Юридические исследования - НЕЙТРАЛИТЕТ И НЕПРИСОЕДИНЕНИЕ. Б. В. ГАНЮШКИН (Часть 2) -

На главную >>>

Международное публичное право: НЕЙТРАЛИТЕТ И НЕПРИСОЕДИНЕНИЕ. Б. В. ГАНЮШКИН (Часть 2)


    Государства, провозгласившие политику неприсоеди­нения или принявшие статус нейтралитета, отказывают­ся вступать в организуемые империалистами военные блоки, предоставлять свою территорию под иностран­ные военные базы, проводят миролюбивую внешнюю политику. Тем самым государства, идущие по пути нейтралитета, расширяют зону мира, охватывающую страны, в которых живет более половины населения зем­ного шара.

    О  возникновении и развитии нейтралитета, его по­нятии и содержании, юридическом оформлении полити­ки нейтралитета и ее практическом осуществлении рас­сказывается в этой книге.


    Б. В. ГАНЮШКИН

    НЕЙТРАЛИТЕТ

    И НЕПРИСОЕДИНЕНИЕ

    ИЗДАТЕЛЬСТВО „МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ"
    Москва 1965

    ОГЛАВЛЕНИЕ

    Введение ..............................................................................................          3

    Возникновение и развитие нейтралитета...................................       5

    Политика нейтралитета ................................................................. 23

    Понятие и основное содержание политики нейтралитета              23

    Формирование основных принципов политики нейтрали­тета                           53

    Юридическое оформление политики нейтралитета . .                   87

    Постоянный нейтралитет .........................................................   111

    Понятие постояного нейтралитета . ....................................       111

    История развития постоянного нейтралитета ....              133

    Современные постоянно нейтральные государства .                      138

    Роль и место нейтралитета в современных международ­ных отношениях      181

    Нейтралитет я системе коллективной безопасности . . .               202

    Нейтралитет и обязательства государств по Уставу Лиги

    наций и Парижскому пакту 1928 года ......            202

    Нейтралитет в системе ООН........................................................ 210

    Заключение              230



    ПОСТОЯННЫЙ НЕЙТРАЛИТЕТ

    ПОНЯТИЕРПОСТОЯННОГОХНЕЙТРАЛИТЕТА

    Постоянный нейтралитет представляет собой слож­ный международно-правовой институт, окончательно сло­жившийся к началу XIX века. Наиболее известными при­мерами постоянно нейтральных государств являются Бельгия (1831 — 1919 гг.), Люксембург (1867—1944 гг.), Швейцария( с 1815 г.) и Австрия (с 1955 г.). Два послед­них государства являются постоянно нейтральными в настоящее время.

    Постоянный нейтралитет — это правовой статус госу­дарства, обязывающий его воздерживаться от войны, кроме случаев самообороны, а в мирное время проводить миролюбивую внешнюю политику, не участвовать, в воен­ных союзах и коалициях, не заключать соглашений, кото­рые могут вовлечь постоянно нейтральное государство в войну, укреплять дружбу с другими странами.

    Из этого определения вытекает, что постоянно нейт­ральное государство несет определенные обязательства . не только во время войны, но и в мирное время.

    Эту особенность постоянного нейтралитета неодно­кратно подчеркивали советские юристы. Так, проф. В. Н. Дурденевский дал следующее определение посто­янного нейтралитета: «Постоянный нейтралитет — со­стояние, имеющее значение и во время мира, — означает обязательство государства воздерживаться от войны, кро­ме случая самообороны от вооруженного нападения, и не вступать в военные союзы или в иные соглашения, могу­щие втянуть это государство в военный конфликт»4.


    К подобному выводу приходит п проф. Л. А. Моджо- рян, указывая, что «постоянно нейтральным является государство, принявшее на себя формальное обязатель­ство никогда не начинать войны, не участвовать в войне, воздерживаться от политики, могущей вовлечь его в вой­ну» *. Очевидно, что «воздерживаться от политики, могу­щей вовлечь его в войну», постоянно нейтральное госу­дарство должно п в мирное_время.

    Из определений постоянного нейтралитета некоторых юристов капиталистических стран также можно сделать заключение, что одной из особенностей этого статуса является то, что он имеет значение и в мирное время. Однако эта мысль не всегда формулируется достаточно четко. «Нейтрализованное государство, — по определе­нию, данному в курсе международного права Опиенгей- ма, — это государство, независимость и неприкосновен­ность которого на все будущее время гарантирована международным соглашением держав при условии, что такое государство само обязуется никогда не поднимать оружия против какого-либо другого государства, за исключением случаев обороны от нападения, и никогда не вступать в такие международные обязательства, кото­рые косвенно могли бы вовлечь его в войну».

    Содержащиеся в этом определении указания на то, что соглашение о постоянном нейтралитете имеет опреде­ленные последствия «на все будущее время», а постоян­но нейтральное государство обязуется.- «никогда» не вступать в соглашения, которые могут вовлечь его в вой­ну, дают основания считать, что данное определение не расходится с другими в том, что (Постоянный нейтралитет имеет значение и во время мира. Но сформулировано это недостаточно отчетливо. К тому же из этого опреде­ления можно сделать вывод, что постоянный нейтралитет может быть только гарантированным, а это не подтверж­дается ни теорией, ни практикой, поскольку постоянный

    Подпись: 113Наконец, есть юристы, которые считают едва ли не единственной целью установления постоянного нейтрали­тета того или иного государства избавление его-от учас­тия в воине в случае ее возникновения и закрытие терри­тории этого государства для операций воюющих сторон *.

    С этим нельзя согласиться, так как неучастие в-войне, и закрытие своей территории для военных действий может быть достигнуто и без принятия статуса посто­янного нейтралитета. Для этого достаточно просто оста­ться нейтральным во время войны.

    Отличие же постоянного нейтралитета от нейтралите­та во время войны [1] как раз и состоит в том, что постоян­но нейтральное государство в силу своего статуса обя­зано проводить соответствующую политику .постоянно, то есть как в военное время, так и во время мира.

    Не только неучастие в войне, но и политика нейтрали­тета во время мира есть прямая обязанность постоянно нейтрального государства. По объему и характеру меро­приятий, проводимых в ходе осуществления -политики нейтралитета, не может быть никакой разницы между постоянно нейтральным государством и странами, идущи­ми по пути неприсоединения. Но между ними всегда существует различие в том отношении, что неприсоедн- нившнеся страны проводят политику неприсоединения, как правило, лишь в силу одностороннего волеизъявле­ния[2], тогда как постоянно нейтральное государство про-' водит соответствующую политику в силу принятия постоянного нейтралитета на основе международного соглашения.

    Более обязывающий характер имеет постоянный ней-- тралитет и по сравнению с. нейтралитетом государств по договору о нейтралитете на случаи войны, так как такой договор связывает договаривающиеся государства лишь: в отношении друг друга и только в случае войны третьих стран против одной из договаривающихся сто­рон, а постоянный нейтралитет государства исключает его участие во всякой войне, кроме случая обороны от агрессин. ';1 1

    Эта особая юридическая обязательность постоянного нейтралитета является результатом его происхождения из договора, действие которого в принципе не ограничено во времени. В основе постоянного нейтралитета лежит меж­дународный многосторонний договор — соглашение госу­дарств об установлении постоянного нейтралитета, то есть статуса, имеющего значение как в военное, так и в мирное время[3]. Одностороннее провозглашение постоян­ного нейтралитета не может, разумеется, иметь тех по-| следствий, которые порождает статус постоянного ней­тралитета, основанный на международном договоре. Правда, другие государства, узнав о провозглашении Исландией постоянного нейтралитета, не предприняли каких-либо шагов, которые можно было бы истолковать как знак протеста или одобрения ими исландского ней­тралитета. Этот факт дает некоторые основания полагать, что все государства молчаливо согласились принять к сведению нейтралитет Исландии. Тем не менее вследст­вие отсутствия договора о постоянном нейтралитете Исландии у других государств не возникло в отношении нее каких-либо специальных прав или обязанностей, свя­занных с ее нейтралитетом, хотя в силу требований ос­новных принципов международного права все государст­ва должны были считаться' с желанием Исландии идти по пути нейтралитета.

    Таким образом, нейтралитет, провозглашенный Ис­ландией в 1918 году, был лишен международно-правово­го оформления в договоре, характеризующего статус постоянного нейтралитета.

    Исландия предприняла определенные практические
    меры, чтобы подтвердить свое намерение не участвовать в будущих военных конфликтах: ее -вооруженные силы были ограничены небольшим полицейским отрядом, а военного флота Исландия решила, вообще не иметь.

    После расторжения в 1944 году датско-исландской унии Исландия была провозглашена республикой. Что касается ее нейтралитета, то он не был подтвержден, хотя формально не был и отменен.

    Но если до 1949 года вопрос о нейтралитете Исландии мог еще считаться открытым, то после ее вступления в агрессивный Североатлантический блок вряд ли можно говорить даже о политике нейтралитета Исландии, а тем более о ее постоянном нейтралитете. Правда, Исландия по-прежнему не имеет своей армии и сама по себе не может угрожать кому бы то ни было, но на ее территории имеются американские военные базы и находятся амери­канские войска.

    Разумеется, следует учитывать, что Исландия — ма­лая страна, во многом зависящая от США и других парт­неров по Североатлантическому пакту, и ей трудно вый­ти из этой агрессивной организации, несмотря на то что широкие массы народа Исландии выступают за выход из этого блока. Выражая мнение подавляющего большинст­ва исландского народа, альтинг (парламент Исландии) 28 марта 1956 г. вынес решение о пересмотре договора 195i года с США, о нежелательности в мирное время пре­бывания иностранных войск в Исландии и о ликвидации военных баз на территории страны. Однако Соединенные Штаты, опираясь на определенные круги исландских консерваторов, добились отсрочки выполнения этого решения альтинга.

    Таким образом, в настоящее время, несмотря на борь­бу исландского народа против пребывания в стране войск и военных баз США, трудно говорить о нейтралитете Исландии.

    Пример Исландии наглядно показывает, что односто­ронняя декларация является недостаточной для создания прочного статуса постоянного, нейтралитета *.

    Односторонней декларацией государство может лишь провозгласить определенный внешнеполитический курс, имеющий известные политические последствия, но для того, чтобы создать юридический статус постоянного нейтралитета, необходим международный договор, сог­лашение между заинтересованными державами и госу­дарством, желающим быть постоянно нейтральным.

    Одного лишь желания государства, принимающего статус постоянного нейтралитета, недостаточно для дей­ствительного установления такого статуса. Для того что­бы постоянный нейтралитет был прочным, необходимо, чтобы остальные государства по меньшей мере признали, его и обязались уважать.

    Такое обязательство может'быть результатом соответ­ствующего международного договора.

    Допустить возможность установления постоянного нейтралитета путем односторонней декларации государ­ства,— значит, признать за этим государством право воз­лагать на другие страны определенные обязанности, вытекающие из статуса постоянного нейтралитета, без согласия этих стран.

    В международно-правовой доктрине преобладает точ­ка зрения, что постоянный нейтралитет может быть толь­ко результатом многостороннего соглашения заинтересо­ванных государств.

    «Постоянный нейтралитет...—писал Б. Нольде,— есть совокупность правоотношений, связывающих несколько государств и создающих права и обязанности, во-первых, для того государства, которое именуется постоянно ней­тральным, и, во-вторых, для других государств. Поэтому односторонним актом «объявления себя постоянно нейт­ральным», конечно, не может быть возложена на другие государства обязанность уважать этот нейтралитет и другие обязанности по отношению к нейтральному, а сле­довательно, им не может быть создано «постоянное ней­тральное государство» в собственном смысле слова» *.

    Из советских юристов, выступавших с работами по нейтралитету, также считающих, что постоянный нейтра­литет является результатом международного соглаше­ния, можно назвать, например, проф. Л. А. Моджорян *.

    Таким образом, по мнению большинства юристов, для установления статуса постоянного нейтралитета необхо­димо многостороннее .соглашение заинтересованных государств. Не менее существенным фактором в деле соз­дания статуса постоянного нейтралитета является и желание самого нейтрального государства принять и со­блюдать статус постоянного нейтралитета:

    Несмотря на то что отдельные юристы [4] считают вто­ростепенным вопрос о желании или нежелании данного государства принять статус постоянного нейтралитета, следует, по-видимому, признать, что честное соблюдение обязанностей, вытекающих из этого статуса, а следова­тельно, его прочность и практическое значение зависят в первую очередь от суверенной волн самого постоянно нейтрального государства. Если статус будет навязан государству против его желания, то оно будет стремить­ся изменить его тем или иным способом, что неизбежно приведет к нарушению постоянного нейтралитета самим этим государством. А так как постоянно нейтральное го­сударство не может изменить или отменить статус посто­янного нейтралитета без «согласия всех держав, подпи­савших договор» *, оно не должно тяготиться этим стату­сом, а это возможно лишь тогда, когда государство при­мет статус постоянного нейтралитета вполне добровольно.

    Навязывание постоянного нейтралитета какому бы то ни было государству .против его воли недопустимо с точ­ки зрения современного международного права и пред­ставляет собой грубое нарушение суверенного равенства государств, закрепленного в Уставе ООН.

    Статус постоянного нейтралитета предполагает опре­деленные права и обязанности как самого нейтрального государства, так и других стран по отношению к нему.

    В мирное время постоянно нейтральное государство обязано воздерживаться от участия в военных блоках и союзах, не допускать создания иностранных военных баз на своей территории, строить свои отношения с другими государствами таким образом, чтобы не давать повода к конфликтам с ними, развивать дружественные отно­шения со всеми странами.

    Постоянно нейтральное государство обязано следо­вать миролюбивой политике, если оно действительно желает, чтобы его нейтралитет был прочным и постоян­ным в истинном значении этого слова. «Государство, которое решило соблюдать нейтралитет в будущих кон­фликтах,— отмечал А. Морель, — должно всегда быть в состоянии это сделать. Оно не будет вступать в союзы, которые могли бы вовлечь его в пользу других в насту­пательную или оборонительную войну, оно будет избе­гать дипломатических интриг, которые во время мира имеют целыо подготовить или предотвратить войну»[5]. Однако, и это необходимо подчеркнуть, новое в совре­менном нейтралитете и заключается как раз в том, что постоянно нейтральное государств!» не только может, но и должно активно участвовать в благородной борьбе народов за мир, так как предотвращение войны является сейчас главной и важнейшей задачей всех истинно миро­любивых государств. Поэтому в настоящее время вполне правомерна дипломатическая деятельность нейтральных стран, имеющая целью предотвратить войну.

    Кроме того, постоянно нейтральное госз^дарство «не должно: укрывать лиц, ведущих подрывную деятельность против иностранного государства, участвовать в эконо­мических бойкотах и блокадах, направленных против иностранного государства, допускать в пределах своей территории пропаганду, имеющую целью вызвать нена­висть и вражду к иностранной державе и ее народу»[6].

    Ни в мирное, ни в военное время постоянно нейтраль­ное государство не имеет права пропускать через свою территорию войска иностранных государств или отряды иностранных граждан, следующие в другую страну для участия в войне или внутриполитических событиях, про­исходящих в этой стране. Территория постоянно ней­трального государства не может служить базой для орга­низаций, занимающихся формированием и отправкой за границу такого рода отрядов, террористических банд и т. п.

    Таким образом, обязанности постоянно нейтрального государства в мирное время не ограничиваются его от­казом от участия в военных блоках и от предоставления своей территории лод «иностранные военные базы. Оно обязано, кроме этого, проводит^ миролюбивую внешнюю политику в отношении всех стран, старательно избегая всего, что может вовлечь его в конфликт с другими дер­жавами. Это особенно важно . отметить потому, что в настоящее время, как это видно на «примере Австрии, рассматриваемом ниже, в определенных кругах некото­рых стран Запада наметилась тенденция считать посто­янный нейтралитет, по крайней мере в применении к Австрии, лишь «военным» нейтралитетом, то есть стату­сом, предусматривающим только обязанность не участ­вовать в войне, а в мирное время — в союзах военно­политического характера и не разрешать строительства иностранных военных баз на своей территории. Согласно этой точке зрения, никаких других обязательств статус постоянного нейтралитета не налагает. Такое ограничи­тельное толкование обязанностей постоянно нейтрального государства произвольно и противоречит современному пониманию нейтралитета.

    Особое.место занимает вопрос о заключении постоян­
    но нейтральным государством договоров о союзе с. дру­гими странами.

    : - • Участие постоянно нейтрального государства в агрес­сивных союзах и военно-политических группировках госу­дарств, имеющих наступательный характер, абсолютно исключено. На этот-счет не существует двух мнений.

    Сложнее решается вопрос о том, может ли постоянно нейтральное государство вступать в оборонительные сою­зы. Участие в таких союзах чревато серьезными опасно­стями для постоянно нейтрального государства, посколь­ку истинный характер того или иного союза не всегда легко определить.

    Это особенно справедливо в наши дни, так как в сов­ременной обстановке, когда народы всех стран все более настойчиво требуют мира и все решительнее выступают против войны, даже организаторы и вдохновители агрес­сивных блоков типа НАТО не решаются открыто гово­рить о захватнических целях и воинственных планах этих группировок, предпочитая называть их оборонитель­ными союзами, организациями по взаимному обеспечению безопасности входящих в них государств и т. п.

    В этих условиях постоянно нейтральное государство лучше всего может обеспечить сохранение своего стату­са и выполнение своих обязанностей по нейтралитету, воздерживаясь от участия во всякого рода оборонитель­ных союзах независимо от их действительного или пред­полагаемого характера.

    Однако из Х)бщего правила возможно исключение. Разновидностью оборонительного союза, в котором уча­стие постоянно нейтрального государства вполне допу­стимо, является договор о гарантии постоянного нейтра­литета данного государства.

    Оно может также заключать договоры о взаимной помощи, но лишь в том случае, если они предусматривают обязанность постоянно нейтрального государства высту­пить совместно с контрагентом 'по договору только тогда, когда нападение на другую договаривающуюся сторону срвершено через территорию постоянно нейтрального государства.

    Такой договор об оборонительном союзе не угрожает статусу постоянно нейтрального государства, ибо единст­венный случаи, когда оно в силу данного договора обяза­но вести военные действия, совпадает с самообороной
    этого государства, которая является , его неотъемлемым правом.

    Разумеется, участие самого постоянно нейтрального государства в вооруженной защите' своей территории или своего нейтралитета от посягательств агрессора, от напа­дения на нейтральное государство возможно лишь при наличии у него вооруженных сил, необходимых для обо­роны. Поэтому до самого последнего времени считалось бесспорным, что такое государство должно сохранять, правда в ограниченном объеме, вооруженные силы и вооружения для защиты своего нейтралитета, своей тер­ритории от нападения.

    Вместе с тем всегда признавалось, что вооружения и вооруженные силы постоянно нейтрального государства не должны превышать пределов, необходимых для обороны.

    В этой связи нельзя не отметить, что в последнее вре­мя в постоянно нейтральной Швейцарии и традиционно нейтральной Швеции раздаются настойчивые призывы к вооружению армий этих государств атомным оружием, якобы необходимым в современных условиях для «обо­роны» этих нейтральных государств. Эти призывы пред­ставляют собой угрозу нейтралитету, ибо атомное воору­жение несовместимо с нейтралитетом.

    «В самом деле, обязанность поддерживать дружеские н, во всяком случае, мирные отношения с другими стра­нами трудно совместима с вооружением «до зубов» и с принятием на вооружение новых, особо жестоких видов оружия, в особенности тех, которые в международном порядке указаны как .подлежащие исключению из нацио­нальных вооружений. Примером такого оружия, принци­пиально осужденного в международном порядке, являет­ся в первую очередь атомное оружие» Ч

    Не случайно ст. 13 Государственного договора с Авст­рией запрещает этому постоянно нейтральному государ­ству производить и испытывать любые виды атомного оружия.

    В отношении других нейтральных государств специаль­ного договора на этот счет нет'. Однако следует подчерк­нуть, что вооружение ядерным оружием несовместимо с нейтралитетом любого государства.

    Ссылки на то, что атомное оружие будто бы необходи­мо для обороны нейтральных государств, явно несостоя­тельны. Обладание ядерным оружием не только не укре­пило бы безопасность нейтрального государства, но, на­против, усилило бы опасность полного уничтожения такого государства в результате ответного ядерного уда­ра. Подавляющее большинство нейтральных государств, во всяком случае все постоянно нейтральные государст­ва,— это малые страны. Поэтому применять ядерное ору­жие для обороны на своей территории для них было бы равносильно самоубийству. К тому же малые нейтраль­ные страны по своим экономическим ресурсам, по своему военно-промышленному потенциалу ■никак не могут сопер­ничать с великими державами, не могут состязаться с ними в деле создания арсеналов ядерного оружия. Того небольшого количества атомных или водородных бомб, которое могут позволить себе иметь нейтральные государ­ства, было бы явно недостаточно для сколько-нибудь дли­тельного участия в ядерной войне, если бы такую войну не удалось предотвратить. В то же время и одной атом­ной бомбы достаточно для того, чтобы вызвать мировой ядерный пожар и навлечь на'себя ответный ядерный удар большой мощности. Для этого вовсе не обязательно, что­бы безответственные государственные деятели отдали приказ о начале ядерной войны, она может вспыхнуть в результате случайности, И не в интересах нейтральных государств, провозгласивших нейтралитет в целях укреп­ления мира, увеличивать эту опасность путем производ­ства или приобретения ядерного оружия и тем самым —- расширения числа государств, обладающих им.

    К тому же большинство малых нейтральных стран, по-видимому, не сможет производить свое собственное ядерное оружие и было бы вынуждено приобретать его в других странах. В результате этого такие нейтральные государства могли бы попасть в зависимость от госу­дарств, поставляющих им это оружие-, оказаться втяну­тыми в военные блоки, а это означало бы конец нейтра­литета.

    Эти и многие другие обстоятельства, связанные с об­ладанием ядерным оружием, позволяют сделать вывод, что такое оружие не привело бы к укреплению безопас­ности нейтральных государств, но подорвало бы их ней­тралитет, независимость, легло бы тяжелым экономичес­ким бременем на народы этих государств.

    К счастью, сторонники атомного вооружения ней­тральных стран встречают решительный отпор не только со стороны широких народных масс, но и со стороны здравомыслящих представителей правящих кругов ней­тральных государств.

    Примером такого отпора могут служить внешнеполи­тические дебаты в шведском риксдаге в апреле 1964 года. В зачитанной перед началом дебатов правительственной декларации подчеркивалось большое 'Положительное зна­чение многолетней политики нейтралитета Швеции, отме­чалось достигнутое в последнее время известное смяг­чение международной напряженности, явившееся следст­вием заключения Московского договора о запрещении ядерных испытаний в трех сферах, достижения соглаше­ния между СССР и США о запрещении вывода на орби­ту в космосе объектов с ядерным оружием на борту и других мер по оздоровлению международной обстановки.

    Вместе с тем шведское правительство отмечало необ­ходимость дальнейших усилий по решению важнейших международных проблем, в первую очередь достижению прогресса в области разоружения.

    Важнейшей задачей, по мнению шведского прави­тельства, является предотвращение дальнейшего распро­странения ядерного оружия, вооружения этим оружием армий государств, которые его не имеют. Это особенно подчеркивалось в декларации, содержавшей заверение в том, что шведское правительство, как и прежде, будет содействовать достижению эффективных международных соглашений, которые-воспрепятствовали бы дальнейшему распространению ядерного оружия.

    Именно эта часть правительственной декларации вызвала возражение у лидеров оппозиционных буржуаз­ных партий, и прежде всего-у лидера правых Хекшера'.

    Однако эта позиция правых встретил;, отпор шведской общественности, выступающей за мир и нейтралитет Швеции, против распространения ядерного оружия на другие страны, против собственной шведской атомной бомбы.

    Если даже в-Швеции,- политика нейтралитета кото­рой не-получила закрепления'в международном догово­ре, хотя и является традицией, получившей всемирное признание,, преобладает мнение, что атомная бомба не­совместима с политикой нейтралитета, политикой непри­соединения, с миролюбивым внешнеполитическим курсом Швеции, то для постоянно нейтральных государств эта истина, казалось бы, должна быть непреложной. Однако пример постоянно нейтральной Швейцарии показывает, что в ее правящих кругах существует иное,- опасное для нейтралитета и самого существования Швейцарии мнение.

    Еще 11 июля 1958 г. Федеральный совет Швейцарии официально заявил о том, что он принял решение о воо­ружении швейцарской армии атомным оружием[7]. Встре­тившись с решительным сопротивлением значительной части населения Швейцарии, швейцарские правящие кру­ги были вынуждены отложить (претворение в жизнь реше­ния об атомном вооружении швейцарской армии. Против­ники атомного оружия, сторонники мира Швейцарии по­требовали проведения референдума, всенародного опро­са, который должен был определять позицию населения Швейцарии по вопросу об атомном оружии. Спекулируя на приверженности швейцарцев к нейтралитету, уверяя их в'том, что пренебрежение атомным вооружением по­ставило бы нейтралитет под угрозу, правящие круги Швейцарии на референдуме, проведенном 26 мая 1963 г., сумели добиться большинства, хотя противники атомного вооружения собрали внушительное число голосов — 273 тыс.[8].

    Несмотря и а то что правящим кругам удалось собрать большинство голосов на референдуме,' планы оснащения швейцарской армии атомным оружием не стали менее опасными для мира и нейтралитета Швейцарии.

    Очевидно, что нейтральное государство не может быть заинтецесованным в наращивании гонки вооруже­ний и приобретении пли производстве ядерного оружия. Путь к наилучшему обеспечению безопасности нейтраль­ного государства — это укрепление всеобщего мира, пре­творение в жизнь принципов мирного сосуществования, осуществление всеобщего и полного разоружения под строгим международным контролем.

    В деле достижения этих благородных целей постоян­но нейтральные государства могут сыграть положитель­ную роль.

    В этой связи .представляет определенный интерес «план Тирринга», родившийся в постоянно нейтральной Австрии. Этот план выдвинул в декабре 1963 года про­фессор Венского университета доктор Г. Тпрринг[9]. На пресс-конференции в Вене 12 декабря 1963 г. он предло­жил свою программу действий, направленных на разряд­ку международной напряженности и практическое осу­ществление разоружения.

    Сущность «плана Тирринга» состоит в том, что посто­янно нейтральная Австрия по своей собственной инициа­тиве проведет полное разоружение и будет объявлена Организацией Объединенных Наций примером государ­ства, подтверждающего возможность разоружения и мирного сосуществования.

    По «.плану Тирринга» Австрия после консультаций с шестью соседними странами и державами, подписавши­ми Государственный договор [10], заявит о полном роспуске

    своих вооруженных сил и установлении контроля ООН на следующих условиях:

    Т. Шесть граничащих с Австрией государств под­твердят, что они не имеют территориальных .претензий к Австрии м рассматривают ее гранадцы как непрекосновен- ные. Одновременно они отведут свои войска на опреде­ленные согласованные расстояния от австрийской гра­ницы.

    2.    США, Англия и Франция используют свое влияние для того, чтобы со стороны стран — участниц НАТО не предпринимались какие бы то ни было действия, направ­ленные против Австрии. Аналогичное обязательство возь­мет на себя Советский Союз по отношению к государст­вам— участникам Варшавского договора.

    3.    После получения таких гарантий Австрия станет полностью разоружившимся государством. На границах Австрии будут учреждены лишь невооруженные кон­трольные посты ООН, которые в случае нарушения австрийской границы будут информировать об этом Совет Безопасности [11].

    Проф. Тирринг заявил, что он предложил свой план как австрийский патриот, твердо убежденный в том, что ■претворение этого плана в жизнь значительно повысит безопасность нейтральной Австрии, а высвободившиеся после роспуска армии средства в сумме примерно 4 млрд. шиллингов можно будет направить на решение неотлож­ных социальных и культурных проблем.

    По мнению проф. Тирринга, примеру Австрии могли бы последовать и другие страны Европы, не вхо­дящие в военные блоки и группировки великих держав: Швейцария, Швеция, Финляндия, Ирландия.

    «План Тирринга» вызвал в Австрии широкие положи­тельные отклики. «Осуществление предложений проф. Тирринга, —- указывалось в резолюции пленума ЦК КПА, состоявшегося в январе 1964 года, — явилось бы значительным шагом на пути к миру в международ­ном масштабе; оно лучше обеспечило бы безопасность и , нейтралитет Австрии, нежели это когда-либо был в со­стоянии сделать бундесхеер»[12].

    «План Тирринга» свидетельствует о том, что в кругах прогрессивной общественности нейтральных стран креп­нет сознание того, что безопасность нейтрального госу­дарства может быть обеспечена лишь на путях мира, мирного сосуществования, разоружения, на основе стро­гого соблюдения международных договоров и согла­шений.

    Само собой разумеется, что участие постоянно ней­трального государства в международных договорах, на­правленных на укрепление его безопасности путем гаран­тий независимости, территориальной целостности и ней­тралитета этого государства другими державами, вполне допустимо.

    Что касается договоров и соглашений по вопросам экономических, торговых и культурных связей постоян­но нейтрального государства с другими странами, то они могут быть весьма широкими.

    Более того, постоянно нейтральное государство не только имеет право, но и должно, если хочет, чтобы его нейтралитет был действительно постоянным, развивать торговые, культурные и иные дружественные связи с дру­гими странами. Оно имеет право обратиться к какому- либо государству с просьбой об оказании ему экономи­ческой или технической помощи. Однако государство, предоставляющее помощь, не может при этом выстав­лять каких-либо условий, которые угрожали бы незави­симости и нейтралитету постоянно- нейтрального госу­дарства.

    Вообще следует отметить, что обязанности государств, признающих или, тем более, гарантирующих постоянный нейтралитет *, в мирное время не ограничиваются тем, что они должны воздерживаться от вовлечения постоян­но нейтрального государства в военные блоки и от созда­ния баз на его территории. Все государства обязаны так­же избегать того, чтобы ставить постоянно нейтральное государство в зависимое положение с помощью экономи­ческих или иных соглашений. Поэтому постоянно ней­тральному государству нельзя навязывать неравноправ­ные договоров а Постоянно центральное государство со своей стороны, принимая экономическую помощь от других государств, обязано следить за тем. чтобы не оказаться в той или иной зависимости от оказывающего помощь государства н т-. д..

    Короче говоря, для того чтобы быть действительно постоянно нейтральным, государство должно быть под­линно независимым[13].

    В международном праве считается общепризнанным, что, сохраняя небольшие вооруженные силы для само­обороны, постоянно нейтральное государство ни в мнр- к-ое, ни в военное время ни под каким предлогом по своей инициативе или в своекорыстных целях не имеет права посылать свои войска в другие страны, независимо от характера происходящих.там событий[14].

    В случае возникновения войны постоянно нейтраль­ное государство обязано соблюдать строгий нейтралитет в отношении всех воюющих. Постоянно нейтральному государству в силу его статуса запрещается участвовать в войне в какой бы то ни было форме и оказывать воюю­щим помощь в том или ином виде. При этом постоянно нейтральное государство обязано не только не принимать .участие в войнах третьих государств между собой, но и само не должно начинать военные действия против како­го-либо государства независимо от того, находится ли данное государство в состоянии войны с другими страна­ми или нет.

    Отличне-постоянного нейтралитета от нейтралитета в случае определенной войны именно в том и состоит, что

    постоянно нейтральное государство не имеет права уча­ствовать ни в какой воине, кроме оборонительной, когда она совпадает с индивидуальной самообороной.

    Воюющие со своей стороны обязаны воздерживать­ся от нарушений постоянного нейтралитета в какой бы то мн было форме, а постоянно нейтральное государство имеет право требовать от воюющих соответствующего поведения.

    > Постоянно нейтральное государство обязано принять | все зависящие от него меры и употребить все имеющне- ся в его распоряжении средства', для того чтобы предот­вратить нарушение своего нейтралитета. Оно обязано препятствовать ведению воюющими военных операции на его территории, включая и территориальные воды, должно интернировать воинские части воюющих, оказав­шиеся на его территории, и т. д. j Следует отметить, что в целом права и обязанности постоянно нейтрального государства т,о 'время войны определяются теми же нормами международного права, которые регулируют отношения между воюющими сто­ронами и государствами, нейтральными лишь в данной воине, но постоянный нейтралитет пользуется особой правовой защитой. Постоянно нейтральное государство может обратиться за помощью к другим странам в слу­чае нарушения его нейтралитета и вправе рассчитывать на та^кую помощь.

    В зависимости от того, обязаны ли те пли иные дер­жавы оказать такую помощь постоянно нейтральному государству или это предоставлено на их усмотрение, постоянный нейтралитет может быть, гарантированным или признанным.

    Признание постоянного нейтралитета означает, что признающее государство принимает к сведению установ­ление постоянного нейтралитета данного государства. Такое признание нейтралитета обязывает признавшее государство уважать этот нейтралитет и не нарушать его .как во время войны, воздерживаясь от нападения на постоянно нейтральное государство или иным способом, так и во время мира, не пытаясь вовлечь это государство в военный союз, не добиваясь его согласия на строитель-

    ство своих военных баз на его территории, не навязывая ему ка-бальиых договоров и т. д.

    'Признавая постоянный нейтралитет, государство не предопределяет заранее своей позиции б случае наруше­ния этого нейтралитета другими странами, оно обещает только, что само не нарушит постоянного нейтралитета, который оно признало !.

    Когда же государство гарантирует постоянный нейт­ралитет, оно ие только - признает и со своей стороны обещает уважать этот нейтралитет, но и принимает обя­зательство «заставлять признавать постоянный нейтра­литет»[15] данного государства.

    В мирное время гаранты более чем какие бы то ни было другие государства обязаны уважать независи­мость и суверенитет постоянно нейтрального государст­ва. Практически это должно находить выражение в том, что гаранты поддерживают с этим государством дру­жественные отношения, развивают с 'ним торговые и культурные связи, учитывая в своих отношениях с этим государством его постоянный нейтралитет.

    Если же лгостояи'но нейтральное государство укло­няется от выполнения своих обязанностей по нейтрали­тету, то гаранты и другие заинтересованные державы могут обратить внимание этого государства на недопу­стимость одностороннего изменения или отмены статуса, установленного многосторонним международным дотово- ром, и использовать имеющиеся в их распоряжении средства, кроме применения силы или угрозы силой, для того чтобы не допустить отмены статуса постоянного нейтралитета без согласия всех заинтересованных госу­дарств.

    С другой стороны, в случае возникновения угрозы нарушения нейтралитета постоянно нейтрального госу­дарства или нападения на это государство гаранты обя­заны принять меры по предотвращению такой угрозы[16].

    Если же предотвратить нарушение постоянного ■нейт­ралитета мирными средствами не удается, то гаранты обязаны прийти на помощь государству, постоянный нейтралитет которого они гарантируют.

    Постоянно нейтральное государство имеет право тре­бовать от гарантов оказания необходимой помощи, и в этом находит свое выражение особая защита постоян­ного нейтралитета, которой не имеет нейтралитет на слу­чаи лишь данной войны. Следует отметить, что обраще­ние за помощью к гарантам является именно правом, но не обязанностью постоянно нейтрального государст­ва. Если оно может отразить угрозу’нападения своими силами, то оно может и не прибегать к помощи гарантов.

    Однако просьба постоянно нейтрального государства

    о  помощи не является непременным условием ее предо­ставления. В отдельных случаях гаранты обязаны ока­зать помощь постоянно нейтральному государству и без его просьбы[17]. Это возможно, например, тогда, когда это
    государство по тем или иным причинам лишено возмож­ности направить гарантам просьбу о помощи, а также когда правительство постоянно нейтрального государст­ва перешло на сторону агрессоров и «само содействует растерзанию своей страны»[18]. Вместе с тем необходимо помнить о том, что .безоговорочное утверждение относи­тельно того, что гаранты обязаны и имеют право вмеши­ваться с целью оказания помощи постоянно нейтраль­ному государству без его просьбы об этом, открывало бы, при желании, широкие возможности для произвола гарантов ,в этом вопросе. Поэтому к каждому такому случаю, когда просьба о помощи отсутствует, следует подходить с учетом конкретно-исторической обстановки, а вмешательство под видом помощи, несмотря на про­тест законных органов или представителей постоянно нейтрального государства, следует считать безусловно запрещенным.

    Что касается мер, к которым могут прибегать гаран­ты, оказывая помощь постоянно нейтральному государ­ству, если его нейтралитет нарушен, то гаранты, по-види­мому, ограничены в выборе этих мер только требования­ми общепризнанных норм международного права. При этом в определенных случаях, предусмотренных в на­стоящее время Уставом ООН, гаранты могут предпри­нимать и военные действия, против агрессора, нарушаю­щего постоянный нейтралитет.

    Нельзя не отметить, что слабой стороной гарантий является то, что гаранты далеко не всегда выполняют свой обязательства по отношению к постоянно нейтраль­ному государству. Поэтому, для того чтобы эти гарантии были прочными, необходимо, чтобы соответствующие обязательства по гарантии статуса постоянного нейтра­литета принимались гарантирующими государствами вполне добровольно и чтобы государства-гаранты не­укоснительно соблюдали один из важнейших принципов международного права — pacta sunt servanda, требую­щий от всех государств выполнения обязательств, при­нятых ими на себя по договору.

    В числе других проблем, относящихся к постоянному нейтралитету и вызывающих разногласия, обычно рас-

    сматрнвается вопрос о том, может ли постоянно нейт­ральное государство уступать часть своей территории другому государству, приобретать но-вые территории, а также вступать в различного рода объединения госу- | дарств: унии, конференции и федерации.

    Эти вопросы могут быть решены в каждом отдельном случае лишь с учетом- всех конкретно-исторических об­стоятельств. Однако общим правилом является запре­щение таких действий, которые привели бы к уничтоже- I шпо постоянно нейтрального государства как субъекта I международного права или к потере им независимости. | • Кроме того, следует иметь в виду, что всякие изменения | пли отмена статуса постоянного нейтралитета возмож- I ны только с согласия всех заинтересованных государств | иди по меньшей мере тех государств, которые подписа­ли договор или 11 ной документ, устанавливающий статус [- постоянного нейтралитета данного государства. По-ви- I днмоаду, нет оснований считать, что и всякие объедине­ния постоянно нейтрального государства с другими ! государствами являются для него безусловно запрещен- ! ными. При определенных обстоятельствах постоянно р нейтральное государство, очевидно, может 'войти в кон- | федерацию или иным образом объединиться с другими I государствами, имеющими тот же статус, но при этом I должны быть соблюдены как минимум два важнейших ? условия: согласие заинтересованных государств и сохра­нение статуса постоянного нейтралитета вступающего в объединение государства.

    |             Таким образом, постоянный нейтралитет — это пра-

    I вовое состояние государства, особый статус, порождаю- I щий определенные права и обязанности.

    государств, имели место и ранее, но эти попытки далеко не всегда удавалось осуществить

    Хронологически первым постоянно нейтральным го­сударством был вольный город Краков, постоянный нейтралитет которого был установлен актом от 21 апре­ля (3 мая) 1815 г. Практически же статус постоянного нейтралитета впервые был разработан для Швейцарии, хотя окончательное оформление ее постоянного нейтра­литета было завершено лишь 20 ноября 1815 г.

    Провозглашая Краков постоянно нейтральным, вели­кие державы уже имели перед собой образец этого ста­туса, выработанный для Швейцарки. Поэтому первым и классическим постоянно нейтральным государством все же принято считать Швейцарию.

    Говоря о постоянном нейтралитете города Кракова, следует отметить, что при его установлении отсутствова­ло какое бы то «и было желание самого города стать постоянно нейтральным. Краков «.вполне пассивно и рав­нодушно ожидал я 1815 году определения, кому из госу­дарств, имевших возможность произвести новый раздел Польши, он достанется в числе других польских зе­мель»[19]. Постоянный нейтралитет Кракова был порожде­нием противоречий между государствами, производив­шими раздел Польши после разгрома Наполеона. В ре­зультате того, что Австрия, Пруссия и Россия не могли договориться между собой о том, кому должен принад­лежать Краков, было решено, что город останется неза­висимым и примет статус постоянного нейтралитета. Основными характерными чертами постоянного нейтра­литета Кракова были гарантии великих держав и зависи­мость от нейтралитета самого существования вольного города Кракова как независимого государства. Интересно отметить и еще одну особенность постоянного нейтрали­тета Кракова, состоявшую в том, что, помимо прочих обязанностей, вытекающих из статуса 'постоянного нейт­ралитета, Краков-был обязан выдать трем великим дер­жавам любое частное лицо из числа их подданных, винов­ное в государственном преступлении против одной из этих, держав, совершенном на территории вольного города.

    В 1846 году Краков, с согласия Пруссии и России, был присоединен к Австрии.

    Значительно более продолжительным оказался посто­янный 'нейтралитет Бельгии и Люксембурга. Это.объяс­няется тем, что 'в данном случае постоянный нейтралитет был основан как на соглашении великих держав, таи и на суверенной воле самого государства, принимающего статус постоянного нейтралитета.

    Бельгия до получения ею независимости и установле­ния статуса постоянного нейтралитета была частью Голландии. В конце 1830 года бельгийские провинции подняли восстание и провозгласили независимость.

    Лондонский трактат, подписанный в ноябре 1831 года Австрией, Англией, Бельгией, Пруссией, Россией и Фран­цией, провозгласил независимость и постоянный нейтра­литет Бельгии ', гарантированный пятью другими участ­никами этого договора.

    Постоянный нейтралитет Бельгии просуществовал до первой мшровой войны, во время которой он был нарушен Германией. Подчеркивая неправомерность этого акта, В. И. Ленин писал: «Германские империалисты бесстыд­но нарушили нейтралитет Бельгии, как делали всегда и везде воюющие государства, попиравшие в случае надоб­ности все договоры и обязательства»[20].

    Послевоенные договоры юридически оформили пре­кращение постоянного нейтралитета Бельгии.

    В годы второй мировой войны Бельгия пыталась ос­таться нейтральной, но ее нейтралитет, провозглашенный на этот раз лишь в отношении данной войны, был вновь нарушен Германией.

    10 мая 1940 г. Бельгия объявила войну Германии, а 20 декабря 1941 г.— Японии, став одним из воюющих государств.

    В настоящее время Бельгия входит в агрессивный Североатлантический пакт.

    Постоянный нейтралитет Люксембурга был установ­лен Лондонским договором от 11 мая 1867 г. Статья 1 этого договора постановляла:

    «Великое герцогство Люксембургское, в границах, определенных актом, приложенным к договорам -19 апре­ля 1839 г., под гарантией Великобритании, Австрии, Франции, Пруссии и России отныне будет постоянно ней­тральным государством. Оно будет обязано соблюдать нейтралитет в равной степени по отношению ко всем другим государствам. Высокие договаривающиеся сторо­ны принимают на себя обязательство уважать принцип постоянного нейтралитета, предусмотренный настоящей статьей. Этот принцип охраняется и 'будет охраняться коллективной гарантией держав, подписавших настоя­щий договор, за исключением Бельгии, которая сама яв­ляется нейтральным государством»

    Содержание приведенной статьи имеет чрезвычайно важное значение как для понимания характера постоян­ного нейтралитета Люксембурга, так и для уяснения от­дельных черт статуса постоянного нейтралитета вообще.

    Указание на то, что Люксембург будет обязан выпол­нять обязанности по нейтралитету <в равной степени по отношению ко всем другим государствам» [21], свидетельст­вует о том, что статус постоянного нейтралитета связыва­ет определенным образом постоянно нейтральное госу­дарство в отношении не только держав, подписавших договор, но и всех остальных государств.

    По ст. 2 договора нейтралитет Люксембурга объяв­лялся вечным, постоянным и был гарантирован велики­ми державами.

    В отличие от индивидуальной или простой гарантии бельгийского постоянного нейтралитета гарантия, дан­ная Люксембургу, была коллективной. Это означало, что каждый из гарантов был обязан выступить на помощь Люксембургу в случае нарушения его нейтралитета лишь при условии совместных действий остальных гарантов. Оказывать Люксембургу помощь - отдельно от других каждый гарант имел право, но не был обязан.

    Такой характер гарантий особенно подчеркивала Анг­лия, которая не была заинтересована в‘защите нейтрали­тета Люксембурга. Выступая 14 июня 1867 г. в палате общин, лорд Стэнли заявил: «Гарантия, данная ныне, является исключительно коллективной. Это важное от­личие; оно означает, что в случае нарушения нейтралите­та все державы, подписавшие договор, могут быть при­званы к коллективным действиям. Но никакая из этих держав не может быть призвана действовать одна или отдельно».

    Еще более определенно высказался на этот счет 4 июля 1867 г. лорд Дерби, бывший тогда премьер- министром Англии. «Простая гарантия,— пояснил он,— обязывает каждого участника договора индивидуально сделать все возможное для того, чтобы настоять на вы­полнении гарантий. Коллективная гарантия обязывает всех участников совместно, но если возникает расхожде­ние во мнениях, ни от одного из гарантов нельзя требо­вать, чтобы он взял на себя задачу восстановления ней­тралитета силой оружия».

    Различие между индивидуальной и коллективной га­рантией нельзя толковать в том смысле, что при коллек­тивной гарантии каждый из гарантов должен бездейст­вовать, дожидаясь выступления других. Напротив, гаран­ты должны побуждать друг друга к совместным дейст­виям, а если это не удается, могут оказать нейтральному государству помощь и по своей инициативе, хотя они к этому и не обязаны. Если же понимать коллективную гарантию как круговую поруку, дающую гарантам воз­можность, ссылаясь друг на друга, уклоняться от выпол­нения принятых ими на себя обязательств -по отношению к постоянно нейтральному государству, то такая гаран­тия лишается всякого значения, так как в этом случае роль гарантов сводится к тому, что они лишь уважают и не нарушают постоянный нейтралитет, а это — обязан­ность всех государств, даже тех, которые не гарантирова­ли постоянный нейтралитет.

    Постоянный нейтралитет Люксембурга, так же как и

    Бельгии, в 1914 году был нарушен Германией и факти­чески перестал существовать. Однако Люксембург, вступая в Лигу наций, заявил, что считает свой постоян­ный нейтралитет сохраняющим силу, и просил поставить его нейтралитет под гарантию Лиги при условии, что Люксембург будет освобожден от обязанностей по. Уста­ву Лиги наций, несовместимых с его нейтралитетом. Позднее Люксембург снял эту оговорку и 16 декабря 1920 г. был принят в Лигу наций.

    23 апреля 1923 г. в ноте, направленной Лиге наций, Люксембург вновь заявил, что договор 1867 года остает­ся в силе и Люксембург является постоянно нейтраль­ным государством.

    Но если даже и считать Люксембург нейтральным в этот период, то это был односторонне провозглашенный нейтралитет, поскольку другие державы не .подтвердили сохранения в силе договора 1867 года. Такой нейтрали­тет не имел юридических последствий, которые порожда­ет постоянный нейтралитет.

    В годы второй мировой войны нейтральный Люксем­бург подвергся вторжению немецких войск, а 21 декабря 1944 г. официально отказался от статуса постоянного нейтралитета, что не вызвало возражений других держав.

    Сейчас Люксембург, как и Бельгия, является участ­ником Североатлантического блока,, агрессивный харак­тер которого хорошо известен.

    Таковы важнейшие примеры постоянного нейтралите­та прошлого.

    СОВРЕМЕННЫЕ ПОСТОЯННО НЕЙТРАЛЬНЫЕ ГОСУДАРСТВА

    Двумя современными постоянно нейтральными госу­дарствами являются Швейцария и Австрия.

    Швейцария считается классическим примером посто­янно нейтрального государства, в истории которого тра­диции нейтралитета имеют глубокие корни [22].

    Однако до 1815 года можно говорить лишь о нейтра­литете Швейцарии в большинстве войн того времени и
    о желании Швейцарии стать постоянно нейтральной страной.

    Следовательно, статус постоянного нейтралитета Швейцарии, выработанный.в 1815 году, был качествен­но новым 'правовым состоянием, не существовавшим до этого времени в практике государств.

    Вопрос о судьбе нейтралитета Швейцарии был по­ставлен в 1815 году,'в период завершения борьбы союз­ных держав против Наполеона..

    В Шомонском договоре от 17 февраля (1 марта) 1815 г. великие державы заявили о своем решении вос­становить независимость Швейцарии, фактически нару­шенную Наполеоном, а также гарантировать ее..Послед­нее обстоятельство особенно важно отметить, так как именно в Шомонском договоре впервые говорится о га­рантиях великих держав, предоставляемых Швейцарии.

    16 января 1815 г. в протоколе комитета Венского кон­гресса по швейцарским делам был впервые в между­народном праве употреблен термин «постоянный ней­тралитет».

    «Союзные державы,— говорилось в этом протоколе,— обязались признать и заставлять признавать в эпоху все­общего замирения постоянный нейтралитет Швейцарско­го Союза» *. Большое значение для включения этих поло­жений в заключительный акт Венского конгресса имела позиция представителей Швейцарии, которые настаивали на признании швейцарского нейтралитета.

    20 марта 1815 г. Австрия, Великобритания, Испания, Португалия, Пруссия, Россия, Франция И Швеция подпи­сали декларацию, в которой признали необходимость установления .постоянного нейтралитета Швейцарии, отве­чающего как ее собственным интересам, так и интересам других держав-. В декларации указывалось, что, как толь­ко швейцарский сейм присоединится к ней, заинтересо­ванные державы новым актом признают и гарантируют постоянный нейтралитет Швейцарии. 27 мая 1815 г. швей­царский сейм присоединился к'указанной декларации, но признание .постоянного нейтралитета Швейцарии и пре­доставление ей гарантий пришлось отложить в связи с возвращением Наполеона.

    После окончательной победы над Наполеоном заинте­ресованные державы вновь вернулись к вопросу о ней­тралитете Швейцарии. 8(20) ноября 1815 г. Австрия, Франция, Великобритания, Россия, Португалия и Прус­сия подписали Акт относительно признания и гарантии постоянного нейтралитета Швейцарии и неприкосновен­ности ее территории *.

    Подписавшие акт державы заявили в нем, что они «торжественно признают всегдашний нейтралитет Швей­царии и ручаются в целостности и неприкосновенности владений ее в новых пределах» [23].

    Таким образом, постоянный нейтралитет Швейцарии был не только признанным, но и гарантированным. Сло­ва «ручаются в целостности и неприкосновенности владе­ний» Швейцарии нельзя толковать в том смысле, что гарантируется лишь территориальная неприкосновен­ность Швейцарии, а ее нейтралитет только признается. Само название акта от 8(20) ноября 1815 г. показывает, что речь идет о признании и гарантии как постоянного нейтралитета Швейцарии, так и неприкосновенности ее территории.

    На то, что актом гарантируется не только постоянный нейтралитет, являющийся более широким понятием, чем территориальная неприкосновенность постоянно нейт­рального государства, указывает и следующее поло­жение названного документа: «Державы, подписав­шие декларацию 8(20) марта, признают торжественно через сей акт, что интересы европейской политики требу­ют нейтралитета, неприкосновенности Швейцарии и неза­висимости ее от всякого чуждого влияния»[24].

    В этом положении чрезвычайно важна мысль о том, что Швейцария должна быть независимой и свободной от всякого иностранного влияния[25].

    Следует отметить также указание на то, что нейтра­литет Швейцарии был установлен в интересах «европей­ской политики». Конечно, цели, преследуемые различны­ми европейскими державами при создании постоянного нейтралитета Швейцарии, были неодинаковы. Но можно выделить две общие задачи, которые имели перед собой государства, 'признавшие и гарантировавшие постоянный нейтралитет Швейцарии. Во-первых, великие державы, учитывая важное стратегическое положение Швейцарии, хотели создать в лице Швейцарии буферное государство, существование которого делало бы менее вероятными столкновения европейских государств друг с другом. Во- вторых, и это главное, монархические государства Евро­пы стремились использовать нейтральную Швейцарию в качестве преграды, которая должна была защитить Юж­ную Германию и Австрию от проникновения революцион­ных идей из Франции и Италии. По плану держав — чле­нов Священного союза, и в первую очередь Австрии, Швейцария «должна была представлять собой плотину против революционного прибоя». С этой точки зрения по­стоянный нейтралитет Швейцарии был весьма выгоден для великих держав. «Бесспорно, — писали Маркс и Эн­гельс в 1853 году, — Меттерних и Гизо не раз могли вос­кликнуть: „Если бы Швейцарии не было, ее нужно было бы выдумать"» !.

    Но нейтралитет был выгоден и Швейцарии, которая добровольно приняла статус постоянного нейтралитета, соответствовавший ее интересам и стремлениям.

    Следовательно, можно с полным основанием утверж­дать, что постоянный нейтралитет Швейцарии основан как на многостороннем международном договоре [26], так и

    на суверенной воле самой Швейцарии. Поэтому, хотя сама Швейцария и'не подписала акта 8(20) ноября 1815 г., он является для нее обязательным, точно так же как и для держав, подписавших этот документ.

    Таким образом, постоянный нейтралитет Швейцарии имел договорный характер, опираясь в. то же время на суверенную волю самой Швейцарии. Постоянный нейтра­литет Швейцарии гарантировался великими державами и был вооруженным, что означало, что Швейцарии было предоставлено право иметь войска для защиты нейтра­литета. Гарантия постоянного нейтралитета Швейцарии была индивидуальной, или-простой, то есть обязывающей каждого из гарантов оказать ей помощь независимо от выступления других.

    С момента принятия акта от 8(20) ноября 1815 г. и до настоящего времени Швейцария остается постоянно нейтральной, хотя ее нейтралитет и подвергался неодно­кратным испытаниям.

    Нейтралитет Швейцарии в годы первой мировой вой­ны был выгоден прежде всего правящим классам Швей­царии, извлекавшим выгоды из торговли с воюющими. Что касается швейцарских трудящихся, то нейтралитет не мог, конечно, полностью избавить их от лишений, связан­ных с нехваткой основных товаров и продовольствия, а также ростом цен на них.

    Говоря о влиянии войны на Швейцарию, В. И. Ленин указывал, что «не только в воюющих странах, но и в Швейцарии война привела к неслыханному, скандально­му обогащению кучки богатых и- к невероятной нужде масс вследствие дороговизны и недостатка жизненных припасов» *.

    Тем не менее нейтралитет Швейцарии был выгоден и швейцарским трудящимся, потому что нейтралитет изба­вил швейцарцев от необходимости умирать за чуждые им интересы империалистических государств, а их лишения были неизмеримо меньше, чем лишения трудящихся масс г воюющих стран.

    После окончания первой мировой войны постоянный нейтралитет Швейцарии был подтвержден статьей 435 Версальского договора от 28 июля 1919 г. Тем самым

    постоянный нейтралитет Швейцарии и гарантии этого нейтралитета были признаны государствами, подписав­шими Версальский договор К

    Однако это не означало, что все участники Версаль­ского договора стали гарантами постоянного ней­тралитета Швейцарии. Гарантами остались лишь го­сударства, гарантировавшие швейцарский нейтралитет в 1815 году.

    Сложным для Швейцарии оказался вопрос о том, вступать в Лигу наций или остаться вне ее. Проведен­ный 16 марта 1920 г. плебисцит дал результат в пользу вступления Швейцарии в Лигу наций. При этом большое значение имел тот факт, что 13 февраля 1920 г. Лондон­ская декларация Совета Лиги наций в ответ «а просьбу Швейцарии освободила ее от обязанности участвовать в проводимых Лигой военных мерах. Швейцария освобож­далась также от обязанности разрешать проход иност­ранных войск через свою территорию или подготовку военных операций в ее пределах. От участия в невоенных санкциях Швейцария не была освобождена. С этими ого­ворками Швейцария была принята в Лигу наций[27].

    Примером того, как Швейцария на практике'.поль­зовалась данным ей освобождением от указанных обя­занностей, может служить отказ швейцарского прави­тельства пропустить в феврале 1921 года через террито­рию Швейцарии отряд международной полиции, который, с разрешения Совета Лиги наций, должен был быть послан в Вильно для наблюдения за проведением плеби­сцита [28].

    В 1938 году Швейцария сочла сля себя невозможным участвовать и в экономических санкциях, которые пред­полагалось применить в отношении Италии, совершив­шей акт агрессии против Абиссинии. 14 мая 1938 г. Швейцария получила согласие Совета Лиги наций на от­каз от участия в экономических санкциях.

    Во второй мировой войне Швейцарии также удалось остаться нейтральной. Для охраны своих границ ей при­шлось мобилизовать армию, во время войны в Швейца­рии было убито и ранено более 300 человек[29].

    В созданную после второй мировой войны Организа­цию Объединенных Наций Швейцария не вошла, но она является членом Международного Суда и ряда специали­зированных учреждений ООН: Международной органи­зации труда, Всемирной организации здравоохранения, ЮНЕСКО и т. д. В Женеве расположена штаб-квартира Европейского отделения ООН, а т;;кже центральные уч­реждения некоторых специализированных учреждений.

    Интересно отметить, что во время переговоров Швей­царии с Организацией Объединенных Наций в 1946 году относительно передачи ООН помещений, принадлежа­щих Лиге наций, Швейцария оговорила, что эти помеще­ния не должны использоваться как военный штаб, так как иначе нарушались бы положения Гаагских конвен­ций 1907 года, запрещающие использование нейтраль­ной территории в -качестве местопребывания штабов для ведения военных операций3.

    Несмотря на то что постоянный нейтралитет Швейца­рии просуществовал уже полтора столетия, в прессе и -в доктрине международного права все еще продолжается обсуждение его правовой природы, различных аспектов его содержания, прав и обязанностей, вытекающих из статуса постоянного нейтралитета. В конце 1963 года в Берне была опубликована брошюра Курта Бротбека «Швейцарский нейтралитет как вклад в дело свободной Европы» К В этой брошюре автор указывает, в частности, на следующие характерные признаки постоянного нейтра­литета Швейцарии:

    Нейтралитет Швейцарии — добровольный. «Он, —пи- •шет автор, — не навязан нам другими державами, как это'было с нейтралитетом Бельгии в 1830 году[30] и Авст­рии — в 1955 году»[31].

    «Наш нейтралитет,— продолжает К.. Бротбек,— по­стоянный, не ограниченный сроками... «Вечность» нейт­ралитета обеспечивает нашей стране неоценимую ста­бильность в условиях бурь и волнении всех времен».

    Швейцарский нейтралитет — вооруженный.

    Швейцарский нейтралитет — договорно обусловлен­ный. «Со времен Парижского договора 1815 года и Вер­сальского мирного договора, — пишет К. Бротбек, — он является составной частью международных соглашений, международного права. Тем самым подчеркивается, что он соответствует интересам не только нашей страны, но и интересам великих держав всего мира. Он стал реаль­ностью в международном плане, с которой можно и'нуж­но считаться».

    «Швейцарский нейтралитет, — пишет далее К. Брот­бек, — имеет государственно-политический, а не индиви­дуальный характер... Нейтралитет налагает обязательст­ва на государство как таковое, а не на индивидуумов. Статус нейтралитета обязывает государство проявлять определенную сдержанность во внешнеполитических во­просах. Но это не относится к отдельным гражданам.

    В этом наиболее существенное различие между швейцар­ским нейтралитетом и нейтрализмом.

    Нейтралитет, который распространялся бы на каждо­го отдельного гражданина, означал бы насилие над со­вестью и свободой мысли и был бы несовместим с"демо­кратическими правами в Швейцарии».

    Эта часть брошюры является, пожалуй, самой спор­ной. Верно, что нейтралитет обязывает государство как таковое, а не отдельных его граждан. Верно п то, что.—■ как уже отмечалось'—международное право не требует от нейтрального государства так называемого идеологи­ческого нейтралитета, нейтралитета прессы и т. д. Одна­ко если чрезмерно подчеркивать, как это делает К. Бротбек, что обращенное к государству требование «проявлять определенную сдержанность во внешнеполи­тических вопросах «не относится к отдельным гражда­нам», то такое подчеркивание может иметь весьма дале­ко идущие последствия. В самом деле, интересам посто­янно нейтрального государства никак не может отвечать такая, например, деятельность отдельных его граждан, как пропаганда войны, создание атмосферы враждебно­сти по отношению к какому-либо государству пли его представителям и т. д. Сколько бы при этом ни ссыла­лись на «свободу совести», «свободу мысли» и другие «демократические права», нельзя- не вспомнить, что в прошлом подобная деятельность отдельных лиц приводи­ла Швейцарию к серьезным конфликтам с другими стра­нами. Поэтому в интересах прежде всего самого постоян­ного нейтрального государства пресекать такого рода деятельность индивидуумов, так как она может вовлечь нейтральное государство в конфликт.

    Об   этом очень хорошо сказал в интервью хельсинк­скому корреспонденту агентства ЮПИ Педерсену, опуб­ликованном в финских газетах в мае 1963 года, президент Финляндии У. Кекконен, который, в частности, заявил: «Наш нейтралитет, конечно, не распространяется на об­ласть идеологии: наш нейтралитет не означает, что мы отказываемся от защиты финской демократии. Однако мы не можем взывать к нашему праву оставаться ней­тральными, если мы, не переводя дыхания, тут же будем приводить пристрастные мнения, связанные с междуна­
    родной политикой. Я не хочу утверждать, будто такая позиция является у нас общераспространенной, но даже несколько таких случаев, особенно тогда, когда речь идет о политических деятелях,' могут в период накала международной политики ..привести к неудаче всей нашей политики нейтралитета. Политика нейтралитета нуждает­ся в поддержке единого общественного мнения для того, чтобы быть успешной».

    Совершенно непонятно также противопоставление К. Бротбеком в этой связи постоянного нейтралитета Швейцарии нейтрализму. Неясно, в чем он нашел здесь «существенное различие». Не может же он утверждать, что нейтрализм обязывает индивидуума больше, не­жели нейтралитет. Для этого нет никаких право­вых оснований.

    К. Бротбек делает в заключение правильный вывод о том, что глубоко ошибочным является мнение тех швейцарских кругов, которые считают нейтралитет Швейцарии устаревшим и призывают Швейцарию при­мкнуть к западному сообществу. Он отмечает, что ней­тралитет Швейцарии не только представляет собой ис­торическую традицию, но и на практике открывает перед страной широкие возможности в деле организации на ее территории различных международных конференций, совещаний и встреч, привлекает в Швейцарию множест­во туристов и т. д.

    Однако далеко не со всеми положениями, высказан­ными К. Бротбеком, можно согласиться. Некоторые из них нуждаются в оговорках, другие не находят- под­тверждения ни в теории международного права, ни в практике международных отношений.

    Нельзя не отметить н того, что К. Бротбек не учиты­вает того нового, чем характеризуется нейтралитет в сов­ременных условиях, того, что наполняет тот международ­но-правовой институт новым содержанием.

    Этой важнейшей новой характерной чертой современ­ного нейтралитета в любой его форме является обязан­ность каждого нейтрального государства в меру своих сил и возможностей вносить вклад в дело укрепле­ния мира и безопасности народов. Чем решительнее про­водит нейтральное государство политику мира и дружбы между народами, чем активнее выступает оно против всех и всяких действий, угрожающих миру, тем более
    положительную роль играет это государство в междуна­родных отношениях и тем прочнее его нейтралитет. Огра­ничивать же постоянный нейтралитет исключительно «военными» аспектами — неучастием в военных блоках и отсутствием иностранных военных баз, — значит, сужать современное понятие нейтралитета.

    Постоянный нейтралитет Швейцарии дает ей возмож­ность в известной степени способствовать укреплению все­общего мира путем посредничества в спорах между дру­гими государствами и предоставления своей территории для проведения различных международных конференций и совещаний.

    Так, Швейцария вошла в состав Комиссии нейтраль­ных стран по наблюдению за перемирием в Корее. В Же­неве летом 1955 года состоялось совещание на высшем уровне, в котором приняли участие руководители четы­рех великих держав: СССР, США, Англин и Франции. Среди многочисленных международных конференций, проводившихся на территории Швейцарии, следует отметить, например, Женевское совещание минист­ров иностранных дел СССР, КНР, США, Англии н Фран­ции 1954 года, в котором приняли также участие пред­ставители ряда других государств я которое положило конец войне в Индокитае; конференцию 1949 года, на которой были приняты Женевские конвенции о защите жертв войны; международные конференции по морскому праву 1958 и 1960 годов и т. д. В Женеве, как уже отме­чалось, расположены Европейское отделение ООН, цен­тральные органы многих специализированных учреж­дений, таких как Международная организация труда, Всемирная организация здравоохранения, Всемирная метеорологическая организация, Международный союз электросвязи. В столице Швейцарии Берне расположе­ны центральные органы Всемирного почтового союза.

    Постоянный нейтралитет Швейцарии, существующий уже полтора столетия, пользуется признанием других государств. Что касается гарантий постоянного нейтра­литета Швейцарии, то они, по-видимому, также остают­ся в силе, так как не были отменены.

    Подводя итог сказанному выше, следует отметить, что постоянный нейтралитет Швейцарии выдержал испыта­ние временем, стал традицией, которую народ этой стра­ны желает сохранить и в будущем.

    Позднейшим по времени примером постоянно ней­трального государства является Австрия. Исторические условия развития Австрии в новейшее время обусловили принятие ею статуса постоянного нейтралитета.

    Австрийская Республика возникла в 1918 году на развалинах лоскутной австро-венгерской монархии.

    Находясь в центре Европы, Австрия занимает важное стратегическое положение. Природные богатства и про­мышленный потенциал Австрии весьма значительны. Все это привлекало к Австрии жадные взоры немецких, аме­риканских, английских, французских и итальянских- мо­нополий, которые вели упорную борьбу за экономическое и политическое преобладание в этой стране.

    Австрия — небольшая страна с населением немногим более 7 млн. человек. Она не могла отстоять свой сувере­нитет. Правда, в Версальском и Сен-Жерменском мир­ных договорах 1919 года были записаны гарантии неза­висимости Австрии, неоднократно подтверждавшиеся Англией, Францией и Италией. Однако, когда Гитлер начал подготовку аншлюса, гаранты не предприняли ни­каких шагов, чтобы помешать этому. 13 марта 1938 г. гитлеровская Германия осуществила аншлюс. Австрия перестала существовать как государство.

    Советский Союз решительно осуждал насильственное присоединение Австрии к фашистской Германии. Ан­шлюс не был признан и другими государствами — участ­никами антигитлеровской коалиции. Вопрос о восстанов­лении суверенитета Австрии неоднократно обсуждался в ходе войны. Первым официальным документом по во­просу о восстановлении австрийского суверенитета яви­лась декларация об Австрии, принятая на конференции министров иностранных дел СССР, США и Великобри­тании в Москве в октябре 1943 года. 17 ноября 1943 г. к Московской декларации об Австрии присоединилась Франция.     ,                                                       !

    Декларация объявила аншлюс Австрии недействи­тельным. Четыре великие державы заявили в ней о своем желании «видеть восстановленной свободную и незави­симую Австрию»[32].

    Австрия юридически не находилась в состоянии вой­ны с Объединенными Нациями, так как после насильст­венного присоединения к Германии в 1938 году австрий­ское государство перестало существовать. Но фактиче­ски Австрия участвовала в войне на стороне гитлеровской Германии. В связи с этим в декларации указывалось, что Австрия, как соучастница Германии в агрессивной вой­не, должна нести определенную долю ответственности перед союзными державами. Однако при окончательном урегулировании было решено принять во внимание вклад самой Австрии в дело освобождения страны от фашист­ских захватчиков.

    Декларация об Австрии — документ большой полити­ческой важности. На основе Московской декларации оп­ределялось положение Австрии в период до подписания Государственного договора.

    Освобождение австрийскому народу принесла Совет­ская Армия, разгромившая фашистские полчища. Как бывшая союзница гитлеровской Германии, Австрия вско­ре была оккупирована войсками-четырех великих дер­жав, и территория ее была разделена на соответствую­щие зоны оккупации.

    Советский Союз настаивал на незамедлительном ре­шения австрийского вопроса.

    Но потребовалась большая работа в различных сове­щаниях и на конференциях, прежде чем австрийский вопрос был решен окончательно.

    Основным препятствием на пути к этому было то, что западные державы стремились превратить Австрию в опорный пункт для подготовки новой войны против Со­ветского Союза п стран народной демократии.

    В этих условиях по предложению Советского Союза в Берлине было созвано совещание министров ‘иностран­ных дел четырех держав. На совещании присутствовала и австрийская делегация.

    На Берлинском совещании министров иностранных дел в 1954 году был впервые поставлен вопрос о ней­тралитете Австрии. Советский Союз предложил, чтобы Австрия взяла на себя обязательство не входить в какие- либо военные группировки, наиравлен-ные'шротив других государств, участвовавших в войне против гитлеризма и в освобождении Австрии, и чтобы территория Австрии не предоставлялась для создания иностранных военных
    баз. Представители Австрии выразили согласие с этими советскими предложениями. Однако западные державы и на этот раз сорвали подписание договора с Австрией.

    После Берлинского совещания в Австрии 'разверну­лось массовое движение в 'Пользу решения волроса о Го­сударственном договоре на основе нейтралитета Австрии. Путь нейтралитета — это путь независимости и самосто­ятельной внутренней и внешней политики Австрии. При­нятие нейтралитета Австрией полностью соответствовало интересам австрийского народа, стремящегося к миру.

    Исходя из желания облегчить решение австрийского вопроса, Советское правительство сняло свое предложе­ние об отсрочке вывода иностранных войск из Австрии, продиктованное заботой о том, чтобы оградить Австрию от повторения аншлюса. В целях предотвращения попы­ток аншлюса Советский Союз предложил, чтобы Австрия стала постоянно нейтральным государством. При этом предлагалось, чтобы СССР, США, Англия и Франция признали и гарантировали нейтралитет Австрии. Эти но­вые советские предложения были с большим удовлетво­рением встречены в Австрии.

    С 12-по 15 апреля 1955 т. в Москве проходили .пере­говоры между правительственными делегациями СССР и Австрии. Среди документов, опубликованных в итоге этих переговоров, особое место занимает Меморандум от 15 апреля 1955 г., в котором излагается обязательство Ав­стрии, провозгласить постоянный нейтралитет.

    Через месяц после принятия Меморандума, 15 мая 1955 г., четыре великие державы подписали Государст­венный договор с Австрией. Австрийский вопрос был, наконец, решен. Государственный договор вступил в силу 27 июня 1955 г.. после того как все государства, подпи­савшие договор, ратифицировали его и сдали на хране­ние правительству СССР ратификационные грамоты[33]. С этого дня международно-правовое положение Австрии определяется Государственным договором[34].

    . В Государственном договоре, кроме статей, касаю­щихся ряда территориальных, экономических и военных вопросов, содержатся статьи, имеющие исключительно важное политическое значение.

    Статья 4 Государственного договора во избежание нового аншлюса со стороны Германии запрещает Авст­рии «вступать в политический или экономически» союз с Германией в какой бы то ни было форме». Правда, по букве этой статьи запрещается лишь аншлюс со стороны Германии, поскольку с этой стороны угроза насильствен­ного присоединения Австрии наиболее вероятна. Однако не будет преувеличением отнести запрещение аншлюса и к другим возможным случаям того же рода.

    . Чрезвычайно важное значение имеет также ст. 9, которая обязывает Австрию ввести соответствующие за­коны «по ликвидации национал-социалистской пар­тии,-примыкающих к ней и находящихся под ее контролем организаций на территории Австрии». Все органи­зации фашистского типа: политические, военные, воени­зированные, а также и другие .организации, ведущие враждебную какой-либо из Объединенных Наций дея­тельность, либо преследующие цели лишения народа его демократических прав, должны быть распущены. Со­гласно ст. 9 Австрия обязуется не допускать под уг­розой уголовной ответственности существования и дея­тельности на своей территории указанных выше органи­заций.

    Со своей стороны в ст. 2 Государственного договора СССР, Великобритания, США и Франция обязывались уважать независимость и территориальную целостность Австрии. В ст. 3 договора эти державы заявили, что они включат в мирный договор с Германией «постановления, обеспечивающие признание Германией суверенитета и независимости Австрии и отказ Германии от всех тер­риториальных и политических претензии в отношении Австрии и австрийской территории».

    Государственный договор предусматривает, что Авст­рия должна быть независимым, демократическим госу­дарством, но положение Австрии как государства опре­деляется не только этим договором. Не менее важным является принятие Австрией статуса постоянного нейтра­литета.

    Правда, в тексте Государственного договора нет ста-
    ген относительно постоянного нейтралитета Австрии. Но перед подписанием Государственного договора в Вене 15 мая 1955 г. советский представитель огласил первые два пункта Меморандума, подписанного в Москве 15 ап­реля 1955 г., в которых говорится: «1. В духе уже сделан­ного Австрией на Совещании в Берлине в 1954 году заяв­ления о неприсоединении к военным союзам и недопуще­нии военных баз на своей территории Австрийское Федеральное Правительство сделает Декларацию в фор­ме, накладывающей на Австрию международное обяза­тельство о том, что Австрия будет постоянно придержи­ваться нейтралитета такого рода, которого придержи­вается Швейцария.

    2.   Австрийское Федеральное Правительство в соответ­ствии с постановлениями Федеральной Конституции представит Австрийскому Парламенту эту австрийскую Декларацию для принятия по ней решения непосредст­венно после ратификации Австрийского Государственно­го Договора» *.

    Представители трех западных держав и Австрии со­гласились с предложением советской стороны, приняв следующее совместное заявление:

    «Правительства Союза Советских Социалистических Республик, Соединенных Штатов Америки, Соединенно­го Королевства Великобритании и Северной Ирландии и Французской Республики настоящим заявляют, что Со­ветский Союз, Соединенные Штаты, Великобритания и Франция будут уважать и соблюдать статус постоянного нейтралитета Австрии такого рода, которого придержи­вается Швейцария в своих отношениях с другими госу­дарствами»[35].

    Таким образом, не только Австрия принимала статус постоянного нейтралитета, но и четыре великие державы обязались уважать и соблюдать постоянный нейтрали­тет Австрии.

    26 октября 1955 г. австрийский парламент принял Фе­деральный конституционный закон о нейтралитете Авст­рии. 5 ноября 1955 г. этот закон вступил в силу.

    Закон о нейтралитете Австрии гласит:


    1)    В целях прочного утверждения своей внешней не­зависимости и обеспечения неприкосновенности своей территории Австрия добровольно заявляет о своем по­стоянном нейтралитете. Австрия будет поддерживать и защищать его всеми имеющимися в ее распоряжении средствами.

    2)    Для обеспечения этих целей Австрия никогда в будущем не будет вступать ни в какие военные союзы и не будет допускать создания на своей территории воен­ных опорных пунктов иностранных государств.

    С т а т ь я II

    Осуществление этого федерального конституционного закона возлагается на Федеральное Правительство1.

    Закон о нейтралитете был доведен Австрией до све­дения других держав, к которым она обратилась с прось­бой о признании своего постоянного нейтралитета. Пер­выми ло времени — 15 ноября 1955 г. — признали ней­тралитет Австрии Индия и Япония. Четыре великие державы — СССР, США, Великобритания и Франция — заявили о своем признании одновременно — 6 декабря 1955 г., каждая отдельные от других актом. 8 декабря 1955 г. йыло получено признание Федеративной Респуб­лики Германии. Затем последовало признание австрий­ского нейтралитета со стороны ряда других государств.

    Таким образом, постоянный нейтралитет Австрии воз­ник на основе добровольного решения самой Австрии, закрепленного конституционным законом, соглашения между четырьмя великими державами, обязавшимися уважать и соблюдать австрийский нейтралитет, и при­знания постоянного нейтралитета Австрии рядом других государств.

    Следовательно, Австрия приняла статус постоянного нейтралитета добровольно. Это обязывает Австрию осо­бенно строго следить за честным выполнением всех тре­бований нейтралитета, на который она пошла не под дав­лением других держав и не в силу каких-либо корыст­
    ных мотивов, а в результате своего собственного убежде­ния в необходимости нейтралитета в целях укрепления независимости и суверенитета Австрии.

    Добровольность вступления Австрии на путь нейтра­литета неоднократно подчеркивалась в заявлениях офи­циальных представителей Австрии.

    Так, в правительственном заявлении федерального, канцлера А. Горбаха в австрийском парламенте в апре­ле 1963 года подчеркивалось, что Австрия совершенно добровольно вступила на путь постоянного нейтралитета, приняв конституционный закон о нейтралитете Австрии*.

    Это о-тмечал также вице-канцлер Австрии Б. Пнттер- ман, который в интервью корреспондентам «Правды» и ТАСС, данном в феврале 1964 года в связи с 40-летнем установления советско-австрийских дипломатических от­ношений, в частности, заявил: «Непосредственно после полного восстановления австрийского суверенитета, став­шего возможным в результате подписания Государствен­ного договора, австрийский парламент по собственной воле принял конституционный закон о постоянном ней­тралитете. Это добровольное волеизъявление стало фун­даментом политики Австрии в отношениях с другими го­сударствами, в-том числе и с СССР».

    На 'подтверждении бесспорной истины о том, что ней­тралитет Австрии был принят ею вполне добровольно, можно было бы и не останавливаться, если бы на -Запа­де до сих пор время от времени не раздавались голоса, утверждающие, что постоянный нейтралитет был якобы «навязан» Австрии. Эти утверждения.преследуют опреде­ленную политическую цель и используются в политиче­ских спекуляциях противников австрийского нейтрали­тета, желающих вовлечь Австрию в «Общий рынок» и покрепче привязать ее к западным экономическим и по­литическим группировкам. Если же имеются люди, так сказать добросовестно заблуждающиеся на этот счет, то для того чтобы рассеять всякие сомнения, им достаточно заглянуть в текст конституционного закона о нейтрали­тете Австрии от 26 октября 1955 г., в котором прямо го­ворится, что «Австрия добровольно заявляет о своем нейтралитете».

    С другой стороны, нейтралитет Австрии — это дого-

    ‘ См. «Правда», 9 апреля 196-3 г.

    ворный, закрепленный в международном соглашении нейтралитет. Этим австрийский нейтралитет отличается от односторонне провозглашенного нейтралитета. Поэто­му Австрия не может односторонним актом отказаться от постоянного нейтралитета. Как известно, в Меморан­думе от 15 апреля 1955 г. Австрия обязывалась сделать декларацию в форме, налагающей на Австрию «между­народное обязательство» придерживаться постоянного нейтралитета по образцу Швейцарии.

    Решающим аргументом в пользу международно-пра­вового характера обязательств Австрии по нейтралитету является то обстоятельство, что они закреплены не только в односторонней декларации Австрии, по и в международ­ном соглашении — Московском меморандуме от 15 апре­ля 1955 г. Едва ли можно сомневаться ц в том, что Авст­рия несет международные обязательства по нейтралитету и в отношении трех западных держав. Поскольку при­нятию Государственного договора предшествовало офи­циальное заявление о принятии Австрией статуса посто­янного нейтралитету, признавать и соблюдать который согласились все участники совещания 15 мая 1955 г., следует считать, что Австрия связана обязательством со­блюдать постоянный нейтралитет в отношении всех че­тырех держав, подписавших Государственный договор.

    Что касается Советского Союза, то по отношению к нему международный характер обязательств Австрии по нейтралитету прямо вытекает из Меморандума, подпи­санного 15 апреля 1955 г. официальными представителя­ми Австрии и СССР 'и имеющего значение междуна­родно-правового акта.

    Постоянный нейтралитет Австрии является признан­ным. При этом государства, признавшие нейтралитет Австрии, тем самым обязались уважать территориаль­ную целостность и суверенитет Австрии.. Признание авст­рийского нейтралитета означает, что признавшее его го­сударство со своей стороны обязуется не нарушать нейтралитета Австрии.

    Что касается гарантий австрийского нейтралитета, то в Меморандуме от 15 апреля 1955 г. предусматривалось, что сама Австрия обратилась к четырем великим держа­вам с просьбой о предоставлении гарантий. Предполага­лось, что эти гарантии должны быть коллективными, то есть должны быть предоставлены совместно Советским

    Союзом, Соединенными Штатами, Великобританией и Францией.

    Австрия обратилась к четырем державам с просьбой гарантировать ее нейтралитет, но только СССР ответил согласием, а три западных государства отказались. От предоставления индивидуальных гарантий Советский Союз воздержался. Таким образом, вопрос о гарантиях постоянного нейтралитета Австрии не нашел положитель­ного разрешения. Разумеется, в случае, предоставления гарантий великими державами нейтралитет Австрии был бы более прочным, но отсутствие гарантий не означает неполноценности или неэффективности постоянного ней­тралитета Австрии.

    Уже факт признания нейтралитета Австрии Советским Союзом, Соединенными Штатами Америки, Англией и Францией, а также включение в Государственный дого­вор положений, запрещающих аншлюс со стороны Гер­мании (ст. 4), являются важными факторами обеспече­ния независимости Австрии.

    Приняв на себя обязательство уважать нейтралитет Австрии, четыре великие державы тем самым заявили, что сами они не нарушат ее нейтралитета. - Более того, нельзя не признать, что совместное обязательство этих держав «уважать независимость и территориальную целостность Австрии» (ст. 2 Государственного договора) при условии согласованности их действий по выполнению этого обязательства является достаточно эффективным средством для защиты Австрии от угрозы нападения любого другого государства.

    Поскольку нейтралитет Австрии признан большой группой государств, неспровоцированное нарушение его было бы противоправным и, очевидно, вызвало бы соот­ветствующие действия заинтересованных государств. Однако необходимо с особой силой подчеркнуть, что Ав­стрия, равно как и любое другое нейтральное государст­во, может рассчитывать на уважение своего нейтралите­та лишь в том случае, если этот нейтралитет честно соб­людается.

    Наконец, необходимо отметить, что нейтралитет Авст­рии— вооруженный нейтралитет, Для защиты своего нейтралитета от нарушений, для охраны своей террито­риальной целостности и суверенитета Австрия может иметь армию. Однако вопрос о том, какой будет эта ар-

    мня по количественному составу г по способам комплек­тования ее личного состава, вызнал разногласия среди различных кругов австрийского общества. Известно, что Государственный договор не содержит постановлений от­носительно предельного уровня австрийской армии.

    Ограничения численности австрийских вооруженных сил, предложенные Лондонским совещанием министров иностранных дел в 1948 году, при подготовке Государст­венного договора в 1955 году были сняты. Австрии было предоставлено самой установить количественный состав своей армии. По этому вопросу существовали различные мнения. Коммунистическая партия Австрии считала, что кадровая армия может стать угрозой .независимости и нейтралитету страны. Компартия предлагала, чтобы ав­стрийская армия была создана в виде демократической милиции со сроком службы 4 месяца и находилась под контролем парламента Австрии.

    Однако правительство приняло решение о создании австрийской армии без учета этих предложений, издав

    7  сентября 1955 г. закон о всеобщей воннск-ой повинности.

    Австрийская армия оснащена современной военной техникой и вооружением. Однако, как уже отмечалось, ст. 13 Государственного договора запрещает Австрии иметь ядерное оружие.

    Нейтралитет Австрии был создан как постоянный ста­тус. Поэтому он предполагает определенные права и обязанности не только в случае войны, но и во время мира.

    Как постоянно нейтральное государство, Австрия имеет право требовать от всех держав уважения ее ней­тралитета, пока н поскольку она честно выполняет обя­зательства, вытекающие из ее нейтрального статуса. Для Австрии это означает укрепление ее суверенитета, неза­висимость во внутренней и внешней .политике.

    На большое положительное значение постоянного ней­тралитета для самой Австрии указывают многие, в том числе н австрийские авторы[36].

    Постоянный нейтралитет укрепляет международные позиции Австрии, повышает ее авторитет на мировой аре­
    не, избавляет австрийский народ от непосильного бреме­ни гонки вооружений, в которую неизбежно вовлекаются страны — участницы агрессивных блоков.

    Постоянный нейтралитет не ограничивает права Ав­стрии как суверенного государства. Нет никаких основа­ний считать, например, ограничением суверенитета Авст­рии ее отказ от участия в любой войне, кроме случая самообороны от вооруженного нападения. Поскольку современное международное право не предоставляет го­сударствам «права на войну», запрещая угрозу силой и ее применение в международных отношениях, обязатель­ство постоянно нейтрального государства не прибегать к воине иначе как для самообороны представляет собой лишь подтверждение и конкретное применение к дан­ному государству международно-правовой обязанности, лежащей на всех н каждом государстве и закрепленной в общепризнанных нормах современного международного права. Не может считаться ограничением суверенитета Австрии и ее отказ от предоставления своей территории под иностранные военные базы. Напротив, нарушением суверенитета было бы создание таких баз, а не отказ от предоставления своей территории под иностранные воен­ные базы. Разумеется, не могут.рассматриваться как ог­раничение суверенных прав Австрии и любые шаги, пред­принимаемые в интересах укрепления мира и дружбы с другими странами. В современных условиях любое под­линно нейтральное государство не может не быть заин­тересованным в укреплении мира, не считать содействие его укреплению своей важнейшей обязанностью.

    Основными обязанностями, по тексту закона о' ней­тралитете Австрии, является воздержание от участия Австрии в военных союзах и недопущение создания ино­странных баз’ на ее территории. Те, кто ратует за прове-

    дение Австрией резко выраженной прозападной полити­ки, делают из этих двух основных обязанностей Австрии тот вывод, что австрийский нейтралитет — это только «военный нейтралитет» и что, кроме названных выше обязательств, у Австрии нет других обязанностей, выте­кающих из ее нейтралитета.

    Несколько более осторожно, но по существу в том же смысле, высказывается и австрийский юрист, профессор международного права Альфред Фердросс. Отмечая, что Австрия приняла на себя обязательства постоянно при­держиваться нейтралитета «такого рода, которого при­держивается Швейцария», А. Фердросс пишет, что из исторического развития института постоянного нейтра­литета -и практики Швейцарии можно вывести следую­щие международно-правовые права и обязанности посто­янно нейтральных государств:

    1.   Постоянно нейтральное государство «обязано во всех войнах между другими государствами соблюдать международно-правовые нормы нейтралитета».

    2.    «Оно не только имеет право, но и обязано защи­щать свою территорию от внешнего нападения всеми имеющимися в его распоряжении средствами. Следова­тельно, постоянный нейтралитет должен быть вооружен­ным нейтралитетом».

    3.    «Оно не должно и в мирное время брать на себя никаких обязательств, которые могут вовлечь его в вой­ну. Следовательно, оно не должно ни заключать союз­ных договоров, ни предоставлять другим государствам свою территорию под военные базы, так как это могло бы вовлечь его войну между другими государствами».

    4.    Однако оно может добиваться гарантий другими державами целостности его государственной территории и принимать их заявления о таких гарантиях.

    5.   В остальном при определении своей внутренней и внешней политики оно остается совершенно свободным, если только оно не принимает на себя никаких ограничи­вающих эту свободу договорных обязательств.

    6.    «Особенно следует подчеркнуть, — пишет в заклю­чение А. Фердросс, — что не существует никаких обяза­тельств по идеологическому нейтралитету. Свобода печа­ти слава яе ограничивается постоянным нейтралитетом».

    Далее А. Фердросс отмечает, что из приведенных вы­ше 'положений можно заключить, что «постоянно ней­
    тральное государство имеет определенные международ­но-правовые обязанности и в мирное время, тогда как лишь временно нейтральное государство должно соблю­дать нормы нейтралитета только во время определенной воины, в которой оно объявило себя нейтральным»[37].

    Действительно, главное отличие между постоянным нейтралитетом и нейтралитетом во время войны именно в том .и состоит, что постоянно .нейтральное .государство имеет ряд прав и несет ряд обязанностей не только во время войны, но и в мирное время, а государство, объ­явившее нейтралитет лишь в данной войне, получает права и несет обязанности только в течение этой войны. Если бы А. Фердросс ограничился проведением этого различия, его утверждение не вызвало бы возражений. Однако австрийский юрист стремится ограничить круг обязанностей постоянно нейтрального государства в мирное время, подчеркивая, что в условиях мира оно «как таковое не несет никаких международно-правовых обязанностей, кроме тех, что перечислены в пп. 1—3», то
    есть кроме обязанностей не участвовать в войнах других государств, соблюдая во время таких войн нормы нейтра­литета; защищать свою территорию от внешнего нападе­ния всеми имеющимися в его распоряжении средствами; не брать на себя обязательств, которые могли бы вовлечь его в войну. Причем под последним обязательством по­нимается лишь неучастие в военных союзах и отказ от предоставления территории постоянно нейтрального го­сударства под иностранные военные базы.

    Именно такое ограничительное толкование и дает А. Фердросс закону о нейтралитете Австрии от 26 октяб­ря 1955 г.: Австрия, так же как и Швейцария, во всех будущих войнах будет оставаться нейтральной, свой постоянный нейтралитет она будет «поддерживать и за­щищать всеми имеющимися в ее распоряжении средст­вами», «Австрия никогда в будущем не будет вступать ни в какие военные союзы и не будет допускать создания на своей территории военных опорных пунктов иностран­ных государств».

    Как будто специально для того, чтобы предотвратить всякие попытки более широко толковать обязанности по­стоянно нейтрального государства в мирное время, А. Фердросс подчеркивает, что изложенными выше обя­зательствами «исчерпываются все международно-пра­вовые обязанности Австрийской Республики по нейтра­литету».    ’* ’Ч ! Щ

    Таким образом, А. Фердросс намеренно стремится су­зить понятие постоянного нейтралитета по крайней мере в условиях мирного времени.

    Если руководствоваться лишь буквой закона о ней­тралитете Австрии и понятием постоянного нейтралитета в его, так сказать, «классической» форме, сложившейся в начале XIX века, то при желании можно и не увидеть в мирное время иных обязанностей постоянно нейтраль­ного государства, кроме перечисленных А. Фердроссом.

    Но в том-то и дело, что в современных условиях ней­тралитет приобретает новые качества, наполняется новым содержанием. Поэтому с мнением тех, кто хотел бы огра­ничить постоянный нейтралитет исключительно «воен­ными» аспектами, нельзя согласиться.

    В современных условиях постоянно нейтральные госу­дарства могут и должны вносить свой вклад в укрепле­ние мира между народами, обеспечивая тем самым со­
    хранение и упрочение своего нейтралитета. Не пассивное беспристрастие по отношению к важнейшим международ­ным проблемам, а активное участие в благородной борь­бе народов за мир, за предотвращение термоядерной войны — такова должна быть в современных условиях позиция нейтральных — в том числе и постоянно нейт­ральных— государств в мирное время.

    Нейтралитет предполагает развитие и укрепление дру­жественных связей нейтрального государства с другими странами на основе взаимности. При этом всякая пред­намеренно односторонняя ориентация .на одни государ­ства или дискриминация со стороны постоянно нейтраль­ного государства в отношении других государств не мо­жет не наносить ущерба нейтралитету.

    Как уже указывалось, постоянно нейтральное государ­ство должно быть полностью независимым, чтобы иметь возможность оставаться подлинно нейтральным.

    Если же нейтральное государство в международных отношениях будет следовать в фарватере внешней поли­тики империалистических государств, свяжет себя с ними тесными узами экономических союзов, имеющих к тому же совершенно определенный политический характер, то оно рискует оказаться не в состоянии в тех или иных об­стоятельствах сохранить свой нейтралитет, утратив свою самостоятельность, попав в экономическую и политиче­скую зависимость от более сильных империалистических держав.

    В этой связи весьма характерной является дискуссия, развернувшаяся вокруг вопроса о вступлении в «Общий рынок» постоянно нейтральных Швейцарии и Австрии, а также традиционно нейтральной Швеции. В ходе этой дискуссии была, со всей очевидностью доказана опас­ность, которой угрожает нейтралитету этих стран вступ­ление в «Общий рынок» *.

    Несовместимость вступления в ЕЭС с нейтралитетом, по крайней мере в случае полного членства в «Общем рынке», признают и руководящие деятели нейтральных стран. Так, выступая в марте 1963 года на пресс-конфе- ренции в Лондоне, премьер-министр Швеции Таге Эр- ландер заявил, что Швеция считает для себя .непр.иемле- мым вступление в «Общий рынок» на правах полного члена, так как это было бы несовместимо с проводимой ею политикой нейтралитета

    Встретившись с решительным сопротивлением об­щественности, дорожащей нейтралитетом и независимо­стью своих стран, сторонники вступления в ЕЭС прибегли к маневру, заявив, что речь идет не о полном присоеди­нении нейтральных государств к «Общему рынку», а лишь об участии в нем в форме так называемой «ассоци­ации», что якобы не угрожает нейтралитету и может быть совместимо с ним[38].

    Представители кругов, выступающих за «ассоциа­цию» с ЕЭС, пытаются представить дело так, что Швей­царии, Австрии и Швеции грозит чуть ли не экономиче­ская катастрофа, если они останутся в стороне от пре­словутой «европейской интеграции».

    Однако все эти надуманные и несостоятельные аргу­менты сторонников присоединения к ЕЭС не выдержива­ют критики.

    Высоко оценивая значение нейтралитета для укреп­ления мира, Советский Союз неоднократно предостерегал нейтральные страны об опасности, которую может на­влечь на них участие в «Общем рынке».

    «Советский Союз,-—отмечалось в заявлении ТАСС по поводу попыток вовлечения в ЕЭС Австрии, — неодно­кратно высказывал свое отрицательное отношение к вступлению Австрии в ЕЭС. деятельность которого, как известно, тесно связана с военно-политическими целями агрессивного блока НАТО. Правительства стран—участ­ниц ЕЭС не скрывают, что «Общий рынок» рассматрива­ется ими как важное средство по обеспечению военных и политических задач Североатлантического блока».

    Но коль скоро это так— а это неоспоримо, — то совер­шенно очевидно,.что постоянно нейтральное государство не может быть членом «Общего рынка», не нарушая сво­его нейтралитета.

    На это прямо указывается в упоминавшемся уже заявлении ТАСС применительно к Австрии: «Участие Австрии в «Общем рынке» было бы несовместимо с ее нейтралитетом, поскольку оно поставило бы ее на сторо­ну военного блока НАТО, враждебного Советскому Сою­зу и другим социалистическим странам. Пусть никто не питает иллюзии, будто, вступая в ЕЭС, можно ограни­читься лишь экономическими связями с его участниками и избежать обязательств военно-политического характе­ра. На деле одно тесно связано с другим. Нет никаких сомнений в том, что участники ЕЭС сделают все, чтобы полностью привязать Австрию, если она вступит в «Об­щий рынок», к военной колеснице НАТО».

    Несмотря на то что это сказано непосредственно лишь об Австрии, приведенные выше выводы полностью отно­сятся также к постоянно нейтральной Швейцарии', тра­диционно нейтральной Швеции и к любой другой ней­тральной стране.

    Связывая себя столь тесным образом с агрессивным Североатлантическим блоком в результате вступления в ЕЭС, нейтральное государство не сможет сохранить свой нейтралитет, так как оно утратит самостоятельность во внешней, и внутренней политике.

    На это неоднократно указывалось в печати нейтраль­ных государств, в выступлениях видных политических деятелей и в специальных исследованиях по данному во­просу, предпринимавшихся в этих странах.

    «Участие нейтральной Швейцарии в ЕЭС, —писала, например,® конце 1962 года газета «Ла Сгоисс»,— равно­сильно попытке объединить огонь и воду, ЕЭС и нейтра­литет»

    «Нейтралы должны быть готовы, — говорил член швейцарского федерального правительства П. Птипьер,— взять на себя выполнение задач, связанных со службой миру и призванных облегчить мирное разрешение спор­ных проблем. Они должны проводить такую политику, которая уже сейчас совершенно определенно подтверж­дала бы их нейтралитет даже в случае возникновения
    войны. В этом заключается причина того, почему Швей­цария не может вступить в Общий рынок. Любая пере­дача компетенций надгосударственным органам лишает государство — члена ЕЭС возможности проводить суве­ренную торговую политику. К этому добавляется и то, что великие державы — члены ЕЭС, вне всякого сомне­ния, могут навязывать свою волю более слабым и малым государствам»
    [39].

    «Причина, по которой мы не можем вступить в «Об­щий рынок»,—отмечал министр иностранных дел Авст­рии Б. Крейский,— заключается в том, что «Общий ры­нок»— это не просто экономическое сообщество. Он пре­жде всего представляет собой политическое сообщество. А принадлежать к такому сообществу нам запрещают и Государственный договор и закон о нейтралитете»[40].

    В Швеции летом 1962 года три известных социал-де­мократа— профессор Гуннар Мюрдаль, экономист Торд Экстрём и внешнеполитический эксперт публицист Ро­ланд Польссон, опубликовали книгу?, в которой они ре­шительно выступают как против полного участия Швеции в ЕЭС, так и против ее «ассоциации» с «Общим рынком» в какой бы то ни было форме.

    Отвергая домыслы сторонников участия Швеции в ЕЭС, авторы этой книги доказывают, что отказ от учас­тия в «Общем рынке» не только не грозит Швеции какой- то экономической катастрофой, но принесет ей значи­тельные выгоды, так как, оставаясь вне ЕЭС, Швеция может совершенно свободно развивать взаимовыгодные торговые связи со всеми государствами независимо от их социального строя.

    Авторы подчеркивают, что вопрос об отношениях Швеции к «Общему рынку» —это прежде всего полити­ческий вопрос. «Ассоциация» с «Общим рынком», точно так же как и полное членство в нем, явилась бы прямой угрозой политике нейтралитета Швеции и могла бы в конце концов привести к тому, что страна оказалась бы втянутой в международный военный конфликт.

    , Авторы книги прямо заявляют, что - ассоциация с Со­обществом сразу же вступила бы в противоречие с вне­шнеполитической целыо страны, состоящей в том, чтобы не только формально, но и практически придерживаться политики, обеспечивающей нам нейтралитет».

    Касаясь рассуждений о том, что «ассоциация» с ЕЭС в отличие от полного членства может якобы оказаться приемлемой для нейтральной Швеции, авторы не без сар­казма замечают, что «ни риксдагу, «и общественности не было разъяснено, чем' «ассоциация» отличается от пол­ного членства. Если нам, — продолжают авторы, — ког­да-либо и предлагали «купить кота в мешке», так это именно сейчас. Мы опасаемся, что даже никто из членов правительства не заглянул шоглубже в этот мешок. Во всяком случае они не поделились ни с риксдагом, ни со всемн нами своими впечатлениями о том, что они там увидели».

    Бывший министр иностранных дел Швеции Э. Унден еще в 1962 году также подчеркивал, что «некоторые обя­зательства, так или иначе связанные с вступлением в ЕЭС, находятся в таком кричащем противоречим с наши­ми традициями и законами, что ссылки на известные преимущества 'интеграции или на эвентуальные экономя-, ческие и политические выгоды для нашей собственной страны звучат не слишком убедительно»[41].

    В советской литературе вопрос о несовместимости нейтралитета с участием в «Общем рынке» рассматри­вался как с политической и юридической, так и с эконо­мической точки зрения[42]. При этом высказывались сле­дующие основные доводы, убедительно доказывающие, что участие в ЕЭС несовместимо с нейтралитетом н не только не является необходимым с экономической точки зрения, но и может лишить нейтральные государства преимуществ, которые дает им свобода торговли с госу­дарствами, принадлежащими к различным общественно­экономическим системам.

    Во-первых, как уже указывалось, Европейское эконо­мическое сообщество представляет собой организацию, имеющую целью содействие выполнению задач агрессив­ного Североатлантического блока.

    Этого .не скрывают -и сами официальные представите­ли ведущих стран «Общего рынка». Особенно откровен­ны в этом отношении представители ФРГ, занимающей господствующее положение в ЕЭС.

    Уже одного этого достаточно, для того чтобы считать участие в ЕЭС несовместимым с нейтралитетом.

    Вступив в организацию, подобную «Общему рынку», государства, проводящие политику нейтралитета, осно­ванную на односторонней декларации,' подвергли бы се­бя риску того, что другие государства перестанут считать их нейтральными и соответствующим образом изменят свое отношение к ним. Что же касается постоянно нейт­ральных государств—Швейцарии и Австрии, то их вступ­ление в ЕЭС означало бы отход от нейтралитета, измене­ние их постоянно нейтрального статуса, основанного на многостороннем международном договоре, пересмотр или отмена которого могут быть произведены лишь с сог­ласия других участников данного договора.

    Во-вторых, вступление в ЕЭС означало бы ущемление суверенитета и независимости .нейтральных государств. Известно, что положение различных государств в ис­полнительных органах ЕЭС даже юридически неоди-. наково[43].

    Еще более неодинаково их фактическое положение на мировой арене, роль, которую они могут играть © между­народных отношениях, в том числе и в рамках «Общего рынка».

    Наиболее мощные в экономическом и военном отноше­нии участники «Общего .рынка» — прежде всего ФРГ и Франция — имеют возможность определять всю деятель­
    ность ЕЭС, не считаясь с интересами, малых стран— уча­стниц «Общего рынка». Между этими ведущими держа­вами '«Общего рынка» беспрестанно идет то явная и чрезвычайно острая, то скрытая И слегка приглушенная борьба, и интересы малых стран—-не более чем размен­ная монета в этой 'борьбе крупных хищников.

    Как -показывает ход -фравко-зэпаднотерманокого со­перничества в вопросе' о ценах на зерно, «куриная», «стальная», «маргариновая» или «яичная» войны *, то и дело вспыхивающие в недрах «Общего рынка», а также безуспешные .попытки примирить разногласия между ЕЭС в целом и государствами, -не входящими в «Общий ры­нок»;. участвующим в нем малым странам, как прави­ло, 'Приходится поступаться своими- интересами в угоду более сильным партнерам по «Общему рынку».

    Легко понять, что такова же будет судьба малых нейт­ральных стран, в случае их вступления в ЕЭС.

    Известно, например, что одним из преимуществ нейт­ральных стран является то, что они могут свободно тор­говать и развивать экономические связи со ©семи госу­дарствами, руководствуясь при этом лишь интересами своей экономики.

    Но этого преимущества нейтральным странам придет-, ся лишиться, вступив iB «Общий рынок». Согласно Рим­скому договору, члены «Общего рынка» должны пере­дать свое суверенное право заключать торговые догово­ры Комиссии ЕЭС. По мнению австрийского профессора Йозефа Добретобергера, Австрии в случае присоедине­ния к «Общему рынку» 'пришлось бы сильно сократить свою торговлю с социалистическими странами. «Сейчас эта торговля составляет 17 процентов общего объема ее внешней торговли, -в то время как восточная торговля у всех стран общего рынка составляет всего 5 процентов.

    Австрии отришлось бы соответственно сократить свою торговлю, что особенно болезненно отразилось бы на ее сталелитейной, машиностроительной и кожевенной про­мышленности, поскольку некоторые предприятия этих от­раслей до 42 'процентов продукции вывозят «а Восток»1.

    Нейтральная Швеция, как известно, не последовала примеру ФРГ, которая, стремясь превзойти других уча­стников НАТО и ЕЭС в ненависти и враждебности к Со­ветскому Союзу, отказалась поставлять в СССР трубы, нарушив заключенные ранее соглашения и лишив свою промышленность выгодных заказов. Руководствуясь чи­сто экономическими соображениями, Швеция продолжает продавать трубы СССР с большой выгодой для себя. Но в рамках ЕЭС такая самостоятельность Швеции была бы невозможна.

    Таким образом, вступив в ЕЭС, нейтральное государ­ство лишилось бы экономической и политической незави­симости, без которой «ельзя сохранить подлинный нейт­ралитет.

    На эту опасность вступления нейтральных госу-Дарстз в организации, подобные ЕЭС, указывали даже буржуаз­ные специалисты международного права[44].

    Потеря самостоятельности, ущемление независимости, угроза суверенитету и, .как следствие, невозможность ос­таваться подлинно нейтральным — таковы опасности, ко­торые .несет для нейтральных государств вступление в «Общий рынок».

    В-третьих, «еще в Гаагских конвенциях 1907 года о правая« обязанностях нейтральных держав в случае вой­ны было закреплено положение о том, что нейтральные государства обязаны относиться ко всем воюющим госу­дарствам одинаково, без дискриминации. Это положение полностью относится и к мирному времени»[45].

    Разумеется, развивать или не развивать экономичес­кие связи с тем или иным государством или группой госу­дарств, решает даже в условиях войны само нейтраль­ное государство. Торговля с воюющими[46]—право, а не обязанность нейтральных государств.

    Однако — и в этом главное — ни во время войны, ни в условиях мира нейтральное государство не должно до­пускать никакой дискриминации в отношении какого бы то ни было государства или группы государств, обязано руководствоваться во взаимоотношениях с ними одина­ковыми 'принципами. Экономические связи нейтрального государства с другими странами должны .развиваться на равных для всех условиях, все государства должны иметь одинаковые возможности в отношениях с нейтральной страной, в равной степени 'пользоваться льготами и пре­имуществами, если таковые 'предоставляются нейтраль­ным государством другим странам.

    Это важнейшая обязанность нейтрального государст­ва, требующая от него одинаково беспристрастного отно­шения ко всем другим государствам, была бы нарушена в случае вступления нейтрального государства в ЕЭС. Из­вестно, что сама идея создания «Общего рынка» как раз в том и заключалась, чтобы, устранив таможенные та­рифы и другие препятствия в торговле между его участ­никами, отгородиться таможенными и иными барьерами от государств, не входящих в ЕЭС, преднамеренно соз­дав для них ограничения, мешающие их товарам и капи­талам проникать в страны «Общего рынка».

    В случае вступления в ЕЭС нейтральное государство не смогло бы одинаково относиться к странам «Общего рынка» и государствам, не входящим в него, будучи вы­нуждено предоставить . значительные преимущества первым и ввести дискриминационные ограничения для вторых. А это означало бы серьезное нарушение нейтра­литета, тем более что дело не ограничивается экономиче­скими аспектами, а политическая направленность ЕЭС
    вполне очевидна. Об этой направленности ЕЭС откро­венно говорил видный деятель аденауэрского христиан­ско-демократического союза Гутенберг, который 20 мая 1961 г. заявил: «„Общий рынок*[47] был основан как по­следняя попытка создать политический блок всех запад­ноевропейских стран. Экономическая интеграция име­ет политический эффект, этот эффект действует против «восточного блока» и в пользу НАТО» *.

    Таким образом, вступив в ЕЭС, нейтральное государ­ство рискует оказаться втянутым в конфликт между госу­дарствами, принадлежащими к противоположным обще- ственно-экондашческим системам.

    Однако участие в ЕЭС может вовлечь нейтральное государство и в конфликт с государствами капиталисти­ческой системы, не входящим1!! в «Общий рынок». Впро­чем, и в самом «Общем рынке», между его участниками сохраняются чрезвычайно острые противоречия, .и вовле­чение в эти разногласия нейтральных членов ЕЭС пагуб­но отразилось бы на их нейтралитете.

    В-четвертых, тесная связь с государствами — ’.ленами НАТО в мирное время приведет к тому, что в случае войны (нейтральное государство, вступившее ® ЕЭС, не сможет сохранить свой нейтралитет.

    Бели даже .предположить, хотя это весьма сомни­тельно, что нейтральное государство, входящее в «Об­щий .рынок», не примет непосредственного участия в вой­не своими вооруженными силами на стороне НАТО, то вся его экономика будет поставлена на службу этому агрессивному блоку, подчинена его роенной машине. Сле­довательно, даже в этом случае нейтралитет оказался бы нарушенным. Можно не сомневаться, что державы НАТО .потребовали бы от нейтральных государств, свя­занных с ними через ЕЭС, так называемого «права про­хода» своих войск через нейтральную территорию или права пролета над ней своих самолетов. Участие ней­трального государства в агрессивной войне может выра­зиться в создании на его территории складов, .различ­ных военных сооружений и т. д. Все эти действия запре­щены ст. ст. II—IV Пятой Гаагской конвенции 1907 года о правах и обязанностях нейтральных держав и лиц в слу­
    чае сухопутной войны Статья V той -же конвенции Пря­мо обязывает нейтральное государство не допускать на своей территории таких действий со стороны любого из воюющих.

    Следовательно, участие в «Общем рынке» 'настолько привяжет нейтральное государство к военной колеснице НАТО, что оно не сможет в случае войны удержаться на позициях нейтралитета. Между тем постоянно .нейтраль­ные государства обязаны воздерживаться как от прямо­го, так .и от косвенного участия во всех и всяких войнах, кроме случаев самообороны от вооруженного нападения.

    В-пятых, все переговоры об «ассоциации» с «Общим рынком», которая будто бы сделает 'Возможным участие в «ем нейтрального государства на особых условиях, де­лающих участие в ЕЭС совместимым с нейтралитетом, не имеют под собой никакой почвы. Все эти рассуждения предназначены лишь для того, чтобы успокоить общест­венность нейтральных стран, .породить иллюзии, что уча­стие в ЕЭС можно ограничить чисто экономическими воп­росами, не затронув при этом нейтралитета.

    Несбыточность этих надежд лучше всего доказывает провал Брюссельских переговоров о 'приеме в «Общий рынок'» Англии в январе 1963 года. Дело в том, что Анг­лия как раз и добивалась приема в ЕЭС па особых усло­виях. Правда, речь шла не об «ассоциации» с ЕЭС, а о полном членстве, но Англия хотела сохранить известную свободу в своих отношениях со странами Британского содружества. Отказ от принятия Англии в «Общий рынок» показал, что члены «Обш.его рынка» не желают делать для нее никаких уступок, никаких исключений. Но если даже Англия, относительно мощная капиталистическая держава, .не смогла добиться триема в ЕЭС на особых условиях, то малые .нейтральные государства тем более не могут на это рассчитывать. Следовательно, «ассоциа­ция»— не более чем ширма, прикрывающая все те же планы, имеющие целыо связать нейтральные страны, вступившие в ЕЭС, с целями и задачами агрессивного блока НАТО. Не случайно провал переговоров о вступ­лении Англии в «Общий рынок» за-ставил некоторые ней-
    т.ральные страны заново рассмотреть свое отношение к вопросу об «ассоциации» с ЕЭС. Так, Швеция и Швейца­рия не проявляют желания форсировать решение этого вопроса, хотя и не взяли обратно своих заявлений об «ассоциации» с «Общим рынком».

    Лишь постоянно нейтральная Австрия продолжает стремиться к объединению с ЕЭС в рамках «ассоциации». Выступая весной 1964 года с изложением программы сво­его правительства, федеральный канцлер Австрии И. Клаус заявил, что «самой неотложной задачей авст­рийского правительства в области внешней политики бу­дет урегулирование отношений Австрии с Европейским ■экономическим сообществом» *.

    Австрийское правительство намеревается в самое бли­жайшее время окончательно решить вопрос об объеди­нении . Австрии с «Общим рынком» в той или-иной форме.

    Эти призывы ускорить объединение с ЕЭС отражают настроение той части шравящих кругов Австрии, которая тяготится австрийским .постоянным нейтралитетом.

    Предлагаемый этими кругами путь чрезвычайно опа­сен для нейтралитета и независимости Австрии, ибо к ней полностью относится все сказанное выше о последст­виях, которые повлечет для нейтрального государства вступление в ЕЭС.

    Однако применительно к Австрии следует подчерк­нуть, также, что ее вступление в «Общий рынок» было бы прямым нарушением ст. 4 Государственного договора, за­прещающей Австрии «вступать в политический или эко­номический союз с Германией в какой бы то ни было форме»[48]. В п. 2 этой статьи указывается, что «в целях предотвращения такого союза Австрия не должна заклю­чать какого-либо соглашения с Германией, предприни­мать какое-либо действие или проводить какие-либо ме­ры, которые прямо или косвенно могут способствовать ее политическому или экономическому союзу с Германией, или наносить ущерб ее территориальной целостности или политической или экономической независимости»[49].

    Совершенно очевидно, что ,в случае вступления Авст­рии в ЕЭС, где ФРГ занимает ведущее положение, будет создан именно такой союз Австрии с Западной Германи­ей, который запрещен ст. 4 Государственного договора.

    Эта опасность вступления постоянно нейтральной Австрии в ЕЭС тем более велика, что даже без «ассоци­ации»- с «Общим '.рынком» проникновение в австрийскую экономику иностранного, прежде всего западногерманско­го, капитала приняло такие размеры, что в прогрессив­ных кругах австрийской общественности высказываются вполне обоснованные опасения по поводу возможности «холодного аншлюса».

    По данным западногерманской печати, почти четверть австрийской промышленности уже находится в руках за­падногерманских концернов и банков[50].

    Западногерманские монополии угрожают поглощени­ем прежде, всего национализированным- предприятиям Австрии, являвшимся в прошлом немецкой собственно­стью.

    Так, западногерманский концерн Симменса потребо­вал от правительства Австрии передать 51 процент акций национализированных предприятий Симменса немецкому родоначальнику этой фирмы[51]. По сообщению австрийских газет, комитет по управлению национализированной электропромышленностью уже принял решение об объе­динении «в организационном отношении» австрийских предприятий с концерном Симменса[52].

    Легко понять, что в случае вступления Австрии в «Об­щий рынок» процесс подчинения австрийской экономи­ки—и особенно ее обобществленного сектора — еще более ускорился бы.

    Итак, присоединение к ЕЭС в любой форме — чрез­вычайно опасная угроза нейтралитету и независимости нейтральных государств. Ратовать за вступление в «Об­щий рынок»'могут лишь противники нейтралитета, те круги, которые называют австрийский нейтралитет «нейтралитетом внутренней принадлежности к Западу»2.

    Тем не менее переговоры о вступлении Австрии -в ЕЭС продолжаются. По сообщениям печати, в июле 1964 года на заседании Совета ЕЭС в Брюсселе вновь обсуждались возможные «варианты ассоциации» Австрии с ЕЭС[53].

    Имеются и другие факты, свидетельствующие о том, что определейные круги в Австрии хотели бы искусствен­но сузить обязанности Австрии, вытекающие из ее«посто- янного нейтралитета[54].

    Эти факты, равно как и -воздержание Австрии, Швей­царии, а также Швеции от активной борьбы за мир, разо­ружение, ликвидацию колониализма, а иногда и прямое следование этих государств в фарватере -внешней поли­тики империалистических держа® приводят к тому, что некоторые авторы подчеркивают, что постоянный -нейтра­литет Швейцарии и Австрии, а также традиционный нейт­ралитет Швеции в отличие от активного и динамичного афро-азиатского нейтрализма значительно более пасси­вен и играет менее 'положительную роль в международ­ных отношениях.

    В ряде работ советских авторов, в частности, подчер­кивается, что постоянно нейтральное государство «обыч­но стремится ограничить -свое участие в международных делах (Швейцария даже не является членом ООН), не ве­дет активной борьбы за мирное сосуществование и тем более против империализма. Активная, а -не пассивная линия на поддержание и сохранение мира-—вот то глав­ное, что в конечном итоге отличает нейтрализм от дали- тики «постоянного нейтралитета». Недаром руководители нейтралистских государств, желая-’подчеркнуть именно это различие, часто называют (проводимый их странами внешнеполитический курс политикой активного, или ди­намичного, нейтралитета»[55].

    И это действительно так. Внешняя -политика постоян­но нейтральных Швейцарии и Австрии, а также традици-

    окно нейтральной Швеция[56] лишена топ антиимпериали­стической и антиколониальной направленности, которая в силу исторических условий развития присуща внешней политике нейтралистских государств Азии и Африки. По­стоянно нейтральные Швейцария -и Австрия и традицион­но нейтральная Швеция действительно менее активны в борьбе за укрепление, мира и безопасности народов, за решение важнейших международных проблем. Отрицать это — значило бы не считаться с реальной действитель­ностью. Поэтому прав М. Кремнев, когда он 'пишет, что нельзя согласиться с теми, «кто отождествляет нейтрали­стскую ‘политику молодые независимых государств с по­литикой «постоянного нейтралитета», «вроде нейтралите­та некоторых европейских государств»[57].

    Между 'Постоянным нейтралитетом ,и политикой нейт­ралитета действительно есть существенные — в том числе и юридические — различия.

    С юридической точки зрения следует 'прежде всего отметить, что постоянный нейтралитет, основанный на многостороннем международном договоре, налагает на постоянно нейтральное государство особые, вытекающие из его статуса обязанности то отношению к другим уча­стникам этого договора. Как уже отмечалось, постоянно нейтральное государство не может в одностороннем по­рядке отказаться от нейтралитета, отменить или изменить свой статус. Для его отмены или изменения- необходимо •согласие других участников договора об установлении постоянного нейтралитета данного государства.

    На государства, проводящие политику нейтралитета на основе односторонней декларации или даже без та­ковой, фактически идущие по пути нейтралитета, меж­дународное право не возлагает подобных обязательств. Провозглашение того ,или иного курса внешней полити­
    ки и изменение этого курса зависят лишь от самого не- присоединившегося государства, которое в этом вопросе не несет каких-либо обязательств 'перед другими госу­дарствами.

    Разумеется,-в случае отказа такого государства от политики нейтралитета другие государства перестанут считать его нейтральным п соответствующим образом из­менят свое, отношение к нему. Но каких-либо обяза­тельств придерживаться политики нейтралитета между­народное право на непрнсоединившееся государство не возлагает. Односторонне провозглашенная политика ней­тралитета опирается исключительно на суверенную волю самого нейтралистского государства, избравшего путь неприсоединения в качестве внешнеполитического курса, наилучшим образом отвечающего интересам данного го­сударства.

    ■Приведенное выше утверждение отнюдь не означает, что постоянный нейтралитет, ib отличие от политики нейт­ралитета, не опирается на суверенную волю самого по­стоянно нейтрального государства. Постоянный нейтрали­тет также добровольно принимается тем или иным госу­дарством, и согласие этого государства на установление постоянного нейтралитета является выражением его су­веренной воли. Однако наряду с суверенным волеизъяв­лением самого постоянно нейтрального государства его статус основывается также и на многостороннем между­народном договоре, порождающем для его участников права и обязанности, связанные с установлением постоян­ного нейтралитета. Закрепление постоянного нейтрали­тета в международном договоре делает его юридически более прочным, «е зависящим от колебаний _ политичес­кой конъюнктуры, от смены правительства и т. п.

    Такие же юридические последствия порождает и за­крепление в международном договоре политики нейтра­литета. Однако, как уже отмечалось, случаи такого за­крепления весьма редки.

    Другим важнейшим отличием постоянного нейтрали­тета от политики нейтралитета является различное меж­дународно-правовое положение постоянно нейтральных и неприсоединившихся государств в вопросе об отноше­ниях к войнам и военным конфликтам.

    Постоянно нейтральным государствам, как известно, международным правом категорически запрещается
    принимать участие во всех войнах и военных столкнове­ниях, кроме случаев защиты от вооруженного нападе­ния на само -постоянно нейтральное государство.

    Поэтому заранее известно, что постоянно нейтральные Швейцария и Австрия в любой -войне или военном конф­ликте останутся нейтральными, если только на них самих не будет совершено нападение. По-видимому, такова же позиция и Швеции, которая, дорожа своим традицион­ным нейтралитетом, стремится остаться в стороне и от всех будущих войн.

    Однако правовое положение Швеции отличается от по­ложения Австрии и Швейцарии. Если постоянно нейт­ральные Швейцария и Австрия обязаны соблюдать нейт­ралитет по международному праву, в силу своего статуса, то-стремление Швеции воздерживаться от участия в вой­нах и конфликтах — результат одностороннего волеизъ­явления самой Швеции.

    В этом вопросе международно-правовое положение Швеции сходно с правовым положением неприсоединив- шихся государств Азии и Африки, которые специально подчеркивают, что проводимая ими политика нейтрали­тета отнюдь не предопределяет их позиции в случае вой­ны пли какого-либо конфликта.

    Таким образом, имеются существенные различия в правовом положении постоянно нейтральных и неприсое- динившихся государств.

    Что же касается практической и внешнеполитической деятелвности всех этих государств в мирное время, то ак­тивная борьба за укрепление -мира и безопасности наро­дов, несомненно, в равной -степени отвечает как интере­сам- постоянно нейтральных государств, так и интересам государств, избравших путь неприсоединения.

    В вопросах борьбы за мир, обеспечение мирного сосу­ществования, достижение всеобщего « полного разору­жения и решение других проблем, от которых зависят судьбы мира, позиции постоянно нейтральных и нелри- соединившихся государств должны совпадать или быть •очень близкими друг к другу, ибо, в какой бы форме ни проводился нейтралитет, нейтральное государство не мо­жет не быть заинтересовано в -упрочении мира и тем са­мым в укреплении 'своего «нейтралитета.

    И если на практике постоянно нейтральные государ­ства менее активны в решении этих вопросов, чем непри-
    соединившиеся, то это вовсе не означает, что постоянный нейтралитет устарел, стал каким-то анахронизмом или представляет собой 'нейтралитет какого-то «второго сор­та».

    Дело не в форме, а в содержании .нейтралитета, в том, как понимают и что вкладывают в понятие -нейтралитета правящие круги тех или 'иных нейтральных государств.

    В современных условиях нейтралитет 'В любой фор­ме—в том числе и постоянный нейтралитет — .играет большую положительную роль, содействуя укреплению мира.

    Эта роль 'будет тем более велика, чем активнее участ­вует'нейтральное государство в борьбе за мир и безопас­ность народов.

    Последовательно проводя миролюбивую внешнюю по­литику, поддерживая все и всякие (подлинно миролюби­вые шаги других государств, Советский Союз неодно­кратно 'подчеркивал свое положительное .отношение к нейтралитету, в том числе и постоянному, поскольку ней­тралитет служит делу мира, делу укрепления независи­мости и роста международного авторитета нейтральных государств.




    [1]   Нельзя согласиться с мнением А. Нерсесова относительно того,

    что разница между ними заключается будто бы в том, что .нейтралитет

    [3] Впрочем, можно привести в качестве примера попытки устано­вить постоянный нейтралитет путем односторонней декларации — опыт Исландии. Так, 30 ноября 1918 г. законом о датско-исландской унии Исландия была объявлена постоянно нейтральным государ­ством.

    [4]   См., например, С. F. L i 11 е 11, The Neutralization of States, Meadville Pa. 1920, p. 9, где с одинаковой возможностью допуска­ется постоянный нейтралитет, который является «результатом" сво­бодного выбора соответствующего государства», и постоянный ней­тралитет, который навязан ему совместными действиями других держав.

    Разумеется, в истории были случаи навязывания постоянного нейтралитета малым странам. Однако это делало такой нейтрали­тет непрочным и непостоянным. Нейтралитет, чтобы быть прочным и действительно постоянным, должен быть добровольным. К''этому выводу приходит в конце концов н сам Литтел, который указывает, что если нейтралитет будет навязан, то государство воспользуется первой же возможностью, чтобы освободиться от этого нейтралите­та, п такой возможностью может быть, как полагает Литтел. пер­вая война по соседству с постоянно нейтральным государством (ibid, р. 89).              . '

    [5]  A. Morel, La Neutrality de la Suisse et la Societe des Nati­ons, Lauzanne, 1931, p. 87.

    [6] Л. А. Моджорян, Политика нейтралитета и ее значение в расширении зоны мира. «Международно-правовые формы мирного сосуществования государств и наций», стр. 62.

    [7]  См. «Правда», 9 августа 1958 г.

    - См. «Известия». 27 шоня 1963 г.

    Гонка вооружения в Швейцарии уже зашла очень далеко. В про­центном отношении к населению страны армия нейтральной Швей­царии— одна из самых крупных в Европе; военные расходы'погло­щают львиную долю-бюджета. В 1963 году в бюджете даже обра-' зовался дефицит в связи с закупкой во Франции большой партии истребителей марки «Мираж». При обсуждении этого вопроса в парламенте многие депутаты справедливо указывали на то, что с верх-

    скоростные самолеты совершенно не нужны для швейцарской армии, так как они, едва успев подняться, оказываются в .воздушном про­странстве соседних государств. Однако банки и монополии, нажи­вающиеся на гонке вооружений, настаивают на дальнейшем нара­щивании вооружении (см. «Известия», 28 августа 1964 г.).

    5 Проф. Ганс Тирринг—известный исследователь в области ядерной физики, депутат Федерального совета (второй палаты авст­рийского парламента), видный общественный и политический дея­тель Австрии.

    [10] С Австрией граничат: Италия, Швейцария, ФРГ, Чехослова­кия, Венгрия и Югославия. Участниками Государственного догово­ра с Австрией, подписанного 15 мая 1955 г., наряду с ней являются СССР, США, Англия и Франция.

    [11] См. «Volksstimme», 13 December 1963.

    [12]   «Международная жизнь», 1964 г., № 7, Стр. 82.

    [13] Это было отмечено еще тогда, когда разрабатывался статус постоянного нейтралитета Швейцарии в 1815 году. Обсуждавшие ее правовое положение державы заявили, что одним из важнейших условии признания постоянного нейтралитета Швейцарии они счи­тают ее «независимость от всякого иностранного влияния-» (Б.. Э.. Н о л ь д е. Постоянно нейтрально!.' государство, стр. 70). .

    [14] Вопрос об участии вооруженных сил нейтральных государств в принудительных мерах, осуществляемых ООН, освещается ниже,

    [15] Именно так определил сущность гарантии постоянного ней­тралитета комитет Венского конгресса по швейцарским делам, зани­мавшийся в 1815 году подготовкой статуса постоянного нейтралите­та Швейцарии (см. В. Н. Дурденевский, Нейтралитет в сис­теме коллективной безопасности, «Советское государство и право», 1957 г., № 8, стр. 87).

    [16] О том, что это практически осуществимо прн желании всех или по крайней мере большинства гарантов предотвратить нападе­ние на постоянно нейтральное государство, свидетельствует пример выступления гарантов в защиту постоянно нейтральной Швейцарии, когда в 185.6—1857 годах вследствие ее конфликта с Пруссией из-за одного из кантонов — Невшателя — ей угрожало нападение Прус­сии. В результате вмешательства гарантов вопрос был решен мир­ным путем и по решению конференции, созванной в 1857 году в Па­риже, Невшатель, бывший до этого в двойном подчинении — прус­ского короля и швейцарского сейма, был признан независимым и включен в состав Швейцарского Союза (см. Л. А. Мод жор ян. Постоянно нейтральное государство н международное право, «Со­ветское государство и право», 1955 г., № 7, стр. 111—112).

    [17] На зависимость оказания гарантами помощи от просьбы по­стоянно нейтрального государства указывает курс Оппенгейма (см. Л. Оп пен гейм, Международное право, т. I, п/т 2, ИЛ, 1949, стр. 482); некоторые другие курсы содержат противоположное мне­ние; см., например, L. С a v а г е, Droit international public positif, v. 1, P., 1951, p. 584).

    [18]     И. С. П е р е т е р с к и it, Понятие гарантии о международном праве, «Советское государство н право», 19-56 г., № 9, стр. 52.

    [19]     Б. Э. Нольде, Постоянно нейтральное государство, стр. 92—93.

    [20] В. И. Ленин, Социализм и война, Соч., т. 2!, стр. 276—277.

    [21]    Такое указание содержал и договор об устаноплешш постоян­ного нейтралитета Бельгии.

    [22] Подробнее историю развития нейтралитета Швейцарии см. Е. В о n j о u г, Histoire de la neutralise Suisse, Neuchatel, 1946; L. Straessle, Die Entwicklung der >chveizeischen Neutralist, Freiburg in der Schweiz, 1951.

    [23] Там же. стр. 14.

    [24] Т а м ж е-

    [25] Впрочем, это не помешало великим державам бороться между собой за преобладающее влияние в Швейцарии,^ а также вовлечь ее в 1817 году в Священный союз, участие в котором, несомненно, угрожало постоянному нейтралитету Швейцарии.

    [26] Державы, подписавшие акт 8(20) ноября 1815 г., предлагали присоединиться к нему «всем европейским державам». В 1817 году к акту присоединились Испания и Швеция. Призыв, обращенный ко «всем европейским державам», интересен в том смысле, что он сви­детельствует о желательности признания статуса постоянного ней­тралитета возможно большим числом государств. Эту мысль под­тверждает развитие постоянного нейтралитета и применение его к другим государствам. Так, к гарантии постоянного нейтралитета Люксембурга было приглашено и присоединилось Королевство Сар­диния, хотя нельзя сказать, чтобы оно имело в-этом какую-то заин­тересованность.

    [27] В резолюции Совета Лиги наций от 12 февраля 1925 г. указы­валось: «Совет признает, что вечный нейтралитет Швейцарии и га­рантии неприкосневенности ее территории, 'инкорпорированные в со­ставе международного права, в частности в договорах и в акте 1815 года, оправдываются интересами общего мира и как таковые совместимы с уставом Лиги Наций» (Ч. Хайд, Международное право, его понимание и применение Соединенными Штатами, т 1, стр. 216).

    J См. Л. Оппенгенм, Международное право, т. II, п/т 2, стр. 182.

    [29] См. W. P. Grieve, The Present Position of «Neutral» Sta­tes, «The Grotius Society Transactions for the Year 1947», v. 33, 1948, p. 116.

    [30] К. Бротбек неточно указывает дату установления нейтрали­тета Бельгии. Как уже отмечалось выше, он был установлен Лондон­ским договором от 15 ноября .1831 г.

    [31] Соглашаясь с К- Бротбеком в том, что Швейцария доброволь­но примяла на себя статус постоянного нейтралитета, мы не можем признать справедливыми его категорические утверждения о харак­тере нейтралитета Белыми и Австрии, о том, что их нейтралитет не является якобы добровольным, а был им навязан другими держа­вами. Если вопрос о добровольности нейтралитета Бельгии в 1831 го­ду является спорным в теории международного права, то в отноше­нии Австрии есть все основания утверждать, что постоядашй нейтра­литет был ею провозглашен вполне добровольно.

    [32] «Внешняя политика Советского Союза в период Отечествен­ной бонны, т. 1, Господкт[1здат», 1946.-стр. 417.

    [33]   Австрия первой ратифицировала договор 8 июня 1955 г., СССР — 11 шоия 1955 г., последней депонировала свою ратификаци­онную грамоту Франция —27 июня 1955 г. Этот день явился днем вступления договора в силу.

    ' "2 См. «Сборник действующих договоров, соглашений и конвен­ции, заключенных СССР с иностранными государствами», вып. XVII и XVIII, стр. 33—69.

    [35] «Известия», 15 мая 1955 г.

    [36] См., например, Н. В г а п d v е i п е г, Der osterreichische Staais- vertrag, Leipzig, 1955, SS. 42—44; A. Ver dross. Die immer- wahrende Neutralist der Republik Osterreich, SS. 6—18.

    [37] A. Verdross, Die immerwahrende Neutraiitat der Republik Osterreicli, 55. 15—17.

    Как уже отмечалось выше, такая точка зрения остается преоб­ладающей в международном праве. Однако в условиях современ­ности, в обстановке все более решительной борьбы миролюбивых государств и народов всей земли за всеобщее и полное разоружение ничто не мешает постоянно нейтральному государству доброволь­но отказаться от вооруженных сил и вооружений, стать практиче­ским примером разоружившегося государства, получив соответст­вующие международные гарантии.

    Во всяком случае вряд ли есть необходимость чрезмерно под­черкивать, что постоянный .нейтралитет должен быть вооруженным. По-видимому, достаточно сказать, что он может быть вооруженным, предоставив самому постоянно нейтральному государству решить этот вопрос на практике. При этом, как уже отмечалось, постоянно нейтральное государство не может быть заинтересовано в гонке во­оружений, в оснащения своих вооруженных сил ракетным и ядер- ным оружием и т. 'д.

    Международное право действительно не требует от постоянно нейтрального государства так .называемого «идеологического нейт­ралитета». Однако, как уже указывалось выше, разжигание вражды и ненависти к какому-либо государству или его представителям, враждебная какой-либо стране или группе стран пропаганда, прово­димая в печати, по радио или иным путем осуществляемая в посто­янно нейтральном государстве, не может содействовать укреплению его нейтралитета, а при определенных условиях может привести к возникновению международного конфликта.

    [38] Так. в конце октября 1961 года собравшиеся на конференцию министры иностранных дел Австрии, Швейцарии и Швеции высказа­лись за «ассоциацию» с ЕЭС и «подтвердили свою точку зрения, что нейтралитет не является препятствием для ассоциации с ЕЭС в приемлемой форме» (См. О. Афанасьева. Политика нейтрали­тета под угрозой, «Международная жизнь», 1961 г., № 12, стр. 110).

    О   несостоятельности доводов относительно того, что «ассоциа­ция» с ЕЭС несовместима с нейтралитетом, см. ниже.

    [39]     «Международная жизнь», 1964 г., № 7, стр. 81.

    [40] «Правда», 1 декабря 1961 г.

    [41] «Международная жизнь», 1964 г., № 7, стр. 81.

    [42] См., например, Г. О с н и ц к а я, Нейтралитет и «общий ры­нок», «Международная жизнь», 1962 г., № 6, стр. 73—77; О. Т и м а ш- кова, Западноевропейская интеграция — угроза нейтралитету, «Международная жизнь», 1964 г., № 3, стр. 58—65; см, также ста­тью австрийского публициста; Л. Грюнвальд, Малые страны в большой политике, «Международная жизнь», 1964 г., № 7, стр. 77— 86, и Э. Ф и а л, Нейтралитет Австрии и «общий рынок», «Пробле­мы мира н социализма», 1963 г., № 10, стр. 36—41.

    ‘ Так, в Ассамблее ЕЭС из 142 мест Франция, ФРГ и Италия имеют по 36, Бельгия и Голландия — по 14, Люксембург — 6 мест; б Совете ЕЭС ФРГ, Франция и Италия имеют по 4 голоса, Бельгия и Голландия —по 2, а Люксембург— всего 1 royioc. «Если учесть, что многие решения считаются принятыми, если они собрали 12 голосов, то легко понять, что первые три наиболее сильные страны могут на­вязать угодные им решения более слабым членам «Общего рынка». (Г. Осницкая, Нейтралитет и «общий рынок», «Международная жизнь» 1962 г., № 6, стр. 75).

    [43] В качестве примера можно привести так называемую «яичную воину». Сущность ее состоит в том, что 3 февраля 1964 г, правитель­ство ФРГ в связи с падением цен на яйца «а внутреннем рынке за­претило ив-оз ® Западную Германию яиц, экспортируемых из Бель­гии и Голландии. Если учесть, что Голландия, например, вывозит в ФРГ 40% своего производства яиц, то станет ясно, какой тяжелый удар нанесло своим младшим партнерам по ЕЭС правительство За­падной Германии. Однако, несмотря на их протесты, ФРГ продолжа­ла настаивать на своем, невзирая даже ка решение Комиссии ЕЭС. обязывающее ее снять запрет (см. «Новое время», 1964 г., № 7. стр. 33).

    [44] Г. Оснидкая в упоминавшейся статье приводит следующее вы­сказывание французского юриста Марселя Сибера: «Нейтральное государство может заключать договоры, регулирующие экономичес­кие, материальные, моральные интересы (торговые, о навигации, об экстрадикции, почтовые н т. п.), но с условием .не связывать свою судьбу с судьбой другого государства таким образам, чтобы получа­лось объединение их институтов» (Marcel S i b е г t, Traite de droit international public, tome premier, P., 1951, p. 394). Вступление в ЕЭС для нейтральных государств как раз и означает такую тесную связь их судьбы с шестью участниками НАТО, против которой пре­достерегал М. Сибе:р. Поэтому .нейтральное государство, если оно дорожит своим нейтралитетом, не .может вступить в «Общий рынок» ни в качестве полного члена, ни в форме «ассоциации».

    [45] Г. Оси и цк а я, Нейтралитет и «общий рынок», «Междуна­родная жизнь», 1962 г., № 6, стр. 76.

    [46] ч3а исключением военной контрабанды, которая запрещается.

    [47] Аналогичные положения содержатся и в XIII Гаагской кон­венции 1907 года о правах и обязанностях нейтральных держав в морской войне. Текст этих конвенций см. «Международное право в избранных документах», т. III, Изд-во ИМО, 1957, стр. 266—275.

    [48] «Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами», вып. XVII н

    XVIII, стр. 35.

    [50] См. Н. Кетишев, Адвокаты «холодного аншлюса», «Новое время», 1964 г., № 28, стр. 20.

    [51] См. «Volkstimme», 14. Februar 1964.

    [52] «Volkstimme», 11. Juni 1964.

    [53] «Правда», 10 июля 1964 г.

    [54] См., например, статью австрийского юриста д-ра Генриха Д ю р м а е р а «Нейтралитет ли это?», «Известия», 23 октября 1962 г.

    [55] М. Крем не в, Неприсоединившиеся страны и мировая по­литика, «Проблемы мира и социализма», 1963 г., № 4, стр. 31; см. также Я- Этннгер и О. М е л а к я н, Нейтрализм и мир, стр. 19.

    [56] Постоянный нейтралитет Австрии и Швейцарии представляет, особый международно-правовой статус, закрепленный в многосто­роннем договоре, тогда как нейтралитет Швеции, хотя он и стал традицией, основан лишь на односторонней декларации и по юри­дическому оформлению сходен с нейтрализмом. Тем не менее по своему содержанию, по толкованию правящими кругами прав и обязанностей по нейтралитету Австрия, Швейцария и Швеция обычно рассматривают вместе, как государства, нейтралитет которых одно­типен.

    [57] М. К р е м н е в, Непрнсоеднннвшиеся страны и мировая по­литика, «Проблемы мира и социализма», 1963 г., № 4, стр. 31.