Юридические исследования - ВОПРОСЫ ВИНДИКАЦИИ (ОБЗОР ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНОЙ ПРАКТИКИ) Э.В. Дитковский -

На главную >>>

Гражданское право: ВОПРОСЫ ВИНДИКАЦИИ (ОБЗОР ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНОЙ ПРАКТИКИ) Э.В. Дитковский


    Законодательно установленные гарантии свободного осуществления своих прав собственниками создают основу для нормального экономического развития любого цивилизованного общества. В гражданском законодательстве нашей страны институт защиты права собственности и других вещных прав достаточно хорошо разработан, а правоприменительная практика выработала в основном единообразные подходы в применении норм о защите указанных прав. Тем не менее, при анализе ряда дел возникают вопросы как теоретического, так и практического характера, требующие более детального рассмотрения. В данной статье автор затронет некоторые из тех, которые возникают при разрешении судами дел по виндикационным искам.

     

     


     


    Сибирский юридический вестник. 1999. № 3

     

     

     

    ВОПРОСЫ ЧАСТНОГО ПРАВА И ЦИВИЛИСТИКИ

     

     

     

     

     

    © 1999 г.    Э.В. Дитковский

     

     

     

     

     

    ВОПРОСЫ ВИНДИКАЦИИ

     

    (ОБЗОР ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНОЙ ПРАКТИКИ)

     

     

     


    Законодательно установленные гарантии свободного осуществления своих прав собственниками создают основу для нормального экономического развития любого цивилизованного общества. В гражданском законодательстве нашей страны институт защиты права собственности и других вещных прав[1] достаточно хорошо разработан, а правоприменительная практика выработала в основном единообразные подходы в применении норм о защите указанных прав. Тем не менее, при анализе ряда дел возникают вопросы как теоретического, так и практического характера, требующие более детального рассмотрения. В данной статье автор затронет некоторые из тех, которые возникают при разрешении судами дел по виндикационным искам.

     

     

    Как известно, виндикационные иски являются одним из вещно-правовых способов защиты права собственности. Согласно ст. 301 Гражданского Кодекса Российской Федерации[2] под виндикационным иском (от лат. vim dicere – объявлять о применении силы) понимается требование невладеющего собственника к владеющему несобственнику о возврате имущества, находящегося у последнего в незаконном владении. Обращаясь в суд за защитой своих нарушенных прав истец должен доказать наличие ряда обстоятельств, необходимых для  удовлетворения судом заявленных требований.

     

     

    Одним из таких обстоятельств является факт реального существования спорного имущества и его нахождения в фактическом владении другого лица. Если спорное имущество реально не существует, то последует отказ в удовлетворении виндикационного иска. При этом, зачастую возникают практические трудности в установлении факта существования самого спорного имущества. Показателен один случай из судебно-арбитражной практики[3].

     

     

     

     

    Комитет по управлению имуществом г. Костромы обратился в арбитражный суд с иском к товариществу с ограниченной ответственностью об истребовании здания, отнесенного к муниципальной собственности. Исковые требования мотивировались тем, что в свое время горисполком передал спорное здание в пользование местному отделению Союза архитекторов России для размещения архитектурной мастерской. Товарищество,  созданное  путем  реорганизации мастерской, возражая против иска, сослалось на то, что в соответствии с решением горисполкома аварийное здание, не имевшее балансовой стоимости, передано отделению Союза архитекторов. На последнего была возложена обязанность по разработке проектно-сметной документации на восстановление, реконструкцию здания и проведение работ по его восстановлению.

     

     

    Указанные работы были выполнены за счет общественной организации, которая при учреждении товарищества внесла восстановленное здание в его уставной капитал.

     

     

    Арбитражный суд иск комитета по управлению имуществом удовлетворил.

     

     

    Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, отменяя решение суда, указал, что суд необоснованно не принял во внимание представленные ответчиком доказательства, свидетельствующие о том, что спорное здание после передачи его отделению Союза архитекторов было реконструировано, в результате чего здания, об истребовании которого заявлено требование, фактически нет.

     

     

    На мой взгляд, выводы Высшего арбитражного суда не бесспорны.

     

     

    Как следует из информационного сообщения, истец передал имущество отделению Союза архитекторов в пользование с условием осуществления последним работ по реконструкции и восстановлению здания. Указанные работы были выполнены и было бы логично предположить, что Комитету по управлению имуществом об этом было известно. Следовательно, истец, предъявляя иск об истребовании  имущества имел в виду здание после реконструкции. Поскольку реконструированное здание реально существовало, постольку заключение арбитражного суда об отсутствии истребуемого объекта несостоятельно.

     

     

    В данном случае, Высший Арбитражный Суд РФ признал факт осуществления реконструкции фактом уничтожения имущества истца и, следовательно, указал на наличие основания прекращения права собственности муниципалитета на спорное имущество (п. 1, ст. 235 ГК РФ). При этом, понятию «реконструкция здания» было придано содержание сразу двух понятий «уничтожение здания» и «создание нового недвижимого имущества».

     

     

    В приказе Государственного комитета Российской Федерации по жилищной и строительной политике от 31 марта 1998 г. №17-71 «Об утверждении состава экономических и технических показателей строящихся жилых домов, этапов контроля за ходом строительства и реквизитов, подлежащих включению в регистр жилых домов, строящихся на территориях субъектов Российской Федерации, и рекомендаций по его ведению» определены коды видов строительной деятельности среди которых новое строительство и реконструкция объектов обозначены как два разных вида строительной деятельности. То есть с технической стороны это два разных понятия. Кроме того, под строительной подразумевается созидательная деятельность, поэтому реконструкцию нельзя рассматривать как уничтожение объекта. Это подтверждается и пунктом 3.4. «Положения по оценке непригодности жилых домов и жилых помещений государственного и общественного жилищного фонда для постоянного проживания», утв. Приказом Минкоммунхоза РСФСР от 05 ноября 1985 г. №529, в котором указано на возможность приведения жилых домов в состояние, пригодное для постоянного проживания путем их реконструкции.

     

     

    Необходимо отметить, что каждый вид работ в отношении недвижимого имущества строго регламентирован техническими нормативами и в случае невозможности их осуществления на объекте в выдаче разрешения будет отказано. Работы по реконструкции здания проводились отделением Союза архитекторов на основании и  в соответствии с проектно-сметной документацией, поэтому нельзя утверждать и о неправомерной деятельности отделения по уничтожению имущества. Любая реконструкция означает внесение каких-либо изменений в реконструируемый объект. Степень таких изменений может быть различной, в том числе и настолько значительной, что реконструированное здание можно назвать новой постройкой, однако подразумевая  при этом только её соответствие техническим показателям, применяемым к вновь возведенным объектам. Юридическая судьба вещи при этом остается неизменной. Ведь возможна ситуация при которой нерациональное пользование имуществом может настолько изменить его внешний вид и пригодность к использованию, что будет трудно обнаружить что-то общее между первоначальным и последующим состоянием вещи. Однако при этом будет нелогично заявлять, что прежде знакомое нам имущество «де-юре» не существует, поскольку отличается от своего первоначального состояния.

     

     

    *              *              *

     

     

    Как неоднократно подчеркивалось, для предъявления виндикационного иска необходимо, чтобы имущество находилось в фактическом владении другого лица, поэтому если имущества у ответчика нет, то предъявить к нему требование о возврате имущества невозможно.

     

     

    Так, например, Комитет по управлению имуществом г. Калининграда обратился в арбитражный суд с иском к облпотребсоюзу об истребовании имущества колхозного рынка, переданного по постановлению Правительства РФ облпотребсоюзу в 1988г. безвозмездно в пользование. Арбитражный суд, установив, что имущество рынка включено в перечень муниципального имущества, иск удовлетворил, обязав облпотребсоюз передать на баланс  комитета  по  управлению  имуществом  имущественный  комплекс  рынка. Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации решение суда отменил и дело направил на новое рассмотрение по следующим основаниям.

     

     

    Облпотребсоюз возражал против иска, ссылаясь, в частности, на то, что из переданного ему имущества рынка в его ведении находятся лишь три объекта. Остальные части имущественного комплекса частично находятся в хозяйственном ведении или собственности других юридических лиц, в подтверждение чего представлены соответствующие документы. Суд указанные обстоятельства не исследовал и не дал им оценки. Между тем, если облпотребсоюз не владеет истребуемым имуществом, то на эту организацию не может быть возложена обязанность по его возврату[4].

     

     

    В другом деле Сберегательный банк Российской Федерации предъявил иск к акционерной компании «Алданзолото» об истребовании из чужого незаконного владения помещений, расположенных в правом крыле первого этажа здания. Решением суда иск был удовлетворен. Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации решение суда отменил, и дело направил на новое рассмотрение по следующим основаниям.

     

     

    Материалами дела не подтверждалось строительство здания за счет истца. Судом первой инстанции не оценены доводы ответчика об участии госбанка в долевом строительстве здания и поставке им строительных материалов.

     

     

    После завершения строительства в 1979 году на первом этаже нового здания одновременно разместились сберкасса и госбанк, и в течение 15 лет споров в отношении занимаемых помещений между ними не было.

     

     

    Дополнительной проверке требует вывод суда о том, является ли истец собственником (законным владельцем) помещений, занимаемых госбанком.

     

     

    Кроме того, в соответствии со ст. 31 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, действовавшего в период рассмотрения спора, к участию в споре следовало привлечь коммерческий банк «Алданзолотобанк», который фактически занимал спорные помещения.

     

     

    Также, судом не дана оценка доводам акционерной компании «Алданзолото» о том, что законным владельцем спорных помещений является коммерческий банк «Алданзолотобанк», а не ответчик[5].  

     

     

    Действительно, при отсутствии доказательств наличия у истца прав на спорное помещение в удовлетворении исковых требований должно быть отказано. Однако, в данном случае более интересно рассмотрение тех пределов исследования обстоятельств дела, которые определил Президиум Высшего арбитражного суда.

     

     

    Помимо отсутствия в деле доказательств о праве истца на спорное помещение Президиум указал, на то, что дополнительной проверки требует вывод суда о том, является ли истец собственником (законным владельцем) помещений, занимаемых госбанком, а также отметил, что судом не дана оценка доводам акционерной компании «Алданзолото» о том, что законным владельцем спорных помещений является коммерческий банк «Алданзолотобанк», а не ответчик.

     

     

    Виндикационный иск был предъявлен к акционерной компании «Алданзолото», поэтому при рассмотрении данного дела, необходимо было сосредоточить внимание на том факте (который, как следует из информационного сообщения, был установлен), что ответчик фактически не занимал спорные помещения, а их занимал коммерческий банк «Алданзолотобанк». Данное обстоятельство является бесспорным основанием к отказу в удовлетворении иска. Что же касается исследования обстоятельств относительно того, является ли законным владельцем лицо, не являющееся ответчиком по делу, а также является ли истец собственником (законным владельцем) помещений, в отношении которых иск не предъявлялся, то оно при рассмотрении данного дела нецелесообразно, поскольку не касается существа предъявленных требований. Указанные обстоятельства было бы необходимо исследовать при наличии виндикационного иска к коммерческому банку «Алданзолотобанк» либо иска о признании права собственности на помещения, занимаемые госбанком.

     

     

    *              *              *

     

     

    Иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения защищает право собственности как абсолютное субъективное право, то есть носит внедоговорной характер. Однако, факт отсутствия действующего договора между истцом и ответчиком, как показывает практика, не всегда означает соответствие смыслу данной аксиомы.

     

     

    В арбитражный суд обратилось предприятие с иском о выселении акционерного общества из принадлежащего ему нежилого помещения в связи с окончанием срока действия договора аренды. Из представленных в арбитражный суд документов следовало, что спорное помещение необходимо предприятию для собственных нужд.

     

     

    Арбитражный суд, обязав ответчика освободить нежилое помещение и передав его в пользование истцу, ошибочно руководствовался статьями 301, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации.

     

     

    Статья 301 Гражданского кодекса Российской Федерации применяется в том случае, когда лицо, считающее себя собственником спорного имущества, истребует это имущество из чужого незаконного владения, то есть из владения лица, обладающего имуществом без надлежащего правового основания.

     

     

    В данном случае ответчик занимал помещение на основании договора аренды, поэтому его обязанность вернуть имущество в освобожденном виде должна определяться в соответствии с условиями, предусмотренными законодательством об аренде[6].

     

     

    Согласно ст. 622 ГК РФ, при прекращении договора аренды, арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором. Таким образом, при прекращении действия договора, а значит  и обязательств, возникших из него, у арендатора возникают обязательства по возврату имущества предусмотренные законодательством об аренде. По причине сохранения между сторонами обязательственной связи виндикация в аналогичных ситуациях не применима. Однако, при рассмотрении подобных дел необходимо учитывать все обстоятельства, имеющие существенное значение при анализе правильности выбора средств защиты нарушенных прав.  

     

     

    Так, во многих случаях договора аренды недвижимого имущества содержат условия, согласно которым обязательства арендодателя по передаче арендатору помещения в аренду считаются исполненными в момент подписания сторонами акта приема-передачи объекта.

     

     

    В соответствии с пунктом 2 ст. 655 ГК РФ при прекращении договора аренды возврат имущества арендодателю производится в  порядке, аналогичном порядку передачи имущества в аренду.

     

     

    Таким образом, подписание сторонами акта о передаче имущества арендодателю означает исполнение арендатором своего обязательства по возврату имущества арендодателю. Отказ арендодателя от подписания акта приема-передачи имущества рассматривается как отказ от принятия возвращаемого имущества. По общему правилу односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (ст. 310 ГК РФ). При просрочке исполнения арендодателем своих обязательств арендатор, на основании ст. 406 ГК РФ, вправе потребовать возмещения убытков, причиненных такими действиями арендодателя. Это означает, что арендатор вправе отказаться от внесения арендной платы, которая в соответствии со ст. 622 ГК РФ может быть истребована арендодателем при не возврате либо не своевременном возврате имущества арендатором. Изложенное позволяет сделать вывод о том, что арендодатель обязан подписать акт приема-передачи имущества, содержащий все существенные сведения о состоянии возвращаемого имущества. В противном случае, он создает условия для наступления неблагоприятных для себя последствий. 

     

     

    При наличии подписанного акта о возврате арендованного имущества арендатор, не покинувший помещение, может быть выселен только в судебном порядке. При этом оснований для предъявления не виндикационного, а какого-либо иного иска об освобождении арендованного имущества у арендодателя нет.

     

     

    В силу правил ст. 618 ГК РФ досрочное прекращение договора аренды влечет прекращение заключенного в соответствии с ним договора субаренды. Если после прекращения действия договора аренды субарендатор не освобождает занимаемое помещение, то предъявление иска к субарендатору о возврате имущества на основании норм, содержащихся в законодательстве об аренде невозможно, поскольку собственник и субарендатор не связаны между собой договором аренды.

     

     

    Пунктом 2 ст. 615 ГК РФ предусмотрена возможность передачи своих прав и обязанностей по договору аренды другому лицу (перенаем). При перенайме договор аренды не прекращает своего действия, происходит лишь перемена лиц в обязательстве. Правоотношения между прежним арендатором и арендодателем прекращаются. Если после перевода прав и обязанностей арендатора на новое лицо прежний арендатор не освобождает помещение, то предъявление иска на основании ст. 622 ГК РФ становится невозможным, так как отсутствует обязательное условие, предусмотренное данной нормой – прекращение договора аренды.

     

     

    При указанных обстоятельствах права собственника подлежат защите посредством виндикационного иска.

     

     

     

     

     

     



    [1] В дальнейшем указание на вещные права будет отсутствовать, кроме случаев, когда этого необходимо по смыслу.

     

     

    [2] Собрание законодательства РФ, 1994, №32, ст. 3301.

     

     

    [3] Савкин С.Ф. Споры, возникающие из правоотношений собственности и аренды (судебно-арбитражная

     

     

    практика) // Государство и право. 1997. №2. С. 69.

     

     

    [4] Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ, 1997, № 2, с. 43-45.

     

     

    [5] Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ, 1996, № 7, с. 61-62.

     

     

    [6] Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ, 1997, № 7, с. 100-101.