, «Датчанин», были соучастниками. Они ограбили почтовый грузовик, магазин, совершили и другие ограбления, специализировались также на краже ювелирных изделий. Чэпмен мог бы остаться обыкновенным вором, не попади он в одну камеру с Эвином Дал вон Теллером из Дании, который позже стал известен как Джордж Андерсон, «Датчанин». Под влиянием «Датчанина» Чэпмен превратился в имевшего аристократичный, респектабельный вид мошенника, наводчика и жулика. Несмотря на «благородную» внешность, Чэпмен был-грабителем и убийцей, отличавшимся патологическими чертами. Он был казнен за убийство в Коннектикуте в 1926 г. Приблизительно в то же время Андерсон в Маскегоне, штат Мичиган, убил полицейского, но и сам погиб от его пули.

    Артур Берри, выступавший иод именем доктора Артура Дж. Гибсона, разъезжал в красном «кадиллаке» с шофером, источником его доходов была кража драгоценностей. Выбирая себе в качестве объекта чью-либо богатую резиденцию, охранявшуюся детективным агентством, он выдавал себя за его работника, изучал сигнализацию, отключал ее и определял местонахождения полицейского участка и патрульных постов. Если избранный объект охранялся сторожевыми собаками, он приносил им еду или приводил течную суку. Берри ежедневно читал каталог ювелирных изделий, чтобы скупщики не могли обмануть его, и разговаривал со своими жертвами, если они присутствовали при краже, в мягкой любезной манере. Его называли «принцем воров». Даже отбывая наказание

    в тюрьме, он был причастен к нескольким таинственным ! исчезновениям людей, в том числе члена Верховного суда штата Нью-Йорк Джозефа Е. Крейтера. Полагают, что свой жизненный путь Артур Берри закончил на свободе ! в Нью-Джерси.

    Натан Леопольд и Ричард Лоэб были детьми состоя- < тельных чикагских бизнесменов, оба учились в Чикагском ! университете. Леопольд отличался патологической сексут альностью, а Лоэб был одержим мыслью совершить преступление, которое невозможно раскрыть. Сговорившись, они тщательно спланировали как «преступление века» убийство четырнадцатилетнего Бобби Фрэнкса, дальнего родственника Лоэба, в мае 1924 г. Их защитником на суде выступил К. Дэрроу, которому удалось добиться для них вместо смертной казни пожизненного заключения за умышленное убийство и 99 лет лишения свободы за похищение подростка. Приговор был вынесен 21 июля 1924 г. В январе 1936 г. Лоэб был убит в тюрьме соседом по камере Д. Деем. Леопольд был условно-досрочно освобожден 13 марта 1958 г. и умер от инфаркта в Пуэрто-Рико 30 августа 1971 г. «Интеллектуальные» молодые люди, Лоэб и Леопольд, отличались определенными невротическими отклонениями, чем взаимно усиливали девиантное поведение друг друга.

    Хауптманн из Бронкса, немец по происхождению, плотник, 1 марта 1932 г. выкрал маленького сына известного американского авиатора Чарльза Линдберга, оставив записку с требованием выкупа в 50 тыс. долларов. Впоследствии ребенок был найден мертвым в гараже Хауптманна; там же были зарыты 14 тыс. долларов.

    2 апреля 1936 г. Хауптманн был казнен в Нью-Джерси.

    Диллинджер сначала был известен как банковский грабитель. За ним числилось и совершение других тяжких преступлений, включая побеги и попытки побегов из различных исправительных учреждений штата Индиана. Он был одним из наиболее опасных преступников и гангстерских главарей на Среднем Западе в период Великой депрессии. При ограблении банков им было убито десять и ранено семь человек. Вооружен он был так же, как и военнослужащие того времени. Он спланировал массовый побег из штатного пенитенциария в Мичигане, штат Ин-риана, и 26 сентября 1933 г. оттуда сбежало десять вооруженных заключенных. Диллинджер был убит агентами

    ФБР во главе с Мелвином Первисом 27 июля 1934 г. в Чикаго, когда «леди в красном» — Анна Сейдж — заманила его в засаду около театра «Байограф» *.

    «Мамашу» Баркер директор ФБР Эдгар Гувер считал наиболее жестоким, опасным и изобретательным из всех когда-либо действовавших в Америке преступников. На ее счету числились ограбления банков, эффектное похищение ради выкупа в 200 тыс. долл. в период Великой депрессии и несколько убийств. Родилась «Мамаша» Баркер под Спрингфилдом, штат Миссури, в 1872 г., вышла вамуж за фермера-издолыцика Джорджа Баркера. У нее было четверо сыновей — пресловутые братья Баркер: Герман, Ллойд, Артур и Фред. Она продумала несколько планов ограблений банков в середине 20-х гг., а также содержала притон — укрытие для беглых заключенных и разыскиваемых грабителей банков в Тулзе, штат Оклахома. Баркеры пользовались некоторым покровительством местных политических заправил, которым они оказывали существенную материальную поддержку в их борьбе за власть в нескольких городах, включая Сен-Пол, штат Миннесота, Канзас-Сити, штат Канзас, Хот-Спрингс, штат Арканзас, и Джоглин, штат Миссури24. Когда братья Артур, по кличке «Док», и Фредди вышли из заключения, «Мамаша» Баркер разработала планы ограблений федеральных сборщиков налогов, почт и банков. Это было в начале 30-х гг. 16 января 1935 г. «Мамаша» и ее сын Фредди были убиты в перестрелке с агентами ФБР в удаленном курортном местечке Лейк-Вейр во Флориде. «Мамаша» пи разу не была арестована, она всегда оставалась за сценой и посылала совершать преступления своих сыновей и других преступников. Свою преступную деятельность она оправдывала тем, что мстит за заключение в тюрьму трех сыновей и за убийство четвертого (хотя полиция утверждала, что это было самоубийство).

    Джордж Метески, известный как «Сумасшедший бомбометатель», терроризировал в начале 50-х гг. весь Нью-Йорк взрывами бомб, в результате чего стали калеками и были серьезно ранены восемь человек. К счастью, смертельных исходов не было. В 1940—1941 гг. оннесколь-ко раз подкладывал фальшивые бомбы и направлял оскорбительные записки компании «Консолидейтед Эдисон». В 1951 г. он снова занялся этим. Бомбы, в частности, были подложены в «Мюзик-холл радио сити», «Грэнд-сентрал стейшн» и несколько театров. С помощью психиатра, доктора Ралфа Бэнея, на основании собранной информации было составлено примерное описание лица, совершившего эти акции. В результате изучения архивов «Консолидейтед Эдисон» было обнаружено, что один из. сотрудников компании, некто Джордж Метески, в 1931 г. получил травму, которая, по его утверждениям, привела к тому, что он заболел туберкулезом. Метески был помещен в клинику штата Нью-Йорк, после чего находился на свободе.

    Уильям Хейренс в период между июнем 1945 и январем 1946 г. взламывал квартиры в Чикаго и убил трех женщин и одну шестилетнюю девочку, Сюзанну Дэгнен. После убийства Сюзанны он написал губной помадой на стене ванной комнаты:    «Пожалуйста,    схватите меня

    прежде, чем я убью еще кого-нибудь». Этот случай описан в связи с психиатрическими исследованиями для иллюстрации проблем тяжелых невротиков. Непосредственно перед судом было проведено психиатрическое обследование Хейренса. Его невротические расстройства, как полагают, возникли в результате давления, которое оказывала на него его деспотическая мать — представительница среднего класса. Оно привело к тому, что Хейренс утратил способность к общению с девушками. Еслй он пытался назначить девушке свидание, это было событием, которое травмировало его. Однажды, когда он попы-, тался поцеловать девушку, ему сделалось плохо и у него началась рвота. Взламывание квартир и убийства женщин были связаны с его психосексуальной анормальностью. Будучи помещенным в Иллинойсский штатный пенитенциарий, Хейренс стал первым заключенным, который, находясь в стенах этого исправительного учреждения, получил степень бакалавра наук в расположенном неподалеку университете. Хейренс и в момент написания этой книги продолжал отбывать пожизненное заключение.

    Джеймс Эрл Рей 4 апреля 1968 г. убил в Мэмфисе, штат Теннесси, Мартина Лютера Кинга. До этого события Рей был налетчиком, специализировавшимся на ограблении заправочных станций и магазинов. Совершая одно из ограблений, Рей бросил за ненадобностью бумаж* ник, что и привело к его аресту и осуждению. Срок наказания он отбывал в Иллинойсе и Миссури. 23 ап-* реля 1967 г. Рей бежал из Миссурийского штатного пенитенциария, и к моменту убийства им Мартина Лю-* тера Кинга он все еще находился в бегах. В связи со взрывом общественного негодования и политическим резонансом, вызванными убийством широкоизвестного борца за гражданские права в момент подъема этого дви* жения, Джеймс Рей сразу превратился из мелкого налет* чика в фигуру номер один в списке десяти разыскивав* мых лиц. Под вымышленным именем 6 мая 1968 г. из Канады он вылетел в Англию. Обладая, очевидно, достаточными средствами, он переезжал в Лондоне из отеля в отель, но был арестован лондонской полицией 8 июня и передан Соединенным Штатам. Существовало серьезное подозрение, что у Рея были нанявшие его сообщник или сообщники по убийству Мартина Лютера Кинга, но пря* мых доказательств этого не было. По совету своего адво* ката П. Формена из Хьюстона Рей признал себя виновным в предъявленном ему обвинении 11 марта 1969 г* и был приговорен к 99 годам заключения в Теннессий-ском штатном пенитенциарии.

    Глава 2

    СТАНОВЛЕНИЕ КРИМИНОЛОГИИ

    Криминология как область научных поисков и пытливости человеческого ума возникла в XVIII в. одновременно с уголовным правом. Развитие современных представлений^ преступности приходится на период времени между средневековьем и концом XVIII в. Латинское слово «crimen», от которого и происходит слово «преступление», означает неправомерное действие, совершая которое один человек причиняет вред другому. Формализация этого понятия относится, очевидно, к периоду становления судебных процедур в Англии, когда королем Генрихом II в 1166 г. в Кларедоне было положено начало ассизам25. В этот же период была заложена основа сохранившейся до наших дней системы присяжных, шериф был признан служителем закона, началось строительство тюрем и были предприняты попытки разделения преступлений на фелонии и мисдиминоры26. В 1215 г. под сильным давлением баронов король Иоанн издал Великую хартию вольностей, ставшую символом движения за гражданские и конституционные права.

    Вестминстерский период истории Англии, а именно годы с 1285-го по 1500-й, ознаменовался принятием Вестминстерских статутов, первый из которых был издан в 1275 г., во время правления Эдуарда I. Этот статут провозглашал равенство всех людей перед законом. Вторым статутом (1285 г.) были предусмотрены изменения в системе правосудия и введен институт бейлифа, или ночного сторожа. Институт мирового судьи появился в 1316 г., возникновение первых органов местного управления относится к 1370 г., а в 1487 г. было создано судебное учреждение — «Звездная палата», или суд ex parte !(то есть суд с участием лишь одной стороны — государства без участия защиты), для рассмотрения дел государственных преступников. Парламентарное правление было введепо в Англии в XIV—XV вв., когда начало появляться законодательство об охране публичного порядка. Нарушителями порядка объявлялись самые разные люди: те, кто противодействовал королю; те, кто бросал в поисках работы землю лорда; те, кто держал собак, не имея собственности. В те времена убийство каралось краткосрочным заключением или штрафом, но само заключение как мера наказания было мало распространено. Консолидация церкви и государства в XVI и XVII вв. привела к тому, что измена и ересь карались высшей мерой наказания. Так же наказывали за богохульство, прелюбодеяние и колдовство. В XVIII и XIX вв. к преступлениям относят пиратство, подлоги и банковские махинации. В то же время наказание становится все более суровым, являясь скорее мщением, нежели выражением справедливости.

    Криминология возникла как результат размышлений и начинаний многих людей. Свой вклад в понимание индивидуального поведения и девиантности, а также в формирование социального порядка внесли отцы церкви, чтившие божественное предназначепие короля определять этот порядок. Вместе с тем философов и сторонников идеи общественного договора в то время все больше вдохновляла мысль о том, что правление должно осуществляться с согласия тех, кем управляют, на основе разума и свободной воли. Очевидно, самым сильным катализатором в этом противоборстве идей стал Чезаре Беккариа (1738—1794), известнейшая работа которого «О преступлениях и наказаниях» (1764) сосредоточила внимание на проблеме преступления и судов. Ее непосредственным следствием явилась кодификация английского уголовного права в 1800 г. и появление вслед за этим кодификаций в других странах Европы.

    Итак, начало криминологии положила работа Беккариа. С тех пор многие ученые вносили свой вклад в эту науку, разрабатывая проблемы преступного поведения, техники обнаружения преступника и его ареста, соблюдения законности при отправлении правосудия, методов обращения с правонарушителями.

    ОБЪЯСНЕНИЕ ПРЕСТУПНОГО ПОВЕДЕНИЯ

    Преступное поведение объяснить сложно. Преступление — это социально-политическое событие, а не клиническое состояние. Закон определяет его как поведение, отклоняющееся настолько, что оно приносит ущерб обществу и посему заслуживает применения правовых санкций и вмешательства со стороны общества в жизнь тех, кому подобное поведение свойственно. Такое поведение не является болезненным состоянием, в отношении которого может быть поставлен медицинский диагноз и проведено специальное лечение. В силу этого к проблеме преступности подходят с различных позиций, которые по-разному соотносятся и согласуются между собой.

    Многие криминологи полагают, что криминология — это наука. Другие же, в частности Элмер Джонсон, человек с большим опытом практической работы в тюремной системе штата Северная Каролина и многие годы преподававший в университете, утверждали, что криминология имеет два взаимосвязанных аспекта — научный и практический К Разработкой научной стороны занимаются ученые в университетах и исследовательских институтах. Практической же стороной нередко заняты лица, назначаемые на, должности по политическим соображениям, а также многие люди, имеющие разную подготовку и разный уровепь компетенции. В прошлом трудность выключалась в том, что среди практических работников системы уголовной юстиции было совсем мало людей, писавших о существовавших в этой области проблемах; писали же о них те, кто и дня не работал там. Необходимо, чтобы в развитие криминологии свой вклад вносили в те и другие. Мы надеемся, что предлагаемая вниманию

    питателя работа поможет объединению теории и практики.

    Карл Меннингер считает, что криминология — академическая наука ь, Колдуэлл писал о ней как о прикладной науке2. На симпозиуме, проведенном в Лондоне Международным криминологическим обществом, указывалось, что криминология — это самостоятельная наука3, В то же время многие криминологи, в том числе Сатерленд и Кресси 4, утверждают, что сама по себе криминология не наука. Криминология, полагают они, может рассматриваться как искусство, основанное на многих Пауках и дисциплинах. Медицина — это тоже искусство, Ь основе которого лежат многие естественные и поведенческие науки. В свою очередь и криминология может быть искусством, основанным па поведенческих и социальных науках, к тому же широко использующим религию и право. Как бы то ни было, в XX в. криминология развивается как отдельная дисциплина и область исследований, хотя этим не решается вопрос о том, является она наукой или нет.

    Преступное поведение, несомненно, нельзя объяснить исходя из наблюдения лежащих на поверхности явлений. Отклоняющееся поведение может считаться, а может и не считаться патологическим с клинической точки зрения. Оно может быть, а может и не быть этически оправданным. Объяснить преступное поведение пытались при помощи догадок и с позиций метода проб и ошибок, но во всем этом всегда было слишком много эмоций. В форме различных теорий предлагались и опровергались разного рода умозрительные констру1хЦШ1. Их использование для объяснения труднообъяснимых явлений стало обычным. Некоторые из таких теорий способствовали развитию исследований и сами совершенствовались, . другие * были отброшены, и о них забыли. Не только социальные и поведенческие, но даже точные науки успешно

    1 MenningerK. The Crime of Punishment. New York, 1965, p. 5.

    2 Caldwell R. G. Criminology. New York, 1956, p. 4—7.

    3 Carrol D., PinatelJ. Report on Teaching of Criminology.— В кн.: «The University Teaching of Social Sciences». Paris, UNESCO 1975, p. 15.

    4 Sutherland E. H., Cressey D. R. Principles of Criminology. 7th ed., Philadelphia. New Yok, 1966, p. 20.

    использовали гипотетические конструкции !. В химии, например, уравнение реакции (AgNOa + HCl^AgClj-f? HNO3)27 основано на использовании электронной теории связи, в соответствии с которой элементы (Ag+, N0“", и С1~) ионизируются. Реакция происходит в силу различной способности к растворению компонентов, сочетаемых в различных комбинациях. В приведенном уравнении элемент AgCl выпадает в белый осадок28, однако никто никогда не видел ни одного иона!

    Социальные факторы как отдельные величины стали изучаться в 1830 г. Огюстом Контом и Адольфом Кетле, которые назвали область своих исследований социальной физикой. При механистическом подходе некоторые их позиции напоминали положения естественных наук, сформулированные Исааком Ньютоном, хотя это сходство не прослеживалось достаточно четко. Конт первым в 1839 г. употребил термин «социология» 29. Социальная философия как наука, естественно, много старше, и в новую социальную науку — социологию она внесла свой вклад наряду с историей и другими дисциплинами. Герберт Спенсер30 считал социологию наукой, объединяющей наблюдения и обобщения других социальных дисциплин. Георг Зиммел 31 полагал, что социология изучает вопросы образования и распада социальных групп, состязательность и конфликт. Питирим Сорокин32 утверждал, что социология должна заниматься лишь теми характеристиками, которые являются общими для всех социальных явлений, а также вопросами их взаимосвязей. К концу XIX в. со всей

    очевидностью проявилось влияние на социологию Дарвина, биологов и концепции естественного отбора.

    Социологическая мысль того времени исходила из принципиальной посылки, согласно которой поведение имеет биологические основы и коллективное поведение следует рассматривать как некий организм*. Джон Дьюи говорил, что «человек живет и действует в окружающей его среде, причем не как монета в копилке, а как растение, высаженное в почву и растущее под солнцем» 33,

    Фердинанд Тёнис разработал типологию социальной приспособляемости, выделяя главным образом два ее типа — Gemeinschaft (общность) и Gesellschaft (общество). Первым понятием охватываются групповые взаимоотношения, подсознательно развивающиеся в рамках семьи. Вторым — групповые отношения, завязываемые и поддерживаемые сознательно с намерением достичь определенной цели.

    Наиболее видными представителями первых социологов были Эмиль Дюркгейм, Чарльз Хортон Кули и Макс Вебер. Дюркгейм совершенно четко ограничивал область социологии изучением социальных фактов. Вебер социальное поведение рассматривал как намерение индивида, осуществляемое с учетом реакции других людей. Он считал также, что для социологии жизненно важно изучение социальной стратификации и бюрократии. Кули полагал, что решающими в социальном взаимодействии являются коммуникации и общеэкономические основы. Пионерами криминологии, имеющей социологическую ориентацию, были Тард, Дюркгейм и Бопгер. В. И. Томас, Д. X. Мид, Д. Дыои и Ч. X. Кули содействовали тому, что социологи заинтересовались криминологическими проблемами. Они первыми уделили внимание вопросам социализации. Отцы американской социологии (Элбион Смолл, Лестер Ф. Вард, А. И. Росс) проявили интерес к проблемам социального контроля. Концепция Дюркгейма о переходе от механической к органической солидарности, идея Тёниса о типах социальной приспособляемости и взгляды Вебера в отношении перехода от власти, основанной на традиции, к власти, основанной на законе,— все это нашло отражение в развивающейся криминологии в виде теорий конфликта культур, социальной дезорганизации, влияния различий между городом и селом, экологической обусловленности социальной патологии. Первое отделение социологии было организовано в 1893 г. при Чикагском университете. Вскоре этому примеру последовали и другие университеты.

    Современные социологи выработали различные системы взглядов на общество. Взаимозависимость между личностной и социальной патологией и вторичность самого этого признака хорошо видны на примере использования роли больного для контроля над делинквентностью *, когда 'альтернативой делинквентности может быть ипохондрия. Концепции Кули о «зеркальном я» 34 и Рисмана о «характере, ориентированном на других» 35 также подтверждают эту взаимозависимость.

    Т. Парсонс рассматривал общество как взаимодействие стабильности и интеграции систем. Общество — это ряд систем, вовлеченных в пограничные конфликты друг с другом. Социальные изменения и конфликты представляют собой, таким образом, не просто изменение модели, они свидетельствуют о преодолении сопротивления одной системы в ее противоборстве с другой36. В ходе этих изменений общество пребывает в состоянии постоянного движения и подобная нестабильность может найти проявления в высоких* показателях преступности. Парсонс указывал, что социальный контроль применяется не только в случаях девиантных проявлений, но и вообще в процессах терапии и реабилитации. При этом одни виды поведения получают поддержку и дозволение, другие же не встречают одобрения, что уравновешивается разумной системой вознаграждений 37.

    Для рассмотрения взаимоотношений между людьми в плане изучепия преступности было разработано несколько моделей. Часто их называют моделью согласия и моделью конфликта. Модель социального согласия

    подразумевает наличие в системе:    1J стабильности,

    2) интеграции, 3) функциональности и 4) согласия. В модель конфликта входят: 1) изменения, 2) конфликт,

    3) дисфункциональность и 4) принуждение.

    Психологический и психиатрический подходы в криминологии возникли по времени позже социологического. Первый подробный анализ индивидуальных отличительных признаков был дан Альфредом Бинэ и Теофилом Анри в опубликованной в 1895 г. статье, в которой авторы психические процессы индивида рассматривали в соотношении со всем его развитием38. В. Стерн издал в 1900 г. в Лейпциге книгу под названием «О психологии индивидуальных различий», а в 1911 и 1921 гг. другую свою работу — «Дифференциальная психология и ее методические основы». Английский ученый Френсис Галь-тон (1822—1911), известный в психологии как первый объяснявший поведение, включая девиантное, с позиций наследственности, первым же использовал статистические методы с целью изучения индивидуальных и групповых характеристик психических черт. В Америке первая попытка оценить результаты тестирования при помощи независимого критерия была осуществлена в 1892 г. Болтоном. Он проанализировал результаты проведенного Бо-эсом сравнительного изучения «способности к запоминанию» у 1500 школьников и оценок «остроты их ума», которые им дали учителя39. В 1893 г.. Гилберт сравнил оценки учителями «общих способностей» 1200 детей с результатами восьми тестов сенсорных и моторных функций, быстроты реакции, сенсорной памяти и внушаемости40. Тремя годами позже он описал дополнительные тесты н обследовал несколько сот детей в плане сексуальных дифференциаций, интеллектуального развития и связи между психическим и физическим развитием41. В 1895 г. в Соединенных Штатах на заседании Американской психологической ассоциации был образован комитет для изучения вопроса о возможности создания статистики психических и физических свойств людей, В 1896 г. Американская ассоциация развития науки приняла предложение Американской психологической ассоциации о психологическом тестировании.

    В 1904 г. французское министерство просвещения создало специальную комиссию по разработке методов обучения умственно, отсталых детей в Париже42. Одним из членов этой комиссии был Альфред Бинэ, который в сотрудничестве с Теодором Симоном в 1905 г. разработал первый тест умственных способностей. Этот тест дважды перерабатывался: в 1908 и 1911 гг. Шкала Бинэ — Симона положила начало тестированию умственных способностей. При доработке теста в 1908 г. было введено понятие «возраст умственного развития». В том же году Годдард перевел тест Бинэ на английский язык и ввел его в Винелэндском профессионально-техническом училище в Нью-Джерси. Этот тест перерабатывался в 1916 г. Терманом и в 1937 г. Терманом совместно с Ме-риллом. Их варианты получили название Стенфордских ревизий теста Бинэ. В 1912, 1922 и 1939 гг. тест перерабатывался Кульманном. Иерк, Бриджес и Хардвик работали над ним в 1915 г., Херринг — в 1922 г. Термин «intelligence quotient», или «I. Q.» (коэффициент умственного развития), был введен в 1914 г. немецким психологом В. Штерном. Льюис Терман, работая в 1916 г, над тестом Бинэ — Симона, употребил понятие «коэффициент умственного развития». С тех пор тест под названием теста Стенфорда — Бинэ используется для определения умственного развития.

    После опубликования в 1913 г. работы Чарльза Го-ринга «Осужденный в Англии» интерес к биологии и антропологии при изучении правонарушителя начал снижаться, а интерес к психологии расти. Лайтнер Уит-мер в 1896 г. ввел понятие «клиническая психология» и открыл в Филадельфии при Пенсильванском университете свою клинику. В 1909 г. Уильям Хили в Институте психопатии несовершеннолетних, созданном при суде по делам несовершеннолетних в Чикаго, ввел метод изучения отдельных дел '(case study method). К 1925 г. Сирил Бёрт стал уделять серьезное внимание вопросам преступности и делинквентности в Лондоне, рассматривая это как часть своей работы в Совете графства. К 1930 г. необходимость участия психологов и психиатров в деятельности уголовной юстиции стала общепризнанной.

    КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЕ ШКОЛЫ

    Большинство криминологов считает, что в области криминологии существуют по меньшей мере две крупные школы: классическая, возникшая где-то между 1764 и 1775 гг., после появления известной работы Беккариа «О преступлениях и наказаниях», и позитивистская, начало которой было положено работой Ломброзо «Преступный человек», вышедшей в свет в 1896—1897 гг. (впервые о его теории стало известно в 1876 г., когда им была издана небольшая брошюра). Классическая школа в центр своего внимания ставила само преступление и настаивала на равных наказаниях за одинаковые проступки. Ею был выдвинут, лозунг «пусть наказание соответствует преступлению». В соответствии с классическими теориями человек — гедонист он стремится получить удовольствие и избежать неприятных ощущений, он наделен свободой воли в такой мере, что может выбирать между добром и злом, когда знает, какие последствия влечет за собой этот выбор. Позитивистская, или итальянская, школа криминологии придерживалась детерминистской теории, в соответствии с которой преступное поведение не избирается правонарушителем свободно, а обусловливается биологическом и социальной наследственностью и друшмпфакторами. Воззрений классической школы наряду с Беккариа придерживались Руссо, Монтескье, Вольтер, Иеремия Бентам, Вильям Блэксто-ун, Сэмьюэл Ромилли и другие. Сторонниками позитивистской школы, помимо Ломброзо, были Энрико Ферри '(1856—1928), Рафаэль Гарофало (1852—1934) и другие. Габриель Тард (1843—1904) также придерживался детерминистских воззрений, но при этом отрицал биологический подход к объяснению поведения. Он разработал собственный «закон имитации», предвосхитивший теорию дифференцированной связи Сатерленда.

    В истории криминологии возникало много «школ», «создававшихся» отдельными авторами, и вряд ли есть смысл перечислять их все. Целесообразно, видимо, упомянуть те из них, которые получили более или менее широкое признание, и более подробно остановиться па направлениях, поддержанных большинством криминологов. По мнению Сатерленда и Кресси, в криминологии можно выделить следующие школы: классическую, картографическую, экономическую, типологическую, социологическую, школу индивидуального поведения и школу множественности факторов1. Представление об этой классификации школ дает помещенная ниже таблица.

    Криминологические школы

    Школа

    Возник

    новение

    Объяснение

    Метод

    Классическая-нео-

    классическая

    1765 г.

    Гедонизм

    Без практического опыта

    Картографическая

    1830 г.

    Экология, культура, состав населения

    Карты, статистика

    Экономическая Типологические школы

    1850 г.

    Экономический ' детерминизм

    Статистика

    1. Ломброзианская

    1875 г.

    Морфологический тип, прирожденный преступник

    Клиническое

    изучение,

    статистика

    2. Тестирования

    1905 г.

    «Умственная

    недостаточ

    ность»

    Клиническое изучение, тесты, статистика

    3. Психиатрическая

    1905 г.

    Психопатия

    Клиническое

    изучение,

    статистика

    Социологиче

    1915 г.

    Группы и со

    Клиническое

    ская и соци

     

    циальные

    изучение,

    ально-психоло

     

    процессы

    статистика,

    гическая

       

    полевые

    исследования

    Составлено по: Sutherland В. И., С г е s s е у D. R. Criminology, 9th ed. Philadelphia, 1974, p. 49.

    ‘Sutherland E. H., Cressey D. R. Principles of Criminology, p. 53—65.

    Другими криминологами даются иные классификации и выделяются иные школы. Так, Джеффри, анализируя вопрос о том, что в первую очередь интересовало пионеров криминологии — личность преступника или преступление как акт поведения, разделил ученых на две группы-по предмету их основного интереса 43:

    Преступление    Личность    преступника

    Бентам    Ломброзо    Доэ

    Беккариа    Гарофало    Модели

    Моитеро    Ферри    Маканочи

    Дюркгейм    Горинг    Тард

    Бонгер    Ашаффепберг Гросс

    Рей    Хевилэпд

    Таким образом, в криминологии произошел сдвиг от первоначальной идеи защиты общества или благосостояния группы в сторону изучения правонарушения (классическая школа) и личности правонарушителя (позитивистская школа). Для классической школы весьма важными представлялись правовые вопросы, тогда как позитивисты не придавали им значения и основное внимание уделяли вопросам перевоспитания отдельного правонарушителя.

    В числе других крупных школ, часто упоминаемых криминологами, можно назвать американскую социологическую школу и школу социальной защиты. Хотя одни криминологи считают их самостоятельными школами, другие склонны считать, что они продолжают позитивистскую лнпню в криминологии.

    Принимая во внимание, что вопрос о классификации криминологических школ продолжает оставаться спорным, можно предложить такой компромиссный вариант: Классическая школа: оценка серьезности преступления с юридических позиций.

    Позитивистская школа:    преступление    обусловлено

    множеством факторов; юридический подход полностью отвергается.

    !Американская школа: социологические теории причин преступности.

    Школа социальной защиты: преступление вызывается различными социальными факторами, и в рамках действующего законодательства все эти факторы следует принимать во внимание; позитивистские воззрения эта школа дополняет юридическим подходом.

    Перейдем к рассмотрению каждого из этих подходов в отдельности.

    Классическая школа

    Классической эта школа в криминологии называется потому, что в ее рамках впервые сложилась относительно полная система воззрений в области криминологии. Точно так же мы называем древнееврейский, греческий и латынь классическими языками, поскольку это были языки, на которых впервые получила адекватное выражение абстрактная мысль. Воззрения этой школы были направлены против несуразностей и непоследовательностей существовавшей тогда практики уголовного правосудия, в отправление которого судьи вносили свои собственные предубеждения. Результатом .были жестокие наказания, свидетельствовавшие не о правом суде, а о мести.

    Выше уже говорилось о том, что работа Беккариа «О преступлениях и наказаниях» положила начало серьезным изменениям в сложившейся к тому времени правовой системе. Вольтер написал предисловие к французскому изданию этой работы. Из нее были почерпнуты многие идеи знаменитого Французского уголовного кодекса 1791 г., в соответствии с которым на усмотрение суда передавался только вопрос о вине *, наказания же определялись в самом кодексе соразмерно с серьезностью преступления. Английский перевод работы Беккариа вышел в Лондоне в 1767 г. Сразу же после ее появления Вильям Блэкстоун, Иеремия Бейтам и Сэмьюэл Ромилли приступили к кодификации английского уголовного права: эта работа была завершена к 1800 г. Таким образом, классическая школа способствовала включению в криминологию правовых и административных вопросов.

    Беккариа полагал, что совершение преступления —» ото вопрос свободной воли, что люди ищут приятных ощущений и стремятся избегать неприятных, что наказание устрашает, что уголовные законы должны широко обнародоваться в интересах единообразия и устрашения и что с детьми и душевнобольными нельзя обращаться как с преступниками. Принципы, рекомендованные Беккариа, сводились к следующему: 1) основой социальной деятельности должна быть утилитарпая концепция наибольшего благополучия для наибольшего числа людей;

    2) преступление должно рассматриваться как ущерб для общества; 3) предупреждение преступности значительно важнее наказания, а это означает, что закон должен доводиться до сведения каждого, чтобы каждый знал, что соблюдение закопа вознаграждается, а нарушение влечет за собой ответственность; 4) тайные обвинения и пытки должны быть заменены гуманными и быстрыми судебными процедурами, и дача показаний против соучастников в расчете на снисхождение есть «публичное удостоверение предательства», а потому должна быть упразднена; 5) цель наказания — удержание людей от совершения преступлений, а не социальная месть; 6) тюремное заключение следует применять значительно шире, но содержание в тюрьме нужно улучшить 44.

    Воплощение идей классической школы во Французском уголовном кодексе 1791 г. породило свои проблемы. Игнорирование индивидуальных различий и значения конкретных ситуаций требовали такой степени гибкости, которой трудно было достичь. В кодексе не было, например, раздельной оцопки преступлений, совершенных впервые и повторно. Нереалистичен был н принцип назначения наказания исключительно на основе характеристики деяния, без учета того, совершено ли оно совершеннолетним, умственно неполноценным или иным недееспособным лицом.

    Для неоклассической школы характерно было следующее: 1) модификация доктрины свободной воли, на которую, согласно положениям этой школы, могли влиять как патология, недееспособность, умственная неполноценность и другие обстоятельства, так и преднамерен-

    ность; 2) признание значения смягчающих вину обстоятельств; 3) модификация доктрины ответственности с целью смягчения наказания в случаях душевных заболеваний, возрастных и других особенностей, «влияющих на знания и намерения человека в момент совершения преступления»; 4) использование в судопроизводстве заключений экспертов о степени ответственности. Эти положения нашли свое отражение во французском кодексе 1810 г. и его пересмотренном варианте 1819 г.

    В Англии наиболее значительной фигурой, оказавшей влияние на реформу уголовного права в направлении восприятия концепций классической школы, был Иеремия Бентам (1748—1832). Его идея о felicific calculus, то есть о том, что человек стремится получить максимальное удовольствие и испытать минимальные страдания, стала центральной для уголовного права того времени.

    Вильям Блэкстоун (1723—1780), хотя и был консер--ватором, осуждал несуразнссти английского уголовного права своего времени и поддерживал деятельность Бен-тама. В 1778 г. Джон Говард при содействии Блэкстоу-на и Вильяма Идена составил проект Акта о пенитенциарных учреждениях, который был принят в 1779 г. Акт устанавливал ряд правил в отношении охраны и санитарных условий, которым должны отвечать пенитенциарные учреждения, а также предусматривал систематическое проведение инспекций, отказ от взимания платы, введение режима, направленного на перевоспитание заключенных. Акт явился первой в истории формализацией идеи «тюрьмы» в современном смысле этого слова.

    Сэмьюэл Ромилли (1757—1818) разработал программу, в соответствии с которой была построена первая современная тюрьма. Это было в Миллбэпке в 1816 г. Работа эта была продолжена Джеймсом Макинтошем (1765—1832) и Томасом Фоксуэллом Бакстоном (1786— 1845). Инициативу проведения законодательных реформ уголовного права взял на себя Роберт Пил (1788—1850), создатель первой современной системы полиции в Лондоне в 1829 г. Со времен короля Эдуарда I (1239—1307)’ ссылка на «сумасшествие» считалась в Англии законным средством защиты по уголовным делам. Но закона, формулирующего определение понятия «невменяемость», не

    существовало вплоть до 1843 г., когда некий Мак-Натен по ошибке застрелил секретаря премьер-министра Пила, полагая, что это и есть сам Пил. На суде Мак-Натен был оправдан как сумасшедший, полагавший, что его преследовал премьер-министр. Поднялся шум, и в результате была создана специальная комиссия, разработавшая понятие «невменяемость», известное теперь как правило Мак-Натена.

    П. А. Фейербах (1775—1833), помсцкий юрист, заложил основу уголовно-правовой теории психического принуждения или психического устрашения как цели наказания, придав мирской характер строгому учению Канта 6 наказании ради наказания. Вместе с тем он возражал против карающего наказапия. Фейербах значительно содействовал реформе германского уголовного нрава. Он выступал за публичность всех правовых процедур, видя в этом способ предупреждения преступности. Фейербах явился предтечей современных компаративистов.

    Эдвард Ливингстон (1764—1836) известен в Соединенных Штатах своими усилиями в области кодификации права, особенно уголовного. С 1829 по 1831 г. он работал над пересмотром уголовных законов штата Луизиана и Соединенных Штатов. По сути дела, Ливингстон сделал для уголовного права Соединенных Штатов то же, что Блэкстоун, Бентам и Ромилли сделали для уголовного права Англии.

    Суммируя изложенное, можно сказать, что классическая школа криминологии отказалась от господствовавших ранее представлений о сверхъестественных силах и «воле господней» как о началах, определяющих поведение человека, включая и иреступпоо поведение, и заменила все это концепцией свободной воли человека и его умысла. Последующее развитие криминологии было основано на идее свободной воли; произошла замена принципов наказания, в основе которых лежали мотивы мести, закрепленными в праве принципами рационального наказания, соответствующего серьезности содеянного. ‘

    Позивнтивистская школа

    Самим своим названием позитивистская школа указывает на стремление заменить отвлеченные рассуждения и философствование юридическими выводами и наблюде*

    ниями, основанными на серьезных доказательствах. От концепции свободной воли классического направления позитивистская школа переходит к «причинности» преступления. Позитивисты не разделяют идей об индивидуализации ответственности, умысле, свободной воле и развивают мысль о некарательной социальной реакции на преступление.

    Родоначальник позитивистской школы Чезаре Ломброзо, опубликовавший в 1876 г. свою работу «Преступный человек», родился в Италии в еврейской семье. На основании своих наблюдений Ломброзо пришел к выводу о том, что поведепие причинно обусловлено и что типичного преступника можно идентифицировать по конкретным физическим характеристикам, таким, например, как скошенный лоб, удлиненные или, наоборот, неразвитые ‘ мочки ушей, крупный подбородок, складки лица, чрезмерная волосатость или облысение, чрезмерная или притупленная чувствительность к боли. Более тщательное изучение физических характеристик заключенных в итальянских тюрьмах укрепило Ломброзо в его позиции. Он разработал классификацию преступников, ставшую весьма популярной. Она включала следующие типы; 1) прирожденные преступники; 2) душевнобольные преступники; 3) преступники по страсти, к которым относятся также политические маньяки; 4) случайные преступники. К последнему типу Ломброзо относил и псевдопреступников, которые не представляют опасности и действия которых направлены на защиту своей чести или своего существования, равно как и привычных преступников, совершающих преступления ввиду неблагоприятных факторов окружения, и преступников, занимающих в силу некоторой своей дегенеративности промежуточное положение между прирожденными преступниками и законопослушными людьми. В плане применения этой теории на практике, по данным Ломброзо получалось, что одна треть заключенных — это лица, обладающие атавистическими чертами, сближающими их с дикарями или даже с животными; другая треть — это пограничный биологический вид и, наконец, последняя треть — это случайные правонарушители, которые, видимо, никогда больше не совершат преступлений.

    Хотя классификация Ломброзо не выдержала проверь ки временем, его объективный подход и научные прие*

    мы положили начало применению более строгих методов в криминологии. Ломброзо постоянно подчеркивал необходимость непосредственного изучения индивида и в качестве основного выдвигал предположение о биологической природе характера и поведения человека. В более поздний период он модифицировал свою теорию и развил свои методы исследования, включив в них изучение социальных, экономических факторов и данных об окружении индивида. Но его подход к этим факторам как детерминирующим или казуальным всегда был «объективным» и «позитивистским». Основная мысль Ломброзо заключается в том, что причина — это «цепь взаимосвязанных причин».

    Энрико Ферри был одним из учеников Ломброзо. В 1878 г. он опубликовал свою работу «Теория невменяемости и отрицание свободной воли», в которой критиковал идею свободного выбора поведения и поддерживал точку зрения о его причинной обусловленности. С позиций детерминизма Ферри заинтересовался идеями Ломброзо о биологических основах причинности, но вместе с тем он придавал большее значение взаимодействию социальных, экономических и политических факторов. Классифицируя преступников на душевнобольных, прирожденных, случайных и преступников по страсти, он уделял серьезное внимание превентивным мерам, таким, как свободный труд, упразднение монополий, строительство жилищ, доступных для рабочих, создание общественных сберегательных касс, лучшее освещепие улиц, контроль над рождаемостью, свобода браков и разводов, государственный коптроль пад производством оружия, разрешение браков для духовных лиц, организация детских домов, домов отдыха и ряд других мер, направленных на улучшение социальных условий. Ферри полагал, что государство должно стать тем основным инструментом, при помощи которого можно добиться улучшения условий жизни людей. Когда после первой мировой войны в Италии пришел к власти Муссолини и стал в 1922 г. премьер-министром, Ферри уже представил проект нового уголовного кодекса Италии, воплощавший идеи, разработанные автором в предшествовавшие годы. В проекте 1921 г. Ферри отвергал моральную ответственность индивида и отказывался от понятия наказания — воздаяния,

    Такидо образом, кодекс решительно порывал с классической доктриной прошлого. Он был отвергнут итальянской палатой депутатов. Позднее Ферри внес в него некоторые поправки компромиссного характера и был обвинен С. Берпалдо де Киросом в пособничестве фашизму *.

    Рафаэль Гарофало также был учеником Ломброзо. И он отрицал учение о свободной воле и придерживался мнения, что преступление может быть объяснено при условии, если оно изучается научными методами. Он попытался сформулировать социологическое понятие преступности, в соответствии с которым преступными признавались деяния, которые ни одно цивилизованное общество не может расценить иначе и которые караются уголовным наказанием. Эти деяния Гарофало рассматривал как «естественные преступления» и относил к ним правонарушения, противоречащие двум главным альтруистическим чувствам людей — честности и состраданию. Преступление, считал Гарофало,— это аморальный поступок, наносящий ущерб обществу. По сравнению с антропологическим подходом Ломброзо к физической типизации позиция Гарофало отличается более сильным психологизмом. Следуя биологическим принципам учения Дарвина о естественном отборе, Гарофало сформулировал правила адаптации и устранения тех, кто не может приспособиться к условиям социально-естественной селекции. Он предлагал: 1) лишать жизни тех, чьи преступные деяния проистекают из неустранимых психических аномалий, делающих их неспособными к жизни в обществе; 2) частично устранять или подвергать длительному заключению тех, кто способен только к образу жизни кочевников и примитивных племен; 3) принудительно исправлять тех, у кого недостаточно развиты альтруистические чувства, по кто совершил преступления при чрезвычайном стечении обстоятельств и вряд ли когда-либо повторит их снова.

    Чарльз Б. Горинг (1870—1919), врач королевской тюрьмы в Англии, заручившись поддержкой Карла Пирсона, видного статистика, разработавшего целый ряд статистических понятий, и среди них коэффициент корреляции, провел исчерпывающее исследование физических типов заключенных в Англии. В 1913 г. он опубликовал свою работу «Заключенный в Англии» 45, выводы которой были диаметрально противоположны утверждениям Ломброзо. В результате ломброзианское учение о физических типах преступников было почти забыто. Но вклад Ломброзо в развитие криминологии, а именно привнесение в нее объективного научного метода исследования, остается тем не менее весьма важным.

    Г. Тард, французский ученый-юрист, считал, что всякому поведению, включая и преступное, обучаются. Обе его работы, «Законы подражания» и «Философия наказания», вышли в 1890 г. в Париже. В отличие от биологического подхода Ломброзо к объяснению преступности Тард предлагал ’ понятия «подражание» и «обучение»46. Преступников он называл своего рода «социальным экскре-ментом»47. Он полагал, что юридические диспозиции должны строиться скорее на психологической основе, чем на посылке о равных наказаниях за одинаковые преступления, которую он считал несправедливой и упрощенческой. Функция суда, по его мнению, должна сводиться к установлению виновности или невиновности обвиняемого, а степень его ответственности должна определять специальная врачебная комиссия.

    Американская школа

    На американскую криминологическую школу, придерживающуюся социологических теорий причин преступности и тесно связанную с позитивистской школой, сильное влияние оказали такие мыслители XIX в., как, в частности, бельгийский математик А. Ж. Кетле (1796—1874). Кетле считается основоположником социальной статистики и первым криминологом социологического направления. Основываясь на анализе преступности и состояния морали во Франции, проведенном им в 1836 году, Кетле пришел к выводу, что совершению преступлений способствуют такие факторы, как климат, возраст, пол и времена года. По его мнению, общество само готовит преступление, а человек, виновный в его совершении,— это лишь инструмент, при помощй которого оно совершается 48.

    И. Рей (1807—1881) — один из ведущих в XIX в* авторов в области судебной психиатрии49. В 1838 г. он опубликовал свою работу «Медицинская юриспруденция душевных расстройств», изданную в Америке и в Англии. Именно под его влиянием изменилось направление психологических исследований в криминологии — произошел сдвиг от френологии к психиатрии. Влияние Исаака Рея до сих пор ощущается в области диагностики расстройств и обращения с душевнобольными преступниками.

    На развитие американской криминологии сильное влияние оказывали и другие ученые. Это Генри Мэйхью (1812—1887), английский журналист и социолог, который в результате изучения жизни лондонской бедноты и преступного мира Лондона, провел различие между профессиональными преступниками, добывающими себе средства к жизни преступлениями, и случайными правонарушителями, совершающими преступления под давлением непредвиденных обстоятельств50. Это Джон Хэви-ленд (1792—1852), архитектор, автор проекта радиальной (звездообразной) тюрьмы, много сделавший в плане функциональной тюремной архитектуры; после того как в соответствии с его предложениями было реорганизовано управление Пенсильванской системы пенитенциарных учреждений, он спроектировал такие учреждения, как пенитенциарий Восточных штатов в Черри-Хилл (бывшая Пенсильвания, теперь Филадельфия), тюрьму штата Нью-Джерси в Трентоне, пенитенциарий Западных штатов в Питтсбурге и другие тюрьмы в Соединенных Штатах и в Европе. Это Ганс Гросс (1847—1915), заложивший научные основы расследования преступлений у себя на родине, в Австрии; в 1883 г. он опубликовал работу «Руководство для следователей», ставшую настольной книгой криминалистов во всем мире: Гросс фактически превратил криминалистику в прикладную науку. Это Густав Ашаффенберг (1866—1944), немецкий психиатр, интересовавшийся .криминологией. Это Генри Модели [(1835—1918); английский психиатр, в 1874 г. опубликовавший работу «Ответственность и психические расстройства»; Модели интересовали вопросы обращения с правонарушителями, и он обсуждал возможности применения к ним методов конвульсивной терапии, нейрохирургии и т. д. У истоков криминологии стояли и другие ученые* Многие из них упомянуты в прекрасной книге под ре* дакцией Германа Мапнхойма «Пионеры криминологии»

    Результаты исканий всех этих ученых были восприняты в Соединенных Штатах и вошли в американскую школу криминологии.

    Как отмечают Барнз и Титерз51, одним из направлений американской криминологической школы было изучение физических особенностей людей, проводившееся параллельно работам Ломброзо, но особо подчеркивающее значение таких факторов, как дегенеративность и строение тела. Теоретиками, оказавшими непосредственное влияние на это течение, были Жан Эскироль (1772—1840), перу которого принадлежит книга «Психические расстройства»52, Ричард Дагдейл (1841—1883), автор книги «Семейство Джуксов» 53, Генри X. Годдард54, написавший «Семейство Калликаксов»55. Во всех этих работах рассматривались вопросы вырождения семей. Вопросы физической конституции были центральными в работе Эрнста Хутена «Преступление и человек» в дальнейшем это течение получило поддержку в исследованиях Вильяма Шелдона, а также Шелдона . и Элеоноры Глюк56.

    Джои Гиллин считал, что возникновение американской школы криминологии можно отнести примерно к 1914 г. Он обратил внимание на явно социологический подход, который разделяли многие американские исследователи в области криминологии 57. Еще в 1908 г. Морис Пармеле указывал, что социологи больше, чем кто бы то ни было, сделали для развития криминологии в Соединенных Штатах, в результате чего криминология стала подразделом социологии в американских университетах58.

    Все перечисленные течения по сути своей являются позитивистскими. В то время как классическая школа в криминологии выделяла понятия свободной воли, закона и одинакового наказания за одинаковые преступления, позитивистская и американская школы не придавали праву столь большого значения, подчеркивая, что поведение причинно .обусловлено и что правонарушителя, если это возможно, следует подвергать некарательному воздействию. До развития классических теорий в центре внимания стоял вопрос благополучия общества; поэтому изгнапие, смертная казнь и иные виды возмездия были первичной реакцией на преступление. Классическая школа центр тяжести перенесла на преступление, и 'реакция общества на него стала зависеть от серьезности содеянного. Позитивистская школа во главу угла поставила самого правонарушителя, и социальная реакция на преступление стала рассматриваться в терминах диагностики и некарательного воздействия на правонарушителя.

    /


    Некоторыми криминологами, например Германом Манн-хеймом, школа социальной защиты рассматривается как третье после классической и позитивистской школ значительное направление в криминологии *. Однако есть криминологи, считающие, что это направление является дальнейшим развитием позитивистских теорий. Джеффри 59, равно как и Марк Ансель60, полагает, что «социальная защита», как концепция, далеко выходит за пределы и классической, и позитивистской школ. Теоретические основы этой доктрины развивались постепенно. Марк Ансель проследил ее начало в средних веках. Энрико Ферри — представитель позитивистской школы — впервые употребил этот термин. Первое серьезное признание доктрина социальной защиты получила в 1943 г., когда Филлипо Граматика создал в Вепеции Центр исследований социальной защиты. Первая международная конференция по вопросам социальной защиты была проведена в 1947 г. в Сан-Ремо, вторая — в 1949 г. в Льеже. В 1948 г. была создана Комиссия социальной защиты при Организации Объединенных Наций. Значительный вклад в развитие теории социальной защиты внес Граматика61. Заслуга Анселя состоит в большей степени в ее воплощении в жизнь 62.

    Основное внимание эта теория уделяет: 1) личности правонарушителя, 2) уголовному праву и 3) изменению окружения в целях его совершенствования, а стало быть, и предупреждения преступности. Ансель считает теорию социальной защиты своего рода мятежом против позитивистского подхода в криминологии, точно так же как позитивизм был мятежом против классической школы 63. Доктрина социальной защиты выступает против принципов мщения и воздаяния, считая, что преступление затрагивает и индивида и общество и что поэтому проблемы, связанные с преступлением, не исчерпываются осуждением и наказанием правонарушителят. Основные позиции этой школы могут быть представлены следующим образом 2:

    1. Доктрина социальной ващиты исходит из положения, что средства борьбы с преступностью должны рассматриваться как средства защиты общества, а не наказания индивида.

    2. Метод социальной защиты включает в себя нейтрализацию правонарушителя путем либо его удаления и изоляции от общества, либо применения к нему исправительных и воспитательных мер.

    3. Уголовная политика на основе социальной защиты должна ориентироваться в большей степени на индивидуальное, чем на общее предупреждение преступности, то есть должна быть направлена на ресоциализацию правонарушителя.

    4. Подобная направленность делает необходимой все большую «гуманизацию» нового уголовного закона, которая предполагает восстановление у правонарушителя чувства уверенности в себе и чувства ответственности наряду с развитием правильных ценностных ориентаций.

    5. Процесс гуманизации системы уголовной юстиции подразумевает также научное осмысление явления преступности и личности правонарушителя.

    Основой доктрины социальной защиты является исключение наказания как такового. Делу защиты общества с большим успехом могут служить перевоспитание и социализация правонарушителя, чем кара и возмездие* Правонарушитель — биологическое и социальное существо, которое обучается поведению и в процессе социальной адаптации может сталкиваться с различными эмоциональными проблемами. Его личность должна быть подвергнута научному изучению, и ему следует оказывать помощь в социальной адаптации. Эта теория не использует такие юридические фикции, как mens геа (вина)] или умысел.

    Направление социальной защиты отличается от позитивистской школы тем, что вновь вводит право в криминологическую мысль. Однако это не значит, что оно возвращается к теориям классической школы, поскольку право в теории социальной защиты включает в себя положения, ориентированные на учет личности правонарушителя, а не на серьезность совершенного им преступления. Интересно отметить, что наибольший вклад в развитие теории социальной защиты внесен европейскими

    учеными, тогда как многие из провозглашенных этой теорией принципов нашли практическое воплощение главным образом в Соединенных Штатах*

    РАЗВИТИЕ КРИМИНОЛОГИИ

    В Соединенных Штатах криминология как область исследований появилась лишь в начале XX в., хотя к тому времени ее развитие в Европе в рамках различных школ права, судебной медицины и антропологии длилос^ уже более века. Выше уже упоминалось о том, что й 1908 г. Морис Пармеле подчеркивал значение социологии и антропологии для развития криминологии, и о том, что в 1914 г. Джон Гилип охарактеризовал американскую криминологию как школу социологического направления. Пармеле отмечал также, что большинство исследований, описанных в литературе в период между 1900 и 1919 гг., было проведено социологами. Таким образом, криминология превратилась в признанную отрасль социологии Социологи внесли свой вклад в дело установления и определения области криминологии.

    Один из первых серьезных учебников в этой области был написан Эдвином X. Сатерлендом. Первое издание учебника относится к 1924 г. После смерти Сатерленда в 1950 г. Доналд Р. Кресси, его ученик, работал над новыми изданиями этой работы. В 1974 г. она вышла в свет в девятый раз64 и до сих пор остается одним из наиболее полпых трудов по этому предмету. В 1942 г. появилась «Криминология» Доналда Р. Тафта, пере- • изданная в 1950 и 1956 гг. В переработанном в соавторстве с Ралфом Инглэндом виде в 1964 г. вышло в свет четвертое издание «Криминологии»65. В 1943 г. Барнз и Титерз опубликовали превосходную работу «Новые горизонты в криминологии» 66, которая переиздавалась в 1951

    и 1959 гг. Уолтер К. Реклесс в 1950 г. опубликовал свою книгу «Проблема преступности»*, переиздававшуюся в 1955, 1961, 1967 и 1973 гг. Хотя в свет выходили и другие хорошие учебники, те, о которых сказано выше, оставались лучшими в своей области, и все они были написаны социологами. В числе выдающихся работ следует упомянуть и такие, как «Теоретическая криминология» Джорджа Волда67 (1958), «Сравнительная криминология» Германа Маннхейма68 (1965) и другие. Все эти работы наряду со специальными журналами привели к тому, что криминология превратилась в самостоятельную область исследований, хотя в ней имеются заимствования из многих дисциплин, включая социологию, психологию, право и некоторые отрасли медицины, особенно психиатрии.

    ТРИ МОДЕЛИ КРИМИНОЛОГИИ

    В теории криминологии, разрабатываемой в университетах, а также в области ее практического применения в уголовной юстиции, как представляется, можно выделить три основные модели. Ряд научных направлений исходит из модели контроля, которая предполагает, что поведение изменяется под влиянием внешних воздействий, таких, как задержание, арест, заключение под стражу, поощрение, и других подобных мер контроля. Медицинская модель предполагает обращение с правонарушителем как с пациентом, рассматривая его как больного, плохо приспосабливающегося к окружению и нуждающегося в психотерапии, индивидуальном обращении, воспитании, советах и других формах помощи. Социогенная модель • рассматривает правонарушителя как продукт среды* В изменении нуждается его социальное и экономическое положение, в частности его домашние условия, его ближайшее окружение, вся жизнь в гетто, а также и другие факторы, формирующие его среду. Проведенные исследования пе позволяют прийти к заключению, что какая-либо одна из этих моделей лучше других. Практически все три модели, хотя и в разной степени, направлены па решение проблем, связанных с преступностью и пра-в онарушите лями.

    РАННИЕ КРИМИНОЛОГИЧЕСКИЕ ТЕОРИИ. БИОЛОГИЯ И ЭКОНОМИКА

    После того как были определены и осмыслены философские принципы классической и позитивистской школ, внимание ученых привлекли другие факторы, расширившие основу их представлений о девиантном и преступном поведении. Даже Ломброзо в поисках объяснений преступности обратился в своих последних исследованиях к рассмотрению и факторов окружения и биологических факторов. Последние стали приниматься за основу изучения поведения (включая и преступное), причем особо подчеркивалось значение умственного развития как биологической или наследственной черты. В современной экспериментальной психологии сохраняются биологические подходы к таким явлениям, которые в ходе эксперимента можно наблюдать, описывать и измерять. В той мере, в какой речь идет об измерении биологических проявлений, а не систем ценностей и понятий, создаваемых человеком, биологические и психологические подходы к объяснению поведения все еще используются мпо-гими поведенческими науками. Однако воздействие биологических факторов, и в частности их роль в развитии умственных способностей, остается предметом обсуждения. В ходе полемики по этим вопросам, а именно при обсуждении проблемы тестирования «I. Q.» (коэффициента умственного развития), выдвигается, например, такой аргумент: 1) если различия в умственных способностях наследуются, 2) если успех зависит от этих способностей,

    3) если заработок и престиж зависят от этого успеха, то тогда 4) социальный статус в плане престижа и заработка в известной степени определяется дифференциацией людей по способностям, передаваемым по наследству ‘.

    Экономика — социальная наука, наиболее тесно связанная с достижением успеха в обществе. Карл Маркс (1818—1883) и Фридрих Энгельс (1820—1895) в «Коммунистическом манифесте», опубликованном в 1848 г., подчеркивали важность экономических условий и классовой борьбы для таких социальных проблем, как преступность, бедность и т. д/ Анализ экономических аспектов социальных проблем невозможен без учета вклада, внесенного в их разработку Карлом Марксом.

    Мысль о социальных корнях преступности исходит от экономики и философии. В ходе развития криминологии биология и экономика служили основой перехода от философских умозрений к научному подходу в объяснении преступного поведения. В XIX в. человеческое поведение рассматривалось в биологическом плане, если речь шла об отдельном индивиде, в экономическом — если речь шла об обществе, и в философском — если речь шла об этике и религии. .

    БИОЛОГИЯ

    Несмотря па то что в XIX в. большое значение приобрели и биология, и экономика, на развитие появившейся криминологии более сильное воздействие оказывали биологические воззрения. Упоминавшиеся выше исследования «дегенеративности» семей, таких, какДжук-сы или Калликаксы,— яркое свидетельство того значения, какое придавалось при объяснении поведения физической конституции человека и работе желез внутренней секреции, якобы биологически предопределявших появление «прирожденного преступника» (теперь в просторечии это назвали бы «дурным семенем»). В 90-х гг. прошлого века начали применяться простейшие виды тестов по определению коэффициента умственного развития для измерения передаваемых по наследству способностей. Болес современное толкование этих биологических факторов поведения использует хромосомные различия и мозговые ритмы, фиксируемые при помощи электроэнцефалографа. Еще одним проявлением биологического подхода стали хирургические методы воздействия, такие, как нейрохирургия и кастрация. До сих пор сохраняются пришедшие к нам из XVIII в. и более ранних веков представления о воздействии на биологические функции внешних сил, могущих в известной мере влиять на поведение. К ним относятся погода, климат и воздействие луны. Представляется целесообразным кратко рассмотреть каждый из этих факторов.

    Физическая конституция и эндокринология

    Мысль о том, что строение тела и другие особенности физической конституции человека составляют биологическую основу поведения, не нова. Еще в V в. до н. э. Гиппократ выделял два типа людей: коренастых и плотных, подверженных апоплексии и сходным недугам [(habitus apoplecticus), и стройных, худощавых, подверженных респираторным заболеваниям (habitus phthisi-cus). Во II в. н. э. Гален, которого часто называют отцом современной медицины, говорил о четырех широко известных типах темперамента: сангвиническом, холерическом, флегматическом и меланхолическом, которые он связывал с преобладанием в организме одной из четырех жизнетворных жидкостей. Немецкий зоолог Карус в 1853 г. описал три типа физической конституции: флег-» матик (человек о рельефно выраженными органами пищеварения) ; атлет (физически хорошо развитый человек); астеник (человек вытянутых форм, со слаборазвитым скелетом и мускулатурой). Теории, связанные с особенностями физической конституции человека, привлекали в XIX в. внимание многих ученых и в частности Виолы в Италии, Дейвенпорта в Америке, Павлова в России, Йенха, Вейденриха и многих других в Германии. В 1912 г. Карл Юпг (1875— 19G1) предложил выделить два паиболоо общих биологических типа: интроверта, поведение которого определяется воздействием внутренних факторов и психическая энергия которого направлена внутрь, и экстроверта, поведение которого определяется внешними факторами, а психическая энергия направлена вовне. Немецкий психиатр Эрнест Креч-мер (1888—1964) разработал классификацию типов, оказавшую в Соединенных Штатах, пожалуй, наиболее сильное влияние. Согласно этой классификации, существует ряд типов: пикнический (большой корпус с короткими ногами), атлетический (хорошо развитое, пропорциональное тело), лептосомический или астенический (удлиненные формы и небольшой вес) и диспласти-ческий (отличающийся анормальностями развития)* Каждому типу соответствует свой темперамент.

    Эрнест А. Хутен (1887—-1954) из Гарвардского университета возродил теорию расы и «преступной природы» в ломброзианском духе *. Он пытался подтвердить положение Ломброзо и с этой целью в течение 12 лет проводил обширные сравнительные исследования. Хутен обследовал 13 873 заключенных мужчин в Тюрьмах 10 штатов и 3203 непреступников. Он провел также детальное антропологическое обследование 5689 заключенных, разделив их на 9 расовых типов, и пришел к выводу, что в каждой расе есть биологически неполноценные представители, отклоняющиеся от среднего показателя значительно больше, чем раса в целом. Хутен применил разработанную Кречмером типологизацию в криминологии.

    Вильям X. Шелдон, ученик Хутена, продолжил его изыскания и опубликовал несколько работ, в которых устанавливал связь между физической конституцией и преступным поведением69. Суть его рассуждений сводилась к тому, что особенности конституции и делинквентность связаны между собой. Следуя типологии Кречме-ра, Шелдон выделил три основных типа людей: 1) эндоморфный — тех, кто относится к этому типу, он назвал «висцеротониками» 70, это невысокие.и полные люди, психика которых экстровертна; 2) мезоморфный, или атлетический,— люди этого типа нормально и пропорционально сложены; их он назвал «соматотониками» 71 и считал, что для них характерна активность, подвижность и агрессивность; 3) эктоморфный — к этому типу принадлежат высокие и худые люди, которых Шелдон назвал «цереб-ротониками»; для них, по его мнению, характерна сдержанность, тревожность и скрытность, и их психика интровертна. В своей работе «Разновидности преступного поведения» Шелдон описал жизнь и поступки 200 юношей, живущих. в Южном Бостоне, и пришел к заключению, что поведение обусловлено физической конституцией человека и зависит от ее типа. Таким образом, Шелдон выступил против объяснения поведения с позиции психиатрии. ,

    Шелдон и Элеонора Глюк также полагали, ,что делинквентное поведение в большей степени, чем это признавалось раньше72, определяется физической конституцией человека. Они утверждали, что: 1) физические различия сопровождаются наличием (отсутствием) черт, связанных с делинквентностью; 2) физические различия обусловливают различную ответную реакцию на воздействие окружения; 3) различие в этиологии делинквентного поведения у людей, принадлежащих к разным физическим типам, связапо с различием физических черт и реакций па воздействие окружения 73.

    Физический тип — важный фактор межличностных отношений, будь то отношения в сфере политики, в повседневной жизни, в процессе осуществления социальных функций или иные типы взаимодействий между людьми. Реакция окружающих и собственное отношение к необычной внешности влияют на социальное взаимодействие. Например, дефекты кожи могут стать, особенно в юношеском возрасте, источником самых различных неприятностей. Большие уши, близорукость, маленький рост, изуродованные конечности, ожирение, параличи и многие другие дефекты оказывают влияние на характер и объем социального взаимодействия. Поведепие, направленное на то, чтобы как-то «компенсировать» эти дефекты, часто принимает форму делинквентного 74.

    Физические недостатки многими психиатрами расцениваются как важный элемент отклоняющегося поведения, включая делинквентное и преступное75. Не вызывает сомнений и то, что такие недостатки серьезно усложняют социальную приспособляемость. Считается, что даже татуировки также могут стать источником социального неудобства. Признание важности для социальной адаптации той роли, которую играет внешность, нашло выражение в том, что при многих тюремных больницах открыты отделения косметической хирургии. Исправление косогласия, удаление шрамов на лице и на других открытых местах, выпрямление искривленных носов, вправление выбитых челюстей и удаление татуировок и т. д. предусматриваются многими исправительными программами как одна из мер, направленных на коррекцию поведения.

    Функционирование желез внутренней секреции считается, быть может, наиболее важным фактором, воздействующим на поведение человека 76. Вора и убийцу описывали исключительно на основании особенностей его желез внутренней секреции77. Было замечено, что почти одна треть всех заключенных страдает эмоциональной неустойчивостью, вероятной причиной которой являются болезни желез и токсикозы78. Однако многие видные биологи указывали, что взаимосвязь между дисфункциями желез внутренней секреции и преступностью не мржет быть доказана79, что нет доказательств наследственной предрасположенности к совершению преступлений80.

    В качестве примеров, иллюстрирующих наследственную предрасположенность к преступности, приводились исследования идентичных однояйцевых близнецов81; однако критика выводов, сделанных на основании этих исследований, показывает, что воздействие одинаковых условий окружения на преступное поведение явилось более важным фактором, чем происхождение от одних родителей 82.

    Гойтейн с психоаналитических позиций, не исключающих, однако, и юридической классификации поведения, разработал свою «модель характерных особенностей», в соответствии с которой виды преступлений соотносятся с определенным типом биологической дисфункциональ-ности в различные возрастные периоды По этой модели соматические отклонения связываются с насильственными действиями; анально-либидные — о совершением имущественных преступлений; уретральные, сопровождаемые фантазиями,— с поджогами и затоплениями; го-надальные — с изнасилованиями и иными преступлениями, сложная динамика которых зиждется на сексуальных мотивах. Соматические отклонения также проявляются в ипохондрии и извращениях.

    В настоящее время идеи Хутена неизменно оцениваются отрицательно2. Его положения, сходные, по-видимому, с тезисом об «отбросах общества», применимы разве что к людям типа Арчи Бункера. Нет убедительных для большинства криминологов доказательств того83 что физическая конституция, функционирований желез внутренней секреции и прочие биологические факторы причинно обусловливают преступность. Критики такого подхода указывают, что предположение о связи между конституционально-физической типологией и тем поведением, которое юридически и социологически определено как преступное и делинквентное, не подтвердилось. Одна из них даже охарактеризовал этот подход как «изощренную форму борьбы с воображаемым противником» 3.

    Умственное развитие

    Вопросы интеллекта, в частности вопросы отставания в умственном развитии, при конституциональном подходе связываются с вопросами наследственной передачи умственных способностей. Считается, что способности вообще передаются по наследству и особо важную роль играют родители. Аристотель предложил проводить аналогию между причинами, обусловливающими поведение человека, и причинами, вызывающими рост дуба или березы из семени. Дождь он называл причиной, ускоряющей или обусловливающей рост, а причиной, предопределяющей, что вырастет — дуб или береза,— считал само семя. Это представление, очевидно, легло в основу концепции «дурного семени».

    Впервые четкое разделение категорий умственной дефективности и душевных расстройств было проведено Жаном Эскиролем в 1838 г. в его работе «Душевные болезни». Примерно в то же время к аналогичным выводам пришел в Соединенных Штатах Исаак Рей. Первое определение невменяемости, предположительно в связи с душевной болезнью, было сформулировано в 1843 г., когда специальная королевская комиссия в Англии разработала известные «правила Мак-Иатена». Понятию «идиот», использованному Исааком Реем, в большинстве законодательных актов стал соответствовать термин «слабоумный». Слова «невменяемость» и «слабоумие» приобрели юридическое значение и стали означать психические расстройства и психическую неадекватность индивида, которые жюри правомочно учитывать при рассмотрении дел.

    В 1877 г. Ричард Дагдейл опубликовал известное исследование семьи, отличавшейся, как утверждал автор, умственной отсталостью. Эта работа привлекла впимание к вопросам тяжелой наследственности как основному фактору умственной неразвитости и преступности. Дегенеративность и врожденная неполноценность стали считаться основной причиной преступности. В 1912 г. Генри X. Годдард опубликовал аналогичное исследование — «Семья Калликаксов» ‘. История семьи Калликаксов началась во время Гражданской войны в Америке, когда Мартин Калликакс встретился со слабоумной девушкой и стал отцом слабоумного сына. К 1912 г. было известно 480 прямых потомков этого недолговременного союза. Из них 143 человека также были слабоумными, многие были незаконнорожденными, алкоголиками . и проститутками. После войны основатель «династии» Мартин Калликакс

    женился на девушке из «приличной» семьи. По этой ли- ч нии насчитывалось 496 прямых потомков, и среди них. не было ни слабоумных, ни незаконнорожденных, ни. проституток, ни преступников. Многие из них стали юристами, врачами, судьями и были уважаемыми людьми. Обследование Дейвенпортом семьи Нэм дало аналогичные результаты *.

    . Первый тест для определения адекватности умствен-, ного развития был создай по указанию министра образования Франции в 1904 г. .Перед Бинэ и Симоном была поставлена задача выработать технические приемы, при помощи которых способные к обучению дети при рассмотрении их дела судами могли бы быть отделены от тех, кто к обучению не способен, с тем чтобы можно было открыть специальные профессиональные школы для. подготовки детей, не способных к обучепию, к трудовой деятельности. В 1905 г. был разработай вопросник, содержащий вопросы, начиная от самых простых, на которые мог ответить каждый, до трудных, ответа на которые не мог дать почти никто. Уровень умственного развития определялся в зависимости от сложности вопросов. Тест несколько раз подвергался переработке. Он был заимствован американцами и впервые применен в Вине-лэндской профессионально-технической школе в Ныо-Джерси. В 1916 г. Терман переработал тест, который в этом виде применялся вплоть до 1937 г. В 1937 г. Терман снова переработал и стандартизировал его на материале обследования 60 тысяч детей в одиннадцати штатах. После всех переработок тест под названием «Стенфордская редакция теста Бинэ — Симона» стал в Соединенных Штатах основой определении адекватности умственного развития, и большинство используемых здесь тестов стандартизируется по этой редакции.

    Между тем вопрос о связи между уровнем умственного развития и преступностью и делинквентностью оставался нерешенным. В 1924 г. Мерчисон заявил, что такой связи не существует 2. Были и другие работы, в кото-

    1 Davenport С. В. The Nam Family. Lancaster, Pa.e Ю12.

    2 Murchison C. American White Criminal Intelligence. — iournal of Criminal Law and Criminology. 15. August 1924, № 2, * 254—257,

    рых сравнение преступников и непреступников по уровню умственного развития заканчивалось в, пользу первых

    Хромосомы и преступность

    Нормальным сочетанием хромосом для мужчин является наличие у них одной X- и одной Y-хромосомы, то есть сочетание XY; для женщин — наличие двух X-хромосом, то есть сочетание XX. Пол человека определяется при зачатии. Лица мужского пола с нормальным хромосомным кодом обязательно наделены Y-хромосо-мой, у женщин Y-хромосом не бывает. Встречаются разного рода анормальные сочетания хромосом, что иногда затрудняет индивидам выполнение определенной роли в обществе. Например, лицо, имеющее комбинацию хромосом XXY, может считать себя женщиной и быть воспитанной соответствующим образом, но при выполнении этой роли испытывать определенные трудности. И наоборот, лицо с набором хромосом XXY, но воспитанное как мужчина, может сохранить определенную сдержанность при выполнении этой роли. Вот почему в современной жизни все более обычными становятся операции по изменению пола. Новая теория гласит, что наличие у мужчины комбинации хромосом XYY делает его сверхагрес-сивным «супермужчиной», вступающим в конфликт о законом гораздо чаще, чем его собратья, имеющие комбинацию хромосом XY. Высказывалось даже предположение, что все это приведет к новым поискам «дурного семени» 84.

    Впервые об открытии XYY хромосом у взрослого мужчины (американца) сообщил 26 августа 1961 г. английский журнал «Ланцет». В результате проведенного в 1967 г. в Пентриджской тюрьме в Мельбурне исследования была выдвинута гипотеза о связи, существующей

    между комбинацией хромосом XYY и совершением преступлений. (Можно отметить, что Ричард Спек, убивший в Чикаго в 1968 г.. восемь медсестер, имел XYY комбинацию хромосом). Ричард Фокс сообщил, что заключенные, имевшие комбинацию хромосом XYY, не более склонны к совершению насилия, чем остальные заключенные, ко чаще, чем они, совершают имущественные преступления 85.

    Среди криминологов сохраняются серьезные сомнения относительно того, что хромосомный набор XYY существенный фактор формирования преступного поведения. Проведенный в 1969 г. Национальным институтом психического здоровья симпозиум также пришел к выводу, что связь между наличием XYY хромосом и преступностью практически не подтверждена 86. В специальной литературе этот вопрос окончательно еще не решен 87*

    Электроэнцефалография

    Впервые использование электроэнцефалографа (ЭЭГ)] для чтения мозговых ритмов было введено в 1929 г. Гансом Бергером в Германии. Работающий мозг генерирует электротоки, сила которых колеблется от одной до пяти миллионных долей вольта о частотой от 8 до 12 колебаний в секунду. Эти альфа-волны исходят от задних долей мозга. Более быстрые бета-волны исходят от центральных и передних долей мозга с частотой от 18 до 25 колебаний в секунду. Отклонения в ритме работы ЭЭГ,

    могут использоваться для диагностики различных мозговых нарушений, опухолей, эпилепсий и других органических дефектов. Была также высказана мысль о связи между нарушением ритмов мозговых волни некоторыми видами отклоняющегося поведения.

    На связь между нарушениями в поведении и органическими заболеваниями указывала Лоретта Бендер88. Другие специалисты считали, что ЭЭГ может найти самое широкое применение в области объяснения преступного поведения.

    Стаффорд-Кларк использовал ЭЭГ, пытаясь объяснить феномен патологических убийств*. Его сравнение «нормальных» убийств или убийств, мотивы которых ясны* с патологическими убийствами либо с немотивированны-» ми убийствами показало различие в работе ЭЭГ: электроэнцефалограммы «нормальных» убийц были относительно нормальными, тогда как электроэнцефалограммы патологических убийц показали известные отклонения.

    В передовой статье Британского медицинского журнала за 1970 г. положение о том, что ЭЭГ показывает различие в энцефалограммах тех, кто совершил мотивированные убийства, и тех, кто был душевно болен или совершил немотивированные убийства, нашло дальнейшее подтверждение 89. Степень отклонения от нормы в электроэнцефалограммах коррелирует со степенью психических расстройств. Примерно две трети агрессивных психопатов показали отклонения от нормы, тогда как примерно у одной трети насильственных и опасных преступников таких отклонений не было отмечено; они просто действовали агрессивно, руководствуясь ясным мотивом или в цв?» лях самозащиты.

    Таким образом, электроэнцефалография может быть использована для выявления некоторых проявляющихся на фоне мозговой дисфункциональности аномалий, кото-

    рые вызывают отклонения в поведении. Метод ЭЭГ является наилучшим для диагностики эпилепсии и дру-? гих органических поражений мозга, но он может быть также использован в некоторых случаях при изучении девиантного поведения. Патологическая интоксикация, вызываемая употреблением алкоголя, неизменно отмечается на электроэнцефалограмме, точно так же как и некоторые другие психосоматические нарушения. Изменения ЭЭГ, возникающие в результате мозговых операций, зависят от степени повреждения передних отделов мозга. Вскоре после перенесенных лоботомий электротоки могут наблюдаться в достаточно широких отделах моз-#га, затем они локализуются в лобовых отделах и могут там сохранять интенсивность в течение месяцев или даже лет. В заключение следует сказать, что существует взаимосвязь между биологическими функциями мозга и девиантным поведением, но она не является специфической.

    Нейрохирургия

    Нейрохирургия — один из путей воздействия па нервные каналы между передними долями мозга и гипоталамусом для уменьшения галлюцинаций и воздействия тревожных мыслей. Мозг считается основным центром локализации агрессивности *, об этом вкратце уже говорилось в предыдущем разделе. Первая хирургическая операция такого рода была совершена в 1935 г. в Лиссабоне Альмейда Лимой под руководством Эгаса Моница. Операция заключалась в удалении определенной части нервных волокон, соединяющих передние доли мозга с таламусом, через специальные отверстия в теменпой части черепа* С тех пор методика операции несколько раз менялась, но наиболее распространенной остается круговая лобото-мия. В ходе этой операции в лобные пазухи через глазные впадины вводится острый и гибкий инструмент, которым в пазухе проводится дуга тридцатиградусного наклона, затем инструмент выводится. При такой методике не остается шрамов. Примерно через час после операции больному разрешается вставать и совершать простейшие действия.

    Послеоперационный эффект бывает разным. Иногда операции приводят к конвульсиям, афазии, неумеренному аппетиту, недержанию мочи и ректальным отклонениям. Подобные явления вызываются повреждением соседних участков или ненамеренным удалением большего количества первных волокон. Побочные эффекты лоботомии варьируются в зависимости от хирургической методики операции.

    В случае успешной операции лоботомия ведет к снижению эмоциональной напряженности и тревожности. Пациент часто становится благодушным, им овладевает глубокое спокойствие, его эмоциональные реакции теряют остроту. Он в какой-то степени отключается от своего прошлого опыта н своей личности. Его умственные способности несколько снижаются, но не ослабляются сколько-нибудь серьезно в плане повседневной жизни, У него уменьшается интерес к тому, что его окружает, и он меньше входит в контакты с другими людьми.

    Существуют и другие виды хирургического вмешательства, в частности тонзилотомия и поботомия в височной части черепа над ушами.

    Стереотактическое лечение, или вживление электродов для стимуляции мозговой деятельности, используется для воздействия на агрессивных пациентов в тех случаях, когда другие методы, включая применение психотропных веществ, оказывались безрезультатными90. Стерео-тактическое лечение агрессивного поведения воздействует на функциональные механизмы психической активности, но пока еще вопрос остается мало изученным. Есть надежда на достижение нового уровня регуляции поведения, в результате которого пациент станет более пригодным для жизни в обществе 91.

    Первыми хирургическому вмешательству были подвергнуты умственно отсталые люди, отличающиеся на-сильствепно-агрессивпым поведением92. К числу накопленных на сегодняшний день данных о воздействии такого рода операций относятся сведения о том, что лица, перенесшие лоботомию, редко видят сны; что на шизофреников такое лечение оказывает положительное воздействие; что у больных неизменно снижаются такие симптомы, как навязчивые идеи, фобии и истерии. Наибольший успех был достигнут в лечении неврозов, характеризующихся тревожностью и гипернапряжением* Вместе с тем психопатия этому лечению не поддается. Подвергнутые лечению правонарушители, совершавшие берглэри, кражи, угоны автомашин и подлоги, вновь возвращаются к старому. Наряду с этим отмечено, что редко повторяются насильственные преступления, а половые преступления ограничиваются малозначительными непристойностями 93. Воздействие хирургических методов лечения в случаях наркомании и алкоголизма не может быть предсказано, так как вопрос еще не выяснен до конца.

    В заключение можно сказать, что лоботомии снижают чувство тревожности. Некоторые специалисты, наблюдавшие воздействие лоботомии в тюрьмах, где подобная практика стала типичной, например в Калифорнии, указывают, что подобная хирургия превращает человека в «овощ». Результаты послеоперационного тестирования умственных и других способностей оказывались разными. Очевидно, в будущем будет разработана правовая регламентация использования мозговой хирургии для воздействия на преступников и решен вопрос о получении их согласия на. подобные операции.

    Кастрация

    Кастрация мужчин — традиционный прием, использовавшийся людьми в самых различных целях, В древние времена и в средние века мужчину кастрировали для того, чтобы превратить его в евнуха, вбесполое существо, прислуживающее в гареме богатых мусульман в Африке и на Среднем Востоке. К кастрации прибегали с целью сохранения мужских сопрано для религиозных песнопений в римско-католической церкви. Конец этой практике был положен папой Львом XIII, стоявшим во главе католической церкви с 1878 по 1903 г. Истории известно также применение кастрации в отношении преступников, совершивших половые преступления, но только в целях наказания, а не исправительного воздействия. Однако в прошлом веке кастрация во многих странах применялась в исправительных целях, причем идея заключалась в том, что снижение агрессивности некоторых сексуальных . преступников отвечает общественной безопасности. Кастрация, как метод обращения с сексуальными преступниками, традиционно использовалась в Скандинавских странах *.

    Принудительная стерилизация как вид наказания существует в Соединенных Штатах приблизительно с 1907 г.94; в основном стерилизации подвергались женщины, имевшие незаконнорожденных детей. *В подавляющем большинстве случаев стерилизация производилась по ходатайству суда и считалось, что получено согласие самой женщины. К 1968 г. было известно 65 тыс. случаев стерилизации, из которых 25 тыс. приходилось на 30-е годы 95. Наиболее широкое применение эта практика получила в Северной Каролине. В 1968 г. число стерилизаций достигло 400 в год; лишь незначительная часть их проводилась в исправительных учреждениях. В исправительных учреждениях Калифорнии было произведено самое большое число кастраций по сравнению с любым другим штатом.

    Следуя общему направлению того времени, число стерилизаций в тюрьмах своего пика достигло в 1930-е гг. Вплоть до 1950-х гг. существовал ряд организаций, активно выступавших за проведение подобных операций, в том числе Общество совершенствования человека, штаб-квартира которого сначала находилась в Южной Каро-липе, затем переместилась в пачале 50-х гг. в Нью-Йорк; теперь этого* общества уже не существует. Кастрация в тюрьмах была добровольной и проводилась на основании «информированного согласия» лица, которого это касалось, или по решению суда. В Соединенных Штатах она никогда не применялась так широко, как в Скандинавских странах, где ежегодное число кастраций в 30-е гг. достигало 12. Однако это неточная информация, основанная на слухах. Точных свидетельств, доступных для анализа, нет. Медики, работающие в исправительной системе Соединенных Штатов, как правило, считают кастрацию бесполезным и внушающим отвращение средством.

    Любые виды хирургического вмешательства, будь то кастрация, хирургия мозга или другие виды операционного лечения, в Соединенных Штатах сопряжены с определенными трудностями юридического характера и необходимостью соблюдения прав человека. Недавно вновь было подтверждено право отказа от лечения, связанного с лоботомией, электрошоком и другими видами физического воздействия. По общему правилу такие процедуры могут быть осуществлены в тюрьмах только в том случае, если получено «информированное согласие». Вопрос заключается в том, что само это понятие также ставится под сомнение. Конечно, может быть возбужден вопрос о жестоком и необычном наказании, нарушающем 8-ю поправку к конституции подобно тому, как на основании 1-й поправки уже выдвинуто возражение против «починки на скорую руку человеческого разума» *.

    Погода, климат и луна

    Многие из первых ученых, искавших объяснения преступного поведения, обращались в этой связи к факторам географического характера. В своей работе «О духе законов» Моптескье писал, что по мере приближения к экватору увеличивается преступность, а по мере приближения к полюсам — пьяпство. Адольф Кетле, о котором часто говорят как об «отце социальной статистики», утверждал, что преступления против личности чаще совершаются в теплых климатических зонах и число их увеличивается по мере приближения к экватору, тогда как имущественные преступления больше распространены в зонах холодного климата и число их растет по мере приближения к полюсам. «Термический закон преступности» получил развитие в исследованиях Майо-Смита в 1907 г96. По данным исследования Герри Шампнефа, во Франции с 1825 г. по 1830 г. было совершено 100 преступлений против личности и 181,5 имущественных преступлений в северных районах; в то же время в южных районах страны на каждые 100 имущественных преступлений приходилось только 48,8 преступлений против личности97. Аналогичные явления наблюдали в своих странах Ломброзо, Ферри и Ашаффенберг. Петр Кропоткин (1842—1921) предложил формулу, по которой можно было предсказать число убийств в течение месяца в России98. Для этого среднемесячную температуру нужно умножить на 7, к этому числу прибавить показатель среднемесячной влажности и полученную цифру умножить на два.

    Несмотря на то что многие практические работники считают, что погода оказывает воздействие на преступное поведение, эмпирических данных, подтверждающих это предположение, нет. Недостаточность данных, говорящих о связи между уровнем преступности и такими погодными условиями, как температура, влажность воздуха и атмосферное давление, измерявшимися ежедневно в течение года, позволяет утверждать, что такой связи не существует99.

    Сезонные различия в уровнях преступности, вообще говоря, в большей степени связываются с обычаями и бытом населения, чем с временами года. В США, например, наибольшее число изнасилований приходится на июль и август месяцы; кражи с прилавков магазинов чаще происходят в декабре: летом носят меньше одежды, а самый большой праздник — рождество — приходится на декабрь. Как бы то ни было, никаких иных зависимостей (кроме тех, которые связаны с особенностями быта) между преступностью и временами года, удовлетворительно объясняющих различие в уровнях преступности, специалисты, занимающиеся вопросами ее причин, найти не могут.

    О влиянии лупы на преступность говорили многие практические работники — ветераны правоприменительной деятельности и исправительной системы. Известно высказывание президента Объединения профессиональных астрологов Дорис Чейз Доун: «Любой полицейский вам скажет, что во время полнолуния резко увеличивается число убийств и изнасилований» *. Однако один из руководителей нью-йоркского городского управления полиции, когда его спросили об этом, не согласился с мнением Доун: «Преступники избегают освещенных мест, и полная луна, скорее всего, помеха в их деятельности»100< Сведения о влиянии луны чаще всего присутствуют в анекдотах или в повориях. Специальной литературой или данными исследований по этому вопросу ученые, занимающиеся вопросами поведения человека, к сожалению, не располагают. И тем не менее вера в воздействие луны широко распространена и даже является предметом обсуждения на занятиях по подготовке оперативных работников, когда они приступают к изучению вопросов о поведении.

    В литературе по психиатрии есть некоторые указания о влиянии луны на поведение. Одним из последних являются результаты исследования убийств в Майами, штат Флорида, за пятнадцатилетний период101. Наибольшее число убийств приходилось здесь на периоды полнолуния и появления молодого месяца. Автор исследования выдвинул мысль о том, что существует взаимосвязь между лупными циклами и насильственными преступлениями и что луна влияет на биологические циклы человека. Исследование в графстве Киехога, штат Огайо, занявшее 13 лет, выявило сходные тенденции, хотя статистически было малозначительным. Наблюдения Брауна и Парка за жизнедеятельностью хомяков, проводившиеся непрерывно в течение года, также поддерживают гипотезу о биологических лунных циклах *. Однако у большинства ученых, занимающихся социальными и поведенческими науками, мысль о влиянии луны на поведение человека не находит поддержки. Единственным реалистичным подтверждением предположения о существовании подобной связи являются упомянутые здесь исследования.

    В заключение можно сказать, что в последние годы лредволожениеотом, что погода, климат или луна влияют на Доведение вообще и отклоняющееся поведение, такое, как, в частности, преступное, находило весьма незначительную поддержку. Большинство исследований по этому вопросу проводилось в XVIII и XIX вв. Последней публикацией, в которой рассматривалась вероятность влияния климата и погоды, была книга Миллза «Климат формирует человека», вышедшая в свет в 1942 г.102. В ней анализируется вопрос об относительно большей производительности у людей, живущих в условиях умеренного и прохладного климата, по сравнению с производительностью тех, кто живет в тропиках. Кроме того, в ней рассматриваются вопросы о загрязнении промышленными отходами окружающей среды, о смертности от жары, о миграции по причинам, связанным с состоянием здоровья, о раке и о ряде других неблагоприятных для человека явлениях. При этом в книге нет никаких упоминаний о преступности и делинквентности. Нет упоминаний о луне, климате или погоде также и в подробнейшем обзоре исследований и теорий в США начиная с 1945 г., составленном Центром исследований в области криминологии и уголовного права Пенсильванского университета 103. Тот факт, что в XX в. криминологическая литература обходит молчанием вопросы о погоде, климате и луне, дает основания полагать, что криминологи и специалисты в области поведенческих наук в чем-то другом ищут объяснение преступного поведения. В центре их внимания оказались социальные факторы и факторы окружения, вопросы о психологических и эмоциональных стрессах и некоторые биологические подходы с особым выделением проблем агрессивности и насилия. Представители поведенческих наук при объяснении поведения, включая и преступное, подчеркивают значение социального окружения и процессов обучения поведению.

    Психофармакология

    Наркотики оказывают существенное воздействие па поведение человека и могут быть конструктивно использованы в терапевтическом лечении. В число их входят анестетики, аналгетики и другие снимающие боль средства, стимулирующие вещества, алкоголь и прочие депрессанты, барбитураты и иные снотворные, опиаты, транквилизаторы и т. д. Человек с давиих времен прибегал к средствам, которые уменьшают боль и умеряют волнение. Администраторы тюрем часто утверждают, что «транквилизаторы придуманы для тюрем», чтобы приводить буйствующих преступников в спокойное состояние.

    Использование наркотиков для воздействия на поведение значительно усилилось в 50-е гг., когда были открыты резерпин и хлорпромазин, которые стали применяться цак успокоительные средства для уравновешивания определенных видов поведения, связанных с повышенной возбудимостью и активностью. Вторая группа наркотиков, в которую вошли мепробамат и некоторые другие более легкие снотворные средства, применялась для спятия напряжения и тревожности. Открытие диэтиламида лизорги-новой кислоты, больше известной как ЛСД-25, которая добывается из спорыньи ржаной или пшспичпой плесени, открыло эру наркотиков. В 1960-х гг. ЛСД применялась при лечении неврозов в тех случаях, когда обычное лечение оказывалось неэффективным. К ней прибегали для лечения от алкоголизма и в других случаях психиатрического лечения. Воздействие ЛСД на отдельных людей различно, но этому воздействию всегда сопутствует ясность сознания и восприятия окружающей обстановки. Еще одним видом использования ЛСД было ее применение в религиозно-мистических целях для повышения чувства личной безопасности и веры в бога. 7

    Именно этот асцект использования наркотических средств в тюрьмах, то есть их применение в целях воздействия на людей и их поведение* натолкнулся на трудности юридического характера. Когда ЛСД стала настолько доступна, что ее можно было получить и без врачебного контроля, возникли другие затруднения. После издания в 1966 г. судебного приказа, ограничившего экспериментирование с ЛСД несколькими лабораториями, ее свободное использование перестало быть законным.

    Существуют и другие виды фармакологических средств воздействия, например инсулиновый шок, который наподобие электрошока вызывает конвульсии, похожие на судороги Джексона, наблюдающиеся при эпилептических припадках. Цель шока — снижение напряженности, чувства тревоги и превращение пациента в тихого и умиротворенного человека. Лечение шоком помогало в случаях депрессивных состояний, повышенной активности и в случаях, связанных с другими психиатрическими заболеваниями. Такое лечение в определенных сферах также подлежит ограничениям юридического характера, так что в будущем опо будет применяться весьма избирательно.

    ЭКОНОМИКА

    Экопомика в сочетании с философией на стыке XIX и XX вв. составила социальный аспект объяснения поведения, включая и поведение преступное. И если влиянием биологии в XIX в. оказались охваченными тюрьмоведе-ние и система уголовной юстиции, то экономика рассматривалась как наиболее вероятный модификатор поведения. Подобно биологии и социологии, экономика как самостоятельная дисциплина возникла в XIX в., в ее основе лежала «политическая экономия» XVII в. и еще более раннее наследие греческих и средневековых авторов.

    Понятием экономической детерминированности поведения, в частности преступного, охватывались взаимодействия людей, возникающие при распределении товаров и услуг индивидам в рамках конкретной социальной системы. Интерпретации влияния экономики на преступное поведение должны, однако, соотноситься с изменениями в политической структуре и социальных формациях четырех основных периодов развития экономики: 1) классической, или греческой, стадии; 2) средневековой фазы ста* тической структуры; 3) развития национального государства и свободной торговли под влиянием промышленной революции (около 1750 г.) и 4) современной стадии свободного предпринимательства, производства, заинтересованности и дивидентов, репты и роста национального продукта. С изменением экономических систем менялось и определение преступления.

    Систематическая регистрация рождений и смертей начала проводиться во многих городах и государствах Европы около 1500 г. Это открыло возможность изучения социальных условий и их последствий. Эдмунд Галлей ,(1656—1742), английский астроном (его именем названа известная комета), составил и опубликовал в 1692—1693 гг. первые систематизированные «таблицы продолжительности жизни» ‘. Адам Смит (1723—1790); использовал эти даппыо примепительно к социальным ц экономическим условиям, что сделало возможным появление его труда «Исследование о природе и причинах богатства народрв», вышедшего в свет в 1776 г. Вскоре после этого начала вестись статистика преступности и делинквентности.

    В опубликованном в 1848 г. «Манифесте Коммунистической партии» Карл Маркс и Фридрих Энгельс подчеркивали значение экономического детерминизма. Преступность рассматривалась ими как побочный продукт экономических условий. Маркс утверждал, что способ производства материальной жизни определяет общий характер социальных, политических и духовных процессов 2. Когда способ производства материальной жизни приходит в противоречие с существующими производственными отно-шепиями п отношениями собственности, люди в рамках такой системы оказываются порабощенными. Изменение экономической основы общества приводит к изменению всей социальной надстройки. Таким образом, к социальному переустройству общества можно прийти путем изменения его экономической жизни. Между тем отдельные индивиды в рамках общества могут столкнуться о неадек104 ватностью возможностей и различными дилеммами, что угрожает существующей системе ценностей. Одним иа следствий такой ситуации может стать преступление.


    Городским советом Бирмингема в 1800 г. был издан доклад Комитета судей, образованного рассмотрения вопроса об обращении с несовершеннолетними правонарушителями. В 1816 г. были опубликованы данные, полученные Лондонским комитетом изучения причин тревожного роста преступности несовершеннолетних в столице. В 1825 г. во Франции вышел в свет «Общий отчет о преступности». В 1833 г. во Франции А. Герри издал работу, посвященную вопросам моральной статистики во Франции, которая многими специалистами оценивается как первая работа в области научной криминологии. Адольф Кетле разрабатывал в 1835 г. вопросы социальной статистики !, и его назвали первым криминологом социологического направления, полагавшим, что общество порождает преступление и что виновный в его совершении индивид — лишь инструмент в руках этого общества.

    Наиболее полный обзор исследований проблемы «экономика и преступность», проведенных до 1940 г., содержится в работе Торстена Селлина о состоянии и динамике преступности в периоды депрессии105. В ней Селлин описывает несколько посвященных проблеме преступности и экономических условий исследований, проведенных в Англии в начале XIX в. Рассел видел причины роста преступности в Англии в 1842 г. в общем упадке, затронувшем торговлю, промышленность и сельское хозяйство. Флетчер, изучивший данные за тридцатисемилетний период с 1810 по 1847 г., полагал,что он открыл зависимость между ценами на продукты питания (в частности, на пшеницу) и числом заключенных в тюрьмах 106. Клей исследовал вопрос о числе лиц, помещавшихся в Престонский исправительный дом в Лондоне с 1835 по 1854 г., и пришел к выводу, что в «нормальные периоды» количество дел молодежи в судах было меньше, чем в «тяжелые времена», и что вместе с тем в «хорошие времена» их количество возрастает, ибо, как считает автор, молодые и беспечпые люди становятся невоздержанными, по-

    лучая высокие заработки, толкающие их па малопристойные поступки 107.

    Очевидно, одним из наиболее известных было исследование Георга фон Майера, сопоставившего колебания цен на рожь с изменениями в уровне преступности в Баварии в период о 1836 по 1861 г.108По корреляции Майера, •увеличение на полпенни цены па рожь выражалось в росте преступности на одну пятую на каждые 100 тыс. жителей. Соответственно снижение цен сопровождалось* снижением преступности.    ;

    Мэри Карпентер, в течение долгого времени служившая ^ суперинтендантом женского реформатория «Ред Лодж» в Бристоле (Англия), оспаривала тезис о воздействии экономических факторов и бедности на делинквентность 109. Более важная социальная роль приписывалась ею тому влиянию, которое оказывают профессиональные преступники. Чарлз Бут провел в Лондоне подробное изучение экономических условий в период с 1886 по 1902 г., разделив население Лондона на 8 групп по экономическим признакам110. Сирил Берт, анализируя работу Бута, нашел, что приблизительно 56% делинквентов — выходцы из четырех более низких в экономическом отношении классов, к которым принадлежат 37% всего населения; в результате он пришел к выводу, что делинквенты обычно происходят из более низких социально-экономических классов111. Дороти Томас изучала взаимосвязь между преступностью и цикличностью бизнеса; ею выведена корреляция— 25 между преступлениями, пресле-, дуемыми по обвинительному акту, и экономическим состоянием Англии и Уэльса с 1857 по 1913 г.; но в исследовании пет ответа па вопрос о длительности эффекта максимального влияния изменений экономических условий на уровень преступности112. Волд пересчитал эти данные, исходя из того, что длительность эффекта воз-

    действия на индивида составит два года, и получил коэффициент корреляции +-18, который практически не имеет значения113. Ввиду того что ни один из коэффициентов корреляции не был значительным, никакой взаимосвязи между преступностью и циклами деловой активности установлено не было.

    Американские исследования проблемы экономических, условий и преступности не были плодотворными. Явилось ли это результатом того, что уровень жизни в Соединенных Штатах достаточно высок и подавляющее большинство населения не попадает в маргинальные условия, или того, что программы поднятия благосостояния и социального обеспечения ликвидируют разрыв в уровнях жизни, или же того, что между бедностью и преступностью нет действительной связи,— на все эти вопросы еще предстоит ответить. Американские криминологи, как правило, не считают экономические условия решающим аспектом преступного поведения. Однако интересно отметить, что имущественные преступления растут в периоды экономических спадов, а преступления против личности — в периоды процветания, хотя уровень преступности в целом остается относительно стабильным. Воздействие экономических условий на индивида может быть травмирующим, но, рассматриваемое на общественном уровне, оно не может быть представлено в драматическом свете.

    Глава

    ЧИКАГСКАЯ ШКОЛА

    4


    Первым крупномасштабным исследованием в области криминологии было развернутое Чикагским университетом в 20-е гг. исследование под руководством Эрнеста Берджесса. В нем приняли активное участие многие ученые, и среди них Клиффорд Шоу, Генри Маккей, Роберт Парк, Фредерик Трашер, Кларк Тиббитс. Интерес к криминологии, проявленный Чикагским университетом, объяснялся тем, что именно в Чикаго возникли особые проблемы, ставшие позднее проблемами всех крупных городов Соединенных Штатов.

    Преступность, как социальная проблема, возникла в 20-е гг. Конечно, преступность существовала в Америке и раньше, поскольку и раньше были люди, «не принимавшие» ни цивилизации этой страны, ни норм и правил, направленных па ее охрану. Даниел Бун и другие пионеры Америки, обживавшие земли и занимавшиеся охотой вне зависимости от сезона, живи они в наши дни, угодили бы за решетку. После принятия 18-й поправки к Конституции США началась «эра великого запрета» К С 1920 г. и до принятия 5 декабря 1933 г. 21-й поправки, отменившей 18-ю поправку, озабоченность населения проблемой преступности постоянно усиливалась. Введение «сухого эакопа» вызвало рост организованной преступности. С особыми проблемами столкнулся Чикаго. Значительную долю его населения составляли люди, родившиеся за границей, отличавшиеся высоким потреблением пива. Поставки пива велись в Чикаго в широких масштабах, и здесь возникли соперничающие группы, занятые этим бизнесом. Схватки между ними приводили к убийствам. Первое такое убийство совершил 11 мая 1920 г. Аль Капоне, прикончивший «Большого Джима» Колози-мо. В 20-е гг. в результате столкновений гангстерских банд было убито более тысячи человек. Убийц не судили, поскольку не было свидетелей, которые могли бы дать показания. К этому времени организации гангстеров уже оказывали влияние на политику городских властей, обеспечивая себе таким образом безопасность. Кульминационным моментом было убийство в 1929 г. в день св. Валентина семи «солдат» из банды Моргана в одном из гаражей на Нор-Кларк-стрит. Их пристрелили гангстеры из банды Аль Капоне.

    Это событие вызвало сильнейший резонанс по всец стране — как среди населения, так и в политических кру^ гах. В мае 1929 г. президент Гувер назначил Комиссию по вопросам исполнения закона и отправления правосудия, известную по имени ее председателя как Комиссия Викершэма, и поручил ей изучить проблему преступности и беззакония в США в целом. Доклад комиссии был составлен в 1931 г., но его авторы ушли от ответа на вопрос о том, следует ли отменять «сухой закон». Тем нр менее выводы комиссии о положении дел с преступностью и принудительным исполнением закона были настолько тревожными, что необходимость перемен стала совершенно очевидной. Немедленно начали создаваться кримина-листпческие лаборатории, хотя Американская ассоциация судебных паук была образована только в 1948 г. в Септ-Луисс. В 1908 г. генеральный атторней Джералд Дж. Бонапарт учредил Бюро расследований, первым главой которого стал Гастон Б. Мшгз. При президенте Уоррене Гардинге директором бюро был Уильям Бернс. В 1924 г. в результате разразившегося скандала Бернса отстранили от должности и на его место был назначен Дж. Эдгар Гувер, при котором бюро получило название Федерального бюро расследований. После дня св. Валентина в центр внимания был поставлен вопрос о реорганизации бюро. По всей стране развернулась кампания восхваления агентов ФБР и вообще правоприменительной деятельности. В ФБР появилась должность чиновника по «связям с публикой», просуществовавшая - восемь лет. В задачи этого должностного лица входила работа по созданию у широкой публики положительного представления о Федеральном бюро расследований. В период о 1931 по 1933 г. действовало соглашение с Голливудом о том, что в кино прекратится прославление преступников и гангстеров и что представители правоприменяющих органов будут изображаться как «хорошие парни», в конце концов одерживающие верх над преступниками.

    Одновременно в 20-е гг. в Чикагском университете начали проводиться серьезные криминологические исследования. Чикагская школа криминологии развивалась в русле американской, или социологической, школы, поскольку основной акцент делался па социологии. От других социальных наук социология отличается тем, что в основе ее отношения к человеку лежит представление о пем как о существе, беспомощном при рождении, выживание которого поставлено в зависимость от социальной среды. Поведение индивида, его образ мыслей и действий, а также характер социального порядка, его структура и функционирование, существующие в нем ценности — все это понимается как продукт жизнедеятельности группы. Для социологии характерно стремление к получению знаний о человеке и обществе. Ценностные ориентации, предубеждения, установки, социальная организация, человеческая экология и демография — все это концептуальные блоки, представляющие интерес для социолога. Развитие социологических теорий определяется тем, как работающие в этой области ученые интерпретируют эти феномены и объединяют их в осмысленную систему.

    Антропология занимается исследованием и сравнением различных культур. Таким образом, сферы социологии и антропологии в значительной мере совпадают, и действительно, в некоторых университетах и колледжах эти науки изучаются в рамках одного факультета. Социологические теории и теории культуры тесно взаимосвязаны, хотя специфика антропологии состоит в том, что опа занимается культурой как таковой, а не социологическими взаимодействиями индивидов. Таким образом, объяснение поведения требует использования данных обеих этих наук. Значение культуры в любой социальной системе состоит в том, что она оказывает важное влияние на людей и их взаимоотношения. Важны также экономический и политический аспекты жизни общества. Интернализация культурных моделей и социальных целей — основа как социологических теорий, так и теорий личности. И в этом смысле существенными являются и социологический анализ Эмиля Дюркгейма, и аналитическая психология Зигмунда Фрейда, и социальная психология, представителями которой являются Чарлз Хортон Кули, Джордж X. Мид и У. Томас. Тезис Дюркгейма об аномии как отсутствии норм используется в социальных науках для объяснения многих видов отклоняющегося поведения. Теория подсознательной мотивации, разработанная Фрейдом, явилась серьезным вкладом в понимание отклоняющегося поведения с позиций поведенческих наук. Теория «зеркального я» Чарлза Кули в основе своей была социологической, поскольку исходила из предположения, что ипдивид поступает так, как этого ожидают от него другие. Культурологические подходы Джорджа Мида также имели важное значение. У. Томас выделил четыре основных желания, формирующие поведение, а именно стремление к 1) безопасности, 2) новому опыту, 3) признанию или престижу и 4) дружеской близости и любви114. Эти четыре желания часто упоминаются в литературе, посвящаемой вопросам социологии и социальной психологии, и могут быть полезны при объяснении некоторых видов поведения городских делинквентов и преступных групп в том понимании, из которого исходила Чикагская школа в своих исследованиях делинквентности. Во всяком случае, теория «четырех желаний» Томаса занимала прочное место в литературе в то время, когда в период 20—30-х гг. проводились первые работы по изучению райоиов делинквентности.

    Представители Чикагской школы основное внимание уделяли изучению социально-экономических условий городов и районов, для которых была характерна деятельность преступных групп. Кроме того, правда в меньшей степени, они занимались вопросами преступной карьеры и прогноза условно-досрочного освобождения. Сэм Уорнер провел первое крупное исследование, касающееся прогноза условно-досрочного освобождения, изучив отношение к нему заключенных, находящихся на разных стадиях отбывания наказапия в Массачусетсе. Результаты исследования были опубликованы в 1923 г., после чего изучение этого вопроса проводилось в основном в Чикаго и Иллинойсе115. Эрнест Берджесс разработал в Чикаго первый объектйвный метод прогноза условно-досрочного освобождения, основанный на учете 21 фактора, каждый из которых легко выявляется из личных дел осужденных *. Одним из наиболее значимых факторов, от которого зависит успех условно-досрочного освобождения, Берджесс считал трудовую характеристику. Однако, по мнению Тиббитса, тоже из Чикагского университета, некоторые из указанных Берджессом факторов не отличались высоким коэффициентом учета непредвиденных обстоятельств, что говорит о неадекватном использовании множественной корреляции или проверки внутренней согласованности этих факторов, то есть об исследовательском дефекте, который может не оказывать, а может и оказывать серьезное влияние на получаемые результаты 116.

    Все сказанное свидетельствует о том, что на социологическом отделении Чикагского университета велась активная исследовательская работа, результаты которой были представлены и критически обсуждались и оценивались.

    ГОРОДСКИЕ РАЙОНЫ

    С возникновением научного метода в социологии два исследователя из Чикагского университета — Роберт Эзра Парк и Эрнест Берджесс — сосредоточили свое внимание на вопросах окружения и его влияния на индивида. Взяв окружение за основу исследования, Парк изучил экологию преступности в городе. Он был настолько убежден, что факторы окружения продуцируют преступное поведение индивида, что считал, будто законы принимаются для того, чтобы уменьшить эмоции, а назначение наказания за преступление — это лишь особая церемония: «С таким же успехом можно начать танцевать!»117 Трашер также выступал от имени Чикагской школы, когда говорил, что территория города, где действуют преступные шайки, и в географическом, и в социальном отношении представляет собой промежуточную территорию, расположенную между кольцевой дорогой и жилыми районами Чикаго. Районами делинквентности занялся еще один исследователь — Клиффорд Шоу, выдвинувший теорию, согласно которой наиболее высокая концентрация делинквентности приходится на центральную часть Чикаго, а по мере удаления от центра и от промышленных районов делинквентность падаеть. Стало очевидным, что уровень преступности в различных районах города неодинаков, что он меняется от одного микрорайона к другому и что это связано с социально-экономическими и иными факторами118. Было призпано, что сложные и криминогенные прог блемы городской жизни проистекают из: 1) материальной необеспеченности жизни и нестабильности социальных институтов города и 2) индивидуальных и социальных усилий, направленных на то, чтобы приспособиться к требованиям й воздействиям общественной и экономической жизни города 119.

    Срывы функционирующих социальных и экономических систем города влекут за собой критические и далеко идущие последствия для живущих там людей. На, их культуру и поведение воздействуют такие ассоциирующиеся с городской патологией факторы жизни, как все увеличивающаяся перенаселенность, удорожание жизни, сомнительная эффективность разросшихся муниципальных учреждений, рост цеп, обесценивающий заработную плату, отсталость и дезорганизация городских общественных учреждений, созданных непосредственно для обслуживания жителей трущоб и гетто. Криминогенное воздействие городской среды начинается с семейной дезорганизации в запущенных районах города при отсутствии необходимых для сдерживания этой дезорганизации социальных институтов. Бедность, а также развитие неконформных установок в сочетании с бегством в пригородные зоны конформного среднего класса усугубляют социальные проблемы. Самоубийства, превращение порока в источник дохода, беспорядочные половые связи, незаконнорожденные дети, шайки подростков, социальное беспокойство и

    растущее эмоциональное напряжение способствуют разладу городской жизни, увеличивая перенаселенность, число неблагополучных семей, усложняя социальные отношения и порождая преступность и делинквентность. Воздействие непосредственного окружения на индивида становится наиболее очевидным, когда речь идет о внутренних районах города, его трущобах и гетто.

    Изучение преступности в городе показало, что мелкие преступления против собственности могут концентрироваться вблизи места жительства преступников, тогда как более серьезные имущественные преступления совершаются на некотором отдалении от него *. Однако даже серь-' езные преступления совершаются лицами, живущими в центральной части города, как раз вне пределов деловых районов120. Сатерленд также отмечал, что объем преступности в Чикаго снижается по мере удаления от внутренних частей города121. Лотье отметил такую же закономерность в Детройте122.

    Теория распространения преступности и делинквентности в городе по концентрическим кругам зародилась в то время, когда социологи Чикагского университета, начав изучать делинквентность, обнаружили, что районы, отличавшиеся более высоким ее уровнем,— это торговые и промышленные зоны города или зоны, к ним примыкающие 123. В Чикаго такие районы находились вблизи центральной деловой части города, а также около боен и в Южном Чикаго, где расположены сталелитейные заводы. Оказалось также, что районы с низким уровпем делинквентности — это жилые городские кварталы. Идея концентрических кругов возникла, когда было выявлено пять расходящихся от центра города зон шириной в две мили124. Изучение данных, характеризующих социальные

    проблемы этих двухмильных зон, показало, что наиболее неблагополучной была центральная, или первая, зона; по мере приближения к пятой, наружной зоне положение улучшалось *. К числу социальных проблем были отнесены делинквентность, пропуски занятий, привлечение подростков к суду, детская смертность, туберкулез, психические расстройства и преступность взрослых; исследование охватывало различные отрезки времени в период Между 1917 и#1938 гг.

    Более детальный анализ некоторых данных по Чикаго и другим городам показал, что в центральном экономическом районе уровень делинквентности относительно низок, но что он резко возрастает в сопредельных районах, тоже центральных, но находящихся в радиусе двух миль от самого центра. Шоу и Маккей пришли к заключению, что преступность и делинквентность возникают в районах, примыкающих к промышленным и торговым; это, очевидно, соответствует действительности, но с одной оговоркой: промышленность и торговля не всегда размещаются строго концентрическими кругами.

    В американских городах высоким уровнем преступности отличаются наиболее бедные районы, независимо от того, находятся они около центра города или на окраинах, хотя, как правило, это центральные районы125. Концентрация преступников и делинквентов отмечается в приходящих в упадок, перенаселенных, материально не обеспеченных районах, где находятся сдаваемые в аренду дома, где население состоит из иностранцев и негров и где мало учреждений, которые пользуются поддержкой местных жителей. Это районы с весьма незначительным антикримиыогеныым потенциалом. Здесь не существует организации типа «родители-учителя», нет и других организаций, поддерживаемых общиной. Население здесь мобильно, разобщено и неспособно к совместным действиям. Школе, социальным учреждениям и церкви оказывают поддержку люди, живущие в других местах. Растущие здесь дети формируются в условиях неразберихи, в которой трудно выделить согласованную систему ценностей. В результате закономерной становится ситуация, в которой выживают наиболее приспособленные, в которой школьники-третьеклассникн деньги, полученные от родителей на школьный завтрак, отдают шестиклассникам — членам уличных шаек, как плату за так называемую защиту.

    Люди, как правило, преданы своим родителям, безотносительно к тому, что это за преданность. Когда глава семьи приезжает из сельской местности в большой промышленный город, он обычно поселяется в трущобах или в гетто, где жилье стоит дешевле, в надежде, что это временно. Через месяцы и годы существования па случайные заработки человек начинает портиться; часто это проявляется в чрезмерном употреблении пива, вина и других алкогольных напитков, а в последнее время и наркотиков. Молодые люди, выросшие в таких районах, видят, как по их улицам везут на службу чиновников в центр города, где расположены биржа и другие финансовые учреждения. Многие из них сравнивают материальное положение своих отцов с положением этих людей. Слова: «Никто не может получить такие деньги честным путем!» — становятся выражением общего мнения. Таким образом, в этой среде не приходится долго ждать, пока молодые люди решат, что для выравнивания положения хороши и оправданны любые средства. Очень часто, чтобы достичь этого, пускается в ход оружие. Цель оправдывает средства. Поэтому так легко возникают преступные и делинквентные установки, антисоциальные взгляды и отклонения от норм и «закона среднего класса».

    Различным зонам и районам города часто присваивают номера или названия. Зоной I, как правило, обозначается экономический цептр города, такой, как район Луп в Чикаго, Кадиллак-сквер в Детройте или Фай-неншл-днстрикт в Ныо-Йорке. Сразу за экономическим центром города идет зона II — зона упадка, раньше здесь находились жилые дома, но постепенно их вытеснили мелкие предприятия, и в результате зона превратилась в смешение мелких контор и лавчонок, меблирашек и многоквартирных домов, ломбардов, дешевых баров и т. д., стала «промежуточной» зоной, ни жилой, ни деловой, тем местом, которое часто называют гетто или трущобами и где гнездятся «малины». За этой зоной обычно идет зона III — зона промышленных предприятий и жилых кварталов, в которых живут рабочие. Непосредственно к этой зоне часто примыкает зона IV — место жительства представителей среднего и даже высшего класса; это такие районы, как Эджуотер-бич в Чикаго, Гросс-пойнт в Детройте, Стамфорд, Коннектикут и Вестчестер в Нью-Йорке. Зона V — это окраины большого города, из которых массы трудящихся едут обычным общественным транспортом в центр города, где они работают.

    Шоу, Маккей и другие исследователи анализировали состояние мужской преступности в различных районах Чикаго и других городов и пришли к следующим выводам: 1) в отдельных районах города существует разный уровень делинквентности, и эти различия значительны:; наряду с районами, где не было ни одного ареста несовершеннолетнего, есть районы, где число арестов подростков в год доходило до Vs от числа всех проживавших там несовершеннолетних; позднее такие районы получили название «районы делинквентности»; 2) наивысший уровень делинквентности характерен для районов с низкой арендной платой за жилье, расположенных недалеко от центра города; по мере удаления от центра уровень делинквентности снижается, но около крупных торговых и промышленных подцентров он снова высок и по мере удаления от пих снова снижается; 3) районы, где уровень пропусков занятий школьниками высок, одновременно характеризуются большой загруженностью судов делами несовершеннолетних (в том числе девочек-делинквентов), а также перегруженностью местных тюрем взрослыми правонарушителями; 4) районы с высоким уровнем преступности по данным за 1930 г. имели такой же уровень преступности в 1900 г.; хотя за это время расово-этнический состав населения изменился, уровень делинквентности несовершеннолетних остался практически прежним;

    5) распространенность делинквентности в рамках конкретных расово-этнических групп характеризуется тенденцией, общей для населения в целом: делинквентность выше в центральных районах города и уменьшается по мере приближения к его окраинам *.

    Тафт и Инглэнд развили концепцию Шоу о зонах преступности и выделили семь видов районов криминогенного характера126: 1) бедные кварталы с обычной дезорганизацией семей; 2)" районы трущоб, характеризующиеся бедностью, аномией и разнородным населением;

    3) промежуточные районы, похожие на трущобные, отгороженные от нормального общества каким-либо физическим или социальным барьером и характеризующиеся конфликтом культур; 4) районы меблированных комнат, отличающиеся анонимностью жизни; 5) районы гетто, заселенные одной этнической группой; 6) районы порока, где с дозволения полиции процветают проституция, азартные игры и пр.; 7) приходящие в упадок городские районы, служащие местами укрытия или отдыха для гангстеров.

    Первоначально словом «гетто» обозначался еврейский квартал в Венеции, куда в XVI в. принудительно поселяли евреев К Постепенно оно стало обозначать любой район, в котором поселялись представители какого-либо одного национального 'меньшинства, отделенные от остального населения. Как правило, для гетто характерна ^скученность, бедность, полуразрушенные дома.

    В центре вцимания Чикагской школы была экология преступности, то есть вопросы концентрации преступности и делинквентности, пьянства и проституции, а также других проявлений социальной патологии в определенных городских районах, примыкающих к местам размещения промышленности, торговли и деловых учреждений. Это явление, характерное для большинства городов, может быть изображено на карте в виде концентрических кругов, условно разграничивающих различные районы.

    В древние времена и в средние века преступность была сельской, и в этом заключалась одна из причип того, что вокруг многих городов возводились стены. Преступность возникла, когда «молодцы» с большой дороги стали грабить караваны, кареты и путников, направлявшихся из одного города в другой. Когда в результате развития техники и экономики, и в частности в результате промышленных революций XVII и XVIII вв., возникли современные города, преступность в основном превратилась в городскую проблему.

    Радикальные изменения в жизни городов произошли в период меяеду 20-ми и 70-ми гг. нашего столетия, причем особенно значительные перемены приходятся на 60-е гг* Старые города, по-видимому, отмирают структурно, функционально, политически и в конечном счете идеологически *. Население с этим мирится, поскольку политика on* ределястся рынком. Белые представители среднего класса обычно переезжают из старых домов и квартир на ранчо, в загородные дома, индустриально-парковые и торговые центры. Если раньше город был как бы единым целым, то теперь на его окраинах возникает ряд комплексов с различными правительственными учреждениями и конечными пунктами сообщения, связывающего их с региональными и национальными комплексами, находящимися в центре города, а также с проживающими там более бедными людьми, которые не могут позволить себе переехать в новые районы. Крупные города и мегаполисы вытеснили традиционный город. Но представляется, что развитие морфологии и процесс возникновения и разрешения социальных проблем в этих менее крупных комплексах на окраинах идет тем же путем, что и в центральной части города 50 лет назад.

    Жители новых комплексов, расположенных на внешних границах города, отнюдь не стремятся соединиться с его центральной частью, так как это лишило бы их органов управления, имеющих хорошую репутацию, и разрушило их маленькие местные сообщества, состоящие из друзей и соседей127. Со своей стороны жители центральной части города также не хотят слияния, поскольку с отъездом состоятельных белых представителей среднего класса на окраины они получили достаточную политическую власть, чтобы участвовать в управлении городом, и некоторые из них смогли в качестве представителей меньшинства занять должности мэров городов и членов городских советов, хотя в центральной части мегаполиса власть оставалась в руках белых представителей среднего класса.

    Негры, мексиканцы, пуэрториканцы позднее других мигрировали в города Америки; их можно сравнить с той массой иммигрантов, которые приехали в страну в конце XIX — начале XX в. Сейчас они переживают те же социальные проблемы, с которыми сталкивались в свое время их предшественники128. В конце XVIII в. немцы и ирландцы сражались друг с другом и с местными цроте-стантами-белыми. В начале XX в. итальянцы, греки и поляки сражались между собой и с местными протестан-тами-белыми. В паше же время черные и пуэрториканцы сражаются друг с другом и с белыми протестантами англосаксонского происхождения, захватившими политическую власть и допускающими к ней теперь уже ассимилировавшихся немцев, ирландцев, итальянцев, греков и поляков.

    Концепция концентрических кругов распространения преступности, которую разделяли Шоу, Маккей, Парк и другие представители Чикагской криминологической школы, имеет зпачепие и в настоящее время, но не в такой простой форме, в какой она была разработана в 20-е гг. Развитие автомобильного транспорта, увеличение мобильности населения, рост городов, возникновение торговых центров по городскому периметру — все это способствовало децентрализации районов преступности и делинквентности. Основная мысль, согласно которой преступность и делинквентность воаникают в районах, соседствующих с индустриальными и торговыми, остается справедливой, но дело в том, что сами индустриальные и торговые районы теперь децентрализованы. Только в средних и небольших городах, где промышленность и торговля еще не децентрализованы, концепция концентрических кругов находит подтверждение в том виде, в каком она описана Чикагской школой. В более крупных районах, где промышленность и торговля децентрализованы, рост преступности и делинквептиости вокруг этих районов пока соответствует модели, созданной в 20-е гг.

    Влияние Аль Капоне

    Интересной и проливающей дополнительный свет на ту роль, которую сыграла в развитии криминологии Чикагская школа, является история Аль Капоне и его шайки. Шапка, с которой связывают имя Аль Капоне, появилась, когда «Большой Джим» Кол озимо, “родившийся в Италии в 1877 г. и в 1895 г. приехавший в Соединенные Штаты, встретил хозяйку доходного дома с Армор-авенго, женился на ней и стал руководить ее предприятием. Бизнес его разрастался, и в 1910 г. он привез своего племянника — гангстера Джонни Торрио из Нью-Йорка, чтобы тот помогал ему расправляться с теми, кто вторгался в его «владения». Торрио стал позднее известен как «отец современного американского гангстеризма». Он управлял «питейными и увеселительными» заведениями Ко-лозимо и, когда в 1919 г. был объявлен «сухой закон», пытался убедить последнего заняться нелегальным бизнесом по продаже пива и виски. Однако Колозимо не соглашался. Тогда Торрио послал в Нью-Йорк за Аль Капоне — одним из самых свирепых «исполнителей» из своей прежней шайки. 11 мая 1919 г. Аль Капоне застрелил Колозимо. Торрио оказался владельцем всех многочисленных заведений «Большого Джима» и сразу же стал заниматься наряду с публичными домами незаконной торговлей спиртными напитками. В яшзаре 1925 г. Торрио был серьезно ранен гапгстером Мораном из другой чикагской шайки. После этого он оставил «дело» двадцатишестилетнему Аль Капоне вместе с 105 млн. долларов ежегодного дохода и уехал в Италию.

    К 1925 г. под контролем Аль Капоне находилась южная часть города, а под коптролем соперничающей шайки Морана, называвшейся «Клопы»,— северная. Такое разделение сложилось после того, как в 1924 г. люди Аль Капоне пристрелили Дайона О’Бэньона по кличке «Дэнни», который сколотил сильную шайку и на личном счету которого числилось 25 убийств, не говоря уже о тех многочисленных убийствах, которые были совершены по его прямому приказу. Тем не менее он считался «настоящим джентльменом», регулярно посещал церковь и дарил своей жене цветы. После его смерти шайку «Клопов» возглавил его главный подручпый Морап.

    Альфонс Капоне по прозвищу «Мечепый» (1899— 1947) родился в Нью-Йорке в семье иммигранта из Неаполя и был четвертым ребенком из девяти. Его «послужной список» выглядит следующим образом *.

    Поведение, нарушающее общественный порядок, Олеин, Нью-Йорк, 1919 г.— освобожден от ответственности.

    Подозрение в убийстве, Нью-Йорк, 1919 г.—дело прекращено.

    Нелегальное ношение оружия и нападение на машину в состоянии опьянения, Чикаго, 1922 г.— обвинение прекращено и дело снято с полицейского учета.

    Арест эа нарушение правил движения, Чикаго, 1923 г.-обвинение снято.

    Арест по подозрению в убийстве, Чикаго, 1924 г.— освобожден.

    Арест по подозрению в убийстве, Ныо-Йорк, декабрь 1925 г.-обвинение снято.

    Арест за нарушение закона о спиртных напитках, Чикаго, 1926 г.— обвинение снято.

    Арест за убийство, Чикаго, 1926 г.— обвинение снято.

    Арест за нарушение закона о спиртных напитках, Чикаго, 1926 г.— освобожден.

    Арест за отказ от дачи свидетельских показаний по делу об убийстве, Чикаго, 1927 г.— освобожден.

    Арест за нелегальное ношение оружия, Джойлет, штат Иллинойс — оштрафован на 2600 долл. и освобожден.

    Арестован вместе с телохранителем как подозрительпое лицо, а также за незаконное ношение оружия, Филадельфия, штат Пенсильвания, 1929 г.— приговорен к году тюремного заключения (выпущен через семь месяцев).

    Четыре раза арестован в мае 1930 г. в Майами за «бродяжничество» — освобожден.

    Арест за уклонение от уплаты подоходного налога — осужден 24 октября 1941 г., приговорен к лишению свободы в федеральной тюрьме на 11 лет и к штрафу в 50 тыс. долл., а также к уплате судебных издержек в сумме 30 тыс. долл. (Отбыл шестилетний срок заключения.)    с

    Капоне начал свою карьеру с должности вышибалы в ресторане «Большого Джима» на Вабаш-авеню. Он очепь подходил к этой роли: при росте в 5 футов 10 дюймов и весе 225 фунтов был ловок и поворотлив. Шрамы на лице появились у него раньше, еще когда он занимался аналогичным делом в Бруклине и однажды сказал что-то оскорбительное по адресу какой-то посетительницы. Ее брат, перегнувшись через стойку, ножом нанес Капоне три неровных пореза на левой щеке. Позднее Капоне стал исполнителем приказов мафии и бандитом. На своих ви-8итных карточках он писал: «Альфонс Капоне, комиссионная торговля мебелью, 2222 Саус Вабаш» — и даже устроил несколько распродаж старой мебели в одном из заведений, принадлежавших «Большому Джиму» и Тор-рио. После издания «сухого закона» Капоне в 1920 г. по указанию Торрио в одном из ночных клубов Колозимо устроил ему засаду и пристрелил его из телефонной будки. На следующий же день Торрио, имея при себе в качестве первого помощника Капоне, вступил во владение империей «Большого Джима». После этого Торрио и Капоне «купили» такое число судей и полицейских чиновников, что могли не заботиться о соблюдении закона. Практически они стали хозяевами южной части Чикаго. Когда Торрио после того, как на него было совершено покушение, уехал в 1926 г. в Италию, Капоне стал в Чикаго фигурой номер один; его бизнес приносил ему 5 млн. долларов дохода в год, но ему предстояла междоусобная война. В результате этой гангстерской войны на северной стороне города в живых остался только ее главарь Моран; семь гангстеров были расстреляны 14 февраля 1929 г. пятерыми бандитами Аль Капоне в гараже, служившем Морану местом операций со спиртными напитками. Всего в Чикаго было убито самим Аль Капоне или по его приказу 701 человек и более 100 погибло в стычках между бутлеггерами.

    Жесточайшим образом расправляясь с противниками, Капоне подавил всех своих соперников в преступном мире Чикаго. Он стал настолько могущественным, что ни одпо учреждение, ни один суд в Чикаго или Иллинойсе ие решались тронуть его. Как-то в мае 1924 г. Капоне пришел в клуб Джо Ховарда и спросил, почему тот исключил из клуба одного из его людей. Когда Ховард ответил ему что-то в оскорбительном топе, Капоне выпустил в него шесть пуль на глазах у многих свидетелей и вышел из клуба. Спустя месяц он пришел в мэрию и спросил у молодого помощника атторнея штата Вильяма Мак-Свиггина, не ищет ли он его, Аль Капоне. Мак-Свигген ответил, что его разыскивают по обвинению в убийстве Джо Ховарда. Вскоре после этого все свидетели, которые были у Мак-Свиггена, исчезли, а сам Мак-Свиг-ген и еще два человека были застрелены около бара «Вечером» бандитом, в котором узнали Аль Капоне. Но ничего предпринято не было.

    Аль Капоне умер во Флориде 25 января 1947 г. от пневмонии и кровоизлияния в мозг. Его преступная деятельность и вопиющее попрание закона принесли все же пользу — внимание всей нации было обращено на проблему организованной преступности и беззакония в стране*

    Глава 5

    ДИФФЕРЕНЦИРОВАННАЯ СВЯЗЬ

    Теория дифференцированной связи была предложена в 1939 г. Эдвином Сатерлендом, изложившим ее в третьем издании своей работы «Принципы криминологии». Это была первая значительная социологическая теория преступного поведения, которая приобрела много сторонников и вызвала серьезные научные дискуссии, что дало возможность подойти к объяснению причин преступного поведения индивидов. Теория дифференцированной связи считается первой чисто социологической теорией, в центре внимания которой стоят вопросы частоты, интенсивности и значимости социальных отношений, а не свойств и особенности личности или характеристики окружения. Эта теория не противоречит экологическому подходу к изучению преступности, разработанному Чикагской школой; их позиции совпадают, когда речь идет о том, что в городских районах высокой делинквентности делинквентов больше потому, что, они теснее соприкасаются с преступными моделями поведения. Их ближайшее окружение и наличие шаек дают им возможность вступать в связь с другими лицами, имеющими сходные иптересы и потребности. Морфологическое развитие индивидуальных карьер по-прежнему идет от простых к более серьезным и сложным видам деятельности, будь то преступная или законопослушная.

    Теория дифференцированной связи объясняет механизм усвоения тех моделей поведения, воздействию которых подвержен индивид. И как таковая, это не просто теория «плохой компании», хотя иногда ее трактуют именно так. Нет сомнения, что популярности теории в значительной степени содействовала ее привлекательность с точки зрения здравого смысла. По сути дела, эта теория гласит, что преступному поведению обучаются у тех, с кем есть связь. Квакеры, выступившие в 1790 г. с инициативой переделки старой тюрьмы па Уолнут-стрит в

    Филадельфии, использовали принципы, лежавшие в основе теории дифференцированной связи, исходя из того, что «плохая компания» стимулирует делинквентное поведение или что «паршивая овца все стадо портит». Квакеры разделяли убеждение о возможности морального осквернения, и это привело их к практическому выводу о целесообразности одиночного заключения во избежание распространения моральной скверны.

    В 1890 г. Габриэль Тард писал, что преступному поведению обучаются, стремясь подражать другим, и сформулировал свой «закон подражания» !. Тард был представителем позитивистского направления, но предложил теорию подражания в противовес биологическим концепциям Ломброзо. Отношение к преступлению как к нормальному поведению, которому обучаются, резко противоречило распространенным в конце XIX — начале XX вв* биологическим и психологическим подходам.

    Теория дифференцированной связи продолжает эту линию. Это теория преступного поведения, в основе которой лежат принципы, или теория, научения. Сам Сатерленд в 30-е гг. был тесно связан с учеными, занимавшимися вопросами экспериментальной психологии в университете штата Индиана. Его коллегами и последователями высказывалась мысль, что эти контакты могли оказать влияние на его профессиональный и академический образ мышления, а также на то обстоятельство, что для объяснения преступного поведения он обратился к принципу обучения.

    ТЕОРИЯ ДИФФЕРЕНЦИРОВАННОЙ СВЯЗИ

    Предложенная Сатерлендом теория дифференцированной связи состояла из следующих положений.

    1. Процессы, ведущие к систематическому преступному поведению, по своей форме в основном совпадают спроцессами, ведущими к законопослушному поведению.

    2. Систематическое преступное поведение — это процесс связи с теми, кто совершает преступление, подобно тому, как систематическое законопослушное поведение — это процесс связи с теми, кто не нарушает законов.

    3. Дифференцированная связь есть особый причинный процесс развития систематического преступного поведения.

    4. Возможность того, что индивид изберет систематическое преступное поведение, в общих чертах обусловливается тем, насколько часты и непосредственны его контакты с моделями такого поведения.

    5. Индивидуальные различия между людьми в плане личностных характеристик или особенностей социальных ситуаций обусловливают преступное поведение лишь в том смысле, что они влияют на характер дифференцированной связи или на частоту и устойчивость контактов с моделями преступного поведения.

    6. Конфликт культур — основная причина дифференцированной связи и, стало быть, систематического преступного поведения.

    7. Социальная дезорганизация — главная причина систематического преступного поведения.

    В 1947 г. Сатерленд несколько модифицировал теорию дифференцированной связи с учетом законов научения. В 1960 г. Кресси, ученик Сатерленда, подготовил переиздание его книги К Ее последнее (девятое) издание вышло в 1974 г. Таким образом, книга пользовалась спросом на книжном рынке 50 лет. Это была наиболее жизнеспособная работа в области криминологии.

    В первой редакции теории дифференцированной связи, относящейся к 1939 г., говорилось, что основой преступности является социальная дезорганизация, возникающая в результате социальных процессов мобильности, конкуренции и конфликта. Социальная дезорганизация ведет к конфликту культур, который в свою очередь порождает дифференцированные связи, ввиду чего, вступая в коп-такты с другими людьми, ипдивид подвергается воздействию различпых социальных ценностей и моделей поведения. Преступное поведение возникает в результате связи отдельных людей или групп с моделями преступного поведения. Чем более часты и устойчивы эти связи, тем больше вероятность того, что индивид станет преступником.

    Критический опыт, такой, как арест, судебное разбирательство и предание огласке через газету, также влияет на индивида и в первую очередь на его связи. Безличные связи воздействуют на восприимчивость индивида к тем моделям преступного поведения, которые даны ему в этих связях. Человек не наследует преступных наклонностей. Индивидуальные различия между людьми обусловливают преступность лишь в той мере, в какой они опосредуются дифференцированной связью, частотой и устойчивостью контактов с моделями преступного поведения. Эмоциональные стрессы в семье значимы постольку, поскольку они гонят человека из дому и толкают его на контакты с делинквентами.

    При переиздании «Принципов криминологии» в 1947 г. Сатерленд развил свою теорию, дополнив ее новыми материалами. В окончательном виде теория дифференцированной связи содержит следующие положения.

    1. Преступному поведению учатся.

    2. Преступному поведению учатся, взаимодействуя в процессе общения с другими людьми.

    3. Иаучеппе преступному поведению происходит главным образом в группах, где отношения имеют непосредственный, личный характер.

    4. Научение преступному поведению включает: а) усвоение приемов совершения преступлений, кошрые могут быть и очень сложными, и очопь простыми; б) специфическую направленность мотивов, устремлений, установок, а также рационализацию поведения.

    5. Специфическая направленность мотивов и устремлений формируется на основе оценок правовых норм как благоприятных или как неблагоприятных.

    6. Лицо становится делинквентом в результате преобладания у него оценок, благоприятствующих нарушению закона над оценками, не благоприятствующими этому.

    7. Дифференцированные связи различаются в зависимости от их частоты, продолжительности, очередности и интенсивности.

    8. Процесс обучения преступному поведению в ходе контактов с моделями преступного и нопреступного поведения включает в себя все механизмы, действующие в процоссо любого другого обучения.

    9. Хотя преступное поведение является выражением общих потребностей и ценностей, оно не может быть объяснено ими, поскольку непреступное поведение выражает те же самые потребности и ценности К

    Теория дифференцированной связи определила развитие научной мысли американских криминологов и других ученых, занимающихся проблемой преступности. Более того, эта теория является в настоящее время наиболее распространенной, если судить об этом по числу журнальных статей, в которых говорится о том, как она подвергается проверке, анализируется и развивается *.

    К 1970 г. в специальных и научных журналах было опубликовано уже около 70 статей, посвященных теории дифференцированной связи, причем за последнее время число таких статей увеличилось. Вряд ли уместно давать 8десь их детальный анализ. Де Флер и Куинни утверждали, что дифференцированная связь остается главной социологической идеей в криминологии 129. Гиббонс считал 8f что теория дифференцированной связи в течение некоторого времени была основой криминологии.

    Кресси возражал против трактовки дифференцированной связи как теории «дурной компании», считая такой подход упрощенческим130* Это тем более верно, что частота, длительность, очередность и интенсивность контактов, мотивы, стремления, установки, рационализация поведения и многие другие факторы влияют на характер и последствия связей. Таким образом, эта теория значительно сложнее, чем просто теория «дурной компании». Наиболее правильно было бы, пожалуй, назвать ее теорией культурной трансмиссии.

    Аргумент, на который теории дифференцированной связи наиболее трудно возразить, заключается в том, что не всякий человек, сталкивающийся с преступностью, воспринимает ее как модель поведения, которой надо следовать. Волд отметил, что преступники составляют лишь незначительную часть населения, тогда как контакты с ними должны быть довольно широки. Теория дифференцированной связи, писал Волд, представляет собой волнующий эпизод в развитии криминологической мысли, но в первой своей редакции она, по-видимому, обещает гораздо больше, чем может дать *.

    Некоторые критики этой теории, полностью признавая тезис, согласно которому люди становятся тем, что они есть, в значительной мере в результате их контактов с другими людьми, указывали на то, что биологические и конституциональные особенности человека наряду с психологическими факторами ослабляют воздействие связей с преступниками или квазипреступниками 131.

    Ряду других ученых не понятно, к каким видам преступного поведения относится теория Сатерленда. Так, Колдуэлл писал, что остается неясным, применима ли она только к систематическому преступному поведению; он спрашивал, какое именно поведение она объясняет132. Здесь следует отметить, что, формулируя свою теорию в 1947 г., Сатерленд исключил слово «систематическое». (В этой редакции им также опущены слова «конфликт» и «дезорганизация».)

    Колдуэлл признавал, что, несмотря на наличие слабых мест, теория Сатерленда обладает значительными достоинствами, заключающимися, в частности, в том, что она обращает внимание на значимость социальных факторов. Положение о сходстве процессов обучения всем видам поведения также представляется Колдуэллу важпым элементом этой теории. Далее, преступность не может быть объяснена только ссылкой на плохую приспособляемость личности. Возможно, многие правонарушители, так же как и законопослушные люди, являются нормально приспосабливающимися личностями, и нарушение ими закона есть результат усвоения тех ценностных ориентаций, которые неприемлемы для общества в целом. И наоборот, среди населения в целом могут встречаться непреступные индивиды с затрудненной приспособляемостью. В 1952 г. сам Кресси выражал сомнение в возможности применения теории дифференцированной связи к случаям преступного злоупотребления доверием, связанного с финан-

    совыми операциями, а также к некоторым другим видам преступного поведения *.

    Некоторые критики отмечали, что теория Сатерленда не объясняет, почему у людей есть именно те связи, которые у них есть133. Клайнард считал, что теория Сатерленда «произвольна»134. Были высказаны также критические замечания, вызванные тем, что теория не дает объяснений происхождения преступности135. Некоторые ученые усматривали дефект теории дифференцированной связи в том, что она не учитывает роль такого фактора, как свободная воля136. Другие указывали на то, что социальные процессы обрисованы Сатерлендом догматически с целью подогнать их к положениям теории о дифференцированной связи, чем и достигается их взаимоусиле-ние137. Ряд критических замечаний был вызван употреблением Сатерлендом термипов «систематическое поведение» и «доступ» без должного их объяснения138.

    Оценивая теорию Сатерленда, одни авторы писали, что она недостаточно широка, поскольку не является междисциплинарной 139. Другие же, наоборот, утверждали, что она слишком широка, потому что относится и к непре-ступникам140. Третьи указывали на то, что она недостаточно связана с общей социологической теорией и исследованиями 141. Четвертые упрекали ее в том, что она не представляет большой ценности или даже бесполезна для Практических работников К

    Кресси защищал теорию дифференцированной связи практически от всех сделанных в ее адрес замечаний, ссылаясь на то, что ее критики не совсем попяли, что хотел сказать Сатерленд. Некоторые из них основывались на формулировке теории, относящейся к 1939 г., то есть на той редакций, которая подверглась пересмотру в 1947 г. (в их число входят Колдуэлл, Кэвен, Эллиот, Корн и Маккорк); другие же ошибочно трактовали «теорию» как синоним «склонности» и «предубеждения». Кресси выступал в защиту теории дифференцированной связи убедительно, эффективно и энергично142.

    Результаты некоторых последних исследований показали, что оперантное поведение может подкрепляться его последствиями, что не охватывается концепцией дифференцированной связи143. Преступное поведение могут поддерживать обстоятельства как материального, так и социального характера. Вместе с тем наказание может вызвать сдерживающий эффект только при условии его последовательного применения. Некоторые полагают, что тезис о подкреплении поведения следует включить в теорию дифференцированной связи.

    Для того чтобы теория дифференцированной связи, как теория поведения, могла быть применена на практике, ряд ее положений должен быть изменен. Неадекватность теории состоит в том, что: 1) основным ее положениям не хватает подтверждения; 2) убедительность этой теории зиждется на ее собственных положениях более высокого порядка; 3) нельзя проверит^, имеют ли ее положения чисто теоретический характер или они пригодны для практического применения144. Берджесс и Эйкерс сформулировали ряд предложений, модифицирующих теорию дифференцированной связи.

    Теория дифференцированной связи и подкрепления

    преступного поведения

    Положения, сформулированные    .

    Сатерлендом    Модифицированные    положения

    1. Преступному поведению обучаются

    2. Преступному поведению обучаются, взаимодействуя с другими людьми в процессе общения

    3. Научение преступному поведению происходит главным образом в группах, где отношения имеют непосредственно личный характер

    4. Научение преступному поведению включает: а) усвоение приемов совершения преступлений, которые могут быть очоиь сложными и очень простыми; б) специфическую направленность мотивов, устремлений,    рационализаций

    и установок

    1. Преступному поведению обучаются в соответствии с принципами опорантного обусловливания

    2. Преступному поведению обучаются как в ситуациях несоциального характера, подкрепляющих или ослабляющих его, так и в процессе социального взаимодействия, когда действия других людей подкрепляют или ослабляют преступное поведение

    3. Научение преступному поведению происходит главным образом в группах, сама принадлежность к которым служит основным источником подкрепления

    4. Научение преступному поведению, включающее специфические приемы, установки и способы сокрытия преступления, есть функция реально существующих и эффективно действующих факторов подкрепления, а также случайных факторов, оказывающих подкрепляющее воздействие

    5. Специфические виды поведения, их усвоение и частота их проявления производим от реально существующих и эффективно действующих факторов подкрепления, а также от правил или норм, в соответствии с которыми такое подкрепление происходит


    Положения, сформулированные    _ _    .

    Сатерлендом    Модифицированные    положения

    6. Лицо становится делинквентом в результате преобладания у него оценок, благоприятствующих нарушению закона над оценками, не благоприятствующими этому

    7. Дифференцированные связи различаются в зависимости от их частоты, продолжительности, очередности и интенсивности

    8. Процесс научения преступ-

    - ному поведению в ходе контактов с моделями преступного и непреступного поведения включает в себя все механизмы, действующие в процессо любого другого

    .научения

    6. Преступное поведение определяется запрещающими его нормами; научение преступному поведению происходит тогда, когда оно подкрепляется более сильно чем непреступное    >

    • 7. Устойчивость преступного поведения прямо зависит от силы, частоты и вероятности его подкрепления

    8. (См. пункт 1)

    9. (Исключить из теории)


    Печатается по: В и г g е s s R.f L. and Akers R. A. Differential Association Reinforcement Theory of Criminal Behavior.—Soc. Problems, 14, 1966, jsft 2.

    Чтобы снять ряд критических замечаний по адресу теории дифференцированной связи, Даниел Глейзер предложил теорию дифференцированной идентификации 145 — явления, также влияющего на отношение индивида к за-* кону 146.

    Первые эмпирические проверки теории дифференцированной связи относятся к 50-м г.147 Они показали довольно низкую корреляцию между преступным поведением и контактами с моделями преступного поведения. Трудно дать этим фактам теоретическое объяснение.

    Неттлер следующим образом сформулировал основные критические замечания по адресу теории дифференцированной связи148:

    1. Гипотеза о дифференцированной связи не учитывает индивидуальных различий.

    2. Эта гипотеза рассматривает возможности как постоянную величину.

    3. Эта гипотеза, по-видимому, неприменима для объяснения преступлений, совершаемых по страсти.

    4. Эту гипотезу невозможно опровергнуть. Она предлагает объяснепие, которое остается правильным независимо от того, как на самом деле развивается отклоняющееся поведение.

    5. Практическая польза, которую можно извлечь из этой гипотезы, мала. Ею вычленяется отдельное действие, которое объявляется «причиной», и дальше утверждается, что то, как индивид «определяет ситуацию», оказывает значительное влияние на его поведение.

    Неприятие по соображениям здравого смысла дифференцированной связи установок и убеждений в качестве адекватного объяснения преступности основано на том, что изменение «определения срггуации», быть может, не самый лучший способ предупреждения или снижения преступности.

    Берджесс и Эйкерс предложили еще один подход к дифференцированной связи. Применив принципы современной теории поведепия к теории дифференцированной связи, они нашли, что ей недостает: 1) необходимого эмпирического материала для подтверждения основных положений; 2) «убедительности», т. е. положений, которые могли бы быть выведены из этой теории, будь она теорией более высокого порядка, и 3) возможности проверить теорию, включая и такие вопросы, как: а) имеют ли ее положения чисто теоретический характер и б) пригодна ли она для практического применения149. Берджесс и

    Эйкерс модифицировали теорию, дабы дать ответы на эти вопросы.

    Критические замечания в адрес теории дифференциро-ванной связи были удачно обобщены Ридом Адамсом в 1972 г.150 Основные из них состоят в том, что:

    1) положения теории дифференцированной связи трудно свести до уровня эмпирического исследования для определения их достоверности;

    2) ряд авторов неправильно толкуют эту теорию. Важно, например, подчеркнуть, что Сатерленд имел в виду преобладание криминогенных связей, а не просто их наличие; что он говорил о моделях поведения, а не о связях с преступниками;

    3) теория не объясняет, почему существуют такие связи;

    4) теория применима не ко всем видам преступлений;

    5) теория упускает из вида вопрос о личности и о различиях в восприимчивости отдельных людей;

    6) теория не определяет с достаточной степенью точности размеры преступного влияния, которое детерминирует преступное поведение.

    Адамс полагал, что криминологическая теория может использовать принципы оперантного обусловливания, как предлагали Берджесс и Эйкерс, которые рассматривали наказапие и вознаграждение в качестве подкрепляющих факторов151. Однако следует отметить, что между усвоением модели поведения и следованию ей существует известное различие. Сатерленд прежде всего имеет в виду усвоение модели поведения. Когда модель усвоена, вопрос о том, будет или нет индивид следовать ей, зависит от подкрепляющих поведение факторов. Само же усвоение или «связь» уже теряют свое значение. Именно это различие указывает направление будущих исследований.

    После этого Эйкерс предложил в качестве модификации теории дифференцированной связи теорию социального научения, во главу угла которой поставлены вопросы о различных подкрепляющих факторах, об их природе и социальном контексте, в котором они действуют, и о факторах, противостоящих усвоению поведения152. Результатом этого подхода явилось усиление теории дифферент цированной связи путем включения в нее вопроса о зна-чении индивидуальных особенностей людей. Это своеобразный сплав концепции модификации поведения и теории дифференцированной связи, которые, возможно, не уделяют достаточного внимания вопросу об особенностях личности и сосредоточивают виимапие только на наблюдаемом поведении; однако результатом такого сплава является более перспективный подход к объяснению девиантного поведения.

    Самый последний и, вероятно, самый удачный вариант теории дифференцированной связи изложен в девятом издании «Криминологии» Сатерленда и Кресси. В этой работе Кресси отдает должное вкладу, внесенному Эйкерсом в разработку теории Сатерленда.

    Трудно привести случаи дифференцированной связи на примере самих правонарушителей таким образом, чтобы это удовлетворило всех. На материале профессионалы* ных преступников и представителей организованной преступности, вероятно, легче всего продемонстрировать влияние соседских, приятельских и иных связей. У. А. Рашинг пишет, что самую яркую иллюстрацию теории дифференцированной связи можно получить в результате изучения профессиональных воров, обычно живущих в трущобах или кварталах, где гнездится порок, на котором делают деньги ‘.

    «БЕЛОВОРОТНИЧКОВАЯ» ПРЕСТУПНОСТЬ

    1 Другая концепция, основоположником которой также был Сатерленд,— это концепция беловоротничковой преступности. Излагая ее, Сатерленд последовательно останавливается на всех критических замечаниях, сделанных по адресу теории дифференцированной связи в редакции 1939 г. Он рассматривает беловоротничковую преступность как убедительное подтверждение своей теории153. В 1949 г. Сатерленд опубликовал книгу, в которой,

    продолжая защищать теорию дифференцированной связи, подробно анализировал беловоротничковую преступность как пример «нечистоплотного» бизнеса и махинаций в мире деловых отношений *.

    Посмертно вышедший том «Бумаги Сатерленда» содержит превосходное изложение дискуссии по поводу самой его теории и тех выводов, которые из нее следуют154. Сатерленд указывал, что если судить по обычным статистическим данным, то преступники — это экономически ущемленные представители низших слоев населения; таким образом, создается ложное представление, будто преступное поведение не характерно для представителей средних и высших слоев общества. К ним Сатерленд отнес респектабельных лиц, занимающих высокое положение в сферах бизнеса и политики, которые «обстругали» мораль и честность, подобно тому как это делали некогда «бароны-грабители». Считается, что преступность «белых воротничков» часто принимает форму финансовых махинаций корпораций, манипуляций с биржевыми бумагами, взяточничества в среде должностных лиц, «вознаграждения» за предоставление выгодных контрактов или иммунитетов, нечестных коммерческих сделок и кредитных операций, ложных банкротств и прочей подобной «деятельности».

    Фрэнк Костелло н «Липовый алмаз»

    На примере Фрэнка Костелло и «Липового алмаза» можно проиллюстрировать теорию дифференцированной связи в действии. Оба этих человека родились и выросли в трущобах больших городов, оба уже ко времени поступления в школу начали воровать и красть с прилавков в компании с друзьями. Сформировавшись в соответствующем окружении, оба постепенно перешли к совершению более серьезных преступлений. В обоих случаях были налицо все компоненты теории дифференцированной связи: модели поведения, конформное и неконформное отношение к закону, приятели и т. д.

    Джон Томас Ноланд (1896—1931), впоследствии получивший прозвище «Липовый алмаз», родился и вырос в Вест-Сайде в Филадельфии, где он и его брат Эдди были членами шайки «Бойлеров», занимавшейся воровством; когда они были еще мальчишками, у них уже имелись приводы в полицию. Затем они перебрались в Нью-Йорк и вступили в группу, занимавшуюся ограблением грузовиков, но вскоре перешли к берглэри; за разбой и нападения неоднократно арестовывались. Во время первой мировой войны Джон дезертировал из армии и в 1919 г. был сослан в дисциплинарный лагерь на острове Говер-нор, затем переведен в Ливенворс, а в 1920 г. освобожден. Вернулся в Нью-Йорк и стал членом шайки гангстера Джекоба Оргена («Маленького Оги»), продолжая заниматься бутлеггерством, продажей наркотиков и угоном грузовиков. В стычках между нью-йоркскими бандами «Алмаз» стал известен как «Мишень», потому что гораздо чаще, чем его «коллеги», получал ранения и увечья без особых для себя последствий. Его живучесть вызывала изумление. «Алмаз» завоевал авторитет вскоре после того, как удачно организовал несколько преступлений* В их числе было убийство отбывавшего наказание известного гангстера, которого полиция для проверки сфабрикованной «Алмазом» пустячной жалобы привезла в суд; здесь он и был пристрелен. К 1927 г. «Алмаз» стал крупной фигурой в преступном мире Нью-Йорка, и это, по-видимому, привлекло к нему внимание других гангстеров. Удача покинула его, и он был застрелен в постели 18 декабря 1931 г. в Олбани, штат Нью-Йорк, одним из людей «Голландца» Шульца.

    Фрэнк Костелло, настоящее имя которого Франческо Серрилья (1893—1973), родился в Калабрии. Вскоре после рождения родители привезли его в Нью-Йорк. Он рос в Восточном Гарлеме, где был связан с уличной шайкой* Аресты начались в 1908 г., в том числе аресты за совершение нападений и грабежи; в 1919 г. Фрэнк Костелло был арестован за незаконное владение оружием и провел год в местной тюрьме. В 1920 г. в банде «Большого Билла Двайера» он занялся транспортировкой запрещенных спиртных напитков. В то время этот бизнес финансировался Ротштейном; после смерти Ротштейна Костелло переключился на игорный бизнес. Когда в 1931 г. был убит босс мафии Сальваторе Маранцано, ее главой стал «Счастливчик» Лучпано. Костелло, как член «семьи» Лу-чиано, возглавил игорный синдикат мафии, имевший свои филиалы на всей территорий Соединенных Штатов. Основными центрами в 30-е г. были Нью-Йорк, Флорида и Лас-Вегас. После депортации Лучиано в феврале 1946 г. Костелло возглавил всю «семью», пообещав выплачивать Лучиано его долю доходов. Костелло пришлось довольно туго в 1951 г., когда сенатская комиссия по расследованию преступлений, возглавляемая Истесом Кефовером, привлекла его к даче показаний. Но ответы Костелло были уклончивы и не содержали никакой информации. Тем не менее это значительно ослабило его позиции, и организацию возглавил Вито Дженовезе, когда один из его людей ранил Костелло 2 мая 1957 г. в подъезде дома на Сентрал-парк-Уест, где находилась его роскошная квартира. Затем Костелло несколько раз сажали в тюрьму за уклонение от уплаты налогов. Со временем он почти отошел от «дел», сохранив связи с видными бизнесменами и политическими деятелями Нью-Йорка. Костелло умер своей смертью в возрасте 80 лет в феврале 1973 г.

    Глава 6

    ТЕОРИИ АНОМИИ, ОТЧУЖДЕНИЯ, ИДЕНТИФИКАЦИИ И ИДЕНТИЧНОСТИ

    В центре внимания теорий аномии, отчуждения и идентификации стоят вопросы конгруентности (совпадения) мировоззрения индивида и существующей в обществе системы социальных ценностей. Каждая из этих тео-рий рассматривает вопросы преступного и отклоняющегося поведения в своем особом ракурсе. Аномия — это состояние дезорганизации личности, возникающее в результате ее дезориентации, что является следствием либо социальной ситуации, в которой имеет место конфликт норм и личность сталкивается с противоречивыми требованиями, либо ситуации, когда нормы отсутствуют *. Под отчуждением понимается уход индивида от окружающего его мира или его недостаточная внутренняя интеграция 155. Концепция идентификации предполагает либо слияние ин-* дивида с группой, либо его подражание поведению других людей156. Концепция идентичности сосредоточивает свое внимание на ценностных ориентациях, стремлениях, ожиданиях, страхах человека, а также на проблемах его адаптации, которые общим образом либо разделяются членами группы, либо дополняются ими157. Идентичность, не растворяющаяся в группе, может быть результатом внутренней борьбы, возникающей иногда вследствие неразрешенных конфликтов, в основном у нетерпимых и властолюбивых людей, или деформированных моделей идентификации себя с родителями (чаще всего с отцом), или иных сходных проблем158. Эти концепции касаются вопроса о взаимоотношениях индивида с социальным окружением и его нормами. Все они были использованы в ряде теоретических конструкций, направленных на объяснение преступного и делинквентного поведения.

    «Идентификация», «отчуждение» и «идентичность» — различные явления, но они связаны друг с другом и важны для понимания социального поведения человека. Все они могут привести к аномии и отсутствию норм. Под идентификацией подразумевается принятие ролей в рамках конкретных групп (например, таких, как расовые, этнические, профессиональные, семья, шайка и пр.). Индивид отождествляет себя с той группой, к которой он, по его мнению, «принадлежит». Идентификация связана с чувством «принадлежности». Идентичность — это попытка личности выразить свои уникальные свойства. Индивид может стремиться к этому, чтобы отличаться от других людей. Многие актеры и люди искусства известны только им одним присущими особенностями поведения и характеристиками, выделяющими их как индивидуальности. Под отчуждением понимается безразличие к групповому поведению. Итак, отчужденный не принадлежит к группе и не стремится сознательно к тому, чтобы выразить свои уникальные свойства, по которым он может быть узнап другими. Отчуждение характеризуется асоциальными установками, отсутствием чувства «принадлежности» и лояльности.

    Термин «аномия» впервые появился в английском языке в 1591 г. и в XVII в. часто использовался теологами, обозначая пренебрежение правом, в частности божественным. Термин был включен в словарь Джонсона в 1755 г. в двух вариантах — английском и французском. В настоящее время больше распространено французское произношение, по-видимому, это объясняется тем, что в язык социологии термин «аномия» был введен в 1897 г. Дюркгеймом. Одна из важнейших теоретических конструкций включает в себя понятие социального отчуждения — явления, изучепие которого криминологией началось с обращения Дюркгейма к идее аномии. Разработкой этой концепции занимались Роберт К. Мертон, Ричард Клауорд и Ллойд Оулин, Джекоб. Гвост и другие.

    Концепции аномии, отчуждения, идентификации и идентичности объясняют некоторые виды преступного поведения, уделяя основное внимание личности, в отличие от концепции дифференцированной связи, занимающейся вопросами социального окружения. Если, же рассматривать эти концепции с позиции системы уголовной юстиции, то дифференцированная связь предстает как социогенная модель, а аномия, отчуждение, идентификация и идентичность — как модели медицинские. При аномии нормативные стандарты поведения и убеждения, принятые обществом, ослаблены или отсутствуют. Обычно это проявляется в тревожности, дезориентации личности и социальной изоляции. Бенжамен Раш применял термин «аномия» для обозначения врожденных дефектов морали. Отчуждение — общий термин, используемый сейчас в основном в судебной психиатрии в тех случаях, когда речь идет о такой рассогласованности чувств индивида, что опи перестают казаться ему нормальными, привычными и убедительными. Это приводит его к отстранению от других людей, глубокой персонализации и, как следствие, к отчуждению от общества. Человек, отчужденный от общества, может стать недружелюбным, жестоким, безразличным или асоциальным. Идентичность — понятие, которым охватывается целостность и разносторонность восприятия индивидом самого себя; она обеспечивает способность ощущать себя как нечто неповторимое и тождественное самому себе; в основе этой способности лежит чувство привязанности к объектам первой любви и отождествления себя с ними. Кризис идентичности— это конфликт, возникающий в связи с социальной ролыо, как она воспринимается самим индивидом. Такой конфликт угрожает либо потерей чувства неповторимости и тождествепиости самому себе, либо неспособностью принять ту роль, которую индивиду отводит общество. Кризис идентичности часто возникает в юности, когда внезапное увеличение потребностей сопровождается резкой переменой роли, которую, как ожидается, юноша должен выполнять в социальном и профессиональном планах. Такие независимые и взаимозависимые факторы влияют на социальное поведение отдельных лиц.

    Впервые серьезное внимание концепции аномии было уделено Эмилем Дюркгеймом (1858—1917)лкоторого называют отцом французской социологии. Дюркгейм внес значительный вклад в социальную теорию, разработав свою концепцию «коллективного сознания», или «коллективной совести». В соответствии с этой концепцией «механическая солидарность» (термин, заимствованный из физики) преобразуется с развитием общества в «органическую солидарность» (в этом нашло проявление влияние биологии), обладая которой индивиды осознают социальные ценности и реагируют на них. Дюркгейм изучал проблемы личности и опубликовал результаты своих исследований в 1897 г. в книге «Самоубийство», где он подразделил самоубийства на три типа: 1) эгоистические самоубийства, совершаемые в результате того, что человек изолирует себя от других людей; 2) аномические самоубийства (или аномия), возникающие как результат убеждения, что мир вокруг человека распадается; 3) альтруистические самоубийства, совершаемые в результате большой преданности своему делу. Аномические самоубийства, если рассматривать их с позиций криминологии, совершаются, когда человек чувствует, что мир вокруг него рушится, а сам он склонен к суисидальному или преступному поведению.

    лиомия

    Лиомия и отчуждение — это проблемытблизнецы, стоящие перед совремеппым человеком1. Часто встречающееся чувство бесцельпого существования, неспособности и бессилия формируют сознание собственной незначительности и боязнь стать жертвой. Ощущению собственной ничтожности сопутствует ослабление чувства ответственности, но горечь и зависть возникают по отношению к тем, кто находится в более благоприятных условиях. Для того чтобы как-то изменить обстоятельства и ситуацию, ищут простых и быстрых решений, начиная от потребления алкоголя и наркотиков и кончая совершением преступления.

    Представление об апомии как об утрате индивидом чувства идентификации с его культурной группой сложилось у Дюркгейма в 1897 г. С 1938 г. Мертон2 исполь-

    _ о

    1 Krill D. F. Existential Psychotherapy and the Problem of Anomie.— Social Work, 14, 1969, № 2, p. 33—49.

    2 Merton R. Social Structure and Anomie, — American Sociological RevieWy 3, October 1938, p. 672—682.

    зовал эту концепцию для объяснения отклоняющегося поведения. В 1949 г. он пришел к выводу, что она приемлема для' объяснения отклоняющегося поведения в любом обществе, а в 1955 г. тщательно разработал вопрос об аномии как важнейшем явлении, объясняющем преступность несовершеннолетних159. Поскольку преступное поведение возникает не только в результате противоречия между культурой и социальной структурой, но и в результате противоречия между культурными ценпостями и средствами их достижения, постольку индивид, разобщенный со своей культурной группой, легко может встать на путь отклоняющегося поведения. Мертон продолжил работу над развитием и уточнением своей концепции и в 1957 г.160.

    На начальных стадиях развития биологические импульсы человека находили свободный выход, но с укреплением социального порядка возникла необходимость в управлении этими импульсами, равно как и в социальном урегулировании возникающих трений. Развитие социальных наук привело к появлению социологических методов анализа и исследований. Потребовал разрешения и вопрос о том, почему внутри различных социальных структур существуют различия в отклоняющемся поведении. Воздействие, которое социальные структуры оказывают на отдельных людей, толкая их на путь неконформного поведения, представляется прежде всего объектом социологического изучения, которое следует проводить, учитывая биологические и личностные различия, влияющие на характер поведения.

    Ценности, определенные культурой как законные для всех цели, лежат в основе социальной формации. Культура определяет и регулирует приемлемые способы достижения этих целей, и эти правила уходят корнями в мораль данного общества и его институты. Критерием приемлемости способов достижения цели является система ценностей. Отклоняющееся поведение возникает тогда, когда целью является, например, победа в спортивном состязании, которая рассматривается скорее как «выигрыш в игре», а не как «выигрыш по правилам игры». Вследствие этого происходит разрыв между достижением цели законными и незаконными средствами. Достижение цели незаконными средствами называется отклоняющимся, или девиантным, поведением.

    Типы адаптации индивида к этой фрустрации могут быть классифицированы. Ниже приводится таблица, на которой представлены пять типов адаптации, состоящих из различных сочетаний принятия или отрицания целей и средств их достижения. Знак «+» означает принятие, знак «—» — отрицание, знак «±» —отрицание и замену новыми ценностями.

    Типология способов индивидуальной

    адаптации

    Определяе- Институпио-mм    мые    нализиро-

    Тип адаптации    культурой    ванные

    цели    средства

    1. Конформизм

    +

    +

    2. Инновация

    +

    3. Ритуализм

    +

    4. Ротротизм

    5. Мятеж

    ±

    Merton R. К. Social Theory and Soc al Structure, rev. ed, New York, 19G8, p. 194.

    Первый тип адаптации — конформизм как по отношению к определяемым культурой целям, так и по отношению к средствам их достижения — представляет собой наиболее обычный и приемлемый тип. Инновация возникает, когда индивид, принимая и разделяя определяемые культурой цели, не может в равной степени принять и нормы, регулирующие их достижение. Поэтому второй тип адаптации — инновация — может стать криминальным и проявляться в виде беловоротничковой преступности, в синдроме «Робина Гуда» и в других типах преступлений. Ритуализм, или третий тип адаптации, состоит в отказе от цели или ее «заземлении» до того уровня, на котором желания могут быть удовлетворены доступными законными средствами. Такой способ адаптации присущ лицам, которые «не раскачивают лодку» и ведут себя

    осторожно. Они «играют в игру», но не получают от этого особого удовольствия.

    Четвертый тип адаптации — ретретизм — отличается отрицанием как целей, одобряемых обществом, так и институциональных средств их достижения. Ретретисты находятся и в обществе, и как бы вне его; они в нем чужаки, они отчуждены от общества. К этому типу относятся парии, бродяги, отщепенцы, алкоголики, наркоманы, психо-тики и прочие лица, которые не принимают целей общества и игнорируют средства их достижения. Ретретизм как тип приспособления встречается часто и в этом смысле уступает, быть может, только конформизму. Перед людьми, выбравшими этот способ приспособления, стоит дилемма: быть раздавленным в борьбе за достижение одобряемых обществом целей или выносить безнадежность пораженчества и избегать их. Мятеж как пятый тип адаптации выводит людей за рамки социальной структуры, чтобы они могли смотреть на нее со стороны и попытаться ее изменить. Они, как представляется, не разделяют существующих целей и средств, расценивая их как совершенно произвольные. Их усилия направлены на установление такой социальной структуры и таких стандартов успеха, а также средств их достижения, которые бы обеспечивали более полное соответствие между этими усилиями и тем, как они вознаграждаются. Когда институциональная система рассматривается как барьер на пути к узаконенным целям и средствам, освобождается место для мятежа и протеста.

    Давление со стороны социальной структуры создает предрасположенность к аномии ы отклоняющемуся поведению. Подобная предрасположенность присуща членам общества в разной степени. В наибольшей мере такого рода давление затрагивает низшие в социально-экономическом отношении слои населения, так как для представителей низших слоев достижение многих из одобряемых обществом целей при помощи институциональных средств менее доступно, чем для представителей средних и высших классов. Социальная система стабилизируется, если культурная структура паделяет престижем определенные цели и их альтернативы, и открывает людям доступ к ним. В таком стабилизированном обществе потенциальные девианты могут при оказании иа них давления оставаться конформными; одыако основным является воздействие апомии или некоторого пренебрежения социальными нормами перед лицом фрустрации и лишений.

    В развитие аномии и отклоняющегося поведения свою лепту иногда вносит и семья. Дети привыкают «сглаживать углы», наблюдая, как их родители, которые внушают им, что «честность — лучшая политика», на самом деле сами прибегают к обману. Таким образом, воспитание при помощи стереотипов и разделения людей и вещей на разные категории формирует подозрительное отношение к культуре, в то время как представление о достижимых целях заимствуется у родителей, которые дают добрые советы и рекомендации, противоречащие их собственному поведению. Перенесение родителями своих амбиций на ребенка, желание, чтобы он достиг успеха там, где они потерпели неудачу, также может способствовать развитию аномии.

    Тезис о неравных возможностях достижения цели-успеха незаконными средствами, возможно, представляет собой дальнейший шаг в развитии теории аиомии по пути, предложенному Мертоном, который включил в нее проблему рассогласованности между целями и законными средствами их достижения ‘. Соединение концепции о законных возможностях с концепцией о незаконных возможностях открывает перспективу успешного изучения взаимосвязи между социальной структурой и отклоняющимся, девиантным поведением.

    Клауорд, ученик Мертопа, решил примирить или, точнее, соединить позиции двух основных социологических школ в отношении отклоняющегося поведения161. Разработанная Эдвином X. Сатерлендом теория дифференцированной связи или культурной трансмиссии в большей мере совпадала с позицией Клиффорда Р. Шоу, Генри Д. Маккея и других представителей Чикагской школы. Копцепция аномии, изложенная в работе Эмиля Дюркгей-ма, в центр внимания поставила вопрос о том, каким образом социальные условия формируют стремление к достижению успеха и ведут, особенно когда речь идет о неограниченных устремлениях отдельных индивидов, к срыву регулятивных норм, как их понимал Дюркгейм. Мертон основное внимание сосредоточил на изучении вопроса о рассогласованности между определяемыми культурой целями и достижением их законными средствами. Клауорд предложил ввести дополнительную переменную в теорию, а именно понятие ч дифференцированного использования незаконных средств для достижения успеха-цели. Даже незаконные средства достижения успеха не всем доступны в одинаковой степени. В первую очередь они используются в районах трущоб отдельными лицами или группами, вовлеченными в запрещенную деятельность, такую, как азартные игры, игра в «числа», в кости и т. д.1 Соединение концепции о законных целях и незаконных средствах их достижения с концепцией о неодинаковых возможностях достижения и использования этих незаконных средств привело к создапию теоретической конструкции о комбинации законных и незаконных возможностей. Концепция дифференцированных возможностей при разной доступности средств стала местом скрещения теорий дифференцированной связи и аномии.

    Альберт Коэн, учившийся в университете штата Индиана, где сохранялись традиции школы Сатерленда, попытался соотнести теорию аномии с другими традиционными позициями социологии отклоняющегося поведения2. Он указывал, что теория аномии затрагивает вопрос о взаимосвязи между отдельными аспектами культуры (цели и нормы) и социальной структуры (возможность или доступность средств). Коэн писал, что предположение о разрыве между целями и средствами их достижения наводит па мысль о том, что девиантный акт — это внезапный переход от аномии к девиантному поведению3. Рассогласованность целей и средств и выбор формы адаптации зависят от структуры возможностей. Структура возможностей реагирует на поведение индивидов путем открытия или закрытия законных и незаконных возможностей.

    1 Whyte W. F. Street Corner Society. Chicago, 1943, 1955, p. VIIT.

    2 С о h о n A. K. Tho Sociology of the Deviant Act: Anomie Theory and Beyond.—В kii.: Crossoy D. R., Ward D. A. Delinquency, Crime and Social Process, p. 723.

    3 Ibid., p. 727.

    Помещенная ниже таблица иллюстрирует зто положение *.

    Реакция структуры поз кол; ноет ей на дсаиантность личности

    Законные    Незаконные

    варианты    ьарианты

    Открыть    J    И

    Закрыть    III    IV

    Вариант I — открытие законных возможностей (например, возможность для делинквентов и преступников устроиться на работу). Вариант II — открытие незаконных возможностей (например, сговор о незаконной деятельности, выгодный обеим сторонам, скажем рэкетиру и должностному лицу правоприменяющих органов); в подобных случаях должностное лицо, незадачливый родитель или преподаватель перестает систематически требовать соблюдения правил и ограничивается чисто символическими жестами, «выруливая из дела». Вариант III — закрытие законных возможностей (такое положение может возникнуть в результате исключения из какого-либо профессионального объединения или клуба; запрещения заниматься каким-либо определенным видом деятельности ввиду допущенных нарушений; исключения* из какого-либо союза или организации пли объявления лица «персона нон грата» в конкретных областях деятельности, которые в обычных условиях доступны для участия в них); подобная ситуация повышает относительную привлекательность незаконных средств. Вариант IV — закрытие незаконных возможностей (зто в основном средства «социального контроля», такие, как запоры на дверях, прекращение доступа к наркотикам и другим запрещенным препаратам, усиление строгости и неотвратимости наказания, а также иные методы, затрудняющие девиантное поведение, но одновременно побуждающие девианта изобретать новые пути обхода этих ограничений) ; в этом заключается предупреждение преступно* сти путем воздействия на окружение.

    Человек — существо социальное, он живет долгие годы, рано попадает в зависимость от других и в процес* се жизни познает существующую между людьми взаимозависимость. Будучи связан с другими людьми многими нитями, человек обучается правилам общежития. Социальные условия, дезорганизующие жизнь общества, могут быть названы аномией. Применительно к криминологии суть гипотезы Роберта Мертоиа состоит в том, что преступление — это способ преодоления разрыва между желаниями ипдивида и его возможностями осуществить их *. Клауорд и Оулин ввели понятие апомип в свою теорию благоприятных возможностей162. Они считали, что существующий разрыв между провозглашаемыми обществом целями и доступными для их достижения средствами вызывает у индивида напряжение, которое он должен каким-то образом снять; в результате некоторые люди вступают на путь преступности и делинквентности, прибегая к незаконным средствам достижения провозглашенных обществом целей.

    Клауорд и Оулин утверждают, что основная проблема, с которой сталкиваются молодые представители низших слоев, состоит в расхождении между тем, к чему призывает их стремиться общество, и тем, что оно дает им для достижения этого. Когда подростки усваивают традиционные для общества цели, но сталкиваются с ограниченным доступом к законным средствам реализации таких целей, это порождает состояние сильной фрустрации, которая может привести к использованию пекоп-формистских альтернатив. В связи с этим закономерным становитсй участие многих молодых людей, которых волнуют одни и те же проблемы, в шайках н других формах коллективного поведения. Существует три основных вида шаек, различающихся между собой по типу поведения: 1) преступная; 2) конфликтная и 3) ретрстиотская. Члены преступных шаек занимаются воровством и достигают своих целей хищением денег и имущества. Конфликтная шайка агрессивна, ее члены сражаются с членами других шаек и могут заниматься вандализмом. Члены ретретистских шаек уходят в себя, прибегают к наркотинам, алкоголю и, ограждая себя таким образом от внешнего мира, не испытывают фрустрации.

    Неттлер сделал четыре критических замечания по адресу концепции благоприятных возможностей163.Во-первых, считал он, неясны ключевые понятия этой концепции. Основными среди них являются понятия «желание» и «возможность», но, когда эти понятия применяются по отношению к конкретному индивиду, их значе-пие неопределенно и смутно. Во-вторых, поведение членов шайки не всегда можно объяснить при помощи гипотезы о структуре возможностей; это может служить лишь иллюстрацией того, как ученые — представители среднего класса переносят свои ценности и восприятие на других, тогда как есть много иных причин, объясняющих поведение шайки. В-третьих, сомнительно, что делинквентное поведение вызывается структурой существующих возможностей, поскольку состояние фрустрации у разных людей проявляется по-разному и различным образом ими преодолевается. Хотя, по данным официальной уголовной статистики, именно низшие социально-экономические слои вносят непропорционально большой «вклад» в объем преступности, тем пе менее совершает преступления лишь меньшинство представителей этих слоев. В-четвертых, хотя в осуществление широкомасштабных программ были вложены большие средства для предупреждения де-линквептпости, эти программы не дали достаточно определенных результатов.

    Принятие в 1961 г. по инициативе генерального атторнея Роберта Ф. Кеннеди Закона о предупреждении преступности несовершеннолетних и борьбе с ней явилось прямым следствием прочтения им работы Клауорда и Оулина. Оулин был назначен первым руководителем программы в Вашингтоне, положившей начало осуществлению администрацией Кеннеди и Джонсона ряда программ, направленных на расширение «возможностей»* Миллионы долларов из федеральных и частных фондов, особенно из Фонда Форда, были отпущены на проведение исследований по предупреждению преступности несовершеннолетних. И тем не менее результат их оказался неудовлетворительным164. Однако нет возможности узнать, насколько хуже было бы положение с преступностью несовершеннолетних, если бы все эти программы не получили финансовой поддержки. Кроме того, следует от-* метить, что изучение состояния преступности и делинквентности затрудняется из-за наличия многих неконтролируемых переменных величин; поэтому нереально рассчитывать на возможность проведения подтвержденных надежными данными исследований в области предупреждения преступности несовершеннолетних.

    Делинквент отличается от конформиста тем, что ему чужды нормы социальной организации, к которой он принадлежит. Анализ того; типа делинквентности, который его характеризует, а также причин его отклоняющегося поведения, как правило, индивидуализирован, но сама делинквентность и мировоззрение делинквента постоянны и являют собой результат внешних воздействий. Делинквентность может оказаться следствием общих тенденций нестойкого окружения, эволюции делинквентной субкультуры или возникновения новых проблем в конфликтных ситуациях либо при употреблении наркотиков. Непосредственное окружение многих правонарушителей — это делинквентные субкультуры, в которых, как отмечали Клауорд и Оулин, могут развиться преступные, конфликтные и ретретистские шайки. Первый вывод, к которому можно прийти, заключается в том, что возникнрве-ние девиантности есть -результат аномии, отчужденности и отсутствия норм. Далее можно отметить, что состояние аномии влияет на усвоение ценностей, что приводит к вторичной девиантности и усвоению девиантных установок и ценностных ориентаций в сочетапии с готовностью к отклоняющемуся поведению К

    Разрабатывая свою шкалу измерения аномии, Сроул определил аномического индивида как индивида, отчуждающего себя от других, считающего, что: 1) лидеры сообщества индифферентны к его нуждам, 2) социальный порядок по сути своей непредсказуем, 3) он сам и подобные ему люди отдаляются от целей, которых они достигли, 4) никто никогда не может рассчитывать на поддержку со стороны, других и 5) жизнь, в общем, лишена смысла 165. Было показано, что люди одинакового социального статуса более подвержены аномии, если им свойственны соответствующие этому состоянию установки

    В 1938 г. Вирт утверждал, что городской образ жизни ведет к отчуждению и аномии166. Однако в 1973 г. Фишер пришел к заключению, что нельзя проследить никакой реальной связи между величиной общины и чувством заброшенности, что существует незначительная связь между урбанизмом и анонимностью жизни индивида и что неправильно наделять урбанизм таким спутником, как отчуждение167. Это хорошо может быть показано па примере города, внутренние районы которого заселены темнокожими в результате того, что белое население переехало в пригороды. Таким образом, во внутренних частях города состав населения достаточно однороден, и это в меньшей степени порождает аномию.

    Так же как и большинству других теорий, теории аномии свойственна ограниченность; она не объясняет ни того, почему индивид теряет связь со своей культурой, ни того, почему большинство людей, подверженных воздействию ночти одпих и тех же влияний, не перестают йдептифицпровать себя с группой и демонстрируют поведение, которое не настолько отклоняется от нормы, чтобы их в связи с этим надо было бы арестовывать. Теория аномии не объясняет также и деструктивную, или неутилитарную, природу некоторых правонарушений. Тем не менее в отношении подавляющего большинства случаев отклоняющегося поведения эта теория плодотворна. Пожалуй, наиболее слабой ее стороной как теории социологической является сложность использования количествен-

    )

    ных методов исследования.

    А

    ОТЧУЖДЕНИЕ

    Отчуждение можно рассматривать как крайнюю форму выражения аномии. Это отход от пормальпого общества и, быть может, даже вступление в связь с другими людьми или целыми группами лиц, сходным образом отстранившимися от общества. В этом основа образования групп типа «веселого освобождения» и других объединё-ний гомосексуалистов  поддерживающих движение за предоставление им в законодательном порядке равных прав. Китри, описывая отчуждение отдельных людей и групп, указывал на опасность «терапевтического состояния», находясь в котором девиапты могут быть подвергнуты насильственному лечению, с тем чтобы ослабить у них чувство отчуждения 168.

    Как уже говорилось, отчуждение — это либо отстранение индивида от окружающего мира, либо недостаточная интеграция личности. Это процесс стигматизации, определения, идентификации, сегрегации, описапия, выделения, пробуждающий сознание и самосознание лиц, поведение которых отклоняется от принятых норм169. В 1938 г. Фрэнк Тапненбаум назвал этот процесс «драматизацией ела». Замечание Таниенбаума относится к острому интересу публики к преступлению, в частности изображаемому в кинофильмах, и к карьерам таких людей, как Аль Капоне, Джон Диллинджер, «Красавчик» Флойд, «Мордашка» Нельсон, «Автомат» Келли, «Убийца» Бёрк и другие «герои» преступного мира, ставшие популярными личпостями. Мысль Танненбаума о «драматизации зла» может считаться предшественницей теории стигматизации, сформулированной в 1963 г. Говардом С. Беккером. Формирование шайки начинается с обращения индивида за поддержкой к тем, кто отчужден от превалирующих норм 170. Имепно в шайке отчуждеппые люди находят эффективное взаимодействие в процессе разрешения общих для них проблем; это и кладет начало деятельности шайки171.

    В этом плане шапка выполняет четыре основные функции172: во-первых, она дает своим членам возмож-

    иость проверить, как далеко каждый из них хочет пойте в направлении принятия и исполнения альтернативных правил; во-вторых, она дает им возможность удостовериться, до какой степени они могут полагаться на поддержку друг друга; в-третьих, у каждого ее члена есть возможность установить, насколько его приемы нейтрализации влияния законопослушного общества успешны е приемлемы для других членов; в-четвертых, она пытается дать своим членам возможность совершать различные делинквентные действия с тем, чтобы каждый из них мог - выбрать то, что ему по вкусу.

    Отчуждение не обязательно ведет к делипквентности* Некоторые колонии хиппи и другие похожие на них группы также отчуждены от «молчаливого большинства», составляющего истэблишмент. Амониты, меннониты и другие религиозные группы, пользующиеся только теми средствами передвижения, которые упомянуты в Библии, также считаются отчужденными от остального общества, находящимися «вне его». О Церкви сатаны в Сан-Франциско часто говорят как о секте дьяволопоклонников, но в последние годы «Сатанинская Библия» в некоторых университетских городках Соединенных Штатов далеко превзошла но популярности «Святую Библию».

    Вопрос об отчуждении затрагивается во многих философских теориях, касающихся места человека в мире, но в области общественных наук первой из них была социальная теория Карла Маркса 173; в этой части се разделял Зигмунд Фрейд 174. В соответствии с теорией Маркса люди отчуждаются от своего труда в силу наличия частной собственности и классового господства. Отделение рабочих от результатов своего труда отчуждает их и от общества, и друг от друга.

    Фрейд указывал, что отчуждение возникает как результат потребностей цивилизации. По мнению Маркузе, Фрейд понимал, что требования, предъявляемые к индивиду социальной структурой, могут усиливаться в условиях господства одного класса над другим175. Многие проявления отчуждения остаются скрытыми и завуалирован-

    ными, йоскольку существуют только как негативный компонент амбивалентной конформно-отчужденной диспозиции 176.

    Отчуждение усиливает многие виды отклоняющегося поведения и враждебные устаповки. Оно определяет также лояльность и нелояльность, проявления которых можно наблюдать в войнах между шайками, в судебных разбирательствах, в политической борьбе, происходящей в различных организациях, начиная с промышленных предприятий и кончая университетами, в вооруженных силах, борьбе политических партий и даже в семье. Летом 1973 г. во время рассмотрения в сенате США Уотергейтского дела председатель комиссии Сэм Эрвин процитировал известные слова кардинала Уолси, оплакивавшего свою судьбу, в шекспировском «Генрихе VIII»: «Служи я богу своему наполовину так усердпо, как служил королю, не оставил бы он меня сейчас беззащитным перед лицом моих врагов».

    Отчуждение и конфликт играют свою роль в образовании разрыва между поколениями. В профессиональных союзах молодые рабочие возмущаются системой выслуги лет и «жирными» пенсиями пожилых людей и считают, что единственно разумное, что те еще могут сделать,— это свалиться и умереть177. Однако большую озабоченность общества должно вызывать чувство отчужденности, испытываемое теми, кто, добиваясь лучшей участи в обществе, которое их отвергло, формирует шайки с целыо получить признание и нейтрализовать давление, которое оказывается на них, чтобы сделать их копформными.

    ИДЕНТИФИКАЦИЯ И ИДЕНТИЧНОСТЬ

    Под идентификацией понимается слияние индивида о группой или имитация им поведения других людей; под идентичностью — собственные ценностные ориентации индивида, его амбиции, проблемы приспособляемости и т. д., которые либо разделяются другими, либо ими

    дополняются. Таким образом, идентификация и идентичность составляют основу социального взаимодействия. Когда человек становится тем, кем он хотел стать, он достигает идентичности и идентификации. Привнесенная в 1899 г. в психологию Фрейдом идея идентичности и идентификации действительно весьма широка и недостаточно полно определена, но именно она послужила основой для объяснения того, как индивид сопоставляет себя с другими людьми или с каким-то одним приемлемым для него образцом !.

    Концепция идентичности перебрасывает мостик между внутренним формированием личности и силами культуры его окружения. Это интегративный процесс, в ходе которого индивид вписывается в свое окружение, что в свою очередь снижает его напряженность и тревожность. Эриксон указывает, что интеграция индивида, происходящая с сохранением личной неповторимости,— это больше, чем просто сумма личностных идентификаций; это основанная на личпом опыте способность индивида интегрировать свои идентификации со своими же мотивами и теми возможностями, которые предоставляют ему социальные роли К

    Кризис идентичности в юношеском возрасте — одна из серьезных причин, ведущих к преступности и делипк-.. вентности. Подросток восстает против авторитетов. Оп уже слишком большой, чтобы терпеть отношение к себе, как к ребенку, по еще слишком юн, чтобы считаться взрослым. Пытаясь найти свою роль в общество и обрести свою идентичность, он берется за самые разные занятия, каждое из которых для него мотивированно, но это почти всегда приводит его к разочарованию, а часто и к такой деятельности, которая ставит его в конфликт с законом. Его попытки установить, кто он есть, и «изменить систему» могут превратить его в воинствующего активиста в студенческом городке, па улице, в семье или привести ого к профессиональной или организованной преступности.

    Идентичность выражается в концепции собственного Я, которой охватываются стремления, цели, ожидания и

    , ценностные ориентации одного человека или группы людей. Это может быть идентичность отдельной личности или идентичность семьи или иной группы. Конфликтное формирование идентичности может происходить в условиях, когда ребенок следует дефектной модели идентификации себя с родителями, например когда один из родителей отсутствует или далек от ребенка либо, наоборот, живет в семье, но подавляет или запугивает ребенка. И в том и в другом случаях это дефектная модель идентификации для подрастающего ребенка. Результаты могут быть самыми разными. Идентичность, сформированная в условиях конфликта, может привести к появлению предрассудков, повышенной ранимости, догматизму, параноидальной шизофрении, гомосексуализму и многим другим отклонениям ‘. Юпости свойственны такого рода отступления в культурном возмужании, которые для системы уголовной юстиции могут иметь гораздо большее значение, чем физиологические признаки, свидетельствующие о готовности к сексуальной активности (такие, как угреватость, ломка голоса у мужчин и другие проявления физической зрелости). Резкая смена настроения, смятение от полового влечения, острое чувство вины, подавленность, неустойчивость и нерешительность — все эти явления могут возникнуть в результате перехода в мир взрослых. По английскому общему праву лицо считается взрослым уже в возрасте семи лет; исторически это объясняется тем, что в период промышленной революции стало возможным зарабатывать на жизнь ужо в этом возрасте, нанявшись в услужепио или пойдя учеником в лавку. В начале нашего века, в 1910 г., президент Соединенных Штатов Теодор Рузвельт созвал в Белом доме конференцию, результатом которой было издание в 1912 г. законов о детском труде и повышение возраста, с которого начинается трудовая деятельность. Законы об обязательном обучении и необходимость профессиональной подготовки привели к тому, что возраст самообеспечения повысился до 20 с лишним лет. Все это вносит путаницу в определение социальных й культурных ролей в юношеском возрасте и усиливает неустойчивость подростка, когда он ищет свое место в мире взрослых.

    Защитным механизмом, к которому часто прибегают подростки, становится упрямство или безразличие. Необходимость получать одобрение в своей среде испытывает большинство подростков, разделяющих ожидания и ценностные ориентации шайки и готовность одеваться и вести себя в соответствии с ее требованиями.

    Кризис идентичности, испытываемый в юношеском возрасте, имеет особое значение для системы уголовной юстиции. В процессе повзрбсления подросток проходит через период «переоценки» родителей, что часто принимает форму открытой критики их способностей, ума и культуры *. Подросток часто сравнивает себя с членами семьи и с другими людьми; при этом он пренебрегает примером родителей и ищет образцы для подражания Среди взрослых на стороне. Именно в этот период тренер по футболу, один из учителей, священник, член уличной шайки или кто-то другой становится идеалом, которому формирующаяся личность стремится соответствовать. По мере взросления подростка развиваются уже более зрелые взгляды и отношение к родителям становится более сбалансиропапиым, реалистичным. Возможно, именно трудпости, связанпые с формированием личности, повлияли па поведение похищенной в начале 1974 г. Саймбайони-стской армией освобождения Патриции Херст, которая в нескольких записаипых па пленку интервью пазвала своего отца лжецом и объявила о своем вступлении в преступную организацию, совершившую ограбление банка в Сан-Франциско. Многие подростки, привыкая к употреблению наркотиков, становятся членами соответствующих групп. Несомненно, что кризис идентичности в современном обществе возникает в юности, как определенном этапе усвоения культурных норм, и его проявления обусловлены данной культурой.

    Идентификация трудного подростка с работником, который занимается им и наладил с ним хорошие отношения, является, как правило, следствием успешного воспитательного воздействия 178. Одпой из самых острых проблем в жизни делинквентной молодежи является отсутствие значимых отношений со взрослыми, которым они доверя-ют. Главная помощь, которую можно оказать консультируемому подростку,— это дать ответ на вопросы: кто я? К чему я иду? Как я этого достигну? Возможность найти свою идентичность, обрести себя, идентифицируя себя а другим человеком или с воображаемым идеалом,— прекрасный социальный стабилизатор.

    Вильям Кук, Бонни и Клайд

    Вильям Кук (1929—1952), которого называли одним из самых ужасных убийц нашего времени, хотя он лишил жизни всего шесть человек, являет яркий пример того, как влияют на человека аномия и отчуждение. Он родился в Джоплине, штат Миссури. Вильям и семеро его братьев и сестер жили вместе с отцом, неграмотным горняком, в заброшенной шахте. Однажды ночью, напившись в местном кабаке, отец вскочил в товарный поезд и навсегда исчез. Службы социального патронажа пристроили семерых детей в местные приемники. Места не нашлось только для Билли, потому что он как-то «странно выглядел». Из-за дефекта правого века у него никогда не закрывался правый глав, за что его потом прозвали «Чертов глаз». Наконец, через суд Билли поместили за плату в приемную семью, что было самым неудачным из всех возможных вариантов. Подрастая, Билли начал воровать, и в итоге ему пришлось выбирать между сиротским домом и исправительным учреждением. Естественно, он выбрал последнее. Здесь его считали наиболее трудным подростком, и в конце концов перевели в Миссурийский пенитенциарий в Джсфферсоп-сити, где он тоже прослыл самым недисциплинированным. После выхода на свободу в 22-летнем возрасте Кук решил жить с помощью оружия. Последовал ряд правонарушений, в большинстве своем ограблений, а также несколько похищений, совершенных с целью получения выкупа, краж автомобилей. Некоторые из жертв спасли свою жизнь тем, что, видя его жестокую решимость, отдавали все, что он требовал. 30 декабря 1950 г. он убил Карла Мос-сера, его жену и троих детей. После похищения и убийства Роберта Дыои Кука схватила мексиканская полиция. Вынесенный ему смертный приговор был приведен в ис-

    полнение в газовой камере в Сан-Квентинской тюрьме 12 декабря 1951 г.

    Боннй и Клайд хотели войти в историю. Клайд Бэр- . goy (1909—1934) родился в Телисе, штат Техас, в семье фермера-издольщика. Он был одним из восьми детей. Бонни Паркер (1911 —1934) родилась в Ровене, тоже штат Техас. Они встретились в Далласе, где она работала официанткой, и стали’вместе совершать ограбления банков и убийства. В период между 1931 и 1934 гг. в газетах то и дело появлялись сообщения о совершенных ими преступлениях. Как правило, в их руки не попадали крупные суммы, самое большое ограбление было на сумму около 1500 долларов. Но им нравилось убивать. Они утверждали, что совершают грабежи, чтобы отомстить за мелких фермеров, которые не смогли выполнить своих обязательств перед банками. Многие из совершенных ими преступлений, в особенности убийства, казались лишенными всякого смысла; они не были ничем спровоцированы и демонстрировали высшую степень аномии. В то время говорили, что в анналах американской преступности никогда не было «более патетического, алогичного и освященного тяжкими убийствами союза двух социальных отщепенцев» 179.

    23 мзя 1934 г. Бонни и Клайд попали в ловушку, подстроенную их приятелем Генри Метвином, который таким образом хотел спасти своего сына от грозившего ему уголовного преследования. Бонни и Клайд были убиты из засады недалеко от Джибланда в штате Луизиана.

    Глава 7

    ДРУГИЕ СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ

    Есть много таких социологических подходов к объяснению преступного поведения, которые не ставят во главу угла дифференцированную связь или аномию. Тем не менее большинство сторонников такого рода теорий признают существование и важное значение дифференциальной ассоциации и апомин и их связь с их собственными концепциями. Речь идет об одних и тех же факторах или социальных силах, которые, одиако, могут сочетаться по-разному.

    СУБКУЛЬТУРЫ

    Теории субкультур подразумевают, что человек развивается в группе равных себе или в шайке, у членов которой есть устойчивая система ценностей, отличающаяся от системы ценностей, существующей в большом обществе. Таким образом, личность развивается в соответствии с ценностями и нормами своего окружепия, не воспринимая ценностей культуры в целом. Теории субкультур используют оба основных подхода — и дифферсицированпую связь, и аномию,— но в разном соотношении. Коэи, который считает себя социологом, а не криминологом, заинтересовался проблемой «неутилитарной» делинквентности и написал выдающийся труд о развитии делинквентного поведения в субкультурах ‘. Его интересовали не столько причины, в силу которых молодой человек становится правонарушителем, сколько развитие у индивида общих представлений, общих чувств, а также лояльности по отношению к своей группе или субкультуре180. Делинквентная субкультура чаще развивается в низших социально-экономических слоях общества. Деятельность шаек и субкультурных групп есть способ разрешения определенных проблем, включая проблему статуса, в связи с которой в рамках такой группы оказывается давление, чтобы обеспечить конформное поведение ее членов.

    В этой среде семья не так крепка, как в средних и высших социальных классах. В обществе сам статус семьи и социальная структура определяют в какой-то мере трудности и проблемы, с которыми каждый член семьи сталкивается во внешнем мире, но на низших социально-экономических уровнях, где развиваются делинквентные субкультуры, такое положение^ по-видимому, встречается реже *. Ребенок из этой среды, оказавшись вне семьи или дома, чаще смотрит на мир своими собственными глазами, чем глазами своей семьи. Его миром становится шайка. И хотя внутри семьи он может быть «защищен» либо «не защищен», он «самостоятелен», когда взаимодействует с другими в шайке или субкультурной группе.

    В современном обществе существует множество делинквентных, преступных и девиантных субкультур, что во многих случаях вызывает острый нормативный конфликт. В Ныо-Йорке и в других крупных агломерациях с пестрым этническим и расовым составом и различпыми системами ценностей действует множество шаек. Между шайками и «семьями», образующими организованную преступность, также происходят конфликты на почве различных норм и в связи с разделом сфер влияния. Новые наборы ценностей делают правонарушения и преступления допустимыми, хотя законодатель или кто-либо другой признал их «незаконными». Эти ценности развиваются и периодически подкрепляются, но в основном все это вариации на старую тему. Бордюа отметил, что каждое повое поколение начинает с решений своих предшественников, а не с изобретения чего-то нового181.

    Миллер, занимаясь вопросом о распространенности делинквентных ценностей в низших слоях населения,

    (выдвинул идею о том, что ценности этой среды фактически включают в себя и делинквентную субкультуру Л .Эти ценности связаны с «уравнительным» подходом, что (делает делинквентные методы приемлемыми. Отношения между учителем и учеником, социальным работником и клиентом, полицейским и правонарушителем — лишь некоторые из отношений, неизменно связанных между собой. множеством традиционных ожиданий и определений. Такие ожидания и определения в низших социально-экономических слоях, как правило, отличаются от того, что имеет место в средних и высших слоях. Чтобы лучше объяснить делинквентность, исходя из понятия субкультуры, нужно еще многое уяснить в этих отношениях. Природа делинквентной субкультуры обусловлена ценностями низших слоев населения. Ревностное стремление .к «жесткости», «стойкости» и «мужественности» в культуре низших слоев проявляется в неформальной установке, согласно которой подросток должен «быть твердым» и «никому ни в чем не уступать». Эти установки возникли в процессе иммиграции из других стран, внутренней миграции из сельской местности в города и из одной части страны в другую, вертикального перемещения из одного социально-экономического класса в другой182. Делинквентная субкультура развивается постольку, поскольку существует проблема приспособления, с которой сталкиваются мужчины, принадлежащие к низшим слоям, а также конфликт между ценностями, ориентирующими на социальный успех, и социальной структурой, ограничивающей возможность его достижепия. Клауорд н Оулип воплотили эту идею в трех основных положениях, относящихся к делинквентному поведению:    во-первых, для

    низших слоев характерны свои особые ценности; во-вторых, эти ценности заметно отличаются от ценностей среднего класса, лежащих в основе кодексов и законов общества; в-третьих, такой конфликт приводит к тому, что ценности низшего класса автоматически ведут к нарушениям закона, примером чего могут служить драки.

    По мнению Кварацеуса и Миллера, делинквентность представителей среднего социально-экономического класса -J-результат проникновения в его среду установок и обыча-* ев низшего класса 183.

    О делинквентности среди девочек написано немного. Рут III. Кэвен указывала в 1969 г. па недостаточность изучения этой области184. Она отвела целую главу своей книги извлечениям из различных исследований всего, что имело отношение к данному вопросу185. Было обнаружено, что девочки-правонарушительницы не отличаются от мадьчиков-правонарушителей ни по одному из таких показателей, как возраст, происхождение из низших социально-экономических слоев и дезорганизованность се-* мейной жизни. Если мальчик-делинквент стремится стать мужчиной, соревнуясь в храбрости и в открытом неповиновении, то девочка-делинквент больше стремится к браку и часто из-за этого бросает школу. Девочки-делинквенты пытаются избежать неприятных взаимоотношений дома и ищут доставляющих им удовольствие знакомств с мальчиками. Если закоренелые делинквенты-мальчики со временем превращаются во взрослых преступников, совершающих преступления против собственности, то закоренелые делинквенты-девочки, повзрослев, занимаются мелкими кражами, проституцией или же становятся сообщницами своих мужей-прсступпиков.

    В 1973 г. целый номер «Вопросов криминологии» был посвящен проблеме «женщины и преступность»186. Один из авторов указывал на то, что вся предыдущая литература о женской преступности была написана в плане сексуального, расового и классового подходов; новая трактовка женской преступности должна, исходя из пред-' ставлений о женщине как о человеке, заменить традиционные теории187. Другой автор утверждал, что сам закон имеет тенденцию классифицировать преступления с учетом различий в ролях* которые выполняют лица разного пола 188.

    В своем обзоре литературы о делинквентных субкультурах (1966 г.) Эмпи указал па несколько нерешенных вопросов189. Поскольку молодежь из низших классов значительно чаще, чем молодежь из других слоев общества, предстает перед судом в связи с делинквентным поведением, Эмпи ,задает следующие вопросы: основано ли различие в обращении с подростками иа различиях в их реальном поведении или на различиях в ценностях либо других характеристиках? Является ли криминальная субкультура контркультурой или инфракультурой? Каковы отношения между ролями должностного лица и клиента в различных социальных системах, в том числе и в системе уголовпой юстиции?

    Как считает Эриксоп, тот факт, что действующим в трущобах шайкам из пизших слоев паселения уделяется слишком большое внимание, затрудняет понимание делинквентности и субкультурных феноменов190. Он отмечает, что социологи склонны рассматривать делинквентность в рамках одной социальной группы как делинквентность шаек, принадлежащих к делинквентной субкультуре. Неправильное толкование и использование одних лишь официальных дапных может привести к поспешным выводам по основным проблемам, о чем свидетельствует тот факт, что более дюжины опубликованных в последние годы исследований, использующих дапные опросов о том, случалось ли опрашиваемым совершать делинквентные поступки, ие смогли обнаружить статистически значимые различия в показателях преступности различных социально-экономических слоев. Согласно Эриксону, современные социологические теории требуют серьезного пересмотра; нужно разработать новые теории, не связанные столь тесно с предвзятыми мнениями о социально-эконо-

    мической и ипой групповой обусловленности делинквентности несовершеннолетних. ,Это, разумеется, зависит от степени доверия к данным официальной статистики и результатам изучения делинквентности.

    Хэпи и Гоулд подвергли сомнению теории субкультур на том основании, что большинство несовершеннолетних правонарушителей считают, что их приятели не более де-линквентны, чем все остальные несовершеннолетние У взрослых американцев существует твердое представление о несовершеннолетнем из низших социально-экономических слоев как о хулигане, по сами эти несовершеннолетние вовсе не считают себя таковыми. Возникает вопрос, является ли представление о субкультурной делинквентности результатом наклеивания ярлыков или же несовершеннолетние и в самом деле делинквентны. Хэни и Гоулд предполагают первое.

    ТЕОРИЯ КОНФЛИКТА

    Теория конфликта возникла на основе положений и. принципов, разработанных Георгом Зиммелем (1858— 1918)191, который считал, что конфликт является формой взаимодействия в отличие от его содержания. Содержание может быть различным, но форма «социального конфликта» остается одной и той же 192. Теория конфликта исходит из ориентированного на социальную психологию подхода к формированию личности с позиций социального взаимодействия и представления о коллективном поведении как о социальном процессе.

    Когда сталкиваются интересы и цели различных групп, возникает конфликт. Чтобы сохранить свое место и положение в постоянно меняющемся мире, группы всегда должпы быть готовы к самозащите. Приверженность каждого члепа своей группе имеет большое значе-нив при определении того, на кого можно, а на кого нельзя положиться.

    Преступность и делинквентность как групповое поведение распространены довольно широко. Шоу и Мак-Кей сообщили, что 80—90% несовершеннолетних преступников, представших в 1928 г. перед судом по делам нессь вершеннолетних в графстве Кук, совершили преступление с одним или большим числом соучастников *. По данным супругов Глюк, из 1000 несовершеннолетних преступников около 70% имели соучастников193. Супруги Глюк приводят данные, о том, что среди несовершеннолетних, находящихся в исправительных учреждениях, 60%’ имели соучастников 194. При последующем изучении Глюки обнаружили; что почти все делинквенты предпочитают находиться вместе с другими делинквентами и что в шайках состояло более 50% делинквентов и менее 1% неде-линквентов195. Люди хотят принадлежать к какой-либо группе, особенно если они отчуждены от главного потока общества и им приходится искать защиту и понимание в шайке.

    Шайка требует лояльности и верности принятому в ней кодексу ценностей, который резко отличается от взглядов полицейских и представлений властей штата196. Почти всегда группа меньшинства противодействует правилам и предписаниям господствующего большинства и миру взрослых — его власти и ценностям 197.

    Многие из тех, которые отказываются от воепной службы по политическим или религиозно-этическим мотивам, считают, что они просто находятся в копфликте с истэблишментом. Их ориентация на группу меньшинства приводит к тому, что они забывают о существующем

    контакте с «внешней» группой большинства, которая призвала изменить их позицию *. Любой лагерь для военнопленных дает свидетельства неэффективности давления группы большинства на установки и чувство принадлежности членов группы меньшинства, чье «преступление» состоит лишь в том, что они оказались побежденными. Преступник, который идентифицирует себя с какой-либо группой, что делает его внутреннюю позицию более твердой, на попытки «реабилитации» реагирует оборонительно.

    Многие преступления являются результатом борьбы за политические реформы, которая иногда ведет к насилию. В некоторых случаях преступное поведение связано с столкновениями интересов компаний и профсоюзов. Отдельные преступления представляют собой эпизоды борьбы за влияние, которую ведут между собой различные профсоюзы. Столкновения, неизбежные при попытках изменить социальную структуру общества, такие, например, как движение негров за гражданские права в середине и в конце 1960-х гг., также могут вызывать преступления.

    В основе объяснения преступности, предложенного Торстеном Селл ином, лежит конфликт культур. Селлин был первым, кто уделил значительное внимание конфликту культур198, хотя Карл Маркс еще до этого подчеркнул значение классовых конфликтов и классовой борьбы. Селлин считает, что в тех случаях, когда культурные ценности складываются в разной среде (как это имеет место, когда дети и их родители родились и воспитывались в разных странах), может возникнуть острый конфликт культур, который часто развивается и находит проявление в преступном поведении. Теория конфликта культур помогает объяснению высокого уровня преступности среди детей иммигрантов, в частности, из разных стран Европы.

    Проблему конфликта культур можно легко проиллюстрировать на ряде примеров. Вот один из них. Семья итальянского, иммигранта живет в окружении соседей-итальянцев в небольшом городе. В семье говорят по-итальянски, готовят национальную итальянскую пищу, прививают детям ценности и установки, принятые в Италии. Отец является настоящим хозяином в доме, и все идет так, как он скажет. Когда дети подрастают, они цоступают в американскую школу для белых, которая ориентирована в основном на средние слои населения и где говорят по-английски. Школьный завтрак состоит из рубленого шницеля или бутерброда с горячей сосиской. Подростки должны подчиняться женщипам-педагогам. И у классных товарищей, и у учителей совсем другие цепности и обычаи, которые чужды итальянским подросткам. Соответственно, когда учителя пытаются учить их, дети больше заняты тем, чтобы освоиться в незнакомом для них окружепии, и не могут полностью включиться в учебный процесс. Что же касается урожденных американцев,. то они говорят по-английски, в их доме едят те же рубленые шницели и горячие сосиски, их мать часто держит в руках бразды правления в семье и здесь соблюдаются современные культурные нормы среднего класса. Когда дети из этих семей идут в школу, для пих не возпикает конфликта культур. В школе все им знакомо, и они могут учиться, не отвлекаясь, на разрешение такого конфликта.

    У детей одинаковых способностей, но разного происхождения и успеваемость разная. Подросток из семыт коренных американцев, обладая коэффициентом умственного развития, равным 100, может получать высокие оценки, тогда как подросток, обладающий такими же способностями, по выросший п другой культурной среде, должен тратить свои силы на адаптацию к новой и непривычной культуре, в результате чего он получает низкие оценки либо учеба ему вообще ые дается. Таким образом, создается твердое убеждение, что дети, принадлежащие к национальному меньшинству, «упрямы», «агрессивны» и «несколько туповаты». Подросток реагирует на это сответствующим образом и защищает себя, подтверждая тем самым приписываемую ему роль и укрепляя сложившиеся о пем представления. Он склоняется к девиантному и делинквентному поведению гораздо чаще, чем подросток из семей ко репных американцев, принадлежащих к среднему слою. Конечно, это не всегда конфликт между этническими и расовыми группами. Конфликт возникает и тогда, когда проживающие в одной и той же местности семьи примерно одного достатка придерживаются разного образа жизни, разных норм поведения, имеют разные ценности. Конфликт культур характерен не только для иммигрантов, но его легче продемонстрировать на их примере, чем на примере других групп. Источником конфликта культур могут быть различия в расовых, этнических, религиозных, экономических, профессиональных, философских и любых других аспектах культуры.

    НЕЙТРАЛИЗАЦИЯ

    I

    Концепция нейтрализации впервые была разработана Сайксом и Матзой.. Согласно этой концепции, человек способен освободиться от привитой ему с детства морали, чтобы оправдать свое делинквентное поведение. Сайкс и Матза выделяют пять типов нейтрализации 1.

    1. Отрицание ответствеппости: человек считает себя скорее объектом действия, чем его субъектом, он жертва обстоятельств.

    2. Отрицание вреда: человек считает, что в действительности никто не страдает от ого действий; автомобильная кража — это всего лишь «заимствование», а драки между шайками касаются только их самих.

    3. Отрицание наличия жертвы: причинение вреда не рассматривается в данных обстоятельствах как противоправное; например, нападения на гомосексуалистов и на других лиц, которые «заслуживают этого», объясняется тем, что «они сами это спровоцировали».

    4. Осуждение осуждающих: человек считает всех, кто его осуждает, лицемерами, замаскированными девиантами, которыми движет злоба; нападая на других, он пытается прикрыть собственное неблаговидное поведение.

    5. Ссылка на высшие соображения: нарушение требований общества в целом нейтрализуется тем, что человек делает это во имя преданности и лояльности по отношению к малым группам.

    Сайкс и Матза отмстили, что система цеппостей делинквента не всегда во всем противостоит господствующему социальному порядку. Однако в зависимости от обстоятельств делинквент может видоизменять нормы поведения, которые он признает, что позволяет ему совер-

    Sykes G. М., М i t z a D. Techniques of Neutralization: A Theory of Delinquency. —American Sociological Review, 22, 1957, p. 664-670*

    s


    шать неодобряемые поступки. Чтобы освободиться от сознания преступного характера тех или. иных действий, делинквенты считают, что большинство делинквентных поступков по существу не являются таковыми, и дают этим проступкам оправдание, которое сами считают убедительным.    /

    Рёклесс и Шохэм считают эрозию норм фактором, дополняющим действие нейтрализации ‘. В этом процессе эрозия норм морально подкрепляет нейтрализацию. Об эрозии норм могут свидетельствовать: потребление алкоголя и наркотиков, мошенничество на экзаменах, кража товаров с прилавка в магазине, внебрачные половые связи и другие подобные отклонения. Эрозия норм и нейтрализация — результат ослабления саморегулирования^ что облегчает индивиду участие в девиантном и преступном поведении.

    Оправдания девиантного поведения, которые представляются достаточно убедительными для делинквентов, не являются таковыми для системы юстиции и для общества в целом199. Уголовное право само уже содержит основной элемент того, что может быть названо «гибкостью», поскольку при применении многих норм допустимы исключения200.

    Ричард А. Болл считает, что концепция Сайкса в Матзы — это не только концепция нейтрализации: она опровергает также теорию «делинквентной субкультуры» Коэна201. Согласно концепции нейтрализации, дело на в том, что делинквенты имеют свой набор норм, а в том,202 что они придерживаются обычных норм, используя их для оправдания отклоняющегося поведения. Нормы про-, сто «размыты». Эта точка зрения отличается от теории субкультур, включающих ценности, отличающиеся от ценностей, господствующих в обществе. Болл сконструировал показатель нейтрализации, который коррелирует

    с делинквентностью *. Ему удайось показать, что делинквенты чаще прибегают к нейтрализующим оценкам, нежели неделииквеиты. Модифицируя разработанный Боллом показатель нейтрализации, Мэнл в 1972 г. установил, что не существует различий в использовании оценок нейтрализующего характера, которые были бы обусловлены возрастом, но что негры прибегают к ним чаще, чем белые203.

    Хирши тщательно анализирует концепцию нейтрализации и в целом поддерживает ее204. Однако ои указывает, что делинквент — это не обычный человек, поскольку он часто действует в интересах своей группы, хотя она и не достойна этого. Хирши отметил также, что все сконструированные типы нейтрализации действительно связаны с делинквентностью, за исключением положения об отрицании наличия жертвы, что может быть результатом чрезмерно сложного угол кования этой концепции.

    КОНЦЕПЦИЯ «ДРЕЙФА»

    Согласно концепции «дрейфа», молодой человек из низших слоев населения видит, что нет необходимости делать выбор между делинквентным и законопослушным поведением. Ои может «дрейфовать» где-то между этими двумя противоположными точками, прибегая для оправдания своей делинквентности к ссылке иа смягчающие обстоятельства205. Мцогие люди, особенно принадлежащие к низшим социально-экономическим слоям, используют тот факт, что уголовные законы не всегда строго соблюдаются и что полиции и судам предоставлены большие возможности действовать при применении закона по собственному усмотрению. В соответствии с этим делинквент расширяет круг смягчающих обстоятельств, с тем чтобы включить сюда свою собственную ситуацию и оправдать свое делипквентпое поведение. Группа или шайка может расширить концепцию защиты настолько, чтобы обосновать агрессивное нападение на другую шайку тем, что последняя угрожала им. В силу того что закон применяется недостаточно последовательно, индивид или шайка могут «дрейфовать» в направлении делинквентности, даже если они не приняли определенного решения совершить преступление. Большинство делинквентов, повзрослев, перестают «дрейфовать»; лншь небольшое число несовершеннолетних делинквентов, став взрослыми, совершают преступления.

    Матза отвергает позитивистскую теорию и расширяет понятие нейтрализации, считая его важнейшим элементом концепции «дрейфа». Нейтрализация делает возможным «дрейф», поскольку это процесс освобождения делинквента от моральных уз, накладываемых законом Хайндиленг206 считает, что концепции «дрейфа» и нейтрализации не обязательны для объяснения делинквентности, так как важно лишь то, что делинквенты чаще совершают злостные проступки, чем неделинквенты.

    ТЕОРИЯ РЕГУЛИРОВАНИЯ

    Предлагаемая У. К. Реклессом теория регулирования исходит из факта существования внутренней и внешней контрольных систем207. В основе этой теории лежат представления о внешних и внутренних импульсах, побуждающих к делинквентному либо к законопослушному поведению. Если внутренние и внешние импульсы побуждают к делинквентному поведению, то результатом и будет делинквентное поведение. Для внутреннего регулирования необходимо самосознание, самоконтроль, сильное эго, хорошо развитое суперэго, высокая способность переносить фрустрацию, сопротивляемость различного рода отвлекающим моментам, развитое чувство ответственности, целенаправленность, способность находить удовлетворение в «заменителях», способность к рационализациям, ослабляющим напряжение. Внешнее регулирование представляет собой сложный механизм, действующий в непосредственном социальном окружении индивида и удерживающий его в рамках социальных норм. Устойчивый моральный климат, наличие разумных социальных ожиданий, дисциплина и эффективный надзор за детьми, обеспечение приемлемой сферы деятельности, возможность получить одобрение, возможность выхода из состояния напряжения и фрустрации, идентичность и чувство принадлежности к определенной группе — все это факторы внешнего регулирования. Внешнее и внутреннее регулирование, по-видимому, являются главным опосредующим звеном между давлением, которое оказывает на индивида окружающая действительность, и его внутренними побуждениями.

    Факторами внешнего давления могут быть бедность и лишения, конфликты, внешние ограничения, статус группы меньшинства, ограниченный доступ к возможностям достижения успеха и другие стрессовые ситуации. Развлечепия, искушения, соблазны, примеры преступного поведения, реклама — все это импульсы, которые дает окружающая среда. Внешнее регулирование может складываться также из таких компонентов, как счастливая семейная жизнь, заинтересованность в деятельности общины, членство в организациях, дружба с хорошими людьми.

    Внутреннее регулирование включает в себя контроль над побуждениями, мотивами, свободой самовыражения, а также над такими чувствами, как фрустрация, нетерпеливость, разочарование, возмущение, враждебность, унижение. Оно требует способности противостоять внешним и внутренним импульсам, успешно разрешать конфликты, удерживаться от соблазнов и стойко переносить неприятности. Внутреннее регулирование приобретает особо важное значепие в мобильном, меняющемся обществе, поскольку порождаемое им отчуждение людей затрудняет им участие в жизни группы и выбивает их из привычной колеи *.    ,

    Аналогичную теорию предложил в 1945 г. Артур Били, который выделил: 1) личностные факторы, ослабля-

    ющие самоконтроль, и 2) социальные факторы, ослабля* I ющие социальный контроль 208.

    Личностные факторы, ослабляющие самоконтроль.

    1. Унаследованные или приобретенные физические или психологические изъяны, уродства, дефекты.

    2. Физические травмы, полученные, папример, в результате несчастного случая, или заболевания, такие, например, как туберкулез, сифилис.

    3. Врожденные или приобретенные психические нарушения, например слабоумие, психопатия, эпилепсия.

    4. Умственные и психосоматические расстройства, например йсихозы, психоневрозы, эмоциональные расстройства.

    5. Дезорганизация личности, связанная, например, с половой жизнью, алкоголизмом, наркотиками, азартными играми.

    6. Особые обстоятельства, такие, как невежество, наивность, неупорядоченная жизнь.

    Социальные факторы, ослабляющие социальный контроль.

    * 1. «Больное» общество.

    2. Органические дефекты экономического строя: нищета, безработица, депрессия, агрессия, эксплуатация и т. д.

    3. Урбанизация: мобильность, анонимный характер жизни в городах и т. д.

    4. Меняющаяся половая мораль, потребление алкоголя и табака и т. д.

    5. Дезорганизация семьи: смерть родителя, развод, отсутствие поддержки, падение дисциплины, несовместимость, внутренние конфликты.

    6. Дезорганизация общин: районы депрессий, бедные жилища, плохие компании, преступные шайки и т. д.

    7. Конфликт между органами управления: муниципальными, городскими, штатными, федеральными и т. д.

    8. Неизбежная ограниченность уголовного права в плано как содержания, так и формы, устаревшие, недействующие или противоречивые законы.

    9. Пороки уголовпой юстиции: ослаблепно правопримопитель-ной деятельности, уголовного преследования п деятельности судов, некомпетентное управление, коррупция в патрульной службе, организованная преступность, рэкет и т. д.

    10. Неадекватность системы образования: ограниченность, низкое качество и негибкость гражданского, религиозного и профессионального' обучения.

    11. Ненадлежащие формы организации досуга: нездоровые интересы, ориентация на извлечение коммерческой выгоды и т. д.

    12. Формирование общественного мнения: пресса, кино, радио, телевидение и т. д.

    13. Межличностные и межгрупповые конфликты: этнические, религиозные, экономические и т. д.

    Реклесс тщательно разработал свою теорию и в главе, названной «Импульсы, побуждающие к преступлению», изложил в форме семи тезисов ее обоснование .

    1. Теория регулирования предлагается как теория, паплучгшш образом объясняющая многие проявления делинквентности и преступности.

    2. Она дает объяснение как преступлений против личности, таких, как убийство, пападеппе и изнасилование, так и преступлений против собственности, таких, как кража, разбой или берглари.

    3. Она содержит положения, которые в равной мере могут быть использованы как психиатрами, психологами, социологами, так и практическими работниками. Все они стремятся измерить внутренние и внешние силы и могут описать их при помощи своей терминологии. Дифференцированная связь или влияние окружающей сроды оставляют равнодушными большинство психиатров и психологов, а подчеркивание значения внутренних импульсов не вызывает интереса у большинства социологов! Но всех специалистов объединяет интерес к вопросу о внутренних и внешних силах и слабостях, о внутренних и внешних факторах и степепи их воздействия на поведение.

    4. Внутреннее и внешнее регулирование может быть вскрыто путем анализа отдельных случаев. Действие внутренних и впеш-них факторов поддается наблюдению. Теория регулирования — одна из помногих теорий, в которой микрокосм (копкретиые случаи) отражает олемепты макрокосма (общие положспия).

    5. Теория регулирования представляет собой рабочую теорию, которая может быть использована в целях некарательного воздействия па правонарушителей для изменения среды, в которой находится индивид, и усиления его самосознания. Наиболее квалифицированные работники службы пробации и условного освобождения, а также персонал исправительных учреждепий уже сейчас в какой-то мере направляют усилия на то, чтобы помочь несовершеннолетнему или взрослому преступнику укрепить свое Я, сформировать новые цели, усвоить новые модели поведения. Они также стараются способствовать установлению социальных связей, возникновению прочных привязанностей, созданию отношений поддержки, осознанию ограничений и альтернативных возможностей, с тем, чтобы создать для индивида измененную систему регулирования.

    6. Теория регулирования представляет собой также эффективную рабочую теорию, служащую целям предупреждения преступлений. Дети с ослабленной системой регулирования могут быть выявлены в рапном возрасте. Программы, осуществляемыо с целью предотвратить вовлочешто подверженпых влиянию делинквеитпо-сти детей в преступную деятельность, должны быть направлены на оздоровление внутренних и впешних факторов, регулирующих поведение ребенка.

    7. Внутреннее и внешнее регулирование поддается относительно точному измерению. Степень регулирующего воздействия может быть установлена путем исследования. Есть основания надеяться, что такие оценки удастся стандартизировать.

    Теория регулирования отражает взаимодействие, внутренних и внешних факторов и может быть использована для объяснения любого поведения, в том числе и преступного. В силу своей широты она может сделать излишними подходы, используемые для контроля над преступностью, а также в программах нокарательного воздействия, поскольку внешние и внутренние факторы включают в себя нищету, безработицу, чувство вины, преступные субкультуры, влияние средств массовой информации и многие другие обстоятельства, которые существующие подходы не учитывают. Подобно многим другим теориям, теория регулирования имеет дело с таким числом неконтролируемых переменных, что их проверка ие представляется реальной. Поэтому их значительно легче использовать в прогностической модели, нежели в модели некарательиого воздействия

    ТЕОРИЯ РЕФЕРЕНТНОЙ ГРУППЫ

    Основным предметом рассмотрения теории референтной группы являются различные группы, на которые ориентируются люди209. Референтная группа — это та группа, на которую человек ориентируется и которая служит ему эталоном, независимо от того, хочет он принадлежать к ней или нет210. Референтной может быть «идентификационная группа» в том случае,. когда индивид ставит себя на место члена этой группы и смотрит на вещи с его точки зрения211. Шериф считает, что нормы и ценности референтной группы являются для человека «основными ориентирами», в соответствии с которыми он определяет самого себя и организует свою жизпь212. Учитывая существующие между группами различия в привилегиях и возможностях, Ньюкомб утверждает, что в динамичном обществе резко возрастают случаи неудовлетворенности индивидов своей принадлежностью к определенной группе. Следовательно, значение группы как референтной снижается для отдельного индивида по мере того, как уменьшается его удовлетворенность ею213. Ньюкомб различает позитивную референтную группу, в которую человек хочет быть принятым, и негативную референтную группу, членом которой человек быть не хочет или которой он противостоит. В криминологии негативной референтной группой может быть свободное общество, отвергнувшее преступника и подвергнувшее его изоляции в тюрьме. Отвергая в свою очередь тех, кто его отверг, такой человек может стать кандидатом в прокриминальную референтную группу. Американский подросток может разделять большинство установок, общих для членов его семьи, и хотеть быть ее членом, но он может враждебно относиться к тем установкам, которые касаются выбора его друзей, его поведения как сына и т. д.; таким образом, семья становится для него псгатлиной референтной группой. Позитивная референтная группа может защитить индивида от давления, оказываемого негативной референтной группой. Поэтому может случиться и так, что антикриминальная группа будет продолжать влиять на поведение некоторых преступников даже после того, как они станут членами негативной референтной группы214.

    Хэскелл выдвигает шесть положений, объясняющих теорию референтной группы215.

    1. Для ребенка первой референтной группой является семья.

    2. Семья представляет собой нормативную референтную группу (ее нормы соответствуют нормам всего общества).

    3. Прежде чем принять участие в совершении делинквентпого деяшш, нодросток-делтшквент признает улпчпую группу своей референтной группой.

    4. Уличная группа, которая становится референтной группой для подростка из низших слоев населения, принадлежит в Нью-Йорке к делинквентной субкультуро.

    5. Подросток, для которого уличная группа стала референтной, прежде чем принять участио в совершении делинквентного деяния, по-видимому, припимаот решоние в пользу этого деяния.

    6. Как член рефероптной группы, человек стремится усвоить существующие в ней установки и модели поведения и следует им.

    ТЕОРИЯ СТИГМАТИЗАЦИИ

    Теория стигматизации, по-видймому, основана на положениях, сформулированных Танненбаумом в 1938 г., Лемертом в 1951 г., Беккером в 1963 г., Тэком в 1969 г. и Куипни в 1970 г. Согласно этим положениям, ничто не является преступным, но общество определяет некоторые поступки как преступные и клеймит их. Человек становится преступником первоначально потому, что его поведение признано преступным в результате стигматизации, осуществленной системой уголовной юстиции. Шраг выделяет девять этапов процесса стигматизации 216.

    1. Ни одно действие не преступно само по себе; оно является таковым в силу закона.

    2. Определение того, что является преступным, применяется в интересах власть имущих представителями этих групп, в частности полицией.

    3. Человек становится преступником по потому, что он нарушил закон, а в силу процесса стигматизации, посредством которого власти присваивают ему этот статус.

    4. Разделение всех людей па дно категории — преступников и пепреступников — противоречит здравому смыслу и очевидным фактам.

    5. В нарушении закона уличают лишь немногих, тогда как очень многие, быть может, виновны но в меньшой степепи. •

    6. Поскольку санкции, используемые в правоприменительной деятельности, направлены против человека, а не только против преступного деяния, характеристики преступника влияют на суровость и последствия наказания.

    7. Уголовные санкции варьируются в зависимости и от других характеристик преступника, таких, как принадлежность к меньшинству, отсутствие постоянного местожительства, плохое обра-вование, проживание в районах городской бедноты и т. д.

    8. Уголовная юстиция исходит из стереотипного представления о преступнике как о злоумышленнике, как о человеке низких моральных качеств, заслуживающем порицания.

    9. Тем, кто одпажды был заклеймен как преступник, трудно избавиться от этого клейма и восстановить свое прежнее положение в обществе.

    Как отметил в 1938 г. Танненбаум, драматизация зла и популяризация известных преступников превращают преступную карьеру в один из способов, помогающих хотя бы привлечь внимание публики, и, следовательно, формируют репутацию, которая понуждает индивида придерживаться преступной роли. Духовенство, например, не стало бы делать Аль Капоне предметом своего изучения.

    Согласно теории стигматизации, социальные дефиниции преступности и девиантности делают те или иные поступки преступными и девиантными. Беккер считает, что девиаетпость — это не свойство самого деяния, а последствия применения таких норм и санкций, посредством которых человека клеймят как девианта

    Социологи меньше интересуются нравом, чем юристы; опи уделяют больше впимаппя пеформальпому механизму социального контроля, рассматривая не узкие правовые дефиниции, а социальный процесс создания девиантности путем стигматизации 217.

    Этапы процесса стигматизации были выделены также Кресси и Уордом218.

    1. С точки зрения ребенка, во время игры допустимо битье окоп, лазанье по крышам и вообще «безобразннчание».

    2. Требования прекратить «плохое» поведение предъявляются ребенку членами общества, в том числе родителями.

    3. В результате подобной реакции взрослых ребенок считает, что с ним обошлись несправедливо и — это еще более важно — что его община и, быть может, его родители уже не причисляют его к «хорошим» детям.

    4. Родители, полиция и другие могут после этого с подозре-ппем относиться ко всем его действиям, к его друзьям, его высказываниям, его личности, подкрепляя тем самым отношение к нему как к «плохому».

    5. Когда ребенок обнаруживает, что его считают «плохим» и что даже ого попытки быть «хорошим» рассматриваются как доказательства того, что ои «плохой», ои может стать более «предрасположенным к совершению преступления» или еще теснее при-мкпуть к группе товарищей по играм, которая получает ярлык «шайка деликвептов».

    6. После того как общество признало подростка плохим, оно уже знает, как с ним справиться; фактически оно не знало, что делать с ним, пока на нем не было клейма «плохой».

    7. В процессе воздействия иа делинквента - выкристаллизовывается представление общества о делнпквенте и представление делинквента о самом себе; теперь он считает себя таким, каким его считает общество, а именно «неисправимым», «делинквентом» или «преступником».

    Лемерт пишет, что дети прибегают к дслипквептпому поведению и для защиты, и для решения проблем, возникающих перед ними в связи с реакцией общества. По мнению Парсонса, ребенок может быть вынужден приспособиться к девиантной подгруппе, что ведет к его отчуждению от основпой институциональной структуры

    Примером стигматизации, довольно часто встречающимся в практике уголовной юстиции, может быть случай, когда кого-либо признают похожим на гомосексуалиста. Одни лишь слухи об этом часто приводят к тому, что с человеком, который подобным образом заклеймен, начинают обращаться не так, как с другими людьми. Приклеить такого рода ярлык столь же легко, сколь и опасно. В современном обществе социальное значепие стигматизации все более зависит от обстоятельств, от биографии человека и от бюрократической организации контроля219.

    Арест может. привести не только к заключению под стражу подозреваемого, но и к потере им своего социального статуса, к скандальной известности, к ограничению возможностей получения образования и работы, а также к другим осложнениям 220.

    Такая стигматизация порой служит катализатором делинквентной карьеры221. Некоторые криминологи полагают, что стигматизация в результате задержания полицией, ареста и заключения под стражу усиливает девиантное поведение и создает индивиду определенную «репутацию» среди окружающих его делинквентов *.

    Полиции даны большие полномочия решать по своему усмотрепию вопрос о задержании подростка. Отмечается, что полиция более сурово обращается с некоторыми ка* тегориями молодых людей, в особенности с представите* лями расовых и этнических меньшинств, чем с другими лицами, задержанными за подобные же проступки222. Дискреционная практика полицейских, работающих с не* совершеннолетними, представляет собой как бы продол* жение политики судов по делам несовершеннолетних. Наблюдения, сделанные Пилиавином и Брайаром, свиде* тельствуют о том, что делинквент — это продукт социаль* ного решения, и от того, как полиция проводит в жизнь это решение, зависит прекращение либо развитие делинквентной карьеры.

    «Самореализующееся пророчество», идущее от стигматизации,— проблема, обсуждавшаяся Мертоном в 1957 г.223 Становится ли человек делинквентом в силу стигматизации, или дело заключается в том, что компетентный эксперт поставил правильный диагноз и сделал верный прогноз,— вот вопрос, который следует считать центральным. Иссомпспно, каждая из этих точек зрения частично отражает социальную ситуацию. Стигматизация девиантов осуществляется в форме наклеивания ярлыков и стереотипизации. Как правило, это происходит тогда, когда делинквенты объединяются в преступную шайку и общество отвергает эту шайку, что делает дсвиаптное поведение явным и привлекает к нему общественное внимание 224.

    При осуществлении программ контроля над делинк* вентностью следует избегать стигматизации225. Во-первых, с точки зрения ее результатов остается неясным, что лучше — делать что-нибудь вообще или ничего не делать, а если что-то делать, то что именно. Во-вторых, расширение наших знаний о молодежи открывает для нас категорию людей, которые нуждаются в помощи скорее, чем делинквенты; поэтому стигматизация представляет собой юридическую категорию, способствующую проведению ненужных различий.

    ТЕОРИЯ ДЕВИАНТНОСТИ

    Довольно распространено мнение о том, что теория девиантности связана с теорией стигматизации226. Как уже указывалось, многие теории взаимосвязаны. Концепция Танненбаума о «драматизации зла», сформулированная им в 1938 г., которая, как мы уже говорили, была предшествепницей теории стигматизации, может равным образом считаться предшествеппнцей и теории девиантности. Концепция Лемерта о стигматизации и девиаытио-сти, выдвинутая в 1951 г., и положение Беккера о том, что поведение является девиантным потому, что люди признали его таким227, подтверждают тесную связь между стигматизацией и девиантностью.

    Первичная девиантность — это акт отклонения от нормы по причине аномии. В 1951 г. Лемертом был предложен термин «вторичная девиантность» как результат процесса отклонения228. Когда девиантное поведение используется как средство защиты, нападения или приспособления, девиантность стаповится вторичной229. Этапы развития вторичной дсвиаптпости примерно следующие: 1) первичное отклонение, 2) социальная реакция, 3) снова первичное отклонение, 4) более сильная реакция и отчуждение, 5) дальнейшее отклонение, но уже с чувством обиды и враждебности по отношению к тем, кто наказывает, 6) кризис терпимости, находящий выражение в официальных актах общины, стигматизирующих девиапта, 7) усиление девиантного поведения как реакция па стигматизацию и наказание и 8) утверждение в девиантности, принятие социального статуса девианта и приспособление к этой роли 230.

    Лемерт считал, что понятие девиантности следует включить в теорию социального изменения, поскольку социальное изменение начинается с отклонения231. Группы радикалов и революционеров, такие, как «Черные пантеры» и другие, в недавнем прошлом пытавшиеся вести революционную деятельность, являют собой пример того, что девиантные сообщества становятся все более воинственными, осознающими свою обособленность и организованными и потому становятся нежелательными для «респектабельного общества»232. Нарушение закона, представляющее собой реакцию в принципе нормального человека на реальные конфликты интересов, как, например, нарушения законов о призыве в армию, слишком часто рассматривается как девиантность233. Беккер и Горовиц отметили, что в Сан-Франциско сложились своего рода «правила вежливости», допускающие терпимое отношение к незначительной девиаитпости, связанной с сексом и наркотиками, и это позволяет девиантам чувствовать себя здесь свободнее, чем во многих других городах234.

    КЛАССИФИКАЦИЯ ТЕОРИЙ

    Существует несколько подходов к классификации социологических теорий преступности. Иеттлер выделяет:

    1) теории субкультур, 2) структурные теории, 3) теории символического взаимодействия и 4) теории контроля235. Теории субкультур опираются на концепцию Миллера о «культуре низшего класса» на теорию копфликта культур Селлина236, на положения Чикагской школы и т. д. Концепция апомии Мертона, структура возможностей Клауорда и Оулина и другие подобные подходы относятся к структурным теориям. Символическое взаимодействие включает теорию дифференцированной связи и культурной трансмиссии. Примером теории контроля может быть теория регулирования Рсклесса, равно как и теория С. Айзенка и Г. Айзенка237 о существовании различий между индивидами, обусловленными психозами, экстраверсией и невротическими явлениями (внутренние различия) и проявляющимися в формах поведения (внешние различия).

    Хирши различает теории «наследственности», контроля и отклонения от норм культуры (культурпая девиантность) и склопяется в пользу теории контроля238. Теория наследственности предполагает, что мотивация девиантности исходит от самого индивида, то есть является своего рода вариантом концепции первородного греха. Ключевыми понятиями этого подхода могут быть честолюбие, цели, стремление к самовыражению, сексуальные потребности и другие подобные побуждения. Они предполагают связь между социальным классом и делинквепт-ностыо. По мнению Хирши, исследования семьи и се морального облика поставили под сомнение теорию наследственности 239. Теорию отклонения от норм культуры намного труднее проверить эмпирическими данными, но в Соединенных Штатах вообще нет сколько-нибудь значительных групп, которые бы одобрительно относились к преступности. Теория контроля сосредоточивает внимание на вопросе о том, почему люди по совершают преступлений, почему уровень преступности таков, как он есть, а не выше, и ищет ответ на него в тех социальных институтах, которые формируют у людей ценности, способствующие контролю за поведением.

    Вопросник, разработанный для выяснения мнения со* циологов, работающих в сфере криминологии, позволил провести следующую классификацию теорий 240.

    1. Апомия — структурно-функциональный подход — социальная дезорганизация — различие возможностей — потеря статуса.

    2. Дифференцированная связь—теория референтной группы— культурная трансмиссия — конфликт культур.

    3. Теория стигматизации — символическое взаимодействие.

    4. Теория «дрейфа» — регулирование.

    5. Теория конфликта — марксистская теория.

    6. Теория социального научения — поведенческая теория.

    7. Этнометодология.

    8. Психологические теории — психиатрические теории.

    Эта классификация охватывает все социологические теории, а также затрагивает психологический и психиат* рический подходы.

    Экерс, отдавая предпочтение теории социального на* учения и теории контроля, классифицирует социологические теории по предмету: 1) социальная дезорганизация и аномия (теории Мертона, Коэна, Клауорда и Оулина);

    2) конфликт (теории Куиппи, Чемблисса, Селлина и Волда); 3) стигматизация (теории Лемерта, Эриксона, Беккера, Матзы и Шура); 4) социальный контроль (теории Рсклссса, Хирши, Матзы и другие теории, объ* ясняющие, почему люди совершают именно столько преступлений, сколько они совершают) 241.

    Теория «наследственности» включает апомию и другие структурные теории отчуждения. Теория конфликта включает теорию конфликта культур, делинквентность представителей низших слоев населения, этнические и расовые проблемы, ведущие к преступлениям, и другие конфликты.

    Многие теории исходят из того, что конформность представляет собой «нормальное» поведение человека в цивилизованном обществе. Девиантное поведение имеет место в тех случаях, когда индивид неадекватно усвоил ценности и нормы общества и неадекватно социализиро* вался. Иногда отклонения происходят потому, что инди* вид вырос в субкультуре или вошел в субкультуру, уста* новки которой противоречат господствующим социальным нормам.

    С другой стороны, теория контроля исходит из того, что «нормальным» является девиантное поведение, и пытается объяснить, почему так много людей подчиняются социальным нормам. Ребенку пе ведома мораль, и он должен «усвоить» социальные дефиниции добра и зла. Сторонники теории контроля отмечают, что в человеческом обществе гораздо больше конфликтов и противоречий, чем гармонии и порядка. Согласно этой теории, преступность и девиантность — продукт неадекватных нормативных систем. Чем больше дезорганизована группа, тем в меньшей степени индивид может полагаться на ее руководство. Таким образом, слабость социальных систем скорее, чем слабость индивидов, становится источником преступного поведения.

    Конрад в своей работе подчеркнул, что «контроль» достигает наивысшего выражения в системе уголовной юстиции242; интернализация контроля обязательна для тех, кто стал «клиентом» этой системы.

    Джесси Джеймс и «Мордашка» Нельсон

    История Джесси Джеймса — яркая иллюстрация теории нейтрализации и стигматизации (либо «драматизации зла») 243. Ссылаясь на поражение Юга в Граждапской войне, Джеймс оправдывал свои преступления тем, что его вынудили к этому янки. Джесси Вудсоп Джеймс ((1847—1882) родился в графстве Клей, штат Миссури, во время Гражданской войны примкнул к партизанам, действовавшим на сторопо Конфедерации, а по ее окончании безнаказанно в течение 16 лет грабил банки, поезда и совершал убийства. Его застрелили 3 апреля 1882 г.

    Лестер Джиллис, более известный под кличкой «Мордашка» Джордж Нельсон (1908—1934), родился в Чикаго. Его средой была делинквентная субкультура с ее конфликтами и стигматизацией, и он усвоил существую-

    щие в ней девиантные установки. Он был маленького роста, всего 5 футов 4 дюйма, и поэтому его постоянно дразнили сверстники, а часто и жестоко избивали где-нибудь в закоулке. Он жаждал признания. Он примкнул к организации Аль Капоне. Вооружившись и прибегая к силе, оп специализировался на запугивании рабочих лидеров, с тем чтобы организация могла продолжать свой рэкет. В своих действиях он заходил даже дальше, чем того требовала организация, и поэтому ему пришлось уйти из нее и искать признания в другом месте. Будучи известен как убийца и грабитель, он был впервые приговорен к заключению в исправительном учреждении штата Иллипойс за ограбление ювелирного магазина 15 января 1931 г., но уже 14 февраля 1932 г. сбежал и вернулся на стезю грабежей и убийств. Нельсон был убит в перестрелке 27 ноября 1934 г. после того, как за-, стрелил двух агентов ФБР. К этому времени он действовал совместно с Джоном Диллинджером.

    Глава 8

    ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ

    Психологические теории поведения человека основное вшшание уделяют личности. В отличие от социологов психологи рассматривают окружающую действительность только как источник стимулов. Для психологов гораздо более важна именно реакция индивида па давления и стимулы, которые исходят от его окружения.

    Психология первоначально была частью философии, но в конце XIX в. стала самостоятельной экспериментальной наукой. Рождение психологии принято связывать с публикацией Фехнером в 1860 г. «Элементов психологии». Одним из первых интересных экспериментов явилось измерение Гельмгольцем скорости распространения возбуждения в нервном волокне (1850 г.), что дало толчок последующему изучению скорости реакции на раздражение. В 1862 г. Вильгельм Вундт начал экспериментальное изучение перцепции, а в 1879 г. он организовал в Лейпциге первую психологическую лабораторию. В это же время Эббингауз занимался изучением памяти и ассоциации.

    В Соединенных Штатах начало психологическим исследованиям положил Уильям Джеймс. В период между 1888 и 1895 гг. было создано большое число лабораторий. Американская психология строилась па обобщенном представлении о психике нормального взрослого человека и выделепии специфических явлений, над которыми экспериментировали в лаборатории. Такой подход возник в Чикагском университете, где философы и психологи работали совместно. К 1900 г. американская психологическая наука была уже достаточно развита и исследовала умственную деятельность, в то время как европейская психологическая наука оставалась экспериментальной. К 1910 г. американская психологическая паука включала в себя экспериментальную психологию человека, психологию животных и тестирование. Индивидуальным особенностям людей стали придавать значение после того, как в 1796 г. Масклайн, астроном Гринвичской обсерва* тории, выгнал своего помощника Кинбрука за то, что тот сообщил время движения звезды, на секунду отличавшееся от времени, которое соответствовало наблюдениям астронома244. Метод «глаз и ухо» требовал координации слуховых и зрительных ощущений и комплексного восприятия пространства. Эти измеряемые секундами различия в оценках двух наблюдателей в 1816 г. привлекли внимание Бесселя, астронома из Кенигсберга. На протяжении второй половины XIX в. астрономы, заинтересованные в одинаковом восприятии одних и тех же явлений, ввели хронографы и хроноскопы, что впоследствии обратило на себя внимание психологов в плане установления различий в скорости реакции. В конце XIX в. психологи придавали уже большое значение индивидуальным различиям людей.

    В сфере психологии существует множество подходов к изучению поведения человека. Сторонник экспериментальной психологии интересуется только теми факторами, которые он может устанавливать, наблюдать и измерять; это и есть бихевиористский подход. Гештальт-психолог тоже является экспериментатором, но он занимается макропсихологиен, исходя из положения о том, что целое не сводится к сумме его частей. Гештальт-психология считает, что психолог-экспериментатор придает слишком большое значение деталям по сравнению с поведением в целом. Клиническая психология, ставшая популярной в годы второй мировой войны и сохранившая свою популярность, использует такой подход к личности, который ближе к психиатрии, чем к экспериментальной психологии. Психология развития изучает развитие человека, те изменения, которые происходят по мере его созревания. Она полагает, что индивид развивается поэтапно, и выделяет дошкольный этап развития ребенка, пубертатный период, юношество, зрелость и старость; при этом способности и интересы людей рассматриваются в плане их изменения от этапа к этапу. Общей основой психологических подходов является изучение индивида и его реакции на окружающую среду, формирования его привычек, а также его способностей в сравнении с другими

    ‘Anastasi A. Differential Psychology, New York, 1937, p, 9—10, индивидами. Внимание психологов сосредоточено больше на индивиде, чем на его непосредственном окружении и на обществе.

    В отличие от социологов психологи не создали своих теорий преступности. Они разработали объяснение девиантного поведения, статистическое представление о норме и модели индивидуальных отклонений, которые могут быть названы клинической типологией девиантности* Психологи исходят из того, что индивидуальное поведение становится социальной проблемой тогда, когда оно

    свидетельствует о некомпетентности или нарушает закон. * •

    ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ТЕСТИРОВАНИЕ

    В исправительных учреждениях, в частности в тюрьмах и в заведениях для несовершеннолетних, главной обязанностью психолога является тестирование и оценка личности. Существует очень немного заведений, где у психолога есть достаточно времени для консультации или индивидуального воздействия. Он иногда принимает участие в групповых консультациях и инструктажах персонала. Его основной задачей является проверка умственных способностей, профессиональных наклонностей и некоторых других свойств личности.

    Разумеется, тесты — самый главный инструмент психолога. Первые тесты были индивидуальными, например тест Бинэ — Симона. Изучение дела и проведопие бесед считаются лучшими способами оценки личности, но они требуют слишком мпого времени. Тест — болсс короткий путь изучения индивида.

    В ранниа периоды применения тестов считалось, что преступники обладают более низким умственным развитием, чем остальные люди ‘. Годдард проанализировал несколько исследований и нашел, что, по данным одного исследования, слабоумными были 89 % преступников, а по, данным другого — только 28%; по данным же самого Годдарда, слабоумными оказались 70% заключенных. Лесли Зелени также считал преступников слабоумными 245,

    Исследование Пульмана показало, что у заключенных в Стиллуотерекой тюрьме и в реформатории Сейпт-Клауд в штате Миннесота уровень умственных способностей ниже среднего *. Однако по мере того, как тесты становились все более совершенными, а сравнения различных групп более точными, было установлено, что уровень интеллекта у заключенных не ниже, чем у населения в целом. Сравнив данные исследования Пульмана и Зелени с результатами тестирования, проводимого армией США во время первой мировой войны, Волд установил, что у обепх групп уровень интеллекта одинаков246. Впервые достаточно широкое сравнение уровня интеллекта заключенных и населения в целом было проведено Мерчисоном, который сопоставил результаты тестирования заключенных в пяти штатах с результатами тестирования солдат-новобранцев во время первой мировой воины и выявил, что заключенные лучше справлялись с тестами, нежели новобранцы247. Несколькими годами раньше Стоун осуществил в штате Индиана меньшее но масштабам исследование, давшее аналогичные результаты248. К подобным жо выводам пришел Саймон Талчын, который про-

    «

    вел сравнительное изучение заключенных, содержащихся в тюрьмах штата Иллинойс, и солдат времен первой мировой войны, прпзваппых из того же штата249. Недавние исследования показали, что не существует значимых различий в уровне интеллекта преступников и людей, принадлежащих к той среде, из которой они вышли. Исследование, проведенное в 1950 г., привело к заключению, что дальнейшее изучение связи между степенью умственного развития и преступностью нецелесообразно, поскольку возможности в этом направлении исчерпаны, о чем свидетельствует обзор серии работ, показавший, что

    у заключенных и населения почти нет различий с уровне умственного развития250.

    Наиболее распространенным групповым тестом является Миннесотский мпогофазовый тест изучения личности (MMPI), разработанный С. Р. Хэтеуэем и К. Маккинли и предназначенный в основпом для старшего юношеского возраста и взрослых. Помимо основных клинических шкал, тест содержит шкалы достоверности ответов (шкала F), стремления испытуемого казаться лучше, чем он есть (шкала L), а также коррекции чрезмерной , замкнутости и чрезмерной открытости (шкала К). Основные 10 шкал следующие: 1) иппохондрия; 2) депрессия;

    3) истерия; 4) психопатические отклонения; 5) мужские и женские черты характера; 6) паранойя; 7) психо-степия; 8) шизофрения; 9) гипомания и 10) социальная интроверсия. MMPI использовался во многих исследованиях в области криминологии. Тест Роршаха представляет собой набор карточек, па которые нанесены стандартизованные пятна; он используется психологами для оценки личности с помощью прожективпой методики.

    Существует много других тестов для определения уровня умственного развития, склонностей, интересов, клинических отклонений, академических успехов и их предсказания и т. д. Некоторые групповые тесты очень распространены; что касается индивидуальных тестов, то они применяются только в трудных случаях в тюрьмах, исправительных и лечебных учреждениях.

    Есть несколько тестов и других исследовательских инструментов, которые могут помочь в изучении преступников и оценке их успехов в ходе перевоспитания251* Шкала эмпатии, разработанная в 1969 г., помогает оцепить способность исследуемого лица к сопереживанию и двустороннему общению. Ряд тестов позволяет измерить степень тревожности, самосознание и множество других свойств и факторов.

    Тест Рейда (RRI) был создан в 1967 г. для измерения уровня карательных притязаний в отношении такого

    преступления, как кража *. Предложенную Рейдом шкалу, состоящую из 100 вопросов, па которые нужно ответить «да» или «нет», легко' использовать. Аш применил ее для изучения отношения к краже и иашел, что сидящие в тюрьме преступники независимо от возраста, расы, принадлежности к определенной этнической группе, образования или типа совершенного преступления склонны к оправданию кражи в большей степени, чем население 252.

    Наиболее полный обзор психологических тестов был сделан в «Ежегоднике», вышедшем в 1972 г. под редакцией Оскара К. Быороса. В этом двухтомном «Ежегоднике» содержится 1157 тестов, в том числе 640 новых тестов, 12 539 справок и обзоров, перечень авторов тестов и другие материалы. Предыдущие «Ежегодники» были опубликованы в 1938, 1940, 1948, 1953, 1959 и 1965 гг.

    Э К СП ЕРИМ Е П Т АЛ I > IIIЛ Е ПОДХОДЫ

    Подавляющее большинство данных, полученных лабораторным путем посредством опытов над крысами, мышами, цыплятами и другими подопытными животными, могут быть отнесены и к поведению человека. Условный рефлекс или связь поощрения и наказания с конкретными раздражителями является основной единицей иссло-" дований, проводимых психологами-экснериментаторами. Основой объяснения поведения подопытного служат для экспериментатора мотивы и побуждения, целенаправленное поведение, чувствительность и восприятие, влияние на поведение прежнего опыта и знаний. У млекопитающих могут быть сформированы системы условных рефлексов, и, следовательно, их можно научить выполнять отдельные задания; например, собак можпо научить охотиться, пасти домашних животных, пести охрапу. Опе-рантиое научение имеет много общего с обусловливанием, за исключением того, что животное даст желаемую реакцию по собственной инициативе. Например, Б. Ф. Скии-нер, выдвинувший концепцию оперантного научения, провел классический эксперимент, в котором крыс учили для получения пищи нажимать на планку. Если пищу давали лишь при подаче сигнала, например, светового, крысы нажимали на плапку, только пока горел свет. Утолив голод, крыса прекращала пажимать на планку.

    Процесс научения невозможен без целого ряда стимулов. Познание методом проб и ошибок является сложным, но приводит к формд!рованию привычного поведения, основанного на учете того, что одни виды поведения влекут за собой поощрение, а другие виды поведения — наказание. (В шутку можно сказать, что фокуспики извлекают кроликов из шляп, а психологи-эсперимепта-торы извлекают привычки из крыс!) Социальное взаимодействие, или поведение, может быть прослежено в различных экспериментах, таких, например, как при изучении иерархического порядка у цыплят 253. При проведении одного эксперимента велось наблюдение за выводком цыплят, причем каждому цыпленку па лапку была при-креплепа. опознавательная бирка. В процессе наблюдения был выявлен цыпленок А, который клевал всех остальных цыплят и которого не клевал никто; цыпленок В, который клевал всех, кроме цыпленка А, но которого клевал цыпленок А; цыпленок С, который не осмеливался задирать цыплят А и В, но клевал всех остальных, и т. д., то есть был выявлен иерархический «порядок клевания».

    Место любого индивида в социальном порядке есть его социальная функция. «Видные деятели» н «мелкие сошки» существуют в любой человеческой организации. Конгрессмен может быть видным деятелем или «мелкой сошкой», и от этого зависит эффективность его политической деятельности. В начальной школе дети вырабатывают свой «порядок клевания» на переменах. Когда среди детей появляется новидок, они стараются выяснить, какое место он занимает в этом порядке. В любой социальной группе индивид имеет социальный статус в том смысле, что он занимает определенное место в ее структуре и обладает индивидуальной устойчивостью. Даже у петухов восприимчивость к особям противоположного пола связана с положением курицы в иерархии стаи и будет меняться с изменением этого положения. «Порядок клевания» существует и в городах, особенно в гетто. Фактически многие лица, содержащиеся в исправительных учреждениях, .делинквенты и преступники, стоят на столь низких ступенях иерархической лестницы, что сами считают себя неудачниками. У мпогих на руках и груди видна татуировка: «Рожден, чтобы терять».

    Джон Т. Эллен из Вископсппского университета наблюдал поведение небольшой группы домашних мышей, живущих в старом здании 254. Мышам ежедневно давали 250 г пищи. Когда количество мышей достигло критического уровня с точки зрения обеспечения их нищей, мыши стали покидать колонию. На второй стадии эксперимента мышей поместили в огороженном месте, чтобы воспрепятствовать -уходу из колонии. Когда ежедневная порция пищи стала недостаточной, рождаемость у мышей сократилась и популяция стабилизировалась. На третьей стадии эксперимента мышам, находящимся в закрытом огороженном месте, давали пищу в более чем достаточных количествах. По мере увеличения плотности популяции уменьшалось пространство, приходящееся на одну особь, го есть возникла перенаселенность колонии. Начались драки и конфликты. Самки перестали заботиться о своем потомстве. Рождаемость была по-нрежнему высокой, по многие новорожденные погибали от недостатка ухода. В конце концов даже при наличии достаточного количества пищи развился «каннибализм». Такое явление может наблюдаться, разумеется, в меньшей степени в городских гетто и в тюрьмах современной Америки. Борьба в этих «джунглях», где выживалие наиболее приспособленного является правилом, если и но приводит к каннибализму, то все же создает такие же конфликты и борьбу, которые наблюдались в эксперименте над мышами.

    Невроз может быть вызван экспериментальным путем у крыс посредством применения наказания в ситуации фрустрации 255. Холл обпаружил, что невротические крысы проявляют девиантное поведение256. После длительных периодов стресса они же показывают повышенную напряженность и эмоциональные расстройства257. Если животное окружают препятствиями и создают для него конфликтные ситуации, то результатом являются неврозы и девиантность 258. Применительно к тому, что происходит в человеческом обществе, это озпачает, что если индивид окружен препятствиями, переживает фрустрацию, стресс и конфликт, то его девиантное поведение может быть агрессивным, ретретистским, преступным. В экспериментальной психологии существует также много других концепций, помогающих познать человеческое поведение,— например; гипотеза о целевом градиенте, то есть об измерении интенсивности побудительпого мотива, направленного па то, чтобы избежать наказания и получить как можно большее вознаграждение. Проводя эксперименты с кошками, Торндайк впервые ввел в экспериментальную психологию понятие «вознаграждение»259. Понятие «сила привычки», предложенное Халлом260, И понятие «ожидания», предложенное Толмепом261, подчеркнули значение предрасположенности в психологическом анализе. Гипотеза Миллера о конфликтном характере мотивации предполагает существование предрасполагающих и ускоряющих факторов262. Если эти факторы обоих видов достаточно сильны, поведение подкрепляется* Если факторы обоих видов слабы, то поведение не подкрепляется и создается возможность «дрейфа», о чем говорит Матза. Когда одни факторы сильны, а другие слабы* поведение развивается неинтенсивно.

    МОДИФИКАЦИЯ ПОВЕДЕПИЯ И ОПЕРАНТНОЕ ОБУСЛОВЛИВАНИЕ

    Модификация поведения, по существу, представляет собой такой подход к научению и изменению поведения, который исходит из того, что оно (поведение) обусловливается вознаграждением и наказанием. Эта концепция была кратко сформулирована Б. Ф. Скиннером263. Опе-рантное обусловливание — это технически более узкий термин, относящийся к соответствующим лабораторным работам; однако в последнее время в исправительных учреждениях попятия «операптпое обусловливание» и «модификация поведения» считаются взаимозаменяемыми. Ранние работы Скиппера, проводимые в штате Ии-диапа и относящиеся к середине 40-х гг., осуществлялись при помощи «скипноровского ящика», в котором потомство выращивалось «без прикосновения человеческой руки» и в подлинно научпых условиях. Эти исследования положили начало развитию изучения модификации поведения людей. Сегодня модификация поведения и оперант-ное обусловливание стали популярными и широко применяются в исправительных программах, например в Молодежном центре имени Роберта Кеннеди в Моргантауне, Западная Вирджиния, действующем под руководством тюремного ведомства США.

    Скиппер последовательно защищал строгий естественнонаучный подход к изучепию человека, в то время как в 50-е гг. возглавляемая Парсонсом ортодоксальная социология па первый плап выдвигала конфликт. Хоуменсу удалось убедить пекоторых социологов в правильности естественнонаучного подхода, применив принципы обусловливания к объяснению социального взаимодейст-

    вия *. Модификация поведения применима к любым формам девиантности264.

    Модификация поведения — это система вознаграждений, обычно применяемая в исправительных учреждениях в соответствии с имеющимися там возможностями. Лица, содержащиеся в исправительных учреждениях, «зарабатывают» свои привилегии и, возможпо, свою свободу. Оперантное обусловливание основано на принципе, гласящем, что последствия поведения усиливают его либо ослабляют.

    Теоретической базой модификации поведения является положение о том, что при рождении человек — это tabula rasa, он обучается поведению под воздействием внешних стимулов. Концепция модификации поведения отождествляет поведение с обусловливанием. Она определяет допустимое и недопустимое поведение и создает условия для подкрепления допустимого поведения. Модификация поведения включает в себя наказание, вознаграждение, привитие отвращения, подавление недопустимого поведения, ролевые игры, похвалу, дисциплинарное взыскание и другие способы подкрепления допустимого поведения и подавления недопустимого поведения. При необходимости используются раздражители, вызывающие различную степень тревоги. Степени тревожности и страха придается очень большое значение 265.

    В отличие от некоторых теорий делинквентности теория модификации поведения исходит не из того, что причина делинквентности глубоко заложена в индивиде или в обществе, а, напротив, полагает, что делинквентный акт может быть coiu ршон лицом, не являющимся делинквептом. Сторонники этой концепции утверждают, что если бы модели поведения и в самом деле коренились так глубоко, то не было бы столь резкого снижения

    уровня арестов при переходе от юности к более зрелому возрасту 266.

    Теория модификации поведения не нова, но сейчас она подкреплена экспериментами и литературой. Метод модификации поведения фактически уже давно применяется родителями в отношении детей 267. В 1843 г. в колонии Норфолк Айленд Маканочи использовал систему отметок за хорошее и плохое поведение. Введенная в 1854 г. Уолтером Крофтопом так называемая ирландская система применяла программу, аналогичную той, что проводится в воспитательной школе для мальчиков имени Роберта Кеннеди, где модификация поведепия считается основой воздействия. Многие учреждения, особенно учреждения для несовершеннолетних, пользуются системой баллов или программами постепенного расширения привилегий, выработанными еще в XIX в. и усовершенствованными в 50—60-е гг. нашего века. В268 течение некоторого времени этот подход не пользовался авторитетом в глазах специалистов. Сейчас идея модификации поведения получила новую жизнь, новое название и научную основу в результате знахменитых экспериментов И. If. Павлова по изучению условных рефлексов269. В отношении человека, который движим отчасти представлениями о ценностях и чувством вины, эти идеи вызывают сомнение. При любой терапии поведения, в том числе и при модификации поведения, одна из сложностей состоит в том, что проведение ее обычно ограничивается возможностями учреждения. Вознаграждение, усиливающее конформность, и наказание, снижающее девиантность, отсутствуют в условиях общины. Когда ученики третьего класса отдают ученикам шестого класса за покровительство деньги, которые км дали на покупку молока, или шестиклассники отбирают эти деньги по дороге в школу, система вознаграждения и наказания рушится. Наблюдения показали, что типы научения при

    помощи вознаграждений и паказаний зависят от конкретных ситуаций. Конечно, что касается таких «нормальных» людей, как выпускники американской военной академии «Вест-Пойнт», то в отношении их положительный эффект такой жесткой системы может сохраняться довольно долго.

    Результаты изменения поведения делинквентов при помощи метода модификации поведения оказались разочаровывающими *: в 81% экспериментальных исследований не удалось достичь сколько-нибудь реалистического прогноза; в остальных случаях прогпоз был недостаточно • надежным. Метод модификации нуждается в дальнейшем совершенствовании.

    Попытки использовать технику модификации поведения в федеральной системе тюрем привели к острой полемике, развернувшейся в 1973—1974 гг. Программа специального лечения и воздействия, направленного на реабилитацию (START), проводимая в Медицинском цептре для заключенных федеральных тюрем в Спрингфилде, штат Миссури, и Федеральный центр по изучению проблем исправления в Батнере, штат Северная Каролина, подвергались критике на страницах «Призонёрз дайджест интернэшнл»270 и со стороны Объединенной комиссии христианских церквей по , вопросам расовой справедливости271 за использование для «обработки» трудпокон-тролируемых заключенных наркотиков, «промывания мозгов», гипноза и т. д. Целью этой программы был отбор наиболее «трудных» заключенных с целью проведения лечения и возвращения их в тюрьму более восприимчивыми к мерам, направленным па их реабилитацию. «Криминал джастис ныослсттср» пишет, что двое заключенных из пенитенциария США в Марионе, штат Иллинойс, покончили самоубийством, узиав, что они отобраны для перевода в Батнер272. Заключенные называют программу «промыванием мозгов по Орвеллу» и устраивают забастовки и бунты273.

    Проведение модификации поведения, электрошоковая терапия и нейрохирургия связаны с целым рядом процессуальных проблем *, вытекающих из положения о гражданских правах и относящихся к разделу 1983 параграфа 42 Свода законов США, который, в частности, запрещает нарушепие гражданских прав под прикрытием закона. Изменение физической конструкции или психики человека без его на то согласия встречает сопротивление.

    ДИФФЕРЕНЦИРОВАННОЕ НЕКАРАТЕЛЬНОЕ

    ВОЗДЕЙСТВИЕ

    Дифференцированное некарательное воздействие — метод, которым пользуются Куэй для воздействия в условиях соответствующего учреждения274 и Уоррен для воздействия в условиях общины275. Этот метод основан на предположении о том, что одна и та же программа не-карательпого воздействия может быть эффективной в отношении одного типа преступников и неэффективной в отношении другого типа276. Дифференцированное нека-ратслыюс воздействие — это программа, сходная с программой модификации поведения. В соответствии с этой системой лицо, подвергающееся воздействию, в зависимости от его поведения в исправительном учреждении или в общине переводится соответственно в более низкий или более высокий разряд. Подход, предложенный Куэем, был введен в 1968 г. в Молодежном центре имени ! Роберта Кеннеди в Моргантауне, Западная Вирджиния* При применении этой системы используются разные методы воздействия сообразно с классификацией преступников.

    Куэй пользуется психологической классификацией, основанной на четырех характеристиках поведения: 1) неадекватность — незрелость; 2) невротизм — конфликтность; 3) несоциализированность — агрессивность или психопатичность; 4) социализированность или субкультурная делинквентность *. Опыт работы в Молодежном центре имени Кеннеди указал на целесообразность выделения пятой характеристики, поскольку поведение довольно большого числа подростков отвечало сразу двум характеристикам — незрелости и субкультурной делинквентности. Поэтому на основе опыта была введена дополнительная характеристика, а именно принадлежность к субкультуре — незрелость. В окончательном варианте система Куэя выглядит следующим образом.

    1. Неадекватность — незрелость: углублеппый в себя, молчаливый, скрытный, ленивый и невнимательный ребенок, ведущий себя по-детски и безответственно. Воздействие: «дать ему возможность повзрослеть».

    2. Невротизм — конфликтность: тревожность, депрессия, чувство неполноценности и вины; часто сожалеет о том, что сделал. Воздействие: проявлять к подростку внимание, сблизиться с ним, чтобы помочь ему понять как свои слабости и ограничения, так и свою силу и возможности.

    3. Несоциализированность — агрессивность или психопатичность: не заслуживающий доверия, агрессивный и подверженный влиянию; сильно развита потребность в возбуждении; отрицание авторитетов, смутьян. Воздействие должно быть тщательно продуманным, направленным, устраняющим нежелательные влияния путем установления строгого контроля за окружением; таких подростков следует учить нести ответственность за свои поступки и строить искренние отношения с другими людьми.

    4. Социализироваппость или субкультурная делинквептносты участие в деятельности шайки, приверженность кодексу, принятому в группе. Воздействие прежде всего предполагает строгое соблюдение личного кодекса чести с том, чтобы завоевать уважение таких подростков и осуществить жесткий контроль, противостоящий нежелательным влияниям. При воздействии следует помочь подростку изменить сформированную под влиянием шапки систему ценностей и научить его добиваться статуса и материальных благ одобряемыми обществом способами.

    5. Припадложпость к субкультуре — незрелость: социально пе приспособленный и но Адекватный; делинквенты этого типа для удовлетворения своих потребностей вступают в шайку; семьи таких подростков обычпо в высокой степени дезорганизованы, чем объясняется предубежденность по отношению к ним представителей власти. Осуществлять воздействие должны люди с сильным характером, обладающие достаточной гибкостью и получающие удовлетворение от работы с подростками; особое значение имеет при этом формирование позитивных, основанных на доверии отношений с взрослыми и преодоление недостатков социального опыта.

    ГЕШТАЛЬТ-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ПОДХОД

    Гештальт-психология возникла в Германии в 1912 г. и разрабатывалась Максом Вертхеймером; в Соединенных Штатах это направление в психологии возглавляли в основном три немецких ученых, работающих в американских университетах: Курт Коффка, Вольфганг Келер и Курт Левин. Они называли экспериментальную психологию «гипотезой пучка», имея в виду конкретные сочетания стимулов и реакций (S-R) и считали, что сложное поведение человека требует более обстоятельного подхода. Экспериментальные данные гештальтисты рассматривали как организованные целостности, которые не следует дробить на отдельные элементы.

    Если дети могут реагировать на некоторые специфические стимулы, то взрослые реагируют на структуры или тотальности внешней среды, которые формируют «гештальты» или «конфигурации». «Гештальт» озпачает, что целое — это больше, чем сумма составляющих его частей, и имеет большую значимость. При проокции кинопленки нам кажется, что фигура на экране движется, но па самом деле мы видим лишь быстро сменяющиеся неподвижные картинки. Неполный круг или треугольник мы воспринимаем как полпый круг или треугольник благодаря «смыканиям», которые дополняют картину. Иногда при помощи такого «смыкания» дополняются при даче свидетельских показаний картины автодорожных происшествий или другие события. К сожалению, эти дополнения не всегда точны и могут привести к неправильному пониманию происходившего. Для объяснения того, как человеку удается внезапно «охватить всю картину в целом», вводится понятие «инсайт».

    Свои опыты гештальт-психологи проводили в основном па шимпанзе. Один из наиболее известных экспериментов Келера, проводившийся на шимпанзе на Канарском острове Тепериор в период с 1913 по 1917 г., заключался в том, чтобы обучить животное соединять две палки, в одной из которых было отверстие, с тем, чтобы оно могло достать банан, который нельзя было достать при помощи каждой из палок в отдельности. Чтобы справиться с задачей, шимпанзе необходимо было охватить всю. ситуацию в целом.

    При гештальт-терапии большое зпачение придается интонации голоса, жестам, выражению лица и другим видам несловесной коммуникации. Гештальт-терапия на первый план выдвигает - позитивную направленность и наличие цели в жизни *. Опа признает причинную структуру, в которой важную роль играет интроспекция, и подчеркивает значение происходящего «здесь» и «сейчас».

    Гештальт-психология исходит из наличия пяти типов неврозов: 1) ложные неврозы (phony), когда мы играем в игры жизни; 2) фобические неврозы (phobic), когда мы испытываем чувство страха; 3) тупиковые неврозы (impasse), когда мы получаем и теряем поддержку окружающей среды; 4) имплозивные неврозы (implosive), когда мы огорчаемся, отчаиваемся и ненавидим себя, и 5) эксплозивпые (explosive) неврозы, когда ранее неиспользованная энергия импульсивно высвобождается277.

    Невротическая личность обычно относится к своим родителям с чувством випы и обиды. Цель гештальт-пси-хологической терапии состоит в том, чтобы выявить, в чем заключается внутренняя ущербность человека, с тем чтобы помочь ему восстановить целостность своей личности. Саморазвитие может быть достигнуто посредством медитации, интроспекции и самоанализа. Тупиковые состояния преодолеваются выдержкой и терпимостью при чувстве скуки и в состоянии фрустрации. Кризис возникает, когда привычный для человека образ жизни перестает его удовлетворять. Короче говоря, гештальт-терапия направлена на развитие у человека «смыканий» и «инсайта», чтобы помочь ему и научись находить смысл жизни 278.

    Гештальт-терапию принято понимать как неаналитическую, экзистенциальную форму терапии, разработанную Фредериком и Лаурой Перле. Ее цель состоит в интеграции отдельных частей личности и в том, чтобы человек не искал поддержки вовне, а опирался на самого себя, сознательно относясь к себе и к миру.

    КЛИНИЧЕСКИЙ ПОДХОД

    Клиническая психология оценивает личность и работает с ней. Наибольшее развитие она получила в годы второй мировой войны и в послевоенный период, когда не хватало психиатров и поэтому широко привлекались психологи-клиницисты. Клиническая психология исходит из того же представления о личности, что и психиатрия. Основным объектом внимания клиницистов являются защитные механизмы и техника адаптации к социальным воздействиям. Клиницисты занимаются оценкой эмоцио-нальпых конфликтов, переживаемых человеком, и пытаются их разрешить.

    Психологи-клиницисты рассматривают стресс как основной источник девиантного поведения. Если социологи основное внимание уделяют внешним стрессам или давлению окружающей среды, то психологи-клипицисты и психиатры во главу угла ставят внутренние стрессы и напряжение, которые возникают в результате внешнего давления. Как правило, реакцией на стресс являются: 1) агрессивность, как результат чувства злобы или враждебности; 2) уход в себя как физически, так и психологически с целью ослабить вовлеченность в ситуацию и усилить сопротивляемость и защитное торможение; 8J компромисс, который заключается в изменении методов действия, постановке замещающих целей или в обращении к обычно недопустимым средствам. Все три случая предусматривают обнаружение и определение проблемы, выработку альтернативных решений, выбор наиболее безопасного и благоприятного способа действий и оценку результатов этих действий.

    Личность нуждается в защитных механизмах. Суть их состоит в смягчении чувства неудачи, в ослаблении когнитивного диссонанса (восприятия нежелаемой реальности), в устранении тревожпости, в защите от психических травм и в поддержании чувства адекватности я собственного достоинства. Фактически это определенная разновидность самообмана и искажения действительности в целях защиты своего ego. Существует несколько перечней защитных механизмов, один из которых, предложенный Джеймсом Коулменом, излагается ниже 1.

    Отрицание реальности — защита себя от неприятной действительности путем отказа трезво воспринимать ее, часто принимающего форму ухода от нее — в «болезнь» либо, в поглощенность чем-то другим.

    Фантазия — удовлетворение несбывшихся желаний в своем воображении.

    Рационализация — попытки доказать с целыо самоутверждения, что поведепие является рациональным и оправданпым, а потому социально одобряемым. Это механизм подыскания убедительных доводов для недостаточно одобряемых действий и желаний.

    Проекция — проекция собственных характеристик на других. Возложение ответственности за трудности на других лицъжС приписывание другим своих моральных качеств и побуждений. Механизм проекции наиболее часто используется психологами и лежит в основе теста Роршаха, теста ТАТ и других прожективных тестов; позволяющих исследовать подсознание.

    Репрессия — недопущение проникновения в сознание пепрпят-ных и опасных мыслей.

    Подавление — отказ отдавать себе отчет в ужо проникших в сознание неприятных и опасных мыслях и формулировать их. (Этот пункт не включен в список Коулмспа.)

    Формирование реакций — предупреждение опаспых стремлений путем усиления противостоящих нм устаповок и типов поведения, чтобы использовать их в качество «барьеров». Например, человек может стать борцом против алкоголизма, потому что его отец или другой член семьи был алкоголиком.

    Возмещение — искупление и таким образом нейтрализация аморальных желаний и поступков.

    Регрессия — возвращение на более низкий уровень развития, что предполагает менее развитые реакции и, как правило, уменьшение притязаний.

    Идентификация — повышение чувства собственной значимости путем идентификации себя с выдающимися личностями.

    Интроекция — включение в структуру ego внешних цеппостсй и стандартов с тем, чтобы они перестали действовать как внешняя угроза. Надолепио себя качествами других людей. Этот механизм противоположен механизму проекции.

    Компенсация —- прикрытие собственных слабостей подчеркиванием желаемых черт или преодоление фрустрации в одной сфере сверхудовлетворением в других сферах. Например, человек, который не может играть в футбол, становится выдающимся шахматистом.

    Перемещение — разрядка подавляемых чувств, как правило чувства враждебности, направленная на объект менее опасный, чем тот, который вызвал отрицательные эмоции. Если начальник поссорился с жепой, то он весь день вымещает злость на своих подчиненных.

    Эмоциональная изоляция — замыкание в себе и пассивность для защиты от боли и обиды.

    Интеллектуализация — пресечение переживаний, вызванных неприятной ситуацией, пли упорядочение несовместимых установок при помощи логических манипуляций. Приверженность определенным ценностям и установкам даже при наличии явных доказательств в пользу противоположных установок.

    Сублимация — удовлетворение или подавление неудовлетворенных желаний, часто носящих сексуальный характер, при помощи другой деятельности. Обычно это относится к изменению способа удовлетворения, а не его объекта. Например, человек, испытывающий сильное половое влечение к другому человеку и пе имеющий возможности это влечение удовлетворить, может найти частичную разрядку в допустимых действиях, например в тайцах.

    Замещение — удоплетворошто пли подавление неудовлетворенных (часто сексуальных) желаний при помощи другого объекта. Например, половое влечение к «недоступному» человеку может быть удовлетворено человеком более доступпым. (Этот пункт отсутствует в списке Коулмена.)

    Сочувствие — стремление завоевать симпатии других людей и таклм образом поддержать чувство собственного достоинства, невзирая на неудачи.

    Разрядка — снижение тревожности, вызванной запретными желаниями, путем ее впешпего выражения. Такое поведение часто проявляется в преступности илп делинквентности.

    Все перечисленные защитные механизмы являются «нормальными». Однако, несмотря на это, многие из них в своих крайних проявлениях могут привести к отклоняющемуся поведению, нарушающему закон. Работа клинических психологов в основном состоит в том, чтобы своими консультациями помочь клиенту ввести агрессивность, фрустрацию и другие стрессовые состояпия и состояния напряженности в рамки социально приемлемых защитных механизмов.    '

    В литературе по психологии часто высказывается мнение о том, что помощь людям не заключается в оказапии финапсовой поддержки, в советах, в проявлении болсо высоких познаний, в использовании власти, принуждении, запугивании, критике, в том, чтобы пристыдить или унизить кого-либо или прочитать ему мораль. Людям помогает скорее их социальный опыт. Следовательно, помочь людям — это значит помочь им понять свои проблемы, дать им чувство безопасности и оказать поддержку, проявляя при этом уважение, понимание, одобрение и терпимость. Таким образом, эмоциональная реакция на стресс, особенно при конфликтах с властью, будет смягчена настолько, что человек сможет успешно приспособиться к обществу. Эмоциональные расстройства мешают проявляться способностям, мастерству, интеллекту и моральным ценностям. Главная задача психоло-га-клинициста — устранение ограничивающих возможности человека эмоций.

    Заключенные обычно используют такие защитные механизмы, как отрицание реальности и проекция. Возложение ответственности па общество, которое одних сажает, а других нет, и ссылки иа злоупотребления «системы» часто служат эмоциональным объяснением и защитой для обитателей тюрем. Все разговоры между заключенными проникнуты отрицанием реальности, перемежаются небылицами о хорошей работе, о «дорогих» лошадях и «дешевых» женщинах, а также о том, как завоевывается политическое влияние. Как и любые другие способы защиты, эти способы, представляют собой форму самообмана для защиты своего ego и в той или иной степени используются каждым человеком.

    Асоциальный правонарушитель испытывает определенные трудности, обусловленные недостатками той среды, из которой ои вышел. Вот некоторые из таких отрицательных факторов ‘.

    1. Его детство проходит в тон части города, где, пожалуй, единственным преуспевающим лицом является преступник.

    2. Оп воспитывается в небольшой и изолированной общине, в которой люди создают своп собственные законы, в большинстве случаев прртиворечащие социальным нормам остального общества.

    3. Он вырастает в семье, атмосфера которой способствует формированию у него неуважительного отношения к закопу. Другими словами, асоциальные индивиды — это «продукты своей среды».

    ‘Wicks R. J. Applied Psychology for Law Enforcement, and Correction Officers. New York, 1974, p. 62,

    С точки зрения клинической психологии лечение преступного и делинквентного поведения должно включать в себя индивидуальную и групповую терапию. Для индивидуальной терапии существуют разработанные приемы, а именно: 1) исследование сфер, в которых возникают проблемы; 2) конфронтация, когда специалист пытается определить проблему и привести правонарушителя к ее осознанию; 3) интерпретация проблемы, с тем чтобы правонарушитель понял ее и увидел возможности ее решения; 4) завершающий этап, когда правонарушитель больше не нуждается в помощи специалиста и может самостоятельно справляться со своими проблемами. Негативное отношение части делинквентов к власти формирует у них готовность к агрессивному поведению *, что должно учитываться при проведении лечения 279.

    Примером клипического подхода в области криминологии может служить работа клиники психического здоровья, открытой в 1973 г. при пенитенциарии штата Мэриленд, под руководством доктора Стофена М. Бер-мапа280. Любой заключенный, находящийся в кризисном или предкризисном состоянии, включая стремление к самоубийству, может обратиться в клинику в дневные часы. В остальное время суток дежурит один из шести работающих в клинике психологов и три занятых неполный рабочий день психиатра. Для заключенных и для персонала проводятся специальные сеансы групповой терапии. В настоящее время существует тенденция создавать подобные клиники при судах и исправительных учреждениях.

    «Птицелов» из Алъкатраза

    i

    Роберт Франклин Страуд (1887—1963), известный как «Птицелов» из Алькатраза, приобрел популярность благодаря написапной о пем кпиго Томаса Гэддиса281 и сделанному по этой книге фильму. В своей родной Аляске Страуд добывал себе средства к жизни всеми доступными ему способами. Будучи сводником, он убил бармена, отказавшегося заплатить его подружке Китти О’Брайен за проведенный с ней вечер. Его и раньше привлекали к ответственности, но в тюрьму он впервые попал за убийство, когда был приговорен к 12 годам лишения свободы. Он начал отбывать срок в Макнейле, а затем был переведен в Ливенуорт. Его интерес к птицам пробудился, когда он выхаживал больных воробьев. Впоследствии он сделался знатоком канареек, разбирался в их болезнях, и молва о нем как о любителе птиц распространилась за стены тюрьмы. Перед условно-досрочным освобождением в 1916 г. «Птицелов» без всякой видимой причины убил в столовой Ливенуортской тюрьмы офицера. «Стража просто онемела от неожиданности»,— рассказывал «Птицелов». Его судили и приговорили к смертной казни через повешение, но смертная казнь была заменена пожизненным заключением. Будучи в заключении, Страуд писал, что его антипатия и враждебность к любой власти, несомненно, является последствием ненависти к отцу-алкоголику, предавшему и бросившему его мать *. Он говорил, что всегда был настроен злобно и враждебно. Даже его внешность не располагала людей к общению с ним; он был как бы живым воплощением порока. По-видимому, условия, существовавшие в его семье, ни в коей мере не благоприятствовали формированию способности строить нормальные отношения с людьми или хотя бы , созданию устойчивого положительного представления о самом себе. Таким образом, он остался асоциальным и не способным строить отношения с другими, особепно с представителями власти. Быть может, его внутренняя потребность в общении выражалась в его любви к птицам. Страуд умер 21 ноября 1963 г. в Спрингфилдском медицинском центре при тюремном ведомстве США, штат Миссури.

    Глава 9

    ШАЙКИ, ГРУППЫ И РОЛИ

    Поведение человека — это в значительной степени поведение групповое. Процесс социализации человека включает усвоение им убеждений, установок, предрассудков, взглядов на жизнь и ценностей, существующих в группе, в которой оп родился и вырос. Чем лучше человек усвоит эти убеждения и ценности, тем в большей мере он социализируется. Антропологи и биологи доказали, - что homo sapiens обладает естественной склонностью к стадности. Вот почему первобытные люди были объединены в племена. Человеку необходим эмоциональный контакт с другими людьми. Это одна из причин моногахмии в большинстве обществ. Во многих обществах брак заключается на всю жизпь, поскольку именно постоянству отношений и возможности положиться на другого придается большое зиачепие. Человек основывает свое бытие на честности и доверии к другим людям; это и называется социализацией. Людей, живущих по-другому, считают антисоциальными.

    Человек меняется под воздействием других людей, а не «программ». Программы — это вспомогательные системы, посредством которых люди вступают в контакт с другими людьми. При отсутствии формальных программ люди все равно объединялись бщ друг с другом. Благодаря своего рода «естественному отбору» человек удовлетворяет свою эмоциональную потребность в другом человеке, вступая в такие объединения, как брак, клуб, ансамбль, спортивная команда, промышленная или коммерческая организация, внутриправительствеиная группировка или уличная шайка. В любом случае групповое поведение — важный компонент поведения человека. Любое изучение человеческого поведения, в том числе и преступного, является односторонним, если оно не включает в себя изучение группового поведения.

    Биологическое и эмоциональное поведение, в основе которого лежат секс, агрессивность, голод, опыт, условные рефлексы и стремление к самовыражению, является индивидуальным и универсальным. Такое социальное поведение, как «порядок клевания» или исполнение определенной роли в социальной организации, также индивидуально, но оно изменяется под воздействием социального окружения. Культура, то есть способ жизнедеятельности,— это в основном групповоо поведение. Индивиды, воспринявшие данную культуру и приспособившиеся к «системе», приобретают определенную социальную и экономическую власть и влияние. С другой стороны, тот, кто неадекватно усвоил культуру или сопротивляется «системе», подвергается изоляции ж лишен какой-либо власти в этой системе; именно с ним и бывают связаны различные социальные проблемы.

    ШАЙКИ

    Работа по изучению .1313 шаек в Чикаго, проделанная Фредериком Трашером, до сих пор признается классической в этой области ‘. Трашер отметил краткость существования шаек, их нестабильность и открытый характер. Многие члены шайки, участвовавшие в ее деятельности в течение почти 3 лет, взрослеют, женятся. Лишь сравнительно незначительное число шаек, часть которых имеет преступные цели, обладает формальной организацией и относительной стабильностью. Большинство шаек сами по себе довольно устойчивы, хотя состав их меняется. Результаты исследования Трашера были подкреплены и уточпены другими исследованиями, проведенными после 1927 г. Яблонский в 1959 г.282 подтвердил вывод о нестабильности большинства шаек. В 1962 г. Кэвен установила, что шайки, как правило, представляют собой небольшие, легко распадающиеся группы с неформальным и часто сменяющимся лидером; лишь некоторые из них обладают формальной организацией, в которой существует возрастная иерархия и в качестве обязательного элемента — лидерство 283.

    Клиффорд Р. Шоу и Генри Маккей констатировали, что большинство делинквентов в Чикаго совершали преступления вместе с сообщниками, но это не всегда была шайка, имеющая формальную организацию *. Приблизительно 88,2% подростков, представших перед судом по делам несовершеннолетних в Чикаго, совершали делинквентные акты совместно с другими подростками. Из них 93,1% составили те, кто совершал в компании с другими кражи. Шелдон и Элеонора Глюк опросили 500 делинквентов и определили, что 492 человека, или 98,4%, связаны с другими делинквентами, в то время как из 500 непреступников, живущих в той же местности, с делинквентами общаются только 37 человек, то есть 7,4% 284. По данным Уильяма Ленца, в сельской местности 22% подростков из специальных училищ являются членами делинквентных шаек, в то время как в городе — 87 % 285. По данным Эйиоиа и Реклесса, 77% подростков из Индустриальной школы для мальчиков в штате Огайо свой первый делинквентный поступок, совершили с сообщниками. Среди подростков старше 13 лет соответствующий процент равен 73% 286.

    Ричард Клауорд н Ллойд Оулин опубликовали работу, в которой попытались соединить теорию аномии Мертона с теорией диффероицпровапной связи Сатерленда; они выдвинули положение о существовании трех типов шаек: 1) преступная, 2) копфликтпая и 3) ретретистская287. Преступные шайки занимаются*воровством или другими преступлениями. Конфликтные шайки затевают драки. Ретретистские шайки создаются главным образом наркоманами. Следует отметить, что Яблонский выделял: 1) делинквентную шайку, 2) шайку, действия которой имеют насильственный характер, и 3) неделинквентную шайку288. Ориентируясь на классификацию Клауорда и Оулина, Шорт, Теннисоп и Говард сообщили в 1963 г., что они не смогли обнаружить в Чикаго ни одной преступной шайки и после упорных поисков нашли только одну шайку наркоманов289. Было также замечено, что шайки, занимающиеся воровством, иногда затевают драки 290.

    Шайки, описанные Клауордом и Оулином, как правило, придерживались норм, противостоящих нормам, принятым в обществе. Их члены отказались от повиновения закону и усвоили новую модель поведения, чтобы повысить свой социальный статус291; поведение шайки обусловливалось неудачей или опасением неудачи в достижении своих целей социально одобряемыми средствами292. Шайки могут объединять усилия своих членов и направлять их на изменение социального порядка, иа обособление от этого порядка или восстание против пего293. Следует заметить, что классификация шаек, предлагаемая учебниками, слишком узка, в действительности та или иная шайка может участвовать во всех видах деятельности, а может быть просто группой, лишенной элементов делинквентности, конфликта или наркомании294.

    Альберт Коэн подчеркнул значение шайки в разрешении проблем, связанных с неудовлетворенностью своим положением у подростков из низших слоев населения295. Такие подростки поставлены в условия, которые не позволяют им добиться успеха законным путем. Если они связывают причины своих неудач с несправедливостью социальной системы, они могут: 1) направить свои усилия на изменение социального порядка; 2) обособить себя от пего или 3) восстать против него. Клауорд и Оулин отметили, что использование одних и тех же критериев оценки при неравенстве ^возможностей подчеркивает значение обстоятельств, способствующих тому, что подростки из низших слоев населения начинают ощущать несправедливость лишений и дискриминации Исследования не подтвердили полностью этот тезис. По данным Рейса и Роудса, только 28% делинквентов и 16% не делинквентов были обеспокоены тем, что их одежда и жилище хуже, чем у их сверстников296. Исследование, проведенное в штате Огайо, выявило очень незначительную связь между склонностью к делинквентности и сознанием ограниченности своих возможностей297. Исследование, проведенное в Чикаго, показало, что стремления и ценности членов делинквентной шайки в значительной степени совпадают со стремлениями и ценностями подростков, принадлежащих к среднему классу.

    Само существование такого феномена, как шайка, обусловлено выполняемыми ею функциями. Во-первых, шайка дает своим членам возможность проверить, в какой мере каждый из них принимает установленные в ней правила поведения. Во-вторых, опа позволяет оценить надежность каждого на случай совершения дерзкого и преступного деяния. В-третьих, она предоставляет каждому своему члену возможность удостовериться, в какой степени другие члены приемлют его способ нейтрализации влияния законопослушного общества. Наконец, члены шайки сообща совершают различные виды делинквентных действий, чтобы проверить, готов ли на это пойти каждый из ее членов298. Некоторым членам шайки участие в ней дает ощущение своего Я и обеспечивает защиту в борьбе улиц и дворов.

    Миллер считает, что главным мотивом, определяющим поведение шайки, является стремление добиться тех ценностей, которые признаны в низших классах городского населения *.

    ДИНАМИКА МАЛЫХ ГРУПП

    '    V

    Общество черпает свою силу в эффективном функционировании таких групп, как семья, школа, церковь, промышленное предприятие, коммерческая компания, клуб, профессиональная группа и различные органы управления. Для того чтобы понять или изменить поведение человека, необходимо изучить группу и групповое поведение. Психическое заболевание, девиантное или преступное поведение являются таковыми лишь постольку, поскольку мы сравниваем человека с такого рода характеристикой с другими людьми и с группой лиц. Психологические и социальные силы, с которыми связано существование групп, составляют существо групповой динамики.

    В литературе можно найти несколько различных подходов к вопросу о динамике группы, использующих классификацию, данную Картрайтом и Зандером 299.

    1. Теория поля, предложенная Левином, исходит из того, что поведение человека определяется полем взаимозависимых детерминант, обозначаемым как «жизненное пространство» или «социальное пространство» с динамическими свойствами, которым соответствуют такие понятия, как психологические и социальные силы300.

    2. Теория взаимодействия утверждает, что поведение человека есть результат его взаимодействия с другими людьми в составе малых групп301. При этом группа понимается как система взаимодействующих индивидов; основными понятиями являются деятельность, взаимодействие и чувства.

    3. Теория системы рассматривает группу как систему; основными понятиями являются «система ориентации» и «система взаимосвязанных позиций и ролей»302, а также «коммуникации», «вход» и «выход».

    4. Социометрическая ориентация была предложена Морено 303 п разработана Элоп Джопнигс304. Социометрический подход заключается глаппмм образом в изучении межличностного выбора, сплачивающего людей в группы.

    5. Теория психоанализа, родоначальником которой был Фрейд305, пзучаот защитные и мотивационные процессы, происходящие в психике индивида; основными понятиями ее являются идентификация, регрессия, защитные механизмы и бессознательное.

    0. Когнитивная теория особое внимание уделяет изучению процесса получения. индивидом обобщенной информации о социальном мире и влияния этой информации на его поведение306.

    7. Эмпирико-статистическая ориентация исходит из того, что понятия групповой динамики должны быть обоснованы при помощи' статистических методов, включая факторный анализ, разработанный при изучении личности307.

    8. Формальные модели используют математические методы и могут быть применены при изучении строго определенных аспектов деятельности групп на основе некоторых положений, заимствованных из социальных наук без их теоретического обоснования308.

    Концепция динамики группы охватывает такие понятия, как сплоченность, давление, стандарты, мотивация, лидерство и групповые действия. Степень сплоченности группы влияет на мораль, лояльность, взаимное тяготение и отталкивание, враждебность и предрассудки, продуктивность и эффективность, а также на все процессы, связанные с референтными группами. Давление, оказываемое группой, принятые в ней стандарты влияют на социальные оценки, разногласия и расхождения социального характера, изменение отношения к референтным группам, различные отклонения, нормы общения и социальные изменения. Мотивы, которыми руководствуются индивиды, и групповые цели влияют на сотрудничество, соперничество и достижение успеха. От лидерства

    зависит групповая деятельность, разрешение кризисов, власть в группе. Даже по уровню шума в классе опытный педагог может судить о том, как проходит процесс обучения. Чем выше уровень шума, тем ниже уровень усвоения и тем значительнее неофициальное взаимодействие между учениками. Таким образом, общение и личностное взаимодействие делают динамику группы одной из самых важных сфер человеческого поведения.

    Система уголовной юстиции сама по себе представляет интересный объект в плане изучения групповой динамики. Делинквентные шайки, преступники из нормальных семей, взаимодействие между полицией, судами и исправительными учреждениями, различные комбинации сил внутри каждого из этих элементов — все это формирует «системы», которые часто не хотят становиться «системами». В системе уголовной юстиции редко работают согласованно: редко совпадают цели и редко достигается групповая сплоченность. Заключенные, как правило, неспособны надлежащим образом относиться к другим людям, даже если они ими манипулируют; многие из них остаются «одиночками». Поэтому для понимания процессов, происходящих в системе уголовной юстиции, необходимо изучение групповой динамики.

    Нарушение равновесия в ранее стабильной группе может вызвать реакцию со стороны члена группы, который счел себя ущемленным *. Например, развод может значительно изменить взгляды отвергнутого партнера. Во всех группах индивиды склонны усваивать роли, в том числе в сфере отношений власти и подчинения, разделения труда и т. д. Когда изменения в моделях власти и подчинения, в ролевых структурах, а такжо и другие существенные изменения нарушают равновесие в группе, происходит либо приспособление к новым моделям, либо группа распадается. «Политические» кризисы в группе вызывают необходимость объяснений, рационализации, •нахождения козла отпущения среди ее членов. Опреде* ленные реакции на нарушение равновесия в группе часто называют «аффективными преступлениями».

    ГРУППОВАЯ ТЕРАПИЯ И ГРУППОВОЕ КОНСУЛЬТИРОВАНИЕ

    Использование групп в процессе некарательного воздействия получило широкую известность, когда во время второй мировой войны Ллойд Маккоркл и его помощники стали применять этот метод в отношении военных преступников в Ноксе, Кентукки, а после войны Альберт Элиас и Ф. Ловесс Биксби ввели его в тюрьмах Ныо-Джерси под названием «Направляемое групповое взаимодействие». Приблизительно в это же время Норлан Фентон начал применять групповое консультирование в калифорнийских тюрьмах. Описание групповой терапии и группового консультирования представляет значительные трудности, так как формы и процедуры этого подхода весьма широко варьируются.

    Изучая литературу по психотерапии, можно заметить, что термин «групповая терапия» охватывает целый ряд явлений. Сюда входят и сложные психиатрические и психоаналитические методы, и относительно несложные «практические» формы направляемого взаимодействия правонарушителей, влияющие на поведение и изменяющие ого.

    Интересная попытка классифицировать эти подходы была предпринята Баджепталем, выделившим пять категорий групп: 1) группы, деятельность которых сконцентрирована на каком-либо процессе, близком к групповой динамике, или учебные группы; 2) группы планомерной деятельйости, основанной на специальной лечебной схеме; 3) группы межличностного общения, направленного на поиск и выражение взаимопонимания среди членов группы; 4) экспрессивно-прожективные группы, в работе с которыми широко используется механизм проекции; 5) аналитические группы по восстановлению раннего эмоционального обусловливания посредством контакта с другими пациентами и специалистом, осуществляющим руководство этим процессом *.

    Группы, относящиеся к первой категории, изучают те формы поведения, которые благоприятствуют пониманию или затрудняют его. Например, руководитель, внима-

    Тельно слушая и наблюдая, организует ориентированную на «здесь и сейчас» деятельность групп, чтобы дать возможность ее участникам повысить свою восприимчивость. Группы, . относящиеся ко второй категории, смотрят фильмы на темы дисциплины в семье или на другие темы либо играют роли в различных искусственно создаваемых ситуациях и с помощью руководителя, при необходимости читающего им лекции, пытаются уяснить смысл н значение той или иной деятельности. В группах, относящихся к третьей категории, их участники сопереживают друг другу, открыто проявляя чувство злобы, дух соперничества и другие эмоции. При этом руководитель группы держится в стороне, отмечая в то же время схожесть и различие реакций. Что касается самих участников, то они, наблюдая за эмоциональными реакциями друг друга, стремятся достичь более глубокого взаимопонимания. В группе, относящейся к четвертой категории, ее участники демонстрируют различные чувства, побуждения, следуя своим фантазиям и давая выход бессознательному; могут кричать, браниться и плакать. При этом руководитель, объясняя участникам, что препятствует свободе самовыражения и действий, создает условия для преодоления запретов суперэго и большей непосредственности поведения. В группе, относящейся к пятой категории, под руководством специалиста выявляются субъективные ассоциации; в процессе взаимодействия с руководителем, выступающим в роли одного из родителей, и с другими участниками, выступающими в роли, братьев и сестер, участников учат понимать символическое значение их поступков.

    В этой или иной форме все указаппыо методы применяются в исправительных учреждениях Соединенных Штатов.

    В направляемом групповом взаимодействии группа равных выполняет функцию катализатора в процессе проявления делинквентных или, напротив, позитивных установок, поддерживает конформное отношение к групповым нормам, обеспечивает определенный статус и половую идентификацию своим членам. Групповой метод нашел широкое применение и обычно вызывает одобрение сотрудников исправительных учреждений. Те, кто занимается групповой терапией, считают, что групповое консультирование имеет целый ряд преимуществ перед индивидуальным консультированием, так как, очевидно, присутствие представителя власти в группе не столь сильно влияет па его общение с членами группы, как при беседе один на один. Группа собирается ежедневно и является той средой, где происходят изменения.

    Методы групповой терапии используются во многих экспериментальных программах. В 1966 г. Скарпитти и Стефенсон отметили, что положения теории дифференцированной связи Крэсси были с успехом применены в ра-» боте с малыми группами. В группах заключенных их лидеры пользуются иногда методом нейтрализации, отрицая существующую реальность и порицая общество. Специа-* лист, который руководит группой, должен вовремя уло-*-вить такие тенденции и пресечь отрицание и порицание, часто используемые в качестве защитного механизма в среде заключенных. При проведении реальной тера-* пии среди делинквентной молодежи необходимо использовать влияние ровесников для того, чтобы добиться желательных изменений *. С этой целью проводятся разного рода собрания. На одном из них подростки решают, принимать ли в свои ряды нового члена. «Большое собрание» созывается либо в особых случаях, либо тогда, когда подросток не может решить волнующий его вопрос без помощи всей группы. Собрания проводятся регулярно с участием всех членов группы, и старых и новых, однако паряду с этим старые и новые члены часто собираются отдельно. В начале каждого собрания решается вопрос о том, кого на этот раз будут обсуждать и почему. В ходе собраний их участники отчитываются в том, какие трудности возникли у них в течение дня и в связи с чем, рассказывают о событиях, которые причинили им беспокойство. Вся эта процедура напоминает _ терапевтический метод самоанализа, осуществляемого с помощью других лиц, что связано с интерпретацией, переоценкой и 'обнажением чувств. Группа помогает индивиду держать свои проблемы под контролем посредством пере-» ориентации, сублимации, подавления, запрещения, рацио-* нализации и других нормальных защитных механизмов. Делинквентность молодежи часто проистекает из таких ситуаций, в которых они испытали унижение, были физически или эмоционально ущемлены и вынуждены были

    преодолевать трудности с тем, чтобы добиться хотя бы какой-то стабильности.

    В таких группах используют стресс; иногда это принимает форму сильного давления, которое одни члены группы оказывают на других. Обычно это делается для того, чтобы получить ответ на следующие вопросы309: 1) Какова способность индивида позитивно использовать стресс? 2) Может ли группа использовать стресс в позитивных целях? Четко ли определена цель стресса и реалистичны ли ожидания? Применение стресса или давление в групповой терапии представляется важным потому, что таким образом от сознания угрозы наказания группа переходит к мотивированной конформности.

    Так называемый метод позитивной культуры равных Г(РРС) возник на основе метода направленного группового взаимодействия, но отличается от него меньшей напряженностью отношений; он избегает открытой конфронтации и вместо «давления» на первое место ставит взаимное обучение и взаимное познание в среде равных. Можно провести сравнение между этими двумя методами310*

    Группа позитивной культуры    Группа    конфронтации;

    ровных: доверие и откровенность    давление    и разоблачение

    j


    1. Я боюсь быть откровенным с группой

    1. Я боюсь быть откровенным с группой

    2. Члены группы говорят, что я должен быть с ними абсолютно честен. Они пытаются узнать обо мио все

    3. Мно нелегко, потому что члены группы пытаются заставить меня рассказать то, о чем мпо не хотелось бы рассказывать

    4. Другие считают меня обманщиком, но я не понимаю, почему должен что-то им рассказывать. Почему я должен*делиться с ними своими проблемами?

    1 Vorrath Н. Н. Guided Group Interaction, p. 20—25.

    2 V о r r a t h H. H., В г е n d t г о L. К, Positive Peer Culture, Chicago, 1974, p. 10,



    5. Пожалуй, защитные механизмы здесь не нужны, я от них отказываюсь

    Группа конфронтации: давление и разоблачение


    Группа позитивной культуры равных: доверие и откровенность


    6. Я открываюсь перед группой

    7. У меня достаточно сил, чтобы рассказать им о своих трудностях

    8. Рассказав им о своих проблемах, я почувствовал себя лучше. Ые верю, что они используют против меня то, о чем я рассказал

    9. Я знаю, что, когда в группе появится новый член, он будет боязлив и недоверчив

    40. Я помогу ему привыкнуть к группе так же, как мне помогли, когда я был новичком. Если ему будет трудно нам поверить, я буду и дальшо помогать ему, чтобы он перестал бояться

    5. Мои защитные механизмы недостаточно сильны, поэтому группа их разбивает

    6. Меня разоблачили перед группой

    7. Они достаточно сильны, чтобы выставить напоказ трудности, которые я переживаю

    8. Даже не знаю, что я чувствую после разоблачения. Боюсь, как бы они не использовали против меня то, что я сказал

    9. Когда в группе появится новый член, буду считать его обманщиком

    10. Я буду нападать на него так же, как нападали на меня, когда я был новичком. Если он не захочет быть откровенным, я буду продолжать оказывать па него давление до тех пор, пока не выясню, что у него за душой


    Роль соответствующего персонала заключается в побуждении группы к деятельности, в руководстве ею, в формировании у подростков чувства ответственности. Персонал не должен нянчиться с подростками и контролировать каждый их шаг, не должен брать на себя ответственность, которую следует возложить на группу. В настоящее время этот метод применяется в некоторых учреждениях для несовершеннолетних и для взрослых.

    Активная деятельность всегда встречает ревностное сопротивление тех, чьи интересы она затрагивает. Вот почему у людей бессильных власть вызывает возмущение. По этой же причине деятельность отдельных индивидов во многих группах равных не может выйти за рамкй обычной деятельности группы, не породив разногласий, борьбы и других реакций. Межличностные конфликты

    возникают из попыток одних людей управлять, а других — сопротивляться этому, из неудач в общении, связанных с различиями и несовместимостью взглядов, из реакции индивидов на чужие успехи и неудачи. Понимание этого важно как для индивидуальной, так и для групповой работы с делинквентами, поскольку подростки относятся к консультантам, завоевавшим их доверие, как к родителям, а это обстоятельство, столь желательное в индивидуальной работе, представляет опасность для настоящих родителей, которым не удалось войти в доверие к подростку. Проблемы, о которых идет речь, могут быть разрешены в группах или в рамках семьи.

    Многие специалисты в области терапии считают делинквентов неизлечимыми, поскольку те сопротивляются терапевтическому воздействию и враждебно относятся к существующим в обществе институтам власти. Хем не менее групповой метод предусмотрен большинством программ, применяющихся в Соединенных Штатах для работы с делинквентами. В этой связи очень важны установки самих специалистов. Ни о какой терапии не может идти речь, если специалист не способен преодолеть предубеждение в отношении сопротивляющихся и враждебно настроенных делинквентов*. Самым важным в контроле за делинквентностью являются доверительные отношения делинквента со взрослым человеком311.

    Использование в целях исправления того влияния, которое способна оказать группа равпых, может облегчить задачи сотрудников службы, осуществляющей надзор за лицами, освобожденными условно-досрочно, поскольку сама община получает возможность эффективно воздействовать на делинквентов312. Трудности, связанные с воздействием, имеющим характер конфронтации и осуществляемым посредством реальной терапии или с помощью группы равных, вызываются несвоевременным или неудачным вмешательством313. Последствием такого вмешательства могут стать параноидные и депрессивные явления, ведущие к снижению самооценки, непродуманному и преждевременному выходу из группы, усилению защитных реакций, созданию внутри группы агрессивных объединений, препятствующих положительному воздействию.

    Складывающаяся в группе атмосфера взаимного доверия и помощи благоприятствует достижению моральной зрелости. Это достигается тем, что: 1) между заключенными и персоналом существуют отношения, при которых им небезразлично благополучие друг друга; 2) спорные вопросы решаются без взаимного осуждения; 3) группа стремится к тому, чтобы каждый ее член научился понимать, как к нему относятся другие и почему они относятся именно так, а не иначе; 4) формируется убеждение в необходимости помогать другим людям ‘.

    Групповая терапия не вытесняет и не заменяет индивидуальную терапию314. Она отвечает потребностям подростка, в том числе и делинквента, в установлении отношений с ровесниками, поскольку в нормальном процессе социализации он все больше отдаляется от родителей, и особенно от матери315.

    СОЦИОМЕТРИЯ

    Социометрия — это изучение психологической струн-* туры человеческого общества, которая состоит из слож-* ных межличностных связей, редко выступающих на по* верхность социальных процессов. Эти связи могут быть исследованы количественными и качественными методами. Социометрия изучает отношения, возникающие между индивидом и другими людьми внутри социальных структур. Поставив индивидов в положение, когда они обнаруживают свои симпатии и антипатии к другим людям, можно достичь наилучших результатов. Основной частью социометрической процедуры является создание в группе ситуации, сталкивающей людей. Морено, основавший журнал «Социометрия» *, предложил этот способ в 1937 г. как итог своих прежних исследований 316.

    Первый социометрический проект Морено представил в феврале 1916 г. в министерство внутренних дел Австро-Венгрии, предложив примепить принципы социометрии к перемещенным лицам в Миттерндорфе.

    Отчасти из-за поднятой шумихи, отчасти из-за отказа Морено от традиционных психоаналитических и психиатрических методов, отчасти из-за его стремления быть «ни на кого не похожим» психиатры плохо приняли Морено. Зато он был, пожалуй, единственным психиатром, которого хорошо приняли социологи. Многие его идеи были восприняты социологической мыслью.

    Социограмма позволяет выявить отношения входящих в исследуемую группу индивидов друг к другу. Основной процедурой является опрос; каждого члена группы спрашивают о том, кто ему больше всего, нравится и не нравится в группе в первую, во вторую и в третью очередь. По результатам выбора, сделанного каждым индивидом в группе, может быть построена модель, показывающая, чей выбор был взаимным, чей выбор не встретил взаимности, у кого существует взаимная антипатия и кто односторонне отвергает другого. Такая модель дает представление о психологической межличностной структуре социальной группы. С ее помощью внутри группы могут быть идентифицированы отдельные группировки, индивиды, которые оказались отвергнутыми, и лидеры.

    Подобная социограмма была составлена автором в 1948 г. в Технической школе в Кэссиди-Лейк, штат Мичиган,— исправительном учреждении с режимом минимальных ограничений. Испытуемых спрашивали, кого из заключенных данного учреждения они бы выбрали для совместного проживания в девятиместной комнате, а кого отвергли бы. Социограмма получилась большой, но интересной. Было выделено множество группи-

    ровок, обнаружены «одиночки» и лидеры. «Одиночки» и «приспешники» идентифицировались как группы отвергнутых. Модель была использована при проведении расселения. В 1952 г. неофициальная проверка показала, что среди одипочек и приспешников тенденция к совершению новых преступлений была выражена сильнее, чем среди тех, кто был склонен объединяться.

    Поддается выявлению также и структура шаек. Интересно отметить, что очень часто у лица, идентифицированного в качестве «лидера», уровень умственного развития ниже среднего для данной группы. Причина этого, по-видимому, кроется в том, что человек с более высоким уровнем умственного развития более чувствителен к значимым факторам окружающей среды и, принимая решение, учитывает множество* различных моментов. Человек, интеллектуально менее развитый, но практичный, может принять решение, опираясь на малое количество факторов и не исчерпав всей имеющейся информации; таким образом .он обеспечивает — и это особенно важно — чувство безопасности и стабильности другим членам группы, которые могут быть более «нервными» и беспокойными. Обеспечивая эмоциональную стабильность, «лидер» стремится окружить себя людьми, которые нуждаются в его - руководстве и поддержке и па которых он может положиться. Такое положение, по-видимому, имеет место в политических группировках и других кликах, а также в шайках, что представляет интерес для системы уголовной юстиции.

    Примером того, как администрация исправительного учреждения может использовать социометрию в организационных целях, является ситуация, с которой столкнулся автор, когда решался вопрос о назначении руководителя отдела классификации в крупной тюрьме на Среднем Западе после проведения экзамена по вопросам гражданской службы. Из 15 сотрудников, выдержавших экзамен, на назначение претендовали трое, согласно «правилу трех», в соответствии с которым на работу может быть принято любое из лиц, занявших по результатам экзамена первые три места. Каждого сотрудника попросили назвать первого, второго и третьего человека, в подчинении которого он хотел бы работать. Социограмма показала, что отдел классификации раскололся на две группировки с несколькими одиночками и приспешни-

    нами. Человек под номером 1 был лучшим в списке проэкзаменованных, но не был выбран ни одной из группировок и не имел реального контакта ни с кем, кроме номера 3. Номер 2 возглавлял одну из группировок. Номер 3 контактировал с обеими группировками, но ни в одну из иих не входил и был в хороших отношениях с номером 1. Очевидным решением было назначение на должность номера 3, поскольку ои контактировал с обеими группировками, не входя ии в одну из них, а также с человеком, показавшим наилучший результат па экзамене. Он был единственным, кто смог бы сохранить целостность группы и не дать ей распасться. Поэтому номер 3 был назначен руководителем отдела классификации, а разочарование других кандидатов быстро прошло. В этой ситуации социометрический подход обеспечил хорошую организацию в крупной тюрьме. Социометрия может многое дать системе уголовной юстиции для организации работы полиции, судов и для осуществления программ исправления преступников. Ее официальное или неофициальное применение полезно для управления группами заключенных и лиц, на которых оказывается определенное воздействие с целью их исправления. Неофициальное применение социометрии имеет место тогда, когда выявляются лидеры среди заключенных, связи шайки с местным населением, ведущие и ведомые во всех социальных группах, имеющих отношение к системе уголовной юстиции, а также законодательным органам.

    Одна из самых ранних работ по изучению побегов из учреждений для несовершеннолетних была проведена Морено в нью-йоркской школе для девочек на основе данных за период с 1 июля 1931 г. по 1 сентября 1933 г.317 Исследование показало, что частота побегов зависит в основном от сплоченности группы и от отношения наставницы к девочкам. Наибольшее число побегов было в разобщенной группе, с которой наставница не смогла наладить отношения. Наименьшее число побегов было в хорошо организованной группе, члены которой испытывали чувство привязанности к своей наставнице. Побеги совершались в группах, где было много несовместимых пар и отверженных. Эти данные показывают, что именно организация группы удерживает в ней индивидц или выталкивает его из нее.

    Непосредственность и творческий характер очень важны для тех, кто занимается социометрией318. Эти понятия взаимосвязаны, но не синонимичны. Непосредственный человек может п не быть творческой личностью, а творческая личность не обязательно обладает непосредственностью. Непосредственность выступает как катали-* затор, а творческий характер — как субстанция. Еще одним понятием, важным с точки зрения социометрии, является эмпатия — способность чувственно проникать во внутренний мир другого человека. Взаимную эмпатию двух или нескольких человек Морено обозначает термин ном «tele»319. Именно это делает группу единой и сплоченной. За всеми социальными и психологическими взаи-модействиями стоят два или более психологических феномена — люди и их уникальные характеристики. Эти межличностные связи могут быть выявлены и показаны на социограмме. Конструктивное и благотворное взаимодействие в группе имеет место в том случае, если внутренняя напряженность разных людей, плохо приспособленных к социальной жизпи, приводит группу в целом в состояние равновесия.

    СЕМЬЯ

    Семья является основной социальной ячейкой, в которой начинается и которой обусловливается развитие личности. В определении направлений психосексуального развития и развития личности семье принадлежит важное место320. Хили и Броннер в 1936 г.321 и Д. Гилин в 1946 г.322 сравнивали семейное окружение делинквентов и неделинквентов и пришли к выводу, что в одной и той же семье эмоциональная зрелость разных подростков в известной степени зависит от отпошепия к ним п что на

    это часто влияет очередность рождения детей в семье. Такие отношения позволяют определить сферу, в которой индивид будет испытывать трудности в процессе социального приспособления. Хевитт и Дженкинс полагали, что агрессивные делинквенты выходят из семей, которые их отвергли, «социализированные» же делинквенты — из се-мей, в которых хорошее отношение к ребенку в дальнейшем ухудшалось, что вызвало у пего чувство заброшенно-сти и даже отверженности; невротические и чрезмерно замкнутые делинквенты склонны к подчинению жестким нормам контроля и не в состоянии справиться с напряжением, вызванным строгими родительскими запретами Можно выделить и четвертую группу — группу взрослых, которые в детстве и юности были окружены в семье вниманием и заботой, в результате чего у них не выработались необходимые навыки социального взаимодействия, и поэтому им приходится смягчать напряжение при помощи алкоголя и наркотиков. Иногда делинквентность' может возникнуть на почве разногласий и конфликтов между родителями по поводу того, что считать «хоро-| шим», а что «плохим»323. В принципе такая же точка зрения по поводу влияния на индивида личностного и социального контроля со стороны первичной группы была выражена и в социологических терминах 324.

    В низших социально-экономических слоях населения семья является средоточием всех свойственных этой среде проблем и дает уникальную возможность для изучения всех социальных, экономических, культурных и эмоциональных аспектов их внешнего проявления. Такие семьи живут, как правило, в одном районе. Обычно они настолько велики, что родители уже не в состоянии обеспечить экономический и эмоциопальный контроль за ее членами. В семьях этого типа психические заболевания встречаются не очень часто, но имеют место внешние проявления семейного неблагополучия. Напряжение часто выливается в драки и скандалы, потребляется много алкоголя. Семья дезорганизована и характеризуется глубоким

    супружеским конфликтом и безразличием к детям. В общине, в которой преобладают такие семьи, часто возникают конфликты и широко распространено недовольство властями и истэблишментом.

    Изучение делинквентов, родители которых тоже были делинквентами, показало, что у родителей и детей наблюдаются одни и те же модели поведения и дефекты супер-эго *. Система семьи действует таким образом, что у братьев, сестер и других ее членов* формируются сходные модели поведения 325.

    Литература по психиатрии и социальной работе дает ясное представление о том, как семья способствует тому, что ее члены вступают в столкновение с законом326. Поэтому воздействие на семью в целом силами сотрудников служб пробации, условно-досрочного освобождения и т. п. было бы более плодотворным, чем воздействие па одного индивида.

    Личные дела преступников и делинквентов свидетельствуют о том, что в семьях, из которых они вышли, часто главенствует мать, а отца нет или он плохо выполняет свои обязанности. Это легло в оспову работ супругов Глюк по прогнозированию делинквентности327.

    В семейной терапии специалист выступает посредником между двумя конфликтующими сторонами. Если этими сторопами являются делинквентный ребенок и отец, посредническая роль специалиста имеет особое значение. При проведении семейной терапии специалист обычно не может не стать на ту или иную сторону, но для достижения согласия между конфликтующими членами семьи ему совершенно необходимо создать видимость того, что это не так. Умение маневрировать очень помогает специалисту, анеумение это делать создает серьезные препятствия на пути к разрешению конфликта328. Методика общесемейной терапии предполагает работу и с мужем, и с женой 329. Иногда острые проблемы делинквентности могут быть наиболее успешно разрешены посредством именно этого вида терапии.

    НЕВРОТИЧЕСКОЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ

    Невротическое взаимодействие имеет место в тех случаях, когда один или несколько членов социальной группы используют («едят») других для удовлетворения своих эмоциональных потребностей. В семьях с напряженными отношениями, в группах гомосексуалистов и в других отклоняющихся от нормы социальных группах один или несколько ее членов используют других, чтобы получить эмоциональное удовлетворение. В семьях это может проявляться в ворчании, в увещеваниях, в демонстрации праведного негодования, в чрезмерной обидчивости и иных формах агрессивного поведения. Некоторые семейные пары на протяжении всей жизни дерутся и получают от этого удовольствие. Такое взаимодействие является невротическим, так как обычпо оно связано с невротическими особенностями личности. Садистско-мазохистская модель поведения, конечно, представляет собой крайность, но в смягченном варианте она встречается во многих социальных группах. Интенсивность невротического взаимодействия зависит от уровня катексиса, то есть от количества энергии, с которой решаются те или иные проблемы. Подобное явление можно наблюдать в семьях, где один из супругов считает, что другой не выполняет свою роль.

    Примеры взаимодействия подобного типа были обнаружены во время проведенпого Пэлмом и Абрахамсеном в тюрьме Синг-Синг обследования заключенных, совершивших половые преступления330. Всем членам семьи преступника предлагался тест Роршаха. У жен был выявлен постоянный страх перед мужчинами и близость к агрессивному мужскому или мужеподобному женскому типу. Внешне жены проявляли покорность и мазохизм, тогда как фактически они отрицали свои феминистические черты, демонстрируя мужской характер и агрессивность. Они поощряли сексуальную настойчивость супруга, но отвечали на нее холодностью. Сексуальные отношения заканчивались фрустрацией, что и побуждало к изнасилованию другой женщины. Заключенные жаловались на то, что их жены недостаточно сексуальны, спят в нижнем белье, обычно проявляют фригидность и провоцируют фрустрацию у мужей.

    Взаимодействие в группе может привести к совершению таких поступков, которые никогда не были бы совершены в одиночку. Примером тому является случай в одной из нью-йоркских школ, когда все 25 мальчиков в классе расстегнули брюки и открыто мастурбировали.331 Растерявшийся учитель вызвал директора, а тот в свою очередь послал за психиатром. Психиатр провел в классе беседу о психосексуальном развитии. Объяснить это происшествие можно тем, что мальчики, враждебно относившиеся к школьному начальству, избрали такой способ бросить ему вызов; они гораздо лучше отнеслись к понимающему и ничего не требующему психиатру, чем к строгим и обладающим властью школьным учителям. Трудно определить, насколько эффективной была проведенная психиатром беседа. В этой школе подобных событий больше'не повторялось, но мы не внаем, происходило ли что-нибудь подобное где-то еще.

    РОЛЕВЫЕ ИГРЫ И СОЦИОДРАМА

    Роль — это опосредующее ввено между человеком и его группой, дающее обществу возможность выполнить свои функции по разделению труда. В качестве унифицирующего фактора роль переводит равличные наклонности в модель поведения, которую можно распознать и которая становится инструментом социального к