Юридические исследования - ОЧЕРКИ СОВРЕМЕННОГО АГРАРНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ СТРАН. Л. И. ДЕМБО (Часть 1) -

На главную >>>

Земельное право: ОЧЕРКИ СОВРЕМЕННОГО АГРАРНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ СТРАН. Л. И. ДЕМБО (Часть 1)


    Наибольшее обострение противоречий капитализма происходит в. аграрных отношениях. Неравномерность развития капиталистической экономики привела ряд бур­жуазных стран к аграрному кризису. В некоторых стра­нах скопились громадные массы не находящей сбыта сельскохозяйственной продукции, и правительства этих стран, особенно США, стараются любыми мерами сокра­тить посевы, уменьшить сборы урожая и т. д., в то вре­мя как во многих частях капиталистического мира голо­дают сотни миллионов людей. Идет дальнейший процесс концентрации земли в руках крупных землевладельцев и монополистических объединений за счет все усиливаю­щегося и ускоряющегося обезземеливания и разорения многомиллионной армии трудящихся крестьян, мелких и средних фермеров и все больше обостряется классовая борьба за землю между трудящимися крестьянами и крупными землевладельцами.


    Л. И. ДЕМБО

    ОЧЕРКИ

    СОВРЕМЕННОГО АГРАРНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ СТРАН

    США, Англия, Франция,

    Италия, ФРГ



    ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО ЮРИДИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

    Москва1962

    Ответственный редактор профессор Г. А. АКСЕНЕНОК




    От редактора...........................................

    Глава I — Источники современного аграрного законода­тельства капиталистических стран

    § 1. Англо-американская и западноевропейская континен­тальные системы аграрного законодательства . . . .

    § 2. Источники аграрного законодательства США . . . .

    § 3. Источники аграрного законодательства Англии . . .

    § 4. Источники аграрного законодательства Франции . . .

    § 5. Источники аграрного законодательства Италии . . . .

    § 6. Источники аграрного законодательства Федеративной Республики Германии ...............................................

    Глава II — Право собственности . на землю в капитали­стических странах

    § 1. Право собственности на землю в США......................................


    § 2. Право собственности на землю в Англии...................................


    § 3. Право собственности на землю во Франции..............................


    § 4. Право собственности на землю в Италии...................................


    § 5. Право собственности на землю в Федеральной Респуб­лике Германии        

    Глава III — Право землепользования в капиталистиче­ских странах и его виды

    § 1. Виды землепользования в США..................................................

    § 2. Виды землепользования в Англии...............................................

    § 3. Виды землепользования во Франции..........................................

    § 4. Виды землепользования в Италии..............................................

    § 5. Виды землепользования в Федеративной Республике Германии                  

    Глава IV — Правовое регулирование сельскохозяйствен­ной деятельности

    § 1. Сельскохозяйственная деятельность как предмет пра­вового регулирования             


    § 2. Сельскохозяйственное предприятие как правовой институт           177


    § 3. Формы и методы принудительной регламентации сель­скохозяйственного производства и обмена        193



    Глава V — Реакционная сущность буржуазной науки аграрного права и ее кризис

    § 1 Реакционная сущность буржуазной науки аграрного права                                                                                               214

    § 2. Кризис буржуазной науки аграрного права                                233



    ОТ РЕДАКТОРА

    XXII съезд партии и принятая им Программа КПСС с новой силой поставили вопрос о необходимости усиления работы по разоблачению эксплуататорской сущности современного буржуазного государства, его хозяйственной и правовой системы.

    Появление мировой социалистической системы, кото­рая успешно развивается, является определяющим фак­тором прогресса человеческого общества. «Ныне, — ука­зывается в резолюции XXII съезда партии по отчету ЦК КПСС, — не империализм, а социализм определяет глав­ное направление мирового развития» [1].

    На современной стадии развития империализма проис­ходит дальнейшее ослабление его экономических, поли­тических и идеологических позиций. Еще больше обо­стрились основные противоречия империализма, значи­тельно расширилась революционная борьба рабочего класса и трудящегося крестьянства, усилились массовые выступления трудящихся в защиту демократии, против фашизма, военно-террористических режимов, приобрело огромный размах национально-освободительное движе­ние народов колониальных и зависимых стран.

    Капиталистический строй все больше дискредитирует себя в глазах народов как строй жестокой и все усили­вающейся эксплуатации трудящихся, национального и колониального гнета, гонки вооружений и истребитель­ных войн.

    «Идеологи и политики империализма, — указывает Н. С. Хрущев, — тщатся доказать, будто капитализм еще располагает большими возможностями и резервами для своего развития. Правосоциалистические и иные защитники империализма, спекулируя на новых явлениях
    в капиталистической экономике, изображают дело так, будто бы капитализм меняет свою природу и чуть ли не эволюционирует в сторону социализма. Все это, разу­меется, вздор. В действительности эти новые явления как нельзя более ярко подтверждают ленинский анализ им­периализма. Они показывают, что не происходит ника­кой «трансформации» капитализма, а идет процесс все большего его ослабления, обострения противоречий, уси­ления загнивания и паразитизма»
    К

    Наибольшее обострение противоречий капитализма происходит в. аграрных отношениях. Неравномерность развития капиталистической экономики привела ряд бур­жуазных стран к аграрному кризису. В некоторых стра­нах скопились громадные массы не находящей сбыта сельскохозяйственной продукции, и правительства этих стран, особенно США, стараются любыми мерами сокра­тить посевы, уменьшить сборы урожая и т. д., в то вре­мя как во многих частях капиталистического мира голо­дают сотни миллионов людей. Идет дальнейший процесс концентрации земли в руках крупных землевладельцев и монополистических объединений за счет все усиливаю­щегося и ускоряющегося обезземеливания и разорения многомиллионной армии трудящихся крестьян, мелких и средних фермеров и все больше обостряется классовая борьба за землю между трудящимися крестьянами и крупными землевладельцами.

    Упорная классовая борьба широких трудящихся масс за землю, за коренное изменение господствующих аграр­ных отношений заставила правительства ряда буржуаз­ных государств поставить в порядок дня вопрос о зе­мельной реформе. И, действительно, после второй миро­вой войны в ряде капиталистических стран, в том числе и в некоторых бывших колониальных странах, проведе­ны аграрные реформы. Они не равноценны и не равно­значны ни по их характеру, ни по масштабам, ни по спо­собам проведения, так как различна острота аграрного кризиса в отдельных капиталистических странах, раз­личны условия, соотношение классовых сил и социаль­ная структура сельского хозяйства, а в соответствии с этим различна и аграрная политика господствующих классов в той или иной капиталистической стране. Но все эти реформы обусловлены общим кризисам капита­листической системы, обострением противоречий капи­тализма, в том числе противоречий частной собственно­сти на землю, классовой борьбой широких масс за зем­лю, необходимостью положить конец архаическим, обветшалым аграрным отношениям.

    Аграрные реформы в капиталистических странах яви­лись компромиссом, на который помещики и капиталисты вынуждены были пойти после ожесточенного сопроти­вления, чтобы удержать свое господствующее положение и сохранить в том или ином виде крупное землевладе­ние. Проведение аграрных реформ в большинстве слу­чаев сопровождалось обманом трудящихся масс, отсроч­ками, всемерным сокращением намеченных планов ре­формы, саботажем и постепенным сведением на нет ее положительных результатов.

    Аграрные реформы в развитых капиталистических странах отличаются от реформ, проведенных и проводи­мых в бывших колониальных и полуколониальных стра­нах, освободившихся от зависимости.

    Например, в Италии, Западной Германии и ряде других стран аграрная реформа после второй мировой войны явилась не только вынужденной уступкой со сто­роны господствующих классов, проигравших войну, но должна была одновременно способствовать трудоустрой­ству на земле ветеранов войны, беженцев и перемещен­ных лиц. Эти аграрные реформы, как правило, осуще­ствляются без участия крестьян непосредственно госу­дарством в союзе с монополистическими организациями крупных земельных собственников, у которых земли (преимущественно неосвоенные и требующие мелиора­ции) отчуждаются государством за плату, с таким расче­том, чтобы не затронуть интересы крупных земельных собственников, сохранить крупное землевладение и не допустить какого-либо существенного перераспределения земельной собственности в данной стране. Обычно про­ведение аграрной реформы связывается с задачами коло­низации необжитых районов и с мелиорацией земель (например, в Италии).

    В ряде стран, особенно входящих в НАТО и другие военные блоки империалистических государств, аграр­ные реформы содействовали милитаризации этих стран,
    изъятию огромных площадей земель для военных баз, строительству аэродромов и других сооружений, связан­ных с подготовкой к новой мировой войне, и т. д.

    В странах, освободившихся от колониальной зависи­мости и вступивших на путь самостоятельного развития, аграрные реформы проводятся как одно из важнейших мероприятий по ликвидации земельно-правового режи­ма, навязанного колонизаторами, и. сохраненных ими ос­татков и пережитков докапиталистических форм земель­ных отношений. Примером проведения таких аграрных реформ могут служить аграрные реформы в Индии, ОАР и в других странах.

    Обострение аграрных отношений в современных им­периалистических странах и проведение в них аграрных реформ сопровождаются бурным ростом аграрного зако­нодательства, носящего в основном реакционный харак­тер. Те. же отдельные прогрессивные аграрные законы, которые принимаются в современных капиталистических государствах под давлением революционной борьбы тру­дящихся крестьян, как правило, не соблюдаются, игнори­руются, что порождает обстановку произвола и беззако­ния. Это убедительно показали высказывания отдельных буржуазных юристов — участников международных кон­грессов и коллоквиумов по вопросам аграрного права, которые были проведены во Флоренции (1954 и 1960 гг.) и в Париже (1957 г.) *. Центральным вопросом на этих международных встречах юристов-аграрников был вопрос

    о взаимоотношениях крупных землевладельцев и трудя­щихся крестьян (арендаторов земли). Отмечая, что про­цесс концентрации земельной собственности в руках от­дельных землевладельцев все продолжается, многие бур­жуазные ученые разных стран указывали, что крупные частные собственники нередко сами не используют при­надлежащую им землю, а сдают ее в аренду по все воз­растающим арендным ценам. Рост арендных цен нередко приводит к отказу арендатора от пользования землей, и определенная часть земли остается пустующей. Затратив большие средства на аренду земли, небогатый аренда­тор лишается возможности обрабатывать ее с примене­нием новейших технических средств. Поэтому земля не приносит тех доходов, которые она могла бы давать.

    Большинство буржуазных юристов высказывали мне­ние о том, что нужны законы, ограничивающие размеры частной земельной собственности и устанавливающие предел для арендных цен.

    По мнению профессора Ч. Требески (Италия), для полного использования земли ее следует передать в ча­стную собственность самих крестьян — арендаторов зем­ли. Он отметил, и с этим согласились многие ученые Франции, Испании и некоторых других стран, бесплод­ность предпринимаемых в ряде буржуазных государств попыток ограничить размеры землевладений и арендной платы. Частные собственники не считаются с законами и безнаказанно их нарушают.

    Кризис буржуазного аграрного законодательства со­провождается кризисом науки буржуазного аграрного права, призванной затушевать классовую и реакцион­ную сущность всего аграрного законодательства в совре­менных капиталистических странах. Буржуазные юри- сты-аграрники одновременно извращают классовый смысл социалистических аграрных преобразований, пы­таются опорочить общественную собственность, коллек­тивизм, аграрное законодательство социалистических и демократических стран, лживо обвиняют коммунистов в попытках «искусственно обострить» классовые противо­речия в сельском хозяйстве капиталистических стран. По­этому перед советскими учеными как часть общей зада­чи борьбы против буржуазной идеологии стоит задача марксистско-ленинского анализа, разоблачения и крити­ки буржуазного аграрного права и его теории.

    Данная работа профессора Л. И. Дембо, к написа­нию которой он приступил по просьбе Института госу­дарства и права АН СССР еще в 1953 году, имеет своей целью обобщить аграрное законодательство важнейших капиталистических стран и дать его марксистско-ленин­ский анализ. В ней рассматривается законодательство Соединенных Штатов Америки, Англии, Франции, Ита­лии, Федеративной Республики Германии,

    Книга профессора Л. И. Дембо представляет собою оригинальное монографическое исследование. В ней про­фессор Л. И. Дембо на основе марксистско-ленинской методологии обобщил огромный нормативный материал и критически проанализировал основную буржуазную литературу по вопросам аграрного права. *

    В книге профессора Л. И. Дембо освещаются боль­шие и важные в теоретическом отношении проблемы: ис­точники современного аграрного законодательства капи­талистических стран, право собственности на землю в различных капиталистических странах, право пользова­ния землей и его виды, правовое регулирование сельско­хозяйственной деятельности в капиталистических стра­нах. Завершается монография специальной главой о ре­акционной сущности буржуазной науки аграрного права и ее кризисе.

    Профессор Л. И. Дембо при жизни не успел закон­чить и опубликовать данную работу. Приведенные в ней нормативные, законодательные акты ограничивались. 1955 годом.

    В связи с этим Институт государства и права АН СССР, готовя данную рукопись в печать, дополнил ее нормативными и законодательными актами, изданными в отдельных капиталистических странах после 1955 года, а также выверил имеющийся в работе нормативный ма­териал и привел его в соответствие с действующим аг­рарным законодательством. Указанная работа была осу­ществлена в основном научным сотрудником института кандидатом юридических наук В. А. Кикоть, который также внес в ряд разделов книги существенные дополне­ния, содержащие изложение и анализ ряда новейших законодательных актов и литературы по этой теме.

    Книга Л. И. Дембо рассчитана на научных работни­ков, юристов, экономистов, историков, изучающих про­блемы аграрного законодательства в капиталистических странах. Она также может быть использована пропаган­дистами и другими интересующимися этими проблемами читателями.


    ГЛАВА I ИСТОЧНИКИ СОВРЕМЕННОГО АГРАРНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ СТРАН

    § 1. Англо-американская и западноевропейская континентальная системы аграрного законодательства

    В большинстве капиталистических стран наблюдается выделение аграрных законов в отдельную отрасль зако­нодательства. В этом выражается углубление противо­речий капитализма в аграрных отношениях, в частности, обострение борьбы между земельными собственниками и арендаторами, стремление буржуазного законодателя придать больше устойчивости правам главным образом арендаторов-предпринимателей при сохранении интере­сов крупных землевладельцев.

    В большинстве капиталистических стран установлен особый правовой режим для земельной собственности, например, установлена недробимость мелких крестьян­ских хозяйств. Эти нормы включаются в гражданские кодексы; издаются и специальные акты о наследовании в крестьянских хозяйствах и т. д. В ряде стран, где пос­ле второй мировой войны проводились аграрные рефор­мы, важное место в аграрном законодательстве зани­мают единовременные акты, устанавливающие принципы и порядок проведения реформы, а также систему орга­нов, ведающих осуществлением реформы. По мере раз­вития принудительного регулирования сельскохозяй­ственной деятельности в ряде капиталистических стран издаются законы по этому вопросу, относящиеся преиму­щественно к административному праву.

    Какова же система аграрного законодательства ка­питалистических стран?

    Эта проблема очень сложна. Ее сложность опреде­ляется тем, что если вообще отрасль права и отрасль за­конодательства не совпадают, то в области норм, регу­лирующих в буржуазном обществе аграрные отношения, этот разрыв выступает еще более рельефно. Нормы, ре­гулирующие отношения в области сельского хозяйства, рассредоточены в различных отраслях буржуазного за­конодательства — в гражданском, административном, финансовом. Они имеются в гражданских кодексах, спе­циальном законодательстве, в самых разнообразных законодательных актах. Для того, чтобы понять действую­щую в той или иной стране систему права как соот­ветствующее определенным принципам деление права на отдельные отрасли, необходимо прежде всего проанали­зировать существующую в данной стране законода­тельную систему. Конечно, система права и законода­тельная система взаимосвязаны, прежде всего они имеют одни и те же классовые корни, но конкретные формы законодательной системы в различных однотипных по классовому содержанию государствах значительно более разнообразны, чем соответствующие системы права.

    Энгельс отмечал различие законодательных систем в отдельных западноевропейских странах еще на заре буржуазного развития, указывая на различие правовых форм при той же буржуазной сущности. Энгельс говорит

    о трех законодательных системах: 1) английская законо­дательная система, которую характеризует стремление «сохранять значительную часть форм старого феодаль­ного права, вкладывая в них буржуазное содержание, и даже прямо подсовывать буржуазный смысл под фео­дальное наименование», 2) старая западноевропейская континентальная законодательная система, где «на по­требу еще мелкобуржуазного и полуфеодального обще­ства» римское право было низведено до уровня общества или переработано в «особый свод законов, который соот­ветствовал бы указанному уровню развития общества» (прусское право) и 3) фрацузская законодательная си­стема, которая после буржуазной революции создала на основе все того же римского права «такой классиче­ский свод законов буржуазного общества, как француз­ский Сойе ст1е» К

    Различие сложившихся буржуазных законодатель­ных систем определяется в первую очередь различиями в развитии капитализма в той или иной стране. Особое значение это имеет в области сельского хозяйства, где большее или меньшее сохранение остатков и пережит­ков феодализма и различные пути превращения фео­дальной земельной собственности в буржуазную земель­ную собственность предопределили различия не только в системе права, но и в законодательной системе, в фор­мах систематизации законодательных норм, в большей или меньшей кодифицированности законодательства, в степени согласованности содержания разновременно из­данных законов.

    Именно в области аграрных отношений сохраняется до сих пор наибольшее различие между англо-американ­ской и континентальной западноевропейской системами законодательства.

    Общие черты английского и американского законо­дательства определяются не только и не столько тем об­стоятельством, что в США вместе с английской колони­зацией, было введено английское «общее право», а глав­ным образом бурным ростом и развитием капитализма, в частности, в сельском хозяйстве обеих стран, что при­вело к наиболее полному развитию буржуазных аграр­ных отношений. Этим в первую очередь определяется и отличие англо-американской от западноевропейской континентальной законодательной системы. Это не исключает значительных различий между английским и американским законодательством.

    В Англии своеобразие развития капитализма в сель­ском хозяйстве связано с характерной’ особенностью английской революции, заключающейся в компромиссе между буржуазией и новым дворянством (джентри), ко­торое переродилось в капиталистических предпринимате­лей, но сохранило феодальные крупные владения, пере­веденные на капиталистические методы эксплуатации. Англия — классическая страна крупного землевладения и вместе с тем страна с наиболее полным развитием ка­питализма в сельском хозяйстве. С одной стороны, имен­но в Англии феодальная земельная собственность фор­мально считается особенно полно сохранившейся, а с другой стороны, в Англии были наиболее полно и бес­
    пощадно, при помощи «огороживания» сметены все исто­рически унаследованные отношения деревни и само кре­стьянское население, поскольку они противоречили или не соответствовали условиям капиталистического произ­водства в сельском хозяйстве[2].

    В соответствии с этим в Англии, как отмечает Энгельс, оказалось возможным «сохранять значительную часть форм старого феодального права, вкладывая в них буржуазное содержание, и даже прямо подсовывать буржуазный смысл под феодальное наименование...»[3]. Сохраняя внешнюю феодальную форму, по существу лишь феодальное наименование, английское законода­тельство выражает наиболее развитые буржуазные от­ношения в английском сельском хозяйстве, которое не знает крестьянского землевладения, пережитков фео­дализма в аграрных отношениях.

    Своеобразие развития капитализма, образования бур­жуазной частной земельной собственности и аграрных отношений в США определялось тем, что основой капи­талистического земледелия там послужило не феодальное и не рабовладельческое хозяйство крупных помещиков, а возникшее благодаря свободной колонизации огромного резерва незанятых земель «свободное хозяйство свобод­ного фермера на свободной земле, свободной от всех средневековых пут, от крепостничества и феодализма...»[4]

    «Американский тип аграрного капитализма...»[5] спо­собствовал наиболее свободному возможному в условиях частной буржуазной собственности на землю развитию капитализма в сельском хозяйстве. Это является общим и характерным для аграрных отношений как США, так и Англии и это обусловило известные общие черты аграрного законодательства обеих стран. Правда, не­обходимо отметить, что на бывшем рабовладельческом юге Соединенных Штатов сохранились экономические пережитки рабства, которые, как указывает Ленин, «ре­шительно ничем не отличаются от таковых же пережит­
    ков феодализма...»[6]. Однако эти пережитки не могли привести к сохранению феодальных земельноправовых институтов в Соединенных Штатах. Таких институтов здесь не было и в период господства рабовладельческой плантационной системы.

    Англо-американское аграрное законодательство но­сит значительно более цивилистический характер по сравнению с земельным законодательством западноевро­пейских континентальных стран, оно почти полностью укладывается в рамки гражданского права; поэтому все права землевладения рассматриваются в нем как права на недвижимость. В англо-американском аграрном зако­нодательстве лишь в новейшее время в отдельных зако­нах появляются административноправовые нормы, ре^ гулирующие аграрные отношения.

    В законодательных системах континентальных стран аграрное законодательство давно уже вышло за рамки гражданских кодексов, широко представлено в специаль­ных законах, содержит большое количество админи­стративноправовых норм и имеет тенденцию все больше и больше обособиться от общегражданского законо­дательства. Это дало повод современным буржуазным юристам говорить даже о том, что аграрное право, ко­торое традиционно рассматривалось как частное, во все большей степени переходит в публичное право[7].

    Как известно, англо-американское право имеет своим источникам в большей мере судебные прецеденты, чем законы (статутное право), особенно в Англии. В соответ­ствии с этим англо-американское право, как правило, не кодифицировано, что значительно усложняет изучение его источников. Исключение составляют лишь отдельные американские штаты, имеющие свои гражданские ко­дексы. Кроме того, в США издаются частные кодифика­ции отдельных отраслей гражданского права.

    Англо-американскому праву чужды римские право­вые конструкции. Поэтому его институты земельной соб­ственности, земельной аренды, земельного оборота, на­следования земельных прав и интересов очень свое­образны. Весьма своеобразна и сама английская юриди­ческая терминология, заимствованная и используемая
    американским аграрным законодательствам даже те­перь, когда английское «общее право» давно заменено американским статутньгм правом—федеральным или отдельных штатов.

    По меткому выражению Энгельса, «английское право продолжает выражать экономические отношения капи­талистического общества на варварски-феодальном на­речии, которое столько же соответствует выражаемому им предмету, сколько английская орфография англий­скому произношению...» К

    Так, в основе современной англо-американской клас­сификации владельческих прав на землю лежит унасле­дованное от феодальной эпохи понятие «ез1а(е», которое является отличительной чертой английского права и при­близительно может быть переведено на русский язык словом «землевладение». Слово «ез!а(е» происходит от латинского слова «з1а{из» (состояние). В феодальную эпоху каждый свободный (Ггеешеп) имел свою землю (ЬоЫтд) и его положение в феодальной иерархии опре­делялось количеством и видом принадлежащего ему свободного землевладения (!гееЬо1с1 езШе). Крестьяне, обрабатывавшие принадлежащую феодалам землю, яв­лялись несвободными держателями участков (попГгее- Ьо1с1 ез1а{ез) [8]. Так понятие «ез1а1е» стало краеугольным камнем английского аграрного права.

    В буржуазную эпоху понятие «ез1а(е» стало синони­мом владельческих прав на землю обеспеченных вещно- нравовой защитой, и легло в основу классификации владельческих прав. При этом ез!а(е является таким земельным интересом (Ыегез! т 1апс1), которое дает право владения или хотя бы право на получение аренд­ной платы от срочного держателя. Этому праву противо­поставляется простой «земельный интерес», не являю­щийся видом ез!а!е. Например, лицо, которое пользуется только правом прохода, не является носителем ез1а!е, так как оно не владеет землей и не может претендовать на арендную плату. Равным образом и всякие так на­зываемые «будущие земельные интересы» не являются ез1а(е и не связаны с вещно-правовой защитой.

    Основное: деление ез1а{ез— на свободные и несво­бодные. По существу первые — свободные — являются различными формами собственности (безусловная, пожиз­ненная, доверительная и т. д.), вторые — несвободные — являются различными формами аренды (из года в год, до востребования и т. д.). Общим классификационным признаком как свободных, так и несвободных ез1а1е5 является длительность владения. Англо-американские юристы говорят, что в понятии «ез1а1е5» права опреде­ляются сроком.

    Англо-американское аграрное законодательство знает также термины собственность (ргорег!у), недвижимость (геа1 ргорег1у), наем недвижимости (1еазе), аренда (1е- папсу). Однако не эта терминология является опреде­ляющей в аграрном законодательстве и разобраться в последнем невозможно без учета значения сохранив­шейся феодальной терминологии. Только уяснив клас­сификацию ез1а1ез, можно понять, что «простой феод в безусловном владении» (ез1а1е1пГеез1шр1еаЬзо1и1е1проз- зеззюп) — это безусловная земельная собственность как одна из форм буржуазной земельной собственности и т. п.

    Вместе с тем в соответствии с вышеизложенным не­обходимо отметить, что общность англо-американской законодательной системы заключается в общности пра­вовых конструкций и в общности основных правовых по­нятий в Англии и США. В пределах этой общности нужно все же говорить о двух различных правовых си­стемах, прежде всего в силу того, что источники права Англии и США различны, поскольку в США статутное право имеет значительно больший удельный вес, а также образовалось и свое прецедентное право.

    Отличие законодательной системы континентальных западноевропейских стран от англо-американской си­стемы определяется иными путями развития капита­лизма, иными формами перехода от феодальных земель­ных отношений к капиталистическим на континенте Европы. Здесь установление буржуазной земельной собственности связано с постепенной ликвидацией феодальных земельноправовых институтов, с постепен­ным разделом общинных земель, упразднением средне­вековых сервитутов, выкупом повинностей, с сохране­нием мелких крестьян, крупного помещичьего землевла­дения юнкерского типа, с сохранением архаических

    форм аренды, издольщины и других полуфеодальных форм эксплуатации. «У немцев, например, экономиче­ские распорядки оказались определены традиционными отношениями общинных земель (Ре1с1шагкеп), располо­жением хозяйственных центров, известными местами скопления населения» [9]. То же самое относится и к дру­гим континентальным странам — Франции, Италии, Австрии и т. д.

    Аграрное законодательство западноевропейских кон­тинентальных стран покоится на гражданских кодексах, которые устанавливают в первую очередь два основных правовых института — земельную собственность и зе­мельную аренду. Однако удельный вес норм аграрного законодательства, включенных в гражданские кодексы, был незначителен и в процессе дальнейшего развития законодательства постоянно уменьшался в связи с по­явлением большого и все возрастающего количества спе­циальных нормативных актов, регулирующих аграрные отношения.

    Право собственности на землю, обычно рассматри­вавшееся в гражданских кодексах как разновидность общего права собственности, как право собственности на недвижимость, постоянно требовало дальнейшего уточнения в специальном законодательстве связанных с правом земельной собственности прав на недра, леса и воды, а также более детального регулирования отдель­ных форм земельной собственности (мелкая семейная собственность, заповедная собственность, земельные фи- деикомиссы и т. д.). Особенно обширное специальное законодательство касается арендных отношений и вообще взаимоотношений между земельными собствен­никами и землепользователями.

    В специальном аграрном законодательстве нашли свое отражение такие пережитки феодальных отноше­ний, как издольщина, эмфитевзис, колонат и т. п. Осо­бенно большое развитие получило буржуазное арендное законодательство в последнее время в связи с ростом противоречий между земельными собственниками и арендаторами. Вместе с тем развитие арендного законо­дательства не могло не отразиться на институте зе­мельной собственности, на изменении правомочий зе­мельных собственников, их прав распоряжения земель­ной собственностью, прав на возмещение ущерба и т. п.

    Обострение аграрного вопроса в эпоху империализма, рост противоречий капитализма в сельском хозяйстве обусловили увеличение объема буржуазного аграрного законодательства, его расширение за рамки поземель­ных отношений, включение в него законов и норм, регу­лирующих сельскохозяйственное производство, а также сбыт сельскохозяйственной продукции. Таким образом, в орбиту аграрного законодательства включаются не только поземельные отношения (хотя их значение еще более увеличивается), но и вообще вся совокупность от­ношений, связанных с сельскохозяйственным производ­ством. Большое значение приобретает законодательство, касающееся сельскохозяйственного кредита, законода­тельство, регулирующее труд сельскохозяйственных ра­бочих, издольщиков и т. д., а таяже законодательство, связанное с сельскохозяйственной кооперацией, органи­зацией сбыта сельскохозяйственных продуктов, контин­гентированием, введением принудительных цен и т. п. Это законодательство затрагивает как сферу граждан­ского, так и административного права. В ряде бур­жуазных стран аграрное законодательство регулирует мероприятия по мелиорации, колонизации необжитых земель, а также землеустроительные мероприятия и пере­распределение земель. В этой связи создается и спе­циальное законодательство об аграрных реформах как результат классовой борьбы широких трудящихся масс, безземельных и малоземельных крестьян, арендаторов, издольщиков и сельскохозяйственных рабочих, проте­стующих против несправедливости господствующих в капиталистических странах аграрных отношений.

    В ряде капиталистических стран по тем же причинам развивается, особенно в новейшее время, специальное законодательство о сельскохозяйственных предприятиях, о сельскохозяйственной предпринимательской деятель­ности, создаются новые правовые институты, выдви­гаются проблемы организационного и правового един­ства сельскохозяйственного предприятия, проблема

    предпринимателя как субъекта сельскохозяйственного предприятия, проблема крестьянского двора, проблема особого порядка наследования имущества сельскохо­зяйственного предприятия и т. п. В аграрном законода­тельстве переплетаются гражданское и административ­ное право.

    В этих условиях чрезвычайной сложности аграрных отношений как предмета регулирования со стороны раз­личных отраслей буржуазного права особое значение приобретает вопрос о системе аграрного законодатель­ства в отдельных капиталистических странах. При на­личии общей тенденции, характеризуемой множествен­ностью законодательных актов, при запутанности самого законодательства, разбросанности норм, регулирующих аграрные отнои&ния, в различных по своему характеру законодательных актах вопросы системы аграрного за­конодательства разрешаются в отдельных странах весьма различно. Так, различно решаются вопросы о соотношении гражданских кодексов и специальных аг­рарных законов, об объеме и характере отношений, ре­гулирование которых включено в гражданский кодекс, вопрос о выделении норм, регулирующих арендные от­ношения, в особые законодательные акты — статуты или уставы об аренде и т. д. По-разному ставятся в отдель­ных странах вопросы кодификации аграрного законода­тельства. Рассматривается ли в той или иной буржуаз­ной законодательной системе издольщина как вид аренды, как вид трудового найма или как «содруже­ство», в какой мере задача колонизации связывается с задачей мелиорации земель — эти и многие другие кон­кретные вопросы решаются различно в системах аграр­ного законодательства в разных странах, что опреде­ляется различием принципов, заложенных в тех или иных земельноправовых институтах. Эти различия оп­ределяются также тем, в какой мере то или иное аграр­ное мероприятие связано с необходимостью идеологиче­ской маскировки его политической сущности и т. д.

    Вместе с тем в каждой отдельной стране законода­тельная система должна представлять собою внутренне согласованное единство. «В современном государстве,— говорит Энгельс, — право не только должно соответ- ствЪвать общему экономическому положению, не только быть его выражением, но также быть его выражением
    внутренне согласованным, которое не било бы само себя по лицу в силу внутренних противоречий»

    Поэтому изучение аграрного законодательства бур­жуазных стран требует предварительного выяснения за­конодательной системы, ее структуры, места аграрного законодательства в законодательной системе каждого отдельного буржуазного государства и изучения его источников.

    § 2. Источники аграрного законодательства США

    Первоначальным источником права Соединенных Штатов Америки было «общее право» Англии, введен­ное в действие в результате английской колонизации. После провозглашения независимости, в конституциях отдельных штатов закреплялось применение англий­ского «общего права» как входящего в состав правовой системы данного штата. Однако в США развивалось и свое прецедентное право, вырабатываемое в практике американских судов. Большой удельный вес среди источников права США занимает статутное право, т. е. законы, как федеральные так и отдельных штатов. Вследствие этого не следует преувеличивать влияние старого английского права в США, тем более, что неко­торые положения «общего права» не были восприняты в США, а многие из них были вытеснены правотворче­ством буржуазии США, создавшей более удобную для Нее законодательную систему.

    Аграрное законодательство США почти полностью укладывается в рамки гражданского права. В области земельных отношений в США применяются общие нор­мы гражданского права с некоторыми специфическими особенностями. По конституции США гражданскоправо-. вое законодательство отнесено к компетенции отдельных штатов. Во всех штатах существуют свои гражданские законы, а в ряде штатов — и свои гражданские кодексы. Несмотря на наличие законодательства отдельных штатов, гражданское право США довольно единообразно. Этому способствуют созданные организациями американских юристов частные кодификации в федеральном масштабе, так называемые КезШетегйз, широко используемые в теоретической литературе и в судебной практике. Для аграрного права существенное значение имеет такая ко­дификация законов о собственности — ТЬе Атепсап Ьа^ 1п5Ши1юп5, Кез1а1;етеп1 о! Ргорег1у (1936—1944). 2-й раз­дел этой кодификации, озаглавленный «РгееЬоМ ЕзЫез», содержит V глав, регулирующих различные формы зе­мельной собственности (безусловная, пожизненная, запо­ведная и т. д.).

    Многие вопросы, касающиеся сельского хозяйства, правового режима земель, недр, лесов и вод, отнесены к компетенции федерального законодательства. Основ­ные положения земельноправового режима включены з официальное издание «Кодекс законов Соединенных штатов Америки» К

    В-. Федеральный кодекс включены законы, касаю­щиеся сельского хозяйства (титул 7-й), законы о праве собственности иностранцев на землю (титул 8-й, гла­ва V), о земельноправовом режиме государственных зе­мель (титул 43).

    В этот раздел включены положения, касающиеся уч­реждения и структуры Центрального земельного упра­вления, касающиеся межевания недр и надзора за зем­леустройством, вопросы земельной регистрации, вопросы изъятия земель для гидроэнергетики и, наконец, закон

    о гомстэдах.

    К аграрному законодательству США[10] должны быть отнесены принятые конгрессом акты, регулирующие тор­говлю отдельными видами сельскохозяйственной про­дукции (табак, хлопок и т. д.). В США развивается за­конодательство о сельскохозяйственном производстве, как, например, принятый в 1954 году закон о контроле над сельским хозяйством, имеющий своей задачей со­кращение посевных площадей для удержания уровня цен на сельскохозяйственные продукты, законы о сель­скохозяйственном кредите и т. п.

    Законодательство о земельной аренде издавалось от­дельными штатами, что при наличии в американском праве свободы договоров соответствовало интересам зе­мельных собственников. Но в последние 25 лет аренд­ные отношения частично подвергаются регулированию и со стороны федерального законодательства. Это яви­лось результатом ухудшения положения фермеров и кризисных явлений во всем американском сельском хо­зяйстве. Среди федеральных законодательных актов должен быть отмечен «акт об учреждении корпорации фермеров, о создании более устойчивой аренды ферм и домов при фермах, об устранении экономической не­устойчивости, являющейся результатом некоторых су­ществующих форм аренды ферм, и о других целях», ци­тируемый как закон Бэнкхид Джонса о сельскохозяй­ственной аренде (ВапкЬеас!—Лопез Рагш Тепап* Ас!) от

    22  июля 1937 г. с поправками, внесенными последую­щими законами. К аграрному законодательству отно­сятся федеральные законы о земледелии (АдпсиНига! Ас1) 1949 и 1954 годов с рядом последующих по­правок.

    Отношения по водопользованию, которые имеют в США большое значение, особенно в засушливых запад­ных штатах, регулируются как федеральным законода­тельством, так и законодательством отдельных штатов. К федеральному законодательству относится, помимо включенных в кодекс законов США положений об изъя­тии земель для целей гидроэнергетики, также принятый конгрессом закон от 28 августа 1937 г. (с поправками в законах от 14 октября 1940 г. и 10 июля 1949 г.), возло­живший на департамент земледелия ответственность за сохранение и использование воды в маловодных районах США. Порядок организации оросительных предприятий и порядок водопользования устанавливаются отдельны­ми штатами в их конституциях и статутах, которые оп­ределяют водные права земельных собственников, по­рядок получения концессий на устройство и эксплуата­цию ирригационных сооружений и т. п.

    В 50-х годах был издан ряд законов, поставивших под частичный контроль правительства размещение сельскохозяйственных культур (ОеГепзе Ргос1ис11оп Ас1 1950 года с поправками 1953 года и Рес1ега1 Ст1 Рго- рег1у ОеГепзе Ас! 1953 года).

    § 3. Источники аграрного законодательства Англии

    Среди капиталистически развитых стран Англия за­нимает, пожалуй, первое место по архаичности и запу­танности источников права, в особенности в части зе­мельных отношений. При наличии прецедентного пра­ва как одного из основных источников права судебная практика, а вслед за ней и теория ссылаются на законы, имеющие многовековую давность. Недаром исследова­тель земельного законодательства Англии Госкинс при­шел к неутешительному выводу, что «изучение законов о поземельной собственности в Англии может довести до отчаяния» К Действительно, земельные законы Англии крайне запутаны, пестрят нарочито феодальной терми­нологией, которая постоянно меняется и иногда полу­чает в новом статуте новое объяснение, действительное только для данного законодательного акта.

    При применении законов феодальной эпохи им не только придается буржуазный смысл, но они коренным образом перерабатываются и в сочетании с новым ста­тутным правом превращаются в свою противополож­ность, сохраняя архаические наименования правовых институтов, противоречащие их подлинному значению. Достаточно указать на то, что при анализе современ­ных форм земельной собственности в Англии англий­ские юристы за исходные законы принимают вестмин­стерские статуты Ое с1ошз сопсШюпаНЪиз 1285 года и (^ша Етр1огез 1290 года, которыми вносились ограни­чения в отчуждение феодов. Первый из этих законов относился к заповедным имениям (езШез т Гее Ы1) и обеспечивал права вышестоящего сеньора в случае выморочности феода, а второй также в интересах сеньо­ра обеспечивал переход вассальных обязательств на приобретателя феода. Абстрагируясь от подлинного смысла вышеуказанных средневековых законов, англий­ские юристы до сих пор пытаются использовать их для конструкции владельческих прав, сохраняя в своей юри­дической лексике в области земельных отношений такие архаические термины, как «лендлорд» и «держатель».

    Характерно, что в области завещания в английском праве нет значительных изменений с 1737 года *.

    Важнейшим источником современного английского аграрного законодательства является группа актов 1925 года, касающихся земельной собственности и дру­гих земельных отношений и вступивших в силу с 1 ян­варя 1926 г. Сюда относятся следующие акты: 1) закон о праве собственности (!Ье Ьа^ оГ Ргорег!у Ас!), 2) за­кон о «заселенных» землях, т. е. об участках, на кото­рые наряду с землевладельцем имеют определенные права и другие лица — его родственники, арендаторы и др. (!Ье ЗеШей Ьапс! Ас!), 3) закон о земельных нало­гах (1Ье Ьапс! СЬаг^ез Ас!), 4) закон об управлении зе­мельным имуществом (!Ье Ас1тт15!га!юп о! Ез!а!ез Ас!), 5) закон о земельной регистрации (!Ье Ьапс! Ке§1- з!га!юп Ас!), 6) закон о доверительной собственности (!Ье Тгиз!ее Ас!) [11]. Эти законы имели своей целью даль­нейшее приспособление архаических конструкций зе­мельной собственности к потребностям буржуазного оборота и отмену некоторых давно уже утративших реальное значение юридических форм. По закону о соб­ственности 1925 года понятие «1е^а1 ез!а!ез» ограничено лишь двумя формами землевладения, и это понятие те­перь применяется в Англии лишь для «безусловной» собственности и для «безусловной» долгосрочной арен­ды. Далее законодательством 1925 года было устано­влено, что единственным способом учреждения «семей­ного имущества» является только доверительная соб­ственность (!гиз!), и отменен статут о пользовании (5!а!и! о( Шез) 1535 года. В целях облегчения земель­ного оборота законодательством 1925 года установлен принцип, согласно которому каждый участок земли дол­жен иметь только одного землевладельца и что земель­ные права и интересы других лиц при сделках с недви­жимостью не имеют значейия. Законодательство 1925 года окончательно отменило сохранявшийся лишь в качестве формального пережитка копигольд (владение по копии), как стеснявший земельный оборот[12]. Хотя фактически копигольд уже давно потерял всякое значе­ние и предпосылки его окончательной отмены были соз­даны актом о собственности 1922 года, тем не менее до 1925 года сохранялись некоторые взаимоотношения между лэндлордами и немногочисленными к этому вре­мени копигольдерами, а именно — требование согласия лэндлорда на отчуждение имущества и право лэндлорда на выморочное имущество копигольдера. Характерно для английской правовой идеологии, что и после 1925 года в условиях формальной отмены копигольда сохранены «почетные услуги», связанные с держанием, там, где они существовали [13].

    Не менее важным источником английского аграрного законодательства является целая серия актов, издавае­мых в новейшее время во все большем количестве и объеме, касающихся сельского хозяйства и главным об­разом взаимоотношений между земельными собствен­никами и арендаторами.

    Причиной издания этих актов является кризис аренд­ных отношений, ведущий свое начало еще с 20-х годов, обострение продовольственного вопроса, особенно в годы второй мировой войны, растущее 'политическое влияние рабочего класса, выдвигаемые арендаторами требова­ния улучшения условий аренды, компенсации за внесен­ные улучшения и т. д.[14].

    Важнейшими в группе этих актов, касающихся сель­ского хозяйства и сельскохозяйственной аренды, яв­ляются следующие: 1) акт о сельскохозяйственной аренде (Ше А^псиИ:ига1 НоМтд Ас!) от 7 июля 1923 г.; 2) акт о лэндлордах и арендаторах (Ше ЬапсПогс! апс! Тепап! Ас1) 1927 года; 3) акт о сельском хозяйстве (Ше Аег1си11ига1 Ас!) от 6 августа 1947 г.; 4) акт о сельско­хозяйственной аренде от 30 июля 1948 г., включивший в себя и заменивший акт 1923 года; 5) акт о контроле


    рент 1949 года; 6) акт, касающийся продолжительной аренды 1951 года (Ше ЬеазеЬо1с1 Ргорег1у Ас1), и др.

    Все эти законы в основном имеют своим назначением урегулирование острых противоречий между земель­ными собственниками и арендаторами и стремятся, со­храняя общий принцип свободы договоров, воздейство­вать в какой-то мере на арендные отношения и поста­вить их под некоторый контроль административных органов.

    Закон о сельскохозяйственной аренде 1923 года представляет собою попытку объединения и унифика­ции арендного законодательства, однако в нем нет ни­каких постановлений, касающихся формы договоров, сроков и арендной платы, а лишь предусматривается право арендатора на возмещение затрат, связанных с произведенной мелиорацией, так как «общее право» ра­нее такой компенсации не предусматривало. Закон 1923 года перечисляет случаи, когда срочный арендатор может претендовать на получение компенсации за про­изведенные им улучшения, дает список этих улучшений и устанавливает условия и способы компенсации. Возмещение расходов, понесенных арендатором на улучшение или повышение ценности арендованного иму­щества, регулирует также закон о лендлордах и аренда­торах 1927 года. Закон о сельском хозяйстве от 6 ав­густа 1947 г. основан на группе законов, которые были изданы в 1925 году и касались земельной собственности. Издание этого закона, а также связанного с ним об­ширного закона о сельскохозяйственной аренде от 30 июля 1948 г. было вызвано условиями послевоенного времени — необходимостью в интересах увеличения про­изводства продовольствия стимулировать расширение обрабатываемой площади и подчинить в какой-то мере пользование землей контролю министерства сельского хозяйства. Закон 1948 года пытается стимулировать длительность и устойчивость аренды, предусматривает арбитраж о сроках и арендной плате, устанавливает правомочия министра сельского хозяйства предписывать некоторые условия поддержания, ремонта и страхования арендованного имущества, пытаясь таким образом уста­новить стандартные условия для арендных договоров, однако допуская любые условия аренды, лишь бы они не противоречили закону. Таким образом, эти законы
    1947 и 1948 гоДов вносят в гражданскоправовые отно­шения некоторые административноправовые элементы. Характерно, что эту робкую попытку регулирования арендных договоров некоторые буржуазные юристы ква­лифицировали, как «социализацию права собствен­ности»

    Показателем остроты аграрных отношений служит дальнейшее наслоение законов об аренде, учреждение 20 февраля 1948 г. арендной комиссии (ЬеазеЬо1с1 Сот- тШее), в задачу которой входит, в частности, предста­вление законодательных рекомендаций по регулирова­нию арендных отношений. В 1951 году был издан вре­менный закон об аренде (1Ье ЬеазеНоМ Ргорег1у Ас!), имевший своей целью стимулировать долгосрочные аренды. Актом 1953 года действие его было продлено до 24 декабря 1954 г. В 1954 году парламентом был при­нят новый закон «ТНе ЬапсНогс! апс! Тепап! АсЬ[15].

    Все это свидетельствует о глубоком кризисе аренд­ных отношений в Англии, о росте противоречий между земельными собственниками и арендаторами, посте­пенной ломке архаических форм английского аграрного законодательства, о его выходе за узкие рамки только поземельных отношений и о вторжении в сферу органи­зации сельскохозяйственного производства методов ад­министративноправового регулирования.

    § 4. Источники аграрного законодательства Франции

    Основу аграрного законодательства Франции обра­зуют Гражданский кодекс Наполеона 1804 года и Аг­рарный кодекс 1958 года.

    Составляя первоначальную основу французского аг­рарного законодательства, французский Гражданский кодекс касается лишь некоторых вопросов аграрного права. Во 2-й книге Кодекса содержатся специально от­носящиеся к земельной собственности глава о недвижи­мостях (ст.ст. 517—526), общие статьи титула 2 о соб­ственности (ст.ст. 544—546) и раздел о праве присоеди­нения в отношении недвижимых вещей (ст.ст. 552— 564), а также ряд статей главы об узуфрукте и титула о сервитутах К В отношении прав собственников на недра, леса и воды здесь содержатся лишь самые об­щие положения, и по существу эти отношения регули­руются специальными законами.

    К правам на недвижимость примыкают правила о разделе наследства при раздроблении имений, содер­жащиеся в 3-й книге Кодекса. Изменения порядка на­следования с целью предотвращения раздробления име­ний, проведенные законами от 17 июня 1938 г., 9 января 1940 г., 15 января 1943 г. и 28 октября 1955 г., вклю­чены в Кодекс (ст.ст. 815 и 832) [16]. Установленные Ко­дексом правила продажи (титул 6) и обмена имуществ (титул 7) относятся и к земле. В титуле 8 (договор найма) среди норм о различных видах этого договора находятся ст.ст. 1764—1775, 1777 и 1778, составляю­щие раздел, посвященный «особым правилам найма сельскохозяйственных земель». Кодекс рассматривал сельскохозяйственную аренду как один из многих видов найма вещей. В эти статьи был внесен ряд изменений законами от 15 июля 1942 г., 28 мая 1943 г., а также многочисленными актами послевоенного времени[17]. Кроме этого, во французском Гражданском кодексе имеется глава о найме скота (ст.ст. 1800—1831), мно­гие из статей которой относятся к сельскому хозяйству. Они действуют с рядом изменений, внесенных законами от 9 июня и 5 октября 1941 г.[18].

    Все остальные вопросы, относимые теперь к сфере аграрного права, регулировались большим количеством законов и других нормативных актов, издававшихся на­ряду с Гражданским кодексом и действовавших на его основе начиная с некоторых законов, изданных в более ранний период французской буржуазно-демократиче- ской революции конца XVIII века. Однако до первой мировой войны все эти вопросы рассматривались зако­нодательством исключительно с точки зрения категорий гражданского права. Затем аграрное законодательство Франции начинает выделять земельную собственность в сфере сельского хозяйства в самостоятельную право­вую категорию, а потом связывает ее с организацией сельскохозяйственного производства. Под давлением требований военного времени был издан ряд законов о реквизиции, необрабатываемых или покинутых земель (законы от 6 октября 1916 г. и 4 мая 1918 г., а в годы второй мировой войны — петеновский закон от 19 фев­раля 1942 г. и ордонанс от 9 августа 1944 г.). С этого началось создание специального правового режима для земель сельскохозяйственного назначения. Этот режим приобретал все больше особенностей, отличавших его от общего правового режима собственности, установлен­ного Гражданским кодексом.

    С 1938 года законодательство начинает все более активно регулировать не только поземельные отноше­ния, но и всю сферу сельскохозяйственного производства. Одним из основных правовых институтов все более раз­вивающегося французского аграрного законодательства становится сельскохозяйственное предприятие (земле­дельческое хозяйство). Все большее расширение спе­циального аграрного законодательства постепенно ограничивало значение Гражданского кодекса, как не­посредственного источника французского законода­тельства [19].

    Аграрный кодекс был утвержден декретом от 16 ап­реля 1955 г. и законом от 3 апреля 1958 г.[20]. В его состав вошли почти все нормы ранее изданного гражданского и иного законодательства, связанного с непосредствен­ным регулированием аграрных отношений. Исключение составляют только некоторые нормы Гражданского кодекса 1804 года. Кодекс Наполеона сохранил значение общей основы французского аграрного законодатель­ства. Например, издание больших законодательных актов о сельскохозяйственной аренде, в основном включенных в Аграрный кодекс, рассматривается как развитие принципов Гражданского кодекса, и все аграр­
    ноправовые нормы этого характера включаются в офи­циальное издание ГК в качестве приложений к ст. 1778. С другой стороны, многие статьи Аграрного кодекса со­держат ссылки на статьи Гражданского кодекса 1804 года.

    После издания Аграрного кодекса отдельные его статьи были изменены позднейшими законами. Кроме того, некоторые аграрные законы не включены в текст Кодекса, но публикуются в качестве приложений к нему.

    Аграрный кодекс Франции делится ’ на 8 книг и 1337 статей.

    Правовой режим земель и вод устанавливают нормы 1-й книги Аграрного кодекса, состоящей из 7 титулов. 1-й титул включает нормы о земельном устройстве. Почти все статьи главы II — о коммунальных, департа­ментских и центральных органах, ведающих земельной реорганизацией и ликвидацией чересполосицы, все статьи главы II — о реорганизации сельскохозяйствен­ной земельной собственности, почти все статьи гла­вы III — о ликвидации чересполосицы в земледельче­ских хозяйствах исходят из петеновского закона от 9 марта 1941 г., подтвержденного и несколько изменен­ного ордонансом от 7 июля 1945 г. и другими актами. Глава IV — об обмене сельскими недвижимостями в на­стоящее время состоит из норм, введенных законом от 3 ноября 1884 г., ордонансамй от 7 января и 4 февраля 1959 г. и декретом от 20 декабря 1954 г. Глава V — о необрабатываемых и покинутых землях основана на петеновском законе от 19 февраля 1942 г. с измене­ниями и дополнениями, внесенными законом от 26 июля 1952 г. и ордонансом от 7 января 1959 г. Из тех же ак­тов, а также из декрета от 30 июня 1955 г. происхо­дят статьи заключительных глав титула, посвященных особенностям землеустройства в некоторых департа­ментах [21].

    Среди нормативных актов, не включенных в Аграр­ный кодекс, надо отметить декрет от 24 января 1956 г., принятый во исполнение названных выше законов от 9 марта 1941 г. и 20 декабря 1954 г. Он состоит из II глав: I глава говорит о протоколах земельной реорга­
    низации или землеустройства, а также о переходе вещ­ных прав (за исключением сервитутов) при обмене зе­мель и землеустройстве; II глава — об обменах сельско­хозяйственных недвижимостей, произведенных в соответ­ствии с законом от 3 ноября 1884 г.[22].

    23   октября 1958 г. был принят ордонанс, изменив­ший порядок экспроприации земель «в общественных интересах»[23].

    В 1960 году были изданы два закона (от 2 и 5 ав­густа) о землеустройстве сельскохозяйственных земель, некотором обмене и передаче сельскохозяйственной не­движимости, о пользовании водами для ирригации и ре­жиме их пропуска, о лесонасаждениях и о направлении в развитии сельского хозяйства[24].

    Нормы 2-го титула 1-й книги, посвященного просе­лочным дорогам и тропинкам, были установлены зако­ном от 20 августа 1881 г. и ордонансом от 7 января 1959 г.[25].

    3 титула 1-й книги — 3-й, 4-й и 5-й — посвящены вод­ному законодательству. Нормы 3-го титула (о несудо­ходных и непригодных для сплава реках) взяты глав­ным образом из закона о режиме вод от 8 апреля 1898 г., а также из декрета от 24 мая 1898 г. об отводе течения во всеобщих интересах и из декрета^от 30 октября 1935 г.

    об очистке рек[26].

    Нормы 4-го титула, посвященного водопользованию и ирригации, взяты из закона от 29 апреля 1845 г. с по­правками по закону от 22 июля 1952 г. (орошение и сер­витут проведения воды, который в момент установления в 1845 году был чисто земледельческим, но в 1952 году распространен и на другие цели), из закона от 11 июля 1847 г. (об орошении и связанном с ним «сервитуте опо­ры»), а также из закона о финансах от 23 июля 1857 г.,

    закона от 8 апреля 1898 г. и закона от 3 мая 1921 г. (налоговое обложение ирригации) К

    5-    й        титул 1-й книги — о водах, вредных для здоровья людей или животных, об уничтожении загрязненных пру­дов и о сервитутах спуска по течению таких вод — включает нормы декрета от 19 сентября 1792 г. и закона

    об      осушении почв от 10 июня 1854 г.[27].

    К водному законодательству относятся также не во­шедший в Аграрный кодекс декрет (кодекс) о внутрен­них судоходных путях и навигации от 13 октября 1956 г., установивший правовой режим внутренних судоходных рек Франции, а также ряд других нормативных актов по водному праву[28].

    6-    й        титул — о предпринимаемых в некоторых случаях государством, департаментами или коммунами работах по строительству сельскохозяйственных сооружений — содержит нормы законов от 7 июня 1951 г., 16 сентября 1807 г., 28 июля 1860 г., нескольких законов 1941 и 1942 годов с позднейшими поправками[29].

    Здесь же следует упомянуть и акты о сельской тех­нике и строительстве (&ёше гига1), не включенные в Ко­декс,— закон от 29 сентября 1948 г., разрешающий ин­женерам и другим работникам государственной службы мостов и дорог за особый гонорар принимать участие в строительстве, ведущемся местными самоуправле­ниями, кооперативами и т. д., а также частными лицами, конечно, «во всеобщих интересах», декрет от 10 апреля

    1952   г. о компетенции корпуса инженеров сельского строительства и т. д.[30].

    Наконец, 7-й титул 1-й книги — о слияниях и соеди­нениях земледельческих хозяйств — представляет собою ордонанс от 27 декабря 1958 г., включенный в текст Аграрного кодекса[31].

    Здесь надо указать на то, что правовой режим лесов регулируется отдельным Лесным кодексом Франции, ко­торый был издан декретом от 29 октября 1952 г. во

    исполнение закона от 8 мая 1951 г. Лесной кодекс со­стоит из 5 книг и 227 статей.

    1-     я книга устанавливает общие положения — право­вой режим лесов и органы, управляющие лесами. 2-я книга посвящена лесам, подчиненным режиму, установ­ленному Кодексом, т. е. являющимся собственностью го­сударства или департаментов, коммун и секций, учреж­дений общественного пользования и т.д. 3-я книга гово­рит о лесах, принадлежащих частным лицам, 4-я об охране лесов, 5-я — о лесонасаждениях, об укреплении дюн и т. д. *.

    В Лесной кодекс также были включены многие нор­мы замененных этим кодексом актов, начиная от декрета от 14 декабря 1810 г. до закона от 30 сентября 1946 г.[32].

    Во Франции действуют также декрет от 30 декабря 1954 г. о содействии созданию владельцами лесов или земель, предназначенных для лесонасаждений, различ­ных организаций для осуществления лесопосадок и управления лесами, декреты от 4 августа 1955 г. и от 11 марта 1957 г. о деятельности государственных властей по осуществлению декрета от 30 декабря 1954 г., декрет от 23 декабря 1958 г., изменивший некоторые положения

    о наказаниях за лесные нарушения[33].

    Но в состав французского аграрного законодатель­ства входят не только нормы, регулирующие поземель­ные отношения, которые играют основную роль в бур­жуазном аграрном праве, но и нормы, регулирующие производство и сбыт сельскохозяйственной продукции. С обострением аграрного кризиса и классовой борьбы эта область законодательства все более расширяется и усложняется. Этим вопросам посвящен ряд частей фран­цузского Аграрного кодекса. Его 2-я книга («Животные и растения») состоит из 10 титулов: 1) пастьба скота на лугах после укоса; 2) об охране домашних (прирученных) животных; 3) о борьбе против болезней животных; 4) о санитарном надзоре за животными и мясом; о снятии шкур с животных; 5) забота о животных; 6) об изъянах животных, которые (изъяны) влекут за собою недей­ствительность сделок по купле-продаже и обмену этих животных; 7) о выращивании домашних животных; 8) о ветеринарии; 9) о санкциях за нарушение этих норм; 10) об охране растений. 2-я книга включает нормы, уста­новленные рядом нормативных актов от закона от 16 сен­тября 1807 г. до закона от И апреля 1953 г.

    3-    я        книга включает нормы об охоте и о речной рыб­ной ловле, установленные различными актами от за­кона от 15 апреля 1829 г. и 3 мая 1844 г. до закона от

    7              марта 1956 г. Ряд не вошедших в Кодекс декретов также посвящен охоте и речной рыбной ловле16'.

    4-     я       книга посвящена профессиональным земледель­ческим учреждениям и организациям, которые наделены некоторыми публичноправовыми функциями. 1-й титул этой книги — о сельскохозяйственных камерах — имеет своим главным источником закон от 3 января 1924 г., по которому впервые были учреждены эти камеры, с рядом поправок, содержавшихся в различных актах, послед­ними из которых являются декреты от 24 декабря 1954 г. и 6 ноября 1958 г., в Кодекс не включен декрет от 22 марта 1957 г., устанавливающий подробно порядок издания и деятельности этих камер 3. 2-й титул — о нака­заниях за различные злоупотребления должностных лиц сельскохозяйственных кооперативов—основан на ордо­нансе от 4 февраля 1959 г., включенном в Аграрный ко­декс уже после его издания 4. 3-й и 4-й титулы (о некото­рых видах земледельческих кооперативов) основаны на законах от 12 июля 1923 г. и 26 июля 1952 г. и декрете от 20 мая 1955 г.5.

    В качестве приложений к Кодексу издаются также закон от 21 июня 1865 г. о «синдикальных» объедине­ниях землевладельцев для проведения различных мелио­рационных, ирригационных и т. п. работ, закон от

    5   августа 1911 г. об этих объединениях, декрет-закон от 21 декабря 1926 г. об упрощении условий создания и деятельности синдикальных объединений и др. Поря­док образования и деятельности, а также внутреннюю организацию земледельческих кооперативов и их объ-

    единений подробно регулирует декрет от 4 февраля

    1959 г. >.

    5-    я книга посвящена сельскохозяйственному кредиту и в своих 4-х титулах излагает правовые нормы об орга­низации, средствах и деятельности касс земледельче­ского взаимного кредита (декрет от 29 апреля 1940 г. с дополнениями и изменениями, внесенными законами от 16 августа 1943 г., 24 мая 1946 г., 26 сентября 1948 г.,

    8   августа 1950 г., 9 апреля 1953 г., 3 апреля 1955 г., 29 декабря 1956 г., а также декретами от 28 июня 1947 г. и другими о национальной и местных кассах земледельческого кредита, об инспекции и контроле за этими кассами и т. д.[34].

    Важна 6-я книга — о сельскохозяйственной аренде. Арендные отношения — очень острые и злободневные, и поэтому уже более 25 лет издаются во Франции много­численные законы, отражающие острейшие противоре­чия и борьбу между земельными собственниками и.арен­даторами. 1-й титул этой книги — устав аренды и ис­польщины — опирается главным образом на ордонанс от 17 октября 1945 г., измененный законом от 13 апреля 1946 г. Этот закон (устав об аренде) был принят по настоянию депутатов-коммунистов, несмотря „на сопро­тивление реакционных партий, защищавших интересы крупных землевладельцев. Он устанавливал некоторую устойчивость договоров об аренде в интересах аренда­торов. Устав об аренде допускал также превращение издольщины в аренду. После того, как французская реакция в 1947 году исключила из правительства мини- стров-коммунистов, законом от 31 декабря 1948 г. в устав

    6     аренде были внесены изменения, ухудшающие поло­жение арендаторов при установлении и исчислении аренд­ной платы. Затем устав об аренде подвергался дальней­шим изменениям законами от 22 марта 1953 г., 27 марта и 17 июля 1956 г., декретами от 22 февраля 1958 г. и

    7  января 1959 г. и т. д., однако до настоящего времени в этом титуле Аграрного кодекса сохраняется ряд норм, установленных еще законом от 18 июля 1889 г. В ряде статей этого титула содержится ссылка на некоторые статьи Гражданского кодекса [35].

    2-    й титул посвящен аренде скота. Статья 871 Аграр­ного кодекса устанавливает, что аренда скота регули­руется ст.ст. 1800—1831 Гражданского кодекса, текст ко­торых воспроизведен соответственно в ст.ст. 872—903 Аграрного кодекса. В 3-м титуле говорится об аренде на неопределенный срок, которую арендодатель может пре­кратить по своему усмотрению. Сюда вошли нормы, уста­новленные законами от 5—6 августа 1791 г., от 8 февра­ля 1897 г. и от 16 сентября 1947 г. 4-й титул — об аренде виноградников — состоит из статей декрета от 17 июня 1938 г. 5-й титул — об эмфитевзисе — состоит из статей за­кона от 25 июня 1902 г. 6-й титул посвящен аренде садов для нужд семьи арендатора, но не для торговли пло­дами [36].

    6-    я        книга Аграрного кодекса заканчивалась 7-м титу­лом— о паритетных трибуналах по делам сельскохозяй­ственной аренды. Члены их избираются поровну от арен­додателей и от арендаторов. Лица, избранные паритет­ными трибуналами отдельных местностей, составляют в каждом департаменте комиссию по делам сельскохозяй­ственной аренды. Эти комиссии имеют консультативные, а отчасти и административные функции [37]. Законодатель­ство о паритетных трибуналах было включено в состав Аграрного кодекса, но декретом об образовании и дея­тельности паритетных трибуналов и консультативных ко­миссий по сельскохозяйственной аренде от 22 декабря

    1958      г. весь 7-й титул 6-й книги был отменен и заменен другими нормами, не вошедшими в Аграрный кодекс[38]. Эти нормы ограничивают роль этих органов в пользу бюрократической администрации.

    7-     я       книга Аграрного кодекса излагает в 1-м титуле нормы о режиме труда (время труда, еженедельный от­дых и т. д.), происходящие из ордонанса от 7 июля 1945 г. и закона от 10 марта 1948 г. с поправками, вне­сенными ордонансом от 23декабря 1958 г.[39]. Во2-м титуле излагаются положения, регулирующие земледельческую социальную взаимопомощь. Здесь устанавливается поря­
    док выборов административных советов, управляющих кассами земледельческой взаимопомощи, социального страхования, помощью многосемейным и т. д. Этот титул также основан на ряде довоенных актов, некоторых пе- теновских законах, а также на послевоенном законода­тельстве *.

    В 3-м титуле идет речь о несчастных случаях и их опасности во время сельскохозяйственных работ, о воз­мещениях за нанесенный ущерб за счет сельскохозяй­ственного предприятия и т. д.[40].

    Общие нормы о деятельности организаций земледель­ческой взаимопомощи, об инспекции и контроле за ними, составляющие 4-й титул, были установлены рядом ста­рых актов, а также законами от 8 июня и 16 июля 1949 г.,

    6  февраля 1953 г. и др.[41].

    8-       я книга Аграрного кодекса регулирует вопросы сельскохозяйственного образования и научно-исследова­тельской работы[42]. 11 апреля 1959 г. был издан декрет

    о  распространении необходимых для земледельцев тех­нических, экономических и социальных знаний [43].

    К аграрному законодательству Франции относятся также некоторые акты, не связанные непосредственно с определенным разделом Аграрного кодекса. В приложе­ниях к Кодексу печатаются изданные в различное время акты о рынках и ярмарках, о контроле за качеством сельскохозяйственной продукции и т. д.

    В аграрном законодательстве Франции, все более полно охватывающем все виды аграрных отношений, од­ним из самых главных объектов правового регулирова­ния становится сельскохозяйственное предприятие.

    § 5. Источники аграрного законодательства Италии

    Аграрное законодательство Италии является весьма своеобразным, обширным и запутанным. В течение дол­гого времени неоднократно выдвигались* предложения и разрабатывались проекты кодификации итальянского аг*

    рарного права. Однако из всех попыток кодификации ничего не получилось; законодатель не пошел по этому пути, и идея издания Аграрного кодекса была остав­лена *.

    Незавершенность итальянской буржуазной революции привела к сочетанию в сельском хозяйстве Италии остат­ков и пережитков феодализма с господством монополи­стического капитала, крупных консорциумов и банков. В буржуазном аграрном праве Италии сохранились до­вольно многочисленные полуфеодальные институты.

    Острота аграрного вопроса и сложность классовых противоречий в сельском хозяйстве Италии определяет фрагментность, казуистичность и частую сменяемость итальянского аграрного законодательства.

    Конституция Италии 1947 года устанавливает, что «частная хозяйственная инициатива свободна» (ст. 41), а «частная собственность признается и гарантируется за­коном, который определяет способы ее приобретения, пользования ею и границы ее действия с целью обеспе­чить ее социальную функцию и сделать ее доступной для всех». Конституция допускает, что «в предусмотренных законом случаях частная собственность может быть от­чуждаема в общественных интересах при условии возна­граждения за убытки» (ст. 42).

    Непосредственно земле посвящена декларативная ст. 44: «В целях достижения рациональной эксплуатации земли и установления справедливых социальных отноше­ний закон налагает обязательства на частную земельную собственность, устанавливает предельные размеры этой собственности, смотря по областям и сельскохозяйствен­ным зонам, поощряет и внедряет мелиорацию почвы, преобразование крупных поместий и реконструкцию про­изводственных объединений, поддерживает мелкую и среднюю собственность» (ст. 44).

    Наконец, определенное значение для аграрного зако­нодательства имеет ст. 45, признающая социальную функ­цию кооперативов, «основанных на взаимопомощи и не преследующих целей частной спекуляции», и обещающая им «поддержку и поощрение» государства [44].

    Итальянское аграрное право почти совершенно не со­гласовано с этими конституционными декларациями. Ряд нормативных актов о «земельной реформе» свел на нет конституционные обещания.

    Вслед за принятием конституции 1947 года 24 фев­раля 1948 г. президентом республики был издан декрет № 114, направленный на поощрение добровольной про­дажи собственниками латифундий мелким крестьянам и батракам обрабатываемых последними земельных уча­стков. Это показывало, как правящие круги Италии по­нимают земельную реформу, обещанную конституцией в ст. 42.

    Первый закон о земельной реформе был издан в чрезвычайном порядке под давлением массового движе­ния крестьян, которые в 1948-—1949 гг. захватывали по­мещичьи земли, организовывали демонстрации и заба­стовки. Это был закон № 250 от 12 мая 1950 г. под на­званием «Мероприятия по колонизации плоскогорья Силы и пограничных ионических территорий» (так называе­мый «закон Сила»). Действие этого закона распростра­нялось на небольшую территорию в Калабрии.

    Не удовлетворив требования крестьян, «закон Сила» дал новый толчок их борьбе за землю, что вынудило правительство срочно внести в парламент проект еще одного закона об общей земельной реформе. Основная цель этого законопроекта состояла в том, чтобы раско­лоть крестьянские массы, усилить капиталистическое развитие сельского хозяйства в Италии. Коммунистиче­ская партия Италии сразу заявила о своем несогласии с этим ограниченным законопроектом, совершенно не удовлетворявшим крестьянских требованийНесмотря на всю ограниченность этого законопроекта, итальянская реакция всеми силами сопротивлялась его принятию. В результате законом стала лишь часть («выдержка») из правительственного законопроекта. Речь идет о зако­не № 841 от 21 октября 1950 г. — «Правила экспроприа­ции, мелиорации, трансформации и наделения крестьян участками земли»[45], действие которого было ограничено лишь 6 зонами. Компромиссный характер закона выра­жен в его названии, которое принято итальянской пра­вовой литературой, — «соглашение» (з!га1сю).

    Одним из источников итальянского аграрного законо­дательства являются так называемые «областные зако­ны» (1 1е^§1 ге&юпаН), т. е. нормативные акты с силой закона, в соответствии с конституцией издаваемые пред­ставительными органами областей, получивших автоно­мию. Примером может служить третий закон .о земель­ной реформе, принятый в Сицилии 27 декабря 1950 г. (№ 104), который принято называть «сицилийским за­коном». Он был дополнен законом от 25 июля 1960 г. № 29, относящимся к формированию мелкой крестьян­ской собственности [46].

    Статья 44 конституции долгое время не находила поч­ти никакого отражения в законодательстве. Буржуазные юристы считают, что государство может скоординиро­вать частную инициативу в земледелии и изменить зе­мельную структуру страны с целью направить эту ини­циативу к служению «общественным интересам» не путем экономической конкуренции между государственными и частными предприятиями, а только путем установления особых правоотношений между государством и земле­владельцами, хозяйствами сельскохозяйственных пред­приятий и т. д. Это могут_быть, пишет, например, про­фессор Джиованни Галлони, правоотношения, возникаю­щие в связи с земельной реформой, колонизацией, земле­устройством, водной и горной мелиорацией, устанавли­ваемые государством единообразно и в обязательном по­рядке, или правоотношения, устанавливаемые по частной инициативе, стимулируемой государством, оказывающим финансовую и иную поддержку мелкому и среднему зем­левладению для общего развития сельского хозяйства. Но в обоих случаях эти правоотношения должны соот­ветствовать принятым в законодательном порядке про­граммам и планам [47].

    Профессор Галлони назвал орудием осуществления требований ст. 44 конституции проект закона о пятилетнем плане развития сельского хозяйства, внесенный в пар­ламент в 1960 году. Этот проект стал законом 2 июня 1961 г. «Общественные интересы», которым буржуаз­ный законодатель стремится подчинить отношения меж­ду буржуазным правительством и землевладельцами, при ближайшем рассмотрении оказываются интересами круп­ного капитала, интересами рационализации и интенси­фикации капиталистического земледелия за счет еще большего ограбления трудящихся крестьян и сельскохо­зяйственных рабочих.

    Согласно ст. 1 вводного закона к итальянской кон­ституции 1947 года источниками итальянского права счи­таются законы, указы, корпоративные нормы и обычаи. С падением фашистского режима корпорации были лик­видированы и поэтому новые корпоративные нормы соз­даваться не могут. Однако изданные при фашизме кор­поративные нормы сохраняют в Италии свою силу, если они не отменены и поскольку не затрагивают вновь соз­данные институты. В отношении обычая как источника права ст. 8 вводного закона к конституции устанавливает, что «в вопросах, регулируемых законами и регламента­ми, обычаи применяются только, если они признаны за­конами и регламентами». В действительности же обычай как источник права в области аграрных отношений имеет в Италии важное значение, так как существующие пробелы законодательства восполняются договорами, особенно путем применения так называемых безымянных договоров. Эта практика, широко применяемая в Ита­лии, облегчает эксплуатацию мелких и средних крестьян, издольщиков, колонов и т. п. со стороны крупных зе­мельных собственников.

    Это нашло свое отражение и в теории, служащей для идеологического оправдания кабальных аграрных дого­воров. Итальянские юристы предприняли «ревизию» ис­точников аграрного законодательства, используя теорию «реалистической юриспруденции», которая под флагом борьбы с нормативизмом выдвигает примат «правил реальных над правилами должного» К Решающим, с точки зрения данной теории, является не правовая норма, а фактические отношения, и поэтому важнейшим
    источником права является «природа вещей и фактов», обладающая регулятивной силой
    К Заключение новых договоров на условиях, не предусмотренных законом, но постоянно повторяющихся в новых вариантах, рассма­триваются представителями указанной школы как част­ные случаи некоих общих эмпирических законов, выте­кающих из природы вещей. «Природа вещей» при этом фактически означает условия капиталистической эконо­мики, в частности соотношение сил между земельными собственниками и арендаторами. Выдвигается тезис, что исследователь не сможет конструировать с полной точ­ностью правовой институт, если не учтет природу фактов и вещей, т. е. конкретные условия почвы, земледелия, труда и жизни, которые типизируют условия догово­ров издольщины и аренды для отдельных районов 2.

    Своеобразие и множественность источников аграр­ного законодательства отражаются на всей его системе, в последовательности применения норм и в их взаимной связи. Так, например, издольщина в Италии регули­руется следующими нормами в иерархическом порядке: 1) императивные нормы Гражданского кодекса, 2) хар­тия испольщины 1933 года, изданная при фашистском режиме, 3) коллективный договор, 4) индивидуальный договор, 5) обычаи, 6) диспозитивные нормы Граждан­ского кодекса. Это характерно и для других институтов аграрного законодательства в Италии.

    Одним из основных источников аграрного законода­тельства является Гражданский кодекс 1942 года, кото­рый наряду с общими положениями, распространяющи­мися и на аграрные отношения (собственность, сделки, наследование и т. д.), содержит также многочисленные постановления, непосредственно касающиеся аграрных отношений (главным образом книги 3-я, 4-я и 5-я). Ста­рый Гражданский кодекс 1865 года ограничивался регу­лированием производственной деятельности только с точ­ки зрения способа эксплуатации имущества. В нем нахо­дили свое место только традиционные институты, извест­ные французскому Гражданскому кодексу (земельная собственность, аренда, пользование лесом) и другим ко­дексам, созданным на его основе.

    В остальном сельскохозяйственная деятельность, на­пример по реализации сельскохозяйственной продукции, ее производству, переработке и т. д., Гражданским ко­дексам 1865 года не регулировалась К

    В последние 35—40 лет итальянское аграрное законо­дательство очень разрослось, особенно его часть, регу­лирующая сельскохозяйственную деятельность. Закона­ми и декретами было установлено много положений, выходящих за рамки традиционных гражданскоправовых институтов, и Гражданский кодекс 1942 года вобрал в себя многие институты специального аграрного законо­дательства.

    Прежде всего Гражданский кодекс 1942 года установил понятие «сельскохозяйственного предприятия» (ст. 2135). Кодекс ввел также понятие «самой малой сельскохозяйственной производственной единицы», т. е. мелкого предприятия (ст. 846 и след.). Дав общее опре­деление предпринимателя, Гражданский кодекс устана­вливает понятие мелкого предпринимателя (ст. 2083). В разделе о сельскохозяйственной аренде Гражданский кодекс предусматривает в качестве особого вида аренды сдачу земли в аренду непосредственному производителю. В кодекс включены специфические аграрноправовые ин­ституты: 1) крестьянский двор (Гга1егпа (И гизНа), 2) ис­польщина (теггайпа), 3) издольный колонат (со1оша рагаапа), 4) животноводческое содружество (зоссМа). Гражданский кодекс 1865 года рассматривал испольщину как аренду, Гражданский кодекс 1942 года в соответ­ствии с законом от 3 апреля 1933 года № 437, принятым при фашистском режиме, включает испольщину в раздел «о труде» (книга V).

    Расширение рамок Гражданского кодекса и включе­ние в него новых аграрноправовых институтов не исклю­чают наличие обширного специального аграрного зако­нодательства. С одной стороны, все институты, имею­щиеся в Гражданском кодексе, дополняются, уточняются и видоизменяются этим законодательством, с другой сто­роны, в специальном законодательстве регулируются
    многие области аграрных отношений, не нашедшие свое­го отражения в Гражданском кодексе. Например, поло­жения, касающиеся земельной собственности, допол­няются рядом законов о земельной реформе, о сицилий­ских латифундиях и т. д. Понятие сельскохозяйственного предприятия и предпринимателя было дополнено зако­ном от 25 июня 1949 г., который ввел понятие «непосред­ственного земледельческого производителя» (соШуа!оге (ИгеМо). Водное законодательство, частично включенное в Гражданский кодекс (ст. 9°9 и след.), имеет своим источником специальный закон от 3 января 1926 г. №23 и регламент от 16 марта 1926 г. № 1126; мелиорация зе­мель, общие положения которой зафиксированы в ст.ст. 857—865 Гражданского кодекса, подробно регла­ментируется специальным законом от 13 февраля 1933 г. № 215 — «Новые правила об интегральной мелиорации»
    и т. д. Земельная аренда широко представлена в обшир­ном специальном законодательстве: декрет 10 мая 1939 г. № 1262, закон 11 июля 1952 г. № 765, не говоря уже о договоре издольщины, который, помимо Гражданского кодекса, регламентируется законом от 3 апреля 1933 г., хартией испольщины от 13 мая 1933 г., законами от

    3  июня 1944 г. № 146, 5 апреля 1945 г. № 157 и т. д. До­говор издольного колоната регламентируется, кроме Гра­жданского кодекса, специальными законами 3 июня 1944 г. № 146, 19 октября 1944 г. № 311, 5 апреля 1945 г. № 157, 1 апреля 1947 г. № 273, 10 июня 1951 г. № 935 и т. д. Это свидетельствует о большой остроте аграрных отношений, вследствие чего многие итальянские юристы рассматривают специальное законодательство об аренде, испольщине и колонате как реформу аграрных договдров.

    Результатом упорной борьбы сельскохозяйственных рабочих за улучшение условий их труда и жизни яви­лось издание законов от 14 июля 1959 г. № 741 и от

    1  октября 1960 г. № 1027, на,основании которых заклю­чаются национальные коллективные договрры между объ­единениями предпринимателей и профсоюзами батраков и сельскохозяйственных рабочих[48]. Такой же уступкой массам со стороны правящих кругов явилось издание за­кона от 30 декабря 1960 г. о строительстве жилищ для сельскохозяйственных рабочих[49] и некоторых других актов.

    В дополнение к нормам Гражданского кодекса (ст.ст. 2098, 2138, 2139) был издан ряд законов, регули­рующих применение наемного труда в сельском хозяй­стве (закон 16 сентября 1947 г. № 929 о применении -наемного труда, законы 15 августа 1949 г. № 533 и 28 ноября 1950 г. № 963 о продолжительности индиви­дуальных договоров найма постоянных рабочих и т. д.).

    В итальянское аграрное законодательство следует включить ряд законов, относящихся к области админи­стративного права и регулирующих деятельность сель­скохозяйственных административных органов и обще­ственных организаций публично-правового характера.

    Непосредственно вопросы сельскохозяйственного про­изводства регулируются текущим законодательством. В качестве примера можно привести закон от 28 июля 1961 г. о содействии разведению оливковых деревьев, на что был по этому закону отпущен 1 млрд. лир [50], .закон от 3 апреля 1961 г. о распространении отборных семян хлопка, законы от 28 июля 1961 г., посвященные произ­водству сыров и сливочного масла [51], сицилийский закон от 8 августа 1960 г. о виноделии[52], закон от 7 июля

    1959 г. о выращивании и передаче сахарной свеклы пред­приятиям сахарной промышленности, закон от 26 июля 1961 г. о закупочных ценах на свеклу урожая 1959 и

    1960 гг. для сахароваренной промышленности[53] и т. д.

    К аграрному законодательству относится множество

    актов о сельскохозяйственном кредите, начиная с закона от 23 января 1887 г. № 4236 и т. д.[54]. Регулированию кредитования сельскохозяйственного производства по­священы декрет-закон от 24 сентября 1957 г. № 812, за­коны от 25 июля 1952 г. № 949, от 24 июня 1958 г. №657, от 14 января 1959 г.[55] и др. Многие из этих законов пре­
    дусматривают некоторые преимущества для мелких и средних хозяйств, кредиты на покупку скота, машин и т. п. расходы. Сюда относится и ряд законов о сель­ских кассах, о сельскохозяйственных кредитных товарн* ществах взаимопомощи и т. д.

    Ряд актов предусматривает поддержку механизации сельского хозяйства

    § 6. Источники аграрного законодательства Федеративной Республики Германии

    Аграрное законодательство ФРГ[56] также характери­зуется наслоением законов, изданных различными ре­жимами. Это и законы Германской империи 1871 — 1918 гг., и законы Веймарской республики 1919—1933 гг., и гитлеровские законы 1933—1945 гг., и многочисленные законы Федеративной Республики и ее отдельных «зе­мель». В регулировании аграрных отношений и форми­ровании аграрного права ФРГ важную роль сыграли и некоторые акты оккупационных властей, особенно закон Контрольного Совета № 45 от 20 февраля 1947 г., кото­рым был отменен нацистский закон о единонаследии, а отчуждение земельных участков и их обременение ипо­текой было поставлено в зависимость от разрешения ме­стных германских властей. Оккупационными властями было издано для британской зоны и 24 апреля 1947 г. введено в действие распоряжение № 84. Это распоряже­ние заменило нацистский закон о единонаследии кре­стьянского двора новыми нормами аналогичного содер­жания, восстановило действие ряда законов Веймарской республики по этому вопросу, а также ввело нормы, на­правленные на обязательную и высокопродуктивную об­работку сельскохозяйственных угодий (ЬапйЪетг^зсЪаН- ип^зогйпип^).

    Наряду с нормативными актами оккупационных вла­стей вскоре, особенно после того, как западные державы раскололи Германию и в 1949 году была создана ФРГ, активизировалась и законодательная деятельность гер­манских властей, издавших многочисленные акты отдель­ных «земель» на основе и во исполнение закона Кон­трольного Совета № 45 и распоряжения № 84. Напри­мер, в «земле» Рейнланд — Пфальц 7 октября 1953 г. было издано очень подробно разработанное положение

    о крестьянских дворах (НбГеогйпипд) К

    Эти акты западногерманских органов остались в силе и после того, как рядом последовательно изданных за­конов ФРГ были отменены законы и распоряжения ок­купационных властей[57].

    В ФРГ усиливается тенденция к унификации аграр­ного законодательства и его централизации путем все большего развития федерального законодательства за счет законодательства земель.

    Конституция ФРГ 1949 года в ст. 14 устанавливает, что «собственность и право наследования гарантируются», а «содержание и пределы их устанавливаются закона­ми». «Собственность обязывает, — говорится далее в ст. 14,— и пользование ею должно одновременно слу­жить общему благу; принудительное отчуждение допу­скается только для общего блага». Оно может произво­диться «только согласно закону, регулирующему поря­док и размеры вознаграждения».

    Статья 15 конституции ФРГ устанавливает, что «зем­ля, естественные ресурсы и средства производства могут быть в целях обобществления переданы в общественную собственность или другим видам общественного хозяй­ства согласно закону, регулирующему порядок и раз­меры возмещения» в соответствии со ст. 14[58].

    Провокационная и реваншистская политика правя­щих кругов ФРГ, их многолетнее стремление к обостре­нию западноберлинского вопроса нашли свое выраже­ние в области аграрного законодательства. 25 марта 1954 г. было издано распоряжение о распространении действия аграрного и лесного права ФРГ на «землю Берлин» хотя Западный Берлин никогда не был и не является частью ФРГ.

    К аграрному праву относятся многие нормы старого Гражданского кодекса 1900 года о праве собственности, сервитутах, сделках и т. д. в сочетании со многими нор­мами позднейшего времени. Это относится и к старому Вотчинному уставу 18^9 года.

    Важное место в аграрном праве ФРГ занимают за­коны о земельной реформе и о внутренней колонизации. Первые распоряжения о земельной реформе были изда­ны еще западными оккупационными властями. В амери­канской зоне распоряжение о земельной реформе было издано 19 сентября 1946 г., в английской зоне — 4 сен­тября 1947 г., во французской — 18 октября 1947 г. Акты аккупационных властей возлагали на немецкие правитель­ства отдельных «земель» осуществление земельной ре­формы и издание своих нормативных актов с этой целью. Законы «земель» о реформе действуют и в настоящее время. С законами о земельной реформе связан и раз­дел о сельском хозяйстве федерального закона «О бе­женцах и изгнанниках» от 19 мая 1953 г.[59], после ряда изменений получивший название федерального закона «Об изгнанниках» [60] от 23 октября 1961 г.

    В регулировании мероприятий по внутренней коло­низации имеют серьезное значение имперские законы о колонизации (Ке1сЬ551ес11ип552е5е12) 1919 года и об усадьбах (Ке1сЬ5Ье1тз1а11еп2е5е12) от. 10 мая 1920 г. дополненные рядом федеральных законов и законов от­дельных земель, например, федеральным законом о раз­витии сельскохозяйственной колонизации от 15 мая

    1953г.[61].

    Ликвидации чересполосицы посвящен федеральный закон (Р1игЬеге1ш^ип55де5е12) от 14 июля 1953 г.[62].

    Земельный оборот до недавнего времени регулиро­вался гитлеровским законом от 26 января 1937 г., но в июле 1961 года был издан новый закон о земельном обо­роте (Огип(1з1йскуегкеЬгее5е1г) К

    Федеральное законодательство, непрерывно расши­ряясь, все более полно регулирует отношения сельскохо­зяйственного производства, сбыт продукции и т. д. Здесь нужно отметить закон о земельной аренде (ЬапёрасМ- 2езе1г) от 25 июня 1952 г.[63] с изменениями, внесенными законом от 21 июня 1953 г.[64], и закон о сельском хозяй­стве от 5 сентября 1955 г.[65]. Сельскохозяйственным фи­нансовым отношениям посвящены закон о кредитовании арендаторов от 5 августа 1951 г.[66] и закон о регулирова­нии сельскохозяйственной задолженности от 26 июля 1957 г.[67].

    Существенную часть аграрного законодательства ФРГ составляют законы о принудительном регулировании производства и сбыта сельскохозяйственных продуктов. Издаются подробные специальные законы о зерне, о мо­локе, о сахаре, о скоте и мясе и т. д., систематически пересматриваемые и изменяемые. Например, закон о зер­не (<3е{ге1с1е&езе{2), изданный 4 ноября 1950 г.[68], после ряда поправок был издан в измененном и дополненном виде 24 ноября 1951 г.[69], затем вновь многократно изме­нялся.

    Таким же образом издаются и законы о цене на зер­но и на другие сельскохозяйственные продукты.

    Западногерманские юристы и политики, стремясь идеологически оправдать вторжение государства моно­полий в сферу «свободного» хозяйствования, называют это «смешанным регулированием», «реальной полити­кой», но чаще всего — «хозяйственным руководством» (ШйзсЬаГЫепкипд).

    К аграрному законодательству ФРГ следует отнести также многочисленные нормативные акты об учрежде-

    нии, структуре и полномочиях органов, непосредственно осуществляющих эту политику — федерального мини­стерства земледелия и продовольствия, министерств зем­леделия отдельных земель, управления заготовок, упра­влений торговли, а также акты о различных само­управляющихся организациях публично-правового ха­рактера.



    [1] «Материалы XXII съезда КПСС», Госполитиздат, 1961, стр. 299. 1* ’      3

    [2] См. К. Маркс, Теории прибавочной стоимости (IV том «Ка­питала»), ч. II, М., Госполитиздат, 1957, стр. 230, 231.

    [3]Ф. Энгельс, Людвиг Фейербах и конец классической не­мецкой философии (К. Маркс, Ф. Энгельс, Избранные произ­ведения, т. И, М., Госполитиздат, 1955, стр. 376).

    [4] В. И. Ленин, Соч., 4-е издание, т. 15, стр. 118.

    [5] В. И. Ленин, Соч., 4:е издание, т. 15, стр. 137.

    [6] В. И. Ленин, Соч., 4-е издание, т. 22, стр. 12.

    [7]  См. например, Непё 3 а V а И е г, Ь’ёуо1и1юп с1ез з1гис1игез <1и с1гоЙ а&псо1е !гапда15, МПапо, 1954, р. 13,

    [8] См. К 1 с Ь а г с! К. Р о чу е 11, ТЬе Ьау о! Кеа1 Ргорег1у, уо1. 2, Ыеу Уогк, 1950, р. 5 и след.

    [9] См. Л. И. Дембо, Из истории аграрного законодательства буржуазных стран, «Ученые записки 1-го Ленинградского юридиче­ского института», вып. II, Л.—М., Юриздат, 1940, стр. 63.

    2                                                           Л. И. Дембо                                     > ^          17

    [10] См. Ьа>Уз Ке1аИп& 1о АдпсиИиге, сотрПе<1 Ьу ОЛтап О. ОйеП, ШНей 5Ыез Ооуегптеп* РгМте ОШсе, ЧУазЫп^оп, 1958.

    [11] См. А. Э. Н а г к г е а V е з, Ап 1п1го(1ис1юп 1о 1Ье Рппс1р1ез оГ Ьапс! Ьаш, Ьоп(1оп, 1944, р. 1.

    [12] До 1925 года порядок отчуждения копигольда регулировался копигольд-актом 1894 года, заменившим более ранний акт 1852 года. Фактические отчуждения копигольда осуществлялось с санкции управления (затем министерства) сельского хозяйства.

    [13] См. О. С. СЬезЫге, ТЬе Мойегп Ьа>у оГ Кеа1 Ргорег1у, Е1&ЫЬ ей., Ьопйоп, 1958, р. 83.

    [14] См. С 1 а п ум 11 е 1 П а т з, ТЬе КеГогт о! Ше Ьам, 1,оп- (1оп, 1951, р, 115—116,

    [15]  См. «ТЬе 1-ау ,1оигпа1» 14 мая 1954 г. № 4607, стр* 310.

    [16] См. Сос1е С1VI1, Рапз, 1960, р. 368—369, 375—376.

    [17] См. Сос1е сМ1, Рапз, 1960, р. 673—751.

    [18] См. Соёе см!, Рапз, 1960, р. 759—764.

    [19] См. Р1 е г г е V о 1 г 1 п, Ьа ргорпё1ё гига1е еп йгоИ !гап$а15 соп1етрогат, «АШ с1е1 рпто сопуе&по т1егпа2юпа1е сП сПпИо а^га- по», уо1. II, МПапо, 1954, р. 546.

    [20] См. РеШз сойез ОаНог, Соде гига1. Сос1е {огезИег, Рапз, *го1- 51ёте ей., 1960.

    [21] См. Соде гига1. Соде [огезИег, Рапз, 1960, Соде гига1, аг!. 1—5816 (р. 1—23, 316—321).

    [22] См. Соде гига1. Сос1е ТогеяИег, Рапз. 1960, р. 591—598.

    [23] См. там ж е, р. 527—536.

    [24] См. 1.015 60792 с!и 1 аой! 1960, «Лоигпа1 0№ае1 де 1а КёриЪ^ие Ргап$а1зе», Рапз, 1960, № 180, р. 7220—7221; 1о1з № 60—808 ди 5 аой! 1960 — там же, № 183, п. 7360—7365.

    [25] Соде гига1. Соде ГогезМег, Рапз, 1960, Соде гига1, аг1. 59—71, 92—96 (р. 24—26, 321).

    [26] См. там же, Соде гига1, аг1. 97—119, 121, 122 (р. 27—30, 321—322).

    [27]  См. там же, Со<1е гига1, аг1 134—138 (р. 33—34, 323).

    [28] См. там же, р. 510—525.

    [29]    См. там же, Со<1е гига1, аг1. 140—188 (р. 34—44, 323—324)

    6 См. там ж е, р. 552—557.

    [31] См. там же, Со<1е гига1, аг{. 1881—1889 (р. 44—46).

    [32] См. там же, Со<1е !огез11ег, аг1* 927 (р. 474).

    [33] См. там ж е, р. 536—551.

    [34]    См. там же, Сос1е гига1, аг1. 614—789 (р. 140—189,338—346),

    [35]    См. там же, Сос1е гига1, аг1. 790—871 (р. 183—201, 346—350).

    [36]    См. там же, Соде гига1, аг1. 871—950 (р. 201—213,350—351).

    [37] См. Кёпё 5 а у а П е г, Ь’ёуо1и1юп дез з(гис1игез ди дгоЙ а<*псо1е [гапда1з, «А1Н де1 рпто сопуе^по т!егпа2юпа1е д! дтИо а^гапо», уо1. 1, МПапо, 1954, р. 524525.

    [38]  См. Соде гига1. Соде ГогезИег, Рапз, 1960, р. 567—573.

    [39]    См. там же, Соде гига!, аг1. 983—1000 (р. 215—219, 351—352).

    [40] См. там же, Сос1е гига1, аг1. 1144—1234 (р. 260—288, 357—361).

    [41]    См. там же, Сос1е гига1, аг1. 1235—1250 (г. 289—292, 361).

    [42]    См. там же, Со<1егига1, аг1. 1264—1336 (р. 296—309, 362—364),

    $ См, там же, р. 598—602.

    [44] См. «Конституции буржуазных государств Европы», ИЛ, 1957, стр. 550—551.

    [45]    Текст его см. «Ье^^агюпе аргапа ЙаПапа», р. 366 е 5е&^*

    [46] См. Маго1 Р и 1 V 1 о, II сПгШо а&гапо е 1е зие ГопК, «АШ <1е1 {егго соп^геззо пзгюпа1е сП <1шНо а^гапо», МПапо, 1954, р. 329.

    [47] См. СПоуапгп СаПогп, Рппар1 <1е1Пп1егуеп1о (1е11о 31а1о зиНа з1ги11ига !оп<Иапа зесопдо Гаг1. 44 <1е11а СозШигюпе, «А1И <1е11а рпша АззешЫеа», 1зШи1о <11 <1т11о а^хгапо Ыегпагюпак е сошрага1о, уо1. II, МПапо, 1962, р. 149—174.

    [48] См. Вгипо К о 5 з 1, Ыиоуе ргозреШуе е гесепИ опегйатепИ пе11о &1исНо <1е1 сПгШо а&гапо, «АШ с!е1 рпто сопуе&по Ыегпагю- па1е сИ сНпМо а^гано», уо1, II, МПапо, 1954, р. 479—486.

    [49] См. ОаггеНа 1ЛПаа1е, 1961, № 13, р. 207.

    [50] См. ОаггеПа 1ЛПс1а1е, 1961, № 214, р. 3359.

    [51] См. СаггеНа Шкпа1е, 1961, № 214, р. 3375; № 215, р. 3391,

    ' 4 См. ОаггеНа 1ЛП<па1е, 1961, № 75, зирр1етеп1о.

    6   См. ОаггеНа 11Ш<па1е, 1961, № 190, р. 3030.

       См. Р 1 е 1 г о Оегтагп, СгесШо адгапо е зие дагагше т ИаНа, «АШ <1е11а рпта АззетЫеа», 1зШи1о сН сПпМо а&гапо т- 1егпагюпа1е е сотрага!о, уо1. III, МПапо, 1962, р. 41 —66.

    [55] См. А1еззапс1го с1е Ре о, Ьтее еуо1иНуе с1е11а 1е^з1агюпе зи1 сге(Шо а^гапо, «АШ с1е11а рпта АззетЫеа», уо1. III, р. 201—215.

    [56] Наиболее полная систематизация всего действующего аграр­ного законодательства ФРГ дана в трехтомном сборнике ОегйзсЬез Огипс1ЪисЬгесМ, гизаттегщезкШ уоп Ме1ке1, 1тЬо1 ипс1 К1е<1е1. ВегНп, 1957—1960, Вапс1е I—III.

    ? См. ВипДез^зМгЫаИ, ТеП 1, 1956, 5. 437, 446; 1958, 5. 540;

    1960, 5. 1015; 1961, 5. 913, 915.

    [58] См. «Конституции буржуазных государств Европы», ИЛ, 1957, стр. 82&—830*

    [59] См. Лиз!из им 1 Ье1т Нес1етапп, ОезатЫапс! <1ез А^гаггесМз т с1ег ВигкЗезгериЪПк, МПапо, 1954, 5 21, 30—31.

    [60]  Випс1е5Уег1пеЪепегще5е12 (ЫеиГаззип^), Вип^ез^езеЬЫаи.

    1961,  ТеП I, 5. 1882.

    гесМз т <1ег Вип^езгериЬПк, МПапо, 1954, 5. 20.

    [62] См. Випйез&езе^ЫаИ, 1953, ТеП I, 5. 224.

    6   См. Випйез^езекЫаи, 1953, ТеП I, 5. 591.

    [63]  См  ВипНез&езе^ЫаН, 1952, ТеП I, 5. 343.

    8               См  ВипдезвезеЪЫаИ, 1953, ТеП 1, 5 667, 673, 675.

    [65]  См. Випс1е5&е$е12Ыаи 1955, ТеП I, 5 565.

    6 См.  Випс1е5^08е12Ыаи, 1951. ТеП I, 5 494.

    [67]  См. Випйоз^езе^гЫаи, 1957, ТеП I, 5 861, 937.

    [68]  См. ВигкЗез&езе^гЫаи, 1950, ТеП I, 5. 721.

    [69]  См, Випйез&езе^гЫаи, 1951, ТеП 1/8. 900.