Юридические исследования - ОЧЕРКИ СОВРЕМЕННОГО АГРАРНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ СТРАН. Л. И. ДЕМБО (Часть 2) -

На главную >>>

Земельное право: ОЧЕРКИ СОВРЕМЕННОГО АГРАРНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ СТРАН. Л. И. ДЕМБО (Часть 2)


    Наибольшее обострение противоречий капитализма происходит в. аграрных отношениях. Неравномерность развития капиталистической экономики привела ряд бур­жуазных стран к аграрному кризису. В некоторых стра­нах скопились громадные массы не находящей сбыта сельскохозяйственной продукции, и правительства этих стран, особенно США, стараются любыми мерами сокра­тить посевы, уменьшить сборы урожая и т. д., в то вре­мя как во многих частях капиталистического мира голо­дают сотни миллионов людей. Идет дальнейший процесс концентрации земли в руках крупных землевладельцев и монополистических объединений за счет все усиливаю­щегося и ускоряющегося обезземеливания и разорения многомиллионной армии трудящихся крестьян, мелких и средних фермеров и все больше обостряется классовая борьба за землю между трудящимися крестьянами и крупными землевладельцами.



    Л. И. ДЕМБО

    ОЧЕРКИ

    СОВРЕМЕННОГО АГРАРНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ СТРАН

    США, Англия, Франция,

    Италия, ФРГ



    ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО ЮРИДИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

    Москва1962

    Ответственный редактор профессор Г. А. АКСЕНЕНОК



    От редактора...........................................

    Глава I — Источники современного аграрного законода­тельства капиталистических стран

    § 1. Англо-американская и западноевропейская континен­тальные системы аграрного законодательства . . . .

    § 2. Источники аграрного законодательства США . . . .

    § 3. Источники аграрного законодательства Англии . . .

    § 4. Источники аграрного законодательства Франции . . .

    § 5. Источники аграрного законодательства Италии . . . .

    § 6. Источники аграрного законодательства Федеративной Республики Германии ...............................................

    Глава II — Право собственности . на землю в капитали­стических странах

    § 1. Право собственности на землю в США......................................


    § 2. Право собственности на землю в Англии...................................


    § 3. Право собственности на землю во Франции..............................


    § 4. Право собственности на землю в Италии...................................


    § 5. Право собственности на землю в Федеральной Респуб­лике Германии        

    Глава III — Право землепользования в капиталистиче­ских странах и его виды

    § 1. Виды землепользования в США..................................................

    § 2. Виды землепользования в Англии...............................................

    § 3. Виды землепользования во Франции..........................................

    § 4. Виды землепользования в Италии..............................................

    § 5. Виды землепользования в Федеративной Республике Германии                  

    Глава IV — Правовое регулирование сельскохозяйствен­ной деятельности

    § 1. Сельскохозяйственная деятельность как предмет пра­вового регулирования             


    § 2. Сельскохозяйственное предприятие как правовой институт           177


    § 3. Формы и методы принудительной регламентации сель­скохозяйственного производства и обмена        193



    Глава V — Реакционная сущность буржуазной науки аграрного права и ее кризис

    § 1 Реакционная сущность буржуазной науки аграрного права                                                                                               214

    § 2. Кризис буржуазной науки аграрного права                                233



    ГЛАВА П

    ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ НА ЗЕМЛЮ В КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ СТРАНАХ

    § 1. Право собственности на землю в США

    При анализе права земельной собственности в США необходимо исходить из исторических предпосылок про­цесса образования частной буржуазной собственности на землю в эпоху английской колонизации американского континента.

    В Западной Европе основой перехода к капиталисти­ческому способу производства в сельском хозяйстве слу­жила экспроприация земли у народных масс. Эпоха пер­воначального накопления характеризуется экспроприа­цией непосредственных производителей, лишением их земли, ликвидацией феодальных земельных отношений, превращением феодальной земельной собственности в собственность буржуазную. Капитализм складывался и развивался в недрах феодального общества.

    Говоря о процессе первоначального накопления в За­падной Европе, Маркс отмечает, что «капиталистический режим или прямо подчинил себе здесь все национальное производство, или где отношения менее развиты, он, по меньшей мере косвенно, контролирует те продолжающие еще существовать наряду с ним и разрушающиеся обще­ственные слои, которые относятся к устаревшему спо­собу производства»[1].

    В противоположность Западной Европе капитализм в США развивался в условиях свободной колонизации, сущность которой заключается в том, что масса земли остается еще народной собственностью и потому каждый поселенец может превратить часть ее в свою частную собственность и в свое индивидуальное средство произ­водства, не препятствуя этим позднейшему поселенцу поступать таким же образом

    По известному американскому закону о так называе­мых гомстедах 1862 года было установлено право каж­дого американского гражданина приобрести участок зем­ли из свободного земельного запаса. Многие фермеры получали эти участки земли даром или за ничтожную плату. Свободные земли пополнялись в результате си­стематического истребления и вытеснения индейских пле­мен в пустынные и малопригодные земли. Таким обра­зом, частная собственность на землю развилась в США на вполне капиталистической основе. Эта особенность объясняет чрезвычайно широкое и быстрое развитие ка­питализма в Америке. Реальная возможность колониза­ции западных земель несколько смягчала социальные последствия начавшегося в заселенных и наиболее про­мышленных районах страны процесса экспроприации мелких землевладельцев.

    Вместе с тем процесс развития капитализма и про­цесс развития буржуазной земельной собственности был неодинаков в различных основных районах США: на промышленном Севере, на бывшем рабовладельческом Юге и на колонизуемом Западе. Промышленный Север оставался главным производителем сельскохозяйствен­ных продуктов, отличаясь наиболее интенсивным земле­делием и наиболее капиталистическим характером сель­ского хозяйства. На Юге система хозяйствования посред­ством аренды заменила эксплуатацию рабского труда. Поэтому на Юге больше всего развита арендная систе­ма; бывшие рабовладельческие плантации разбиты на мелкие парцеллы, сдаваемые арендаторам. Собствен­ность тех землевладельцев Юга, которые сдают свою зем­лю издольщикам (преимущественно неграм), носит полу­феодальный характер, как и получаемая ими рента (обычно даже натурою) [2]. Колонизуемый Запад, где, по выражению Ленина, «американская республика осуще­ствила на капиталистический манер «народническую» идею раздачи незанятых земель каждому желающему» [3],
    характеризуется с точки зрения форм собственности «сво­бодным фермерством» на «свободной» земле и «семей­ными фермами». Однако, конечно, и Запад не избежал общей участи капиталистической концентрации земле­владения. Фермеры — собственники, владельцы гомсте­дов быстро разорялись, и огромные земельные площади были захвачены капиталистическими акционерными об­ществами, что привело и на Западе к господству круп ной земельной собственности.

    Большая часть сельскохозяйственной площади сосре­доточена в руках крупных капиталистических хозяйств. По данным 1950 года, фермы размером до 40 га, состав­лявшие 55,8% общего количества фермерских хозяйств, в 1950 году владели 10,1% земельной площади, в то время как на фермы свыше 200 га, составляющие 5,6% ферм, приходилось 53,4% земли К За период с 1930 по 1950 год число ферм в США уменьшилось на 1 миллион. Темп концентрации землевладения и сельскохозяйствен­ного производства в США ускоряется. За время прези­дентства Д. Эйзенхауэра (за 1953—1960 гг.) «исчез» еще 1 миллион ферм, и на это понадобилось уже не 20, а всего 8 лет. Министр земледелия в правительстве Д. Кеннеди Орвил Фримэн через год после президент­ских выборов 1960 года вместо предвыборных обещаний заботиться о повышении доходов фермеров и о сохране­нии «семейных ферм» (гомстедов) заговорил о том, что «менее способных к успешному хозяйствованию» фер­меров и впредь будут «вымораживать» [4].

    Процесс образования и развития капитализма в США оказал влияние на всю систему земельных правоотноше­ний, на сложившиеся земельноправовые институты и в первую очередь на формы земельной собственности (как государственной собственности, так и частной земельной собственности). Вместе со всем английским правом в североамериканских колониях Англии действовал его фиктивный принцип, в соответствии с которым верхов­ным собственником всей земли считался английский ко­роль. С образованием США это полномочие перешло к американскому государству как правопреемнику англий­ской короны, что, конечно, также является фикцией. Од­нако на эту концепцию юридически опирается в США государственная собственность на все свободные земли.

    Право государственной собственности на все свобод­ные и никем не заселенные земли зафиксировано в феде­ральном законодательстве. Свободные и никем не засе­ленные земли считаются в США публичным домэном (РиЬПс Ботат). Эти земли составляют запасный зе­мельный фонд, который находится в распоряжении фе­дерального правительства. Если земля становится бес­хозяйной или выморочной, то она переходит к госу­дарству.

    Президенту США предоставлено право в любое время по своему усмотрению изымать и резервировать из госу­дарственных земель США необходимые земли для гидро­энергетики, ирригации и других публичных целей[5].

    Право государственной собственности на свободные земли по закону не должно затрагивать частных инте­ресов, частного предпринимательства. Это касается глав­ным образом использования недр и воды. Поэтому все земли, резервированные для публичных целей, должны быть всегда открыты для поисков и разведок полезных ископаемых и могут быть приобретаемы частными лица­ми для использования недр по горным законам США[6]. С другой стороны, если земли, изъятые государством для ирригационных и других целей, более не требуются для этих целей, то министр внутренних дел может произ­вести оценку данных земель и продать их гражданам США с публичных торгов[7]. Таким образом, использова­ние недр и вод для публичных целей вовсе не исключает и эксплуатацию природных богатств капиталистами и предпринимателями. Этому содействует также специаль­ное горное и водное законодательство США.

    Общее положение, определяющее правовой режим недр государственных земель, гласит, что во всех слу­чаях земли» представляющие ценность с точки зрения содержащихся в них полезных ископаемых, не подлежат продаже, за исключением случаев, специально указанных
    в законе *. Однако все полезные ископаемые, заклю­ченные в недрах государственных земель, как находя­щиеся, так и не находящиеся на учете, предоставляются для свободных поисков и разработок на условиях и в порядке, установленных законом[8]. Таким образом, экс­плуатация недр государственных земель свободна для частных предпринимателей.

    Правовой режим вод в США в еще большей мере служит тем же интересам крупных предпринимателей, монополиям и интересам финансового капитала, по­скольку гидроэнергетика и ирригационное дело в США с самого начала были построены на началах частного предпринимательства. Интересы монополистического ка­питала обеспечиваются тем, что как для гидроэнерге­тики, так и для ирригации установлен концессионный порядок.

    Руководство концессионным делом в области гидро­энергетики сосредоточено в специально учрежденной фе­деральной комиссии по водной энергии (Рес1ега1 Ро^ег Сотгшззюп), состоящей из военного министра, минист­ра внутренних дел и министра сельского хозяйства.

    1   члена комиссии составляют кворум. Общие правомо­чия комиссии заключаются в исследовании, сборе дан­ных, утверждении проектов и т. д. Комиссия выдает лицензии на постройку дамб, виадуков и т. д.[9]. На кон­цессионных началах построено и ирригационное дело в США, и этсму началу подчинено все водное законода­тельство, весь водноправовой режим США.

    Водное законодательство США теснейшим, образом связано с земельным законодательством. Оно отражает в области ирригации интересы капиталистически разви­того сельского хозяйства, всесторонне охваченного мо­нополистическим капиталом. Ирригация получила в США широкое развитие, особенно в засушливых запад­ных районах.

    Право распоряжения водами со стороны федераль­ного правительства покоится на его праве собственности на все свободные земли. Вместе с тем штаты самостоя­тельно определяют понятие публичных вод и устанав­ливают порядок пользования водами. В одних штатах воды во всех водных потоках объявлены публичными, предназначенными для общего пользования под госу­дарственным контролем. В других штатах публичными считаются все воды, за исключением находящихся в частной собственности по береговому праву. Таково по­ложение в штатах Аризона, Айдахо, Северная Дакота, Калифорния, Колорадо, Нью Мексико.

    «Береговое право» — часть английского «общего пра­ва»— предоставляло земельному собственнику право на прибрежный водный поток, и земельный собственник мог использовать протекающий через его землю или граничащий с его землей водный поток для любых це­лей, в том числе для целей ирригации.

    Система «берегового права» в настоящее время при­меняется в незначительном числе штатов. В подавляю­щем большинстве штатов установлен принцип государ­ственного верховенства над всеми водами. При этом право на воду для гидроэнергетики, ирригации и про­мышленных целей предоставляется только государством в порядке концессии, что соответствует интересам круп­ных предпринимателей, капиталистических монополий и т. д. Вполне понятно, что в этих условиях «береговое право», защищающее интересы земельных собственни­ков, должно было уступить место так называемому «праву присвоения» с разрешения государства, отде­ляющему права на воду от прав на землю. Государ­ственное верховенство над водами устанавливается в водном законодательстве на той стадии развития вод­ного хозяйства, когда противоречия между земельными собственниками и промышленными предпринимателями разрешаются в пользу последних и государство в инте­ресах монополий сосредоточивает в своих руках рас­поряжение водными ресурсами и устанавливает такой водный режим, при котором государственное предоста­вление воды признается единственным основанием для приобретения прав на воду [10].

    Права государства на землю, недра и воды обеспе­чивают господство принципа буржуазной частной соб­ственности в земельном законодательстве США. В тех
    же статутах, законах и кодексах, в которых провозгла­шается, что высшая собственность на землю принадле­жит государству, закрепляется абсолютная частная зе­мельная собственность как ведущий принцип земель­ных отношений.

    Для понимания форм земельной собственности в США необходимо в первую очередь выяснить основной для англо-американских земельноправовых институтов термин «ез1а1е». Слово «езШе» означает право на землю, которое является или может стать владением и которое измеряется длительностью. Термин «ез!а1е» применяется только в отношении прав на землю, сопря­женных с владением. Все права землевладения — и права собственника и права арендатора — опреде­ляются как ез1а1е, за исключением аренды, продолжаю­щейся после срока. Такая аренда характеризуется не как ез1а!е, а как держание ({епапсу о зиГГегапсе).

    Землевладельческие права делятся на свободные и несвободные, что также является пережитком англий­ских феодальных конструкций. Однако, сохранившись в американском (и английском) праве, это деление имеет теперь совершенно иное содержание: свободное владе­ние является земельной собственностью; не­свободное владение— арендой.

    По американскому праву земельная собственность (свободное землевладение — ГгееЬоЫ езЫе) существует в трех видах: а) безусловная собственность — землевла­дение в форме абсолютного феода (езЫе т !ее З1тр1е аЬзоМе); б) пожизненная собственность — пожизненное землевладение (ез!а1;е Гог Ше); в) заповедная собствен­ность (езШе ш Гее 1аП).

    Безусловная частная земельная собственность 'опре­деляется в американском федеральном праве как при­надлежащее физическому лицу и подлежащее наследо­ванию землевладение, потенциально бессрочное или прекращающееся в результате события, которое обя­зательно должно иметь место, но необязательно в опре­деленный срок. Это наиболее полная собственность на землю. Безусловная собственность закреплена в консти­туциях или статутах отдельных штатов. При наличии таких статутов положения английского «общего права» о наследовании и о сделках между живыми не дей­ствуют. В 39 штатах и в округе Колумбия имеются ста- 56
    туты, устанавливающие право безусловной земельной собственности.

    В законодательстве отдельных штатов безусловная собственность на землю регулируется единообразно и существующие формальные различия значения не имеют. Обычно безусловная собственность создается в результате сделки, если только в документе о передаче земли не выражено намерение создать другое или меньшее право землевладения.

    Таким образом, приобретение безусловной собствен­ности по законодательству отдельных штатов может иметь место либо путем наследования, либо по граж- данскоправовой сделке. Порядок продажи земли весьма упрощен, и право собственности переходит путем про­стой передачи. В законодательстве большинства штатов установлена весьма упрощенная форма купчих. Для установления безусловной земельной собственности тре­буется лишь, чтобы в купчей было указано, что пере­даются «все права на вышеуказанные земли и что ни продавец, ни его наследники не имеют более никаких прав на эти земли». Законную силу между сторонами имеют как зарегистрированные, так и незарегистриро­ванные купчие. Регистрация купчих имеет значение только для третьих лиц. Засвидетельствованная выписка из регистрационных книг служит доказательством права собственности на землю. Упрощенный порядок купли- продажи земли значительно облегчает в США земельный оборот, скупку земель и концентрацию землевладения.

    В отношении наследования безусловной земельной собственности во многих штатах также действуют еди­нообразные положения. При отсутствии завещания аб­солютная земельная собственность переходит к детям и делится поровну между ними. По принципу субсти­туции внуки получают и делят долю своих родителей, умерших раньше наследодателя *.

    Таким образом, в большинстве штатов существует полная абсолютная буржуазная собственность, лишен­ная всякой тени феодальных пережитков.

    Пожизненная земельная собственность по американскому праву — это землевладение, не переходящее по наследству, длящееся в течение срока жизни одного или нескольких лиц, не оканчивающееся каким-либо определенным или поддающимся исчисле­нию сроком и не оканчивающееся по воле того, кем это землевладение передано *.

    Данный вид земельной собственности может воз­никнуть по передаточной надписи, по завещанию или в силу обстоятельств, с которыми закон связывает воз­никновение этого права. Передаточную надпись может сделать тот, кто обладает абсолютной собственностью. Сделанная передаточная надпись не может быть ану- лирована тем, кто передал имение в пожизненную соб­ственность [11].

    Заповедная собственность — это неотчуж­даемое землевладение, переход которого по наследству очень существенно ограничен. Эта форма собственности сохранилась только в четырех штатах — Делавэр, Мэн, Массачусетс и Род-Айленд. Однако и в них заповедная собственность утратила свое значение и не имеет широ­кого распространения [12].

    Особое значение имеет в США в качестве специаль­ной формы частной собственности семейная соб­ственность (Нотз{еас15). Это мелкая буржуазная собственность, определенные характерные черты кото­рой связаны с ее возникновением в процессе колониза­ции Запада. Данный вид земельной собственности был установлен законом 1862 года, по которому производи­лась раздача земель государственного земельного за­паса в собственность по 160 акров бесплатно или за не­большую плату (по 2 долл. 50 центов за акр).

    В настоящее время по закону о гомстедах каждый гражданин США, являющийся главой семьи или достиг­ший 21 года, имеет право приобрести 160 акров земли с тем, чтобы этот участок земли стал семейной соб­ственностью. Это право предоставляется также лицу, подавшему заявление о том, что оно желает стать граж­данином Соединенных Штатов [13].

    Гомстед как семейная собственность характери­зуется рядом специфических особенностей, касающихся субъекта права собственности, объекта, правомочий собственника, участия в гражданском обороте, насле­дования и т. д.

    Субъектом права собственности на гомстед должно быть отдельное лицо, являющееся главой семьи, суще­ствование которой обеспечивается этим гомстедом. В гомстед входит не только земельный участок, но и все хозяйство, в том числе орудия и средства производства. Владелец полученной земли принимает на себя ряд обя­зательств по ее обработке. Если владелец в течение

    5   лет выполняет все эти обязательства, то он получает от Главного земельного управления так называемый «земельный патент» на абсолютное и постоянное владе­ние своим гомстедом.

    Это владение подчиняется определенному земельно­правовому режиму. В качестве семейной собственности гомстед неотчуждаем. На имущество гомстеда не может быть обращено взыскание за долги. В неотчуждаемое имущество включается земельный участок определенного размера, средства производства, необходимые для его обработки, жилой дом, хозяйственные постройки и пр.

    В некоторых штатах неотчуждаемость гомстедов ус­тановлена законом; в других штатах для установления неотчуждаемости требуется, чтобы глава семьи зареги­стрировал свой гомстед и внес его в особый список. Не­отчуждаемость и недопустимость обращения взыскания по долгам на гомстед сохраняются после смерти главы семьи за вдовой (пожизненно) и за детьми (до совер­шеннолетия младшего из них).

    В связи с неотчуждаемостью гомстедов в отношении их имущества не допускаются и сделки, могущие по­влечь за собою отчуждение в будущем, в том числе и за­лог гомстеда. Однако во многих штатах данный прин­цип нарушается и залог гомстедов с последующим об­ращением взыскания на имущество гомстеда по такого рода долгам допускается, чем, конечно, значительно па­рализуется охрана имущества этих «семейных ферм». Иначе, как под залог земли, мелкий собственник не мо­жет получить необходимого ему кредита для целей ме­лиорации, для приобретения инвентаря, семян и т. п. Кроме того, ограничения оборота, установленные в
    отношении семейной земельной собственности, конечно, не способны предохранить мелкого земельного собствен­ника— владельца гомстеда от разорения и вместе с тем не меняют общей тенденции земельного законодатель­ства США, чрезвычайно облегчающего земельный обо­рот и тем способствующего концентрации крупного зем­левладения.

    В целях предохранения гомстедов от раздробления в конституциях некоторых штатов запрещена частичная продажа ферм; в других штатах, где существует сво­бода продажи ферм, только переживший супруг имеет право претендовать на законную долю, если он не удо­влетворен завещательным распоряжением. В некоторых штатах эта оговорка применяется только к мужьям, а не к женам. В целях сохранения «семейных ферм» практи­куются прижизненные передачи: а) участие сына в управлении как первый шаг к передаче; б) внутрисемей­ная передача фермы в аренду родителям и сыну или зятю; в) покупка фермы за прожиток; г) передача фер­мы ближайшим родственникам [14].

    Своеобразную форму владения землей установил в 1938 году закон о небольших участках (5та11 Тгас( Ас* 1938) с последующими поправками. Согласно этому за­кону граждане и организации США могут получить от правительства на льготных условиях небольшие участки государственных земель — лишь до 5 акров — для осу­ществления построек, отдыха, деловой деятельности и т. п.

    Эти участки могут быть проданы или сданы в арен­ду. Они отличаются от гомстедов, так как не связаны рядом обременяющих обязательств, характерных для гомстедов (необходимость постройки дома, обязанность обработать часть территории).

    Поправками к закону, принятыми в послевоенные го­ды, указывалось, что предпочтение при получении земли делается ветеранам второй мировой войны и корейского «конфликта».

    Таким образом, весь правовой режим частной зе­мельной собственности в США служит задачам концен­
    трации землевладения. Это подтверждают и упрощен­ный порядок купли-продажи земли, и характерные для эпохи империализма тенденции ограничения правомочий земельных собственников, ущемляющие интересы мел­ких и средних собственников в пользу крупного земле­владения, и ограничение прав земельных собственников на пользование водами путем замены «берегового пра­ва» «правом присвоения».

    Крупное землевладение охраняется в США также и порядком наследования. В законах ряда штатов преду­сматривается, что если крупная земельная собственность не может быть раздроблена без ущерба, то суд должен присудить землю одному из наследников, который вы­плачивает другим наследникам их наследственную долю деньгами. При этом старший из наследников предпочи­тается младшим наследникам. Вдове предоставляется в пожизненное пользование Уз земельного владения.

    К числу ограничений правомочий земельных соб­ственников, которые ущемляют мелких и средних и обеспечивают интересы крупных землевладельцев, отно­сится установление в США государственного контроля над размерами посевных площадей, занятых пшеницей и хлопком, в целях сокращения посевных площадей.

    Так, неизбежная при капитализме концентрация зе­мельной собственности и сосредоточение крупного зем­левладения в руках монополистического капитала, охва­тывающего и контролирующего в эпоху империализма все сельскохозяйственное производство, обеспечиваются современным американским земельным законодатель­ством.

    § 2. Право собственности на землю в Англии

    Общность юридической терминологии в английском и американском законодательстве не должна затушевы­вать имеющиеся существенные различия, в частности, в отношении права земельной собственности. Если в США статутное право идет по пути ограничения и в конце концов отмены действия «общего права», то английское статутное право постепенно приспособило его к потреб­ностям буржуазного развития, сохранив и видоизменив старые юридические конструкции.

    Длительный союз между буржуазией и теми круп­ными землевладельцами, владения которых представ­ляли на деле не феодальную, а буржуазную собствен­ность [15], в значительной степени привел к слиянию ари­стократии и' плутократии. Титулованные джентльмены вступали в правления компаний, а крупные капиталисты становились титулованными джентльменами[16].

    Буржуазная земельная собственность в Англии об­лечена в приспособленную к ее потребностям полуфео­дальную юридическую форму. Это необходимо иметь в виду при анализе английских земельноправовых инсти­тутов, в том числе и института земельной собственности.

    В основе архаических конструкций земельноправо­вых институтов в английском праве лежит своеобраз­ная классификация владельческих прав, исходящая из старинного понятия «ез1а!е» как общего и первона­чального универсального понятия права на землю, свя­занного с владением. Права на землю, связанные с вла­дением (ез!а1е), входят в заимствованную из римского права гражданскоправовую категорию телесных вещей, которые в Англии называются согрогеа1 ЬегесИ1ашеп15. Не дающие владения на землю права называются тсогрогеа1 (бестелесными) ЬегесИ1ашеп1з и не являются ез!а1ез. Например, собственник или долгосрочный арен­датор обладает правом владения (согрогеа1 ЬегесШа- теп1), ^лицо, которое пользуется лишь правом прохода, имеет только тсогрогеа1 ЬегесШатеп!, так как оно не владеет землей. В соответствии с дуализмом англий­ского права ез!а1ез делились на две группы. Одну из них составляли ез1а1ез, основанные на «общем праве» (1еда1 ез!а1ез), другую — езШез, основанием для кото­рых служит «право справедливости», применявшееся в суде канцлера.

    Эта архаическая классификация прав на землю про­тиворечила буржуазным земельным отношениям, тре­бующим прежде всего противопоставления земельной собственности и земельной аренды. Она затрудняла зе­мельный оборот, осложняла наследование, заставляла
    приобретателя земельной собственности учитывать все­возможные права на землю и интересы, не связанные с владением, чрезвычайно запутывала земельные отноше­ния. Противоречия, в которые эти архаические конструк­ции вступали с требованиями буржуазного земельного оборота, привели к изданию ряда законов, задачей ко­торых было приспособить старинные правовые формы к современным условиям. Но даже наиболее решитель­ные в этом отношении законы о собственности, издан­ные в 1925 году, не устранили старой терминологии. Тем не менее они освободили земельные правоотношения от ряда устаревших положений и приблизили форму зе­мельноправовых институтов к их современному бур­жуазному содержанию.

    Прежде всего было значительно ограничено понятие «езШез». Согласно ст. 1 закона о собственности 1925 года оно существует только в двух видах: 1) т Гее 51тр1е аЪзо1и1е т роззеззюп и 2) 1Ье 1егт оГ уеагз аЪ- зо1и!е [17]. Общее для обеих форм заключается в том, что обе они считаются «безусловными». В акте о собствен­ности 1925 года сказано, что срочное владение может быть безусловным, даже если оно прекращается За­явлением, восстановлением во владении собственника, предписанием закона, выкупом либо иным событием. Это значит, что для обоих вышеуказанных видов езЫез и только для них как «безусловных» сохранена вещно­правовая охрана прав. Ограничение вещноправовой охраны только двумя видами езЫез является большим шагом вперед по пути приближения к буржуазным пра­вовым формам землевладения. Однако надо иметь в виду, что в первом случае (ез{а{е т Гее з1тр1е) речь идет о праве собственности, а во втором случае (ез1а1е а 1егт о! уеагз) — об одной из форм аренды.

    До закона 1925 года вещноправовая защита, кото­рая предоставлялась 1еда1 ез1:а1ез, могла быть распро­странена и на другие права на землю—на пожизнен­ные права, на заповедные имения, на так называемые выжидательные права (будущие земельные интересы). Это ставило в затруднительное положение покупателя, который должен был учитывать все права и интересы
    в отношении приобретаемой земли и который поэтому, несмотря на свою добросовестность, рисковал утратить пользование приобретенной недвижимостью.

    В интересах охраны земельного оборота и добросо­вестного приобретателя закон о собственности 1925 года установил в качестве основного принципа, что каждый участок земли должен всегда иметь только одного за­конного держателя на безусловном праве (1епап1 о! Гее 51Шр1е) [18] и что только он один имеет право распоря­жаться этой землей. Таким образом, каждая недвижи­мость должна иметь одного полного собственника. За­кон 1925 года различает две формы владения в том смысле, что' одно лицо может быть действительным соб­ственником, а другое — собственником для внешнего мира, для третьих лиц. Например, при доверительной собственности бенефициант является действительным собственником земли, а бенефициарий, т. е. «довери­тельный собственник», — собственником для внешнего мира. При сношениях с третьими лицами закон обле­кает всем комплексом прав только одно определенное лицо и приобретатель недвижимости не должен знать никого другого. Вместе с тем закон запрещает бенефи­циарию такие сделки, которые затрагивают интересы бенефицианта. Тем самым закон формально приблизил, насколько это возможно, права доверительного соб-. ственника к полной собственности. «Новые акты..., — го­ворит Харгривс, — создали новое понятие собственности, которое так близко подходит к полному, насколько это возможно при наличии держания»[19]. Другими словами, право земельной собственности в Англии полностью об­ладает всеми необходимыми реквизитами буржуазной собственности. -

    Вместе с тем в Англии и поныне существует не­сколько форм земельной собственности, которые пред­ставляют собою различные правовые институты.

    Основной формой права земельной собственности в Англии является «безусловная» собствен­но с т ь — езЫе т Гее 51тр1е аЬзо1и!е т роззеезюп. В со­временном английском праве — это полная буржуазная
    собственность на землю. Она представляет собой давно превращенные в буржуазную собственность бывшие феоды, в отношении которых закон 1925 года упразднил последний феодальный пережиток, заключавшийся в том, что в случае выморочности данные земли перехо­дили к потомству бывшего сюзерена.

    В теории английского права это полное, «безуслов­ное» право собственности выводится из «простого феода» (Гее 51шр1е), который, по мнению английских юристов, превратился в полную собственность после статута (Зша Етр1огез 1290- года, разрешившего продажу фео­дов и сохранившего их переход к вышестоящему сеньору только в случае выморочности. Эта формально-догмати­ческая концепция не учитывает реальных общественных отношений и абстрагируется от социально-экономиче­ского содержания права собственности, прикрывая фео­дальной «вывеской» форму собственности, возникшую в экономических условиях капитализма и представляю­щую собою чисто буржуазный правовой институт.

    Английские юристы, описывая правомочия собствен­ника езШе т Гее 51шр1е, указывают, что при этой форме собственности собственник может сделать с землей все, что ему угодно, как с любой своей вещью, в пределах, определенных законом, и с учетом прав на землю дру­гих лиц, как, например, права проезда или права на вы­гон скота, поскольку эти права предоставлены самим собственником или его предшественником.

    Земельному собственнику по английскому праву при­надлежит право на недра земли и право на воздушный столб (1^ие ас! сеп1гиш е1 изяие ас! сое1иш). Актом

    о                                                                      воздухоплавании в этот общий принцип внесен тот корректив, что полет над землей собственника разре­шается на такой высоте, которая определяется ветром, погодой и т. д. и не нарушает его прав. Собственник вправе отчуждать недра земли или любой слой недр, оставаясь собственником ‘поверхности земли. В отноше­нии прав на воду в Англии действует «береговое право», согласно которому собственник земельного участка, пе­ресекаемого водным потоком, имеет право на весь по­ток в границах этого участка. Если водный поток гра­ничит с земельным участком, то - собственник участка имеет право на водный поток от берега до середины 5 Л. И. Дембо             65
    потока. Поэтому всякое использование воды возможно лишь с согласия земельного собственника.

    Земельная собственность может быть обременена имущественными правами, которые закон 1925 года на­зывает «угодьями» и «выгодами». Первое является правом пользования (например, право проезда), вто­рое— правом потребления. В первом случае права на землю называются «служебным держанием» (зеппеп! 1епешеп1), а земельное владение собственника назы­вается «господствующим держанием» (догтпап! 1епе- теп!). Но это не более как феодальная терминология. По существу речь идет об обременении земельной соб­ственности сервитутами; она может быть обременена и залогом. Закон о праве собственности 1925 года расши­рил залоговые права, предоставляя залогопринимателю право срочного держания и право создавать «простые обременения» (з1тр1е сНаг^ез), при которых права на землю сохраняются за залогодателем. Это создало мно­гообразные возможности для удовлетворения интересов финансового капитала.

    Вторая форма права собственности в Англии — это «пожизненная собственность» (езЫе Гог НГе).

    «Пожизненная собственность» устанавливается на основе волеизъявления «безусловного» собственника. Пожизненные права обычно создаются по семейным ак­там. Одной из форм пожизненных прав на землю яв­ляются права, известные под названием «риг аи!ге У1е». А. передает недвижимость Б. на срок жизни В.; или Б., владеющий недвижимостью на- срок своей жизни, передает свои права В. Таким образом, в первом слу­чае «пожизненная собственность» Б. прекратится в мо­мент смерти В., а во втором случае права В. прекра­тятся в момент смерти Б.

    «Пожизненный собственник» на срок своего владе­ния пользуется теми же правомочиями, что и «безуслов­ный» собственник. «Пожизненный собственник» имеет право использовать недра, открывать новые рудники, рубить лес и т. п. Однако он отвечает за положитель­ное расточение, т. е. за причиненный земле и строениям ущерб, но не отвечает за так называемое «допущенное» расточение, т. е. за непроизводство ремонта. «Пожиз­ненный собственник», права которого установлены по семейным актам, вообще не отвечает за расточение, з? 66
    исключением случаев «чрезмерного» (своевольного) ра­сточения.

    Закон 1925 года не внес почти никаких существенных изменений в полномочия пожизненного собственника. В целях облегчения земельного оборота были устране­ны существовавшие раньше препятствия для свободно­го отчуждения земли и уменьшен риск ее неправиль­ного отчуждения, так как был установлен принцип, по которому каждый участок земли должен иметь только одного законного держателя, которому принадлежит право распоряжаться земельным участком [20].

    Третья форма права собственности — заповедная собственность (езШез Ы1).

    Образование заповедной собственности совершается по учредительному акту. Заповедная земельная соб­ственность может переходить после смерти собственни­ка к прямым нисходящим наследникам, к наследникам по завещанию, к нисходящим наследникам от опреде­ленной жены или к наследникам определенного мужа и по определенной линии — мужской или женской. Анг­лийскому праву были известны также договоры между супругами об учреждении «семейной собственности», что имеет своей целью ограничить завещательные распо­ряжения и исключить возможность лишения наследства законных наследников, обеспечить жену на случай смерти мужа, определить судьбу имущества жены на случай ее смерти, установить наследственные доли де­тей и т. д. Это было обусловлено тем, что в Англии су­ществует полная свобода завещательных распоряжений.

    Любой безусловный земельный собственник может превратить свою собственность в заповедную. Закон о собственности 1925 года внес в эту форму собственности то существенно новое, что установленные ограничения могут быть «пресечены» посредством обыкновенного акта, совершенного при жизни собственника [21].

    Заповедная собственность неотчуждаема при жизни собственника, и на нее не может быть обращено взы­скание по долгам. Что же касается остальных празомочий
    земельного собственника в отношении пользования своей землей, то они неограничены и являются такими же, как и правомочия безусловного собственника, кроме права отчуждения и ограничений в отношении наследо­вания.

    В связи с отменой законом 1925 года средневекового статута о пользовании (51а1и1е оГ Шез 1535 года) и вместе с лишением тем самым законной защиты зама­скированных, пользований единственным способом уч­реждения «семейного имущества» стала теперь довери­тельная собственность (1гиз1) — своеобразный институт английского права, подвергшийся также по закону о собственности 1925 года существенным изменениям. Это связано с тем же процессом превращения феодальных правовых форм собственности в формы более адекват­ные их буржуазному содержанию. Установление того положения, что «семейное имущество» может быть уч­реждено только в форме доверительной собственности, представляло собою, если не отмену, то во всяком слу­чае ограничение семейных фидеикомиссов и их сближе­ние с доверительной собственностью и имело своей целью дальнейшую ликвидацию феодальных пережит­ков в праве земельной собственности в целях облегче­ния земельного оборота, упрощения форм земельной собственности, которые все же остаются довольно слож­ными и своеобразными в английском праве. Это свое­образие ярче всего, пожалуй, проявляется в форме до­верительной собственности.

    Доверительная собственность является четвертой самостоятельной формой права собственности в английском праве.

    Отношение доверительной собственности — это фиду­циарное отношение, в силу которого одно лицо — дове­рительный собственник (1гиз1ее) осуществляет управле­ние имуществом, переданным ему другим лицом — уч­редителем (бенефициантом траста — зеШег оГ 1гиз1), выступая в отношениях с третьими лицами в качестве собственника этого имущества и неся в то же время от­ветственность перед лицом, являющимся бенефициа­рием траста, т. е. лицом, в интересах которого траст был учрежден. Английский юрист Китон определяет траст как правоотношение, возникающее во всех случаях, когда кто-либо, именуемый {Ш5{ее, обязан владеть иму- 68
    ществом как недвижимым, так и движимым на основа­нии «общего права» или «права справедливости» в пользу каких-либо лиц (он может быть одним из них), которые именуются бенефициариями (выгодоприобре­тателями), или для какой-либо законной цели таким об­разом, что доходы от собственности поступают не к до­верительному собственнику, а к бенефициариям или для иных целей [22].

    Институт доверительной собственности возник в фео­дальную эпоху, когда феодами могли владеть только лица, способные нести военную службу и выполнять другие вассальные обязательства. Обходя закон, мона­шествующие ордена передавали свои земли лицам, мо­гущим владеть феодами, с тем, чтобы доходы от этих земель шли в пользу церкви. Таким образом, фактиче­ским собственником — получателем ренты оставалось лицо, передавшее землю, а лицо, которому передавалось земельное имущество, становилось номинальным соб­ственником. Неизвестная «общему праву» доверительная собственность получила защиту по «праву справедли­вости» в канцлерском суде еще с XIV века. В дальней­шем эта форма была широко использована для различ­ных, часто неблаговидных целей, для того, чтобы избежать платежа налогов и т. п. Форма доверительной собственности получила широкое применение в семей­ных соглашениях при учреждении «семейного имуще­ства» и при наследовании. В настоящее время институт доверительной собственности в гражданском праве Англии имеет большое значение в промышленности, где он обслуживает интересы крупных монополий. Довери­тельная собственность сохранила свое значение также в области земельных отношений. Акт о собственности 1925 года внес существенные изменения в институт до­верительной собственности в интересах облегчения сво­бодного.земельного оборота[23].

    Так как законодательство 1925 года о собственности установило лишь два вида езШез, всякий другой зе­мельный интерес может быть учрежден только как «интерес справедливости» за*спиной доверительного соб­ственника.

    Далее, закон о собственности 1925 года ввел катего­рию статутных трастов, установление которых в ряде случаев предписано законом. Если земля принадлежит в нераздельных долях нескольким лицам, то владение ею в интересах всех дольщиков возлагается на первых четырех из них на правах «статутного траста в целях продажи» (ст. 34). Если земля отчуждается нескольким лицам, первые по списку общих собственников держат землю на условиях «статутного траста в целях прода­жи» в интересах всех собственников (ст. 36). При уч­реждении «семейной собственности», когда земля дер­жится для группы лиц как нераздельная собственность по закону о зеШес! 1апс1 1925 года, равным образом ис­пользуется институт статутного траста. Далее, этот ин­ститут используется при наследовании. Если земельный собственник умирает без завещания, то согласно ст. 47 закона «Об управлении землевладением» 1925 года его личный представитель владеет наследственным земель­ным имуществом на правах статутного траста в интере­сах наследников по закону. Наконец, по закону о соб­ственности 1925 года (ст. 19) при отчуждении недви­жимости малолетнему совместно с совершеннолетними учреждается статутный траст

    В силу установленного законодательством 1925 года принципа, согласно которому каждый дюйм земли дол­жен в отношении третьих лиц иметь только одного за­конного владельца, доверительный собственник перед третьими лицами обладает правомочиями собственника 1е^а1 ез1а1е. Только он, доверительный собственник, имеет право сношения с внешним миром. Но ему за­прещены такие сделки, которые затрагивают интересы бенефицианта и тех лиц, в интересах которых траст учрежден. Лицо, желающее приобрести или арендовать землю, должно знать только одного абсолютного вла­дельца, и для этого лица безразлично, имеет ли оно дело с полным собственником или доверительным соб­ственником.

    Но внутри траста по отношению к учредителю траста и к бенефициариям доверительный собственник может быть пожизненным собственником, доверительным соб­ственником «на продажу» или доверительным собствен­ником в другом качестве в зависимости от того, в каких целях учрежден траст

    Институт доверительной собственности в современной Англии является, конечно, новым правовым институтом, выполняющим совершенно другую роль по сравнению с той ролью, которую он выполнял в старой Англии. Доверительная собственность уже давно обслуживает промышленные монополии и буржуазное землевладение. В институте доверительной собственности. в области земельных отношений отражены, в частности, характер­ные особенности английского капитализма, слияние аристократии с плутократией, современный английский лэндлордизм. Институт доверительной собственности, с одной стороны, выполняет в области земельных отно­шений ту же служебную функцию, что и институт семей­ных фидеикомиссов, и, с другой стороны (в особенности на основе законов 1925 года), в достаточной мере обес­печивает свободный земельный оборот. Этот двойствен­ный, компромиссный характер института доверительной собственности предопределяет его живучесть в англий­ском земельном законодательстве.

    Развитие земельного оборота требует установления системы земельной регистрации, которая обеспечивала бы закрепление прав на землю, отражала бы все обре­менения, лежащие на недвижимой собственности и тем самым обеспечивала бы защиту интересов приобрета­теля при купле-продаже земли, гарантировала бы его от всяких неожиданностей.

    Действующая в настоящее время система регистра­ции земель установлена по закону о регистрации зе­мель 1925 года. Однако полная регистрация земель в Англии не осуществлена. Согласно ст. 120 закона 1925 года введена обязательная регистрация землевла­дений, которая должна производиться при продаже земли. Так как регистрация обязательна только при про­даже, то в регистр заносятся только те землевладения, которые после 1928 года переменили собственника, и поэтому должно пройти много лет, чтобы большинство земель в стране подверглось регистрации. При регистра­ции в регистр заносятся все обязательства, ограничи­вающие собственника, залог и прочие обременения и права третьих лиц ?.

    Закон о собственности 1925 года внес также суще­ственные изменения в залоговое право. Он отменил фи­дуциарный залог с перенесением права собственности на залогодержателя до удовлетворения по основному обя­зательству и дал возможность залогодержателю сохра­нить свое первоначальное право на недвижимость, уста­новив залог ипотечного типа. Кроме того, взамен упразд­ненного фидуциарного залога была установлена вторая форма залога — с временной передачей залогодержа­телю вещного права на недвижимость, представляющего собой часть правомочий собственника[24]. Залог требует регистрации в соответствии с Ьапс1 СЬаг^ез Ас! 1925 года.   ,♦

    Тенденция* дальнейшего упрощения и освобождения земельного права от устаревших норм, а также попытки вмешательства государства в сферу аграрных отноше­ний характеризуют аграрное законодательство Англии 50-х годов.

    Действующие с 1953 года правила о продаже земли (ТЬе 5ша11 5ос1е1у’з СопсШюпз оГ 5а1е апс! ТЬе №Иопа1 СопсШюпз оГ 5а1е) заменили основные положения за­кона 1867 года о продаже земли с аукциона (5а1ез о! Ьапс1 Ьу АисИоп Ас1), упростили заключение сделок, связанных с земельной собственностью. Однако в них есть и ряд новых моментов, в частности, подробно рег­ламентируются условия описания объекта сделки, а так­же ответственность за дезинформацию.

    Закон о городском и сельском планировании 1954 го­да разбивает положения одноименного акта 1951 года об обязательном приобретении земли местными органами власти. Он устанавливает виды компенсации, выплачи­ваемые собственнику, связанные с обязательной покуп­кой земли и с запрещением использовать землю в опре­деленных отношениях, а также порядок осуществления платежей.

    § 3. Право собственности на землю во Франции

    Франция представляет собой в известном отношении классический пример наиболее решительного, наиболее революционного перехода от старого порядка к буржуаз­ному аграрному строю, совершенного в революцию 1789—1793 гг. «Средоточие феодализма в средние ве­ка, — говорит Энгельс, — образец единой сословной мо­нархии со времени ренессанса, Франция разгромила во время великой революции феодализм и основала чистое господство буржуазии с такой классической ясностью, как ни одна другая европейская страна» К Для аграр­ного преобразования Франции в период буржуазной ре­волюции характерны сравнительно быстрый переход к свободному крестьянскому землевладению, наиболее полное и решительное освобождение земельной собствен­ности от отношений личного господства и подчинения, закрепление буржуазных форм землевладения, факти­чески сложившихся еще до революции и выражавших процесс отделения земли как условия труда от земель­ной собственности и земельного собственника, процесс, который во Франции постепенно совершался еще в эпо­ху абсолютизма, характеризуя Францию как страну по преимуществу мелкого крестьянского хозяйства[25]. Бур­жуазная революция создала во Франции мелкую кре­стьянскую собственность. Но эта «наполеоновская, — как ее назвал Маркс, — форма собственности, бывшая в начале XIX века условием освобождения и обогащения сельского населения Франции, в течение этого столетия превратилась в закон его рабства и нищеты» [26]. Вопреки утверждению буржуазных экономистов, пытающихся представить Францию как страну «трудового», «семей­ного» землевладения, как страну мелкой крестьянской собственности, Франция, как и другие капиталистические страны, характеризуется концентрацией земельной соб­ственности и глубокой классовой дифференциацией кре­стьянства *.

    Понятие земельной собственности базируется на об­щем определении собственности, зафиксированном в ст. 544 Гражданского кодекса[27], характеризующем соб­ственность как право пользоваться и распоряжаться ве­щами способом наиболее абсолютным, но законным. Ни­кто не может быть вынужден уступить свою собствен­ность, если это делается не для общественной пользы, со справедливым и предварительным возмещением (ст. 545). Согласно ст. 546 собственность на вещь как движимую, так и недвижимую дает право на все, что эта вещь производит, и на то, что естественно или искус­ственно соединяется с данной вещью в качестве ее при­надлежности. Указанное право называется «правом при­соединения». Это относится к плодам земли, приплоду скота и т. д. (ст. 547). Земля в буржуазном обществе является товаром, и собственник может поступить с ней, как любой владелец со своим товаром. Абсолютный ха­рактер земельной собственности подчеркивается в ст. 552 указанием на то, что собственность на землю включает в себя собственность на то, что находится сверху, и на то, что находится снизу, т. е. право на воздушный столб и на недра. Собственник может делать всякого рода на­саждения и возводить постройки по своему усмотрению за теми исключениями, которые установлены в титуле «о сервитутах и земельных повинностях». Он может де­лать под землей сооружения и рыть землю по своему усмотрению, извлекать из-под земли все, что там ока­жется, с соблюдением ограничений, вытекающих из за­конов и регламентов.

    С правом на землю связано право на воды, находя­щиеся на земельном участке или под землей или грани­чащие с земельным участком, однако в отношении последних — только в части частных водных потоков. Публичные водные потоки, в том числе пригодные для судоходства и сплава, являются государственной соб­ственностью (ст. 538) и не могут быть никем исполь­зованы без разрешения государства, даже береговыми землевладельцами. Собственником русла и воды публич­ных рек и озер является государство, и береговые вла­дельцы не имеют никаких прав на водный поток публич­ных водоемов.

    Иные права земельных собственников на частные реки. Русла частных несудоходных и несплавных рек принадлежат собственникам берегов. Береговые вла­дельцы, земля которых пересекается потоком, являются собственниками всего русла на всем протяжении пересе­чения. Те собственники, земли которых граничат с вод­ным потоком, имеют каждый право собственности до се­редины течения, если иное не имеет места по какому- либо специальному основанию.

    О правах береговых владельцев на частные реки го­ворит ст. 644 Гражданского кодекса Франции: «То лицо, чья собственность граничит с иным водным потоком; не­жели поток, объявленный публичным домэном в ст. 538 титула «О различии вещей», может пользоваться вод­ным потоком, проходящим вдоль его земель, для ирри­гации своей собственности. То лицо, земли которого пе­ресекают эти воды, может пользоваться ими на всем отрезке течения по их землям, но с тем, чтобы воды были возвращены на границе их земель в их обычное русло». Статья 644 Гражданского кодекса тоадее не оп­ределяет объема прав береговых владельцев, умалчивает о промышленном водопользовании и т. д. Теория и прак­тика признавали, что собственность на русло включает для берегового владельца все права на «естественные плоды» при условии, что пользование не изменит режим вод К

    После окончания первой мировой войны по требо­ванию промышленников в действующее право было внесено дополнение, относящееся к использованию вод­ной энергии. После большой борьбы, многочисленных дебатов и различных законопроектов был принят закон от 16 октября 1919 г., по которому устройство водопадов не только на публичных, но и на частных водных потоках было поставлено в зависимость от разрешения властей. Формально закон 16 октября 1919 г. не отменил ст. 644 Гражданского кодекса и по-прежнему признает права береговых владельцев, но согласно ст. 6 этого закона права береговых владельцев принимаются во внимание только, если они существовали до подачи ходатайства

    о концессии.

    Таким образом, права земельных собственников под­верглись ограничению в интересах промышленников. Это ограничение заключается в том, что движущая сила во­ды превращена в объект особого права, независимого от права земельной собственности. Кроме того, закон 1919 года предоставил концессионеру весьма широкие права в отношении занятия и использования земель. При известных условиях концессионеру предоставляется право постоянного занятия чужих земель, необходимых ему для устройства гидротехнических сооружений, а так­же право временного занятия земель для производства работ. Размер возмещения ущерба, проистекающего от занятия земельного участка, устанавливается соглаше­нием, а если соглашение не достигнуто, — судом. Если концессия объявляется «общественно полезной», то кон­цессионер получает право экспроприации земель, даже не подлежащих занятию (под строениями, садами и т. п.).

    Вполне понятно, что эти ограничения затрагивают в первую очередь интересы мелких и средних земельных собственников, так как крупные земельные собственни­ки, связанные с монополистическим капиталом через си­стему банков, трестов и консорциумов, сами участвуют в промышленном производстве и таким путем с лихвой компенсируют утраченные права.

    Аграрный кодекс Франции также закрепляет ряд норм, дополняющих ст. 644 Гражданского кодекса. Он предоставляет владельцам прибрежных участков права пользоваться водами потоков в соответствии с законом и административными актами (ст. 97), а также устанав­ливает сервитуты — право проведения воды через землю соседа, «право опоры» и право выпуска отравленных 76
    вод, разумеется, с возмещением нанесенного сервитутом ущерба собственнику прибрежного участка, на который установлен сервитут (ст.ст. 123—128, 135—138).

    Такой же характер и значение приобретают и другие ограничения земельных собственников в период импе­риализма. Они выразились, в частности, в установлении законом 1924 года права совершать полеты над любым земельным участком и в установлении законом 1935 года сервитутов в интересах воздушного транспорта, ограни­чивающих земельного собственника в праве возводить на своем земельном участке строения на известном рас­стоянии от аэродрома. Все эти ограничения в интересах монополистического капитала, крупных концессионеров ни в какой мере не изменяют характера частной земель­ной собственности, ее эксплуататорской сущности и не ущемляют интересов крупных земельных собственников, а, наоборот, облегчают вытеснение и поглощение мелкого и среднего землевладения.

    Тем же целям служат и землеустроительные законы. Ограничения, которые землеустроительные законы вно­сят в права земельных собственников, служат целям дальнейшей рационализации и интенсификации капита­листического производства.

    Устанавливая принудительное землеустройство, во­влекая в подлежащих случаях земельных собственников в землеустроительный процесс помимо их согласия, про­изводя перераспределение земли, землеустроительные законы содействуют вытеснению мелких земельных соб­ственников экономически более сильными хозяйствами и тем самым способствуют концентрации крупного земле­владения.

    По действующему французскому законодательству о землеустройстве учреждены общинные и департамент­ские комиссии по реорганизации земель и ликвидации чересполосицы (Сотгшззюпз с!е гёог&атзаИоп Гопаёге е! йе гегпетЬгетеп!).

    В необходимых случаях создаются и межобщинные комиссии (ст. 6).

    Под председательством -министра земледелия нахо­дится Высший совещательный комитет по землеустрой­ству, представляющий министру свои заключения о распределении между департаментами кредитов на землеустройство, о необходимости создания комиссий по
    реорганизации земель и ликвидации чересполосицы в от­дельных общинах, о сроках их создания и т. д. (ст. ст. 7 и 8).

    Реорганизация сельскохозяйственной земельной соб­ственности проводится на основании ряда документов, составляемых по поручению общинной комиссии за счет государства, — парцеллярного плана и др. (ст. ст. 9, 18). В течение месяца эти документы предъявляются ко все­общему обозрению в мэрии, и по заявлениям заинтере­сованных лиц в них могут быть внесены поправки и из­менения. Затем начинается реорганизация (ст. 10).

          Одна из основных ее целей — не допустить, чтобы какие-либо сельскохозяйственные земли не обрабатыва­лись. В случаях хозяйственной целесообразности общин­ная комиссия может целиком или частично включать в состав земледельческих хозяйств прилегающие к ним по­кинутые или необрабатываемые парцеллы, принадлежа­щие известным лицам. Это может быть сделано либо в порядке принудительного обмена земельных участков (с доплатой разницы в случае их неравной стоимости), или в порядке концессии на срок не более 9 лет, предостав­ляемой префектом (ст. ст. 11, 39—41).

    Общинная комиссия может также предложить пре­фекту для лучшего использования покинутых и необра­батываемых земельных участков составление из них участков такого размера, который позволяет создавать на них семейные крестьянские хозяйства. Эти участки подлежат экспроприации, разумеется, с выплатой возме­щения (ст. 12), а затем они должны быть либо проданы (покупатель обязан построить на этих участках строе­ния, необходимые для ведения хозяйства, причем государ­ственная субсидия не может превышать 50% стоимости постройки), либо сданы в концессию. В последнем случае постройки возводятся за счет государства (ст. 13).

    Подобным образом покинутые и необрабатываемые земли, предназначенные для лесонасаждений, должны быть засажены деревьями под страхом экспроприации в пользу коммуны, которая обязана выполнить эти работы (ст. 14).

    Даже обрабатываемые участки, окруженные землями одного собственника, могут быть, если это экономически целесообразно, по решению общинной комиссии пере­даны этому собственнику (ст. 15). Комиссия имеет право 78

    предписывать полюбовный, а в некоторых случаях и при­нудительный обмен земельными участками и т. д. (ст. 16).

    Вторым основным видом землеустройства является ликвидация чересполосицы в земледельческих хозяй­ствах, которая определена в Аграрном кодексе, как «средство перераспределения раздробленных и распы­ленных парцелл» с исключительной целью улучшить зем­ледельческую эксплуатацию подвергнутых ей земель. Она должна создать более рационально организованные хозяйства и «сблизить постройки и земли, составляющие одно хозяйство» (ст. 19).

    Расходы на ликвидацию чересполосицы распреде­ляются между государством и землевладельцами.

    При ликвидации чересполосицы некоторые земли мо­гут быть вовлечены в землеустроительный процесс толь­ко с согласия их собственников. Это недвижимости, рас­положение которых позволяет считать их землями для застройки; недвижимости, составляющие необходимые и непосредственные пристройки (службы) к строениям; эксплуатируемые карьеры, шахты и ямы для добычи песка, глины, мергеля, сланца, залежи лигнита, уголь­ные шахты, разработки торфа и гипса, а также смеж­ные парцеллы, принадлежащие тому же собственнику, и недвижимости, зависящие от эксплуатируемых копей; недвижимости, необходимые для соответствующего ис­пользования находящихся на них источников минераль­ных вод; земельная собственность, окруженная стенами, и вообще все недвижимости, которые в силу их спе­циального использования не могут быть полезны для землеустройства (ст. 20).

    По закону от 2 августа 1960 г. в землеустроительный процесс могут быть вовлечены и земли, занятые легкими постройками, а также используемые в других вспомога­тельных целях К

    Перераспределение земель производится в соответ­ствии с «природой земледелия». Его целью провозгла­шается предоставление каждому собственнику земель­ной площади, равноценной по производительности той площади, которой он владел до землеустройства, с уче­том местных условий и за вычетом площади, необходимой

    для общих работ. Однако если эти участки неравно­ценны или если надо возместить собственнику имеющие­ся на его земле деревья, посевы, заборы и другое неот­делимое от земли увеличение ее стоимости, то в виде исключения допускается денежная доплата (ст. 21).

    Закон делает ставку на создание за счет мелких кре­стьян крепких, по существу кулацких хозяйств. Хотя исключительной и основной задачей ликвидации черес­полосицы объявляется «улучшение сельскохозяйственной эксплуатации земель», в той же статье указывается, что ликвидация чересполосицы должна способствовать тому, чтобы «установить земледельческие хозяйства на одном массиве или на больших хорошо сгруппированных пар­целлах» (ст. 19). Таким образом, задача землеустрой­ства — округление земельных участков, увеличение хо­зяйств, их укрупнение.

    Проблема оптимальных размеров земледельческих хозяйств вообще сильно занимает внимание француз­ского законодателя. В аграрной политике Франции все время идет борьба между двумя тенденциями — укруп­нением и р-азукрупнением. С одной стороны, законода­тельство всемерно стремится охранять и защищать ин­тересы крупных земельных собственников, обеспечить укрупнение и концентрацию землевладения, создание крупных земледельческих хозяйств. С другой стороны, налицо постоянные попытки насаждения семейной кре­стьянской собственности и борьба против тенденций к чрезмерной концентрации землевладения.

    Это подчеркивается и во французской юридической литературе, в которой отмечается, что законодатель ко­леблется между семейным и крупным хозяйством, не зная, какому типу хозяйства отдать предпочтение[28]. Об этом свидетельствовал закон от 15 июня 1949 г. об объ­единении сельскохозяйственных предприятий[29], который включил в ордонанс от 17 октября 1945 г. ст. 45—бис. Данная статья в редакции закона от 15 июня 1949 г. 1ласила: «Земли ферм, которые с 1 сентября 1939 г. стали объектом слияния или объединения хозяйств, результа­
    том чего был добровольный или вынужденный уход хо­зяйствующих семейств — собственников, арендаторов или издольщиков, могут быть предоставлены для семей­ной обработки до 1 января 1951 г., если консультатив­ная комиссия по делам сельскохозяйственной аренды издаст по этому вопросу общее благоприятное и моти­вированное постановление. В заинтересованных депар­таментах префекты установят... минимальный размер земельной площади по районам, ниже которого слияние и объединение может быть осуществлено одним и тем же землепользователем». Как видно из текста закона, законодатель поставил возвращение на землю экспро­приированных при помощи слияния и объединения [30] мел­ких земельных собственников, арендаторов и издольщи­ков под условие согласия и разрешения местных властей. В настоящее время этот закон не действует.

    Не Ьпасает положения и наличие во французском праве специального вида «семейной» собственности, установленного законом от 12 июля 1909 г. «Об учре­ждении неприкосновенного семейного имущества»[31].

    Этим законом был установлен институт семейной соб­ственности с особым правовым режимом.

    Согласно ст. 1 закона от 12 июля 1909 г. может быть установлена в пользу всей семьи неприкосновенность имущества, которое будет носить название семейного имущества. Иностранцы могут пользоваться преимуще­ствами этого закона, только получив разрешение на по­стоянное местожительство во Франции. Объектом семей­ного имущества могут быть лишь определенные вещи, указанные в ст. 2 закона в редакции от 7 июля 1948 г. Такое семейное имущество может состоять либо из дома или отдельной части дома, либо из дома и участков зем­ли, прилегающих к нему или соседних, занимаемых и используемых семьей, либо только из земельных участ­ков, эксплуатируемых семьей, либо из дома с лавкой или мастерской с материалами и инструментами,

    принадлежащими и используемыми семьей ремеслен­ника. Стоимость этого имущества, включая скот, не должна превышать с момента учреждения 5 миллионов франков (по закону от 12 марта 1953 г.).

    Учреждение семейного имущества производится пу­тем специального заявления у нотариуса, путем завеща­ния или дарения.

    Семейное имущество, равно как и его плоды яв­ляются неприкосновенными, даже при несостоятельности или ликвидации. Это имущество не может быть ни про­дано, ни заложено. Продукция хозяйства может быть принудительно отчуждена лишь в следующих случаях:

    а)  для покрытия убытков, причиненных преступлением,

    б)  на уплату налогов и платежей по страхованию от пожара и в) при взыскании алиментов. Сам собственник может продать целиком или частично семейное имуще­ство или отменить его учреждение только с согласия жены, данного перед мировым судьей. При наличии мало­летних требуется согласие семейного совета, которое дается лишь в том случае, если предпринимаемая опе­рация улучшает имущественное положение малолетних.

    Неприкосновенность семейного имущества сохра­няется также после прекращения брака при отсутствии детей в интересах пережившего супруга, если он яв­ляется собственником имущества. Неприкосновенность может также продолжаться после смерти главы семьи, в целях сохранения на определенный срок недробимости, если таковая предусмотрена завещанием. Если пережив­ший супруг является сособственником и если он в мо­мент смерти супруга проживал в хозяйстве, то по его просьбе недробимость может быть сохранена на 5 лет, а затем продлена до смерти пережившего супруга. Если среди нисходящих имеются малолетние, то недробимость сохраняется до совершеннолетия самого младшего из них и может быть затем продолжена еще на 5 лет с единодушного согласия всех участников. Во всех пере­численных случаях это устанавливается постановлением судьи.

    Каждый из наследников семейного имущества, если он был сособственником данного имущества, имеет пра­во взять это имущество целиком по оценке, удовлетво­рив других сонаследников. Если несколько из сонаслед­ников пожелают воспользоваться этим правом, то пред­
    почтение отдается прежде всего тому, кого определил наследодатель, а затем пережившему супругу, если он является сособственником. При прочих равных условиях решает старшинство, а
    при отсутствии у кого-либо стар­шинства— жребий (ст. 19 в редакции 13 февраля 1937 г.).

    Охрана семейной собственности, предусмотренная за­коном от 12 июля 1909 г., а также отчасти и новейшим арендным законодательством, ни в какой мере не меняет господства крупной капиталистической земельной соб­ственности, всемерно поощряемой и охраняемой от при­тязаний арендаторов. Капиталистическая земельная соб­ственность вызывает недовольство не только со стороны тружеников земли, но и со стороны капиталистических арендаторов. Требования ее ограничения не могут не от­ражаться на «новейшем буржуазном законодательстве, на объеме правомочий земельного собственника и на всем режиме земельной собственности. Однако все вводимые новейшим буржуазным законодательством ограничения не посягают на основы буржуазной земельной собствен­ности.

    К числу ограничений правомочий земельного соб­ственника, установленных новейшем французским аренд­ным законодательством, относится прежде всего ограни­чение права распоряжения сданным в аренду участком, заключающееся в том, что земельный собственник по окончании срока аренды может при несогласии аренда­тора взять обратно арендованный участок только в том случае, если после этого земельный собственник сам бу­дет вести на нем хозяйство; передать участок другому арендатору земельный собственник не может. Второе ограничение правомочий земельного собственника обус­ловлено предоставленным арендатору правом преимуще­ственной покупки арендуемого земельного участка. Та­ким образом, ограничения правомочий земельного соб­ственника определяются тем, что арендатор по новым французским законам приобретает в отношении арендо­ванной земли правомочия, которые выходят за пределы только права пользования.

    К числу ограничений правомочий земельного соб­ственника относится его обязанность под страхом лише­ния прав собственника не оставлять землю без исполь­зования, введенная впервые в 1916 году. Закон от 5 ав­густа 1960. г. разрешает собственнику оставлять свою
    землю необработанной в течение 5 лет. По истечении этого срока к нему может быть предъявлено требование о передаче земли в пользование других лиц.

    Новый порядок объединения и слияния земледельче­ских хозяйств был установлен ордонансом от 27 декабря 1958 г., который был включен в Аграрный кодекс в ка­честве 7-го титула 1-й книги (ст.ст. 1881—1889). Закон предписывает создание национальной комиссии по объ­единениям и слияниям земледельческих хозяйств, состав которой определяется президентом республики в декрете, принятом по предложению министров земледелия и юс­тиции (ст. 1882). В каждом департаменте по решению министра земледелия может быть создана такая же ко­миссия. Министр принимает такое решение либо по пред­ложению префекта данного департамента, согласованно­му с департаментской камерой сельского хозяйства и одной «наиболее представительной» земледельческой ор­ганизацией и проверенному национальной комиссией по объединениям и слияниям, либо по предложению этой комиссии (ст. 1881).

    Департаментская комиссия предлагает условия, в со­ответствии с которыми объединение или слияние хо­зяйств может быть либо запрещено ввиду его незакон­ного характера, либо разрешено и даже рекомендовано ввиду его экономической целесообразности. Националь­ная комиссия изучает результаты объединений и слияний и дает свое заключение о целесообразных мероприятиях в этом отношении (ст. 1883).

    В соответствии с естественными особенностями района страны, категориями земель и характером выращиваемых культур министр земледелия по предложению депар­таментской комиссии с согласия национальной комиссии определяет площадь, на которой подвергаются регла­ментации всякие объединения и слияния земледельче­ских хозяйств (ст. 188 4).

    Всякое ледо, желающее обрабатывать в департамен­те, имеющем такую комиссию, площадь, большую той, которая установлена комиссией, должно просить разреше­ния у префекта в особом порядке. Комиссия проверяет профессию и семейное положение просителя, располо­жение недвижимости и «общественную» целесообраз­ность сохранения самостоятельности хозяйства, являю­щегося объектом просьбы. Комиссия направляет свои 84
    предложения префекту, который может провести, если найдет нужным, административное расследование, и должен принять решение в течение 3 месяцев.

    Проситель обязан в течение 3 лет поместить в этом хозяйстве как самостоятельного земледельца одного из своих нисходящих или создать семейное земледельче­ское хозяйство (ст. 1886).

    Если департаментская комиссия признает необходи­мым установление во всем департаменте или в его части более строгого контроля за объединениями и слияниями земледельческих хозяйств, она может предложить, что всякое объединение или слияние, какова бы ни была площадь охватываемых им хозяйств, нуждается в пред­варительном разрешении, подлежащем возобновлению через 3 года.

    Арендатор должен во время заключения договора аренды или его возобновления сообщить землевладель­цу особым пунктом договора о своем положении по от­ношению к другим хозяйствам, и даже во время действия договора аренды арендатор обязан информировать зем­левладельца обо всех происшедших изменениях. Несо­блюдение этих условий может в соответствии со ст. 1741 Гражданского кодекса повлечь за собой расторжение договора и даже возмещение убытков (ст. 1888).

    В случае нарушения этих норм префект обращается к лицу, осуществившему запрещенное объединение или слияние, с требованием прекратить его в конце текущего сельскохозяйственного года или (если это требование было сообщено нарушителю в течение 2 последних ме­сяцев сельскохозяйственного года) в конце следующего сельскохозяйственного года.

    В случае, если хозяйство, сданное в аренду, было покинуто, договор считается расторгнутым в силу за­кона по вине арендатора, если он не выполнил требо­ваний ст. 1888 и своевременно не предупредил землевла­дельца.

    При условии применения ст. 1884 собственник может вести хозяйство сам или сдать его арендатору по своему выбору. Но если в течение 6 месяцев эксплуатация этого хозяйства не начнется, то любой француз может при соблюдении ряда условий, поставленных регламентом публичной администрации, просить о предоставлении ему аренды на это хозяйство (ст. 1889).

    Таким образом, эти нормы несколько ограничивают дальнейшую концентрацию земельной собственности и сельскохозяйственного производства. Но эти ограниче­ния, представляющие собою уступку многочисленному во Франции крестьянству, действуют лишь в некоторых департаментах только при наличии ряда специальных условий. Основой же правового режима частной соб­ственности на землю остаются свободное распоряжение ею, дальнейшая интенсификация и рационализация сель­скохозяйственного землепользования, с неизбежностью ведущие к разорению все большей части крестьянской бедноты и к росту крупного землевладения.

    Составной частью прав земельного собственника яв­ляется право на леса, находящиеся на его земельном участке. Правовой режим лесов во Франции опреде­ляется разделением лесов на публичные и частные. Под­чиняются публичному лесному режиму леса государ­ственные, леса общин, леса департаментов, леса публич­ных учреждений, леса, не разделенные с лесами частных лиц, леса учреждений общественного пользования, об­ществ взаимопомощи и сберегательных касс (Лесной кодекс, ст.ст. 7—142). В противовес этому частные лица осуществляют в своих лесах вое права, вытекающие из их права собственности, кроме ограничений, указанных в законе (ст.ст. 143—165). Охрана лесов осуществляется лишь в публичных, лесах, подчиненных «лесному режи­му». Собственники частных лесов могут назначить для охраны своих лесов частных сторожей с утверждения местных властей (ст. 143).

    § 4. Право собственности на землю в Италии

    Конституционные декларации о «социальной функ­ции» и «общественной полезности» частной собственно­сти вообще и на землю в частности не нашли почти ни­какого отражения ни в текущем законодательстве, ни тем более в аграрной политике, проводимой итальянским правительством. Министр Шельба еще в 1948 году за­явил, что правительство не даст «загнать себя в ловуш­ку» конституции Земельная собственность как разно­видность частной собственности имеет своей юридиче­ской основой ст. 832 Гражданского кодекса 1942 года, содержащую общее определение собственности и указы­вающую, что «собственник имеет право пользоваться и распоряжаться вещью способом полным и исключитель­ным в пределах границ и с соблюдением обязательств, установленных правопорядком». Формулировка об ис­ключительности права собственности была целиком вос­принята старым итальянским гражданским кодексом (1865 г.) из наполеоновского ГК. В гражданском кодексе

    1942 года она дополнена указанием на соблюдение «обя­зательств, установленных правопорядком». В итальян­ской юридической литературе данной формулировке придается большое значение и из нее делаются далеко идущие выводы, рассматривающие социальную функ­цию как ограничение, а не как содержание права соб­ственности *. Земельная собственность рассматривается как «функционально ограниченная и организованная»[32]. Однако эта формулировка никак не отразилась на действующем итальянском законодательстве о праве собственности и, в частности, о праве земельной соб­ственности.

    Итальянский Гражданский кодекс 1942 года содер­жит следующие положения о праве земельной собствен­ности.

    Согласно ст. 840 собственность на землю простирается на недра со всем тем, что они содержат, и собственник вправе производить любые раскопки и работы, которые не мешают соседу. Эти постановления не относятся к во­просам, составляющим предмет законов о шахтах, руд­никах и торфяниках, законов о старинных вещах и пред­метах искусства, о водах, о гидротехнических сооруже­ниях, а также других специальных законов. Собственник земли не может возражать против деятельности третьих лиц, которая осуществляется на такой глубине или на такой высоте в воздушном пространстве над землей, что ее исключение не представляет для собственника ника­кого интереса.

    Таким образом, сохраняя общее правило, согласно которому собственник земли пользуется своим правом без ограничения в отношении того, что под землей и над землей, новый кодекс присовокупляет критерий интереса как измеритель ограничения земельной собственности в отношении недр и воздушного столба. Кроме того, по итальянскому праву шахты являются собственностью го­сударства. Под шахтами понимаются эксплуатируемые залежи минералов, содержащихся в недрах земли. В противоположность шахтам рудники, т. е. залежи, раз­рабатываемые открытым способом, и торфяники, как правило, принадлежат частным лицам, которые несут лишь специальные обязательства по их эксплуатации, причем при нарушении этих обязательств государство может взять на себя распоряжение рудником и торфо­разработкой. Во всяком случае в отличие от принципа принадлежности земли Гражданский кодекс 1942 года признает делимость объекта собственности по вертикали и определенно устанавливает (ст.ст. 952 и 955) отдель­ную собственность на объекты под и над землей. Вместе с тем в отношении насаждений Гражданский кодекс (ст. 956) определяет, что «не может быть установлена и передана собственность на насаждения отдельно от собственности на землю».

    Согласно ст.ст. 909 и 910 Гражданского кодекса соб­ственник земли имеет право пользоваться водой в ее естественном состоянии с соблюдением постановлений законов о публичных и о подземных водах. После пользования воды не могут отводиться на чужие земли. Собственник земли, которая граничит или пересекается непубличными водами, текущими в естественном со­стоянии, на которые другие не имеют прав, может исполь­зовать их для целей орошения своих земель и для промышленных целей, но должен вернуть воды в их нор­мальное русло. Публичные воды считаются государ­ственной собственностью (публичным домэном). Частные воды принадлежат собственнику земли, но право поль­зования частными водами также связано с определен­ными ограничениямиЭти ограничения установлены специальными законами.

    По закону высшая охрана публичных вод и инспек­ция относительно работ возложены на правительство. Работы на публичных водах выполняются либо исклю­чительно государством, либо государством совместно с провинциями и заинтересованными лицами, объединен­ными в консорциумы, либо прибрежными землевладель­цами. Государственная администрация занимается ра­ботами первых двух категорий, а в отношении остальных административная власть утверждает проекты и наблю­дает за их выполнением.

    Собственник не имеет права совершать действия, от которых он не имеет другого интереса, кроме как вре­дить или причинять беспокойство другому (ст. 833). Собственник может во всякое время огородить свою землю (ст. 841). В отношении охоты старый Граждан­ский кодекс 1865 года устанавливал, что землевладелец может всегда воспрепятствовать использованию его зем­ли для целей охоты, но эта норма кардинально изменена законом от 5 июня 1939 г. и ст. 842 Гражданского ко­декса 1942 года. В настоящее время право охоты обу­словлено разрешением со стороны административной власти. Собственник земли не может воспрепятствовать охоте, и вместе с тем на землях, на которых охота за­прещена, охотиться не имеет права даже собственник. Иначе обстоит дело с рыбной ловлей, для которой все­гда требуется разрешение административной власти, но и полностью признается власть собственника запретить рыбную ловлю в его частных водах.

    В отношении ограничений права земельной собствен­ности в так называемом «публичном интересе» в Гра­жданском кодексе имеется общая ст. 845, в которой указывается, что «земельная собственность подчинена частным правилам для соблюдения целей публичных интересов в случаях, предусмотренных специальными законами и постановлениями». Эти ограничения ка­саются главным образом целей мелиорации, гидрологи­ческих, санитарных, а также лесонасаждения. В спе­циальном законодательстве об интегральной мелиорации содержатся ограничения права земельной собственности вплоть до взятия земли во временное владение и до ее экспроприации. Так, по закону от 2 января 1940 г. № 1, предусматривающему радикальную мелиорацию, осуще­ствляемую как государством, так и собственниками под
    контролем государства, специальное управление по ко­лонизации сицилийских латифундий может заменять не­исправных собственников и взять землю во временное владение и даже в подлежащих случаях экспроприиро­вать ее. Согласно ст. 866 Гражданского кодекса незави­симо от плана мелиорации земли различного характера и качества могут быть подчинены специальным требова­ниям во избежание снижения их плодородия. Пользо­вание этими землями, характер выращиваемой куль­туры, пользование лесами и пастбищами подчинены ограничениям, установленным в законах.

    Далее, в целях облесения и оздоровления взаимно связанные земли могут подлежать экспроприации или временному занятию или на них может быть отменена пастьба скота в порядке и формах, установленных в спе­циальных законах.

    Наконец, земельная собственность может быть экспроприирована в случае оставления ее без обработки или без надлежащего использования. Статья 838 Гра­жданского кодекса управомочивает административный орган экспроприировать (с уплатой справедливой цены) земельный участок у земельного собственника, бросив­шего обработку или использование своего земельного владения, которое имеет значение для национального производства, если это наносит значительный ущерб, или у собственника, приведшего владение к упадку, если это наносит значительный вред публичному интересу. После войны было издано специальное законодательство о пе­редаче необработанной земли крестьянам, но оно не применялось на практике и утратило силу в связи с зе­мельной реформой 1950 года.

    Вышеприведенные правомочия земельного собствен­ника и законные ограничения находят свою дальнейшую конкретизацию в различных формах земельной собствен­ности, известных итальянскому законодательству. Раз­личный правовой режим существует для государствен­ной собственности, крупной предпринимательской зе­мельной собственности, мелкой крестьянской собствен­ности и семейной собственности.

    Итальянскому законодательству известно понятие публичного домэна. Принадлежат государству и соста­вляют часть публичного домэна: морской берег, пляжи, рейды и порты, протоки, проливы, озера и другие воды, 90
    объявленные публичными. К публичному домэну причи­сляются принадлежащие государству дороги, автострады, железные дороги, аэродромы, акведуки. В качестве об­щего правила ст. 827 Гражданского кодекса устанавли­вает, что «недвижимые имущества, которые не находятся ни в чьей частной собственности, являются собственно­стью государства».

    Что касается частных земельных собственников, то не только экономическое, но и правовое положение их различно в зависимости от размеров их земельной соб­ственности.

    В Италии чрезвычайно остро стоит проблема лати- фундизма, в частности, в Сицилии. Латифундизм ведет к паразитическому ведению хозяйства и к экономиче­ской деградации. В Сицилии имеется около 1 млн. га земли, надлежащим образом не используемой. На лати­фундиях ведется пастбищное и экстенсивное зерновое хозяйство без осуществления каких-либо работ для вос­становления почвы. Большинство земель требует боль­ших мелиорационных работ, которые земельные соб­ственники мечтают осуществить при помощи колонистов. В этих целях законом от 2 января 1940 г. было учрежде­но управление по колонизации сицилийских латифундий. На земельных собственников в Сицилии в зоне латифун- дизма возложена обязанность осуществлять колониза­цию собственных земель. Управление по колонизации должно содействовать собственникам в деле перестройки способа производства и непосредственно способствовать колонизации. Закон 1940 года своей цели не достиг и был оставлен в надежде на аграрную реформу.

    Паразитический характер латифундизма проявляется и в том, что при нем рождается фигура посредника, ко­торый арендует одну или несколько латифундий, пере­уступая отдельные участки крестьянам на кабальных ус­ловиях.

    Законы 1950 года о земельной реформе установили некоторые ограничения крупной земельной собственно­сти, распространяющиеся лишь на ту территорию, на которой действуют эти законы. «Закон Сила» устанав­ливает, что экспроприации подлежит вся земля сверх предельной площади 300 га. По компромиссному за­кону — «соглашению» (з1га1сю) экспроприации подле­жит лишь определенный процент площади от крупных
    землевладений. Сицилийский закон сохраняет норму 300 га, но делает исключение для земель с экстенсивным хозяйством. Лучшие земли остаются у прежнего соб­ственника. Кроме того, закон говорит, что землевладе­лец, утративший часть земли в результате реформы,
    только в течение 6 лет не имеет права приобре­тать земельную собственность, которая вместе с землей, оставшейся у него после экспроприации, превышала бы 750 га, под страхом экспроприации излишков сверх нормы.

    Экспроприации не подлежат некоторые категории зе­мель: по «закону Сила» — земли, пригодные к мелиора­ции, а также уже ей подвергшиеся; по закону «з!га1- С10» — неплодородные земли, земли высокопродуктивных животноводческих хозяйств, леса (кроме мелких лесных участков, подлежащих превращению в поля для слия­ния воедино окружающих полей); земли, на которых крестьянские кооперативы ведут интенсивное хозяйство. Кроме того, если собственник за свой счет проведет ра­боты по мелиорации, классификации и т. д. Уз части своих земель, подлежащих экспроприации, освобождая государство от расходов на эти цели, то половина пло­щади, на которой проведены указанные работы, допол­нительно не подвергается экспроприации.

    За земли, экспроприированные в порядке реформы, бывшие землевладельцы получают возмещение в виде государственных ценных бумаг, подлежащих оплате в течение 25 лет и приносящих 5% годовых.

    Законами был установлен чрезвычайный поземель­ный налог с земель, подлежащих экспроприации. Осно­ванием для его исчисления по «закону Сила» была пло­щадь, по закону з1:га1сю — общий доход собственника и его средний доход с гектара, сицилийский закон соот­ветственно устанавливал смешанную систему.

    Крупные землевладельцы, чтобы уклониться от упла­ты этого налога, стали переоформлять части своих име­ний на других лиц. Пришлось установить, что обложе­ние чрезвычайным налогом производится по положению этих земель в определенный момент (для земель, под­вергшихся купле-продаже, — на 15 ноября 1949 г., а для подаренных земель — на 1 января 1948 г.). Сделки, за­ключенные позже, считаются недействительными.

    Крупное землевладение сохраняется, вопреки консти­туционным принципам и несмотря на производимую ре­форму. К началу 1959 года существовало 1677 собствен­ников, имеющих от 300 до 500 га земли, 570 собственни­ков, имеющих от 500 до 1000 га, и 370 собственников, имеющих более 1000 га, — всего 2617 крупных землевла­дельцев, которым в общей сложности принадлежало 1,3 млн. га из общего количества 21 млн. га земли, на­ходившейся в частной собственности и пригодной к об­работке К

    Наряду с проблемой латифундизма в Италии стоит проблема раздробления (1гаттеп1а2юпе) и распыления, (ро1уеп22а2юпе) земли. Под раздроблением понимается наличие у одного владельца нескольких участков, разоб­щенных в результате чересполосицы, которые, только будучи объединены, могли бы обеспечить пропитание од­ной семьи; под распылением понимается разделение земли на недостаточные для пропитания семьи мелкие участки между различными собственниками.

    В борьбе с раздроблением и распылением в действую­щем итальянском праве установлен новый юридический термин — «минимальное производственное единство» (ипКа соНига1е пншта). Этот термин встречается в раз­личных законодательных актах и прежде всего в Гра­жданском кодексе применительно к сельскохозяйствен­ным землям и сельскохозяйственному производству. Об­щая норма установлена в ст. 846 Гражданского кодекса. «При переходе собственности, — говорится в этой статье, — при делении или объединении по любому осно­ванию, если речь идет о землях, предназначенных для обработки, или о землях, обслуживающих земледелие, и при установлении и изменении вещных прав в отноше­нии этих земель не должно иметь место раздробление, которое не учитывает минимальное производственное единство». Размер минимального производственного единства устанавливается дифференцированно по зонам, с учетом производительности и местных условий, по по­становлениям административных органов, согласован­ным с профессиональными союзами (ст. 847). Сделки, направленные на нарушение положений о* минимальном

    производственном единстве, могут быть признаны не­действительными судебными органами по требованию министра (ст. 848).

    Принцип минимального производственного единства может служить целям принудительного укрупнения. Со­гласно ст. 849 Гражданского кодекса собственник зе­мель, в границах которых имеются участки земли, при­надлежащие другим лицам, может в пределах мини­мального произврдственного единства требовать, чтобы эти земли были ему переданы за плату, в целях созда­ния лучшего земельного массива. Еще большее вторже­ние в право собственности в целях укрупнения преду­смотрено ст.ст. 850 и 851 Гражданского кодекса. Ими предусматривается, что если смежные земельные участки, принадлежащие различным собственникам, не удовлет­воряют требованию минимального производственного единства, то по настоянию кого-либо из заинтересован­ных лиц или по инициативе административных органов может быть учрежден консорциум соответствующих собственников для целей земельного переустройства, наиболее удобного для лучшего использования данных земель. Для учреждения этого консорциума применяют­ся правила, установленные для мелиоративных консор­циумов. Созданный таким путем консорциум может установить план переустройства, причем для создания лучшего земельного единства может быть возбужден во­прос об экспроприации и о принудительном отчуждении. Может быть также возбужден вопрос о выпрямлении границ и об округлении земель.

    Принцип недробимости применяется также при на­следовании земельных участков, предоставленных кре­стьянам — непосредственным производителям управле­нием по колонизации или мелиоративными консорциу­мами. По закону от 3 июня 1940 г. № 1078 «Правила для избежания раздробления единого владения, предо­ставленного в надел крестьянину — непосредственному производителю»[33] единство владения не может быть нару­шено ни по сделкам между живыми, ни в порядке насле­дования (ст. 1). Поэтому недействительны завещатель­ные распоряжения, которые имеют своим результатом раздробление целостности владения (ст. 4). В случае смерти собственника недробимого владения последнее предоставляется наследнику, указанному в завещании, а при отсутствии завещания — одному из сонаследни­ков, который пожелает его принять и способен взять на себя ведение хозяйства. Если никто из сонаследников не пожелает взять на себя хозяйство, ставится вопрос о продаже единого владения либо по взаимному согла­сию сонаследников, либо по постановлению суда. Суд с согласия сонаследников может оставить единое владе­ние в общей собственности всех наследников или тех из них, которые согласны совместно проживать и вести хозяйство (ст. 5). Сонаследники, исключенные из уча­стия в едином владении, удовлетворяются в размере причитающихся им долей другим имуществом, Движи­мым или недвижимым, входящим в состав наследствен­ной массы.

    Проблема недробимости и принцип минимального производственного единства тесно связаны в итальян­ском праве с мелкой крестьянской собственностью как с особой формой земельной собственности. Ряд законо­дательных актов направлен на сохранение мелкой кре­стьянской земельной собственности в качестве панацеи от зол капитализма. В политике насаждения мелкой крестьянской собственности Италия не составляет иск­лючения среди других капиталистических стран западно­европейского континента.

    Прообраз мелкой крестьянской земельной собствен­ности как особого правового института можно найти в законе от 15 декабря 1921 г. № 2047 о наделении зе­мельными участками крестьян на арендном праве с пра­вом последующего приобретения этих участков в соб­ственность. Знаменательной вехой явилось далее учре­ждение Национального управления по трудоустройству бойцов, деятельность которого регулируется регламен­том, утвержденным законом от 16 сентября 1926 г. № 1606, предусматривающим наделение землей, а так­же финансовые и налоговые льготы ветеранам войн. О мелкой крестьянской собственности говорит закон от

    5    июля 1928 г. № 1760 «О сельскохозяйственном кре­дите».

    Этот закон, точнее инструкция к нему от 23 января 1948 г., дает определение мелкой крестьянской собствен­ности. Под мелкой крестьянской собственностью, — гово-

    рится в инструкции, — следует понимать такую собствен­ность, которая образует единое достаточно устойчивое хозяйство и не превышает общей площади, которая в нормальных условиях может быть обработан» семьей собственника и не является меньше той, которая необхо­дима для рационального ведения семейного хозяйства.

    Характерными чертами мелкой крестьянской соб­ственности являются следующие. Во-первых, мелкая кре­стьянская собственность характеризуется ограниченным размером. Размер определяется специально учрежден­ными провинциальными комиссиями для установления норм. Во-вторых, субъектом права мелкой крестьянской собственности может быть только лицо, которое, как правило, применяет к обработке земли свой собственный труд. Мелкая крестьянская собственность может принад­лежать и сельскохозяйственному рабочему. Субъектами мелкой крестьянской собственности могут быть коопера­тивы сельскохозяйственных рабочих и кооперативные объединения, в которых идеальная доля земли каждого работающего не превышает размера, возможного для ведения хозяйства собственными силами и силами своей семьи (ст. 1 закона от 20 декабря 1952 г. № 2377). Та­кими субъектами права мелкой крестьянской собствен­ности могут быть кооперативы, наделенные землей по аграрной реформе. В-третьих, мелкая крестьянская соб­ственность характеризуется способом ее приобретения. Нормальным способом ее приобретения является наде­ление учреждениями по колонизации, консорциумами по мелиорации, органами по проведению земельной рефор­мы, приобретение путем участия в мелиоративных рабо­тах, занятие необработанной (целинной) земли и т. п. В-четвертых, мелкая крестьянская собственность харак­теризуется льготным правовым режимом. При приобре­тении земельного участка на праве мелкой крестьянской собственности погашаются все права пользования, пре­кращаются договоры аренды, земельный участок свобо­ден от всех реальных обременений, кроме предиальных сервитутов. Наконец, в-пятых мелкая крестьянская соб­ственность характеризуется рядом лежащих на ней обя­зательств. Собственник обязан обрабатывать земельный участок собственным трудом и трудом членов своей семьи. В некоторых случаях наличие права собственно- 96
    сти связано с обязательством производить мелиоратив­ные работы. Отчуждение мелкой крестьянской собствен­ности до 10 лет со дня приобретения или прекращения обработки земли без уважительных причин влечет за собою утрату финансовых и налоговых льгот.

    Законодательство о мелкой крестьянской земельной собственности продиктовано многими соображениями аграрно-политического характера. Здесь и попытка раз­решить проблему латифундизма, и стремление разрядить остроту аграрного кризиса, и попытки сгладить острые углы гигантского земельного неравенства, и экономиче­ская задача осуществить мелиорацию земель бесплат­ным крестьянским трудом. Поэтому институт мелкой крестьянской собственности тесно связан с мероприя­тиями и законодательством о мелиорации и с законода­тельством об аграрной реформе.

    Закон от 15 октября 1957 г. № 1001, потребовавший исследования процессов раздробления крестьянских хо­зяйств, вновь поставил вопрос о необходимости опреде­лить минимальные размеры земледельческих хозяйств- Декретом министра земледелия и лесов от 13 февраля 1958 г. был образован предусмотренный данным законом комитет и положено начало этим исследованиям.

    Проанализировав имеющееся законодательство, на­правленное на создание и правовое регулирование «ми­нимальных земледельческих единиц», а также литера­туру о них, некоторые итальянские ученые высказы­ваются в пользу конкретизации, дополнения или даже изменения этого законодательства, чтобы приспособить правовой режим «минимальных единиц» к условиям конкретных провинций Италии, качеству земель и т. д. Рекомендуют установить особый порядок их наследова­ния: при наличии многих наследников передавать это хо­зяйство только одному из них, наиболее опытному и уме­лому, удовлетворяя сонаследников иным способом, и т. д.

    Об этом подробно говорит Доменико Пастина О необ­ходимости обеспечить неотчуждаемость и неделимость «минимальных земледельческих единиц», особый поря­док их наследования и обеспечить мелким собственни- нам — крестьянам участие в специальных консорциумах или кооперативах еще в 1954 году говорил М. Джор- джанни. Он считал необходимым более подробное и ре­гулярное установление законом правовой самостоятель­ности мелких крестьянских хозяйств. Подчеркивая важ­ность института мелкой крестьянской собственности в современном аграрном праве, это учение видит в подоб­ных мероприятиях средство к сохранению этих хозяйств и даже «превращению их в фактор технического и со­циального прогресса» *.

    Итальянское законодательство зрает в качестве одной из форм собственности семейную собственность (ра!п- топ1о Гагш^Паге). Эта форма собственности предусмо­трена Гражданским кодексом. Статья 167 Кодекса гово­рит о том, что может быть установлена семейная соб­ственность на определенное недвижимое имущество. Установление семейной собственности влечет за собою неотчуждаемость имущества и предназначение продук­ции в пользу всей семьи в целом. Учреждение семейного имущества может быть осуществлено также во время брака одним или обоими супругами особым актом или при помощи завещания. Управление семейным имущест­вом принадлежит тому супругу, который является соб­ственником имущества. Если собственность принадлежит обоим супругам, управление имуществом принадлежит супругу, обозначенному учредителем, а при отсутствии указания в учредительском акте — мужу. Супруг, упра­вляющий имуществом, собственность на которое принад­лежит другому, несет обязанности, свойственные узу­фруктуарию (ст. 173 Кодекса). Отчуждение имущества, состоящего в семейной собственности, может разрешить суд (трибунал).

    Семейное имущество не является собственностью семьи, но оно неотчуждаемо при расторжении брака и при достижении совершеннолетия всеми сыновьями. До­ход от этого имущества принадлежит всей семье и, пока существуют несовершеннолетние сыновья, доход не под­падает под наследственный раздел2.

    1   См. М 1 с Ь е 1 е СЛог&1апп1, Рег ипо зЫи1о с1е11а р1ссо1а ргорпе1а соп!асНпа, «АШ (1е1 рпто сопуе^по т1егпа2юпа1е еП сИгМо а&гапо», уо1 II, МПапо, 1954, р. 311—329.

    2   См. Мапо Ьоп&о, РгоПН сП (НгШо а&гапо, Топ по, 1952, р. 1и:

    После второй мировой войны появился ряд норматив­ных актов, регулировавших создание новой крестьян­ской мелкой собственности, а также помощь государства владельцам мелкой и средней собственности на землю.

    Этими актами были установлены льготы по налогам с договоров о приобретении земельных участков сельско­хозяйственными рабочими,предусматривалось некоторое участие государства в оплате процентов при покупке земли в кредит. Для создания крестьянской собствен­ности был учрежден специальный банк, председателем которого стал министр земледелия. Банк должен был за счет кредитов из государственного бюджета и дру­гих средств покупать земли, делить их на участки и продавать их сельскохозяйственным рабочим и их коо­перативам. Деятельность банка не получила большого размаха. Он продавал крестьянам землю по высоким ценам, требовал высоких процентов, и крестьянам было выгоднее покупать землю непосредственно у землевла­дельцев. Всего к началу 1959 года крестьянами было куплено более 600 тыс. га, однако рост крестьянского землевладения был значительно меньше, так как часто продавцами земель были тоже крестьяне. Кроме того, в эту цифру вошла и площадь участков, продажа кото­рых была фактически произведена раньше, но оформле­на юридически'после введения упомянутых льгот. По­этому новых крестьянских хозяйств возникло очень не­много !. При этом надо учесть общий высокий уровень цен на землю и тенденцию роста цен на лучшие земли, особенно на равнинах Севера и Центра[34].

    Крестьяне, получившие земельные участки в порядке земельной реформы, не становятся собственниками до уплаты полной цены земли. Законы «5Па» и «з1:га1сю» рассматривают наделение землей как покупку в кредит из 3,5% с погашением в течение 30 лет .ежегодными до­лями. Цена не должна превышать 2/з стоимости земли и проведенных властями работ мелиоративного земле­устройства и др. характера. Договор наделения землей является условным, так как крестьянин, наделенный зем­лей, должен пройти испытательный срок, продолжитель- ность которого устанавливается властями. Кроме того, эти «управомоченные на землепользование» обязаны в течение 20 лет состоять в кооперативе крестьян, наде­ленных землей. Неисполнение указанных условий влечет за собой утрату права на землю. Досрочная уплата за землю запрещена [35].

    Земля может быть также собственностью кооперати­ва. Сельскохозяйственные земли и их принадлежности, составляющие объект права кооперативной собственно­сти, предназначаются для целей, указанных в учреди­тельных актах и уставах подлежащих кооперативов. На практике эти земли используются главным образом для обработки, для управления коллективными службами в соответствии с принятым типом найма (единым или раз­дельным). При едином найме кооператив распределяет между членами работы в общем хозяйстве; при раз­дельном найме кооператив распределяет земельные участки между членами, каждый из которых организует хозяйство, которому кооператив представляет помощь различного рода, например в приобретении и использо­вании земледельческих орудий, приобретении семян, кол­лективном хранении и продаже продукции и т. д.[36]. Об­зор итальянского законодательства о земельной соб­ственности свидетельствует о том, что в Италии суще­ствуют все те характерные для всех капиталистических стран формы собственности, в которых: значительный удельный вес занимает сельское хозяйство, где аграрный вопрос и противоречия земельной собственности- яв­ляются особенно острыми. При наличии значительного количества необработанных земель в Италии существует большое количество безземельных, наблюдается боль­шой земельный голод, существенное земельное неравен­ство. Как и в других капиталистических странах, все ограничения земельной собственности не затрагивают ни в какой мере интересов крупных земельных собственни­ков и не только не ограничивают концентрацию земле­
    владения, а, наоборот, обращаются против мелких и средних земельных собственников, которые не могут удержать своей собственности в конкурентной борьбе с капиталистическими предпринимателями, консорциу­мами, банками и т. д.

    § 5. Право собственности на землю в Федеративной Республике Германии

    В ФРГ 56% сельскохозяйственных предприятий при­ходится на мелкие хозяйства с земельной площадью до 5 га, 34% — на хозяйства с площадью от 5 до 20 га и всего 10% хозяйств имеют более 20 га [37] земли.

    Закрепление права собственности на землю осуще­ствляется в ФРГ при посредстве земельной регистрации по вотчинной системе. Регистрация ведется судами на основе Вотчинного устава от 24 марта 1879 г. (Огипс!- ЬисЬогс1п11П§), действующего и поные в ФРГ с измене­ниями и дополнениями. Право собственности на землю переходит только с момента занесения в вотчинную кни­гу. Таков же порядок и земельного залога.

    Конституция и прочее законодательство ФРГ сохра­няют незыблемость частной собственности. Конститу­ционные декларации о служении собственности «обще­ственному благу» и т. д. не мешают действию старого положения имперского Гражданского кодекса, разре­шающего собственнику поступать со своей собствен­ностью по своему усмотрению, с устранением любого другого лица от всякого вмешательства. Поэтому огра­ничения земельной собственности, допускаемые консти­туцией и законом, рассматриваются западногерман­скими юристами не как покушение на «субстанцию собственности», а лишь как «публично-правовое регули­рование права пользования», ибо, как пишет .Гедеман, даже допущение в определенных случаях экспроприа­ции земель является не проявлением враждебности к частной собственности, а только выражением необхо­димости лучшего использования этих земель2.

    Однако «публичное регулирование» по существу за­трагивает, и весьма значительно, также и «субстан­цию», в особенности когда речь идет о мелких и средних собственниках. В ФРГ экономическая мощь монополи­стического и финансового капитала землевладения не затронута. Происходит постепенное перераспределение земельной собственности в направлении дальнейшей кон­центрации землевладения. Имеющиеся в законе огра­ничения правомочий земельных собственников («пуб- лично-правовое регулирование») выгодны крупным собственникам за счет мелких и средних.

    Этим же целям служит и основной федеральный землеустроительный закон (Р1игЬеге1П12ипд5де5е12) от

    14    июля 1953 г., введенный в действие с 1 января 1954 г. К Цель этого закона определена в самом законе следующим образом: «Для стимулирования сельскохо­зяйственного и лесного производства и общей культуры земледелия раздробленное или расположенное неудобно для ведения хозяйства земельное владение может быть сведено к одному месту согласно современным производ­ственным и хозяйственным требованиям, хозяйственно устроено, а также улучшено другими агрокультурными мероприятиями».

    Землеустройством управляют создаваемые в каждом отдельном случае специальные землеустроительные ор­ганы. Важную роль играют особые организации — «об­щества участников», являющиеся центром практиче­ского осуществления землеустройства. Эти общества «являются корпорациями публичного права». В число их членов (ЫеЪепЪе1еШ§1еп) включаются все земельные собственники, являющиеся участниками данного земле­устройства: общины (города, села и другие союзы), а также частные лица, имеющие какие-либо права (право пользования, ипотека или др.) на земельные участ­ки, подвергаемые землеустройству. Если какая-либо территория вовлекается в землеустройство и образует общую «дачу разверстания», то все названные лица во­влекаются принудительно в землеустроительный про­цесс. Все их земли поступают в общий земельный фонд. После проведения землеустройства каждый участник получает взамен сданного равноценный земельный

    участок. Арендатор сохраняет право аренды на новый земельный участок с соответствующим изменению стои­мости этого участка изменением арендной платы. Де­нежная компенсация допускается только по отношению к так называемым «сопровождающим или привходящим обстоятельствам» (Ве^еИегзсЬетип^еп). Этот закон с очевидностью направлен на то, чтобы создать более крепкие хозяйства путем округления земельных владе­ний. Решающим в законе, как это отмечается и в запад­ногерманской юридической литературе, является «созна­тельное планирование» отношений собственности, и поэтому неправильным будет вывод о том, что целью землеустройства являются только «рациональное ве­дение хозяйства» и переформирование земельных участков *.

    Большое значение для защиты крупных кулацких хозяйств при землеустройстве имеет порядок его прове­дения. Органам землеустройства, работающим совмест­но с «обществами участников», легко обеспечить инте­ресы крупных земельных собственников и кулаков путем отвода мелким крестьянам более отделенных от дерев: ни и худших земельных участков. Мелкие земельные собственники не могут нести денежных расходов по землеустройству и поэтому они вынуждены продавать свои участки.

    Для анализа форм земельной собственности в ФРГ существенное значение имеет вопрос о фидеикомиссах и вопрос о крестьянском дворе.

    Ликвидация фидеикомиссов производилась в Герма­нии трижды. Первый раз ликвидация фидеикомиссов была объявлена в конституции 1919 года. В ст. 155 Веймарской конституции 1919 года было записано: «Фидеикомиссы должны быть ликвидированы». В

    1938году было объявлено, что фидеикомиссы с 1 января

    1939  г. прекращаются. Тем не менее они продолжали существовать и сохранились. Лишь после второй миро­вой войны в законе Союзного Контрольного Совета № 45 было установлено, что фидеикомиссы и другие имения, распоряжение которыми ограничено подобным

    образом, становятся свободным и подчиненным общим законам землевладением. В ФРГ это подтверждено фе­деральным законом от 28 декабря 1950 г., но им же пре­доставлено отдельным правительствам «земель» свобо­да действий в данном вопросе. Все это свидетельствует о силе и влиянии в ФРГ помещичьего класса, юнкерства, о блоке финансового капитала с крупным помещичьим землевладением, сопротивляющимся полной ликвидации фидеикомиссов.

    Еще более существенное значение в аграрной поли­тике ФРГ имеет проблема единонаследия крестьянского двора. Не случайно в юридической литературе ФРГ от­мечается, что «замкнутые крестьянские владения боль­шей или меньшей величины образуют ядро современного аграрного права Германии»

    Принятый при фашистском режиме пресловутый за­кон о единонаследии крестьянского двора 1933 года, имевший своей задачей создать в германской деревне крепкие кулацкие хозяйства, поставить их в привилеги­рованное положение за счет мелких и средних крестьян­ских хозяйств, отменен законом Контрольного Совета № 45. Тем самым на территории всей Германии, следо­вательно и на территории современной ФРГ, восстана­вливалось старое положение, которое существовало до закона о единонаследии 1933 года, т. е. до фашистского режима. Это было подтверждено и британским распоря­жением № 84. Тем не менее в ФРГ в той или иной форме восстанавливается единонаследие крестьянского двора.

    В ФРГ нет единообразного регулирования в отноше­нии наследования в крестьянском дворе. В различных землях действует различный порядок: в одних случаях восстановлен принудительный порядок единонаследия по закону, в других случаях действует факультативный порядок, т. е. единонаследие устанавливается лишь по желанию собственника.

    Так, на Севере и Северо-западе, в . бывшей британ­ской зоне, принудительное единонаследие существует в землях: Северный Рейн — Вестфалия, Шлезвиг- Гольштейн, Нижняя Саксония и Гамбург. По положе­нию о дворах, утвержденному английским оккупацион­ным распоряжением № 84, «двором» считалось сельско­хозяйственное владение, налоговая стоимость которого не менее 10 тыс. марок (налоговая стоимость равна 18-кратному годовому чистому доходу). Прежние еди­нонаследные дворы признаются таковыми при всех условиях. В понятие «двора» как хозяйственного един­ства входят земельные участки, все права пользования, сельскохозяйственный инвентарь, скот, хозяйственные и домашние запасы и т. д. Собственник может назначить наследника или еще при жизни передать ему двор. Если наследник не назначен, то он определяется на основе закона о единонаследии. Наследник должен быть спо­собным вести хозяйство. Сонаследники удовлетворяются деньгами на основе налоговой стоимости двора, которая значительно ниже продажной стоимости. Весь расчет строится в интересах единонаследника и ущемляет ин­тересы сонаследников. Так, единонаследник получает преимущественную долю в размере 3/ю, а остальные 7/ю делятся между всеми наследниками, включая и самого единонаследника двора. Только в том случае, если еди­нонаследник в течение 15 лет совершит отчуждение двора постороннему для данной семьи лицу, то он должен будет рассчитаться с сонаследниками уже по нормам гражданского права. Наследодатель может назначить единонаследником пережившего супруга. Во всяком слу­чае последнему принадлежит управление и пользование двором до достижения единонаследником 25-летнего возраста К

    На Юге и Юго-западе ФРГ действует факультатив­ное единонаследие. Учреждение единонаследных дворов возможно лишь в том случае, если они удовлетворяют соответствующим требованиям. Так, в земле Рейнланд— Пфальц издан специальный закон о крестьянских дво­рах от 7 октября 1953 г. По закону для установления единонаследия требуется внесение двора в подворный список (НбГегоПе) по заявке собственника. Внесение в подворный список необратимо, и собственник не может аннулировать учреждение единонаследия двора; оно мо­жет быть осуществлено только в самых исключительных случаях, например, при разводе супругов и то только в судебном порядке.

    По этому закону единонаследника может установить наследодатель в завещании. Если двор принадлежит обоим супругам, то единонаследник может быть избран только по соглашению обоих супругов. При отсутствии завещания единонаследник устанавливается по закону. Порядок наследования установлен следующий: дети на­следодателя (его сыновья и дочери на равных правах), переживший супруг, отец наследодателя, мать, его братья и сестры и их дети. В отношении детей действует майорат. В тех случаях, когда, хотя и нет завещания, но наследодатель явно готовил определенного наслед­ника для двора, это лицо становится единонаследником. Что касается порядка удовлетворения остальных на­следников, то они получают свои долги деньгами по квотам, установленным Гражданским кодексом, к кото­рому и отсылает закон 1953 года. Здесь ясно выступает всемерная защита интересов единонаследника в ущерб интересам остальных сонаследников.

    . Для характеристики права земельной собственности в ФРГ существенное значение имеет законодательство о земельном обороте.

    Еще 15 марта 1918 г. было установлено, что отчуж­дение участков размером свыше 5 га, равно как и арен­да таких земельных владений, требуют предваритель­ного разрешения со стороны соответствующих органов власти. Закон от 26 января 1937 г. распространил тре­бование предварительного разрешения на земельные владения от 2 га. После второй мировой войны законом Союзного Контрольного Совета № 45, отменившим все прежние законы в области земельного оборота, было установлено общее требование предварительного разре­шения для всех сделок с землею, в том числе и для обре­менения земельных владений залогом. От обязанности получать разрешение были освобождены только госу­дарственные органы, особенно в связи с колонизационг ными мероприятиями и земельной реформой. Такое раз­решение не требовалось при сделках между близкими родственниками, а также для сделок о мелких земель­ных владениях. Разрешение выдавалось сельскохозяй­ственными органами, причем отказ в разрешении мог быть обжалован в специальный суд. В 1960 году в ФРГ 106
    был принят новый закон о земельном обороте (Войеп- уегкеЬг^езе^) по которому обязанность получать раз­решение заменена регистрацией (явочный порядок). Реги­страции подлежат лишь сделки по отчуждению сельско­хозяйственных и лесных участков, а равно пустошей и болот. Для вещноправовых обременений не требуется ни разрешения, ни регистрации. Этим устраняется за­шита от разорения мелких и средних крестьян.

    Сельскохозяйственные органы должны запрещать отчуждения, если они влекут за собою дробление или уменьшение земельного владения, которое может ока­заться вредным для народного хозяйства или для дан­ного предприятия. Правительства отдельных «земель» уполномочиваются устанавливать минимальный размер земельных участков.

    Суд может по требованию одного из наследников передать сельскохозяйственное или лесное предприятие одному наследнику, если сонаследники не смогут дого­вориться о разделе наследственного имущества. В дан­ном случае остальные сонаследники компенсируются деньгами. Удовлетворение сонаследников допускается лишь в исключительных случаях и то только, если при этом предприятие не утратит «жизнеспособность». В этом ограничении интересов других сонаследников в пользу лица, наследующего хозяйство, проявляется за­щита крупного землевладения. Сельскохозяйственным органам предоставляются широкие полномочия. Устанав­ливается свободное ценообразование и отменяется пре­дельная покупная цена. Закон содержит лишь ни к чему не обязывающую формулировку требования «цены, оп­равдываемой народнохозяйственными интересами». За­кон предоставляет право преимущественной покупки земельного участка: а) соседу, б) арендатору, арендую­щему не менее 12 лет, в) колонизационному предприя­тию и т. п. организациям. Закон отменяет и требование разрешения на залог, касающееся главным образом мел­ких и средних хозяйств. Введение этого нового закона должно служить целям «улучшения аграрной структу­ры», о которой много говорится в ФРГ и под которой понимается дальнейшее укрепление позиций крупного землевладения. Закон направлен на стимулирование объявленной в ФРГ борьбы за «изменение структуры» землевладения («51гик1ипуапс1еЬ>). Содержанием борь­бы за это «изменение структуры» является признание всех хозяйств до 20 га «нездоровыми» и потому подле­жащими объединению. Борьба за «структурные измене­ния» осуществляется разными путями, в том числе при помощи землеустройства, через торговлю, цены, кредит и налоги.

    Земельный залог (ипотека) в ФРГ регулируется феде­ральным законом 1952 года «О ликвидации регулиро­вания сельскохозяйственной задолженности» (2иг АЪ- У1ске1ип§ (1ег 1апс1^1г1:5сЬаШ1сЬеп 5сЬи1с1епге2е1ип§) [38] с изменениями и дополнениями, принятыми в 1953[39] и 1956[40] годах. Этими законами отменено ограничение за­логового обременения, которое было установлено в за­коне Контрольного Совета № 45 и британской оккупа­ционной инструкции № 84, где предел обременения опре­делялся на уровне 7/ю последней налоговой стоимости. Законом 1952 года была отменена своеобразная норма германского гражданского права, допускавшая установ­ление ипотеки собственником земли в пользу самого себя.

    Существующая в настоящее время в ФРГ свобода земельного оборота и свобода обременения ипотекой обеспечивает Дальнейшую дифференциацию деревни, дальнейший рост кулацких хозяйств и крупного земле­владения, обезземеливание крестьянской бедноты.

    Законодательство ФРГ обязывает собственника сель­скохозяйственных земель не оставлять их без обработки. Однако это касается по существу только крестьянских хозяйств. Так, в законе о единонаследии крестьянского двора земли Рейнланд-Пфальц говорится, что «домохо­зяин обязан хозяйствовать надлежащим образом» и что «единонаследник двора должен быть способен к надле­жащему хозяйствованию».

    Ряд положений о праве собственности на землю со­держит и закон «Об изгнанниках и беженцах», издан­ный 19 мая 1953 г., но затем подвергшийся ряду изме­
    нений1. В нем идет речь об устройстве в ФРГ «изгнан­ников», т. е. немцев, выселенных с земель, ранее захва­ченных Германией в ходе пресловутого «натиска на Восток», но в итоге второй мировой войны возвращен­ных СССР, Польше и Чехословакии, а также из некото­рых других стран. В нем говорится и о беженцах из, «советской зоны», т. е. о немцах, бежавших из ГДР в ФРГ.из-за враждебного отношения к социалистическому строю или потому, что они были обмануты реакционной пропагандой.

    Этот закон имеет ряд целей. Он является’ существен­ной частью западногерманского законодательства о зе­мельной реформе. Кроме того, авторы закона стреми­лись с его помощью демонстрируя «заботу» о восточных немцах, содействовать переманиванию на Запад граж­дан ГДР, и одновременно предоставить в распоряжение городской и сельской буржуазии ФРГ некоторое коли­чество дополнительной более дешевой рабочей силы.

    В ст. 35 закона устанавливается следующий «прин­цип»: «Изгнанники и беженцы из советской зоны, кото­рые происходят из земледельцев или которые после изгнания были заняты преимущественно в сельском хозяйстве, должны быть на основании этого титула включены в сельское хозяйство, либо как поселенцы (в смысле, предусмотренном законодательством о поселе­нии и земельной реформы), либо как собственники или арендаторы сельскохозяйственных или лесных земель­ных участков, либо как участники другого целесообраз­ного отношения землепользования».

    Для «включения» в сельское хозяйство требуются: профессиональная пригодность приобретателя или арен­датора, отсутствие прямого родства между приобрета­телем и отчуждателем, между арендатором и сдатчиком (арендатор не может быть также супругом сдатчика). Отчуждение или сдача в аренду земель должны обеспе­чивать «основу жизни» для самого приобретателя (арен­датора) или по крайней мере создавать для него источ­ник дополнительного дохода от земледелия (§ 36).

    Для указанных целей закон предназначает некото­рые находящиеся в частной собственности земледель-

    ческие хозяйства, ограничивая права их собственников. Это хозяйства, покинутые владельцами, хозяйства, вла­дельцы которых не желают обрабатывать их и не имеют наследников, желающих этим заниматься, а также за­болоченные, лесные и некоторые другие земельные уча­стки (§ 39—40). Таким образом, закон ограничивает права собственников необрабатываемых хозяйств и по­ощряет продажу земель «изгнанникам и беженцам». Предусматривается также ряд мер финансового и адми­нистративного содействия данным мероприятиям.

    Еще более ярким примером служения земельного за­конодательства ФРГ целям «холодной войны» и подго­товке «горячей» войны является закон о приобретении земель для нужд обороны от 23 февраля 1957 г. К На примере этого закона можно видеть, как понимают пра­вители ФРГ «общественное» благо, которому «должна служить» частная собственность и ради которого до­пускается даже ее экспроприация. Этим «благом» ока­залось размещение войск реваншистского вермахта, войск агрессивного блока НАТО, их баз, складов, поли­гонов и т. д.

    Государство в соответствии с названным законом имеет право приобретать земельные участки, в том чис­ле находящиеся в частной собственности для целей: 1) «обороны»; 2) исполнения обязанностей, вытекаюших из межгосударственных договоров о размещении и право­вом положении вооруженных сил иностранных госу­дарств на территории ФРГ; 3) предоставления возме­щения в виде земель за участки, приобретенные для этих нужд; 4) перенесения в другое место или для возве­дения публичных сооружений в связи с мерами, преду­смотренными пунктами 1, 2 и 3; 5) размещения лиц, производств и публичных сооружений, которое необхо­димо в связи с пунктами 1 и 2.

    Если какие-либо земельные участки должны быть приобретены для указанных целей, то правительство «земли» должно высказать свое мнение о данном наме­рении с учетом мнения заинтересованной общины или союза общин (деревень), приняв во внимание требова­ния землеустройства, особенно сельскохозяйственные и иные хозяйственные интересы, нужды городского строи[41]

    1См. Випс1езеезе12Ыаи, 1957, ТеП I, 5. 134—146.

    ио

    тельства и охраны природы, а также возможность удовле­творить эту потребность за счет публичных земель. При этом как публичная собственность на землю рассматри­вается и собственность частно-правовых юридических лиц, если в их капитале преобладают средства, вложен­ные публично-правовыми учреждениями.

    Ознакомившись с мнением правительства «земли», соответственный министр федерального правительства определяет, должны ли быть приобретены земельные участки, публикует в необходимых случаях свое ре­шение, а если оно противоречит мнению правительства «земли», то сообщает этому правительству о своем ре-' шении (§ 1).

    Приобретение участков по возможности должно быть свободным и без посредников. Закон допускает и уста­новление отношений землепользования без приобрете­ния права собственности. Размер вознаграждения мо­жет даже отклоняться от предписанного законодатель­ством о ценах на землю (§ 2), но это не тревожит законодателя: бешеные деньги за эту землю, как и за весь разгул милитаризма, придется платить в ко­нечном счете налогоплательщику, т. е. трудящимся массам.

    При переговорах об этом каждому собственнику должно быть указано на то, что вместо уплаты налич­ными ему гарантируется полное или частичное возмеще­ние в виде другого земельного участка или иное возна­граждение; предоставление другого участка обеспечи­вается особенно в том случае, если от предоставления собственнику другого земельного участка зависит под­держание его лично обрабатываемого хозяйства или выполнение других существенно важных для него обя­занностей и если он обрабатывает землю в соответствии с предъявляемыми требованиями и т. д.

    Наконец, другое, обеспечивающее существование собственника земли, удовлетворение должно быть га­рантировано ему, если из-за старости или из-за других* обстоятельств обеспечение его существования или вы­полнение существенных для него обязанностей зависит от дохода, получаемого от земельного участка.

    Для приобретения земель в указанных целях допус­кается и экспроприация (§ 10), решение о которой при­нимается в особом порядке.

    Предложение о начале экспроприационного произ­водства вносит от имени ФРГ соответственный феде- ральный министр или определенное им федеральное ве­домство только в том случае, если для этих целей не могли быть приобретены путем свободной покупки другие земельные участки, если федерация, «земли» и иные публично-правовые установления не располагают другими участками, пригодными для этих целей, и, на­конец, если переговоры с собственниками о свободной покупке их земель не привели к цели (§ И).

    Решение вопроса об экспроприации и возмеще­нии принимается органами, устанавливаемыми зако­нодательством земель, в довольна сложном порядке (§ 28-57).

    Путем экспроприации может быть отобрана или об­ременена собственность на земельные участки или их части, включая принадлежащие собственнику сооруже­ния (2иЬеНог); другие права на земельные участки как права, уполномочивающие на обработку, владение или пользование земельными участками или ограничиваю­щие их использование могут быть отменены. При этом экспроприация допускается лишь в случае, если предус­мотренные цели не могут быть осуществлены путем ус­тановления отношений землепользования или отмены других прав на землю без нарушения права собствен­ности (§ 12).

    В некоторых случаях собственник земли может сам добиваться ее экспроприации; например, если только часть землевладения подлежит обязательной экспро­приации, а его остаток после этого не будет соответ­ствовать прежнему назначению, собственник может тре­бовать, чтобы и остаток был экспроприирован (§ 13).

    Закон устанавливает ряд категорий земель, которые не могут быть приобретены для указанных целей. Это некоторые земли церквей, больниц, исследовательских учреждений, энергетических предприятий и т. д. {§ 16).

    Подробно регулируется законом и возмещение как за экспроприацию, так и за причиненный ею иной иму­щественный ущерб. Закон предусматривает возмож­ность продолжения на земельном участке, предоставлен­ном в качестве возмещения, арендных отношений, воз­никших еще на экспроприированном земельном участке (§ 22). Если ценность участка, предоставленного вза­
    мен, меньше ценности экспроприированного участка, допускается дополнительное денежное возмещение (§ 24). В случае старости собственника экспроприируе­мой земли или его неспособности к обработке земли он может получить не землю, а ренту, если этим не нару­шаются интересы третьих лиц (§ 25).

    Таким образом, законодательство ФРГ о праве соб­ственности на землю не только защищает интересы крупного капиталистического землевладения, но также используется монополиями для подготовки к новой ми­ровой войне.

    8 Л. И, Дембо

    ГЛАВА III

    ПРАВО ЗЕМЛЕПОЛЬЗОВАНИЯ В КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ СТРАНАХ И ЕГО ВИДЫ

    § 1. Виды землепользования в США

    Американский цивилист Ричард Пауэлл говорит, что при существующей американской экономической системе земля может быть использована для получения прибыли двумя основными способами: либо земельный собствен­ник использует землю непосредственно и тогда он полу­чает излишек сверх затрат на эксплуатацию земли, либо земельный собственник сдает землю в аренду, т. е. пе­редает непосредственное владение землей арендатору взамен за обязанность арендатора в силу соглашения доставлять собственнику известные блага *.

    Это, конечно, относится не только к США, но и ко всему капиталистическому миру. Вместе с тем для США характерно то, что второй способ использования земельной собственности — сдача ее в аренду — как выражение процесса отделения непосредственного про­изводителя от земельной собственности является там преобладающим, что соответствует наиболее полному развитию капитализма и его противоречий в сельском хозяйстве. По данным американской статистики более 40% фермеров являются арендаторами или полуарен- даторами.

    В Соединенных Штатах фермерами называются как собственники, так и арендаторы, как мелкие производи­тели — крестьяне, так и крупные капиталистические предприниматели, пользующиеся наемным трудом. По данным на 1950 год фермерские хозяйства с земельной

    площадью до 20 га составляли 36,4% всех ферм, фер­мерские хозяйства от 20 до 40 га — 19,4%, фермерские хозяйства от 40 до 202 га — 38,6% и количество ферм, имеющих свыше 202 га земли, составляло 5,6%. Непре­рывно идет процесс концентрации сельскохозяйствен­ного производства в руках крупных капиталистических предпринимателей, поглощающих мелкие и средние фермы. Число сельскохозяйственных рабочих достигает в настоящее время нескольких миллионов. Сотни тысяч мелких фермеров значительную часть года работают на полях крупных капиталистических ферм К

    В этих условиях большое значение в США приобре­тает арендное право. В то же время сельскохозяйствен­ная аренда в США регулируется общегражданским законодательством отдельных штатов, построенным все­цело на принципе свободы договоров и направленным на всестороннюю, безоговорочную защиту интересов зе­мельных собственников.

    По американским законам аренда рассматривается как несвободное землевладение в противоположность свободному владению ГгееЬо1с1, т. е. собственности на землю.

    Американское законодательство и судебная практика проводят строгое различие между подлинной земельной арендой с правом ез1а1е и издольной арендой со стороны так называемых кроперов и прочих издольщиков. Под­линная аренда с правом ез1:а1е сопряжена с правом вла­дения участком и с правом собственности на урожай. Издольная аренда поселенца-издольщика не предостав­ляет земледельцу ни прав на ферму, ни права собствен­ности на урожай. Эта проблема часто встает в судебной практике южных штатов. Во всяком случае, если земель­ный собственник, кроме земельного участка, предостав­ляет тягловую силу (лошади, мулы и т. п.) и сельскохо­зяйственный инвентарь, то договор рассматривается как договор издольщины, а не как договор аренды[42]. Амери­канское законодательство знает несколько видов сель­скохозяйственной аренды.

    Важнейшим видом аренды как несвободного владе­ния является ез!а1е !ог уеагз, т. е. аренда на годы, «имеющая длительность, исчисляемую годами»[43],

    В комментариях к Ке$а1етеп1 указывается, что дли­тельность аренды на годы может быть «точно фиксиро­ванной» или «точно исчисленной с момента получения владения», с разбивкой на определенные отрезки вре­мени. Это значит, что аренда на годы может быть уста­новлена на один определенный срок, например, на 5 лет или на 3 пятилетия, на 3 трехлетия и т. д. с правом во­зобновления по окончании периода на следующий пе­риод. Эта система, по мнению комментаторов американ­ского права, должна обеспечить известную стабильность арендных договоров. Стабильность арендных договоров зависит от определенности времени начала, от опреде­ленности продолжительности срока и от определенности времени окончания аренды. Начало аренды может быть определено сроком, «когда арендатор законно и миро­любиво вступает во владение хозяйством», или сроком, «когда дом со службами освобождается собственником».

    По продолжительности аренда на годы существует в трех видах: а) краткосрочная, б) на более продолжи­тельный срок и в) долгосрочная. Эта классификация аренд имеет правовое значение. Длительность срока имеет значение для установления обязанностей сторон, в частности и в особенности при решении вопроса об обязанности арендатора ремонтировать строения.

    Кроме аренды на определенный срок, американскому праву известны в качестве самостоятельных видов арен­ды периодически возобновляемая аренда (ез1а1:е Ггот ре­пой 1о репой), аренда бессрочная, т. е. без определен­ного срока (ез1а!е а{ ш11), и аренда, продолжающаяся по истечении срока без специального согласия соб­ственника.

    Годичная аренда, возобновляемая из года в год, не связывает стороны юридически свыше годичного срока, т. е. свыше одного урожая, не создает устойчивости аренды, хотя, периодически возобновляясь, превращает­ся по существу в длительную аренду. Бессрочная аренда может быть прекращена любой из сторон, о чем она
    должна предварительно предупредить другую сторону. Аренда на неопределенный срок — это аренда, факти­чески продолжающаяся после истечения срока, без со­гласия собственника, но и без требования прекратить аренду и вернуть земельное владение. В этом случае собственник может потребовать с арендатора не аренд­ную плату, предусмотренную договором, а плату, опре­деляемую судом.

    Все вышеприведенные правовые формы аренды заим­ствованы из английского права. Вместе с тем опреде­ляющим является то, что законодательство штатов, к компетенции которых отнесено регулирование земель­ных арендных отношений, устанавливает свободу аренд­ных договоров, вследствие чего стороны могут вносить в арендный договор любые условия. Права и обязанно­сти сторон, по договору сельскохозяйственной аренды мало регулируются законом. В законодательстве штатов не предусматривается какой-либо контроль над величи­ной ренты или над другими условиями аренду. Это уже само по себе ставит в привилегированное положение зе­мельного собственника как более сильную сторону в до­говоре. Вместе с тем земельный собственник ревниво оберегается законом на случай неисполнения арендато­ром своих обязательств[44].

    В законодательстве отдельных штатов имеются раз­личные постановления в отношении формы арендных договоров. Обычно устный арендный договор действите­лен при краткосрочной аренде на 1, 2 или 3 года, в за­висимости от законодательства, принятого в том или ином штате. В развитых сельскохозяйственных районах преобладает письменная форма арендных договоров. В некоторых штатах запрещена аренда свыше опреде­ленного срока (например, в штате Висконсин — свыше 15 лет) [45].

    Как уже указано, от арендных договоров следует от­личать договор издольщины. Издольщик не имеет ез(а1е, не имеет права владения. Арендатор вносит арендную
    плату деньгами, издольщик выплачивает всю арендную плату или часть ее, в виде доли урожая.

    Система издольщины является основной формой экс­плуатации рабочей силы в сельском хозяйстве Юга. По­явлению этой формы закабаления, и в первую очередь закабалению негров, содействовало их «освобождение» без земли. Этим была создана огромная армия беззе­мельных, вынужденных наниматься к земельным соб­ственникам на кабальных условиях, обрабатывать землю из доли урожая.

    Система издольщины в широком смысле слова про­является в двух формах: в форме издольной аренды и в форме издольного наемного труда. В первом случае — это издольщик-арендатор (зЬегезсгоррег), который арен­дует определенный участок земли за арендную плату, уплачиваемую в форме определенной доли урожая и даже частично не натурою, а деньгами. Во втором слу­чае — это по существу батрак, лишенный собственных средств производства (сгоррег), работающий на план­тации земельного собственника и получающий от него долю урожая. Это наиболее эксплуатируемый из­дольщик.

    Издольщики-арендаторы встречаются при самых раз­нообразных формах издольной аренды. Существуют из­дольщики с фиксированной натуральной арендной пла­той (з^апсНпд геп!пег), которые уплачивают арендную плату в виде неизменного количества сельскохозяйствен­ной продукции, а не в форме доли урожая. Однако наи­более частый случай — это издольщик-арендатор за до­лю урожая (сгор — зЬаге 1епап1). Этот издольщик вла­деет лишь некоторыми средствами производства, обычно тягловой силой (мул, трактор). Земельный собственник снабжает издольщика удобрениями и берет на себя реа­лизацию урожая. В таких случаях обычно издольщик- земледелец несет 2/3 издержек производства и получает 2/3 стоимости урожая. Издольщик-арендатор за долю животноводческой продукции (Пуе — з!оск— зЬаге 1е- пап!) арендует земельный участок на тех же условиях, с той лишь разницей, что он расплачивается с земель­ным собственником скотом. Существо отношений не ме­няется, если издолыцик-арендатор лишь частично вносит свою долю земельному собственнику натурою, а частич­но деньгами (зЬаге — сазЬ 1епап1).

    Принципиально иной характер носит издольщина, когда издольщиком является кроппер. Кроппер— это издольщик, который по существу выступает как наемный рабочий. Он не имеет собственных средств производ­ства. Кроппер обычно работает на плантации, предста­вляющей собою крупное сельскохозяйственное предприя­тие, которое ведется как единое хозяйство, под единым хозяйственным руководством, хотя хозяйство разбито на отдельные участки. Самый крупный участок — хозяй­ская ферма с домом хозяина или управляющего. Эта ферма обрабатывается наемными рабочими. Осталь­ные участки обрабатываются издолыциками-кропперами также при помощи хозяйского инвентаря и прочих средств производства. Владелец плантации диктует кропперу, какие культуры и на каких участках он дол­жен разводить. Распорядителем урожая является зе­мельный собственник; кроппер не имеет прав на уро­жай. Земельный собственник (плантатор) реализует урожай и уплачивает кропперу его долю. Таким обра­зом; кроппер выступает как наемный рабочий, труд ко­торого оплачивается не в форме твердой зарплаты, а из доли урожая.

    Труд кроппера обходится дешевле труда наемного рабочего. При данной форме издольщины земельный собственник (плантатор) сосредоточивает в своих руках такой же контроль и управление,, как и при использова­нии наемного рабочего; при этом, не фиксируя заработ­ную плату, земельный собственник — владелец сельско­хозяйственного предприятия переносит на кроппера часть своего предпринимательского риска в случае не­урожая, падения цен на сельскохозяйственную продук­цию и т. д. и вместе с тем он обеспечен постоянной рабочей силой. Кропперы, работающие на отдельных зе­мельных участках, частично используются также в ка­честве работников на хозяйской ферме, при этом кроп­пер не имеет права отказываться от работы на хозяй­ской ферме.

    В то время как наемный рабочий может уйти с работы, кроппер связан договором и в течение года не мо­жет покинуть своего участка. Ни кроппер, ни члены его семьи не имеют права работать вне плантации без раз­решения земельного собственника. Кроппер получает по­ловину урожая и является, таким образом, издольщиком,
    однако, земельный собственник, которому принадлежит право реализации урожая, удерживает из стоимости доли кроппера все расходы по реализации, и факти­чески доля кроппера уменьшается

    Количественное соотношение между различными формами эксплуатации непосредственных производите­лей на Юге США вырисовывается из следующих цифр. В шести южных штатах насчитывалось в 1950 году ла- емных рабочих — 262 609, кропперов — 243 484, прочих издольщиков — 215 885. При этом негры составляют 65,1% всех кропперов[46].

    § 2. Виды землепользования в Англии

    Английская юридическая терминология в значитель­ной степени способствует затушевыванию различия меж­ду землевладением собственника и другими видами землевладения, в том числе и землевладением аренда­тора. Это обстоятельство вносит большие затруднения в земельный оборот, нередко ставит в затруднительное по­ложение приобретателя земли — буржуазного земельного собственника. Вместе с тем оно служит идеологической завесой, затушевывающей преимущественное положе­ние собственника и в известном отношении облегчает идеологическое оправдание земельной собственности в теории буржуазного права.

    Отодвигая на задний план термин «собственность» (ргорег1у) и выдвигая для недвижимости термин «ез!а- 1е», английское право и после законодательства 1925 го­да сохраняет понятие «ез1а1е» не только для полного права собственности, но и для аренды долгосрочной и на определенный срок.

    Тем не менее английское право противопоставляет лэндлорда держателю, т. е. сдатчика земли съемщику или арендатору. Английское право знает также понятие найма недвижимости (1еазе), которое противопостав­ляется найму движимых вещей (Ыге).

    Но лэндлорд может быть и собственником земли и капиталистическим арендатором. Во всяком случае дол­госрочная аренда на определенный срок ставится в при­вилегированное положение, как один из двух видов ез!а1е, как землевладение лэндлорда.

    Английское право знает следующие виды аренды: 1) аренда без срока ({епапсу а! т\) 2) аренда кратко­срочная (репосПс 1епапсу), в том числе: а) аренда из года в год ({епапсу {гот уеаг 1о уеаг) и б) аренда на срок менее года; 3) аренда долгосрочная (1егшз оГ уеагз) и 4) аренда, продолжающаяся без согласия (1епапсу о! зиНегапсе).

    Аренда без срока — это аренда по воле сдатчика. Взаимоотношения лэндлорда и арендатора покоятся на простом разрешении занять землю по воле сдатчика. Такие арендные отношения могут быть прерваны любой стороной. Обычно такая аренда никак не оформляется* Заявка о прекращении данного вида аренды должна быть сделана в определенной форме не более чем за 12 месяцев и не менее чем за 6 месяцев до ее прекра­щения.

    Аренда из года в год— это периодическая аренда, которая ежегодно возобновляется, если за 6 месяцев до истечения годйчного срока не последует отказа от до­говора одной из сторон. Аренда на 1 год с правом возобновления — наиболее частый случай аренды в Англии.

    Аренда на срок менее года, если она является обыч­ной сельскохозяйственной арендой, в настоящее время согласно новому английскому арендному законодатель­ству автоматически трансформируется в аренду из года в год. Согласно закону о сельскохозяйственных владе­ниях от 30 июля 1948 г. (А^псиИига! НоМт^з Ас1) за­прещено сдавать сельскохозяйственные земли на срок меньший, чем на условиях возобновления из года в год.

    Долгосрочная аренда на определенный срок является одним из е§а ез1а{ез (одним из двух, оставшихся по закону 1925 года) и, таким образом, самым привилеги­рованным видом аренды с вещно-правовой защитой. Только этот вид аренды представляет в настоящее время вещное право. По «общему праву» срок аренды истекает без предупреждения согласно формально заключенному договору.

    Аренда, продолжающаяся без согласия, — это факти­ческая аренда, которая продолжается после истечения срока без согласия земельного собственника. Это не­оформленная аренда, при которой арендатор не рассмат­ривается как правонарушитель, но арендную плату он обязан вносить не ту, которую он вносил раньше (обус­ловленную договором), а устанавливаемую судом.

    Помимо особых условий, связанных с каждым от­дельным видом аренды, в английском праве существуют общие условия, характеризующие взаимоотношения лэндлорда и арендатора по всем видам аренды.

    «Общее право» всегда ставило арендатора в худ­шие условия, чем лэндлорда. Статутное право вплоть до последнего времени также всегда было направлено в пользу лэндлорда.

    Прежде всего по «общему праву» при невыполнении любых условий договора лэндлорд имеет право отобрать сданную в аренду недвижимость. Нарушение условий договора может заключаться как в задержке платежа арендной платы, так и в нарушении других пунктов до­говора. По закону 1925 года для осуществления права на обратное истребование сданной в аренду недвижи­мости требуется предварительное уведомление аренда­тора, в котором должно быть заключено требование о возмещении ущерба, причиненного нарушением до­говора. Арендатору должен быть дан достаточный срок для того, чтобы выполнить требование. Арендатор, счи­тающий требование необоснованным, может обратиться в суд. Недвижимость может быть изъята лишь после не­выполнения арендатором требования в назначенный срок.

    До сих пор сохраняется во взаимоотношениях лэнд­лорда и арендатора чисто феодальный институт, так называемое право лэндлорда на сНз^гезз. Это право за­держания скота и другого имущества арендатора в обес­печение уплаты им арендной платы лэндлорду, а также в обеспечение и по другим долгам арендатора в пользу лэндлорда. Данный институт уходит своими корнями в феодальную эпоху, когда при неуплате крестьянином чинша феодал захватывал скот крестьянина и задержи­вал до погашения долга.

    По «общему праву» задержание лэндлордом скота служит залоговым обеспечением платежа арендной пла- 122
    ты. В настоящее время этот институт своеобразного за­конного залога регулируется статутным правом: залого­вое право лэндлорда на имущество арендатора регули­руется рядом законов, которые теперь объединены в су­дебном акте — Соиг{ (Ешег^епсу Ро^егз) Ас! 1943 года. Лэндлорд может захватить имущество, находящееся у арендатора независимо от того, является ли арендатор собственником этого имущества или нет. Задержанное имуществб может быть продано, если арендатор не внесет недоимки в течение 5, а в некоторых случаях

    15   дней (01з1ге55 Атепс1теп1 Ас! 1908 года). Закон

    1943 года несколько смягчает условия залогового права и ограничивает правомочия лэндлорда в части прину­дительного взыскания. По новому закону отчуждение заложенного имущества, как правило, не может быть осуществлено без ордера суда [47].

    Преимущественное положение лэндлорда «по общему праву» проявляется главным образом в том, что в ос­нове всего арендного права лежит принцип возмещения ущерба со стороны арендатора. В силу этого любой ущерб сдатчика дает право на иск. С другой стороны, арендатор по «общему праву» не имел права получения от лэндлорда возмещения каких бы то ни было издер­жек, затраченных на улучшение арендованной недвижи­мости.

    В дальнейшем, под давлением требований арендато­ров в эти положения «общего права» были внесены ста­тутным правом некоторые изменения, представляющие собою известные уступки арендаторам.

    Так, акт 1883 года выдвигал уже принцип компенса­ции за внесенные арендатором улучшения, но условием возмещения ставил предварительное согласие лэнд­лорда [48].

    Дальнейшим шагом в этом направлении явился за­кон о сельскохозяйственной аренде от 7 июня 1923 г. Он регламентирует возмещения за улучшения в пользу выбывающего арендатора. Закон устанавливает класси­фикацию улучшений, случаи и порядок их возмещения.

    Отдельные улучшения компенсируются лишь, если они были внесены с предварительного согласия сдатчика: постройка, перестройка или расширение строений, по­садка ивового кустарника, улучшение пастбищ, ирри­гационные работы, разведение садов и т. п. Определен­ные улучшения не требуют ни согласия сдатчика, ни его уведомления, такие как внесение удобрений.. В ряде случаев возмещение вообще не производится, что прежде всего имеет место при краткосрочной аренде, при аренде из года в год, а также в тех случаях, когда арендатор имеет еще другую аренду (ст.ст. 1 и 8).

    «Общее право» допускает отделение арендатором присоединенной им во время действия договора к не­движимости вещи лишь в том случае, если отделение не принесет недвижимости ущерба, не уменьшит ее стои­мости. Акт о сельскохозяйственной аренде 1923 года от­личается от «общего права» тем, что арендатор должен прежде всего предложить земельному собственнику купить отделяемые вещи.

    Целый раздел закона от 7 июня 1923 г. (ст.ст. 9— 15) посвящен взаимным возмещениям как в пользу съемщика, так и в пользу сдатчика. К числу таких 'воз­мещений относятся: возмещение либо за увеличение, либо за уменьшение стоимости арендуемого имущества; возмещение за убытки, причиненные дичью, возмеще­ние за невозобновление аренды, если это право предо­ставлено съемщику, кроме случаев, когда съемщик не обрабатывал землю надлежащим образом, не платил исправно арендной платы и т. д.

    Закон от 7 июня 1923 г. обеспечивает арендатору сохранение им своих прав в случае отчуждения недви­жимости сдатчиком. Арендатор может отчуждать свое право на срок действия договора.

    По «общему праву» в Англии существует свобода до­говоров. Поэтому в арендные договоры могут быть вне­сены любые условия. Однако в новейшее время ряд эко­номических и политических условий заставил и Англию вступить на путь законодательного регулирования аренд­ных отношений. Основными причинами, вызвавшими не­обходимость изменения арендного законодательства, явились обострение противоречий между лэндлордами и арендаторами, падение сельскохозяйственного произ­водства, ухудшение общеэкономического положения
    в стране. Все это заставило пойти по пути вмешатель­ства в существующие арендные отношения, во взаимо­отношения между лэндлордами и арендаторами и вы­звало издание ряда арендных статутов.

    Современное аграрное законодательство, говорит Глэнвилл в изданной в 1951 году работе о реформах права, .находится под влиянием следующих факторов: 1) растущее политическое влияние рабочего класса и требования улучшить условия арендаторов, 2) экономи­ческая невозможность для арендаторов производить ре­монты и 3) недостаток в жилье (жилищный кризис).

    О  развитии в Англии арендного законодательства сви­детельствует издание ряда новых законов.

    Закон о сельскохозяйственной аренде от 30 июля 1948 г. объединяет и согласовывает закон о сельскохо­зяйственной аренде 1923 года, частично закон о сель­ском хозяйстве 1947 года и другие правовые акты о сельскохозяйственной аренде. Таким образом, закон 1948 года представляет собою в известном отношении кодификацию английского арендного законодательства, за исключением постановлений о праве компенсации за так называемые «старые усовершенствования», т. е. на­чатые до 1 марта 1948 г.

    Закон 1948 года пытается удовлетворить насущные требования арендаторов и обеспечить большую проч­ность аренды. Арендный закон стимулирует более дли­тельные аренды, в частности, аренды на 2 года и более. Статья 2 устанавливает, что все договоры, заключенные после 1 марта 1948 г. на срок меньший, чем ежегодно возобновляемая аренда, считаются арендами из года в год. Исключение составляют лишь те случаи, когда по договору предоставлено право использовать землю в течение какого-либо определенного сезона только для выпаса скота (для подножного корма) или для покоса.

    Известное стимулирование продолжительности арен­ды содержится, далее, в положении, что аренда на 2 года и более не заканчиваете^ по истечении срока, а продол­жается в качестве аренды из года в год (ежегодно во­зобновляемой аренды), если одна из сторон не менее, чем за год и не более чем за 2 года до истечения преду­смотренного договором срока не известит другую сто­рону о своем намерении прекратить аренду.

    Закон 1948 года содержит предписания о письменной форме для договоров аренды. Закон указывает, что в тех случаях, когда не было заключено письменное соглаше­ние или когда соглашение заключено, но в нем отсут­ствуют необходимые реквизиты, то в случае отказа ка­кой-либо из сторон заключить такое соглашение другая сторона может передать вопрос об условиях аренда на третейское рассмотрение. При рассмотрении дела тре­тейский судья устанавливает в своем решении суще­ствующие условия аренды в соответствии с соглашением сторон, а при отсутствии договоренности в соответствии с тем, что «третейский судья признает разумным .и спра­ведливым в отношении обеих сторон».

    В законе имеются указания об обязательных рекви­зитах арендного договора, в числе которых обязатель­ство землевладельца застраховать строения на случай пожара, обязательство восстановить уничтоженное или испорченное пожаром имущество, обязательство аренда­тора возместить полную стоимость уничтоженного пожа­ром урожая, если он предназначался для потребления внутри хозяйства, и т. д. Кроме того, министру принад­лежит право издавать правила, предписывающие усло­вия содержания, ремонта и страхования постоянного оборудования хозяйства. Такие правила считаются включенными в каждый договор аренды сельскохозяй­ственного владения. Письменным договором эти обяза­тельства могут быть возложены на одну из сторон. Та­ким образом, ни закон, ни издаваемые министром пра­вила не ограничивают свободу договоров, а лишь вос­полняют пробел, если таковой имеется в договоре.

    В отношении регулирования арендной платы закон 1948 года устанавливает, что как землевладелец, так и арендатор вправе независимо от того, возникла ли арен­да до или после вступления этого закона в действие, потребовать передачи на разрешение в третейском по­рядке вопроса о размере арендной платы. Пересмотр арендной платы может иметь место не ранее 3 лет с мо­мента начала аренды или имевшего место изменения арендной платы. Арендная плата повышается, если зем­левладелец осуществил какие-либо усовершенствования, которые подлежат по закону компенсации или были осу­ществлены по требованию арендатора во исполнение 126
    распоряжений министра или в соответствии с другим постановлением по этому поводу (ст. 9).

    Арендатору предоставляется право распоряжаться продукцией, за исключением произведенных в хозяйстве удобрений, и применять любую систему обработки па­хотных земель, но арендатор отвечает за всякий вред, причиненный хозяйству. Если его действия могут причи­нить хозяйству убытки или ухудшить его состояние, то землевладелец вправе получить судебный приказ об ограничении прав арендатора. Землевладельцу при всех условиях принадлежит право при производстве с арен­датором расчетов в. связи с прекращением аренды взы­скать с арендатора возмещение за причиненные владе­нию убытки и ухудшение состояния хозяйства, явившие­ся результатом осуществления земледельцем предоста­вленных ему арендных прав.

    Закон 1948 года подробнейшим образом регламенти­рует взаимоотношения сторон при прекращении аренды. Так как использование земли арендатором заключается только в использовании плодов, то арендатор не имеет права на урожай к моменту, когда истекает срок аренды. В соответствии с этим с момента получения. извещения

    о прекращении аренды арендатор может продавать или изымать из пределов владения урожай корнеплодов, удобрения, сено, солому только при условии получения письменного разрешения от землевладельца. Арендатор может изымать приобретенное им оборудование и воз­веденные им строения, если оборудование не внесено взамен какого-либо оснащения, принадлежащего земле­владельцу, и если строение не возведено взамен суще­ствовавшего ранее или если арендатор не имеет прлва получать за него компенсацию. Кроме того, всякое изъятие может быть произведено только, если арендатор полностью уплатил арендную плату и выполнил все иные свои обязательства перед землевладельцем и если он не менее чем за месяц до прекращения аренды изве­стил землевладельца о своем намерении изъять обору* дование или строение (ст.ст. 12—13).

    Арендатор имеет право на возмещение ущерба уро­жаю, причиненного дичью, однако только в том случае, если он не имел от землевладельца письменного разре шения убивать дичь, если ущерб причинен урожаю на корню или невывезенному с поля и если в месячный
    срок землевладельцу будет послано письменное извеще­ние об ущербе. Размер возмещения определяется тре­тейским судом.

    Землевладельцу принадлежит право наложить арест на имущество арендатора за неплатеж арендной платы. Землевладелец имеет право наложить арест даже на на­ходящийся в хозяйстве скот, не принадлежащий аренда­тору, правда, только в том случае, если нет другого иму­щества, достаточного по своей стоимости для покрытия задолженности по арендной плате (ст.ст. 18—19).

    Землевладелец, желающий прекратить аренду, имеет право направить арендатору «извещение о расчете». Арендатор может в течение месячного срока вручить землевладельцу свое контризвещение о несогласии пре­кратить аренду. В таком случае на прекращение аренды требуется согласие министра (ст. 24). Если землевладе­лец или арендатор окажутся неудовлетворенными реше­нием министра, то они могут обратиться в трибунал по земельным делам.

    Очень сложные и запутанные правила установлены законом 1948 года о компенсациях, уплачиваемых арен­датору за произведенные им усовершенствования. Один порядок действует в отношении усовершенствований, осуществление которых начато до 1 марта 1948 г., дру­гой порядок — в отношении усовершенствований, нача­тых после этого срока. Для компенсации за один усовер­шенствования требуется предварительное согласие зем­левладельца, для компенсации других усовершенствова­ний требуется предварительное письменное извещение землевладельца. Имеется перечень усовершенствований, по которым компенсация выплачивается независимо от предварительного согласия или извещения землевла­дельца об их осуществлении.

    Огромное количество оговорок и условий, при кото­рых компенсация не выплачивается, запутанность соот­ветствующих положений вызывают постоянные споры между сторонами и делают получение компенсации для арендатора весьма иллюзорным.

    Таким образом, то новое, что имеется в законе

    о  сельскохозяйственной аренде 1948 года, заключается по существу в стимулировании более длительных сроков аренды, в установлении третейского разбирательства по спорам и о сроках, об арендной плате и о компенсациях, 128
    в предоставлении министру сельского хозяйства права вмешательства в подлежаидаы:лучаях во взаимоотноше­ния арендаторов и земельных собственников. Забота об интересах земельных собственников видна в каждой Статье этого закона. Закон 1948 года не удовлетворил ни арендаторов, ни землевладельцев. Об этом свидетель­ствуют многочисленные дальнейшие изменения англий­ского арендного законодательства.

    Закон о лендлордах и арендаторах 1954 года регла­ментирует компенсацию за различные улучшения, вне­сенные арендатором. Этот закон благоприятствует про­должению долгосрочной аренды (1апс1 1епапсу) на срок, превышающий 21 год.

    § 3. Виды землепользования во Франции

    Франция принадлежит к числу капиталистических стран, в которых арендные отношения являются одним из самых острых социально-экономических вопросов в сельском хозяйстве, и современное французское зако­нодательство о сельскохозяйственной аренде ярко отра­жает это. Значение арендного законодательства во Фран­ции выявляется из того факта, что в стране насчиты­вается около 1 миллиона арендаторов, из которых при­мерно 800 тыс. фермеров и 180 тыс. издольщиков.

    Французский Гражданский кодекс посвящает сель­скохозяйственной аренде ст.ст. 1764—1778 и 1800—1831, он различает три вида сельскохозяйственной аренды:

    1)   собственно аренда (фермерская), 2) издольщина (издольный колонат) и 3) наем скота. Большинство ста­тей Гражданского кодекса отражают принцип свободы договоров и оставляют арендатора беззащитным перед лицом сдатчика — земельного собственника. Договор аренды по Гражданскому кодексу прекращается в точно установленный срок. Арендатор не имеет права требо­вать возмещения затрат, понесенных на улучшения, про­изведенные на земельном участке[49].

    Многочисленными законами, принятыми после июня 1940 года, в особенности ордонансом 17 октября 1945 г.*
    в регулируемый Гражданским кодексом арендный дого­вор внесены существенные изменения

    Этот ордонанс, принятый по настоянию коммунистов, входивших тогда в правительство, стал основным аренд­ным законом Франции, внес значительные улучшения в положение арендаторов, установив известную стабиль­ность аренд, хотя, конечно, он не в состоянии был раз­решить противоречия между земельными собственни­ками и арендаторами.

    Ордонанс 17 октября 1945 г. (статут об аренде) регу­лировал все фермские аренды. Он не распространялся на издольную аренду, хотя частично ее затрагивал. Ста­тут касался формы арендных договоров, сроков, арендной платы, прав и обязанностей и ответственности сторон, юрисдикции и многих других вопросов.

    Ордонанс 17 октября 1945 г. не давал определения сельскохозяйственных аренд, так как договор аренды определен в ст.ст. 1709 и 1711 Гражданского кодекса, а договор издольного колоната — в законе от 18 июля 1889 г.

    Французский Гражданский кодекс рассматривает сельскохозяйственную аренду как вид найма вещей.

    Согласно ст. 1714 Гражданского кодекса договор найма может быть заключен как в письменной форме, так и устно. Ордонанс 17 октября 1945 г. изменил это положение, добавив, что к сельскохозяйственной аренде применяются специальные правила об аренде и об из­дольном колонате. Статья 809 Аграрного кодекса гла­сит: «Все договоры сельскохозяйственной аренды долж­ны быть письменными. Договоры, заключенные устно.., считаются заключенными на 9 лет на условиях, изложен­ных в типовом договоре, установленном консультативной комиссией сельскохозяйственных аренд». Это значит, что устный договор не является недействительным, но его срок и прочие условия устанавливаются законом и типо­вым договором. Однако из этого общего правила суще­ствуют исключения. Приказом префекта на основе за­ключения департаментской консультативной комиссии в пределах данного департамента должен быть, исходя из местных условий, установлен максимальный размер участков, при аренде которых могут не применяться по­ложения ст. 809, а также ст.ст. 811, 812 и 821. Аренда этих участков не трёбует обязательной письменной формы и т. д., для них не обязателен 9-летний срок и установленный способ исчисления арендной платы.

    Договор сельскохозяйственной аренды относится к числу регулируемых договоров, при заключении которых ограничивается договорная свобода. Статья 860 Аграр­ного кодекса устанавливает, что если в договор аренды будут включены условия, ограничивающие права, пре­доставленные сторонам этим титулом Аграрного кодекса (о фермерской аренде и издольщине), то эти условия признаются несуществующими.

    Одной из основных задач статута об аренде является создание большей устойчивости арендных отношений и, следовательно, обеспечение ее максимальной продолжи­тельности. Поэтому вопрос о сроке арендного договора имеет существенное значение. Статья 811 устанавливает, что продолжительность арендного договора не может быть меньше 9 лет. Это правило знает одно исключение: сдатчик может, если данное право было определенно ему предоставлено при заключении договора, изъять сданную землю через каждые 3 года, но только для того, чтобы передать ее своему сыну или своей дочери, достиг­шим совершеннолетия, и при условии, что они лично бу­дут эксплуатировать землю.

    Устойчивость аренды подкрепляется далее тем, что арендный договор может быть по требованию съемщика возобновлен через каждые 9 лет (ст. 837). Таким обра­зом, ордонанс 17 октября 1945 г. установил постоянно возобновляемую аренду. Однако закон устанавливает из этого общего правила ряд исключений как в пользу сдатчика, так и в пользу съемщика, допуская право от­каза от возобновления договора. Не говоря уже об об­щем правиле ст. 1184 Гражданского кодекса об отмени­тельном условии, которое всегда подразумевается в двухсторонних договорах на случай, если одна из сто­рон не выполнит своей обязанности, основанием для от­каза сдатчика от возобновления арендного договора счи­таются неуплата арендной платы и действия арендатора, ставящие под угрозу ведение им хозяйства, особенно если он не располагает рабочей силой для ведения
    хозяйства. Нельзя отказать в возобновлении договора, если эти обстоятельства имели серьезные и законные основания, как непреодолимая сила и др. Кроме этого, закон запрещает возобновление договора, если аренда­тор неосновательно отказался применить меры к улуч­шению земледелия и животноводства, рекомендованные консультативной комиссией по делам аренды большин­ством в 3Д голосов (ст. 840 АК). Далее, право отказа наступает в случае смерти съемщика. Наследники съемщика могут в течение 6 месяцев требовать растор­жения договора. Такое же право имеет сдатчик, если съемщик не оставил наследников, достигших 16-летнего возраста. Наконец, право отказа возникает, если съем­щик или необходимый для работы член его семьи стал неспособен к земледельческому труду. Собственник имеет право отказать в возобновлении аренды, если берет зем­лю для личной эксплуатации (без сдачи в аренду), ми­нимум на 9 лет или для передачи в личную эксплуатацию сыну или дочери. В случае если выяснится, что собствен­ник изъял землю с обманными целями и затем сдал ее в аренду или продал ее, то съемщик имеет право потре­бовать возобновления его аренды и вновь вступить во владение землей.

    Согласно Гражданскому кодексу аренда на опреде­ленный срок не требует для своего окончания отказа. Отказ существует только для арендных договоров на не­определенный срок. Статут об аренде устанавливает иное положение и требует для прекращения аренды по истечении срока соблюдения ряда формальностей. В тех случаях, когда для сдатчика возникает право отказа и он желает воспользоваться этим правом, он должен объявить съемщику о своем отказе письменным извеще­нием не позже, чем за 18 месяцев до истечения срока договора.

    Существенно важным является запрещение договора .генеральной'аренды (ст. 856). Закон не допускает, чтобы кто-либо арендойал крупное владение и передавал бы его отдельными участками непосредственным земле­дельцам. Тем самым он запрещает, чтобы между земель­ным собственником и землепользователем вклинивался подрядчик. Вообще, вопреки ст. 1717 Гражданского ко­декса, согласно которой все съемщики имеют право пере­уступки аренды или субаренды, согласно ст. 832 Аграр- 132
    ного кодекса всякая цессия арендных договоров и вся­кая субаренда запрещены, за исключением уступки в пользу достигших совершеннолетия детей или внуков арендатора, при наличии согласия сдатчика.

    Большим и острым вопросом для сельскохозяйствен­ной аренды является вопрос об арендной плате. Он стал особенно актуальным со времени второй мировой войны. Его остроту подчеркивают частые изменения в после­военном законодательстве. Аграрный кодекс посвящает вопросу об арендной плате ст.ст. 812 и 812—1, основан­ные главным образом на декретах от 7 января 1959 г. и 10 августа 1957 г., законе от 6 июня 1956 г., ордонансе от 31 июля 1958 г. и т. д.

    Арендная плата при фермерской аренде может быть установлена либо в натуре в определенном количестве продукции с гектара,, либо в деньгах в форме твердой суммы. В последнем случае эта цена калькулируется особым образом. Статья 812 в редакции декрета от 7 января 1959 г. предусматривает следующий порядок калькуляции. Для договоров фермерской аренды пре­фект предлагает консультативной комиссии составить для различных районов департамента и типов хозяйства список продуктов местной или районной продукции, со­держащий не менее четырех продуктов от общих куль­тур, которые исключительно должны служить как осно­ва для калькуляции арендной платы. Нормальная стои­мость аренды определяется в зависимости от обычного уровня сбора этих культур.

    Комиссия должна в течение 2 месяцев составить та­кой список и направить его префекту для опубликова­ния. Если комиссия не выполнит этого задания, префект сам составляет и публикует названный список. Количе­ства указанных продуктов не могут быть выше того их количества, которое в 1939 году представляло нормаль­ную цену аренды в данном районе. Установление более высоких или более низких количеств этих продуктов (а значит и цен аренды) может быть разрешено при условии убедительной мотивировки.

    Если по договору фермерская аренда подлежала оплате по цене зерна, каждая из сторон имеет право в конце первого или второго 3-летнего периода просить, чтобы один или несколько продуктов, указанных в спи­
    ске и производимых на арендованной земле, были приняты полностью или частично в качестве основы рас­чета вместо зерна.

    Перерасчет стоимости аренды производится на осно­вании цен на новые продукты, существовавших на

    1  сентября 1939 г.

    Цена каждой фермерской аренды, установленная на основе олределенного количества продуктов, с возмож­ным вычетом издержек сдатчика на мелиорацию после 1939 года, должна быть не более максимума и не менее минимума, установленных консультативной комиссией. Она может быть уплачена натурой или деньгами (или же частично деньгами, частично натурой).

    Статья 812 запрещает при аренде фермы какие-либо платежи, услуги и т. д. сверх цены, установленной ука­занным способом. В связи с этим необходимые измене­ния цены аренды при несогласии сторон осуществляются паритетнум трибуналом.         *

    Если сдатчик с согласия арендатора произведет ка­питаловложения, превосходящие объем его законных обязательств, цена аренды должна быть увеличена на денежную сумму, составляющую такое число процентов от вложенного дополнительно капитала, какое практи­кует районная касса сельскохозяйственного кредита при займах на средний срок.

    Если между сдатчиком и арендатором нет иного со­глашения, денежная оплата аренды производится по действующей в день срока платежа цене продуктов, ко­торая устанавливается префектом после получения им заключения консультативной комиссии.

    Декретом от 10 августа 1957 г. в ст. 812 было вклю­чено следующее положение. Сдатчик или арендатор, при заключении договора аренды согласившийся на цену, большую или меньшую по сравнению с нормальной арендной платой не менее чем на 10%, может в течение третьего года аренды обратиться в паритетный трибу­нал, который на остальной срок аренды установит нор­мальную цену аренды.

    Арендаторы и сдатчики, заключившие договор арен­ды между 1 июля 1948 г. и 31 декабря 1952 г., могут просить о пересмотре условий аренды, но просьба их пересмотра должна быть подана не позже чем через 6 месяцев после издания распоряжения префекта о це- 134
    нах основных продуктов, принимаемых за основу исчи­сления арендной платы.

    Такая ревизия цены аренды может быть произведена только один раз по каждой аренде.

    Правила ст. 812 не распространяются на установлен­ные законом случаи сдачи хозяйства в аренду с торгов.

    Следовательно, определение количества продукции и цен на них является особым методом калькуляции аренд­ной платы, который должен обеспечить ее стабилизацию. Изменение цен на сельскохозяйственные продукты при таком методе калькуляции должно соответственно изме­нять размеры арендной платы и тем самым обеспе­чить ее «справедливый» уровень. Однако установление такого порядка, при котором приказом префекта опреде­ляются конкретные культуры, местные цены на кото­рые кладутся в основу калькуляции арендной платы, дает возможность искусственно повышать арендную плату, определять ее по ценам наиболее дорогих сель­скохозяйственных продуктов. И действительно, на прак­тике после издания этих законов арендные цены значи­тельно повысились.

    Статут об аренде содержит ряд положений, которые во взаимоотношениях между земельным собственником и арендатором должны защищать интересы последнего.

    Так, независимо от любых иных условий оплата стра­ховых платежей при страховке строений от пожара, ка­питального ремонта и поземельного налога возлагается исключительно на собственника. При стихийных бед­ствиях ни сдатчик, ни страховые компании не могут предъявлять претензий к съемщику, если с его стороны не было грубой неосторожности (ст. 854). Что касается ремонта, то на арендатора возлагается только текущий ремонт, который не обусловлен ни ветхостью строения, ни пороками конструкции, ни явлениями, охватывае­мыми понятием непреодолимой силы (ст. 855). Это является новым по сравнению со ст. 1733 Гражданского кодекса, согласно которой съемщик считается виновным и несет ответственность за пожар, если он не докажет, что пожар произошел от случайного события иди непре­одолимой силы. Бремя доказывания снимается с арен­датора.

    Очень важное постановление, касающееся организации сельскохозяйственных производственных кооперативов,
    устанавливает ст. 834. Она предоставляет арендатору право вступать в сельскохозяйственный кооператив, пере­давая $му все свои права по аренде с ведома собствен­ника. Испольщик, управляющий своим хозяйством, также имеет это право. Однако указанная статья не по­лучила широкого применения на практике в связи с тем, что с уходом из правительства коммунистов многие по­становления статута об аренде на практике саботирова­лись
    К

    Статья 847 предусматривает компенсацию арендато­ру за улучшения в самой категорической форме: «Какова бы ни была причина окончания аренды, съемщик, кото­рый своим трудом внес улучшения в арендованный уча­сток, имеет право при окончании аренды получить воз­мещение от сдатчика».

    Весьма важное значение для стабильности аренды имеет вопрос о допустимости досрочного прекращения аренды, в случае смены земельного собственника. Фран­цузский Гражданский кодекс, как правило, не допускает удаления арендатора новым собственником — приобре­тателем земли в течение срока аренды. Тем не менее Гражданский кодекс управомочивал сдатчика включать в договор аренды условие о том, что в случае продажи имения приобретатель будет иметь право досрочно пре­кратить аренду и удалить арендатора. В интересах за­крепления стабильности аренды ордонанс от 17 октября 1945 г. в ст. 44 запрещал при всех условиях удалять съемщика до прекращения срока аренды и во всех слу­чаях, когда съемщик имеет право продолжать аренду. Новый приобретатель имения должен был ожидать окон­чания срока договора для того, чтобы освободить себе арендованный земельный участок. Однако эта норма не была включена в Аграрный кодекс, что ухудшает поло­жение арендатора и означает распространение на по­добные случаи общего правила, установленного ГК.

    В тесной связи с продажей земли при наличии ее аренды находится вопрос о праве преимущественной покупки земли, занимаемой арендатором. В интересах арендатора ст. 790 Аграрного кодекса предоставляет ему в случае намерения земельного собственника продать свое имение право преимущественной покупки арендуе­мой земли. Закон ограничивает указанное право лишь одной оговоркой: «...Если он (арендатор) не является уже собственником парцеллы, общая земельная площадь которой превышает максимум, установленный распоря­жением префекта по представлению консультативной комиссии по сельскохозяйственным арендам. Однако съемщик может воспользоваться правом преимуществен­ной покупки, даже если он является собственником дру­гих земель с площадью, превышающей дозволенный мак­симум, если он намерен приобрести землю для устрой­ства одного из своих взрослых детей, который будет лично хозяйствовать на земельном участке (ст. 793). В тех же целях сохранения аренды земельный собствен­ник, желающий продать несколько своих имений, суще­ствующих раздельно, должен продавать их врозь, чтобы дать каждому из своих арендаторов возможность вос­пользоваться правом преимущественной покупки (ст. 794).

    Таким образом, земельный собственник, намереваю­щийся продать свое имение, которое находится в чьей- либо аренде, обязан считаться с правом преимуществен­ной покупки арендатора и должен при желании послед­него продать свое имение именно ему. Из этого общего правила закон устанавливает ряд исключений. Земель­ный собственник может не считаться с правом преиму­щественной покупки арендатора если: 1) отчуждение имеет место в связи с разделом между сонаследниками,

    2)   отчуждение связано с обменом парцелл в порядке землеустройства, 3) аренда не требует обязательной письменной формы (аренда мелких земельных участков не выше установленного для данной местности макси­мума), 4) государство, общественные организации или публичные учреждения приобретают землю для обще­ственных надобностей (ст.ст. 790, 791).

    Право преимущественной покупки возлагает обяза­тельства и на арендатора. Арендатор, приобретающий землю по праву преимущественной покупки, обязан в течение 9 лет оставаться на земле и вести на ней хозяй­ство. В противном случае лицо, претендовавшее на
    приобретение земли (хозяйства) и отстраненное вслед­ствие преимущественного права бывшего арендатора, мо­жет взыскать с него убытки, понесенные в результате осуществления арендатором своего права преимуще­ственной покупки (ст. 800). Аграрный кодекс предусмат­ривает возможность конверсии договора издольного колоната в договор аренды. Статья 862 предоставляет издольному колону и сдатчику право просить превраще­ния в договор фермерской аренды его договора — пись­менного или устного. Статьи 862—870 устанавливают правила, определяющие эту конверсию. Земельный соб­ственник не вправе отказаться от конверсии договора издольщины, кроме случаев, если он берет землю для себя или для своих совершеннолетних детей для личного хозяйствования (ст. 865).

    При конверсии договора издольщины условия нового договора определяются сторонами. При отсутствии со­глашения сторон вопрос разрешается не на основе типо­вого договора, а по решению паритетного трибунала, который устанавливает новые условия договора, размер арендной платы и т. д. (ст. 864). На трибуналы возла­гается не только рассмотрение спорных дел по заклю­ченным договорам, но и преддоговорные споры и споры по изменению условий договора аренды.

    По закону 1946 года низовым звеном паритетных три­буналов являлся паритетный трибунал кантона. Он об­разовывался под председательством мирового судьи и состоял из 1 или 2 секций. Каждая секция состояла из 4 асессоров. 2 сдатчика и 2 съемщика по фермерской аренде составляли одну секцию; 2 сдатчика и 2 колона или издольщика образовали другую секцию. Второй инстанцией являлся паритетный трибунал округа; он со­здавался в таком же порядке, во главе с председателем гражданского трибунала или одного из судей по его на­значению. Трибунал округа действовал как апелляцион­ная инстанция.

    По закону, от 13 апреля 1946 г. был установлен но­вый порядок выделения асессоров. Раньше они выделя­лись по жребию; теперь они стали избираться. Списки избирателей составлялись в общине. Выборы производи­лись тайным голосованием. Для обладания активным избирательным правом требовался возрастной ценз 21 год, французское гражданство, оседлость в кантоне, 138               .               1
    гражданская правоспособность. Для пассивного избира­тельного права требовался возрастной ценз 26 лет, про­фессиональный стаж сдатчика, арендатора, колона н т. д. — 5 лет.

    Французское арендное законодательство предусма­тривало и учреждение специального органа, содействую­щего проведению в жизнь постановлений ордонанса от

    17  октября 1945 г. Это департаментские консультатив­ные комиссии, которые образовывались в департаментах в следующем составе: председатель — судья, назначае­мый председателем гражданского трибунала департа­мента, директор служб земледелия департамента, ди­ректор районной кассы взаимного сельскохозяйственного кредита, делегат наиболее представительной в департа­менте сельскохозяйственной организации, член департа­ментской камеры нотариата, инженер департамента, хранитель департаментских вод и лесов, а также пред­ставители сдатчиков и арендаторов.

    В компетенцию консультативных комиссий входила задача заключений префекту при применении постано­влений ордонанса от 17 октября 1945 г., составление ти­повых арендных договоров, утверждаемых префектом, и т. п. Большинство действий префекта по вопросам сельскохозяйственной аренды совершалось после полу­чения предварительного заключения департаментской консультативной комиссии.

    В настоящее время организация и деятельности па­ритетных трибуналов и консультативных комиссий по сельскохозяйственным арендам определяется декретом от 22 декабря 1958 г. Он сохраняет основы их прежней организации и компетенции, но вносит ряд изменений. Паритетные трибуналы в связи с ликвидацией канто- нов создаются при судах первой инстанции в преж­нем составе. Паритетные трибуналы второй инстанции упразднены. Апелляционная жалоба на решения па­ритетного трибунала может быть подана в апелляцион­ный суд.

    Во главе департаментской консультативной комиссии стоит судья, назначенный первым председателем апел­ляционного суда.

    Эти органы способны свести на нет все положитель­ные стороны арендного законодательства. Кроме того, в первые годы после учреждения паритетных трибуналов
    в ряде мест они фактически не были образованы. В дру­гих местах выборы были проведены, но трибуналы не были созваны и долгое время не действовали.

    Весьма интересна оценка арендного законодатель­ства Франции во французской юридической литера­туре.

    О значении арендного статута для Франции, об ост­рой борьбе вокруг вопросов взаимоотношений между сдатчиками и арендаторами свидетельствуют бесконеч­ные дебаты в Национальном собрании Франции на про­тяжении всех послевоенных лет. Этим вопросам прида­валось большое значение в печати и в специальной ли­тературе. Ордонанс от 17 октября 1945 г. с изменениями, внесенными законом от 13 апреля 1946 г., рассматри­вался во французской юридической литературе чуть ли не как переворот в отношениях собственности.

    Приводя старинное изречение, что «собственник отно­сится к земле как к жене, а арендатор как к содержан­ке», французские юристы подчеркивали в этом арендном законодательстве стимулирование длительной аренды, ее стабильности, увеличение прав арендатора и даже про­тивопоставление арендного права праву земельной соб­ственности, как лейтмотив, как основную цель статута об аренде.

    В юридической литературе подчеркивается различие между постановлениями Гражданского кодекса об арен­де и арендным законодательством. Гражданский кодекс носит на себе печать эпохи экономического либерализма, свободы автономной воли. Гражданский кодекс отдавал предпочтение земельному собственнику, а ордонанс от

    17  октября 1945 г. и закон от 13 апреля 1946 г. (вошед­шие в Аграрный кодекс) отменили это неблагоприятное для арендатора положение. Эти законы имеют своей за­дачей обеспечить съемщику сельскохозяйственного име­ния определенную стабильность на земле и уверенность, что он останется пользователем длительное время. За­конодатель хотел создать «подлинную общность» между сдатчиком и съемщиком !. Характеризуя новое арендное законодательство, некоторые французские юристы гово-

    рят даже о триумфе собственности на предприятие над земельной собственностью К

    Основной смысл ордонанса от 17 октября 1945 г. усматривается в том, чтобы урезать права земельного собственника и увеличить права пользователя земли, организатора сельскохозяйственного предприятия. Ре­форма арендного законодательства с этой точки зрения имеет целью помешать собственникам земли нарушать хозяйство, которое принадлежит арендатору, путем изъ­ятия земли. Отсюда право возобновления договора аренды, право преимущественной покупки и т. д.

    Отмечая, что в проведении статута[50] об аренде боль­шую роль играли коммунисты, буржуазные юристы не скрывают своего недовольства многими положениями нового арендного законодательства, которое, по их мне­нию, «часто обескураживало собственников в деле сот­рудничества с арендаторами»[51]. Другой автор, призна­вая, что аренда приобрела постоянство, что закреплена связь работника с землей и стабильность хозяйства, со­крушался, что для этого пришлось «пожертвовать пра­вом собственности» и «осуществить настоящую социа­лизацию земли» [52]. Ряд авторов считает, что в результа­те нового арендного законодательства арендаторы при­обрели права, равные правам средневековых ленных дер­жателей и что одновременное ущемление земельной соб­ственности, превращение ее в поделенную собственность (разделение между собственниками и арендаторами) приводит, по мнению этих авторов, к тому, что издоль­щики или арендаторы, стремящиеся стать собственни­ками, не найдут в результате своих усилий ничего, кроме собственности урезанной, расщепленной, лишен­ной своих существенных атрибутов. Комментатор этого «статута об аренде» Дерулед сокрушался по поводу того, что урезывание права собственности, которым законода-

    тель занимается в наши дни, приводит не только к нару­шению законности, но и тяжело отражается на экономи­ческом строе х.

    В юридической литературе отмечалась незначитель ность результатов реформы арендного законодательства. Кстати, в большинстве случаев это даже приветствуется. Например, подчеркивалось, что конверсия договора из­дольного колоната в фермерскую аренду осталась мерт­вой буквой, так как число издольщиков, потребовавших перевода издольщины в фермерскую аренду, было мини­мальным и большинство издольщиков таких требований не выдвигало. Право арендаторов образовывать произ­водственные кооперативы и передавать им земли также осталось нереализованным. Кооперативное движение не получило сколько-нибудь значительного размаха. Далее, во французской литературе отмечалось как результат реформы, что вследствие предоставления арендаторам права преимущественной покупки продажа земель почти прекратилась. Мало активности проявили и паритетные трибуналы.

    Французские юристы и экономисты всячески стре­мятся доказать застойность аграрных отношений Фран­ции, их традиционность, нерешительность крестьянства, его пассивность и, якобы, нежелание изменять тради­ционно установившиеся отношения. Все это делается для того, чтобы закрепить существующее земельное не­равенство, сохранить позиции крупных земельных соб­ственников и крупных капиталистических предприни­мателей. Особые нападки вызывает то, что статут якобы предоставляет равное право на продление аренды всем арендаторам, в том числе не только крепким, но мало­мощным хозяевам. Протесты вызывает то, что более молодой, активный, знающий, а главным образом обладающий большим инвентарем арендатор не может заменить прежнего, даже с согласия собствен­ника 2.

    Однако на практике статут об аренде не внес суще­ственных изменений в аграрные отношения Франции.

    Во французской юридической литературе, однако, не вскрываются истинные причины этого факта.

    Важно не только то, как написан закон и какие прин­ципы он провозглашает. Еще важнее, кто и как прово­дит закон в жизнь.

    Во-первых, в самом статуте имеется очень много уступок земельным собственникам. Стабильность аренд­ных прав сильно подрывается предусмотренными в за­коне многочисленными случаями, когда земельный соб­ственник может прервать арендный договор и удалить арендатора, что может иметь место не только в случае невнесения в срок арендной платы, но и при плохом использовании земли, при невыполнении мероприятий по улучшению обработки земли и т. п. Эти нарушения условий договора подлежат оценке и допускают субъек­тивный подход со стороны тех, которые управомочены признавать обоснованность причин, дающих право зе­мельному собственнику требовать расторжения до­говора.

    Во-вторых, при осуществлении на практике статута об аренде большая роль отводится департаментским консультативным комиссиям и паритетным трибуналам. Их состав, включающий большое число чиновников, по­рядок выборов асессоров (заседателей) из числа земель­ных собственников и арендаторов вполне обеспечивают решение всех вопросов в интересах земельных собствен­ников и крупных капиталистических арендаторов и воз­можность обойти те постановления закона, которые но­сят демократический характер. .

    Издольщики не потому, конечно, не подают в массе своей заявки на превращение их издольной аренды в фермерскую, что они консервативны, пассивны или считают для себя более выгодным оставаться издольщи­ками, а потому, что они лишены средств производства и не имеют возможности приобрести сельскохозяйственный инвентарь и рабочий скот, необходимый для ведения сельского хозяйства в порядке фермерской аренды. Вот почему число издольщиков во французской деревне не уменьшается, а возрастает.

    Статья 819 Аграрного кодекса определяет издольный колонат или издольщину (половничество) как договор, согласно которому владелец сдает свое имение на опре­деленный срок съемщику, который обязывается обраба­
    тывать его на условиях дележа продукции со сдатчиком. Эксплуатация труда издольщика происходит на особо кабальных условиях, возлагающих на работника произ­водства часть предпринимательского риска. Из анализа взаимоотношений по договору издольщины эта сторона выступает еще рельефнее.

    Рассматривая издольщину как имущественный наем, закон указывает, что на данные отношения распростра­няется действие ст. 2102 Гражданского кодекса об иму­щественном найме (ст. 823).

    Статья 821 устанавливает, что доля сдатчика (цена аренды) не может быть больше Уз всей продукции, если нет иного решения паритетного трибунала. Сдатчик не имеет права требовать сверх этого каких-либо услуг, платежей и т. д. Если урожай или его часть погибнет в результате случайности, каждый из них несет убыток в указанной пропорции (ст. 822).

    Статья 820 разрешает расторжение договора издоль­ного колоната каждые 3 года по просьбе колона, кото­рый должен предварительно предупредить сдатчика в срок, определяемый местными обычаями, до истечения 3-летнего периода.

    Закон о договоре издольного колоната построен та­ким образом, что в случае его расторжения преимуще­ства всегда остаются на стороне земельного собствен­ника. Даже при расторжении договора по инициативе земельного собственника издольщик имеет право на воз­мещение только экстраординарных затрат. Земельный собственник имеет право залога на все имущество, вещи, скот и долю урожая, принадлежащие издольщику (ст. 823).

    Издольщина имеет весьма большое распространение на юго-западе, на западе и на юге Франции. Удельный вес издольной аренды постоянно возрастает. Большин­ство издольных аренд регулируется традиционными местными обычаями. Несмотря на запрет, установленный в статуте об аренде 1945—1946 гг., земельным собствен­никам взимать более 7з урожая и требовать дополнитель­но каких-либо услуг от издольщика, на практике про­должают существовать раздел урожая пополам, вклю­чение в договор издольщины различного рода отработок, услуг и различных повинностей.

    Кроме издольного колоната, во Франции сохранилась еще одна форма земельной аренды, являющаяся фео­дальным пережитком во французском праве, — договор эмфитевзиса.

    Договор эмфитевзиса носит характер так называемой наследственной аренды. Особенностью этого вида аренды является то, что договор эмфитевзиса предоставляет съемщику вещное право на земельный участок. Право эмфитевзиса может быть предметом залога, оно отчу­ждаемо в формах, установленных для отчуждения не­движимых имуществ. Залог и отчуждение возможны на срок действия договора.

    Для договора эмфитевзиса характерна длительность срока аренды. Срок договора должен быть не менее 18 лет, но он не должен быть более 99 лет. Договор не может быть продолжен молчаливым согласием сторон (ст. 937). Если стороны не договорились иначе, дей­ствуют следующие правила (ст. 932).

    По договору эмфитевзиса съемщик не может требо­вать снижения поземельной ренты вследствие неплодо­родия или неурожая (ст. 940). Вместе с тем съемщик не может отстраниться от выполнения условий договора путем оставления земельного участка (ст. 942). В слу­чае невнесения поземельной ренты в течение 2 лет сдат­чик может потребовать расторжения договора в судебном порядке (ст. 941). Съемщик несет все обязанности по налогам и повинностям, лежащим на имении. Строения, существовавшие в момент заключения договора, а также те, которые эмфитевт должен был построить по договору, он должен ремонтировать за свой счет, но не обязан восстанавливать строения, если докажет, что они были разрушены непреодолимой силой или погибли из-за не­достатка постройки, возникшего до заключения договора. В соответствии со ст. 1733 Гражданского кодекса он от­вечает и за пожар (ст. 944). Эмфитевт имеет право при­обретать сервитуты в пользу арендуемого им участника, с ведома собственника и на срок, не превышающий срока эмфитевзиса, также обременять этот участок сервиту­тами (ст. 945).

    Эмфитевт в течение всего срока пользуется правом приращения (ст. 946), исключительным правом охоты, рыбной ловли и правами узуфуктуария по отношению к шахтам, карьерам, торфоразработкам и копям (ст. 948).

    § 4. Виды землепользования в Италии

    Виды землепользования в Италии чрезвычайно разно­образны и разнохарактерны. Это объясняется своеобра­зием исторически сложившихся аграрных отношений, развитием капиталистических форм при сохранении боль­шого количества феодальных пережитков, сложностью классовой борьбы в итальянской деревне, развитием итальянского аграрного капитализма по «прусскому» пути, стремлением воскрешать и приспосабливать ста­рые правовые институты, вкладывая в них новое содер­жание. Отсюда самые разнообразные формы издоль­щины, нередко с разным социальным содержанием, со­хранением эмфитевзиса и т. д.

    Права на землю, производные от права собственности и предоставленные земельным собственником, могут бкгь вещными и личными. К числу вещных, производных прав на землю в итальянском Гражданском кодексе от­несены суперфициес и эмфитевзис.

    Гражданский кодекс 1942 года воспроизводит в ст. 952 право застройки (суперфициес) как самостоятель­ное вещное право, отменяя тем самым в противовес Кодексу 1865 года принцип акцессорности (принадлеж­ности) в отношении строений. «Собственник может уста­новить право другого лица, который не приобретает право собственности, построить и владеть строением. Равным образом, собственник может отчуждать право собственности на уже существующее строение отдельно от собственности на землю» [53].

    В области аграрных отношений большее значение имеет в Италии из числа вещных прав эмфитевзис. В Италии имеется много участков, сданных в эмфитевзис, в особенности в области Лацио и на юге [54].

    Известно, что эмфитевзис — институт римского пра­ва, воспринятый, по-видимому, от греков в константинов- скую эпоху, определяемый в юстиниановском своде как вещное право, ограниченное, отчуждаемое, передаваемое по наследству и заключающееся в праве пользования землей с обязательством не видоизменять ее и уплачи­вать ежегодный канон. С того времени институт эмфитев­зиса претерпел значительные изменения и превращения.

    Гражданский кодекс 1865 года сконструировал ин­ститут эмфитевзиса как договор и поместил его в главе об обязательствах. Гражданский кодекс 1942 года поме­стил эмфитевзис в главе о собственности (ст.ст. 957— 976).

    Гражданский кодекс не дает определения эмфитевзи­са, но его можно охарактеризовать как вещное право, длящееся вечно или до 20 лет, свободна передаваемое по наследству, предоставляющее лицу (эмфитевту) пол­ное пользование землей и ее принадлежностями с обя­занностью улучшения (мелиорации) земли и платежа сдатчику периодической платы (канона). Это право, как правило, возникает из договора, но не исключена воз­можность его возникновения из завещания и из давно­сти пользования

    Гражданский кодекс устанавливает, что эмфитевзис регулируется законом, если иное не установлено догово­ром. Однако некоторые статьи Гражданского кодекса, трактующие об эмфитевзисе, являются обязательными, не подлежащими изменению (ст. 957).

    Эмфитевзис может быть постоянным или установлен­ным на срок. Эмфитевзис, установленный на срок, не может длиться менее 20 лет (ст. 958). Эмфитевт имеет те же самые права, которые имел бы собственник на произведения земли на клад и собственно на использо­вание недр с соблюдением положений специальных зако­нов (ст. 959).

    Эмфитевт обязан мелиорировать землю и платить сдатчику периодический канон. Канон может состоять из денежной суммы или же из известного фиксирован­ного количества натуральной продукции,'но он не уста­навливается в форме доли урожая. Эмфитевт не имеет права на снятие или уменьшение канона вследствие не­обычного неплодородия почвы или гибели урожая (ст. 960).

    По истечении не менее 10 лет со времени установле­ния эмфитевзиса и затем через такие же промежутки
    времени стороны могут проводить пересмотр размера ка­нона, если он станет слишком легким или слишком тя­желым по отношению к цене земли в момент ревизии канона.. В цену земли не включаются улучшения, про­изведенные эмфитевтом, и ухудшения по вине эмфитевта (ст. 962). Ревизия канона не допускается, если ценность земли в этот момент не изменилась в ту или иную сто­рону по крайней мере наполовину со времени последней ревизии или с начала эмфитевзиса.

    Обязательство мелиорирования, которое является важной составной частью института эмфитевзиса, рас­сматривается наукой как обязанность проводить меро­приятия, повышающие производительность земли. Этим обязательство мелиорирования противопоставляется обя­занности использовать землю, не допуская падения про­изводительности, другими словами, не допуская хищни­ческого использования земли.

    Эмфитевт может распоряжаться своим правом, за­ключая сделки или делая завещание. При отчуждении эмфитевтом своих прав сдатчик не имеет права на ка­кие либо платежи или услуги по этому поводу со стороны эмфитевта. При учреждении эмфитевзиса эмфитевту мо­жет быть запрещено распоряжаться по сделкам полно­стью или частично на срок не более 20 лет. Это ограни­чение не относится к завещаниям. В случае отчуждения вопреки такому запрещению эмфитевт не освобождает­ся от своих обязательств в отношении сдатчика и сохра­няет их солидарно с новым приобретателем (ст. 965). В случае продажи прав эмфитевта сдатчик пользуется преимущественным правом приобретения на равных ус­ловиях (ст. 966). Передача эмфитевтом земли в поднаем другому эмфитевту не допускается (ст. 968).

    Эмфитевт имеет право освободить землю от установ­ления эмфитевзиса через 20 лет посредством выплаты сдатчику суммы, определяемой путем капитализации ежегодного канона на основе законного процента, уста­новленного ст. 1284 ГК, на уровне 5% годовых. Договор об учреждении эмфитевзиса может предусматривать.бо­лее продолжительный срок, но не более 40 лет. Если в договоре срок не указан, но в нем содержится план ме­лиорации, эмфитевт не может освободить землю от бре­мени эмфитевзиса, т. е. выкупить ее, не исполнив пред­варительно своих обязательств по мелиорации. Если эм- 148

    фитевтов несколько, каждый из них имеет это право, но только на весь земельный участок; в этом случае дан­ный эмфитевт вступает в права сдатчика по отношению к другим соэмфитевтам, сохраняя право пропорциональ­ного уменьшения канона в их пользу. Если же в данном отношении эмфитевзиса существует множественность сдатчиков, выкуп производится по принадлежащим им долям (ст. 971).

    Сдатчик может потребовать в суде возврата ему прав эмфитевта на земельный участок, если эмфитевт ухуд­шает землю или не исполняет своих обязательств по ме­лиорации, если эмфитевт просрочил два годовых плате­жа канона и не внес просроченных платежей до вы­несения решения судом первой инстанции по иску сдат-. чика.

    Этот иск не препятствует эмфитевту в выкупе участ­ка, если только имеют место указанные условия выкупа. Но «освобождение» не допускается, если сдатчик обос­новывает свой иск тем, что эмфитевт явно нарушает свои обязательства по сохранению плодородия земли и мелиорации. В данном случае иск о возврате прав эм­фитевта сдатчику имеет законное преимущество даже перед ранее поданным иском о выкупе, если решение по этому иску еще не вынесено (ст. 972).

    Значение эмфитевзиса заключается главным образом в том, что этот вид землепользования имеет своей целью превращение неплодородных и малоплодородных земель в плодородные. Земельным собственником, передающим землю на правах эмфитевзиса, обычно является госу­дарство или какое-либо общественное или частное учре­ждение. Длительный срок пользования землей стимули­рует осуществление земельной мелиорации. Канон обычно значительно меньше арендной платы по аренд­ным договорам. Это объясняется тем, что Коммунистиче­ская партия Италии предлагала использовать институт эмфитевзиса при проведении земельной реформы. Так как по политическим условиям нельзя было выдвинуть требования об изъятии у крупных земельных собствен­ников излишков земли сверх установленного предела без выплаты компенсации земельным собственникам Комму­нистическая партия внесла предложение о том, чтобы принадлежащая владельцам земельная площадь сверх установленного лимита была передана безземельным и

    малоземельным крестьянам на правах эмфитевзиса в ин­дивидуальное или кооперативное пользование. В проекте предусматривалось, что канон должен составлять опре­деленную долю среднегодовой валовой продукции дан­ного участка за прошлые годы, соответствующую чисто­му земельному доходу с него. Причем эта доля не долж­на была подлежать периодическому пересмотру. Проект вызвал протест, так как замена выкупа эмфитевзисом противоречила интересам крупных земельных собствен­ников [55].

    В земельных отношениях Италии известную роль иг­рает также институт узуфрукта. Так называется вещное, ограниченное право пользования чужой движимой или недвижимой вещью и право пользования плодами вещи, с сохранением во всех случаях ее назначения. В земель­ных отношениях речь идет о находящихся на земельном участке деревьях как объекте узуфрукта. Статья 989 Гражданского кодекса устанавливает, что узуфруктуа­рий может пользоваться лесами, рощами в порядке, условиях и объеме, установленных законами, регламен­тами и местной практикой. Продолжительность узуфрук­та не может простираться дольше жизни узуфруктуария. Узуфрукт, установленный в пользу юридического лица, не может продолжаться более 30 лет (ст. 979). Высоко­ствольные деревья, вырванные, поломанные и погибшие, принадлежат земельному собственнику. Узуфруктуарий может пользоваться ими только за возмещение (ст. 990). Наоборот, плодовые деревья, погибшие, вырванные и по­ломанные, принадлежат узуфруктуарию, но он обязан посадить взамен другие плодовые деревья (ст. 991).

    Среди прав землепользования обязательственного ха­рактера в Гражданском кодексе важнейшее место при­надлежит земельной аренде.

    Аренда в итальянском праве является видом найма, объектом которого является вещь, дающая плоды. Зе­мельная аренда помещена в Гражданском кодексе 1942 года в книге, трактующей «об обязательствах». Собственно различие в объекте (земля) определяет раз­личие между наймом и арендой и отличает сельскохо­зяйственную аренду от других договоров аренды. В ко­
    дексе имеется раздел «Об аренде сельскохозяйственной земли» (ст.ст. 1628—1646).

    Поскольку аренда является видом найма, Граждан­ский кодекс не дает специального определения сельско­хозяйственной аренды. Так же как и наем, сельскохозяй­ственная аренда является договором, согласно которому одна сторона (сдатчик) принимает на себя в отношении другой стороны (съемщика) обязательство предоставить пользование вещью за соответствующую плату.

    Важнейшим элементом договора сельскохозяйствен­ной аренды является срок аренды. При наличии общего принципа свободы договоров возможно установление лю­бого срока для договора имущественного найма. Однако для сельскохозяйственных договоров Гражданский ко­декс вносит в это положение некоторые коррективы. Статья 1628 устанавливает: «Если корпоративные нормы устанавливают минимальный срок длительности догово­ра, то аренда сельскохозяйственной земли, заключенная на более краткий срок, простирается на установленный таким образом минимальный срок». Это значит, что если в отношении срока аренды действует старая корпо­ративная норма, то арендный договор не может быть исключен на срок ниже минимального, а заключенный с нарушением данной корпоративной нормы договор мо­жет быть прекращен не ранее установленного ею мини­мального срока.

    Аренда сельскохозяйственной земли, предназначен­ной для облесения, может быть установлена на срок не свыше 99 лет (ст. 1629). Аренда земли, предназначенной для земледелия, на неопределенный срок не может быть прекращена ранее того срока, в течение которого арен­датор может закончить нормальный цикл чередования культур (севооборот). Если нет установленного севообо­рота, аренда считается установленной на срок, необхо­димый для получения урожая. Аренда не прекращается, если одна из сторон предупредит о прекращении аренды не менее чем за 6 месяцев до истечения ее срока (ст. 1630).

    Гражданский кодекс постановляет, что арендная плата может состоять в доле продуктов арендованной земли или в их определенном или переменном количе­стве (ст. 1639). Практика выработала систему, так назы­ваемой относительной арендной платы, которая является
    не чем иным, как денежной арендой, варьирующей в за­висимости от цены определенных сельскохозяйственных продуктов. Вместе с тем необходимо подчеркнуть, что долевая форма арендной платы, плата из доли урожая, превращает договор сельскохозяйственной аренды в иной вид договора — в договор издольщины, который в италь­янском праве имеет другую юридическую природу и от­личается от договора сельскохозяйственной аренды.

    Взаимоотношения между сдатчиком и арендатором, их взаимные права и обязанности по договору сельско­хозяйственной аренды предусмотрены Гражданским ко­дексом в следующем виде. Основная обязанность арен­датора— вносить арендную плату в обусловленные сроки. Арендатор обязан пользоваться объектом аренды согласно условиям, установленным в договоре, применяя старания «доброго отца семейства». Арендатор не может изменять хозяйственного назначения объекта.

    Нормальный случай прекращения договора аренды — истечение срока договора. Но, кроме этого нормального случая, возможны и другие. Так, договор может быть прекращен путем его расторжения вследствие невыпол­нения арендатором определенных обязательств, как на­пример, вследствие неуплаты арендной платы, при не­соблюдении требований надлежащего использования, при изменении хозяйственного назначения земли (ст.ст. 1453 и 1618). Арендатор в некоторых случаях также может просить о расторжении договора, напри­мер, вследствие выявившихся недостатков объекта и т. п.

    В случае смерти сдатчика договор продолжается сего наследниками. В случае смерти арендатора сдатчик и наследники арендатора могут в течение 3 месяцев отка­заться от продолжения аренды, предупредив за 6 меся­цев до конца сельскохозяйственного года (ст. 1627).

    Форма договора сельскохозяйственной аренды является свободной, если речь идет о продолжительности аренды до 9 лет. Договор сельскохозяйственной аренды на срок свыше 9 лет требует письменной формы (нота­риальной или домашней).

    При замене одного арендатора другим прежний арен­датор обязан передать новому помещения и другие ус­ловия для работ следующего года; новый же арендатор должен оставить в распоряжении прежнего необходимые помещения и условия для окончания уборки урожая 152
    и т. д. Последующие отношения между прежним и но­вым арендаторами регулируются корпоративными норма­ми; а при их отсутствии — местными обычаями (ст. 1646).

    Для определения сущности земледельческой аренды в Италии решающее значение имеет вид аренды, так как в зависимости от вида аренды к арендным отношениям применяются особые нормы, имеющиеся как в Граждан­ском кодексе, так и в специальном аграрном законода­тельстве.

    В итальянском праве различается аренда кратко­срочная и долгосрочная. Краткосрочная аренда — это аренда на срок до 9 лет. Долгосрочная аренда—это аренда свыше 9 лет. Различаются они не только по спо­собу их оформления, так как только долгосрочная арен­да детально регулируется законодательными нормами, тогда как аренда краткосрочная в большей мере регу­лируется обычным правом, местными обычаями. Это еще более усугубляет тяжелое положение мелких и кратко­срочных арендаторов, создавая не только неустойчивость, но и кабальность таких сделок.

    Итальянское аграрное законодательство среди ряда видов аренды особо выделяет аренду, предоставляемую арендатору-предпрннимателю, и аренду, предоставляе­мую непосредственному производителю.

    Аренда предпринимателя предусмотрена декретом от 10 июля 1939 г. № 1262 под названием «Утверждение общих правил управления сельскохозяйственной землей при помощи аренды со стороны арендатора-предприни- мателя, не являющегося непосредственным производи­телем» К ЭтО капиталистическая аренда, при которой хозяйство ведется ради прибыли путем эксплуатации сельскохозяйственных рабочих, издольщиков, колонов, мелких арендаторов и т. п. Субъектами этого договора является сдатчик и арендатор-предприниматель.

    Сдатчиком по договору предпринимательской аренды может быть тот, кто имеет право распоряжаться землей для сдачи ее в аренду (земельный собственник, эмфи­тевт, узуфруктуарий). Арендатор-предприниматель осу­ществляет управление арендованной землей в целях ор­ганизации ее обработки.

    Закон указывает, что данный договор аренды должен иметь продолжительный срок, который устанавливается сторонами с учетом обычаев и практических требований по отдельным зонам. Это привилегированный вид арен­ды, предоставляющий максимум прав арендатору, обес­печивающих его предпринимательский интерес. Законо­датель проявляет заботу о ее стабильности и продолжи­тельности.

    Для обеспечения предпринимательских интересов ка­питалистического арендатора закон предоставил ему право субаренды, а также возможность передачи своих арендных прав в целом или в части другому лицу, если это не запрещено определенно в договоре (ст. 6). Как исключительный закон эта норма продолжала действо­вать и после издания Гражданского кодекса с его об­щим положением, установленным в ст. 1624, согласно которому «арендатор не может пересдать в поднаем вещь без согласия сдатчика; возможность уступать арен­ду включает возможность поднайма; возможность под­найма не включает возможности переуступки аренды». Только после второй мировой войны право субаренды и переуступки арендных прав отпало в связи с изданием декрета-закона от 5 апреля 1945 г. № 156, в котором в общей форме запрещены всякая переуступка аренды л субаренда. В ст. 1 декрета-закона говорится: «Запре­щена всякая форма договора о переуступке аренды,

    о субаренде, о поднайме вместе с переуступкой сель­скохозяйственной земли. Договоры, заключенные в на­рушение этого запрещения, недействительны» [56].

    По закону © предпринимательской аренде все налоги и сборы, касающиеся собственности, лежат на сдатчике, а налоги, которые касаются использования земли, а так­же расходы по управлению возлагаются на арендатора.

    В законе о предпринимательской аренде имеется трафаретное указание о том, что арендатор должен поль­зоваться землей «с полной заботой, как добрый отец се­мейства» (ст. 75), но здесь речь идет о крупном пред­принимателе, эксплуатирующем батраков, издольщиков, колонов и т. п. Закон указывает, что в провинциальных постановлениях (или по зонам) должны быть предусмо­трены точные сроки, в течение которых в последний год аренды арендатор-предприниматель обязан расторгнуть заключенные им договоры, касающиеся его отношений с колонами, издольщиками, сельскохозяйственными ра­бочими и т. д., работающими на арендованной предпри­нимателями земле. Одновременно в этих постановлениях по провинциям или по зонам должны быть установлены также и способы, как согласно действующим коллектив­ным договорам о труде вновь заступающий предприни­матель должен стать на место выбывающего. Закоц, под­черкивает, что все это имеет целью предоставление арен­датору полной свободы и возможности распоряжения землей на весь срок аренды (ст. 40).

    Закон о предпринимательской аренде был издан еще при фашистском режиме. Его целью было закрепление и оформление интересов посредника. В настоящее время в связи с борьбой с посредничеством в арендных отно­шениях и запрещением всяких форм субаренды пред­принимательская аренда все же не ликвидируется, так как не исключены не только возможность применения наемного труда, но и колоната и издольщины. Пере­дача отдельных участков издольщикам и колонам не исключается потому, что по итальянскому праву из­дольщина не рассматривается как вид имущественного найма и, следовательно, под запрет субаренды не под­падает.

    Все изложенное довольно определенно характеризует этот вид аренды. Капиталистический арендатор эконо­мически и юридически находится в выгодном положении, имея возможность диктовать условия не только своим контрагентам снизу — эксплуатируемым им издольщи­кам, колонам, субарендаторам и т. п., но и своему кон­трагенту сверху — земельному собственнику. Гораздо ху­же не только экономическое, но и правовое положение арендатора непосредственного производителя. Анализи­руя юридическую природу отношений при этом виде аренды, итальянские юристы подчеркивали, что различ­ное экономическое положение крупных и мелких аренда­торов не оправдывает различную правовую конструк­цию, так как речь во всех случаях идет о договоре арен­ды. Вместе с тем всячески подчеркивается, что мелкий арендатор является предпринимателем (хотя и мелким) и что поэтому труд его не является в данном случае объектом отношения, ибо он работает в своем предприя­
    тии. Большинство авторов рассматривало сдачу земель­ного участка непосредственному производителю как обычную аренду с некоторыми отклонениями
    [57].

    Конечно, это разновидность аренды, однако, решаю­щее значение имеет то, что данный вид аренды пред­ставляет собою самостоятельный правовой институт. Каждая уступка, которую делает закон мелкому арендатору, любая льгота, которая ему предоставляется, перекрывается многочисленными условиями, ставящими мелкого арендатора в значительно более тяжелое поло­жение по сравнению с крупным арендатором-предприни- мателем, в чем нетрудно убедиться из анализа норм, регулирующих этот вид земельной аренды.

    Согласно ст. 1647 ГК аренда непосредственного про­изводителя имеется тогда, когда объектом является зем­ля, которую арендатор обрабатывает преимущественно собственным трудом или трудом членов своей семьи, если по своему размеру она не превышает лимитов, ко­торые могут быть определены корпоративными нормами для отдельных зон и культур. Закон, следовательно, вы­двигает два условия, два признака, определяющие этот вид аренды: обработка земли личным трудом и опреде­ленный размер участка, не превышающий максимума. Речь идет о мелком крестьянском хозяйстве, о беззе­мельных крестьянах, вынужденных для пропитания семьи арендовать мелкие парцеллы. Это большая со­циальная проблема, имеющая для экономики Италии весьма существенное значение.

    Аренда непосредственного производителя как право­вой институт характеризуется наличием правовых норм, вводящих во взаимоотношения сторон ряд условий, но­сящих императивный характер: они не могут быть отме­нены или изменены соглашением сторон.

    Арендатору — непосредственному производителю пре­доставлен ряд льгот. Так, согласно ст. 1648 Граждан­ского кодекса судья, учитывая экономические условия арендатора, может распорядиться об установлении рас­срочки при платеже арендной платы, если вследствие не­предвиденного случая арендатор понес потерю в размере по крайней мере половины урожая. Льгота заключается
    только в рассрочке, а не в уменьшении арендной платы. Такой же характер льготы для арендатора — непосред­ственного производителя носит установленное для него право в некоторых случаях получить компенсацию за произведенную мелиорацию. Согласно ст. 1651 Кодекса, если арендатор выполнил без полномочия со стороны сдатчика работы по мелиорации, имеющие для улучше­ния земельного участка длительное значение, судья мо­жет присудить арендатору возмещение, однако, кроме тех случаев, когда мелиорация явилась результатом нор­мальной рациональной обработки земли. В случае смер­ти арендатора «сдатчик может непосредственно заме­нить его наследников в управлении землей, и в этом случае он имеет право вычитать понесенные расходы из урожая» (ст. 1650). Этим постановлением закона не только ущемляются арендные права наследников, но сдатчику предоставляется возможность распоряжаться урожаем в хозяйстве арендатора. Следовательно, здесь расширяются права сдатчика за пределы ст. 1627, уста­навливающей общую норму, которая разрешает как сдатчику, так и наследникам отказаться от договора в течение 3 месяцев после смерти арендатора, по истече­ние 6-месячного срока предупреждения.

    Весьма показательно, что при аренде непосредствен­ного производителя сдатчик имеет значительно более широкие права и возможности контроля и даже вмеша­тельства в хозяйство арендатора. Согласно ст. 1652 при этом виде аренды сдатчик обязан выдавать арендатору семена, удобрения, средства против вредителей и т. п. в кредит, если арендатор не может получить их иначе. Тем самым сдатчику предоставляется возможность вме­шательства в хозяйство своего арендатора, возможность держать арендатора в кабале.

    Договор аренды является далеко не единственной формой землепользования со стороны несобственника земли. Процесс отделения непосредственного производи­теля от средств производства и обезземеление крестьян­ства приводят к установлению разнообразных форм взаимоотношений между земельным собственником и земледельцем, среди которых наряду с земельной арен­дой как институтом буржуазного права существуют и другие, в том числе полуфеодальные формы. Причину этого нужно искать в незавершенном характере
    буржуазно-демократической революции в эпоху объеди­нения Италии.

    «Если в отношении режима земельной собственно­сти,— говорит итальянский экономист Э. Серени, — пе­режитки . феодализма проявлялись преимущественно в сохранении крупного дворянского землевладения или, вернее, крупных латифундий, то в более широкой обла­сти сельскохозяйственных производственных отношений и форм земледельческих хозяйств эти пережитки чрезвы­чайно разнообразны и часто трудно распознаваемы. Эти трудности проистекали из того, что настоящие пережит­ки феодализма часто смешивали со сложными формами, которые умирающий капитализм в своем реакционном бешенстве отыскивал на кладбище истории, чтобы вос­кресить их» К

    К числу таких пережитков относится издольщина (в широком смысле этого термина), которая имеет мно­жество разнообразных форм и особое значение в Ита­лии, благодаря ее большому удельному весу среди других форм взаимоотношений между земельными собственниками и непосредственными производите­лями.

    При издольной системе непосредственный производи­тель (съемщик), кроме труда, доставляет часть капи­тала для ведения хозяйства, а земельный собственник (сдатчик), кроме земли, остальную часть капитала. Здесь к полуфеодальной системе эксплуатации приме­шиваются капиталистические отношения, поскольку съемщику «приходится предъявлять притязания на из­вестную часть продукта не потому, что он рабочий, а по­тому что он владелец части орудий труда...»[58]. Оставаясь пережитком феодализма, издольщина превращается в реакционную форму капиталистической эксплуатации, служит целям переложения всей тяжести экономиче­ского кризиса и предпринимательского риска на плечи трудового крестьянства.

    На равнинах Северной Италии под влиянием разви­тия капитализма система издольщины .разложилась и должна была уступить место более прогрессивным, эко­номическим формам, главным образом капиталистиче­ской аренде. В Центральной Италии и в некоторых хол­мистых местностях Севера издольщина сохранилась, но в измененном виде. Издольщик, лишившийся основных средств производства, стал фактически полупролетарием, связанным с землевладельцем-предпринимателем отно­шениями участия в доле продукции, т. е. отношениями особой формы заработной платы. Но на юге Италии и на островах издольщина широко распространена и свя­зана с латифундизмом. Здесь полуфеодальные формы эксплуатации не только сохраняются, но и культиви­руются. Однако и здесь издольщина приобретает новые формы, наполняется иным экономическим содержанием; она связана с капиталистическими закономерностями эпохи империализма, кризиса капиталистической систе­мы хозяйства. В итальянском праве существуют два вида издольщины, являющиеся самостоятельными пра­вовыми институтами: а) договор испольщины (теггас!- па) и б) договор издольного колоната (со1оша рагаа- па).

    Определение договора испольщины дано в ст. 2141 Гражданского кодекса: «При испольщине сдатчик и испольщик, собственно глава арендующей семьи, объ­единяются для обработки имения и для осуществления связанной с этим деятельности в целях раздела пополам продукции и прибыли. Тем не менее действительно со­глашение, по которому эта продукция делится в раз­личных пропорциях». Договорная практика и новейшее законодательство широко применяют эту правовую фор­му к договорам, устанавливающим неравные доли для арендатора и сдатчика. Данный вид договора является типичным и очень распространенным в Италии.

    Гражданский кодекс 1865 года рассматривал договор испольщины как разновидность договора аренды. Ко­декс устанавливал, что при отсутствии соглашения взаи­моотношения сторон должны были регулироваться мест­ными обычаями.

    В 1933 году, при фашистском режиме, эта система была изменена. Испольщина стала рассматриваться не как разцовидность сельскохозяйственной аренды, а как трудовое соглашение. На этот договор были распростра­нены принудительные корпоративные нормы и фашист­ские коллективные договоры. Были изданы «Общие нор­мы о режиме договора испольщины», известные под
    названием «Хартия испольщины», одобренные аграрной секцией Национального совета корпораций 13 мая 1933 г.[59]. В соответствии с этим и Гражданский кодекс 1942 года рассматривает испольщину не в разделе об аренде, не в обязательственном праве, а в книге «О тру­де», посвящая данному институту специальный раздел.

    Нормы раздела об испольщине являются частично императивными, частично диспозитивными. Некоторые статьи содержат прямое указание на соглашение сто­рон, на корпоративные нормы и на обычаи.

    После издания Гражданского кодекса испольщина регулируется как им самим, так и Хартией испольщины и рядом постановлений новейшего законодательства.

    Сторонами в договоре испольщины являются сдатчик и съемщик. Сдатчиком является тот, кто передает зе­мельное владение в пользование для обработки. Им мо­гут быть земельный собственник, эмфитевт; узуфруктуа­рий, капиталистический арендатор, словом любой земле­владелец независимо от титула владения. Съемщик — это испольщик или колон и вместе с тем глава семьи, следовательно, он является стороной в правоотношении в двойном качестве: сам по себе и как представитель семьи. Согласно ст. 2142 кодекса «состав арендующей семьи не может произвольно изменяться без согласия сдатчика, кроме случаев вступления в брак, установле­ния и признания внебрачных детей. Состав и изменение семьи должны быть записаны в арендную книжку». В отношениях по договору испольщины испольщик представляет перед сдатчиком всех членов своей семьи, его договорные обязательства перед сдатчиком обеспе­чиваются всем имуществом испольщика и общим иму­ществом членов его семьи. Отдельные члены семьи от­вечают своим личным имуществом только в том случае, если они представили надежные гарантии (ст. 2150). Это своеобразие положения съемщика обеспечивает для сдатчика возможность эксплуатации крестьянской семьи, вносит во взаимоотношения между сдатчиком и съем­щиком элемент личной зависимости.

    Сдатчик обязан предоставлять в пользование съем­щику свое земельное владение, половину (если корпо­ративные нормы, договор или обычаи не устанавливают

    иную долю) -живого и мертвого инвентаря и осуще­ствляет руководство хозяйством. Съемщик предоста­вляет в соответствии с указаниями сдатчика и потреб­ностями хозяйства свой труд и труд членов своей семьи для обработки земли, а также половину инвентаря (ст.ст. 2145—2147).

    Таким образом, трудиться должна лишь одна сторо­на— съемщик и члены его семьи. Доход, получаемый землевладельцем-сдатчиком, является нетрудовым.

    Испольщик и члены его семьи обязаны выполнять мелиоративные работы за вознаграждение (ст. 2152).

    Распределение урожая и всей иной продукции произ­водится сторонами в натуре. Как правило, на съемщика возлагается обязанность доставить долю сдатчика на его склад (ст. 2155). То, что по обычаям не делится в на­туре, подлежит реализации сдатчиком на рынке, а выручка делится (ст. 2156). Сдатчик имеет право пре­имущественной покупки на равных условиях той доли продукции, которая причитается издольщику. Другими словами, испольщик при продаже своей доли продук­ции не свободен в выборе покупателя, а должен счи­таться с преимущественным правом сдатчика.

    Договор испольщины может быть заключен на не­определенный и на определенный срок. «Испольщина на неопределенный срок считается установленной на один сельскохозяйственный год, кроме случаев, когда имеются иные постановления корпоративных норм, и молчаливо возобновляется из года в год, если не было предупре­ждения об отказе не менее как за 6 месяцев до оконча­ния срока» (ст. 2143). Испольщина на определенный срок также не прекращается с истечением срока. Если не было предупреждения об отказе, договор также счи­тается продленным на следующий год (ст. 2144).

    Испольщина прекращается по истечении срока, за смертью испольщика, если один из членов его семьи не соглашается занять его место с согласия прочих членов, а также в случае неисполнения своих обязательств од­ной из сторон.

    В итальянской юридической литературе имела место целая дискуссия по вопросу о юридической природе до­говора испольщины. Нельзя сказать, чтобы эта дискус­сия внесла что-либо, новое и оригинальное. Различные авторы отстаивали разные варианты, которые обыч'но
    выдвигались при анализе юридической природы данного договора. В свое время в связи с тем, что Гражданский кодекс 1865 года включал испольщину в главу об иму­щественном найме, большинство авторов рассматривали ее как вид найма (Борсари, Риччи, Абелло). В период фашистской диктатуры в соответствии с Хартией исполь­щины договор испольщины и теоретиками рассматри­вался как договор трудового найма (Каррара). Договор испольщины рассматривался также как договор товари­щества, по которому два компаньона объединяют свои усилия и капиталы для организации сельскохозяйствен­ного производства с разделением общей продукции меж­ду собою согласно долям участия (Симончелли и др.). Эта точка зрения тоже не новая; она выдвигалась еще древними мусульманскими юристами при анализе дого­вора издольщины на Востоке и была давно отброшена наиболее крупными юристами Востока ввиду того, что она искажает действительные взаимоотношения сторон, не выражает природу этих отношений. Выдвигалась в итальянской литературе и концепция договора исполь­щины как договора зш ^епепз (Барасси). Эта концепция не дает ответа на поставленный вопрос. Эклектическую позицию занимает Марио Лонго, который рассматривает испольщину, колонат и все формы так называемого сельскохозяйственного сообщества как сочетание наем­ного труда с участием в доходах и с оставлением испольщика главой предприятия. По существу эта кон­цепция ищет ответа в сочетании трудовой концепции с договором товарищества и поэтому не представляет со­бою ничего нового и не разрешает проблемы. Основной ее недостаток заключается в том, что она не делает раз­личия между всеми формами издольщины, между дого­вором испольщины и договором издольного колоната, которые, однако, различны по их юридической и со­циальной природе.

    Итальянский Гражданский кодекс строит договор из­дольного колоната как самостоятельный правовой инсти­тут. Статья 2164 Гражданского кодекса дает следующее определение издольного колоната: «При издольном ко­лонате сдатчик и один или несколько колонов объеди­няются для обработки земли и для осуществления свя­занной с этим деятельности, в целях дележа продукции и доходов. Размер распределения продукции и доходов
    устанавливается корпоративными нормами, соглаше­нием и обычаями»
    К

    Общим для договора испольщины и для договора из­дольного колоната является распределение продукции по долям. Однако во многих своих частях договор издоль­ного колоната существенно отличается от договора ис­польщины.

    Прежде всего в договоре издольного колоната по иному определены участники договора. Издольный ко­лонат— это двустороннее отношение, которое устанавли­вается между сдатчиком и колоном. Обращает на себя внимание, что контрагентом по договору является только колон, а не его семья. Кроме того, контрагентом могут быть и несколько колонов. Практика идет именно по этому пути. Все это отмечает договор издольного коло­ната от договора испольщины. Поэтому в отличие от из­дольщиков колоны обязываются каждый за себя, но не за членов своей семьи. %

    Самое существенное различие между испольщиной и издольным колонатом заключается в принципиально ином соотношении труда и капитала, рабочей силы, средств и орудий производства. Согласно ст. 2166 сдат­чик должен предоставить землю в состоянии, пригодном для производства, для которого она предназначена. Со­гласно ст. 2167 «колон должен предоставить свой труд по указанию сдатчика и потребностям обработки. Он должен сохранять землю и содержать ее в нормальном производственном состоянии: должен сохранять и охра­нять также и другие доверенные ему со стороны сдат­чика вещи со старанием доброго отца семейства». Та­ким образом, по договору издольного колоната на сто­роне сдатчика — земля и сельскохозяйственный инвен­тарь, на стороне колона — труд производителя, лишенно­го средств производства.

    . Обращает на себя внимание, что управление в обоих случаях принадлежит сдатчику (ст.ст. 2145 и 2169). По существу сдатчик распоряжается трудом колона, он яв­ляется распорядителем в общем хозяйстве. Колоны ра­ботают в хозяйстве либо на отдельных закрепленных за ними участках, либо на общей запашке и т. д. Колон, если даже он имеет семью, не организует на-земельном участке своего обособленного хозяйства; колон работает в предприятии сдатчика. Вот почему итальянские юрис­ты указывают, что в отличие от договора испольщины объектом договора издольного колоната может быть зе­мельный участок, не подпадающий под понятие «име­ния», т. е. не образующий базу самостоятельного сель­скохозяйственного предприятия.

    Иначе разрешается также вопрос о сроке договора издольного колоната. В отличие от договора испольщи­ны ст. 2165 кодекса устанавливает, что «издольный ко­лонат является договором на срок, необходимый для того, чтобы колон мог осуществить нормальный цикл севооборота выращиваемых на земле культур. При от­сутствии севооборота колонат не может продолжаться менее 2 лет». Такое определение срока договора являет­ся для итальянского Гражданского кодекса случаем иск­лючительным. Установление действия договора на срок севооборота в договоре издольного колоната (чего нет в договоре испольщины) также подчеркивает, что колон работает не в своем хозяйстве, как испольщик, а в пред приятии сдатчика.

    Распределение урожая при договоре издольного ко­лоната также принципиально иное. Если по договору испольщины продукция и доходы в принципе делятся пополам, поскольку иное не обусловлено соглашением, то по договору издольного колоната распределение по­полам не предполагается; оно регулируется корпоратив­ными нормами, соглашениями и обычаями (ст. 2164), а после второй мировой войны специальным законодатель­ством.

    Согласно ст. 2168 колонат не прекращается со смертью сдатчика, как и испольщина (ст. 2158), а в слу­чае смерти колона применяются те же нормы, которые установлены законом на случай смерти испольщика.

    Сопоставление договора испольщины и договора из­дольного колоната ясно показывает различие в их со­циальной и юридической природе. Договор испольщины является не чем иным, как договором издольной аренды, т. е. аренды земли с уплатой арендной платы из доли урожая. Этот договор закрепляет такие взаимоотноше­ния сторон, при которых сдатчик-землевладелец сдает определенный участок земли и часть инвентаря съем­щику для организации издольщиком, за его страх и 164
    риск, своего хозяйства под контролем сдатчика, с усло­вием уплаты, как правило, половины урожая. Это кабальная форма земельной аренды, сохраняющая изве­стную личную зависимость непосредственного произво­дителя, несмотря на то, что обработка земли осуще­ствляется им своими, пусть примитивными, орудиями производства. Сохранение известной личной зависимости и обработка земли орудиями испольщика представляют собою феодальный пережиток. Издольный колонат яв­ляется не чем иным, как наймом рабочей силы с опла­той труда из доли урожая. При данном договоре вла­делец земли и орудий производства организует свое сельскохозяйственное производство, обрабатывая земли трудом колонов. Кабальная форма издольного наемного труда сохраняет еще большую, чем при издольной арен­де, личную зависимость колона от землевладельца, сохраняет средневековую натуральную форму вознагра­ждения за труд. Однако эта форма эксплуатации не только культивируется, но и расширяется, так как она дает , предпринимателям возможность сократить вложе­ние капиталов и переложить часть предпринимательско­го риска на плечи непосредственных производителей, уплачивая им вместо твердой зарплаты долю ими же выработанного продукта. Недаром в ряде зон Италии, где требуется производство мелиорации, договоры из­дольного колоната часто заключаются с пришлыми колонами, с безземельными и безынвентарными батра­ками.

    Среди сельскохозяйственных договоров с распреде­лением продукции и доходов по долям в итальянском законодательстве имеется также включенный в Граж­данский кодекс наряду с договором испольщины и дого­вором издольного колоната еще договор «содружества» или «сообщества» (зоссМа), находящий свое примене­ние в области животноводства. По этому договору сдат­чик (зоссМагйе) и работник (зоссИапо) объединяются для разведения и эксплуатации определенного количе­ства скота и для осуществления связанной с этим дея­тельности (например, переработки молока) с целью раз­дела между собой приплода скота и других продуктов и доходов, которые дает скот (ст. 2170).

    Существуют три вида такого «содружества»: 1) про­стое, 2), издольное, 3) с предоставлением пастбища.

    При простом «содружестве» скот предоставляется це­ликом сдатчиком; второй участник договора вкладывает только свой труд. Расходы по содержанию скота делятся пополам. Управление хозяйством принадлежит собствен­нику скота. Таким образом, при этой форме «содруже­ства» фактически имеет место наем батрака за долю продукции.

    При издольном «содружестве» скот предоставляется обеими сторонами, но труд — только вторым дольщиком. Расходы по содержанию скрта общие. Управление хо­зяйством возлагается на издольщика, вкладывающего свой труд. Организатором хозяйства является издоль­щик—мелкий товаропроизводитель.

    При «содружестве» с предоставлением пастбища скот предоставляется одной стороной (зосс^апо). Вторая сторона (зоссМагйе) предоставляет пастбище. Расхо­ды— общие. Управление хозяйством принадлежит пер­вому контрагенту — владельцу скота, а контроль — вла­дельцу пастбища (ст. 2186). Эту форму «содружества» следует рассматривать как наем пастбища, как аренду земли за долю животноводческой продукции.

    В Гражданском кодексе подробно регулируются взаимоотношения и порядок расчетов между сторонами по договору животноводческого «содружества», порядок оценки стоимости скота для определения доли участия и распределения доходов (ст.ст. 2178, 2184). Распреде­ление долей между сторонами осуществляется согласно пропорциям, установленным корпоративными нормами, соглашениями сторон или обычаями.

    Срок договора животноводческого «содружества», ес­ли иное не установлено соглашением сторон, определяет­ся в 3 года, а затем при отсутствии предупреждения за 6 месяцев возобновляется из года в год (ст.ст. 2172, 2185). Смерть сдатчика скота или пастбища не прекра­щает договора, а смерть работника влечет те же послед­ствия, что и смерть издольщика (ст.ст. 2179, 2158).

    Тяжелое положение мелких арендаторов, издольщи­ков, колонов и т. п. обусловило после второй мировой войны постановку проблемы реформы аграрных догово­ров в Италии. Эта реформа должна была идти по двум линиям: по линии создания большей устойчивости аграр­ных договоров путем удлинения их сроков и по линии 166
    регулирования доли участия в продукции во всех фор­мах издольщины.

    Вопросам взаимоотношений сторон во всех формах издольщины посвящен декрет-закон от 19 октября 1944 г. № 311, установивший, что в договорах, по кото­рым сдатчик предоставляет только земельный участок, 7б продукции и доходов должна поступать в пользу сдатчика и 4/б в пользу издольщика. Издольщик имеет право привлечь землевладельца к несению У2 земледель­ческих расходов (за исключением трудовых затрат). В этом случае 2/б продукции и доходов поступают в пользу сдатчика, а 3/б в пользу работника. Это распределение доходов и расходов сохраняется и в том случае, если договоры или местные обычаи предоставляют издоль­щику более благоприятные условия, чем те, которые пре­дусмотрены указанным законом (ст. 1). Тем же актом предусмотрено, что если это распределение доходов и продукции в зависимости' о? конъюнктуры окажется не соответствующим экономической справедливости, из- дблыцик вправе потребовать пересмотра договора в от­ношении распределения доходов и продукции (ст. 3). Все условия договоров издольщины, колоната или со­участия, противоречащие закону от 19 октября 1944 г., были объявлены недействительными.

    Проблема общей реформы аграрных договоров яв­ляется в Италии особенно острой,- но упорное противо­действие реакции мешает ее проведению. Поэтому был принят ряд законов, лишь временно регулировавших эту проблему. Они продлевали действие ранее заключенных договоров издольщины. В 1950 году был внесен проект, закона о реформе аграрных договоров. В первоначаль­ном проекте закона содержалось запрещение землевла­дельцам расторгать договоры без уважительных причин, В проекте, принятом палатой депутатов, устанавлива­лось, что продолжительность действия договора не мо­жет быть короче срока севоооборота, нормального для данной зоны. Краткосрочные и бессрочные договоры должны сохраняться на этот срок, если по местным обы­чаям не установлен срок более длительный. Проект за­кона не был окончательно утвержден, но установленные им сроки договоров практически действуют путем про­дления их из года в год специальными законами. Закон от И июля 1952 г. № 765 установил продление догово­
    ров на неопределенный срок — «до конца того сельско­хозяйственного года, в течение которого войдет в силу новый закон, содержащий нормы о реформе аграрных законов» *.

    Итальянские ученые, а также специальные техниче­ские комиссии выражали мнение, что размер обычной арендной платы должен соответствовать качеству земли и характеру землепользования.

    В законодательном порядке были внесены изменения в установленное договорами процентное распределение урожая между сдатчиком и арендатором-издолыциком, в результате чего доля аренды поднялась с 50 % до 53%, а в некоторых случаях — до 60%.

    Однако судебная практика ограничила применение этих норм. Если в результате проверки выясняется, что арендная плата превышает установленный законом ми­нимум, то она подлежит снижению с момента проверки. Но в начале договора может быть установлена и взи­маться до проверки арендная плата такого размера, ко­торую закон считает несправедливой.

    § 5. Виды землепользования в Федеративной Республике Германии

    Процесс отделения непосредственного производителя от земельной собственности совершается при капитализ­ме, как известно, в форме аренды и ипотеки. В Герма­нии в свое время ввиду блока буржуазии с феодальным дворянством главной формой лишения непосредственно­го производителя земли и внедрения капитала в сель­ское хозяйство была не аренда, а ипотека. Тем не менее в настоящее время аренда играет в Западной Германии весьма значительную роль[60], причем типичной и характер­ной для Федеративной Республики Германии является мелкая аренда и приарендовывание земельных участков в дополнение к собственной парцелле. В ФРГ арендо­ванная земля в 1949 году составляла 18 % всей сельско­хозяйственной площади. Арендой пользовалось 57,6 % хозяйств; из них 90 % были приарендующие хозяйства, а остальные крупные капиталистические арендаторы. По размерам площади капиталистическая аренда занимает Уз сельскохозяйственной земли [61].

    Основным законом, регулирующим в настоящее вре­мя в ФРГ арендные отношения, является закон об арен­де от 25 июня 1952 г. — Оезе^г йЬег с!аз 1апсЬу1г15сЬай- НсЬе РасМ^езеп (Ьапс1расЫде5е12) 2. Он является со­ставной частью целой системы мероприятий правитель­ства ФРГ, имеющей своей целью осуществление аграр­ной политики крупного землевладения и финансового капитала. Официально целью издания его выдвигается «оживление арендного рынка» для «хозяйственно здоро­вого и социально желательного изменения распределе­ния земли». Следовательно, цель обеспечения при по­мощи этого закона интересов крупного землевладения и кулацких хозяйств подчеркивается совершенно недву­смысленно.

    Федеральный закон от 25 июня 1952 г. ставит своей задачей отменить порядок заключения арендных догово­ров, установленный в законе Контрольного Совета №45, согласно которому для всех арендных договоров требо­валось разрешение властей. Он заменяет разрешитель­ный порядок регистрационным. Вместо требования пред­варительного разрешения предусмотрено лишь обяза­тельство простого уведомления соответствующего органа, который производит регистрацию арендных договоров. В течение 4 недель в регистрации договора может быть отказано, и тогда договор аннулируется. Отказ в реги­страции договора аренды допускается по причинам, ука­занным в законе. Отказ возможен в следующих случаях:

    1)   если аренда угрожает правильному ведению хозяй­ства или влечет за собою ненадлежащее хозяйствова­ние, 2) если обязательства арендатора несоразмерны до­ходам, которые должны быть получены при правиль­ном ведении хозяйства, 3) если аренда влечет за собою
    вредные последствия с точки зрения интересов народного хозяйства или интересов данного предприятия. Аренда не должна мешать деятельности колонизационных уч­реждений и проведению земельной реформы. Формули­ровки причин отказа в регистрации арендных договоров дают широкие возможности для проведения регистрирую­щему органу желательной аграрной политики. Мотив ненадлежащего хозяйствования дает возможность под­бора арендаторов из числа крепких, кулацких хозяйств. Требование «соответствия доходности» обязательствам арендатора, в условиях отсутствия нормирования аренд­ных цен способствует охране интересов сдатчика. Нако­нец, основной, третий, мотив дает возможность сохра­нить структуру капиталистических предприятий, ибо он направлен против раздробления крупных поместий.

    Отказ в регистрации может быть обжалован в судеб­ный орган. Суд, в конечном счете, решает вопрос о при­знании договора аренды.

    Второе существенное положение закона — это прин­цип свободного ценообразования при установлении арендной платы. В законе прямо указано, что «на до­говоры земельной аренды предписания о ценообразова­нии не распространяются» (§ 6). Здесь действует сво­бода арендного рынка. Новый арендный закон снял ограничения с арендной платы, тем самым фактически всякая защита арендатора устранена. И действительно, после издания и вступления в силу закона от 25 июня 1952 г. арендная плата за землю значительно повы­силась.

    В отношении сроков аренды закон устанавливает сле­дующую классификацию земельной аренды: а) долго­срочная, б) краткосрочная и в) обычная.

    Долгосрочная аренда — это аренда на срок не менее

    18  лет, а для аренды отдельных участков — не менее 9 лет. Данный вид договора требует письменной формы. Письменная форма аренды на практике не имеет зна­чения, так как большинство арендных договоров заклю­чено на неопределенный срок и, как правило, в устной форме. Долгосрочная аренда законом не защищается в том смысле, что по истечении срока аренды она не во­зобновляется без согласия сдатчика. К долгосрочным арендам приравнены те, которые продлены за пределы срока, установленного обоюдным соглашением.

    Краткосрочная аренда — это аренда на срок меньше

    18   лет и для отдельных участков меньше 9 лет. Сроки этого вида аренды могут быть продлены, раньше их продление в судебном порядке на практике было пра­вилом. Однако теперь суд может продлить аренду только в исключительном случае, так как в законе сказано, что суд только тогда должен выносить решение о пролон­гации, «если 'продление настоятельно требуется и если при взвешивании интересов обеих сторон основания для продления перевешивают». Суд должен принять во вни­мание, не теряет ли одна из сторон договора в резуль­тате его прекращения или продления свою экономиче­скую «жизненную основу». Судебная практика показы­вает, что в лучшем случае договоры продлеваются на один, максимум на 2 года. Прекращение аренд и лише­ние мелких хозяйств возможности приарендовывать землю и тем самым сохранить жизнеспособность рас­сматриваются творцами аграрной политики в ФРГ как закономерный процесс «ликвидации нерентабельных в народнохозяйственном значении хозяйств».

    Обыкновенной арендой в ФРГ считается аренда на неопределенный срок. Большинство арендных договоров заключалось на неопределенный срок. Однако б силу закона от 25 июня 1952 г. все старые договоры были признаны заключенными на длительный срок, т. е. долго­срочными и тем самым автоматически лишенными вся­кой защиты в смысле возможности продления срока, так как эта возможность устранена § 8 абз. 2 п. «а» закона. Кроме того, продление договора вообще невозможно, ес­ли сдатчик ранее сам обрабатывал землю.

    По вопросу о возможности судебного воздействия на взаимоотношения сторон по арендному договору и изме­нения их в законе от 25 июня 1952 г. имеется следующая статья: «Если в течение действия арендного договора на­ступает существенное изменение обстоятельств, которые являются для установления содержания договора опре­деляющими, и если в связи с этим взаимные обязатель­ства вступили в резкое противоречие, то любая сторона может потребовать судебного изменения содержания до­говора».

    Судебные споры, связанные с арендными отношения­ми, рассматриваются судами, в состав которых наряду
    с судьями-юрпстами, входят заседатели — сдатчики и арендаторы.

    Однако сельскохозяйственные рабочие не могут быть заседателями. Об этом имеется прямое указание в за­коне: «В качестве'сельскохозяйственных заседателей мо­гут быть предложены только лица, которые ведут в округе сельское хозяйство самостоятельно в качестве основного занятия». Заседатели — сельские хозяева ис­полняют судейские обязанности наравне с судьями, поль­зуются теми же правами и обязаны хранить судейскую тайну. Они не могут быть оба арендаторами или сдат­чиками *.

    С арендным правом в Федеративной Республике Гер­мании связан арендный кредит, регулируемый специаль­ным законом от 5 августа 1951 г. (РасМкгесШ^езе!?)[62]. Этим законом в изъятие из общего германского залого­вого права установлен залог движимых вещей без пере­дачи владения (аналогично ипотеке). Публичность обес­печивается обязанностью депонировать договор залога в административном суде. Объектом залога является сель­скохозяйственный инвентарь, находящийся во владении арендатора. Залоговым правом охватываются и вновь приобретенный инвентарь и даже чужой инвентарь, на­ходящийся во владении арендатора. Обремененным зало­гом остается и инвентарь, приобретенный у арендатора третьим лицом, хотя бы он и не знал, что приобретаемый инвентарь находится в залоге. Законное залоговое право сдатчика, вытекающее из арендных отношений, конкури­рует с залоговым правом кредитного учреждения и в случае продажи кредитным учреждением заложенного инвентаря «кредитное установление обязано передать сдатчику, по его требованию, половину вырученной сум­мы для удовлетворения его требований к арендатору».

    Законодательство ФРГ, как видно из анализа аренд­ного закона, по существу преследует две основные цели: гарантировать сдатчикам неуменьшающуюся арендою плату и ликвидировать мелкие крестьянские хозяйства, изъяв землю у мелких крестьян и передав ее капитали­стическим хозяйствам.



    [1] См. К. Маркс, Капитал, т. 1, Госполитиздат, 1955, стр. 771.

    [2] См Анна Рочестер, Почему бедны фермеры, ИЛ, 1949, стр. 152.

    [3] В. И. Ленин, Соч., 4-е издание, т. 22, стр. 9.

    [4] См. Эстер Шилдс, «Вымораживание» американских фер­меров, «Правда» 17 февраля 1962 г,

    [5] См. ТЬе Сойе оГ Ьа^з о! 1Ье ЦГшЫ ЗЫез о! Атепса, Ш1е43, зес. 141.

    [6] См: 1Ыйет, Ш1е 43, зес. 142.

    [7] См. 1Ы(1ет, Ш1е 43, зес. 145.

    [8] См. 1Ыс1ет, Ш1е 30, зес. 22.

    [9] См. 1Ыс1ет, Ш1е 16, зес. 792, 797.

    [10] Подробнее см. Л. И. Дембо, Основные проблемы советского водного законодательства, изд-во ЛГУ, 1948, стр. 30.

    [11] См. К 1 с Ь а г с1 Н. Р о то е 11, ТЬе Ьато о! Кеа1 Ргорег*у, Уо1. 2, Ыето Уогк, 1950, р. 87—88.

    [12] См. ПэМет, р. 70—71.

    [13] См. ТЬе Сос1е о! 1Ье Ьато о! 1Ье 11п11ей 51а1ез о! Атепса, Ш1е 43, зес. 161.

    [14] См. ,1. Н. В е и 5 с Н е г, Ьа^з Ке1а1т& 1о А&псиИиге т 1Ье 11пНес1 51а1ез, «АШ с1е1 рпто сопуе&по т1егпа2юпа1е сП сПгШо а^гапо», ^го1. I, 1954, р. 63.

    [15]     См. К. Маркс, Рецензия на книгу Ф. Гизо «Почему удалась английская революция?» («К. Маркс и Ф. Энгельс об Англии», Гос- политиздат, 1952, стр. 308).

    [16] См. Дж. Г о л л а н, Политическая система Великобритании, ИЛ, 1955, стр. 14.

    [17]     См. А. И. Наг&геауез, Ап 1п1гос1ис1юп о 1Ье Рппс1р1ез оГ Ьапс! Ьато, Ьопс1оп, 1944, р. 118.

    [18]     См. А. Наг&геауез, Ап 1п1гос1исНоп Ь Ше Рппс1р1ез о! Ьапс! Ьату, ЬопсЬп, 1944, р. 125.

    [19] А, О. Н а г д г е а V е з, ор, сИ, р. 135,

    [20]     См. А. И. Н а г & г е а у е з, Ап 1п1гск1ис1юп Ше Рппар1ез о! Ьапс1 Ьачу, Ьопс1оп, 1944, р. 125—133.

    [21] См. А. О. Н а г ^ г е а V е 5, Ап 1п1гос1ис!юп 1о 1Не Рг1пс1р1ез оГ Ьапё Ьачу, Ьопс1оп, 1944, р. 60—69.

    [22] См. Оеог^е XV. Кее1оп, ТЬе Ьам оГ ТпЫз, Ьопс1оп, 1949, р. 34—35.

    [23]     См. Оеог&е М. К е е 1 о п, ТЬе о! ТпЫз, Ьопйоп, 1949, р. 16—29.

    [24] См. А. О. Наг^геауез, Ап 1п1гос1ис1юп 1о 1Ье Ргтс1р1ез оГ Ьапс! Ьопс1оп, 1944, р. 156.

    О   ликвидации феодального землевладения во Франции см. Л. И. Дембо, Аграрное законодательство французской революции 1789—1793 гг. («Советское государство и право» 1940 г. Я® 2. стр. 114).

    [26]     К. Маркс, Ф. Энгельс, Избранные произведения, т. 1, Госполитиздат, 1955, стр. 295.

    [27] Все ссылки на статьи Гражданского кодекса Франции даны по изданию ОаПог, Сос1е ст1, Рапз, 1960.

    [28] См. Р1егге 1 г 1 п, Ьа ргорпё1ё гига1е еп с1гоЙ Ггап$а1й соп1етрогат, МПапо, 1954, р. 12.

    [29] См. О е 5 Ь о 1 5, Ьа Ы 6V 15 ир 1949 $иг сшпи1 (1ез ер!оИа- Ноп? л^псокз, 1949.

    [30] Под слиянием (гёипюп) закон понимает сращивание двух хо­зяйств в одно экономическое целое; под объединением (сиши1) по­нимается объединение в лице одного хозяина двух или нескольких хозяйств, каждое из которых сохраняет свою экономическую само­стоятельность.

    [31] См. Ьо1 с1и 12 ]‘ш11е1 1909 зиг 1а сопзШиНоп сГип Ыеп с1е Га- пи'Пе 1пза151ззаЫе, Сос1е ст1, Рапз, 1960, р. 875—878.

    [32]     См. 01апда$опе ВоИа, II ргоЫета &*ипсПсо с1е!1а 1егга, МПапо, 1954, р. 7.

    [33] См. А. с!е Р е о, Ьа гёГогше а&тге еп НаНе, «Кеуие с!е (1го|{ соп^етрогат», ВгихеИез, 1959, № 2, р. 22.

    [34] См. Ь’аппа1а а^гапа, 1959, Нота, р. 39—40.

    [35] См. А. с1е Р е о, Ьа гёГогше адгапе еп ИаНе, р. 23—24. См. также АгсП^о А с Ь П 1 е, УуеПе соНигаН е 1е з1ги11иге ГатШап пе11а соЬшггагюпе а^пссЯа' т1егпа, «Кш51а сП ро1Шса а^гапа», ВсЛо^па, 1958, № 4.

    [36] См. А 1 {1 д И о Раг1а&гесо, АзреШ с!е1 ге^1те зшпсНсо Йе11а ргорпе!а сооре^тзНса сИ !опс1о гизисо, «АШ с1е11а рпта АззетЫеа», 1зШи1о сП сПпИо а&гапо т1ета21опа1е е сотрага1о, ю1ите зесопйо, 1962, р. 346.

    [37]     См. Випйез&езе^ЫаИ, ТеП I, 1953, 5. 591.

    [38]     См. Випйез^езе^гЫаи, ТеП I, 1952, 5. 203.

    [39] См. Випйез^езе^ЫаМ, ТеП I, 1953, 5. 952, 966.

    [40] См. ВипсЬз&езеиЫаЙ, ТеП I, 1956, 5. 669—670.

    [41] См. Випаезеезе^Ыаи, 1957, ТеП I, 5. 1215—1238 (ЫеиГаз- зипе).

    [42] См. ТНе Ье^а! 5Ыи1 оГ Ъе Тепап* Рагтег т Ше 5ои1Ьеаз1, Ушу. о! N. СагоПпа Ргезз, СЬаре! НП1, ЫогЧЬ СагоПпа. 1952.

    [43] См Р1сЬаг(1 К. РоъеТТ, ТЬр Т.а^у о! Реа1 РгореНу, уоТ. 2, Ыеи- Уогк, 1950, р. 172—174.

    [44]        Н 1 с Ь а г с! Н. Ро^еП, ТЬе Ьачу о! Неа1 Ргорег!у, Уогк,

    1950,    р. 373—395.

    [45] X Н. В е и з с Ь е г, Ьа^з НеЫт^ {о А^псиИиге 1п 1Ье ШНей 5Ыез, «АШ (1е1 рпто сопуе&по т1егпа2юпа1е сП сНпНо а^гапо», уо1. I, 1954, р. 60—62.

    [46] См. В. Пёрло, Негры в сельском хозяйстве Юга США, ИЛ, 1954, стр. 29 и 37.

    [47]       См. С 1 а п им 11 е Ш П 1 1 а т з, ТЬе КеГогт оГ Ьалу, Ьопёоп,

    1951,    р. 134.

    [48]     См. Нгейемск РоПоск, ТЬе Ьапс1 Ьа^5, 1,опс1оп, 1896, о 139.

    [49] См. Раи1 О и г И а с, Тепигез е! соп1га!з а^га1ге5, «АШ (1е$ рпгпо сопуе&по сН сНгШо а^гапо», уо1. И, МПапо, 1954, р. 794,

    [50]    См. Кепё 3 а V а 11 е г, 1Ы(1ет, р. 517.

    [51] См. 1Ы(1еш,.р. 517.

    [52] См. Раи1 О и г П а с, Тепигез е1 соп1га1з а§га1гез, «АШ чЗе! рппо сопуе^по т*егпа2юпа1е <1Т сНпНо а&гагю», МПапо, 1954, уо1. II, р. 803.

    [53] См. Маг1о Ьоп&о, РгоЯН сН сНгШо а&гапо МаНапо, Топпо, 1952, р. 130.

    [54] См. Р. Г р и е к о, Аграрный вопрос и борьба за землю в Ита­лии, ИЛ, 1955, стр, 15.

    [55] См. Р. Г р и е к о, Аграрный вопрос и борьба за землю в Ита­лии, ИЛ., 1955, стр. 14—16.

    [56] См. Ье^1з1а21опе а^гапа йаПапа, уо1. II, р. 2564,

    [57]  См. Маг10 Ьоп^о, РгоПП сП ШпИо а&гапо ЛаНапо, Тогто, 1952, р. 230.

    [58] К. Маркс, Капитал, т. III, Госполитиздат, 1955, стр. 816.

    [59] См. 1,е$т151агюпе адгапа ИаНапа, уо1. II, р. 2553.

    [60]     См. Ег1сЬ М о И I о г, Баз Ьап<1расМгесМ <1ег Випс1езгериЬНк Оеи1зсЫапс1, «АШ (1е11а рпта АззетЫеа», уо1. I, МПапо, 1962, р. 401—407.

    [61]       Данные взяты из статьи Шегпег ВеШске, «51аа1 ипс! КесМ», 1955, НеИ 5, 5. 822. См. также Нес1етапп, ОезатЫапс! <3е$ Л^гаггесМз ш ёег Випйе&гериЬНк, МПапо, 1954, 5. 37.

    «Випс1ездезе1гЫаи», ТеП I, 1952, 5. 343; изменения и дополне­ния — 1953, 8, 667, 673, 675.

    [62] См. Випс1е5ее$е12Ыа11, ТеП 1, 1951. 5. 494.