Юридические исследования - ЗНАЧЕНИЕ И СУЩНОСТЬ ДОГОВОРА В СОВЕТСКОМ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОМ ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ. Р. О. ХАЛФИНА. Часть 1. -

На главную >>>

Гражданское право: ЗНАЧЕНИЕ И СУЩНОСТЬ ДОГОВОРА В СОВЕТСКОМ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОМ ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ. Р. О. ХАЛФИНА. Часть 1.


    Договор — один из основных институтов советского граж-данского права. В правовую форму договора облекаются самые разнообразные по своему содержанию отношения граждан СССР, государственных, кооперативных и общественных организаций. Сфера применения этой правовой формы очень широка и охватывает все отрасли социалистической экономики.

    Однако, несмотря на столь широкую область применения договора и его значение, общие вопросы советского договорного права в юридической литературе разработаны недостаточно. Исследованию отдельных видов договоров и отдельных практи-ческих вопросов, связанных с договором, посвящен ряд работ советских юристов, но общие вопросы советского договорного права освещены очень мало.

    В настоящей работе предпринимается попытка рассмотреть некоторые вопросы теории договора, которые, по мнению автора, в первую очередь нуждаются в разрешении. Это, в частности, вопрос о сущности договора, его основных чертах, определяющих применение этой формы правового регулирования общественных отношений, и т. д.
















    АКАДЕМИЯ НАУК СССР


    ИНСТИТУТ ПРАВА


    Р. О. ХАЛФИНА


    ЗНАЧЕНИЕ И СУЩНОСТЬ ДОГОВОРА В СОВЕТСКОМ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОМ ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ


    ИЗДАТЕЛЬСТВО АКАДЕМИИ НАУК СССР


    Москва 1954



    Ответственный редактор

    В. Н. МОЖЕЙКО














    Предисловие.............................................................................................. *3

    Глава I. Значение договора в советском гражданском праве .... 5

    § 1. Значение договора в отношениях между социалистическими

    организациями........................................................................................ %

    § 2. Значение договора в отношениях между социалистическими

    организациями и гражданами........................................................ 35

    /" § 3. Значение договора в отношениях между гражданами . .                            44

    Глава Л. Понятие договора в советском гражданском праве ....               48

    § 1. Договор — соглашение сторон.......................................................       50

    1.    Выражение воли юридических лиц в договоре . .                 51

    2.    Выражение воли граждан в договоре...............................     67

    § 2. Государственное регулирование договорных отношений                     74

    § 3. Договор как средство регулирования поведения сторон .                   105

    § 4. Цель договора..................................................................................     115

    Глава III. Договор и акт государственного управления.................................. 124

    § 1. Соотношение акта государственного управления и договора 121 § 2. Акты государственного управления, непосредственно по­рождающие гражданско-правовое обязательство, исполнение

    которого связано с заключением договора........................................ 144

    § 3. Акты государственного управления, порождающие обяза­тельство определенных лиц заключить договор на услови­ях, установленных актом....................................................... 151

    § 4. Акты государственного управления, устанавливающие обязательство одной из сторон вступить в договор по требо­ванию другой.................................................................. 170

    Глава IV. Условия действительности договора................................................ 176

    § 1. Условия действительности договора, относящиеся к его со­держанию ..................................................................................................  177

    " § 2. Условия, относящиеся к действительности волеизъявления

    сторон................................................................................................. 201

    1.    Нормы, устанавливающие порядок заключения до­говора .....  202

    2.   Нормы, регулирующие вопрос об участниках, до­говора  215

    3.    Нормы, направленные на обеспечение соответствия волеизъявления подлинной воле сторон................................. 221

    § 3. Условия действительности договора, относящиеся к его

    форме....................................................................................... 230













    ПРЕДИСЛОВИЕ

    Договор — один из основных институтов советского граж­данского права. В правовую форму договора облекаются самые разнообразные по своему содержанию отношения граждан СССР, государственных, кооперативных и общественных организаций. Сфера применения этой правовой формы очень широка и охватывает все отрасли социалистической эконо­мики.

    Однако, несмотря на столь широкую область применения договора и его значение, общие вопросы советского договорного права в юридической литературе разработаны недостаточно. Исследованию отдельных видов договоров и отдельных практи­ческих вопросов, связанных с договором, посвящен ряд работ советских юристов, но общие вопросы советского договорного права освещены очень мало.

    В настоящей работе предпринимается попытка рассмотреть некоторые вопросы теории договора, которые, по мнению автора, в первую очередь нуждаются в разрешении. Это, в частности, вопрос о сущности договора, его основных чертах, определяю­щих применение этой формы правового регулирования общест­венных отношений, и т. д.

    Автор, рассматривая договор как единый институт совет­ского гражданского права, вместе с тем подробно останавливает­ся на особенностях договора в различных областях правового регулирования общественных отношений. Особое внимание уделяется в работе договорным отношениям социалистических организаций, в соответствии с удельным весом и значением этих отношений.


    Гла в а I

    ЗНАЧЕНИЕ ДОГОВОРА В СОВЕТСКОМ ГРАЖДАНСКОМ

    ПРАВЕ

    Договор широко применялся в СССР на разных этапах развития социалистического государства как одно из эффек­тивных правовых средств воздействия на экономику страны.

    В период нэпа гражданско-правовой договор использовался государством для борьбы со злоупотреблениями нэпом, для ограничения, вытеснения и ликвидации капиталистических элементов города и деревни, для укрепления экономики со­циалистических хозяйственных организаций.

    В 30-х годах была создана действенная и гибкая система договорных связей социалистических хозяйственных органи­заций, продолжающая, с весьма незначительными изменениями, действовать и поныне.

    С победой социализма договор регулирует самые разнообраз­ные отношения социалистических организаций между собой, социалистических организаций и граждан, отношения между гражданами.

    Договор применяется в основном в области правового ре­гулирования имущественных отношений.

    Весь имущественный оборот в СССР имеет своей основой социалистическую систему хозяйства и социалистическую соб­ственность. Все участники имущественного оборота в СССР объединены общей целью; все они стремятся к всемерному раз­витию социалистического производства, к повышению бла­госостояния и культурного уровня граждан, к построению ком­мунистического общества. Несмотря на значительные особен­ности имущественных отношений между социалистическими организациями, отношений социалистических организаций с гражданами и отношений между гражданами, все эти виды от­ношений объединяются общими признаками, предопределяю­щими единство договора как института советского социалисти­ческого гражданского права.

    Правовое регулирование общественных отношений и в пер­вую очередь экономических отношений является одним из спо­собов использования в интересах общества познанных им эко­номических законов. Задача этого регулирования заключается в том, чтобы способствовать проявлению действия одних эко­номических законов, ограничивать сферу действия других. В этом находит свое выражение активная, творческая роль со­циалистического государства и права.

    Гражданско-правовой договор — основная правовая форма, в которой осуществляются отношения распределения продук­ции и обмена товаров и услуг в СССР. Договор представляет собой правовую форму, посредством которой осуществляются движение продукции социалистического хозяйства, обслужива­ние граждан, распоряжение гражданами их личной собст­венностью.

    Какова же роль договора как правовой формы, регулирую­щей эти отношения? Как способствует он использованию эко­номических законов в интересах строительства коммунизма? Как обслуживает базис социалистического общества, как воз­действует на сознание советских граждан?

    Для ответа на эти вопросы мы считаем правильным прежде всего установить сферу применения договора, а затем проана­лизировать значение договора в каждой из групп общест­венных отношений, для регулирования которых он приме­няется.

    Можно указать следующие основные группы общественных отношений, регулируемых договором:

    1.. Имущественные отношения между социалистическими организациями — государственными, колхозно-кооперативными и общественными. Весь цикл движения продукции от одного производителя к другому и от производителя к потребителю опосредствуется правовой формой договора, участниками которого являются социалистические организации. Этой же формой опосредствуются и отношения по оказанию услуг со­циалистическими организациями друг другу и имущественные отношения, связанные с товарищеской взаимопомощью социали­стических организаций.

    По своему экономическому содержанию эти отношения весь­ма разнообразны, на чем мы остановимся ниже.

    Отношения, связанные с поставкой государственными орга­низациями товаров для экспорта, не облекаются в форму договора.

    2.   Отношения, возникающие при непосредственном удо­влетворении социалистическими организациями материальных и культурных потребностей граждан. Советская торговля, на огромное экономическое и политическое значение которой ука­
    зывали В. И. Ленин и И. В. Сталин, осуществляется в форме договора купли-продажи. Жилищные нужды трудящихся, главным образом в городах, удовлетворяются органами жилищ­ного хозяйства, предоставляющими принадлежащие государ­ству жилые помещения гражданам на основании договора жилищного найма, регулирующего отношения сторон. Пользо­вание граждан транспортом, коммунальными услугами, вся­кого рода бытовое и культурное обслуживание — все это осуществляется по договорам между организациями, оказываю­щими подобного рода услуги, и гражданами.

    Отношения, возникающие в связи с деятельностью социаль­но-культурных учреждений (издательств, театров, радио, кино и т. п.), также облекаются в форму договоров этих организаций как с гражданами, которых они обслуживают, так и с авторами распространяемых и исполняемых произведений.

    Социалистические организации, обслуживающие граждан, призваны делать это наилучшим образом, всемерно способство­вать поднятию материального и культурного уровня граждан, повышать их идейно-политический уровень, воспитывать вы­сокие идеи советского патриотизма, прививать вкусы, привычки, развивать потребности, соответствующие высокой морали социалистического общества. Договорная форма способствует осуществлению этих важнейших задач.

    3.     Договор — одна из форм распоряжения гражданами СССР их личной собственностью. Ст. 10 Конституции СССР устанавливает: «Право личной собственности граждан на их трудовые доходы и сбережения, на жилой дом и подсобное до­машнее хозяйство, на предметы домашнего хозяйства и обихода, на предметы личного потребления и удобства, равно как право наследования личной собственности граждан — охраняются законом». Осуществляя свое право личной собственности, граждане, как правило, вступают в договорные отношения с социалистическими организациями, призванными удовлет­ворять их потребности. Однако в ряде случаев в этой связи возникают отношения и между гражданами. Но договорные отношения между гражданами СССР по распоряжению их личной собственностью представляют собой гораздо более узкий круг отношений.

    4.    Ст. 9 Конституции СССР устанавливает, что наряду с социалистической системой хозяйства, являющейся господ­ствующей формой хозяйства в СССР, допускается законом мел­кое частное хозяйство единоличных крестьян и кустарей, осно­ванное на личном труде и исключающее эксплуатацию чужого труда. В связи с ведением этого мелкого частного хозяйства единоличные крестьяне и кустари вступают в разрешенные за­коном договоры, реализуя продукцию своего хозяйства или


    выполняя определенные работы. Удельный вес мелкого част» ного хозяйства единоличных крестьян и кустарей в экономике СССР совершенно ничтожен. Поэтому чрезвычайно узкой и огра­ниченной является и область применения договоров, опосред­ствующих отношения, возникающие в связи с ведением такого хозяйства.[1]

    § 1. ЗНАЧЕНИЕ ДОГОВОРА В ОТНОШЕНИЯХ МЕЖДУ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИМИ ОРГАНИЗАЦИЯМИ

    Экономическое содержание имущественных отношений ме­жду социалистическими организациями различно. Правовая форма договора регулирует здесь как товарные отношения, так и отношения распределения, не являющиеся товарными. Товар­ное производство в наших условиях обслуживает совместно с его «денежным хозяйством» дело развития ж укрепления со­циалистического производства.

    При социализме средства производства не являются това­рами1, а отношения государственных социалистических органи­заций по распределению средств производства не являются товарными отношениями, хотя внешне эти отношения офор­мляются в виде возмездной передачи средств производства по договору поставки или подряда.

    Таким образом, даже в отношениях между государственными социалистическими организациями правовая форма договора имеет различное экономическое содержание: в одних случа­ях — это распределение средств производства, в других — дви­жение товаров от производителя к потребителю. Объединяет эти отношения то, что движение и той и другой продукции со­вершается внутри единого фонда государственной социалисти­ческой собственности.

    Экономические связи между двумя основными секторами социалистического производства — государственным и колхоз­ным, которые являются товарными связями, опосредствуются формой договора. В форме договора осуществляются также то­варные отношения между отдельными колхозными, коопера­тивными и общественными организациями.

    Закономерно ли использование одной правовой формы для столь различных по своему экономическому содержанию отно­шений между социалистическими организациями?

    Ответить на этот вопрос можно только после детального ис­следования сущности договора как правовой формы, значения его для опосредствуемых им отношений. Предварительно же
    следует привести некоторые общие соображения, которые могут быть положены в основу разрешения поставленного вопроса.

    Во-первых, рассматриваемые нами столь различные пс своему характеру отношения облечены в одну не только пра­вовую, но и экономическую оболочку.

    В области экономического оборота внутри страны средства производства теряют свойства товаров, перестают быть това­рами, сохраняя лишь внешнюю оболочку товаров. Это сохра­нение формы «внешней оболочки» товаров для предметов, которые по существу товарами уже не являются, объясняется закономерностями развития Социалистической экономики, тем, что в наших условиях экономическое развитие происходит не в порядке переворотов, а в порядке постепенных измене­ний, когда старое меняет свою природу применительно к новому, сохраняя лишь свою форму, а новое проникает в старое, не лсмая его формы, а используя ее для своего развития.

    Сохранение единой формы, внешней оболочки, в которой выступают в социалистическом обороте товары и средства производства, не являющиеся товарами, несомненно может служить основанием и для использования единой правовой формы этого оборота. Поскольку и для средств производства на современном этапе строительства коммунизма сохраняются еще как форма, как «внешний облик» такие экономические категории, как стоимость, себестоимость, цена и т. п., постоль­ку и для распределения средств производства возможно со­хранение правовой формы, опосредствующей движение това­ров, хотя в этом случае содержание, которым наполнена эта форма, а следовательно, и значение ее для содержания со­вершенно иные.

    Во-вторых, необходимо иметь в виду, что правовая фор­ма, будучи обусловлена в конечном счете экономикой, не яв­ляется непосредственным выражением экономических отно­шений.

    Классики марксизма-ленинизма неоднократно указывали на то, что надстроечные явления складываются под влиянием ряда факторов, среди которых экономические условия являют­ся в последнем счете решающими, но не единственными. В из­вестном письме К. Шмидту от 27 октября 1890 г. Энгельс пи­сал: «Экономическое движение в общем и целом проложит себе путь, но оно должно испытывать на себе также и обратное дей­ствие политического движения, которое оно само создало и которое обладает относительной самостоятельностью»[2]. Такой же относительной самостоятельностью, по указанию Энгельса,
    обладает и правовая надстройка. «Основа наследственного права — экономическая, если брать одинаковую ступень раз­вития семьи. Несьфтря на это, будет очень трудно доказать, что, например, в Англии абсолютная свобода завещаний, а во Франции сильное? ее ограничение во всех деталях имели только экономические причины. Но и то и другое очень сильно действует на экономику тем, что оказывает влияние на рас­пределение имуществ»х.  *

    Поскольку правовые учреждения, под которыми следует понимать и отдельные правовые институты, соответствуют политическим, правовым, философским и иным взглядам обще­ства, экономические отношения определяют эти институты не непосредственно, а через сознание господствующего класса; в условиях социализма — через сознание трудящихся. В формировании этого сознания решающую роль играет эко­номический базис, создающий свою надстройку, но извест­ное значение имеет и взаимодействие отдельных частей над­стройки, влияние этих частей друг на друга. Все это определяет специфику правовой формы, не являющейся, таким образом, непосредственным выражением экономических отношений.

    Высказанные выше соображения могут служить основанием для общего вывода о возможности использования правовой формы договора для различных по своему экономическому содержанию отношений.

    *     * *

    Рассмотрение вопроса о значении договора между социали­стическими организациями мы начнем с отношений между го­сударственными социалистическими организациями.

    Договоры государственных социалистических организаций между собой регулируют наиболее широкий по своему хозяй­ственному значению круг отношений, опосредствуя движение материальных ценностей и оказание услуг в социалистической промышленности, на транспорте и в других отраслях социали­стического хозяйства.

    В докладе на II сессии ЦИК СССР о выполнении первой пятилетки В. М. Молотов, указывая на особенное значение, которое приобретает практика договорных отношений между социалистическими организациями, сказал: «Система дого-

    ворных ^отношений является лучшим средством сочета­ния хозяйственного плана ж принципов хозрасчета, и потому этому делу должно быть уделено особое внимание всеми хо­зяйственными организациями»х.

    В постановлении ЦИК и СНК СССР от 18 февраля 1931 г. устанавливается:

    «Для того, чтобы обеспечить осуществление народно-хозяй­ственных планов, необходимо добиться точного и своевремен­ного выполнения договоров о заказах и поставках для промыш­ленности, транспорта, сельского хозяйства и других отраслей народного хозяйства. Необходимо повести решительную борьбу . с нарушениями договорной дисциплины, означающими на практике бесхозяйственность, срыв темпов социалистического строительства, а иногда и прямое вредительство. Исходя из этого, Центральный исполнительный комитет и Совет народных комиссаров Союза ССР постановляют:

            1. Обязать хозяйственные органы оформлять свои заказы и поставки путем заключения письменных договоров...»[3]

            Договор, таким образом, рассматривается как правовая форма, наиболее подходящая для опосредствования отношений социалистических организаций, способствующая наилучшему выполнению планов и проведению принципов хозрасчета.

             Сочетание плана и хозяйственного расчета — ключ к по­ниманию значения договора в отношениях между социалисти­ческими организациями.

            Еще в первые годы Советской власти, когда молодое социалистическое государство, не оправившись от разруше­ний, причиненных империалистической войной и интервенцией, начало грандиозную работу по восстановлению народного хозяйства, в постановлении IX Всероссийского съезда Советов по вопросам новой экономической политики и промышленности было указано: «Все государственные предприятия, как оста­вленные на государственном снабжении, так и снятые с него, должны вестись на началах хозяйственного расчета...» В этом же постановлении указано, что отношения государственных предприятий между собой и с рынком должны оформляться в виде договоров[4].

    С завершением построения социализма в СССР, с переходом социалистического государства во вторую фазу его развития и с перестройкой системы управления народным хозяйством вопросы хозрасчета приобретают особое значение.

    Хозяйственный расчет связан с действием в социалистиче­ском обществе, хотя и в ограниченных-^пределах, закона стои­мости. И. В. Сталин указывает на то, что необходимость учета закона стоимости имеет положительное значение, так как «учит наших хозяйственников систематически улучшать методы производства, снижать себестоимость производства, осуществлять хозяйственный расчёт и добиваться рентабельно­сти предприятий. Это — хорошая практическая школа, ко­торая ускоряет рост наших хозяйственных кадров и превраще­ние их в настоящих руководителей социалистического произ­водства на нынешнем этапе развития»х.

    В директивах XIX съезда партии по пятому пятилетнему плану в числе мероприятий, необходимых для выполнения** задач пятого пятилетнего плана, указывается: «Неуклонно про­водить на всех больших и малых участках хозяйственного стро» ительства режим экономии, повышать рентабельность предприя­тий. Хозяйственники должны искать, находить и использо­вать скрытые резервы, таящиеся в недрах производства, максимально использовать имеющиеся производственные мош> ности, систематически улучшать методы производства, снижать себестоимость производства, осуществлять хозяйст­венный расчёт»[5].                      *

    Хозяйственный расчет как метод управления социалистиче­ским хозяйством основан на принципе материальной заинтере­сованности предприятия в результатах его деятельности и каж­дого работника в отдельности в результатах его труда[6]. Этот

    принцип, как указано в историческом постановлении Пленума ЦК КПСС от 7 сентября 1953 г. «О мерах дальнейшего разви­тия сельского хозяйства СССР», является одним из коренных принципов социалистического хозяйствования.

    В осуществлении этого принципа при проведении хозрас­чета, в системе хозрасчетных отношений большое значение

    ностыо каждого хозоргана, над мерой его труда и потребления...» пишет проф. С. И. Аскназий («Ученые записки Ленинградского юридического института», вып. У, Л., 1951, стр. 71). С. Н. Братусь в своей монографии «Субъекты гражданского права» пишет: «Сущность же хозяйственного расчета заключается в том, что он является формой применения принципа вознаграждения по труду к деятельности государственных предприятий...» 'стр. 111).                    .

    Прежде всего необходимо отметить, что здесь к юридическому лицу применяются такие понятия ж категории, которые могут быть применены только к гражданину, к отдельному человеку. На недопустимость такий персонификации, применения к юридическому лицу таких понятий и ка­тегорий, которые могут быть применены только к гражданину, к живому человеку, уже указывалось в советской литературе (см. А. Е. П а ш е р- с т н и к. Правовые вопросы вознаграждения за труд рабочих и служащих. Изд. АН СССР, М.—Л., 1949, стр. 324).

    Если мы обратимся к работам классиков марксизма-ленинизма по вопросу о принципе распределения в социалистическом обществе, то сможем убедиться в том, что в этих случаях классики марксизма-лениниз­ма всегда имели в виду удовлетворение потребностей гражданина—члена социалистического общества, распределение предметов потребления меж­ду гражданами (см. В. И. Л ен ин. Соч.,т. 25, стр. 436—446; И. С т а л и н. Вопросы ленинизма, изд. 11-е. Госполитиздат, 1952, стр. 533).

    Во всех случаях, когда классики марксизма-ленинизма говорят о распределении по труду как о принципе социализма, они имеют в виду распределение предметов потребления между людьми.

    Социалистический принцип распределения по труду играет большую роль в осуществлении хозрасчета и в самом построении системы хозрасчет­ных отношений организаций социалистического хозяйства. Но он играет здесь такую большую роль именно потому, что это есть принцип вознаграж­дения за труд людей, потому что он создает материальные стимулы для лучшей работы членов производственного коллектива. Но из этого вовсе не следует, что этот принцип как таковой может быть применен к органи­зациям в целом, к юридическим лицам. Трудятся живые люди, а не пред­приятия.

    Рассматриваемая нами точка зрения не соответствует и практике деятельности социалистических организаций. Так, с этой точки зрения никак нельзя объяснить порядок наделения социалистических органи­заций оборотными средствами. Ведь предприятие еще не начало «трудить­ся», чем же определяется наделение его средствами? Нельзя с этой точки зренияобосновать и возможность изъятия у предприятия оборотных средств. Если придерживаться этой точки зрения, то следовало бы признать, что предприятие, получающее «по своехму труду», может использовать полученные им средства так.-как оно найдет нужным. Между тем пред­приятие, распоряжаясь закрепленными за ним оборотными средствами, обязано использовать их в строгом соответствии с установленными пла­нами, нормативами и целевым назначением.

    Рассматриваемая точка зрения не находит своего обоснования в тео­рии и бесполезна для практики.

    имеет взаимный контроль рублем социалистических организа­ций в ходе их хозяйственных связей. Этот контроль предста­вляет собой один из важнейших элементов хозрасчета.

    При выполнении и перевыполнении планов хозяйственными организациями, при соблюдении плановых норм оборачивае­мости оборотных средств, при соблюдении норм общезавод­ских и цеховых расходов предприятие работает нормально., имеет возможность своевременно оплачивать счета поставщи­ков, возвращать ссуды, полученные в Государственном банке, получать своевременно средства на необходимые расходы, закупать сырье и материалы, выполнять свои обязательства перед бюджетом и т. д. При выполнении и перевыполнении пла­нов производятся отчисления в фонд директора, который используется для строительства и ремонта жилищного фонда предприятий сверх планов капитальных вложений, на улуч­шение культурно-бытового обслуживания рабочих, служа­щих и инженерно-технического персонала предприятия, для индивидуального премирования наиболее отличившихся в со­циалистическом труде работников, для приобретения путевок в дома отдыха и санатории и т. д.

    *    * *

    Роль и значение договора в отношениях социалистических организаций были различны на различных этапах развития социалистического хозяйства. В период иностранной военной интервенции и гражданской войны, когда подорванная империа­листической и гражданской войной экономика страны была под­чинена основной задаче — отстоять Советскую власть против интервентов всех мастей, метод централизованного, админи­стративного управления всеми ресурсами страны был един­ственно возможным и правильным. Отношения организаций социалистического хозяйства строились на началах централи­зованного распределения. В соответствии с этим они оформля­лись не договором, а административным актом. Такой строй отношений был обусловлен потребностями данного периода.

    С переходом Советского государства на мирную работу по восстановлению народного хозяйства во весь рост встала проблема организации торговли. В. И. Ленин писал о значении этой задачи: «...торговля является сейчас оселком нашей экономической жизни, единственно возможной смычкой передо­вого отряда пролетариата с крестьянством, единственно воз­можной сцепкой, чтобы начать общим фронтом экономический подъем»х.

    В новых условиях изменяются и методы управления хо­зяйством. Предприятия и тресты переходят на хозяйственный расчет. Перед ними ставится вопрос сначала о безубыточной, затем и о прибыльной работе. Эти изменения в отношениях организаций социалистического хозяйства были обусловлены новыми задачами восстановления народного хозяйства.

    С переходом государственных социалистических организа­ций на хозяйственный расчет и с широким развитием хозяй­ственных связей социалистических организаций начинает широко применяться и договор как форма, опосредствующая эти отношения. Выше, в сноске на стр. И—12 перечислен ряд, нормативных актов, изданных в 1921 г. и установивших си­стему хозяйственного расчета в социалистическом хозяйстве. В этих же актах указывалось на то, что основной формой иму­щественных связей между социалистическими организациями, а также отношений между этими организациями и частным сек­тором является договор. Таким образом, правовая форма дого­вора в этот период находит очень широкое применение[7].

    Однако, несмотря на то, что уже в этом периоде договоры между социалистическими организациями отличались рядом существенных, принципиальных особенностей, вредители на правовом фронте пытались утверждать, что договор представляет собой институт буржуазного права, который с победой со­циализма должен отпасть. Эти вредные «теорийки» в от­дельных случаях находили свое применение и в практике, что выразилось в попытке свернуть договорные отношения после ликвидации капиталистических элементов в советском хозяй­стве.

    После запрещения коммерческого кредитования, при осу­ществлении кредитной реформы отдельные хозяйственники поняли эти мероприятия как отказ от договорных отношений. По их мнению, план и договор — понятия взаимоисключаю­щие; раз есть план, договор уже не нужен. Эта вреднейшая

    практика противопоставления плана договору, признания дого­вора ненужным при наличии плана была признана недопусти­мой. В постановлении СНК СССР от 20 марта 1931 г. «Об измене­нии в системе кредитования, укреплении кредитной работы и обе­спечении хозяйственного расчета во всех хозяйственных орга­нах»[8], как на один из крупнейших недостатков в проведении кредитной реформы, указывается на «...непроведение в жизнь принципа договорных отношений между предприятиями и объединениями (поставщиками и покупателями), что привело к ослаблению контроля потребителя над поставщиками в во­просах качества и ассортимента продукции, сроков поставки, условий расчета и т. п.» В этом же постановлении СНКСССР дано категорическое указание: «Государственные, хозяйственные и кооперативные органы и предприятия в пределах плановых заданий устанавливают свои взаимоотношения по поставкам товаров, производству работ и оказанию услуг путем заключения договоров ж дачи заказов и несут за их выполнение законом установленную ответственность»[9].

    Это же положение было подтверждено в постановлении СТО от 23 июля 1931 г. «Об оборотных средствах государственных объединений, трестов и других хозяйственных организаций»[10] и в ряде других нормативных актов[11].

    Значение договорных отношений социалистических орга­низаций на этом этапе социалистического строительства от­мечено в обращении Совета Народных Комиссаров Союза ССР и Центрального Комитета ВКП(б) от 21 октября 1931 г. «О но­вых мероприятиях по внедрению хозяйственного расчета». В этом обращении указывается, что на основе постановлений ЦК ВКП(б) и СНК СССР проводится «...переход хозяйствен­ных органов на договорные отношения, задача которых заклю­чается в обеспечении выполнения установленных партией и государством хозяйственных планов»[12].

    Значение договора как средства, способствующего выпол­нению планов, неразрывная связь договора и плана и в даль­нейшем неоднократно подчеркивались законодательством®.

    Подпись: 17В годы Великой Отечественной войны договор также слу­жил средством в борьбе за выполнение планов, за осуществле­ние хозрасчета. Принцип соблюдения договорной дисциплины оставался одним из важнейших принципов социалистического гражданского права и в это трудное для Советского госу­дарства время.   "

    В советской практике и литературе неоднократно подчеркивалось, что наличие обстоятельств военного вре­мени само по себе не освобождало от выполнения договор­ных обязательств, не могло служить оправданием для наруше­ний договорной дисциплины, а, наоборот, возлагало на сто­роны в договоре обязанность принять все меры для выполнения их договорных обязательств.

    В судебной и арбитражной практике во время войны неод­нократно подчеркивалась необходимость строгого соблюдения договорной дисциплины[13].

    Но если в вопросе об исполнении договоров д соблюдении договорной дисциплины теория и практика были единодушны в признании необходимости усиления ответственности за выполнение договорных обязательств в условиях войны, то вопрос о заключении хозяйственных договоров, о сфере их применения решался несколько по-другому. В условиях воен­ного времени распределение отдельных видов продукции осу­ществлялось не в порядке заключения и исполнения дого­воров, а в порядке бездоговорных поставок[14]. Введение бездо­говорных поставок было связано с обстоятельствами военного
    времени и представляло собой особую меру, принятую на время войны

    Однако некоторыми хозяйственниками эти продиктованные условиями войны мероприятия, применение которых не должно было выходить за рамки, строго очерченные законом, начали рассматриваться как признак постепенного отказа от договор­ной формы отношений вообще, как «свертывание» ее[15].

    Эта вредная практика недооценки значения договорных связей продолжалась и некоторое время после войны. Но она была сурово осуждена.

    Снова было подчеркнуто огромное значение хозяйственных до­говоров, были установлены порядок и сроки заключения генераль­ных, локальных и прямых договоров, разработаны новые и подробные основные условия поставки многих видов продукции,

    Был отменен введенный незадолго до войны и во время войны порядок бездоговорной поставки автомашин, металло­продукции, угля и нефтепродуктов.

    Договор представляет собой, таким образом, основную пра­вовую форму хозяйственных связей социалистических организа­ций. Юридически опосредствуя эти связи, он должен способство­вать укреплению хозрасчета, развитию творческой инициативы в выполнении социалистическими организациями их планов.

    Рассматривая вопрос о значении договора в выполнении планов социалистических организаций, мы здесь имеем в виду договоры, заключаемые во исполнение плана, между опреде­ленными планом сторонами и на установленных планом усло­виях. Именно в отношении этого вида договоров вопрос о значении договора представляет особый интерес, так как здесь правоотношение между сторонами возникает до и помимо дого­вора, что вызвало в литературе и на практике неоднократные попытки умалить значение последнего.

    Поэтому мы считаем необходимым в первую очередь оста­новиться на этом виде договоров, рассмотреть основные положе­ния, характеризующие значение договора, как наилучшего способа сочетания плана и хозрасчета.

    1.     Договор является средством конкретизации планового задания. В основе договорного обязательства лежит план. До­говор не может противоречить плану или нарушать план. Но договорное обязательство вместе с тем и не является простым повторением планового акта. Наши планы реальны и конкретны., они учитывают особенности каждой данной отрасли хозяйства., предприятия, местности, времени года и т. д. Но план учиты­вает эти конкретные особенности каждого данного случая в их общих и основных чертах. План не может и не должен пред­усматривать все детали отношений предприятия с каждым его контрагентом. Договорное обязательство является способом реализации планового акта, претворения его в жизнь, поэтому оно детализирует и конкретизирует плановый акт. Значение договора заключается именно в том, что, реализуя предписание планового акта, он сообщает плановому заданию целый ряд новых условий, связанных со спецификой именно данных /отношений при данных конкретных обстоятельствах. На значе­ние этих условий, учитывающих конкретные местные обстоя­тельства и особенности, неоднократно указывалось в ряде нормативных актов. Так, постановление ЦИК и СНК СССР от 21 апреля 1931 г. «О проведении договорной кампании»[16] справед­ливо рассматривает заключение соглашений без указания точ­ного количества и качества продукции, сроков сдачи и т. д., как недопустимый обход решений правительства о заключе­нии договоров. В циркулярном письме бывшего Министерства строительства предприятий тяжелой индустрии за № ОП-1649- 37 от 30 марта 1949 г., посвященном вопросу о заключении и
    исполнении договоров, указывалось, как на один из серьез­нейших недостатков, на тот факт, что в некоторых случаях при заключении подрядных договоров особые условия к договорам не отражали местных особенностей данного строительства[17]. Чем конкретнее договор, чем больше учитывает он все особен­ности данных отношений, тем более богатым содержанием на­полняется предписание, воплощенное в плановом акте, и тем лучше оно реализуется. Общая обязанность, возложенная пла­новым актом на ту или иную социалистическую организацию, конкретизируется и дополняется рядом новых обязательств, которые эта организация принимает на себя своим свободным волеизъявлением для того, чтобы наиболее рациональным способом выполнить плановое задание.

    2.    Договор создает чрезвычайно гибкую и всестороннюю систему взаимного контроля социалистических организаций. Этот контроль осуществляется гражданско-правовыми метода­ми. Стороны ни в какой мере не подчинены и не подотчетны друг другу. Они только обязаны выполнять принятые ими на себя по договору обязательства в отношении контрагента. Контра­гент не выполняет никаких специальных контрольных функций: он только добивается надлежащего исполнения своего требо­вания, основанного на договоре.

    Невыполнение предприятием своих обязательств влечет применение гражданско-правовых, т. е. имущественных санк­ций. Вместе с тем заключение договоров и принятие на себя до­говорных обязательств теснейшим образом связано с планом. Обязательство, принимаемое предприятием по договору, яв- *ляется в то же время осуществлением его планового задания. Таким образом, вся система договорных связей имеет одной из своих задач всесторонний контроль над выполнением планов. Этот всесторонний контроль над соблюдением ассортимента, качества, сроков выпуска продукции, благодаря системе до­говорных связей, осуществляется наиболее строгим и компетент­ным контролером — потребителем.

    Взаимный контроль социалистических организаций, осуще­ствляемый ими в ходе заключения и исполнения договоров, теснейшим образом связан с контролем, осуществляемым пар­тийными и общественными организациями, и с контролем, осу­ществляемым вышестоящими организациями. Это является естественным следствием единства социалистической системы, следствием того, что все виды контроля и вся деятельность пар­тийных, общественных, административных и хозяйственных органов направлены на достижение одной и той же цели: на

    досрочное и наилучшее выполнение планов. Конкретные формы связи между различными видами контроля над выполнением планов, осуществляемого различными органами, весьма разно­образны. Они выработались в практике деятельности социали­стических организаций. Так, потребители, в случае невыполнения поставщиками своих обязательств, при срыве сроков поставки, несоблюдении установленного договором ассортимента, качества и т.д., — помимо применения установленных договором санк­ций,обращаются также к партийным органам, в печать, к выше­стоящей организаций, руководящей деятельностью поставщи­ка, указывая на допущенные последним нарушения. Такие сигналы представляют собой один из способов привлечь внима­ние общественности и вышестоящих органов к деятельности организации, нарушающей плановые задания, не выполняю­щей своих договорных обязательств. Вмешательство вышестоя­щих органов, привлечение внимания общественности к недо­статкам в работе той или иной организации способствуют ско­рейшему устранению этих недостатков.

    Применение договорных санкций в случае невыполнения или ненадлежащего выполнения контрагентом договора также слу­жит целям контроля рублем над выполнением планов, а не является самоцелью. Ни в каком случае оно не должно быть средством для обогащения одной социалистической организа­ции за счет другой. В тех чрезвычайно редких случаях, когда такие попытки бывали, органы арбитража немедленно их пре­секали.

    Вряд ли можно рассматривать договорные санкции в отно­шениях между социалистическими организациями только как способ возмещения стороне потерь, причиненных ей невыпол­нением или ненадлежащим выполнением договора контраген­том. Благодаря плановому характеру социалистического хозяйства, получение той или иной суммы денег в подавляющем большинстве случаев не может компенсировать невыполнение договорного обязательства контрагентом, затрудняющее, а иногда и ставящее под угрозу выполнение плана[18]. Во всех

    случаях интересам социалистической организации соответ­ствует реальное выполнение обязательства контрагентом, а не получение денежного возмещения, даже если оно по сумме ш соответствует причиненным неисполнением убыткам. Таким образом, основное значение договорных санкций заключается /в том, чтобы побудить должника своевременно и надлежащим у образом выполнить свое обязательство. Возможность приме­нения этих санкций создает у должника дополнительный сти­мул к своевременному и надлежащему исполнению договора. Применение санкций отражается на финансовом положении должника, уменьшая его прибыль, а иногда вызывая и финан­совые затруднения. Кроме того, уплата организацией пени, штрафов, неустойки привлекает внимание вышестоящих орга­нов, финансовых органов, анализирующих балансы и выполне­ние плана накоплений, сигнализирует о неблагополучии в ра­боте данного хозоргана. Применение договорных санкций вполне эффективно именно тогда, когда осуществляемый таким обра­зом контроль рублем сочетается с административным и обще­ственным контролем над деятельностью данной организации.

    3.    Договор оказывает влияние на планирование[19] и способ­ствует контролю над планированием.

    Благодаря системе договорных связей уточняются показа­тели планов по ассортименту, видам продукции. Договор помогает детализировать и конкретизировать планы, способ­ствует тому, чтобы лучше удовлетворялись интересы потреби­телей» Особенное значение это имеет в отношении планирования производства товаров народного потребления.

    А. И. Микоян в речи на XIX съезде партии указал на то, что увеличение массы товаров широкого потребления повысило требовательность населения к их качеству и ассортименту, что надо быстрее улучшать качество и ассортимент товаров, поста­вляемых промышленностью для продажи населению: «Нужды и интересы советского потребителя должны стать законом для промышленности»х.

    Вопросам увеличения производства и повышения качества товаров народного потребления было уделено особое внимание на пятой сессии Верховного Совета СССР. Г. М. Маленков в сво­ей речи на сессии указал на серьезнейшие задачи, стоящие перед торговыми и планирующими организациями в отношении учета спроса населения и его разнообразных потребностей, в отношении улучшения организации торговли. «Торговые орга­низации, — сказал товарищ Маленков,— несут большую ответ­ственность и за качество товаров широкого потребления. Тор­говля должна широко использовать имеющиеся у неё экономи­ческие рычаги для активного воздействия на производство в интересах увеличения выпуска товаров, пользующихся спро­сом населения и уменьшения производства таких товаров, ко­торые не пользуются спросом населения»[20].

    Постановления Совета Министров СССР и ЦК КПСС «О мерах дальнейшего развития советской торговли», «О рас­ширении производства промышленных товаров широкого по­требления и улучшении их качества» обязывают Министерство торговли организовать тщательное изучение и всесторонний учет спроса населения на товары и на этой основе обеспечить представление заказов промышленности. Система договорных связей является одним из эффективных средств воздействия торгующих организаций на промышленность, средством, способствующим уточнению планирования выпуска п ассорти­мента товаров народного потребления, детализации планов, учету потребностей граждан по отдельным местностям, обла­стям, районам.

    Вместе с тем система договорных связей социалистических организаций имеет большое значение в соблюдении режима экономии в масштабах всего социалистического хозяйства.

    Договор повышает ответственность каждой социалистиче­ской организации за представляемые ею заявки и требования* помогает избежать представления завышенных заявок и тре­бований.

    4.      Договор имеет большое значение для лучшей организации производства. Договорное обязательство побуждает админи­страцию, партийные и профсоюзные организации, весь кол­лектив предприятия принимать наиболее эффективные меры для лучшей организации производства и сбыта, для максимальной рационализации деятельности предприятия. Надлежащее вы­полнение основанных на плане договорных обязательств пред­полагает широчайшую инициативу масс, проявляемую на всех участках всеми работниками предприятия. Руководители предприятия, принимающие договорные обязательства от име­ни социалистической организации, обязаны возглавить эту инициативу, направить и использовать ее для улучшения всей работы организации.

    Г. М. Маленков в своем докладе на XIX съезде партии ука­зал на огромный вред неравномерного выпуска продукции, на то, что неравномерный выпуск продукции приводит к неполному использованию производственных мощностей, к применению сверхурочных работ, к увеличению брака и сры­ву работы смежных предприятий[21].

    Система договорных связей требует установления равно­мерности в выполнении планов, устранения штурмовщины. Сроки поставки продукции или выполнения работ устанавли­ваются на основании плана, но в то же время они согласовы­ваются сторонами, они должны удовлетворять контрагентов. В большинстве случаев основные потребители и заказчики требуют бесперебойной равномерной поставки продукции или выполнения работ. Установление соответствующих условий до­говора и санкций, призванных стимулировать соблюдение этих условий, несомненно, способствует равномерному выпуску и реализации продукции, устранению перебоев и штурмовщины* Основные условия поставки большинства видов продукции (кроме тех случаев, когда это невыгодно или невозможно в силу ее специфики или особенностей в отношениях контрагентов) предусматривают поставку продукции в пределах каждого квартала равными частями ежемесячно, с соблюдением плано­вого квартального ассортимента в каждом месяце.

    Во многих случаях Основные условия поставки предостав­ляют сторонам право устанавливать внутримесячные частные сроки и размеры поставок. Несоблюдение сроков поставок или нарушение планового ассортимента для данного частного срока исполнения влекут за собой применение санкций в отно­шении поставщика. Санкции устанавливаются по такому прин­ципу, что чем больше времени просрочил поставщик исполне­ние, тем чувствительней для него санкция[22]. Основные условия поставки устанавливают обязанность покупателя в тех слу­чаях, когда от него требуется совершение каких-либо дей­ствий для исполнения договора, в частности, когда покупатель должен получить или принять продукцию, совершить эти дей­ствия своевременно. За просрочку в приемке продукции поку­патель несет ответственность и к нему применяются санкция, построенные обычно по тому же принципу, что и санкции, приме­няемые к поставщику в случае просрочки в исполнении.

    В договоре- капитального строительства для того, чтобы подрядчик мог надлежащим образом выполнить план строи­тельных или ремонтных работ, необходимо, чтобы определен­ные действия были совершены заказчиком. В этом случае стороны осуществляют взаимный контроль над выполнением обязательств каждой из сторон: так, бывшее Министерство строительства предприятий тяжелой индустрии в приказе от 18 апреля 1948 г. указывало: «В случае нарушения заказчи­ками установленных сроков представления проектно-сметной документации, задержки в отводе площадок под застройку, несвоевременной поставки оборудования и его некомплект­ности, а также при наличии других задержек, вызвавших простои и неполное использование рабочих, инженерно-техни­ческого персонала, механизмов и транспорта, предъявлять иски через арбитраж о взыскании пени и неустойки в соответствии с условиями договоров и правилами о подрядных договорах по строительству»[23].

    Подрядчик добивается от заказчика принятия всех мер, необходимых для того, чтобы обеспечить надлежащие условия работы не только посредством применения санкций. Применение санкций — это лишь один (далеко не единственный и не решаю­щий) из методов воздействия на заказчика*

    Отношения заказчика и подрядчика основываются на прин­ципе социалистической взаимопомощих. Подрядные органи­зации принимают активное участие в работах заказчика по со­ставлению калькуляций и единичных расценок, представляя заказчику исходные данные, необходимые для составления этих документов, проверяют сметную документацию, предъ­являемую заказчиком, и т. д.[24]

    Контроль над деятельностью потребителя, связанной с выполнением основанного на плане договора, осуществляется в самых различных областях социалистического хозяйства. На основании Положения о взаимоотношениях электрических станций и энергетических систем с потребителями электриче­ской и тепловой энергии, энергосистемы и электростанции осуществляют контроль над рациональной эксплуатацией по­требителями отпускаемой им электроэнергии, над техническим состоянием имеющихся у них энергоустановок и т.д.[25] Ряд основных условий поставки важнейших видов продукции — металлов, нефтепродуктов, угля и сланцев, химической про­дукции, станков и кузнечно-прессового оборудования и т. д.— предусматривают обязанность потребителя использовать по­ставленную ему продукцию по прямому назначению[26].

    5.    Огромное значение имеет система договорных связей в борьбе за качество продукции. Борьба за качество продукции стоит в центре внимания партийных и советских организаций, советской общественности, печати, В этой борьбе используется и система договорных связей социалистических организаций. Вопросы о качестве поставляемой продукции или выполняемых работ и о контроле над качеством занимают большое место в Ос­новных условиях поставки и в договорах социалистических

    организаций. В практике заключения и исполнения договоров выработался большой арсенал гражданско-правовых средств, служащих для контроля над качеством^ Санкции, применяе­мые в случае поставки продукции несоответствующего качест­ва, условия о качественной приемке товаров, установление гарантийных сроков, изучение поставщиком на месте у поку­пателя в условиях эксплуатации работы поставленных машин п оборудования и другие мероприятия — все это имеет целью повысить контроль над качеством продукции.

    Однако возможности, заложенные в системе договорных связей, далеко не полностью еще используются в борьбе за повышение качества продукции. Постановление Совета Мини­стров СССР и ЦК КПСС «О мерах дальнейшего развития со­ветской торговли» указывает на то, что действующие Основ­ные условия поставки товаров не отвечают задаче усиления борьбы за качество. Постановление обязывает Министерство торговли СССР и Центросоюз разработать совместно с мини- стерствами-поставщиками и утвердить в установленном порядке новые Основные условия поставки товаров, предусмотрев в них повышение ответственности поставщиков и торгующих органи­заций за качество, ассортимент и сроки доставки товаров.

    ,^6^ Система договорных связей способствует укреплению финансовой дисциплины и ускорению оборачиваемости средств. В укреплении хозяйственного расчета социалисти­ческих организаций большое значение имеет контроль руб­лем, осуществляемый банками в ходе долгосрочного и кратко­срочного кредитованияг.

    Отношения краткосрочного и долгосрочного кредитования социалистических организаций в Государственном банке и в специальных банках опосредствуются правовой формой до­говора. Условия договора (размер кредита, сроки погашения, виды обеспечения и т. д.) устанавливаются, исходя из плана, конкретизируют план в применении к каждому отдельному слу^ чаю. Заключая договор и выдавая ссуду той или иной органи­зации, органы Государственного банка могут отказать в

    принятии в обеспечение выдаваемой ссуды излишних илж неходовых товаров или материалов, товаров, которые хранятся ненадлежащим образом, либо учет которых не соответствует предъявляемым требованиям, стимулируя таким образом ре­ализацию излишних или неходовых товаров, упорядочение хранения, учета товаров или материалов.

    Важнейшие функции контроля, способствующего укрепле­нию финансовой дисциплины социалистических организаций, осуществляют Государственный банк и специальные банки при производстве расчетов. Однако в этих случаях отношения Госу­дарственного банка и специальных банков с обслуживаемыми ими организациями находятся уже вне сферы гражданско-пра­вовых отношений[27].

    Контроль над соблюдением финансовой дисциплины осущест­вляется не только банковской системой, но и посредством все­стороннего взаимного контроля социалистических организаций. В Основных условиях поставки, в генеральных и прямых дого­ворах большое внимание уделяется вопросам расчетов. Зако­ном установлен размер пени, уплачиваемой хозорганами з& просрочку в оплате счета[28]. Основные условия поставки пред­усматривают и другие санкции, применяемые в случае непла­тежей; чаще всего переход на аккредитивную форму расчетов- на определенный период (на один или два месяца) после допу­щенной однократной или двукратной просрочки платежа. Ос­новные условия поставки и договоры устанавливают также ряд условий, направленных на улучшение техники расчетов, ускорение документооборота и т. д.

    Система договорных связей стимулирует ускорение обора­чиваемости оборотных средств. Договоры и обеспечивающие их соблюдение санкции имеют целью сокращение сроков доку­ментооборота, сокращение денежных средств, необходимых для взаимных расчетов, скорейшее продвижение материальных цен­ностей к потребителю, устранение излишних посредствующих звеньев и т. д.[29]


    В отношениях между государственными социалистическими организациями, с одной стороны, колхозными, кооператив­ными и общественными организациями — с другой, договор опосредствует товарно-денежные отношения, существующие в связи с наличием двух основных производственных секторов: государственного и колхозного.

    Договор является одной из основных правовых форм, в которых осуществляется товарооборот между двумя производ­ственными секторами. Однако договор в этих отношениях опосредствует не просто возмездный переход товаров от одного собственника к другому, не просто возмездное оказание произ­водственных услуг, но и сложные отношения, связанные с государственным руководством колхозами. Особое значение имеют договор МТС с колхозами и договор контрактациих.

    Этим договорам партия и правительство уделяли и уделяют большое внимание, подчеркивая первостепенную важность их -соблюдения.

    Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 25 июня 1933 г. «Об оплате колхозами натурой работ, произведенных машин­но-тракторными станциями по договорам с колхозами»[30] уста­навливает, что типовой договор МТС с колхозами и заключен­ные на его основе договоры «...имеют твердую силу закона, обязательного к точному и безусловному исполнению как кол­хозами, так и машинно-тракторными станциями и никакие уклонения от обязательств по договору МТС с колхозами ни со стороны колхозов, ни со стороны МТС не должны быть до­пущены ни под каким видом». Постановление ЦИК и СНК от 21 сентября 1935 г. «О признании контрактационных догово­ров имеющими силу закона и об ответственности за нарушение этих договоров»[31] устанавливает, что договоры контрактации хлопка, свеклы, льна, конопли, табака, махорки и клеще­вины, заключенные заготовительными организациями с колхо­зами, колхозниками и единоличными хозяйствами, имеют силу закона, обязательного к точному и безусловному исполнению сторонами.

    Вследствие того, что договоры имеют силу закона, наруше­ние договорного обязательства представляет собой нарушение советского закона. Это выражается в характере ответственности сторон. Невыполнение обязательств по этим договорам влечет за собой материальную ответственность сторон и уго­ловную ответственность лиц, виновных в неисполнении. Санк­ции за невыполнение этих обязательств носят штрафной харак­тер, значительно превышая в ряде случаев размер причинен­ных неисполнением убытков[32].       .

    В постановлении Пленума ЦК ВКП(б) «О мерах подъема сельского хозяйства в послевоенный период» было дано указа­ние: «Восстановить в полной мере значение договоров между МТС и обслуживаемыми колхозами, определяющих взаимные обязательства МТС и колхозов, и осудить практику пренебрежи­тельного отношения к выполнению договоров»[33].

    Н.  С. Хрущев в докладе на Пленуме Центрального Комитета КПСС 3 сентября 1953 г. сказал: «Необходимо еще раз подчерк­нуть, что договор МТС с колхозом имеет силу закона и вы­полнение его является обязательным как для МТС, так и для колхозов. Задача местных советских и партийных органов — обеспечить систематический контроль за выполнением МТС и колхозами обязательств, предусмотренных договорами»[34].

    Договор МТС с колхозом, конкретизирующий план, опре­деляющий взаимные обязательства сторон, что дает возмож­ность контролировать их исполнение, представляет собой пра­вовую форму, способствующую росту и развитию социалистиче­ского сельского хозяйства.

    Договор МТС с колхозом опосредствует отношения, связанные с государственным руководством колхозами и социалистической взаимопомощью государственной социалистической промышлен­ности и социалистического сельского хозяйства в каждом отдель­ном звене. Он, как и другие виды договоров в советском праве,, представляет собой совершенно новый тип договора, возмож­ный только в социалистическом обществе. Обе стороны в до­говоре добиваются достижения одной и той же цели. Обе стороны отвечают за то, чтобы были приняты все меры, обеспечивающие выполнение и перевыполнение плана урожайности. Поэтому договор содержит подробные и развернутые обязательства МТС
    по всем видам работ с указанием качественных показателей и сроков проведения, а также конкретные обязательства кол­хоза принять все меры для обеспечения необходимых условии для работы МТС (своевременная оплата работ МТС, обеспече­ние рабочей силой, бесперебойная доставка горючего и сма­зочного материала, организация и оборудование полевых ста­нов, обеспечение надежной охраны тракторов, комбайнов, моло­тилок, прицепного инвентаря и горючего и т. д.). Помимо этого, договор предусматривает обязательства колхоза по ремонту сельскохозяйственного инвентаря и проведению агротехниче­ских мероприятий (соблюдение плана севооборота, посев сор­товыми семенами, посев многолетних трав, внесение удобрений, протравливание семян, боронование, прополка, мероприятия по борьбе с вредителями) и т. д.

    Типовой договор МТС с колхозом содержит также обяза­тельства колхоза по выполнению сельскохозяйственных работ живым тяглом и машинами колхоза. В связи с новыми зада­чами, поставленными перед машинно-тракторными станция­ми постановлением Пленума ЦК КПСС от 7 сентября 1953 г. «О мерах дальнейшего развития сельского хозяйства СССР», в типовой договор МТС с колхозом должны быть внесены из­менения[35]. Взаимные обязательства МТС и колхоза должны быть направлены на всемерное повышение урожайности всех сельскохозяйственных культур в колхозах, обеспечение роста общественного поголовья скота при одновременном повышении его продуктивности, увеличение валовой и товарной продукции земледелия и животноводства в обслуживаемых колхозах.

    Выполнение обязательств МТС и колхоза систематически взаимно контролируется, и стороны несут ответственность в случае невыполнения.

    Обязательства МТС и колхозов по повышению урожайно­сти— это в первую очередь их обязательства перед партией, государством, всем советским народом. Включение этих обя­зательств в договор МТС с колхозом дает возможность ма­ксимально индивидуализировать общую обязанность повышения урожайности, конкретизировать ее с учетом особенностей каж­дого отдельного колхоза. Вместе с тем, договор МТС с колхо­зом дает возможность организовать всесторонний взаимный контроль над выполнением этих обязательств. Заключение договора, обсуждение его на общих собраниях колхозников способствует максимальному развитию инициативы работни­ков МТС и колхозников в выполнении планов повышения уро­жайности и продуктивности сельского хозяйства.


    Правовая форма договора опосредствует получившее у нас широкое распространение строительство межколхозных электро­станций и электроустановок, хозяйственное руководство строительством и эксплуатацией. Договоры заключаются ме­жду участниками стрительства, между совладельцами электро­станций или электроустановок. На основании договора уста­навливаются размер затрат каждого участника строительства в части обеспечения строительства рабочей силой, материалами, транспортными средствами, денежными средствами и средствами, получаемыми за счет кредита, сроки взносов каждым участником денежных средств, величина проектной мощности электростан­ции или установки, закрепляемая за каждым участником строительства, порядок распределения электроэнергии и исполь­зования ее после ввода электростанции или электроустановок в эксплуатацию, условия, обеспечивающие договорную дисцип­лину участников строительства. Таким образом, ряд важнейших существенных моментов деятельности межколхозной электро­станции или электроустановки определяется договором.

    Договором регулируются отношения управлении ороситель­ных систем с колхозами по водопользованию. Договорная форма отношений по водопользованию введена с 1949 г. Она принята в районах поливного земледелия. Договоры заключаются на основе утвержденного райисполкомом плана водопользования. В договоре устанавливается обязательство управления оро­сительной системы подать определенное количество воды по каналам оросительной системы для орошения посевов и насаж­дений по основным видам культур, а также для хозяйственных и бытовых нужд колхоза, с распределением по месяцам, обя­зательство производить за свой счет капитальный ремонт ка­налов и гидротехнических сооружений, проводить необходимые мероприятия, обеспечивающие содержание оросительной си­стемы в хорошем состоянии, всемерно развивать механизацйю работ по очистке оросительных каналов, оказывать колхозу постоянную помощь в организации правильного водопользо­вания и т. д. Колхоз обязывается правильно и экономно ис­пользовать полученную воду в соответствии с утвержденным планом водопользования, своевременно подготовить к поливу площади, внутрихозяйственные каналы, гидротехнические сооружения и водомерные устройства, выделять в порядке трудового участия Управлению оросительной системы опре­деленное количество человек на определенный срок для очист­ки и ремонта оросительной системы, оплачивать полученную для колхоза воду и т, д.

    Таким образом, договор на основе плана устанавливает взаимные права и обязанности сторон и устанавливает систему взаимного контроля над выполнением сторонами их обяза­
    тельств. Договорная! форма отношений здесь, несомненно, имеет большое значение, конкретизируя обязанности сторон и способ­ствуя экономному и рациональному использованию водных ресурсов[36].

    Подпись: 33Постановление Пленума ЦК КПСС от 7 сентября 1953 г. «О мерах дальнейшего развития сельского хозяйства СССР» предусматривает большие поставки материалов, необходимых для развития и расширения общественного хозяйства колхозов: строительных материалов, леса, стекла, химических удобрений инвентаря и т. п.

    Вместе с тем огромное практическое значение имеют и договоры, связанные с государственными закупками сельско­хозяйственной продукции. Постановление Совета Министров СССР и ЦК КПСС «О мерах по дальнейшему развитию живот­новодства в стране и снижении обязательных поставок про­дуктов животноводства государству хозяйствами колхозни­ков, рабочих и служащих»[37] устанавливает единую систему государственных закупок продуктов животноводства, осуще­ствляемую, как правило, по договорам, заключаемым загото­вительными организациями с колхозами.

    В постановлении детально регламентируются порядок и условия государственных закупок. Так же подробно регла­ментируются и закупки картофеля и овощей в постановлении Совета Министров СССР и ЦК КПСС «О мерах увеличения про­изводства и заготовках картофеля и овощей в колхозах и сов­хозах в 1953—1955 гг.»8

    Большое внимание в этих постановлениях уделено и вопро­сам встречной продажи колхозам промышленных товаров госу­дарственными организациями и кооперацией. Возникающие при этом отношения весьма сложны и требуют тщательного изу­чения. Цель этих договоров: стимулировать продажу колхозами излишков их сельскохозяйственной продукции, обеспечивая удовлетворение их потребности в промышленных товарах.

    Поставка всей этой продукции осуществляется в форме договоров государственных социалистических организаций с колхозами.                                                                                .

    Договорная форма связей в этих случаях опосредствует пере­ход права собственности от одного субъекта к другому, пере­ход тех или иных объектов из государственной собственности в собственность колхоза или переход их из собственности кол­хоза в собственность государства. Представляя собой в этом случае правовую форму товарооборота между основными секто­рами социалистического производства, договоры и здесь яв­ляются способом реализации планов государственных социали­стических организаций и колхозов, взаимного контроля над их производственной и финансовой деятельностью, уточ­нения и улучшения планирования, развития творческой ини­циативы каждой социалистической организации в выполнении своих планов и стоящих перед ней задач.

    Большое значение в настоящее время приобретает и до­говор комиссии, опосредствующий реализацию потребительской кооперацией продукции колхозов и колхозников. В своем до­кладе на Всесоюзном совещаний торговых работников А. И. Ми­коян указал на то, что кооперация, реализуя на комиссионных началах продукцию колхозов и колхозников, могла бы обеспе­чить колхозникам ту же выручку, которую они получают на базаре, снизить транспортные расходы колхозников и освобо­дить рабочую силу в период полевых работ. Вместе с тем можно было бы избежать сокращения подвоза продуктов на рынки в разгар полевых работ[38].

    Договором опосредствуются и отношения по кредитованию колхозов. Колхозы получают в Сельхозбанке ссуды на приоб­ретение машин и на другие расходы, связанные с механизацией животноводческих ферм.

    Большую роль играет договор и в укреплении материальной базы социалистических кооперативных и общественных органи­заций, опосредствуя хозяйственные связи этих организаций между собой и с государственными социалистическими орга­низациями. Ряд нормативных актов посвящен регулированию взаимоотношений социалистических государственных и коопе­
    ративных организаций при ведущей роли государственной социалистической промышленности. Они построены на прин­ципе социалистической взаимопомощи и направлены на то, чтобы способствовать наилучшему выполнению планов социа­листических кооперативных и общественных организаций, наилучшему выполнению их функций.

    § 2. ЗНАЧЕНИЕ ДОГОВОРА В ОТНОШЕНИЯХ МЕЖДУ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИМИ ОРГАНИЗАЦИЯМИ И ГРАЖДАНАМИ

    «В отличие от капиталистической системы хозяйства соци­ализм немыслим,— и в этом состоит вакон его развития,— без повседневной заботы государства о повышении материального благосостояния и культурного уровня трудящихся»[39]. Эта повседневная забота государства о повышении материального благосостояния и культурного уровня трудящихся опирается на действие основного экономического закона социализма.

    Деятельность социалистического государства, направлен­ная на то, чтобы способствовать действию этого закона, дать ему простор, выражается в самых различных правовых формах. Отношения между социалистическим государством и гражда­нами, возникающие в связи с этой деятельностью, регулируются нормами различных отраслей права: административного, тру­дового, гражданского, колхозного.

    Наиболее широкой группой гражданско-правовых отноше­ний между социалистическими организациями и гражданами, в которых непосредственно проявляется забота социалистиче­ского государства о подъеме материального благосостояния и культурного уровня жизни граждан, являются отношения советской торговли.

    Г. М. Маленков в своей речи на пятой сессии Верховного Совета СССР указал на значение советской торговли, на то, что советская торговля служит интересам и потребностям на­рода, что она призвана обслуживать социалистическое обще­ство, способствовать развитию и укреплению социалистиче­ского производства и связывать его с народным потреблением. «Торговля при социализме есть и надолго останется основ­ной формой распределения предметов потребления между чле­нами социалистического общества, основной формой, посред­ством которой будут удовлетворяться растущие личные пот­ребности трудящихся»8.

    Огромная забота Советского государства о повышении^ма- териального и культурного уровня советских граждан ярко вы­разились в постановлениях XIX съезда партии, цятой сессии Вер­ховного Совета СССР, сентябрьского Пленума ЦК КПСС (1953), в совместных постановлениях Совета Министров СССР и ЦК КПСС, опубликованных в сентябре—октябре 1953 г.

    Все эти постановления направлены на то, чтобы повысить реальную заработную плату, поднять материальное благо­состояние и культурный уровень жизни граждан.

    Отношения советской торговли осуществляются в форме договора купли-продажи. На основании этого договора возни­кают взаимные права и обязанности продавца и покупателя: социалистической организации и гражданина. Однако харак­терным именно для развернутой советской торговли, торговли без капиталистов, торговли без спекулянтов[40] является то, что интересы продавца (социалистической организации) и покупателя (трудящегося) совпадают. Стороны стремятся к наилучшему удовлетворению потребностей граждан, добро­совестному исполнению своих обязательств по договору. Поэтому интересы потребителя защищаются в первую очередь рядом мероприятий административного характера, применяемых для того, чтобы улучшить работу торгующих организаций, лучше удовлетворить интересы потребителя[41]. Государственные органы, руководящие советской торговлей, принимают все меры для того, чтобы обеспечить интересы по­требителя. Для этого систематически контролируется состоя­ние весоизмерительного хозяйства; во всех магазинах, кио­сках, ларьках должны быть прейскуранты и ярлыки с ценами; органами Министерства торговли систематически проверяются книги жалоб и предложений и т. д. Лица, уличенные в обме­ривании, обвешивании, обсчете покупателей, привлекаются к уголовной ответственности и отвечают по всей строгости со­ветского закона. Работа торгующих организаций, как и других организаций социалистического хозяйства, находится под постоянным контролем партийных организаций, советской общественности, печати. Интересы потребителя охраняются методами общественного воздействия и правовыми методами.

    Договор в отношениях социалистических организаций и граждан, в частности в области советской торговли, также представляет собой способ реализации плана. Социалистиче­ские организации, обслуживающие граждан, имеют свои производственные планы, планы реализации и т. п. Способы планирования деятельности этих организаций весьма разно­образны, что определяется разнообразием выполняемых ими функций. Однако, в отличие от отношений между социалисти­ческими организациями, в отношениях между последними и гражданами акты планирования не порождают непосредственно гражданско-правового обязательства. Акты планирования в этих случаях обязывают социалистические организации, обслу­живающие граждан, принять все меры для выполнения своих планов, однако они не создают гражданско-правового обяза­тельства этих организаций в отношении тех или иных опреде­ленных граждан.

    Договорная форма отношений советской торговли имеет большое значение для планирования производства товаров ши­рокого потребления и товарооборота. Благодаря договорной форме этих отношений выявляются вкусы потребителя, уточ­няются требования, предъявляемые им к качеству, к внешнему виду тех или иных изделий. Учет торгующими организациями этих требований потребителя помогает уточнять план по ассор­тименту, выбирать наиболее подходящие модели и виды изде­лий. Практика советской торговли выработала множество форм учета требований потребителя: выставки, публичное обсужде­ние моделей, конференции покупателей, совместные совеща­ния представителей торгующих организаций с представите­лями той или иной отрасли промышленности, тех или иных предприятий, выпускающих товары народного потребления, В основе всех этих мероприятий лежит учет спроса потребителя, учет его требований, которые выявляются именно благодаря договорной форме отношений.

    Советская торговля имеет также большое воспитательное значение. Она прививает гражданамшзвыевк^^ы, воспитывает у них новые потребности, привычкиТнаМюаГ'Йоветская тор­говля представляет собой мощный фактор, способствующий поднятию культурного уровня населения. Особенно велико значение советской торговли, как фактора развития социали­стической культуры, в отдаленных местностях и в районах, быв­ших ранее отсталыми. Замечательно показана роль советской торговли, как важнейшего культурного фактора, в романе Т. Семушкина «Алитет уходит в горы» и в ряде других произ­ведений советской литературы.       ^

    В договорную форму облечены отношения по колхозной торговле между колхозами и гражданами. Еще постановление

    СИК СССР и Центрального Комитета ВКП(б) от 6 мая 1932 г. обязало местные органы власти оказывать полное содейст­вие колхозам и колхозникам в беспрепятственной продаже ими излишков своей продукции на базарах, рынках и в кол­хозных лавках[42].

    Постановление Совета Министров СССР и ЦК КПСС «О мерах дальнейшего развития советской торговли» устанав­ливает ряд конкретных мероприятий, направленных на то, чтобы создать колхозам и колхозникам благоприятные усло­вия для продажи излишков сельскохозяйственных продуктов на колхозных рынках.

    Говоря о значении договора в отношениях между социали­стическими организациями, с одной стороны, и гражданами, с другой, мы до сих пор рассматривали отношения советской торговли, в которых продавцом выступают социалистические торгующие организации, а покупателями — граждане. В прак­тике, однако, возможны и такие отношения купли-продажи между социалистическими организациями и гражданами, в ко­торых продавцами выступают граждане, а покупателями — со­циалистические организации. Такие отношения, круг которых несравненно уже, тем не менее имеют место в социалистическом обороте. Сюда относятся, например, закупки государственны­ми и кооперативными организациями продуктов сельского хо­зяйства у колхозников и единоличных крестьян, закупка ме­хов и пушнины у охотников, продажа гражданами ненужных им вещей скупочным пунктам и т. п. И в этих случаях инте­ресы граждан защищаются не только договором, не только гражданско-правовыми методами, но и методами администра­тивно-правовыми. Нормы, регулирующие эти отношения, на­правлены на то, чтобы всемерно способствовать охране прав и законных интересов граждан, создавать экономический сти­мул для колхозников и лиц, занимающихся сельским хозяйст­вом, реализовать излишки продукции своего подсобного хозяй­ства социалистическим организациям. Вместе с тем, эти нормы направлены на то, чтобы устранить всякую возможность прояв­ления спекулятивных и рваческих тенденций у отдельных лиц[43].

    Договором опосредствуются и отношения, возникающие в связи с удовлетворением жилищных потребностей граждан. Эти отношения могут иметь самый различный характер. В форму договора облекаются отношения, возникающие в связи с индивидуальным строительством жилых домов трудящимися, отношения, возникающие в связи с покупкой гражданами не­больших жилых домов, выстроенных государственными пред­приятиями, и отношения, возникающие в связи с пользованием гражданами жилой площадью в муниципализированных и ве­домственных домах. Социалистическое государство, заботясь

    о   повышении материального благосостояния и культурного уровня граждан, уделяло и уделяет большое внимание жилищ­ному строительству. За годы послевоенной пятилетки государ­ственными предприятиями, учреждениями и местными сове­тами, а также населением городов и рабочих поселков при по­мощи государственного кредита построены и восстановлены жилые дома общей площадью свыше 100 млн. квадратных мет­ров. Кроме того, в сельских местностях восстановлено и по­строено 2 млн. 700 тыс. жилых домов х.

    Огромный размах приобретает жилищное строительство в настоящее время. Как указал в своей речи на пятой сессии Верховного Совета СССР Г. М. Маленков, размер государствен­ных капитальных вложений в жилищное строительство в 1953 г. почти в 4 раза превышает затраты на эти цели в довоенном 1940 году.

    Наряду с жилищным строительством, проводившимся социа­листическими организациями, государство оказывает все­мерную помощь индивидуальным застройщикам. Так, еще во вре­мя войны инструктивное письмо НКФ СССР от 17 ноября 1944 г. № 641 предписывало местным организациям отпускать индиви­дуальным застройщикам строительные материалы, полученные от разборки разрушенных зданий по льготным ценам[44].

    Приказ НКФ СССР от 4 июля 1945 г. «О порядке кредито­вания нуждающихся демобилизованных из Действующей Ар­мии на строительство и восстановление жилых домов в районах, пострадавших от немецкой оккупации», устанавливал осо­бый порядок выдачи ссуд на строительство жилых домов. Ссу­ды выдавались Цекомбанком и Сельхозбанком. Договор за­ключался между филиалом банка и предприятием, на котором работает застройщик. Предприятие должно было выявить лиц, имеющих право на получение такой ссуды и желающих ее получить, а также установить размеры ссуды и т. д. В соответ­ствии с количеством застройщиков и требуемыми ими суммами филиал банка выдавал ссуду предприятию, которое передавало деньги заемщикам. По наступлении срока погашения ссуд предприятие собирает деньги у заемщиков и погашает ссуды в банке *. Приказом НКФ СССР от 6 октября 1945 г. № 589 был установлен порядок выдачи ссуд на строительство и восста­новление жилых домов для семей погибших воинов, инвалидов Отечественной войны и нуждающихся семей военнослужащих. Приказ Наркома финансов СССР, указывая на значение строи­тельства и восстановления жилых домов семей погибших вои­нов, инвалидов Отечественной войны и нуждающихся семей военнослужащих, предлагал Цекомбанку и Сельхозбанку обес­печить внимательное и чуткое отношение работников местных учреждений банков к лицам, обращающимся за кредитом, пре­дусмотренным в этом приказе, быстрое и четкое разрешение вопросов, связанных с выдачей ссуд и оформлением необходимых документов, участие в массово-разъяснительной работе, издание массовым тиражом правил кредитования и т. д. [45]

    Инструкция Министерства финансов СССР от 10 января 1949 г. № 40 «О порядке продажи гражданам одно- и двух­этажных жилых домов с числом комнат от 1 до 5 включительно»8 устанавливает порядок продажи индивидуальных жилых до­мов, выстроенных предприятиями, а также продажи исполко­мами местных Советов, предприятиями и учреждениями жилых домов из существующего жилого фонда. Эти отношения оформ­ляются договором купли-продажи за наличный расчет или в рассрочку, основные условия которого в самой общей форме устанавливаются инструкцией.

    Договор опосредствует и отношения, связанные с поль­зованием гражданами государственным жилищным фондом. Постановление ЦИК ж СНК СССР от 17 октября 1937 г. «О сох­ранении жилищного фонда и улучшении жилищного хозяй­ства в городах» устанавливает: «Право пользования жилым помещением во всех домах оформляется письменным догово­ром, заключаемым съемщиком с управляющим домом или с арендатором дома, причем в договоре точно определяются права и обязанности сторон и последствия их нарушения» Ч Таким образом, договор органов, управляющих государствен­ным жилым фондом, с гражданами представляет собой основ­ной документ, определяющий права и обязанности сторон. Пленум Верховного суда СССР в постановлении от 12 декабря 1940 г., указывая на то, что значительное число жилищных дел возбуждается в судах из-за отсутствия определенности во взаимоотношениях наймодателей и нанимателей, не офор­мивших письменным договором порядок и условия пользо­вания жилым помещением, обязал суды разъяснять сторонам значение письменного договора в деле создания устойчивых жилищных отношений[46]. Однако, несмотря на эти указания Пленума Верховного суда, договор в отношениях жилищного* найма до настоящего времени не занял еще того места, которое ему следовало бы занять. Об этом свидетельствует и обширная судебная практика по жилищным делам, в которой мы почти не находим указаний и ссылок на договор, как основной до­кумент, определяющий права и обязанности сторон. В судеб­ной практике мы также почти не находим споров, вызванных несоблюдением или ненадлежащим исполнением договоров жи­лищного найма. Между тем договор в отношениях жилищ­ного найма должен играть большую организующую роль, повышая ответственность органов, управляющих государст­венным жилищным фондом, и нанимателей за сохранность имущества, за бережное к нему отношение, за осуществление надлежащего надзора. Договор должен иметь в этих отноше­ниях и большое воспитательное значение, укрепляя социа­листические привычки и навыки, способствуя соблюдению правил социалистического общежития. Укрепление роли до­говора в удовлетворении жилищных нужд трудящихся, кон­кретизация договоров, строгое их соблюдение, применение договорных санкций в случае нарушения договора — из этого должна исходить практика судебных органов по жилищным делам, практика органов коммунального хозяйства, это долж­но привлекать внимание печати и общественности.

    Договор имеет большое значение и в улучшении жилищ­но-бытового и культурного обслуживания граждан. Пред­приятия, осуществляющие жилищно-бытовое и культурное обслуживание граждан, являются социалистическими пред­приятиями: государственными или кооперативными. Снаб­жение граждан электроэнергией, газом, водой, бытовое обслу­живание, осуществляемое сетью ателье, парикмахерских, бань, прачечных, предприятиями общественного питания,— все эти отношения опосредствуются договором. Значение договора в этих отношениях заключается в том, что договор определя­ет права и обязанности сторон, предоставляет сторонам эф­фективные гражданско-правовые способы контроля над выпол­нением обязательств контрагентов.

    Значение договора в каждой из этих групп отношений различно. Оно определяется содержанием отношений, являю­щихся предметом договора. Так, в отношениях, в которых удовлетворение потребностей граждан по самому их характеру поддается типизации (как, например, снабжение электро­энергией, водой, газом), договор имеет меньшее значение в уста­новлении взаимных прав и обязанностей, поскольку послед­ние могут быть определены заранее в общем порядке[47]. Зна­чение договорной формы здесь заключается главным образом во взаимном контроле сторон над выполнением договорных обязательств. Договорная форма этих отношений способст­вует наиболее гибкой и полной реализации норм, содержа­щихся в административных актах, регулирующих эти отно­шения. В тех случаях, когда удовлетворение потребностей граждан может быть лучше всего осуществлено благодаря максимальной индивидуализации отношений (как, например, работа ателье по индивидуальному пошиву обуви, платья и т. д.), договор играет большую роль и в установлении взаим­ных прав и обязанностей сторон, которые индивидуализируются применительно к каждому конкретному случаю.

    В форме договора опосредствуются и отношения лиц, соз­дающих произведения науки, литературы, искусства, и со­циалистических организаций, опубликовывающих и распрост­раняющих эти произведения.

    Отношения издательств, театров, киностудий и т. п. с авто­рами регулируются договором: издательским, постановочным, 'сценарным. Договор, устанавливая права и обязанности сто­рон, определяет и формы, в которых социалистические орга­низации, распространяющие произведения науки, литературы, искусства, воздействуют на авторов этих произведений, спо­собствуя повышению идейно-политического, теоретического и художественного уровня этих произведений. Эти правомочия издательств сочетаются с максимальной охраной материальных и личных прав авторов.

    Типовой издательский договор, типовой сценарный дого­вор, применяющиеся в практике постановочные договоры и другие предусматривают право издательства, театра, кино­
    студии требовать от автора внесения в его произведение исправ­лений или переделок, долженствующих повысить идейно­политический, научно-теоретический, художественный уровень того или иного произведения[48]. Издательство имеет право расторжения заключенного им договора, если оно привнает произведение непригодным к опубликованию. В то же время издательство обязано выпустить в определенный, установ­ленный законом срок прнятое к опубликованию произведение[49]. Договоры служат также и для наиболее полной защиты иму­щественных и личных прав авторов. Они регулируют взаимные права и обязанности сторон, устанавливают гражданско- правовые санкции, призванные обеспечить выполнение обя­зательств сторонами.

    Следует указать, что применение договорной формы отно­шений в области воспроизведения и распространения произве­дений науки, литературы и искусства различно — в зависимости от характера того или иного круга отношений. Так, для воспроизведения и распространения художественной лите­ратуры договорная форма отношений автора с издательством имеет существенное значение. Меньшее значение имеет дого­вор в отношении воспроизведения и распространения музы­кальных произведений.

    Опубликование произведения художественной литературы (если срок действия авторского права на него еще не истек) возможно только на основании заключения между издательст­вом и автором договора, в котором подробно регламентируются отношения сторон. Меньшее значение имеет договор, например, в отношении исполнения музыкальных произведений, где нет надобности в предварительном заключении договора каждый раз, когда воспроизводятся эти произведения.

    Мы упомянули здесь о наиболее распространенных и типич­ных случаях применения договора в отношениях между со­циалистическими организациями и гражданами. Даже из этого весьма краткого обзора видно то значение, которое имеет до­говор в этих отношениях. Он определяет конкретные права и обязанности сторон. Он создает широко разветвленную и гибкую систему контроля над деятельностью социалистиче­ских организаций, призванных обслуживать граждан, и в то же время весьма эффективную систему, обеспечивающую над­лежащее выполнение гражданами взятых на себя по договору обязательств.

    § 3. ЗНАЧЕНИЕ ДОГОВОРА В ОТНОШЕНИЯХ МЕЖДУ ГРАЖДАНАМИ

    В § 1 и 2 мы рассматривали вопрос о значении договора в отно­шениях социалистических организаций между собой, а так­же в отношениях между социалистическими организациями и гражданами. Эти две чрезвычайно широкие группы отношений представляют собой основную область применения договора в советском социалистическом гражданском праве.

    Круг отношений между гражданами, в которых находит применение договор, несравненно 'уте.

    Здесь мы должны наметить две группы отношений между гражданами, в которых -применяется правовая форма догово­ра: 1) договорные отношения между гражданами, возникаю­щие в связи с распоряжением их личной собственностью, и 2) договорные отношения между гражданами, связанные с ведением мелкого частного хозяйства, основанного на личном труде. Эти две группы отношений существенно отличаются одна от другой по своему экономическому содержанию, что определяет существенное различие и в значении договора в каждой из этих групп.

    Значение договора в отношениях между гражданами по поводу распоряжения их личной собственностью определяется характером личной собственности в СССР. Рассмотрение вопроса о характере личной собственности, заслуживаю­щего самостоятельного исследования, не входит в нашу задачу. Мы должны здесь лишь указать на те основные черты права личной собственности в СССР, которые отражаются на роли и значении договора в отношениях между гражданами в связи с распоряжением их личной собственностью. Такими чертами являются: 1) производный от социалистической соб­ственности характер личной собственности в СССР и 2) ее потребительский характер. Эти черты личной собственности при социализме подчеркивались еще основоположниками науч­ного марксизма1.     

    Личная собственность в СССР служит для удовлетворения материальных и культурных потребностей граждан.

    Это неопровержимо вытекает из текста ст. 10 Конституции СССР. Указание на трудовой характер доходов и сбережений, являющихся объектом личной собственности, перечень объек­тов личной собственности — все это свидетельствует о том, что личная собственность граждан СССР— производная от социалистической собственности, и о том, что она предназна­
    чена для удовлетворения потребностей граждан. Потреби­тельский характер личной собственности граждан и связанные с этим правовые последствия, неоднократно отмечавшиеся со­ветскими юристами[50], определяют и значение договора в от­ношениях между гражданами по поводу распоряжения их личной собственностью. Прежде всего следует отметить, что распоряжение личной собственностью граждан СССР осущест­вляется в основном посредством договоров, заключаемых граж­данами с социалистическими организациями, которые призваны удовлетворять материальные и культурные потребности граж­дан (см. выше, стр. 35—43). Поэтому область договорных отно­шений между гражданами по поводу распоряжения их личной собственностью ограничена.

    Основное место в этих отношениях занимает торговля колхозников продуктами, полученными ими в порядке оплаты по трудодням или собранными со своего приусадебного участка. Реализация продуктов, полученных колхозниками по трудо­дням, представляет собой способ реализации их трудовых до­ходов, который предполагается самим порядком оплаты труда в колхозах.                                <

    Как указал Н. С. Хрущев в своем докладе на Пленуме ЦК КПСС 3 сентября 1953 г., колхозы и колхозники при снижении норм обязательных поставок будут иметь больше излишков продукции для продажи ее по более высоким закупочным ценам, а также по ценам колхозного рынка[51].

    В связи с принятием нового закона о сельскохозяйствен­ном налоге, в связи с проведением указанных в постановлении Пленума ЦК КПСС от 7 сентября 1953 г. мер, направленных еа обеспечение надлежащих условий для ведения колхоз­никами их подсобного личного хозяйства, колхозники также ■будут иметь больше излишков продукции для реализации. Все эти излишки продукции могут реализоваться колхозни­ками как путем продажи их государственным или кооператив­ным организациям, так и путем колхозной торговли. Помимо •этой торговли, договорные отношения между гражданами по поводу распоряжения их личной собственностью могут но­сить только случайный, единичный характер.

    Основное назначение личной собственности — удовлетво­рять потребности граждан — выполняется главным образом путем непосредственного пользования вещами или путем заключения договоров с социалистическими организациями, призванными обслуживать граждан. Договоры между гражда­нами в этой области встречаются гораздо реже. Гражданин может продать принадлежащий ему по праву личной соб­ственности дом, если по тем или иным причинам он ему не нужен, может сдать в аренду дом или часть дома, не исполь­зуемые им для жилья, может продать ненужную ему вещь не скупочному пункту или через комиссионный магазин, а непосредственно потребителю, передать свою вещь другому на хранение, дать взаймы деньги и т. п. Однако все такие сдел­ки могут носить только единичный характер и круг их чрез­вычайно узок.                 ^

    Договоры, заключаемые гражданами по поводу их личной собственности, не могут создавать отношений эксплуата­ции, а также не могут опосредствовать отношений, в которых личная собственность граждан используется для извлечения нетрудового дохода. И то и другое противоречило бы осно­вам социалистического строя, закрепленным в Конститу­ции СССР.

    Договорные отношения между гражданами, связанные с ве­дением мелкого частного хозяйства, основанного на личном труде, предусмотренного ст. 9 Конституции СССР, имеют свои особенно­сти. Если договорные отношения между гражданами, связанные с распоряжением личной собственностью, представляют собой либо реализацию трудовых доходов граждан, полученных от оплаты их труда в социалистическом хозяйстве (покупка тру­дящимися продуктов у колхозников), либо случайные, единич­ные акты, то ведение мелкого частного хозяйства, основанного на личном труде, предполагает систематическую реализацию продуктов этого хозяйства. Это существенно отличает дого­ворные отношения между гражданами, связанные с ведением мелкого частного хозяйства, от таких же отношений, связан­ных с распоряжением личной собственностью граждан. Однако мелкое частное хозяйство, основанное на личном труде, в социалистическом обществе представляет собой отживающую форму. Круг гражданско-правовых отношений, связанных с этим хозяйством, в настоящее время ничтожен. В дальней­шем этот круг будет все более и более суживаться до полного исчезновения мелкого частного хозяйства. Это обусловлено закономерностями развития социалистической экономики. В социалистическом государстве возможность перерастания мел­кого частного хозяйства, основанного на личном труде, в ка­питалистическую частную собственность абсолютно исклю-

    чается. Вместе с тем, преимущества труда в социалистиче­ском хозяйстве настолько очевидны, что немногие оставшиеся крестьяне-единоличники и некооперированные кустари все более втягиваются в социалистическое хозяйство. Таким образом, чрезвычайно узкий и ничтожный по своему значению круг договорных отношений, связанных с реализацией продук­ции мелкого частного хозяйства, основанного на личном труде, с дальнейшим развитием социалистического общества и хозяйства неизбежно должен будет совершенно исчезнуть.


    Г лава .II

    ПОНЯТИЕ ДОГОВОРА В СОВЕТСКОМ ГРАЖДАНСКОМ

    ПРАВЕ

    Из предыдущей главы мы видели, что договор регулирует широкий круг самых разнообразных отношений. Такие несоизмеримые по своему значению отношения, как поставка машиностроительным заводом нового блюминга сталелитей­ному заводу и покупка гражданином пищевых продуктов в ма­газине, постройка строительной организацией нового цеха для завода и наем дачи на лето; транспортировка грузов и издание литературного произведения; строительство межкол­хозной электростанции и тысячи других совершенно различ­ных по своему содержанию отношений, опосредствуются граж­данско-правовой формой договора.

    Что же объединяет эти многообразные, столь отличаю­щиеся друг от друга отношения? Для ответа на этот вопрос необходимо тщательно проанализировать основные черты, ха­рактеризующие договор в советском социалистическом граж­данском праве.

    Ч Между тем вопрос о понятии договора в советской ци- | вилистической литературе мало разработан. Следуя си­стематике гражданских кодексов РСФСР и других союзных республик, советские цивилисты уделяли большое внимание вопросам обязательства, договор же рассматривался лишь как одно из оснований возникновения обязательства. В со­ветской литературе последних лет имеются работы, посвящен­ные исследованию отдельных видов договоров (поставка, договор по капитальному строительству). В некоторых работах рассматриваются отдельные вопросы советского договорного права, однако при всей своей важности и актуальности эти вопросы являются отдельными, частными вопросами. Иногда в этих работах вопросы договорного права поглощаются более общими вопросами обязательственного права.

    В советской цивилистической литературе договор до сих 'пор определялся как взаимная сделка или как соглашение

    сторон, направленное на возникновение, изменение или прли кращение гражданского правоотношения. У различных авторов это определение редактируется различно, однако содержание его одинаково[52]. Но это определение не может удовлетворять советского юриста. Оно слишком обще и абстрактно, не ох­ватывает основные черты договора в советском социалистическом гражданском праве. Кроме того, как мы это постараемся пока­зать далее, это определение и неточно.

    Отсутствие достаточно развернутого и точного определения договора в советской науке гражданского права оказывает отрицательное влияние и на практику. В практике отношения, являющиеся по существу договорными, иногда рассматривав ются как иные отношения. В частности, в практике иногда проводится разграничение между договором и разовой сдел­кой, хотя последняя также представляет собой договор [53]>

    Установление основных черт, характеризующих сущность гражданско-правового договора, представляет, таким образом, большой теоретический интерес и имеет большое практическое значение.

    § 1. ДОГОВОР —СОГЛАШЕНИЕ СТОРОН

    Анализ основных общих черт, объединяющих самые раз­нообразные по своему содержанию отношения в общую группу договорных отношений, показывает, что основным, общим, объе­диняющим эти отношения является то, что они представляют собой соглашение сторон. Все рассматриваемые нами отноше­ния возникают на основании соглашения сторон, именно со­глашение сторон придает им договорный характер, служит дснованием для применения к этим отношениям норм права, регулирующих те или иные виды договоров.

    Соглашение сторон представляет собой волевой акт, воле­изъявление лиц, устанавливающих, в соответствии с социалисти­ческим правопорядком, свои взаимные отношения. Воля сто­рон, обусловленная материальными условиями жизни об­щества, его экономическим базисом, определяет дальнейшее их поведение, воздействующее в свою очередь на экономи­ческий базис и через него на развитие производительных сил. Люди социалистического общества — строители коммунизма сознательно направляют свою волю на то, чтобы, вступая в определенные отношения друг с другом, способствовать достижению общих целей.

    Заключая договор, стороны определяют свое поведение в определенных условиях на будущее время. Это поведение в подавляющем большинстве случаев представляет собой де­ятельность, относящуюся непосредственно к сфере экономики.

    I Договор представляет собой соглашение сторон, их со­гласное волеизъявление, направленное на достижение опре­деленного результата.

    Права и обязанности, принимаемые на себя каждой из сторон, как правило, различны, но они должны быть взаимно согласованы, должны в своей совокупности дать единый пра­вовой результат. Например: права и обязанности, принимае­мые на себя продавцом и покупателем по договору купли- продажи, различны, но единым результатом, на достижение которого направлен такой договор, является возмездный пе­реход имущества от продавца к покупателю. Только в этом случае можно говорить о наличии соглашения.

    Непосредственный результат, на достижение которого на­правлено соглашение сторон, следует отличать от цели дого­вора. Под целью договора мы понимаем ту основную цель, для достижения которой заключается данный договор, а не тот конкретный результат, который вытекает из согласного волеизъявления сторон. Так, если металлургический завод заключает договор с машиностроительным заводом на постав­ку последнему определенного количества определенных сортов

    и марок стали, то непосредственным результатом соглашения сторон является передача металлургическим заводом машино­строительному в установленные договором сроки и на установ­ленных условиях этого количества стали. Права и обязанности сторон в этом договоре различны; однако они так взаимно со­гласованы, что результатом соглашения сторон должна быть именно эта передача. Цель этого договора, единая для обеих * сторон, заключается в выполнении каждой из них своей доли народнохозяйственного плана.

    Поскольку волевой момент является основным в соглашении, необходимо, чтобы в договоре была выражена воля сторон, заключающих его. Только в этом случае договор действительно представляет собой соглашение, основание для возникнове­ния взаимных прав и обязанностей сторон. В связи с этим необходимо рассмотреть вопрос о том, чье волеизъявление может рассматриваться как выражение воли стороны, создаю­щее в сочетании с соответствующим волеизъявлением контр­агента договор.

    1.   Выражение воли юридических лиц в договоре

    Вопрос о выражении воли юридических лиц в договоре представляет значительную сложность. Договоры юридиче­ских лиц заключаются определенными физическими лица­ми, выражающими волю юридического лица; воля этих физических лиц, при наличии определенных, установленных законом условий, рассматривается как воля юридического лица. При рассмотрении вопроса о волеизъявлении юридических лиц в договоре необходимо установить: а) воля каких именно лиц и при каких условиях может рассматриваться как воля юридического лица и б) на чем основываются правомочия лиц, воля которых рассматривается как воля юридического лица. Оба эти вопроса тесно связаны один с другим.

    Необходимо иметь в виду, что здесь мы рассматриваем договоры, в которых юридические лица представлены своими органами, не касаясь договоров, заключаемых юридическим лицом через своих представителей. В последнем случае нет существенных различий между отношениями, возникающими при заключении договора через представителя дееспособным гражданином или юридическим лицом. И в том и в другом слу­чае в договоре, в первую очередь, выражена воля представля­емого. Представитель выступает от имени юридического лица, а не как лицо, воля которого и есть воля юридического лица.

    В самом назначении представителя и установлении круга его полномочий выражается воля юридического лица как лица, отличного от представителя. Несомненно, в отношениях

    4*                51

    представителя и юридического лица имеется ряд особенностей по сравнению с отношениями, возникающими между дееспо­собным гражданином и его представителем. Представитель юридического лица, как правило, состоит в определенных отношениях с юридическим лицом: трудовых, администра­тивных. Это определяет некоторые частные особенности внут­ренних отношений представляемого и представителя, но не отражается на характере отношений представителя с контрагентами, на договорных обязательствах представляе­мого[54].

    Разрешение вопроса о том, какие лица непосредственно выражают в обороте волю юридического лица и по какому основанию это делают, зависит от вида юридического лица и от его внутренней структуры. Поэтому необходимо остано­виться на разрешении этого вопроса в отношении основных видов юридических лиц в СССР.

    а. Государственные социалистические организации

    Субъект права государственной социалистической собствен­ности, по поводу которой осуществляются сделки в гражданском обороте СССР,— единый; это — Советское социалистическое го­сударство. Вместе с тем отдельные государственные социалисти­ческие организации выступают как субъекты определенных имущественных прав в отношении закрепленной за ними части

    этой собственности н осуществляют в отношении ее граждан­ско-правовые сделки. В пределах настоящей работы мы не можем останавливаться на подробном рассмотрения вопроса

    о  характере правомочий госорганов в отношении закреплен­ного за ними имущества, исследовлнию которого посвящен ряд работ советских цивилистов[55].

    Стремясь раскрыть сущность имущественных отношений между государственными социалистическими организациями, некоторые советские цивилисты рассматривали госпредприя­тие как «...организованный государством коллектив рабо­чих и служащих во главе с ответственным руководите­лем (директором), на который государство возложило выпол­нение определенных государственных задач и которому оно предоставило для осуществления этих задач соответствующую часть единого фонда государственной собственности»[56].

    Действительно, именно коллектив предприятия своим тру­дом создает те ценности, для создания которых учреждено данное юридическое лицо.

    Но этим це ограничивается роль коллектива рабочих и служащих в деятельности социалистического предприятия.

    И. В. Сталин указывал: «Если рабочие используют воз­можность открыто и прямо критиковать недостатки в работе, улучшать нашу работу и двигать её вперёд, то что это зна­чит? Это значит, что рабочие становятся активными участ­никами в деле руководства страной, хозяйством, промышлен­ностью»[57]. Развивая критику и самокритику, коллективы со­циалистических предприятий помогают улучшать работу пред­приятий, выполнять и перевыполнять плавы.

    Важнейшее значение коллектива социалистических пред­приятий в деятельности этих предприятий выражается и в том, что именно коллективы социалистических предприятий


    принимают на себя социалистические обязательства. Эти обязательства, не снабженные никакой санкцией принуждения, выражающие подлинную волю масс, обладают вместе с тем величайшим авторитетом, величайшей творческой силой. Эти обязательства, авторитет которых коренится в коммунисти­ческом сознании трудящихся, несомненно представляют со­бой проявление нового отношения к труду со стороны широ­чайших масс трудящихся. В авторитетности и силе этих обя­зательств можно увидеть ростки тех новых общественных отношений, при которых правила поведения членов коммуни­стического общества будут соблюдаться без всякой принудитель­ной силы, основываясь лишь на высоком коммунистическом со­знании участников этих отношений. Тот факт, что такие обяза­тельства принимают на себя именно коллективы трудящихся, — одно из свидетельств важнейшей роли коллектива в деятель­ности социалистических предприятий.

    В ряде случаев закон непосредственно устанавливает обя­зательность участия коллектива в тех или иных мероприятиях. Так, коллективный договор должен быть обсуждён на общем собрании рабочих и служащих учреждений и предприятий, на которых он заключается.

    Годовой отчет предприятия должен быть обсужден на об­щем собрании рабочих и служащих предприятия. При пере­даче дел в случае смены руководителей учреждений, предпри­ятий, хозяйственных организаций и строительств перед под­писанием приемо-сдаточного акта проводится собрание актива учреждения или предприятия, на котором обсуждаются основные выводы и цифровые данные, записанные в акте. Существенные фактические данные, обнаружившиеся при об­суждении на активе, после проверки их заносятся в акт прие­ма-сдачи дел.

    Весь стиль руководства социалистическим хозяйством пред­определяет важнейшее значение участия коллектива не только в выполнении планов, в непосредственном осуществлении за­дач, поставленных перед социалистическими предприятиями, но и в руководстве, управлении предприятием.

    Однако, указывая на это важнейшее значение коллектива рабочих и служащих в выполнении поставленных перед пред­приятием задач, мы должны вместе с тем разобраться в том, дают ли действующее право и практика социалистических гражданских отношений основания считать, что и тогда, когда социалистическое предприятие выступает как субъект гражданско-правовых отношений, как участник социалисти­ческого оборота, коллектив рабочих и служащих непосред­ственно участвует в этом обороте.

    А. В. Венедиктов и С. Н. Братусь считают, что и в граждан-

    ском обороте предприятие выступает именно как коллектив рабочих и служащих во главе со своим руководителем. В своей книге «Субъекты гражданского права» С. Н. Братусь, цитируя аналогичные высказывания А. В. Венедиктова, снова повто­ряет высказанную им ранее точку зрения, заключающуюся в том, что все гражданские сделки, совершаемые предприя­тием, имеют в своей основе деятельность коллектива, и поэтому считает, что «...государственное юридическое лицо как орга­низованный коллектив трудящихся во главе с ответственным руководителем не только владеет и пользуется, но в определен­ных границах и распоряжается в соответствии с плановыми предначертаниями имуществом, закрепленным за данным организованным коллективом, в состав которого входит и его руководитель»[58].

    Однако авторы, выдвигающие и поддерживающие эту точку зрения, неправы, пытаясь охватить понятием юридиче­ского лица государственное социалистическое предприятие в целом. Государственное предприятие — это чрезвычайно широкий и сложный комплекс общественных отношений. Значительная часть этих отношений не регулируется правом. Так, социалистическое соревнование, имеющее важнейшее значение для всей работы предприятия, непосредственно не регулируется правом.

    Ряд правовых норм направлен на то, чтобы обеспечить наиболее благоприятные условия для развития социалисти­ческого соревнования, для поощрения передовиков, распрост­ранения их опыта, но сами отношения соревнования возникают не на основании правовой нормы и непосредственно правовой нормой не регулируются.

    Не регулируются правом, хотя право обеспечивает все условия для их развития, критика и самокритика. Таким обра­зом, очень многое в жизни предприятия, в том числе и то, что имеет важнейшее значение для его деятельности,— ини­циатива и энтузиазм масс, не регулируется правом. Это — сфе­ра деятельности партийных и общественных организаций, учащихся у масс и ведущих за собой массы, это — область, направляемая великой силой советского общества — комму­нистическим сознанием трудящихся.

    Если обратиться к тем отношениям в предприятии, кото­рые регулируются правом, то и здесь мы увидим, что многие важнейшие стороны деятельности предприятия регулируются не гражданским, а другими отраслями социалистического права, главным образом административным и трудовым.

    Лишь определенная, строго ограниченная сторона деятель­ности социалистического предприятия является объектом регулирования гражданского права. Только выступая как участник гражданского оборота, как носитель имущественных прав и обязанностей, предприятие является юридическим лицом — субъектом гражданского права. Совершенно оче­видно, что нельзя в определение этой одной стороны деятель­ности предприятия пытаться включить содержание всей деятельности предприятия. Такая попытка, помимо своей теоретической необоснованности, оказывается и практически бес­плодной. Из конструкции юридического лица как коллектива рабочих и служащих во главе с руководителем нельзя сделать каких-либо практических выводов в отношении действующего нрава и, в частности, по рассматриваемому нами вопросу а том, воля каких лиц и по какому основанию рассматривается как воля юридического лица.

    Если мы обратимся к нормам действующего права, то убе­димся в том, что при выступлении государственных организа­ций в качестве участников гражданского оборота, при заклю­чении сделок их воля может быть выражена только определен­ными лицами, которым социалистическое государство в опре­деленном, установленном законом порядке доверяет это.

    Для уяснения этого вопроса необходимо обратиться к одному из важнейших принципов советского хозяйственного управления — принципу единоначалия.

    Необходимость и значение единоначалия в управлении хозяйством неоднократно подчеркивались в решениях съездов, конференций и пленумов Центрального Комитета Коммуни­стической партии Советского Союза. В. И. Ленин в работе «Очередные задачи советской власти» писал: «...всякая круп­ная машинная индустрия — т. е. именно материальный, производственный источник и фундамент социализма — требует безусловного и строжайшего единства воли, направ­ляющей совместную работу сотен, тысяч и десятков тысяч людей. И технически, и экономически, и исторически необ­ходимость эта очевидна, всеми думавшими о социализме всегда признавалась как его условие»х.

    На всех этапах хозяйственного строительства, в поста­новлениях партийных органов, в нормативных актах социа­листического государства подчеркивается значение едино­началия в управлении хозяйством.

    Еще «Положение о государственных промышленных тре­стах» 1927 г. подчеркивало ответственность руководителей

    трестов за целость и надлежащее использование доверенного им имущества, устанавливая дисциплинарную, уголовную и гражданскую их ответственность (п. 20 «Положения»[59]). Пункт 26 этого же «Положения» устанавливает: «Директор руководит всеми операциями предприятия, распоряжается вверенным ему имуществом, согласно выданной ему доверен­ности (ст. 33), выполняет распоряжения и директивы правления, подотчетен последнему и несет уголовную, гражданскую и дисциплинарную ответственность за целость вверенного ему имущества и за хозяйственное ведение дела, согласно действующим законам»[60].

    В постановлении ЦК ВКП(б) от 5 декабря 1929 г., уста­новившем основные принципы управления социалистической промышленностью, подтверждается, что администрация пред­приятия несет полную ответственность за выполнение произ­водственной программы[61]. Незадолго до этого, в сентябре 1929 г., было издано специальное постановление ЦК ВКП(б) <Ю мерах по упорядочению управления производством и уста­новлению единоначалия»[62]. В этом постановлении было снова подчеркнуто огромное значение единоначалия в организации социалистического хозяйства.

    Особую ответственность руководителей предприятий соци­алистического хозяйства подчеркивает обращение ЦК ВКП(б) от 3 сентября 1930 г.: «Со стороны хозяйственников, стоящих на действительно передовых постах социалистической стройки, нередко еще нет сознания исключительной ответственности за свое дело и нет понимания безусловной обязательности твердое проведение единоначалия в предприятии соединить с умением опереться во всей своей работе на партийные, профсоюзные и комсомольские организации, на весь комму­нистический и беспартийный актив рабочих и работниц»[63]. В этом обращении снова подчеркивается основной принцип управления социалистическим предприятием: полная ответст­венность руководителя, который в своей работе должен опи­раться на массы, на коллектив, на общественные организа­ции предприятия; необходимость сочетания широкого демокра­тизма с железной дисциплиной.

    Вопрос о единоначалии во всей своей широте был поставлен и на I Всесоюзной конференции работников социалистической промышленности. Значение его, как одного из основных во­просов, было подчеркнуто в докладе Серго Орджоникидзе, в выступлении В. М. Молотова.

    Историческое значение имела речь выступившего на к‘он- ференции И. В. Сталина «О задачах хозяйственников». Ука­зав на значение правильного руководства производством, И. В. Сталин подчеркнул необходимость для руководителей глубоко знать предприятие для того, чтобы действительно им руководить. О конкретном руководстве, руководстве с глубоким знанием дела говорил И. В. Сталин и в докладе на совещании хозяйственников 23 июня 1931 г.

    Резолюция XVII съезда ВКП(б) снова со всей оетротой подчеркивает значение единоначалия: «...усилить личную ответственность руководителей за порученное им дело как по партийной, так и по советской линии, ликвидировать функционалку и обезличку в работе, установив строгое еди­ноначалие» *.                     .

    На необходимость дальнейшего укрепления единонача­лия на производстве указала и XVIII Всесоюзная конферен­ция ВКП(б)[64].

    Эти указания нашли свое воплощение не только в нормах социалистического права, регулирующих управление хо­зяйством и внутреннюю структуру предприятия, ной в нормах, регулирующих взаимные отношения государственных соци­алистических организаций. Постановление ЦИК и СП К СССР от 18 февраля 1931 г. «Об ответственности за невы­полнение заказов и поставок по договорам для обобществлен­ного сектора народного хозяйства»8 устанавливает: «В случае невыполнения или ненадлежащего выполнения хозяйствен­ными органами принятых на себя обязательств по договорам заказов и поставок для государственной промышленности, транспорта, обобществленного сектора сельского хозяйства, а также для других отраслей обобществленного сектора народ­ного хозяйства — директора заводов и другие должностные лица, ответственные за выполнение данного заказа или поставки, привлекаются к ответственности, как за долж­ностное преступление».

    О персональной ответственности руководителей хозяйствен­ных организаций за соблюдение договорной дисциплины и надлежащее выполнение договоров говорит и Положение о государственном арбитраже, принятое в 1931 г,[65] В ст. 9 этого Положения мы читаем: «Государственный арбитраж исходит из необходимости строгого соблюдения плановой и договорной дисциплины и повышения материальной ответственности хозяйственных органов и персональной ответственности хозяйственников за невыполнение или не­надлежащее выполнение договоров и сделок».

    Таким образом, именно на руководителей предприятий, на органы юридического лица возлагается персональная от­ветственность за надлежащее выполнение предприятием его гражданско-правовых обязательств.

    Органы государственных юридических лиц несут всю пол­ноту ответственности за деятельность последних, обладая достаточными правами для ее правильной организации. Только органы, т. е. ответственные руководители, выражают в граждан­ско-правовых отношениях волю государственных юридических лиц. Только они могут, в пределах, очерченных законом и согласно плановым заданиям, распоряжаться имущест­вом, направлять деятельность рабочих и служащих. Для того чтобы нести всю полноту ответственности, руково­дители государственных социалистических организаций на­деляются и всей полнотой прав. В этом выражается одна из важнейших сторон принципа единоначалия в управлении хозяйством.

    Таким образом, социалистическое государство, создавая то или иное юридическое лицо, доверяет руководителям организацию деятельности коллектива трудящихся, управление определенной частью государственной социалистической собст­венности, использование выделенного государством ком­плекса материальных средств для выполнения планов соци­алистического строительства, для дальнейшего роста и раз­вития государственной социалистической собственности.

    И. В. Сталин указывает, что директора предприятий, по­лучившие от государства средства производства, «...утвержда­ются, как уполномоченные советского государства по исполь­зованию средств производства, согласно планов, преподан­ных государством»[66].

    Именно эти лица выражают волю юридического лица — государственной социалистической организации в ее граждан­ско-правовых отношениях с другими организациями и граж­данами.

    Несомненно, руководители — органы юридического лица—■ должны опираться на коллектив, должны прислушиваться к нему, должны на основе развернутой критики и самокритики повседневно улучшать свою работу. Однако эти последние отношения лежат вне сферы гражданского права. В социалисти­ческом гражданском обороте только органы юридического* лица выражают его волю.

    Основанием правомочия органа юридического лица, воля которого рассматривается как воля самого юридического* лица, является , полномочие государства. Государство создает данное юридическое лицо. При этом государство* указывает, какие органы юридического лица непосредствен­но руководят его деятельностью, выступают как выразители воли юридического лица. Назначая в установленном законом порядке руководителя данного юридического лица, социали­стическое государство тем самым уполномачивает его вы­ражать волю юридического лица, вступать в гражданско- правовые отношения.

    Осуществляя свои обязанности, выражая волю юридиче­ского лица, люди, являющиеся органами юридического лица, вкладывают в осуществление своих сложных и ответственных обязанностей всю свою личную инициативу, знания, уменье, волю, чутко прислушиваются к мнению коллектива руко­водимой им организации. Воля юридического лица направлена на то, чтобы надлежащим образом выполнялась воля социалисти­ческого государства, создавшего данное юридическое лицо и направляющего его деятельность. За всей совокупностью юридических лиц — государственных социалистических орга­низаций и за каждым в отдельности — стоит социалистическое государство, единый субъект государственной социалистиче­ской собственности. Воля социалистического государства направ­ляет деятельность юридических лиц — государственных со­циалистических организаций. На осуществление целей и задач, поставленных социалистическим государством, направ­лена воля юридических лиц.

    В советской цивилистической литературе в статьях С. Е. Аскназия и Я. Ф. Миколенко справедливо указывалось на то, что за государственным юридическим лицом стоит социалисти­ческое государство как всенародный коллектив, как коллек­тив неделимый, наличествующий в каждом предприятии — юридическом лице1. Однако правильно подчеркивая, что за

    ^ См. проф. С. И. А с к н7а з и й. Об основаниях правовых отно­шений между государственными социалистическими организациями (К проблеме юридического лица в гражданском праве). «Ученые записки Ленинградского юридического ин-та», вып. IV. Юриздат, М., 1947;

    каждым юридическим лицом стоит социалистическое государ­ство как всенародный коллектив, и, полемизируя с теми со­ветскими ^цивилистами, которые считают, что субъектом правомочий юридического лица — государственной социали­стической организации — является коллектив его рабочих н служащих с ответственным руководителем во главе, авторы впадают в другую крайность, недооценивая значение коллек­тива юридического лица. В частности, нельзя согласиться с выдвинутым в статье С. И. Аскназия и воспроизведенным в статье Я. Ф. Миколенко положением о том, что коллектив рабочих и служащих предприятий или отдельный рабочий предприятия имеет не больше прав на имущество данного предприятия, нежели любой гражданин социалистического государства[67]. Это утверждение автора совершенно правильно, если речь идет только об отношениях собственности и об имущественных гражданских правомочиях. Действительно, как мы уже указывали выше, коллектив рабочих и служащих социалистического предприятия не имеет никаких граждан­ско-правовых правомочий. Однако отношения, возникающие как внутри предприятия, так и вовне, с его вышестоящими орга­низациями, с другими социалистическими предприятиями и т. д., чрезвычайно многообразны, и коллектив рабочих и служащих предприятия имеет большое влияние на исполь­зование имущества данного предприятия. Коллектив рабочих и служащих и отдельные рабочие и служащие, обсуждая основные вопросы деятельности предприятия, развивая кри­тику и самокритику, внося свои рационализаторские пред­ложения, принимая на себя обязательства по социалистическо­му соревнованию, тем самым участвуют в управлении именно данным предприятием. Именно коллектив рабочих и служащих осуществляет производственное использование закрепленного за данным юридическим лицом имущества. Находясь в трудовых отношениях именно с данным предприятием, его рабочие име­ют право прилагать свой труд к тому имуществу, которое закреплено за данным предприятием.                                                            ~

    Таким образом, в общем комплексе отношений, связанных с данным предприятием, коллектив рабочих и служащих играет огромную роль, находящую свое отражение в пра­вовом регулировании деятельности предприятия. Это не может не оказывать известного влияния и на формирование воли юридического лица, когда оно выступает как субъект граждан­ского права. Однако такое влияние при всем своем значении является косвенным, воля юридического лида выражается только через посредство его органов. Последние, выражая волю юридического лида, основываясь на полномочии госу­дарства, доверившего им эту ответственную обязанность, учитывают богатейший опыт коллектива, его энтузиазм, его творческую энергию.

    Вступая в гражданско-правовые отношения, выражая свою волю, юридическое лицо вместе с тем выражает и волю социалистического государства в данном конкретном вопросе на данном конкретном участке. Только в том случае, когда воля юридического лица выражается в соответствии с волей со­циалистического государства, воля юридического лица является действительной, создает те правовые последствия, на достижение которых она направлена[68].

    Может возникнуть вопрос: если каждое юридическое лицо выражает волю социалистического государства, то как объяснить тот факт, что эти юридические лица вступают в сделки друг с другом, выражая каждое свою волю, иногда может быть и противоречащую воле другой стороны.

    Однако такое противоречие только кажущееся. В действи­тельности, как бы ни разнились между собой волеизъявления юридических лиц — государственных социалистических орга­низаций, все они в конечвом счете выражают волю государства. Волеизъявления всех этих лиц направлены на достижение указанных государством целей установленными законом сред­ствами.

    Социалистическое государство, определяя план государ­ственной организации, выделяя ей определенный комплекс материальных средств, указывает цель, которой она должна добиваться, устанавливает те средства, которые ей передаются для достижения цели. В этом выражается воля государства, повседневно направляющего деятельность социалистических предприятий. При разрешении поставленных социалистическим хчэсударством задач каждая государственная организация мобилизует инициативу, энтузиазм, творческую энергию всех своих работников. В процессе деятельности данной организа-

    дни формируется ее воля. Таким образом, воля социалисти­ческого государства, устанавливающая общие задачи и ука­зывающая основные пути их разрешения, конкретизируется и детализируется в воле сотен тысяч государственных органи­заций и миллионов трудящихся, направленной на разрешение поставленных задач. В этой конкретизации общей воли соци­алистического государства, в воле государственных социалисти­ческих организаций и заключается в большой мере значение хо­зяйственного расчета как принципа управления социалистиче­ским хозяйством.

    Воля отдельных государственных социалистических ор­ганизаций, выступающих в гражданском обороте СССР, может различаться по своему конкретному содержанию. Это различие обуславливается различием выполняемых каж­дой государственной социалистической организацией задач и различием способов, которыми эти задачи разрешаются. Одна социалистическая организация для выполнения своего плана должна вырабатывать металл определенных сортов и поставлять его потребителям; другая — приобретать металл и использовать его как сырье для производства станков; третья — приобретать эти станки для расширения своего производства и т. д. Каждая из этих организаций выступает в социалистическом гражданском обороте, выражая свою от­личную от других организаций волю, соблюдая свои непосредст­венные интересы.

    Однако во всем этом богатстве различных интересов, различных волеизъявлении выражается одна общая воля — воля социалистического государства — главного орудия в борьбе за построение коммунизма — единого и единственного субъ­екта государственной социалистической собственности.

    Это единство воли, пронизывающее различные и разнооб­разные по своему конкретному содержанию волеизъявления государственных социалистических организаций и являюшееся основой их всех, наглядно подтверждается существованием института преддоговорного арбитража. Действительно, в чем смысл и значение преддоговорного арбитража в отношениях государственных социалистических организаций? Интересы двух государственных социалистических организаций пришли в противоречие; воля, выраженная одвой из них, расходится с волей другой; между сторонами возникает спор не по поводу того или иного фактического обстоятельства, а относительно содержания волеизъявления одной из них или обеих. Но такое противоречие не может быть действительным; оно может быть только мнимым. В действительности ^ воля обеих госу­дарственных социалистических организаций едина; она соот­ветствует воле социалистического государства. Противоречие
    интересов двух государственных организаций, противо­положность их волеизъявления могут иметь своей причиной только одно: воля какой-либо из этих организаций, либо обеих организаций в той или иной мере уклонилась от воли социалистического государства, в той или иной степени пере­стала ее выражать. Но такая воля не может рассматриваться как воля юридического лица, не может создать тех правовых последствий, на достижение которых она направлена. Автори­тетный орган — арбитраж — призван установить, воля какой из организаций и в какой степени отклонилась от выражения воли социалистического государства, перестала ей соответст­вовать. Государственный арбитраж в этом случае призван установить, что именно соответствует воле Советского го­сударства по данному конкретному вопросу, и в соответствии с этим решить, какая из спорящих сторон отклонилась от выражения этой воли. Таким образом, задачей преддоговорного арбитража и является установление подлинного внутреннего единства воли государственных организаций, вступающих в договорные отношения; выяснение того, что именно в их волеизъявлении представляет собой выражение подлинной воли юридического лица. При всем разнообразии содержа­ния воли государственных социалистических организаций, выступающих в социалистическом гражданском обороте, разнообразии, обусловленном богатством конкретных задач, стоящих перед каждой государственной социалистической организацией, и способов их разрешения, эта воля в основе своей, в своей сущности едина, она выражает волю социалистического государства. Поэтому и не может быть противоречий в интересах этих организаций, в их подлинной воле.

    б. Кооперативно-колхозные и общественные

    организ ации

    Социалистические кооперативно-колхозные и общественные организации являются собственниками своего имущества и в этом качестве выступают в социалистическом гражданском обороте. Органы этих юридических лиц, в соответствии с зако­ном и в пределах своей компетенции, осуществляют все право­мочия собственника, в том числе совершают все гражданско- правовые сделки, в частности заключают и исполняют до­говоры.

    Компетенция каждого из органов этих юридических лиц и их право заключать гражданско-правовые сделки, порождающие обязательства юридического лица, основываются на уставе
    данной организации. Остановимся на том, как разрешается этот вопрос в отношении основных видов кооперативных и об­щественных организаций.

    Согласно Примерному уставу сельскохозяйственной артели, общее собрание ее членов является высшим органом управле­ния артели (ст. 20 Устава).

    В договорах и других гражданско-правовых сделках, за­ключаемых колхозом, должна быть выражена воля членов кол­хоза, его общего собрания, распоряжающегося имуществом кол­хоза в целях укрепления колхоза и его развития. Согласно Уставу сельскохозяйственной артели, общее собрание утвержда­ет договор с МТС — этот важнейший акт в жизни колхоза. В ст. 20 Примерного устава сельскохозяйственной артели, уста­навливающей круг вопросов, решение которых отнесено к компе­тенции общего собрания, из числа договоров, обязательно утверж­даемых общим собранием, упомянут только договор с МТС, однако и другие договоры, имеющие значение для деятельности колхоза (договоры контрактации, договоры с органами связи на перевозку почты и др.), также утверждаются общим собранием. Отдельные договоры могут заключаться правлением колхоза. Однако эти договоры должны выражать волю всего колхоза, должны полностью соответствовать утвержденным общим собранием членов колхоза производственным планам и при­ходо-расходным сметам.

    Социалистическое государство, руководя колхозным строи­тельством, на всех его этапах подчеркивало важнейшее значе­ние соблюдения внутриколхозной демократии. Постановление Совета Министров Союза ССР и Центрального Комитета ВКП(б) от 19 сентября 1946 г. «О мерах по ликвидации нарушений Устава сельскохозяйственной артели в колхозах»1 указало на недопустимость такого положения, когда все дела сельско­хозяйственной артели, в том числе распределение доходов, хозяйственные планы, распоряжение материальными средствами, решались только правлением или председателем колхоза без участия колхозников. Постановление квалифицировало такую практику, как нарушение демократических основ управления колхозом. Из этого следует, что вопрос о заключении договоров, представляющих собой распоряжение материальными сред­ствами колхоза, должен разрешаться с участием колхозников. Формы этого участия могут быть различными.

    Поскольку Устав сельскохозяйственной артели не устанав­ливает компетенции правления колхоза и его председателя в от­ношении заключения договоров и других гражданско-правовых сделок, этот вопрос следует разрешать на основании общих

    положений о компетенции общего собрания артели, ее правле­ния и председателя.

    Определение компетенции органов артели в заключении гражданско-правовых сделок относится к области внутрикол- хозных отношений, регулируется нормами колхозного права, исследуется в науке колхозного права. Следует, однако, отметить, что в литературе по колхозному праву этот вопрос почти не освещен.

    В кооперативных промысловых артелях высшим органом уп­равления артелью является общее собрание ее членов. Общее собрание рассматривает и утверждает производственный и фи­нансовый планы артели, сметы расходов и планы капитального строительства, нормы выработки и расценки работ, образование и размер различных фондов, в соответствии с действующим за­конодательством и уставом артели. Таким образом, общее со­брание промысловой артели, как и общее собрание членов кол­хоза, определяет основные моменты хозяйственной деятель­ности артели, от которых зависит вся конкретная работа по осуществлению этих общих указаний, а следовательно, и содер­жание заключаемых артелью договоров. Заключение граждан­ско-правовых договоров, как правило, относится к компетен­ции правления артели.

    Общественные организации в СССР ведут большую и ответ­ственную работу в самых различных областях общественной дея­тельности, помогая социалистическому государству осущест­влять его основные функции. Важнейшую роль в хозяйственной и культурной жизни СССР играют профсоюзы, представляющие собой один из «рычагов», «приводов» механизма диктатуры рабочего класса. Профсоюзы мобилизуют массы на выполнение задач, поставленных социалистическим государством, воспиты­вая трудящихся в духе высоких принципов коммунизма.

    Деятельность общественных^ организаций, как правило, осуществляется в области политического, морального, физи­ческого воспитания граждан. Однако общественные организации ведут и известную хозяйственную работу, долженствующую обес­печить необходимые условия для их основной деятельности.

    Устав общественной организации указывает, кто именно и в каком порядке выступает в гражданско-правовых отношениях от лица этих организаций, выражает их волю. В некоторых случаях устав непосредственно указывает, кто именно имеет право заключать договоры, создающие права и обязанности для данной общественной организации. В других случаях это вытекает из общего определения компетенции отдельных орга­нов данной общественной организации.

    Так, Устав художественного фонда Союза ССР устанавли­вает, что правление художественного фонда СССР распоря­
    жается в пределах, установленных действующими законами и правилами, всеми средствами и имуществом фонда и совершает от его имени все разрешенные законом операции, входящие в круг деятельности фонда. Устав предусматривает, что договоры, заключаемые фондом, подписываются председателем правления или лицом, уполномоченным на то правлением.

    Устав архитектурного фонда Союза советских архитекторов СССР в ст. 15 возлагает на правление фонда управление его имуществом, совершение от его имени соответствующих его задачам сделок, актов и договоров и выдачу доверенностей[69].

    Таким образом, в социалистическом гражданском обороте колхозы, кооперативные и общественные организации выступают в лице своих органов, выражающих волю данной организации как субъекта права собственности и действующих на основании устава данной организации, по полномочию общего собрания ее членов.

    2. Выражение воли граждан в договоре

    Разрешение вопроса о выражении воли граждан в заключае­мых ими договорах не вызывает затруднений в том случае, когда дееспособный гражданин лично вступает в договор. Осущест­вляя закрепленное и обеспеченное Конституцией СССР право личной собственности и распоряжаясь иными имущественными правами, гражданин свободно выражает свою волю, вступая в те или иные, соответствующие социалистическому право­порядку, договорные отношения с социалистическими органи­зациями или гражданами. Подлинная свобода волеизъявления граждан, охрана их интересов обеспечиваются всем строем социалистического общества, в котором забота о максималь­ном удовлетворении материальных и культурных потребностей граждан является законом развития.

    Несколько сложнее обстоит дело тогда, когда дееспособные граждане выражают свою волю и вступают в договор не лично, а через представителя. В*этом случае возникает вопрос о том, чье волеизъявление, представителя или представляемого, создает договорное обязательство. К сожалению, в советской цивили- стической литературе мы не найдем такого ответа на этот вопрос, который мог бы вполне удовлетворить теоретические и практи­ческие требования.

    В учебнике гражданского права для юридических вузов из­дания 1944 г. авторы не дают ответа на вопрос о том, чья воля выражена в сделке, заключенной представителем. Изложив ряд буржуазных теорий представительства и указав на то, что
    эти теории обслуживают потребности капиталистического оборота, авторы так и не ответили на вопрос о том, какова природа представительства в советском гражданском праве[70].

    Не находим мы ответа на этот вопрос и в учебнике граж­данского права издания 1950 г. По поводу того, чья воля выра­жена в сделке, заключенной представителем, авторы пишут: «Представитель, совершая сделку, сам изъявляет волю, хотя содержание этой воли определяется полномочием. Поэтому при оценке действительности сделок, совершаемых представи­телем, учитываются пороки воли представителя, а не представ­ляемого» [71].

    Здесь совершенно правильно указывается на то, что воля представителя имеет существенное значение при совершении им сделки и что пороки воли представителя могут служить осно­ванием для признания сделки недействительной. Но указав на то, что содержание воли представителя определяется полномо­чием, авторы тем самым, повидимому, должны были бы признать, что основным, определяющим является воля представляемого. Однако этого вывода в учебнике нет. Это совершенно понятно, если учесть, что авторы исходят из ставшего традиционным в советской цивилистической литературе объединения в общее понятие представительства отношений, в которых выступают представители дееспособных граждан, и отношений, в которых выступают опекуны, совершая сделки за своих подопечных. Конечно, если объединить эти совершенно различные по своему содержанию отношения, то нельзя говорить о том, что в сделке, заключенной представителем, выражается воля представляемого.

    В работе проф. С. Н. Ландкофа «Основы гражданского права» дается ответ на вопрос о том, чья воля выражена в сделке, заключаемой представителем. Однако с этим ответом нельзя согласиться. С. Н. Ландкоф пишет: «Представитель, заключая сделку в интересах другого лица, фактически выражает свою волю, однако эту волю должен признать представляемый. Поэтому юридически считают, что .представитель выражает волю представляемого. Но это — юридическая фикция. На­пример, представитель несовершеннолетнего или душевноболь­ного, совершая сделки в интересах последних, выражает свою волю, а не волю представляемого, так как тот совершенно ли­шен разумной и сознательной воли» [72].

    Прежде всего нельзя согласиться с допускаемым автором раз­рывом между фактическим и юридическим содержанием понятия представительства. Советское право такого разрыва не знает так же, как не знает юридических фикций и не нуждается в них. Юри­дические фикции нужны буржуазному праву, которое в целях демагогии, обмана и идеологической обработки масс пытается, посредством этих фикций, нормы, закрепляющие и усугуб­ляющие отношения эксплуатации, «согласовать» со своими лжи­выми декларациями о «равенстве», «справедливости» и т. д. Юридические фикции нужны буржуазному праву для того, чтобы придать видимость «законности» грубейшему произволу суда, для того, чтобы открытое принуждение и закабаление трудящихся представлять как результат «свободной воли» за­кабаляемого, и для других подобных махинаций. Советскому праву, представляющему собой новый, высший тип права, органически чужда юридическая фикция. Советское право стре­мится к тому, чтобы каждый его институт при регулировании тех или иных общественных отношений наиболее полно и точно выражал и закреплял волю советского народа. Поэтому в совет­ском праве не может быть противопоставления фактического и юридического содержания того или иного института.

    Положение автора неверно и потому, что оно противоречит фактам. Автор в подтверждение высказанного им положения приводит пример сделки, совершенной представителем недееспо­собного, не имеющего разумной воли, но в действительности совершение дееспособными гражданами сделок через пред­ставителя и совершение. опекунами и попечителями сделок за своих подопечных совершенно различно по своему существу, характеру и значению.

    В сделках (в частности, в договорах), совершаемых дееспо­собными гражданами через представителя, выражается прежде всего воля представляемого. Эта воля определяет выбор пред­ставителя, объем его полномочий, основные условия сделки, которую должен заключать представитель, а иногда и все подроб­ности этой сделки. Большая или меньшая степень детализации полномочий представителя также зависит от представляе­мого.

    Несомненно, и воля представителя имеет большое значение. Для того чтобы возникли отношения представительства, необ­ходимо, чтобы представитель в той или иной форме выразил свою волю, направленную на возникновение этих отношений. Пред­ставителем может быть только лицо, обладающее разумной и сознательной волей, дееспособное лицо. Он должен иметь воз­можность свободно выразить свою волю; если он действовал под влиянием угрозы, заблуждения, обмана, насилия,— сделка, заключенная ям, недействительна. Однако воля представителя

    непосредственно направлена не на создание тех правовых последствий, которые связаны с заключаемым им договором, а на то, чтобы реализовать волю представляемого, для которого и возникают права и обязанности из договора. Основанием возникновения прав и обязанностей для представляемого являет­ся его волеизъявление, выраженное в полномочии, данном им представителю. Это вытекает непосредственно из текста ст. 39 ГК РСФСР[73], устанавливающей, что сделки, совершенные представителем от имени представляемого в пределах полномо­чия, имеют обязательную силу для представляемого и порож­дают непосредственно для него права и обязанности. Именно полномочие представляемого и является основанием для того, чтобы права и обязанности для него возникли из действий пред­ставителя. Сделки, совершенные представителем вне пределов его полномочий, не обязывают представляемого. Таким образом, основанием возникновения прав и обязанностей для дееспособ­ного гражданина, вступающего в договор через представителя, является волеизъявление этого гражданина, получившее свое выражение в установлении полномочий представителя.

    Это положение выступает очень наглядно и ясно тогда, когда гражданин уполномачивает представителя на совершение опре­деленной сделки на точно указанных представляемым условиях. В этом случае утверждение о том, что в договоре выражена воля представляемого, не вызывает сомнения. Но даже и в более сложном случае так называемой общей доверенности договор, заключенный на основании такой доверенности, выражает волю представляемого. Действительно, выдав такую доверен­ность, назначив представителя, определив объем его правомо­чий, гражданин выражает свою волю и соглашается принять на себя права и обязанности, возникающие из действий предста­вителя, на совершение которых он его управомочил.

    Закон устанавливает ряд положений, направленных на то, чтобы обеспечить осуществление воли представляемого в дого­воре, заключенном представителем. Ст. 269 ГК снова повторяет положение ст. 39 ГК о том, что действия поверенного создают для доверителя непосредственные права и обязанности, если они совершены согласно доверенности. Эта же статья устанав­ливает возможность возникновения прав и обязанностей для представляемого, если действия поверенного хотя и совершены не в соответствии с доверенностью, но впоследствии одобрены доверителем. И в этом случае основанием возникновения прав и обязанностей для доверителя является его волеизъявление, хотя и выраженное не заранее, а розЬ {асЬит.

    Положения ст. ст. 264 и 266 ГК о письменной, а в некото­рых случаях о нотариальной форме доверенности, положения ст. 270 ГК о том, что доверитель может во всякое время отменить доверенность, ст. 272 ГК о том, что, но требованию доверителя, поверенный должен немедленно возвратить ему доверенность, и все другие относящиеся к поручению документы, ст. 274 ГК о том, что передоверие может быть во всякое время отменено не только поверенным, выдавшим его, но и доверителем,— все эти нормы направлены на то, чтобы обеспечить представляемому наиболее полную возможность выражения своей воли в действиях пред­ставителя.

    Рассмотрение норм ГК РСФСР и гражданских кодексов дру­гих союзных республик о представительстве неизбежно приводит к выводу, что без волеизъявления представляемого дееспособ­ного гражданина для него не возникают права и обязанности. В договоре, заключаемом дееспособным гражданином через представителя, выражена воля представляемого. Она может быть выражена конкретно и детально: представляемый сам может установить все условия договора. Она может быть выра­жена в более общей форме: представляемый может доверить представителю установление условий договора, выбор контр­агента и т. д. Но и в этом случае основанием для обязательства представляемого является его волеизъявление.

    Совершенно иначе обстоит дело тогда, когда сделки совер­шаются представителями недееспособных лиц. В этом случае закон не признает у представляемого наличия разумной и созна­тельной воли, которая могла бы направлять его действия в граж­данском обороте. Именно отсутствие этой воли является при­чиной того, что данное лицо недееспособно. Социалистическое государство, проявляющее особую заботу о детях, руководствую­щееся в своей заботе о гражданах высокими принципами ком­мунистической морали, устанавливает ряд норм, направленных на то, чтобы интересы недееспособных граждан были полностью защищены, чтобы лица, которым доверена высокая обязанность воспитания детей или уход за больными, признанными вслед­ствие своего психического состояния недееспособными, дейст­вовали исключительно на пользу своих подопечных. Вопрос о распоряжении опекунами и попечителями имуществом подопеч­ных не является самостоятельным вопросом. Его разрешение зависит от разрешения основного вопроса — кому доверяется забота о том или ином недееспособном (ребенке или душевно­больном).

    Законом на родителей возлагается обязанность заботиться о своих несовершеннолетних и нетрудоспособных детях, содержать их. Родители несут ответственность за исполнение этих обязан­ностей (см. ст.ст. 33, 41, 42 Кодекса законов о браке, семье

    и опеке РСФСР и соответствующие статьи брачно-семейных кодексов других союзных республик).

    В случае невыполнения родителями своих обязанностей в отношении детей, суд может вынести решение о лишении роди­телей родительских прав, об отобрании детей от родителей и-

    о передаче детей на попечение органам опеки и попечительства.

    Во всех тех случаях, когда забота о детях не может быть осуществлена родителями или усыновителями, социалистиче­ское государство устанавливает такой порядок, при котором интересы детей, забота о них, их воспитание доверяются лицам, сумеющим обеспечить надлежащее выполнение этих почетных и сложных обязанностей. Так же тщательно отбираются лица, которым можно доверить уход и заботу о совершеннолетних, полностью или частично недееспособных. Социалистиче­ское государство систематически контролирует деятельность всех этих лиц, проверяет, как они осуществляют свои обязан­ности.

    Советский закон гласит: «Опека и попечительство] уста- навливаютсядля защиты личности недееспособного, его законных прав и интересов, а равно для охраны имущества в случаях, законом предусмотренных» (ст. 68 КЗоБСО РСФСР[74]). Ст. 79 на­званного Кодекса устанавливает: «Опекун над несовершеннолет­ним обязан заботиться о воспитании его, обучении, подготовке к общественно-полезной деятельности. Опекун над душевноболь­ным или слабоумным обязан принять меры к лечению и содержа­нию его в условиях, соответствующих состоянию здоровья под­опечного».

    По советскому праву опекун — это лицо, на котором лежит весь комплекс обязанностей по уходу, воспитанию, заботе о подопечном. Закон устанавливает строгие требования «в отно­шении личности опекуна. Определенные категории лиц по за­кону не могут быть назначаемы опекунами и попечителями (ст. 77 КЗоБСО РСФСР). Лица, в отношении которых может воз­никнуть предположение о том, что они ненадлежащим обра­зом будут исполнять свои обязанности, самим законом не допу­скаются к исполнению обязанностей опекуна и попечителя. Но закон не ограничивается отстранением определенного круга лиц от осуществления обязанностей опекуна или попечителя. Для того чтобы доверить выполнение этих обязанностей тому или иному гражданину, закон предъявляет ему ряд положитель­ных требований. Согласно ст. 76 КЗоБСО РСФСР: «При выборе- опекуна и попечителя должны быть приняты во внимание лич­ные свойства, способность к несению соответствующих обязан­
    ностей, отношения, существующие между данным лицом и подле­жащим опеке и попечительству...»

    Управление имуществом подопечных, совершение сделок в отношении этого имущества осуществляются опекуном в ходе выполнения им всех своих обязанностей. Заключая эти сделки, опекун выступает как лицо, воля которого заменяет отсутствую­щую волю подопечного и направлена на защиту интересов и охрану прав подопечного. В целях наилучшей защиты этих интересов и прав закон запрещает опекуну совершение без согласия органов опеки и попечительства некоторых видов сде­лок, которые могли бы уменьшить имущество подопечного. Что касается остальных сделок, то здесь, по формулировке за­кона, «опекун может совершать все сделки, которые мог бы со­вершить сам подопечный, если бы обладал дееспособностью...» (ст. 86 КЗоБСО). Таким образом, опекун, выполняя свои от­ветственные и разносторонние обязанности, может заключать и необходимые в связи с выполнением этих обязанностей сделки, заменяя в них недееспособного подопечного. В договорах, как и в других сделках, совершаемых опекунами в отношении иму­щества их подопечных, выражается воля только одного лица — опекуна; у недееспособного подопечного закон не признает наличия разумной и сознательной воли, которая могла бы созда­вать правовые последствия.

    Это существенно отличает отношения, возникающие при совершении сделок опекунами от имени их недееспособных подопечных, от сделок, совершаемых дееспособными гражданами через представителей.

    Объединение этих совершенно различных по своему характе­ру отношений в единый институт представительства не находит основания и в действующем праве.

    Отношения представительства регулируются нормами граж­данских кодексов. При этом в ст. 38 ГК (и соответствующих статьях гражданских кодексов союзных республик) подчерки­вается: «Лица дееспособные могут совершать сделки и через избранных ими представителей....» Нормы, регулирующие отно­шения поручения и доверенности, связанные с представитель­ством, как следует из всего их контекста, имеют в виду предста­вительство дееспособных лиц.

    Отношения, возникающие при совершении сделок опекуна­ми и попечителями от имени своих подопечных, регулируются КЗоБСО РСФСР и соответствующими кодексами других союзных республик. Закон устанавливает, что: «Опекуны от имени и в интересах подопечных осуществляют права и вы­полняют обязанности последних» (ст. 69 КЗоБСО РСФСР). Таким образом, опекуны приобретают права и обязанности, хотя и принадлежащие подопечному, но которые они должны

    осуществлять и выполнять сами, вместо подопечного, до тех пор, пока продолжаются отношения опеки. В тех немногих случаях, когда в законе применяется термин «представитель» и в отноше­нии лиц, выступающих в интересах своих недееспособных или частично дееспособных подопечных, этот термин употребляется не в смысле представительства в сделке. Так, ст. 9 ГК устана­вливает, что несовершеннолетние, достигшие четырнадцати лет, могут совершать сделки с согласия своих законных пред­ставителей (родителей, усыновителей, опекунов или попечите­лей). Однако термин «представитель» здесь употреблен не в смы­сле представительства в сделке, так как в числе «законных пред­ставителей» названы попечители, которые представителями своих подопечных не являются. Это видно и из того, что речь идет именно не о представительстве в сделках, а о разрешении частично дееспособным самим вступать в сделки.

    Таким образом, ни содержание отношений, ни нормы дейст­вующего права не дают оснований для того, чтобы объединять в общее понятие представительства отношения, возникающие при заключении договоров представителями дееспособных граж­дан, и отношения, возникающие при заключении договоров опекунами недееспособных за своих подопечных.

    В советской цивилистической литературе С. Н. Братусем высказывалось совершенно правильное мнение о том, что мелкие бытовые сделки, совершаемые недееспособными для удовлет­ворения их элементарных материальных и культурных потреб­ностей и исполняемые при самом их совершении, должны быть узаконены будущим общесоюзным Гражданским кодексом[75].

    § 2. ГОСУДАРСТВЕННОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ДОГОВОРНЫХ ОТНОШЕНИЙ

    Соглашение сторон, составляющее договор, представляет собой акт свободной воли каждой из сторон. Тот факт, что данное договорное обязательство было принято лицом на себя актом его свободной воли, и является основанием для обяза­тельности соблюдения им договора. Лицо заранее своим воле­изъявлением установило линию своего поведения в опреде­ленных отношениях на будущее время. Это волеизъявление обязывает лицо именно потому, что оно является актом его свободной воли, что данное лицо само избрало такую линию поведения и поэтому не может в дальнейшем отказаться от принятого на себя обязательства, изменить, без особых установ­ленных законом причин, эту линию поведения.

    Говоря о свободе воли сторон в договоре в советском социа­листическом гражданском праве, необходимо подчеркнуть, что свобода воли в этом, как и во всех других случаях, пони­мается в свете единственно правильного учения марксизма- ленинизма о свободе воли.

    Марксистская философия понимает свободу не как абстрак­цию, не как воображаемую независимость от законов природы и законов общественного развития, а как свободу действовать в соответствии с познанными законами природы, в соответ­ствии с познанной необходимостью.

    Ф. Энгельс в «Анти-Дюринге» дал марксистское, ставшее классическим, определение свободы воли, приведенное В, И. Лениным в своем произведении «Материализм и эмпирио­критицизм». Ф. Энгельс писал: «Не в воображаемой независи­мости от законов природы заключается свобода, а в познании этих законов и в основанной на этом знании возможности пла­номерно заставлять законы природы действовать для опреде­ленных целей. Это относится как к законам внешней природы, так и к законам, управляющим телесным и духовным бытием самого человека,— два класса законов, которые мы можем отделять один от другого самое большее в нашем представлении, отнюдь не в действительности. Свобода воли означает, следо­вательно, не что иное, как способность принимать решения со знанием дела. Таким образом, чем свободнее суждение челове­ка по отношению к определенному вопросу, с тем большей необ­ходимостью будет определяться содержание этого суждения, тогда как неуверенность, имеющая в своей основе незнание и вы­бирающая как будто произвольно между многими различными и противоречащими друг другу возможными решениями,тем са­мым доказывает свою несвободу, свою подчиненность тому пред­мету, который она как раз должна была бы подчинить себе»[76].

    Чем глубже и полнее познают люди законы природы и зако­ны общественного развития, тем с большей свободой они дейст­вуют, используя эти законы для достижения своих целей. Со­циалистическое государство, руководимое Коммунистической партией, использует для достижения великой цели построения коммунистического общества познанные им законы природы и законы общественного развития. При этом социалистическое государство определенным образом регулирует общественные отношения граждан и юридических лиц, в том числе и их договорные отношения, помогая им действовать со знанием дела, осуществлять подлинную свободу воли[77].

    Государственное регулирование договорных отношений в за­висимости от их характера и значения строится по-разному. Однако ряд основных, общих положений относится ко всем видам договоров (и не только договоров, но и всех гражданско- правовых сделок). Эти положения, содержащиеся в нормах статей 30—34 ГК и соответствующих статей гражданских коде­ксов других союзных республик, направлены на то, чтобы обеспечить: 1) соответствие всех совершаемых гражданско- правовых сделок социалистическому правопорядку и 2) объек­тивную возможность свободного волеизъявления сторон и соответствие волеизъявления внутреннему содержанию их воли.

    Гражданский кодекс РСФСР и гражданские кодексы других союзных республик устанавливают также ряд общих импера­тивных норм, регулирующих порядок заключения и исполне­ния договора, форму договора, способы обеспечения исполне­ния договора, последствия неисполнения и т. д. Императивный характер этих норм определяется тем, что они регулируют наиболее существенные вопросы договорных отношений и направлены на то, чтобы обеспечить справедливое распределе­ние прав и обязанностей сторон, ответственность за соблюдение и исполнение договора, ответственность сторон в случае заклю­чения неправомерного договора, охрану прав и интересов граждан и организаций, вступающих в договорные отношения, и т. д. Ряд норм регулирует отдельные виды договоров. Значи­тельная часть этих норм носит диспозитивный характер и предоставляет сторонам возможность иначе урегулировать свои отношения (см., например, ст.ст. 134, 139, 140, 141, 143, 144, 145,159,161,163,168,184,186,188,197 и ряд других статей ГК РСФСР и соответствующие статьи гражданских кодексов союз­ных республик).

    В нормах гражданских кодексов, регулирующих договор­ные отношения, выражена забота социалистического государст­ва об охране интересов социалистических организаций, граж­дан, о такой организации договорных отношений, которая способствовала бы достижению великой цели строительства коммунистического общества.

    Совершенно очевидно, что нормы ГК РСФСР, принятые в 1922 г., не могли охватить все многообразие договорных свя­
    зей во второй фазе развития социалистического государства, в период перехода от социализма к коммунизму.

    В настоящее время такие договоры, как поставка, капи­тальное строительство, кредитование, очень подробно регламен­тируются специальными законами и нормативными актами, не вошедшими в гражданские кодексы. Вместе с тем неко­торые отношения, регулируемые ГК РСФСР и кодексами союзных республик, сейчас находят чрезвычайно ограничен­ное применение в социалистическом обороте, как, напри­мер, поручительство.

    Поэтому, помимо общих норм гражданских кодексов, регу­лирующих договорные отношения, лица, вступающие в дого­вор, в большинстве случаев обязаны соблюдать и ряд специаль­ных норм или индивидуальных актов, направленных на регу­лирование той или иной группы договоров, либо того или иного конкретного договорного отношения. В связи с этим мы должны рассмотреть в самых общих чертах те акты регулирования, соб­людение которых обязательно для сторон, вступающих в договор.

    Как уже указывалось выше, регулирование договорных от­ношений весьма разнообразно и зависит от характера и значе­ния той или иной группы отношений.

    Государственное регулирование договорных отношений меж­ду социалистическими организациями и гражданами, а также между гражданами направлено на то, чтобы непосредственно способствовать максимальному удовлетворению материальных и культурных потребностей граждан, способствовать действию основного закона социализма. Вместе с тем государственное ре­гулирование этих отношений имеет целью препятствовать не­правомерному использованию отдельными гражданами их лич­ной собственности, использованию ее для извлечения нетрудо­вых доходов, для спекуляции.

    Только в социалистическом обществе возможно полное раз­витие человеческой личности, всех ее задатков и способностей, возможно наиболее полное удовлетворение разносторонних потребностей человека.

    Граждане социалистического общества, свободные от неиз­бежной для трудящихся при капитализме ужасной и уни­зительной неуверенности в завтрашнем дне, от голода и безработицы, используют свои трудовые доходы для всесторон­него удовлетворения своих потребностей. В распоряжении своими трудовыми доходами для удовлетворения своих потреб­ностей граждане социалистического государства совершенно свободны.

    Социалистическое государство, развивая промышленное про­изводство, сельское хозяйство, советскую торговлю, все шире развертывая жилищное строительство, работу предприятий
    бытового и коммунального обслуживания, сеть санаториев, домов отдыха и т. д., помогает советским гражданам использо­вать свои трудовые доходы с наибольшей для себя пользой.

    При всем большом экономическом и политическом значении договорных отношений с участием граждан, эти отношения не касаются, однако, важнейшей области советского экономиче­ского оборота: распределения средств производства, а так­же товарно-денежных отношений между двумя основными секторами социалистического производства — государствен­ным и колхозным.

    Договоры, заключаемые социалистическими организациями друг с другом применяются именно в тех важнейших областях экономического оборота, о которых упоминалось выше. Поэтому волеизъявления юридических лиц, выражающиеся в заклю­чаемых ими договорах, являются особенно ответственными. Лица, выражающие волю социалистических организаций, выступающих в гражданском обороте, должны действовать с полным знанием дела, должны совершенно ясно представлять себе значение своих действий, их последствия, их место в гражданском обороте и связь с действиями других органи­заций.

    Такое глубокое знание и понимание значения и последствий действий каждой организации в общей системе социалисти­ческого хозяйства возможно только в том случае, когда дея­тельность этой организации направляется компетентными органами в соответствии с народнохозяйственным планом, в соответствии с требованиями объективных законов развития социалистической экономики, с планами строительства комму­низма. Социалистическое государство на основе познанных им объективных законов общественного развития направляет деятельность отдельных социалистических организаций во всех отраслях социалистического строительства, направляет ини­циативу, волю этих организаций на выполнение планов строи­тельства коммунизма.

    Указывая последним их цели или санкционируя цели, ко­торые эти организации сами наметили, устанавливая планы, предлагая общее решение ряда вопросов, связанных с догово­рами, социалистическое государство помогает формированию воли этих организаций. Государство определяет пути и способы, которыми социалистические организации должны добиваться поставленной цели, направляет волю этих организаций по вер­ному пути, создает условия для подлинной свободы волеизъяв­ления этих организаций в их гражданско-правовых отношениях.

    Необходимость государственного регулирования договор­ных отношений социалистических организаций вызывается также тем, что юридические лица выступают в гражданском обо­
    роте через посредство своих органов. Действия людей — орга­нов юридического лица — могут обязывать последнее лишь тогда, когда эти люди выражают волю юридического лица. Если органы юридического лица в своих действиях выражают не волю юридического лица, а свою личную волю или волю какой-либо группы лиц, противопоставляющей себя юриди­ческому лицу в целом, то такие действия не могут рассматри­ваться как действия юридического лица. Эти действия не выра­жают волю юридического лица и поэтому не могут обязывать последнее. Каким же образом может обнаружиться несоответ­ствие между действиями органов юридического лица и волей юридического лица?

    Воля юридического лица может быть познана не только из действий его органов (которые в отдельных случаях могут не соответствовать этой воле), но и из определенных, объективиро­ванных вовне актов, определяющих общее содержание этой воли.

    Такими актами являются устав юридического лица и допол­няющие его акты, плановые задания, указания вышестоящих органов, направляющих деятельность юридического лица. Все эти акты определяют содержание воли юридического лица и могут служить критерием для определения того, насколько действия данного органа выражают волю юридического лица.

    Государственное регулирование договорных отношений со­циалистических организаций не только помогает последним действовать с подлинным знанием дела, осуществлять действи­тельную свободу воли, но помогает также раскрывать содержа­ние воли социалистических организаций, устанавливать, на­сколько действия органа юридического лица выражают волю последнего.

    Рассмотрим конкретные способы, которыми это осущест­вляется.

    1.     Одним из принципов социалистического гражданского права в отношении деятельности юридических лиц является принцип специальной правоспособности. Социалистическое го­сударство признает действительными только те сделки юриди­ческих лиц, которые совершаются в соответствии с целями, указанными в уставах (положениях) этих юридических лиц[78]. Договоры юридических лиц, заключенные ими вне пределов их правоспособности,— недействительны. Воля юридического ли­ца является его подлинной волей только в том случае, если она
    направлена на достижение поставленных перед этим юридиче­ским лицом целей. Эти цели устанавливаются социалистическим государством при создании им государственных социалистиче­ских организаций либо коллективом граждан, объединяющихся в колхозно-кооперативные и общественные организации в •соответствии с установленными государством нормами. Со­ветское гражданское право предоставляет самую широкую возможность проявления инициативы юридических лиц в осу­ществлении ими своей деятельности. Юридическое лицо может совершать все разрешенные законом сделки (разумеется, кроме тех, которые по самому своему содержанию невозможны для юридического лица, как, например, завещание), если эти сделки направлены на достижение поставленной перед юридическим лицом цели. Только такие договоры могут обязывать юриди­ческое лицо и создавать правовые последствия.

    2.        Содержание воли юридических лиц, выражаемой ими в договоре, в подавляющем большинстве случаев определяется : плановым заданием. Народнохозяйственный план является отражением объективного экономического закона планомерного развития народного хозяйства и опирается на основной эконо­мический закон социализма. План направляет инициативу предприятия.

    В предыдущей главе мы останавливались на том, какое зна­чение имеет договор в деле выполнения и перевыполнения пла­нов социалистических организаций. Это значение договор имеет и может иметь только потому, что основное в договоре — волевой момент, что договор выражает волю, направленную на достижение определенной цели. Плановое задание определяет содержание воли социалистической организации, указывает те непосредственные цели, на достижение которых эта воля должна быть направлена. Поэтому плановое задание, незави­симо от степени его детализации, предполагает свободу волеизъ­явления юридических лиц в договоре, создает условия для наи­более полной возможности осуществления этой свободы[79].

    Подпись: 81На примере наиболее важных по своему удельному весу и значению договоров поставки и капитального строительства видно, что детальное планирование распределения продукции и планирование строительства оставляет широкое поле для инициативы сторон, заключающих договоры на основе актов планирования и для установления ими существенных элемен­тов своих взаимных прав и обязанностей.

    Однако в связи с большой детализацией планового регули­рования некоторых видов гражданско-правовых отношений

    в советской цивилистической литературе высказывались сом­нения относительно их договорного характера. Это касается в основном отношений по железнодорожной перевозке. Поскольку Устав железных дорог и плановые задания очень детально ре­гулируют отношения сторон по железнодорожной перевозке, некоторые советские цивилисты рассматривали отношения по железнодорожной перевозке как обязательства, возникающие непосредственно из актов планирования[80]-.

    С этой точкой зрения, однако, никак нельзя согласиться. В советской цивилистической литературе высказываются вполне обоснованные мнения о договорном характере отношений по железнодорожной перевозке, хотя Устав железных дорог не говорит прямо о заключении договора между сторонами[81].

    Действительно, представление клиентом груза для отправки и железнодорожной накладной несомненно является волеизъяв­лением грузоотправителя; прием груза железной дорогой, выдача квитанции представляют собой волеизъявление послед­ней. Как и в других договорах, основанных на плановом акте, и при железнодорожной перевозке плановое задание реали­зуется посредством соглашения сторон. Правда, в связи со спецификой железнодорожной и других видов перевозки, здесь имеется особое соотношение между административным актом, регулирующим эти отношения[82], и договором, но эти особенности соотношёния планового акта и договора, а также большая дета­лизация планового регулирования этих отношений ни в какой мере не исключают их договорного характера. Следует отметить также, что противники договорной теории железнодорожной перевозки слишком преувеличивают степень детализации пла­нового регулирования отношений железнодорожной перевозки. В действительности и в отношениях железнодорожной пере­возки многие вопросы, определяющие содержание прав и обя­занностей сторон, разрешаются их соглашением. Так, согласно ст. 19 Устава железных дорог, выполнение погрузки по месяч­ному плану производится в порядке, устанавливаемом на основе плана специальными договорами между начальником дороги и отправителями грузов. Ст. 34 Устава указывает, что в тех случаях, когда погрузка и выгрузка лежат на обязанности от­правителя и получателя, железная дорога, по особым согла­шениям с последними, может принять на себя погрузку и выгруз­ку. Многие другие условия, составляющие содержание взаим­ных прав и обязанностей сторон при железнодорожной пере­возке, определяются их соглашением (доставка груза на стан­цию или подача вагонов на подъездные пути, сопровождение грузов проводником железной дороги или грузоотправителя и т. д.).

    Наконец, следует иметь в виду и следующее соображение. Плановое регулирование железнодорожной перевозки дета­лизировано не в большей степени, чем регулирование морской или речной перевозки. Между тем закон предусматривает обя­зательное заключение договоров речной п морской перевозки. Таким образом, в этих последних отношениях большая степень детализации планового регулирования пи в какой мере не исключает их договорного характера. Это же относится и к железнодорожной перевозке, несмотря на отсутствие в Уставе железных дорог прямого указания на обязательность заклю­чения договора. Из приведенных выше ссылок на Устав видно, что в ряде отдельных вопросов Устав отсылает к договору.

    Мы остановились на вопросе о договорном характере желез­нодорожной перевозки потому, что именно этот вопрос вызы­вал споры в советской цивилистической литературе. На этом примере можно убедиться в том, что и при наибольшей детали­зации планового регулирования, отношения сторон могут быть договорными, определяться их соглашением, представлять собой акт их свободного волеизъявления.

    Вопрос о соотношении договора и планового акта будет подробно рассмотрен в следующей главе. Здесь, рассматривая вопрос о договоре как акте соглашения сторон, мы должны были лишь указать на значение планового задания в формировании содержания ^оли социалистических организаций.

    3.  Отдельные наиболее важные виды договоров, заключаемых социалистическими организациями друг с другом, либо с граж­данами, регулируются специальными законами или подзакон­ными нормативными актами. Так, договор жилищного найма в значительной части регулируется постановлением ЦИК и СНК СССР от 17 октября 1937 г. «О сохранении жилищного фонда и улучшении жилищного хозяйства в городах»[83]; договор железнодорожной перевозки — Уставом железных дорог; до­говор морской перевозки — кодексом торгового мореплавания; договор перевозки по внутренним водным путям — Уставом внутреннего водного транспорта СССР; договор капитального строительства — правилами о подрядных договорах по стро­ительству. Ряд законодательных и нормативных актов регули­рует кредитно-расчетные отношения [84], отношения по финансирова­нию и долгосрочному кредитованию социалистических органи­заций в специальных банках. Специальными нормативными актами регулируются отношения между социалистическими организациями и гражданами при розничной купле-продаже, при обслуживании населения коммунальными услугами и т. д.

    Очень большое значение имеют Основные условия поставки. Основные условия поставки представляют собой правовую норму, регулирующую, в соответствии с законом, содержание, порядок заключения и исполнения договоров поставки тех или иных видов продукции социалистическими организациями. Основные условия поставки сами по себе не порождают обязатель­ства. Гражданско-правовое обязательство поставки возникает из I договора; обязательство заключить данный договор возникает 'из административного акта. Основные условия поставки, не порождая данного конкретного правоотношения, устанавливают как, в какие сроки и в каком порядке должны заключаться до­говоры на поставку того или иного вида продукции; какие обяза­тельства возникают для сторон на основе планового акта, каковы санкции этих обязательств; какими должны быть основные, существенные условия договора поставки этой продукции и т. д.

    Нормы, содержащиеся в Основных условиях поставки, как правило, являются нормами императивными; стороны не могут своим соглашением ни изменить их, ни отменить их действие. Стороны, заключая договор поставки продукции, в отношении которой установлены Основные условия поставки, включают эти условия в договор. Если в договоре имеются какие-либо пун­
    кты, противоречащие Основным условиям поставки,— то эти пункты недействительны. В Основных условиях поставки важ­нейших видов продукции указывается, что эти условия регули­руют вопросы, общие для поставщиков и потребителей, обяза­тельны к руководству при заключении и исполнении договоров, неотделимы от них.

    Невыполнение Основных условий поставки при заключении и исполнении договоров должно рассматриваться как наруше­ние государственной дисциплины и влечет имущественную ответственность сторон.

    В Основных условиях поставки могут содержаться отдель­ные диспозитивные нормы; в тексте того или иного положения Основных условий иногда указывается на то, что стороны по своему соглашению могут это положение изменить или допол­нить. В тексте может содержаться указание на то, каким обра­зом стороны могут изменить данное положение.

    Так, в некоторых Основных условиях указывается, что по­ставка товаров производится заводами-поставщиками поквар­тально, а внутри квартала равными частями ежемесячно с соблю­дением ассортимента, обусловленного на данный квартал. По соглашению сторон могут быть установлены иные внутриквар­тальные сроки поставки или различный ассортимент для отдель­ных месяцев. В Основных условиях поставки ряда пищевых продуктов указывается, что поставка продукции на протяжении квартала производится равномерно по месяцам; договорами могут устанавливаться внутримесячные частные сроки поставки.

    Только в этих, вытекающих из Основных условий поставки, пределах стороны могут в заключаемых ими договорах откло­няться от положений Основных условий. Во всех других слу­чаях соблюдение норм, содержащихся в Основных условиях, обязательно[85].

    Нормативная сила Основных условий поставки основы­вается на компетенции органа или органов, издавших или утвер­дивших их. Основные условия поставки на важнейшие виды продукции, представляющие собой средства производства или предметы потребления, утверждаются Советом Министров СССР[86].

    Эти Основные условия представляют собой нормативный?акт высшего исполнительного и распорядительного органа государ­ственной власти СССР. Они действуют на всей территории СССР и во всех случаях поставки продукции, указанной в Основных условиях. Кто бы ни были поставщики и потребители, являются ли они государственной или кооперативно-колхозной или общественной организацией, в какое бы ведомство они ни входили, во всех случаях, когда предметом поставки служит продукция, относительно которой действуют Основные условия поставки, утвержденные Советом Министров СССР,— эти усло­вия должны применяться.

    Применение этих Основных условий не зависит также и от того, носят ли отношения по поставке данной продукции систе­матический или единичный характер, является ли данный дого­вор реализацией плана, предусматривающего постоянные или длительные отношения по поставке данной продукции, либо разового планового задания[87].

    Кроме Основных условий, утвержденных Советом Министров СССР, действуют Основные условия поставки отдельных видов продукции, установленные по соглашению между министерства­ми и ведомствами — поставщиками и потребителями. Эти Основ­ные условия согласовываются соответствующими министрами и руководителями ведомств и кооперативных центров и являются обязательными для всех низовых звеньев, входящих в систему министерств, ведомств и кооперативных центров, утвердивших эти условия поставки. Часто Основные условия поставки пред­метов потребления устанавливаются по соглашению между тем или иным промышленным министерством, с одной стороны, и Министерством торговли и Центросоюзом, с другой стороны. Основные условия поставки, установленные соглашением ми­нистерств и ведомств, обязательны к соблюдению в том слу­чае, когда договор заключается сторонами, входящими в систему министерства или ведомства, участвовавших в установлении этих условий. Эти Основные условия имеют силу ведомственного нормативного акта—инструкции соответствующего министерства или приказа министра. Организации, не входящие в систему ми­нистерств и ведомств, принявших данные Основные условия, мо­гут применять их в своих взаимных отношениях, включив в до­говор соответствующее указание на это. При отсутствии такого указания нет оснований для применения Основных условий, при-
    пятых соглашением министерств и ведомств в отношениях орга­низаций, не подчиненных этим министерствам и ведомствам.

    В практике иногда пытаются распространить действие Ос­новных условий, установленных соглашением министерств и ведомств, на отношения между организациями, не входящими в систему этих министерств и ведомств. Так, в некоторых слу­чаях, когда организации заключали договоры поставки, в кото­рых не были предусмотрены санкции за несвоевременную от­грузку продукции, органы арбитража применяли иногда санкции, предусмотренные Основными условиями поставки со­ответствующей продукции, принятыми соглашением министерств, в систему которых участники данного договора не входили.

    В оправдание такой практики обычно ссылаются на положение

    о  том, что все хозяйственные договоры заключаются па основе плана и основных (общих) условий поставки, регулирующих вопросы, общие для всех поставщиков и потребителей данного вида продукции. Это положение, однако, нельзя рассматривать как основание для распространения Основных условий по­ставки, принятых соглашением определенных министерств и ведомств на отношения организаций, не входящих в эти мини­стерства и ведомства, так как оно не регулирует вопроса о нор­мативной силе Основных условии.

    Противоположная точка зрения может привести к совершен­но неприемлемым выводам. Действительно, ведь нельзя огра­ничиться только признанием действия Основных условий, приня­тых соглашением министерств и ведомств в тех случаях, когда стороны, не входящие в систему этих министерств и ведомств, не предусмотрели в заключенном ими договоре тех или иных пунктов, содержащихся в Основных условиях. Нужно быть последовательным и признать, что условия, содержащиеся в договорах и противоречащие Основным условиям, должны быть признаны недействительными даже тогда, когда стороны, заключившие договор, не входят в систему министерств, приняв­ших Основные условия. Однако к таким выводам практика не приходила, и это совершенно правильно. Основные условия, выработанные определенными министерствами и ведомствами — поставщиками и покупателями данного вида продукции, учи­тывают конкретные условия своей системы. Эти условия могут оказаться совершенно иными в отношениях предприятий дру­гих систем. Нет поэтому ни формальных оснований, ни основа­нии по существу для распространения действия Основных ус^^о^ вий поставки, принятых соглашением определенных министерств и ведомств, на отношения организаций, не подчиненных этим министерствам и ведомствам[88].

    В Основных условиях поставки обычно не указывается срок их действия. Поскольку они регулируют основные, наиболее общие условия договоров, которые, как правило, остаются стабильными на протяжении более или менее длительного периода времени, следует считать, что Основные условия действуют до их полной или частичной отмены. Это положение целиком подтверждается практикой. В 1949, 1950 и 1952 гг. были установлены новые Основные условия поставки по всем важнейшим видам продукции. Необходимость коренного пере­смотра ранее действовавших Основных условий была связана с тем, что многие из них очень устарели, были бедны по своему содержанию, в них отражалось столь сурово осужденная недо­оценка роли договора. Наконец, на поставку многих видов про­дукции вообще не существовало Основных условий. На базе Основных условий, утвержденных в начале 1950 г., заключались договоры на 1951, 1952, 1953 гг.

    Однако в отношении поставки товаров народного потреб­ления действовавшие в 1953 г. Основные условия не отвечают возросшим требованиям потребителя. На это указывает По­становление Совета Министров СССР и ЦК КПСС «О мерах дальнейшего развития советской торговли». В новых Основ­ных условиях поставки товаров народного потребления должно быть предусмотрено повышение ответственности поставщиков и торгующих организаций за качество, ассортимент и сроки поставки товаров.

    Основные условия поставки должны регулировать вопросы, общие для поставщиков и потребителей данного вида продук­ции. Такими наиболее важными вопросами, регулируемыми в Основных условиях поставки, являются:

    А.  Порядок заключения договоров: соответствие договоров планам, формы договорных связей (генеральные, локальные, прямые, разовые договоры), на основании каких плановых ак­тов заключаются отдельные виды договоров. В большинстве Ос­новных условий подробно регламентируются также сроки заклю­чения договоров. Они исчисляются с момента утверждения того- планового акта, на основании которого должен быть заключен договор.-/Сроки устанавливаются для отправки поставщиком подписанного им проекта договора и для подписания договора покупателем, а также для устранения разногласий сторон и

    обращения в арбитраж для разрешения спора. В некоторых Основных условиях подробно указывается, каким должно быть содержание генеральных договоров.

    Б. Количество и ассортимент поставки. Во всех Основных условиях подробно регламентируется порядок установления количества и ассортимента поставки. Указывается, на какие сроки, на основании каких плановых актов должно уста­навливаться в договоре количество и ассортимент поставки. Нормы Основных условий, регулирующие эти вопросы, очень различны в зависимости от вида продукции. Так, в отношении некоторых товаров народного потребления предусматривается активное участие покупателей — торгующих организаций в пла­нировании ассортимента товаров[89]. По другим товарам уста­навливается система предварительных заказов в пределах зара­нее согласованного ассортимента[90] и т. д.

    В.  Сроки и порядок поставки. Как и другие условия, регу­лирование сроков и порядка поставки определяется спецификой поставляемой продукции. В большинстве Основных условий предусматривается равномерная (по месяцам внутри кварта­ла) отгрузка продукции [91]. Однако во многих Основных усло­виях, регулирующих поставку товаров народного потребле­ния, спрос на которые подвержен сезонным изменениям,

    не устанавливается обязательная равномерность поставки, а предусматривается порядок планирования частных сроков поставки и выполнения этих планов[92].

    В зависимости от специфики товаров Основными условиями устанавливается ряд норм, регулирующих порядок поставки. Так, Основные условия поставки ряда важнейших пищевых про­дуктов устанавливают, что в случае задержки отправки тран­зитных товаров по вине поставщика последний обязан по тре­бованию покупателя отгрузить или отпустить товар со своей ближайшей базы, экспедиции или предприятия. Эти положе­ния направлены на то, чтобы обеспечить бесперебойное снаб­жение населения пищевыми продуктами. В них, как и в других нормах, регулирующих поставку товаров, выражена глубо­чайшая забота социалистического государства о матери­альном благосостоянии граждан, об удовлетворении их потреб­ностей.

    Г. Вопросы определения качества продукции, упаковки, маркировки, тары. Порядок определения качества продукции, качественной приемки подробно регламентируется во всех основ­ных условиях поставки. В отношении товаров народного потребле­ния новые Основные условия поставки должны установить повышенную ответственность поставщика и более строгий кон­троль потребителя над качеством продукции. Вопросы марки­ровки, упаковки, тары регламентируются Основными условиями также в зависимости от характера продукции.

    Д. Цена и порядок расчетов. В частности, стоимость тары, включение или невключение ее в цену продукции. Регулируя вопросы о расчетах, Основные условия исходят из действую­щих положений об иногородних и одногородних расчетах. Ос­новные условия детализируют нормы, содержащиеся в соответ­ствующих актах, регулирующих общие вопросы о расчетах социалистических организаций за поставленную продукцию. Так, в некоторых Основных условиях поставки устанавливается, что при просрочке оплаты двух счетов подряд сроком более пяти дней в течение квартала, поставщик вправе перевести пла­тельщика на аккредитивную форму расчетов до оплаты просро­ченной задолженности. Этим конкретизируется и детализируется

    *                  общая норма, устанавливающая, что преимущественной формой расчетов социалистических организаций является акцептная
    форма и что в случаях неплатежей поставщик, в виде санкции, может применить аккредитивную форму.

    Е. В зависимости от специфических условий поставки того или иного вида продукции, Основные условия содержат ряд положений, регулирующих отношения, связанные со специ­фикой этих поставок. Очень большое значение имеет преду­смотренная Основными условиями поставок важнейших видов продукции обязанность покупателя использовать поставлен­ную ему продукцию по прямому назначению. Такая обязан­ность вытекает из общего положения о плановом характере социалистического хозяйства и из конкретных планов снаб­жения и производства каждой социалистической организации. Установление этой обязанности Основными условиями поставки важнейших видов продукции означает, что в данном случае ей придается особое значение. Поставщик, в порядке выполне­ния договора, может контролировать исполнение покупателем этой обязанности, которая, оставаясь обязанностью данной организации перед государством, становится вместе с тем одним из договорных обязательств покупателя перед своим контрагентом.

    Перечисленные здесь вопросы ни в какой мере не исчерпы­вают содержания Основных условий поставки, в которых регу­лируются и многие другие вопросы, но и из этого краткого обзора содержания Основных условий поставки можно сделать вывод, что эти нормативные акты регулируют главные, общие для реализации данного вида продукции вопросы отношений между поставщиком и потребителем. Эти вопросы регули­руются с учетом специфических условий реализации данного вида продукции и специфики отношений данных групп постав­щиков и потребителей.

    Последнее обстоятельство имеет большое значение для раз­решения вопроса, поставленного нами в предыдущей главе (см. стр. 8—10), о правомерности регулирования договором раз­личных по своему экономическому содержанию отношений: товар­ных отношений, объектом которых являются предметы потреб­ления, и отношений по распределению средств производства между государственными организациями, не являющихся то­варными. Учитывая специфику каждого вида продукции и отношений главных ее поставщиков и потребителей, Основные условия поставки создают гибкую систему, позволяющую внутри единого института договора дифференцированно регулировать отношения, различные по своему экономическому содер­жанию.   ^

    В связи с дифференциацией правового регулирования раз­личных видов продукции в Основных условиях поставки следует высказать одно пожелание.

    В настоящее время действует очень большое количество Основных условий поставки. В некоторых случаях в отношении одних и тех же видов продукции действуют различные Основ­ные условия поставки, в зависимости от того, кто является поставщиком. Так, например, тракторные двигатели и запасные части могут поставляться предприятиями бывшего Министерства автомобильной и тракторной промышленности либо предприя­тиями бывшего Министерства транспортного машиностроения. В зависимости от того, кто является поставщиком, поставка этой продукции может регулироваться различными Основными условиями. Эти условия во многом совпадают, однако в неко­торых пунктах отличаются друг от друга. Иногда такое разли­чие вполне обоснованно и закономерно, так как условия произ­водства одной и той же продукции на различных предприятиях, входящих в системы различных министерств, могут значитель­но отличаться друг от друга. Однако в некоторых случаях различие в Основных условиях поставки одной и той же продук­ции предприятиями различных министерств и ведомств не свя­зано с различиями в условиях производства или реализации этой продукции. Представлялось бы целесообразным произвести неко­торую унификацию Основных условий поставки, в частности в отношении поставки одной и той же продукции предприятиями различных министерств и ведомств, с тем, чтобы различия в этих Основных условиях отражали лишь действительные различия в условиях производства или реализации данной продукции.

    В настоящее время, после реорганизации министерств, бывают случаи, и далеко не редко, когда поставка одного и того же вида продукции в пределах одного министерства осуществляется на основании различных Основных условий поставки, прини­мавшихся в свое время министерствами и ведомствами до реорга­низации. Такое положение несомненно должно быть устранено. Вопрос о некоторой унификации Основных условий поставки и

    о сокращении их количества приобретает особое значение в свя­зи с реорганизацией министерств, создающей условия для благо­приятного разрешения этого, как и ряда других организацион­ных, хозяйственных и правовых вопросов.

    Основные условия поставки имеют важнейшее значение для организации договорных связей социалистических предприятий. Они устанавливают конкретные способы реализации планового задания в договоре, регулируют отношения поставщиков и покупателей в интересах наилучшего выполнения планов. Вместе с тем наличие Основных условий поставки значи­тельно облегчает работу социалистических организаций, снимая с них необходимость при заключении каждого договора преду­сматривать разрешение многочисленных и сложных общих вопросов, связанных с поставкой данного вида продукции.

    Основные условия поставки регулируют отношения сторон на основе обобщения опыта целых отраслей хозяйства, исходя из широко понимаемых интересов социалистического государ­ства. Тем самым устраняется возможность включения в договор таких условий, которые продиктованы непониманием, делячест­вом, недостатком кругозора отдельных руководителей, условий, которые, отражая лишь интересы одной стороны, могли бы вести к созданию диспропорций внутри отдельных отраслей хозяйства, ставить в невыгодное положение отдельные предприятия, иска­жать основы хозяйственного расчета. В значительной мере устраняется также возможность пороков воли при заключении таких договоров[93].

    Основные условия поставки — подзаконный акт. Поэтому положения, содержащиеся в них, не могут ни изменять, ни до­полнять закон.

    Регулируя основные и общие вопросы поставки данного вида продукции, Основные условия оставляют достаточный простор сторонам для регулирования отношений, связанных со спецификой данных предприятий, данной поставки. Так, сто­роны по своему соглашению решают вопрос о способах реали­зации поставки, о том, осуществляется ли отгрузка транзитом, или же покупатель сам переотгружает товары, или забирает их на свои склады; чьим транспортом доставляются товары покупателю при одногородних отгрузках, какая документация, в какие сроки, в каком порядке должна быть представлена сторонами и т. д.

    Закон предоставляет возможность сторонам своим согла­шением разрешить ряд вопросов, обусловленных спецификой работы данной организации, особенностями ее отношений с контр­агентами. От соглашения сторон зависит также включение в до­говор или исключение из него отдельных диспозитивных норм, содержащихся в Основных условиях поставки.

    4.    В регулировании договорных отношений социалистиче­ских организаций большое значение имеют генеральные догово­ры, заключаемые вышестоящими хозрасчетными организациями.

    В советской литературе последних лет освещался вопрос о значении генеральных договоров, о существенном отличии системы генеральных и локальных договоров, действующей в настоящее время, от системы генеральных и локальных
    договоров, имевших широкое применение в начале и в середине 30-х годов[94].

    Генеральные договоры заключаются между центрами по­ставщиков и центрами потребителей. Сюда относятся: состоя­щие на хозрасчете главные управления министерств, центры ко­оперативных систем, тресты, центральные сбытовые, снабжен­ческие и заготовительные организации. Генеральные договоры могут заключаться только темп центрами поставщиков и потре­бителей, которые сами являются хозрасчетными организациями, наделены оборотными средствами и самостоятельно отвечают по своим обязательствам. Это положение обеспечивает реаль­ность генеральных договоров, ответственность сторон за их ис­полнение. В основных условиях поставки, как правило, указыва­ются центры поставщика, заключающие генеральные договоры.

    В генеральных договорах устанавливаются: а) количество и групповой ассортимент подлежащей поставке продукции и распределение ее между поставщиками и потребителями (на весь год, а в соответствующих случаях и по кварталам); б) по­рядок и сроки представления спецификаций и выдачи разна­рядок; в) структура договорных связей с точным указанием, какие предприятия и хозяйственные организации заключают между собой локальные договоры; г) имущественная ответст­венность сторон за невыполнение обязательств, принятых по генеральному договору (непредставление спецификаций, невыдача нарядов и т. п.), и за несвоевременное заключение локальных договоров.                                                                                               

    Таким образом, генеральный договор не создает непосред­ственно обязательств поставки товаров. Генеральный до­говор создает взаимные обязательства сторон: а) организо­вать заключение подчиненными им хозорганами локальных дого­воров в соответствии с планом, Основными условиями и гене­ральным договором; б) в установленных генеральным договором порядке и сроке представлять спецификации, распределять фонды и т. д. При таком содержании генерального договора центры, заключающие его, ни в какой мере не подменяют пред­приятий, заключающих локальные договоры. Генеральный до­говор содержит самостоятельные обязательства центров, за выполнение которых последние несут полную ответственность.

    Благодаря системе генеральных договоров, обязанность выше­стоящих организаций надлежащим образом организовать заклю­чение подчиненными им хозорганами договоров на поставку продукции, своевременно и четко распределять фонды, реали­зовать планы снабжения и сбыта — превращается в гражданско- правовое обязательство, что создает гибкую систему взаимного контроля рублем над выполнением этих обязанностей, способ­ствует укреплению хозяйственного расчета в деятельности центральных руководящих хозяйственных организаций, усили­вает их ответственность за качество планирования и своевре­менное доведение плана до исполнителей.

    Вопросы структуры и формы договорных связей социали­стических организаций, установления звеньев, заключающих генеральные и локальные договоры, имеют большое практиче­ское значение. В разрешении этих вопросов необходима диф­ференциация по отраслям народного хозяйства, по видам постав­ляемой продукции. В некоторых случаях, когда предметом поставки является продукция, распределяемая в строго цент­рализованном порядке, имеющая большую и сложную номен­клатуру, заключение генеральных и локальных договоров мо­жет представить значительные технические трудности. Одной из актуальных задач, стоящих перед советскими цивилистами, является разработка вопроса о структуре договорных связей применительно к конкретным условиям поставки основных видов продукции социалистического хозяйства.

    Из генерального договора возникают обязательства не толь­ко для хозрасчетных центров, заключающих его, но и для подчиненных этим центрам предприятий и хозорганов. Это — обязательство заключить договор на поставку продукции в коли­честве и групповом ассортименте, установленном генеральным договором и с контрагентом, указанным в генеральном договоре. Как отмечалось выше, это положение ни в какой мере не огра­ничивает инициативы хозоргана. В генеральном договоре опреде­лены только самые основные и общие условия договора, которые еще недостаточны для того, чтобы надлежащим образом регулировать отношения сторон. Разработка условий договора предоставляется самим предприятиям и хозоргаиам, заключаю­щим локальные договоры согласно генеральному договору, планам, Основным условиям поставки и другим актам, направ­ляющим деятельность социалистических организаций. Таким образом для нижестоящих организаций—поставщиков и потре­бителей генеральный договор создает не обязательство по­ставки продукции, а обязательство заключить договор. Это — обязательство административно-правовое в отношениях между организацией, заключившей генеральный договор, и подчинен­ным ей хозорганом. Вместе с тем оно является гражданско-
    правовым в отношениях между этим хозорганом и контрагентом, установленным для него генеральным договором. Оно снабжено и гражданско-правовой санкцией. Во всех Основных условиях поставки предусматриваются санкции за несвоевременное заклю­чение генерального, локального или прямого договора. Основ­ные условия говорят здесь о санкции за несвоевременное заклю­чение договора, независимо от того, откуда возникло обяза­тельство заключить договор: из плана, административного акта, генерального договора или иного основания. Обязательство заключить договор, возникающее из генерального договора для указанных в нем нижестоящих организаций — поставщиков я потребителей, представляет собой частный случай обязательства заключить договор, снабженного гражданско-правовой санк­цией. Эти санкции, как правило, выражаются в денежном штра­фе за каждый день просрочки в заключении договора. Заинте­ресованная сторона может обратиться в органы Государствен­ного арбитража, которые, при наличии соответствующих ос­нований, выносят решение об обязании сторон заключить дого­вор и о взыскании штрафа за каждый день просрочки с хозорга- на, уклоняющегося от заключения договора.

    Непосредственное обязательство поставки продукции меж­ду социалистическими организациями создается локальными договорами, заключаемыми на основании генеральных, либо прямыми договорами, заключаемыми при отсутствии генераль­ных договоров.

    В некоторых Основных условиях указывается, что прямые договоры заключаются в тех случаях, когда у министерства или ведомства — потребителя не имеется центра, состоящего ■на хозяйственном расчете, либо пользующегося хозрасчетными правами по снабжению. Это указание не вполне точно. Прямые .договоры могут заключаться и при наличии хозрасчетных цент­ров по снабжению, но лишь в том случае, если только одно-два предприятия этого министерства или ведомства являются потре­бителями данного вида продукции. Заключение в этих случаях генерального договора было бы излишним.

    Локальные и прямые договоры заключаются организациями, непосредственно выполняющими обязательства. Однако не всегда организация, заключающая локальный или прямой дого­вор, является вместе с тем и непосредственным потребителем или поставщиком данного вида продукции. Это связано с кон­кретными особенностями деятельности той или иной хозяйст­венной организации. Так, например, локальный или прямой договор может быть заключен трестом или складской базой, в то время как непосредственными потребителями продукции, подлежащей поставке по договору, являются предприятия, вхо­дящие в трест или обслуживаемые базой. В некоторых случаях,
    если трест или центральная база не просто распределяют фонды между своими предприятиями, а комплектуют продукцию опре­деленными партиями, в определенном ассортименте, рассорти­ровывают ее и т.д., такая форма договорных связей вполне соответствует хозяйственному содержанию отношений. Трест или база завозят продукцию на свой склад и полностью отве­чают по своим обязательствам перед поставщиком. Вместе с тем, такой трест или база должны находиться в договорных отно­шениях со снабжаемыми ими предприятиями по поставке от­дельных партий товаров. В таких случаях система договорных отношений соответствует реальному движению продукции от поставщика к потребителю, через необходимые в этом движении звенья.

    Подпись: 97

    Мы привели пример, в котором покупателем является не та организация, которая фактически получает продукцию. Возможны и случаи, когда такие же отношения возникают на стороне поставщика, т. е. поставщиком по договору является не та сторона, которая фактически осуществляет поставку. Так, сбытовая контора или трест заключают договоры с покупателями от своего имени, фактическими же поставщиками являются фабрики или заводы, которым контора дает разнарядки на отгрузку. И здесь договорные отношения возникают не между фактическими исполнителями договора, а между вышестоящей организацией и покупателем. И здесь система договорных связей не соответствует фактическому движению продукции. Это поло­жение в практике приводит иногда к нарушению хозрасчетных отношений между вышестоящими и нижестоящими организа­циями х.

    В некоторых случаях поставщики, не желая иметь дело с большим количеством потребителей, отказываются и от тран­зитных отгрузок, требуя, чтобы вся выделенная покупателю продукция завозилась к нему независимо от хозяйственной це­лесообразности этого. В практике часто возникают споры о том, допускается ли отгрузка продукции грузополучателям по раз­нарядкам покупателя или же покупатель должен забрать всю продукцию на свой склад. В действующем нормативном ма­териале нет указаний на то, в каких случаях договоры должны заключаться непосредственно с получателями, в каких — с вы­шестоящей организацией, но с отгрузкой продукции непосред­ственно получателям.

    . В некоторых Основных условиях поставки этот вопрос раз­решается применительно к системе государственной торговли и потребительской кооперации. В этом случае договоры заклю­чаются с вышестоящей организацией (облторгом, горторгом, облпотребсоюзом), но с участием межрайонных баз, отделений и крупных баз, торгов, орсов, райпотребсоюзов (крупных сель­по) и т. д. в качестве дольщиков. Таким образом, договор за­ключается и с вышестоящей организацией, представляющей всю систему, и с непосредственными получателями. При этом специально оговаривается обязательное участие дольщиков в разработке условий договора. Благодаря такой системе, поставщик не обязан заключать большое количество догово­ров со всеми товарополучателями, что технически затруднило бы его; вместе с тем” здесь обеспечена свобода волеизъявления лиц, непосредственно выполняющих договоры; договорные от­ношения возникают именно между теми лицами, которые не­посредственно выполняют договор, система договорных свя­зей соответствует фактическому движению товаров.

    Практика придает большое значение участию дольщиков в разработке условий договора, справедливо считая, что лишь в этом случае для дольщика может возникнуть обязательство. Устойчивой практикой органов Госарбитража является при­знание договора заключенным с дольщиками лишь в том слу­чае, когда в тексте договора или при его подписании указано на участие дольщиков в заключении договора.

    Однако положение о заключении локальных или прямых договоров с дольщиками разрешает рассматриваемый нами во­прос лишь в отношении организаций торговой системы. Между тем, вопрос о системе договорных отношений в связи с наличием промежуточных сбытовых и снабженческих звевьев является весьма актуальным и для некоторых отраслей промышленности. В связи с этим представлялось бы весьма желательным право­вое нормирование этих отношений.

    Такое нормирование должно быть строго дифференцирован­ным, поскольку необходимо учитывать специфические условия снабжения и сбыта различных видов продукции. Но общим направлением должно быть максимальное приближение дого­ворных связей к реальному движению продукции. Если по причинам хозяйственной целесообразности снабженческо-сбы­товая организация или трест не должны совершать само­стоятельных складских операций, а могут ограничиться толь­ко выдачей разнарядок на поставку или отгрузку продукции самостоятельными хозрасчетными предприятиями, локальные или прямые договоры (кроме тех случаев, когда это не соот­ветствует специфическим условиям поставки данной продук­ции) должны заключаться с последними. Во многих случаях и здесь может быть использована форма прямых договоров с дольщиками, при обязательном участии дольщиков в уста­новлении условий договора.

    Локальные и прямые договоры, как и генеральные, могут заключаться юридическими лицами, наделенными оборотными средствами и осуществляющими хозяйственную деятельность. Звенья, осуществляющие только управленческие функции, не могут заключать договоры за подчиненные им организации. Это положение подтверждается и практикой арбитража. Для иллюстрации можно привести одно из решений Госарбитража.

    Областное управление Главлесосбыта в феврале 1950 г. за­ключило договор с уполномоченным Главурса одного из ми­нистерств на поставку спичек для орсов области. Через два
    месяца областное управление предложило заключить новый договор на основе вновь утвержденных условий поставки. Вви­ду того, что уполномоченный Главурса отказывался заключить новый договор, поставщик обратился в Госарбитраж с иском об обязании уполномоченного заключить новый договор. При рассмотрении дела выяснилось, что уполномоченный Главу рса не осуществляет хозяйственных функций, не наделен оборот­ными средствами, а только осуществляет руководство деятель­ностью орсов в области и руководит заключением договоров. Госарбитраж на этом основании отказал областному управле­нию в иске о заключении нового договора и признал недей­ствительным договор, заключенный ранее. Госарбитраж указал, что управление должно заключать договоры непосредственно с орсами, являющимися фондодержателями.

    " 5. Большое значение в регулировании договорных отноше­ний имеют типовые договоры. Типовые договоры регулируют от­ношения социалистических организаций между собой и их отно­шения с гражданами* Типовые договоры содержат основные, имеющие принципиальное значение условия договора, которые стороны своим соглашением лишь дополняют и конкретизируют. Значение типовых договоров заключается в том, что компетент­ные органы социалистического государства, исходя из интересов строительства коммунизма, руководствуясь данными передовой науки о социалистическом обществе, так устанавливают и регулируют основные условия отдельных видов договоров, чтобы наиболее эффективно использовать правовую форму дого­вора, способствовать достижению цели договора. Этим социа­листическое государство оказывает также существенную по­мощь социалистическим организациям и гражданам. Защита их законных интересов не ставится в зависимость от того, как стороны сумели договориться в каждом отдельном случае, а обеспечивается во всех случаях нормой, изданной компетент­ным государственным органом.

    Типовые договоры применяются в отношениях социалистиче­ских организаций между собой. В главе I настоящей работы указывалось на огромное значение, которое имеют типовые договоры МТС с колхозами. Большую роль в регулировании от­ношений между двумя основными секторами социалистического производства — государственным и колхозным, играют типо­вые договоры контрактации ряда технических культур.

    Очень большое значение в социалистическом обороте имеют типовые подрядные договоры по строительству (типовой ге­неральный подрядный договор по строительству и типовой го­довой подрядный договор по строительству). Эти типовые договоры регулируют широчайший круг отношений, возникаю­щих в связи со строительством. Типовым договором регулируют­
    ся, например, отношения верфей центрального управления деревянного судостроения и заказчиков по постройке судов[95]; отношения по аренде судов [96], отношения по сдаче в долгосроч­ную аренду государственным учреждениям, предприятиям и общественным организациям домов местных Советов[97]; взаимо­отношения электрических станций и энергетических систем с потребителями электрической и тепловой энергии[98] и т. д.

    Особое значение имеют типовые договоры в регулировании отношений социалистических организаций и граждан. Типо­вые договоры регулируют здесь самые разнообразные отноше­ния: отношения по аренде гражданами небольших жилых домов, принадлежащих местным Советам[99]; отношения найма граждана­ми жилых помещений в домах, находящихся в ведении местных Советов, государственных учреждений, предприятий и обще­ственных организаций®; отношения по кредитованию индиви­дуальных застройщиков[100], по продаже гражданам вновь по­строенных или из существующего жилищного фонда одно- ж двухэтажных домов с числом комнат от одной до пяти включи­тельно[101] и т. д. Типовой издательский договор регулирует от­ношения, связанные с опубликованием литературных и науч­ных произведений; типовой сценарный договор регулирует отношения киностудий с авторами сценариев и т. д.

    Значение типового договора, как нормативного акта, опре­деляется тем, какие органы и в каком порядке издали или утвер­дили его. Некоторые типовые договоры, наиболее важные по своему удельному весу и значению, утверждаются выс­шим органом государственного управления СССР — Советом

    Министров СССР (типовой договор МТС с колхозом, типовые подрядные договоры по строительству и некоторые другие). Неко­торые типовые договоры утверждаются министерствами и ведом­ствами по указанию Совета Министров СССР. Типовые договоры утверждаются также Советами Министров союзных республик, министерствами и ведомствами СССР и союзных республик; в некоторых случаях они утверждаются соглашением нескольких министерств или ведомств. Нормативная сила типового договора зависит от того, каким органом и в каком порядке он утверж­ден. Так, типовой договор, утвержденный Советом Министров СССР, имеет силу постановления Совета Министров СССР.

    Вопрос о том, являются ли нормы, содержащиеся в типо­вом договоре, императивными или диспозитивными, разре­шается обычно в акте, которым утверждается типовой договор. Чаще всего в этом акте указывается, что отношения сторон регулируются договором, основные положения которого опре­деляются типовым договором или правилами о договорахг. В этих случаях нормы типового договора представляют собой нормы императивные; это значит, что стороны, вступая в дого­ворные отношения, регулируемые типовым договором, обязаны в свои конкретные договоры полностью включить все условия, предусмотренные типовым договором. Если условия договора, заключенного между сторонами, противоречат или не соответ­ствуют условиям типового договора, то такие условия недей­ствительны. Если отдельные условия типового договора не включены в договор между сторонами, эти условия все равно считаются действующими и регулируют отношения между сторонами, как условия типового договора.

    Однако в нормативном акте, утверждающем типовой до­говор, может содержаться указание на то, что сторонам предо­ставляется возможность в том или ином вопросе отступить от положений типового договора. Так, ст. 26 постановления ВЦИК и СНК РСФСР от 8 октября 1928 г. «Об авторском праве» устанавливает: «Издательский договор может содержать усло­вия, не предусмотренные или не совпадающие с типовым дого­вором. Однако условия поговорки, клонящиеся к ухудшению положения авторов сравнительно с условиями типового дого­вора, признаются не имеющими силы, а устанавливаемые ими права и обязанности сторон в этих случаях определяются при­менительно к соответствующим статьям типового договора»[102]. Таким образом, закон, предоставляя возможность сторонам урегулировать свои отношения" по издательскому" договору иначе, чем это предусмотрено типовым договором/ запрещает и объявляет недействительными такие условия, которые могли бы ухудшить положение автора по сравнению с тем, которое устанавливается типовым договором. Соглашение сторон может устанавливать условия, отклоняющиеся от условий, преду­смотренных типовым договором, однако только до тех пор, пока это не задевает интересов авторов.

    Типовые договоры, как уже указывалось выше, регулируют основные, общие, наиболее существенные условия договоров. Например, типовой договор аренды судна устанавливает, на ком лежит обязанность ремонта судна в случае аварии по вине арендатора (в том числе и судовой команды) и при отсутствии такой вины[103]. Типовой договор найма жилого помещения в доме местного Совета устанавливает основные права и обязанности управляющего домом и съемщика, устанавливает, в каких слу­чаях договор может быть досрочно расторгнут, устанавливает преимущественное право съемщика, выполняющего все обяза­тельства по договору и добросовестно относящегося к содержа­нию предоставленного ему помещения на возобновление дого­вора на новый срок и т. д.[104]

    Некоторые типовые договоры, как, например, только что упоминавшийся договор найма жилого помещения в доме мест­ного Совета, а также и типовой договор найма жилого помеще­ния в доме государственного учреждения, предприятия или общественной организации и некоторые другие, содержат в зна­чительной мере повторение норм, установленных законом или иным нормативным актом. Так, указанные выше типовые дого­воры жилищного найма в значительной мере повторяют поло­жения постановления ЦИК и СНК СССР от 17 октября 1937 г. «О сохранении жилищного фонда и улучшении жилищного хозяйства в городах»[105]. Такое включение в типовой договор норм, уже установленных законом или иным нормативным ак­том, имеет место именно тогда, когда договор заключается со­циалистическими организациями с широкими массами граж­дан. В типовые договоры, регулирующие отношения социали­стических организаций между собой, такие нормы обычно не включаются. Так, типовой договор по строительству (генераль­ный и годовой) отличается большой сжатостью и не повторяет
    норм, установленных постановлениями правительства о строи­тельстве и правилами о заключении подрядных договоров. Включение в типовые договоры, регулирующие отношения ши­роких масс трудящихся с социалистическими организациями, норм, уже установленных соответствующими нормативными актами, имеет большое значение. Благодаря этому нормы закона, регулирующие определенные группы отношений, важных для трудящихся, доводятся до каждого трудящегося, непосредственно регулируют его поведение.

    Типовые договоры имеют большое значение и в тех случаях, когда стороны вступают в определенные, предусмотренные ти­повым договором отношения, не оформив эти отношения надле­жащим образом. Так, автор мог сдать издательству свою рукопись. Издательство могло приступить к ее изданию, не за­ключив предварительно договора с автором. Вступление в отношения, которые должны регулироваться договором, без заключения последнего, несомненно, представляет собой отри­цательное явление; оно нарушает порядок, установленный со­циалистическим государством. Однако советскому социалисти­ческому праву органически чужды всякие проявления форма­лизма. Если стороны фактически выразили свою волю, напра­вленную на достижение определенного результата, но при этом не выполнили требований, предъявляемых к форме их воле­изъявления, социалистическое государство, за исключением случаев, прямо предусмотренных законом, не отказывает сто­ронам в возможности осуществления их прав и выполнения обя­занностей. Но в приведенном нами примере волеизъявление сторон установило только их намерение вступить в отношения, регулируемые издательским договором, но не установило тех условий, на которых они вступают в этот договор. Автор, сдав издательству рукопись, выразил тем самым свое намерение опубликовать свое произведение через это издательство. По­следнее, приняв рукопись и не возвращая ее автору, как не­пригодную для опубликования, также выражает свое намере­ние издать рукопись. Однако, явно выразив свою волю в отно­шении издания произведения, автор и издательство совершен­но не определили своих взаимных прав и обязанностей. В этом случае их отношения будут регулироваться типовым издатель- жим договором. При возникновении какого-либо спора в связи с: изданием этой работы или оплатой авторского гонорара и т. п. суд будет руководствоваться нормами типового издательского договора.

    Мы кратко остановились на тех актах, которые регулируют договорные отношения в социалистическом обществе. Этот краткий обзор подтверждает, что Советское социалистическое государство регулирует договорные отношения социалистиче-

    ских организаций и граждан, указывая им те пути и методы, благодаря которым эти договорные отношения могут оказать наиболее эффективное воздействие на экономику социалисти­ческого государства, могут способствовать неуклонному подъ­ему культурного уровня и материального благосостояния граж­дан. Регулируя договорные отношения социалистических орга­низаций и граждан, социалистическое государство указы­вает основные пути и направление этих отношений, остав­ляя широкое поле для активности сторон, для проявления их творческой инициативы. Так социалистическое государство содействует осуществлению подлинной свободы договорных отношений,

    § 3. ДОГОВОР КАК СРЕДСТВО РЕГУЛИРОВАНИЯ ПОВЕДЕНИЯ

    СТОРОН

    На что направлено соглашение сторон в договоре, каков ре­зультат их волеизъявления?

    В советской цивилистической литературе договор рассмат­ривается как юридический факт, как основание возникновения, изменения или прекращения правоотношенийх. Такое определе­ние в основном верно и может быть достаточно в тех случаях, когда рассматривается общий вопрос о правоотношении, о юри­дических фактах, об обязательстве. Это определение, однако, недостаточно тогда, когда договор рассматривается, как один из институтов советского гражданского права, так как в этом определении нет специфики договора, т. е. тех существенных ' особенностей, которые отличают договор от других юридиче­ских фактов. Достаточно сопоставить договор с другими видами юридических фактов,— будь то юридические события или дей­ствия,— для того, чтобы увидеть, что договор имеет суще-

    Vственные особенности по сравнению с другими видами юридиче­ских фактов. Значение большинства юридических фактов, та­ких, как, например, рождение ребенка, истечение срока, гибель вещи, причинение вреда, получение недолжного, исчер­пывается тем, что эти факты породили, изменили или прекра­тили правоотношение. Дальнейшее поведение лиц, участников этого правоотношения, определяется нормами объективного права, связывающими с наступившим фактом определенные правовые последствия. Юридический факт, как таковой,.


    явившись основанием для этих последствий, не влияет в даль­нейшем на поведение сторон.

    Например, А по своей грубой неосторожности причинил ущерб имуществу Б. Этот факт является основанием для приме­нения к отношениям А и Б норм советского гражданского права об обязательствах, возникающих в связи с причинением вреда. Поведение сторон будет определяться соответствующими норма­ми права. Факт причинения вреда, являясь основанием для при­менения этих норм, определяя пределы их применения, тем не менее не направляет непосредственно дальнейшее поведение сторон.

    Совершенно иное положение занимает договор. Являясь основанием возникновения, изменения или прекращения пра­воотношений, договор определяет и содержание этих право­отношений. Договор продолжает существовать и регулирует в рамках, установленных нормами объективного права, пове­дение участников порожденного им правоотношения до тех |дор, пока не будет достигнут результат, на достижение кото- /фого данный договор направлен. Во все время существования I порожденного договором правоотношения именно договор яв- I ляется критерием правомерности поведения сторон в этом ! правоотношении, образцом, с которым должно совпадать пове- | дение сторон. Таким образом,договор отличается от других ви- ! дов юридических фактов тем, что он не только дает основания /( для применения той пли иной нормы права к данному конкрет- ) ному случаю и для возникновения, изменения или прекращения 1 конкретного правоотношения, но и непосредственно регули- I рует поведение сторон, непосредственно определяет права и 1 обязанности участников порождаемого им правоотношения.

    I Это вытекает из сущности договора как соглашения сторон, I как акта их воли. Своим соглашением, своим волеизъявлением стороны в соответствии с нормами объективного права прини- 1 мают на себя определенные обязанности и приобретают опреде- левмло правеет

    г Нам могут возразить, что юридическим фактом, служащим основанием для возникновения, изменения или прекращения правоотношения и регулирующим также поведение сторон, является не только договор. Таким юридическим фактом являет­ся и односторонняя сделка, например завещание, регулирую­щее, в соответствии с нормами объективного права, поведение наследников, их взаимные права и обязанности в случае смерти завещателя. Однако между этими двумя видами юри­дических фактов имеются существенные различия:

    1.    Завещание еще не порождает непосредственно правоот­ношения. Для того чтобы завещание могло породить правоотно­шение и таким образом регулировать поведение сторон, по об-


    щему правилу необходимо согласие наследников по завещанию на принятие наследства. Если наследник по завещанию отка­зывается от наследства, то правоотношение на основании за­вещания не возникает. Таким образом, основанием возникнове­ния прав и обязанностей, в соответствии с завещанием, является не только последнее, но и волеизъявление наследника, согла­шающегося принять на себя обязанности и осуществлять права, устанавливаемые завещанием. Без такого волеизъявления пра­воотношение возникнуть не может.

    В отличие от завещания, договор непосредственно порож­дает правоотношение. Стороны в договоре уже выразили свою волю и в дальнейшем обязаны выполнять то, на что они дали согласие. Договор, таким образом, непосредственно регули­рует поведение сторон.

    2.     Воля завещателя, направленная на регулирование пове­дения участников правоотношения, целиком выразилась в за­вещании и в дальнейшем остается неизменвой. Завещание не учитывает и не может учитывать тех изменений в положении сторон, которые могли иметь место к тому времени, когда возни­кает порожденное завещанием правоотношение. Контроль над исполнением воли завещателя осуществляется лицами, кото­рым это доверено. Иное положение создается при договоре. Воля сторон, отраженная в договоре, не остается застывшей и не­изменной. Стороны могут, учитывая изменения в положении той или иной из них, в условиях, в которых должен исполнять­ся договор, изменять (в пределах, допускаемых объективным правом) свою первоначальную волю, могут, на основании плана и в соответствии с законом, составлять дополнительные соглаше­ния, регулирующие их отношения и дополняющие договор, могут согласиться о прекращении договора, о замене его участ­ников и т. д. Стороны в договоре непосредственно исполняют и контролируют его исполнение, уточняя в процессе исполнения отдельные положения договора, применяя их к конкретным условиям данной обстановки.

    Из всех видов юридических фактов наиболее близко в рас­сматриваемом отношении подходит к договору административ­ный акт. Административный акт .также порождает пра­воотношение и регулирует поведение сторон. Необходи­мо, однако, указать, что в подавляющем большинстве случаев административный акт, регулирующий граждан­ско-правовые отношения, воздействует на поведение уча-Г стников правоотношения именно через посредство договора/ Из административного акта чаще всего возникает обязанность участников вступить в договор, содержание и основные усло­вия которого определены административным актом. Для того *чтобы воплотиться в жизнь, чтобы направить поведение лиц,

    предписание, содержащееся в административном акте, должно стать и содержанием договора. Участники правоотношения должны выразить свою волю, должны своим волеизъявлением принять на себя определенные права и обязанности. Именно договор является актом, который непосредственно направляет доведение лиц до тех пор, пока не достигнут тот результат, на достижение которого направлен договор, основанный на

    административном акте.                        ?

    Таким образом, значение договора существенно отличается, от значения других юридических фактов.

    В советской литературе по трудовому праву отмечалось зна­чение трудового договора, как способа регулирования по­ведения сторон. Так, А. Е. Пашерстник, рассматривая формы- осуществления права на труд и правовые методы привлечения к труду в СССР, указывает на огромное воспитательное и ор­ганизующее значение трудового договора. Это значение опре­деляется тем, что заключение трудового договора на условиях, установленных социалистическим государством, представляет собой акт сознательного восприятия индивидуальной волей участников трудового правоотношения общей воли советского народа, получившей свое государственное выражение в нор­мах права. Благодаря заключению трудового договора, трудо­вым правами обязанностям, вытекающим из закона, придает­ся характер индивидуальных прав и обязанностей конкретных лиц[106].

    При всем существенном различии договора в гражданском праве и трудового договора — различии, обусловленном спе­цификой соответствующих общественных отношений, это качество договора, как способа регулирования поведения сторон, присуще и гражданско-правовому и трудовому договору.

    Значение договора как средства регулирования поведения сторон в советской юридической литературе было отмечено и в статье Н. Г. Александрова[107]. Мы не можем, однако, согла­ситься с тем, что автор признает такое значение лишь за весьма узким кругом договоров, не оказывающих значительного воздействия на социалистическую экономику.

    Н. Г. Александров различает три вида так называемых «до­говоров-сделок» (договоров, не имеющих нормативной силы, не являющихся источниками права, а порождающих лишь кон­кретное правоотношение): 1) договоры, являющиеся основанием возникновения правоотношений, регулируемых императив­ными нормами права; 2) договоры, являющиеся основанием возникновения правоотношения, регулируемого бланкетными или диспозитивными нормами, и определяющие содержа­ние правомочий и обязанностей сторон в таком правоотношении; 3) договоры, конкретизирующие правомочия и обязанности оторон в правоотношениях, возникающих из административных актов.

    Н. Г. Александров считает, что регулировать поведение •сторон, определять их взаимные права и обязанности могут только договоры второго рода — договоры, являющиеся осно­ванием возникновения правоотношения, регулируемого блан­кетными или диспозитивными нормами, и определяющие со­держание правомочий и обязанностей сторон в таком право­отношении. Как пример такого договора, автор приводит по­купку гражданином молока на колхозном рынке.

    За всеми договорами, основанными на административном акте, автор не признает возможности регулировать поведение сторон. Точно так же он не признает ее и за договорами, регу­лируемыми императивными нормами, например за договорами между социалистическими организациями и гражданами.

    Таким образом, как средство регулирования поведения сторон автор рассматривает только узкий круг договоров. Этим он существенно снижает значение своего правильного указания на отличие договора от других видов юридических фактов.

    Рассмотрим приведенные автором группы договоров* Н. Г. Александров считает, что договоры, являющиеся основа­нием возникновения правоотношений, регулируемых импера­тивными нормами права, не могут регулировать поведение сторон, определять их взаимные права и обязанности, так как эти права и обязанности определяются императивной нормой и не могут быть изменены соглашением. Однако никакая импе­ративная норма не может урегулировать договорное граждан­ское отношение так детально, чтобы ничего не оставалось для волеизъявления сторон, чтобы это волеизъявление могло только определить, вступают или не вступают стороны в данное отношение. Как ни подробно регламентируется императивными нормами, например, договор железнодорожной перевозки, од­нако ряд условий устанавливается именно соглашением сторон (см. выше,стр. 83)/Приведем другой пример: Н. Г. Александров считает, что договоры, заключаемые между социалистическими

    организациями и гражданами, как, например, договор купли- продажи в розничной сети, договоры бытового подряда и т. д., принадлежат к первой группе договоров по его класси­фикации, так как эти отношения целиком урегулированы им­перативной нормой. Но такое утверждение противоречит са­мым очевидным фактам повседневной жизни. Действительно, императивные нормы детально регулируют деятельность социа­листических организаций, обслуживающих граждан, в инте­ресах постоянного улучшения работы этих организаций, лучше­го удовлетворения потребностей граждан, постоянного повы­шения их благосостояния. Но эти нормы вовсе не регулируют все условия каждого конкретного договора. Установление мно­гих условий, регулирующих взаимные права и обязанности сторон, зависит от их соглашения. Предмет договора, количе­ство, ассортимент, сорт товара, покупаемого данным гражда­нином в магазине, устанавливаются соглашением гражданина и торгующей организации. Соглашением заказчика и ателье определяется характер заказа, срок исполнения, сумма вно­симого аванса и ряд других существенных условий договора.

    Характерно, что Н. Г. Александров, повидимому, также не находит в советском гражданском праве пример договора, в ко­тором все условия были бы урегулированы нормой закона и волеизъявление сторон устанавливало бы только факт вступ­ления в договорные отношения. Поэтому он и не может иллю­стрировать свое положение о существовании таких договоров примером из области гражданского права.

    Ко второму виду договоров автор относит договоры, являю­щиеся основанием возникновения правоотношения, регулируе­мого бланкетными или диспозитивными нормами, и опре­деляющие содержание правомочий и обязанностей сто­рон в таком правоотношении. Однако и такого вида дого­воров в практике социалистического гражданского оборота также нельзя обнаружить. Социалистическое государство в той или иной степени регулирует все договорные отношения. Од­нако нельзя найти ни одного вида договорных отношений, ко­торые регулировались бы только диспозитивными нормами. Н. Г. Александров приводит в качестве примера опять-таки покупку гражданином молока на колхозном рывке, считая, что здесь отношения сторон регулируются только диспозитивными нормами. Однако как ни элементарны и просты по своему со­держанию эти отношения, они регулируются не только диспо­зитивными, но и императивными нормами. Именно императив­ные нормы устанавливают обязанность продавца передать молоко и обязанность покупателя уплатить цену. Именно они устанавливают ответственность продавца за качество продан­ного товара и т. д. Если бы автор взял несколько более слож­но

    ный пример, хотя бы продажу гражданином принадлежащего ему на праве личной собственности жилого дома или продажу какой-либо ненужной ему в данный момент вещи, то противо­речие, в которое вступает автор с самим собой, стало бы еще более очевидным. Ряд важнейших условий такого договора определялся бы не соглашением сторон, а императивной нор­мой и, если исходить из положения автора, этим договорам следовало бы отказать в признании их способами регулирова­ния поведения участников правоотношения.

    Особенно наглядной становится неудовлетворительность классификации, предлагаемой Н. Г. Александровым, при рас­смотрении выделяемой им третьей группы договоров. К этой группе Н. Г. Александров относит: «договоры, конкретизирую­щие правомочия и обязанности сторон в правоотношениях, воз­никающих из административных актов»Автор считает, что гражданское отношение между сторонами (обязательство) воз­никает непосредственно из административного акта, договор же I только конкретизирует обязательство, которое возникает ломи­] мо него и которое в основных своих чертах урегулировано так­же помимо договора нелосредственно административным актом.

    С этой точкой зрения никак нельзя согласиться ввиду не­дооценки роли договора, являющейся неизбежным выводом из положений автора. В соответствии с действующим правом договор является основанием возникновения гражданского правоотношения при поставке продукции. Практика бездо­говорных поставок в настоящее время отвергнута. Сводя значе­ние договора, заключенного на основании административного акта, только к конкретизации прав и обязанностей, определен­ных, по его мнению,административным актом, И. Г. Александ­ров существенно принижает значение договора именно в той области, где оно особенно велико[108].

    Наконец, автор совершенно игнорирует довольно распро­страненные в практике социалистических организаций дого­воры, в которых взаимные права и обязанности сторон чрез­вычайно сложны и определяются именно их соглашением, в то время как административный акт устанавливает лишь самые общие условия, которых совершенно недостаточно для регули­рования отношений сторон. Так, по плану предприятие А долж­но поставить предприятию Б определенное количество деталей для продукции, выпускаемой предприятием А. Такие отноше­ния предприятий обычно очень сложны. Заказчик должен пред­ставить поставщику подробные чертежи, размеры, иногда

    даже некоторые виды оборудования, необходимые для выпуска деталей в соответствии с требованиями заказчика. Стороны своим соглашением подробно регулируют вопросы о том, ка­ковы в этом случае взаимные права и обязанности заказчика и поставщика, что и в какой срок должно быть представлено заказчиком, каковы последствия непредставления заказчиком необходимой документации, материалов, оборудования, может ли заказчик менять технические условия и требования в течение года в связи с изменением его производственной программы и т. д. Так же сложны взаимоотношения сторон при поставке индиви­дуального оборудования, при выпуске продукции из давальче­ского сырья п в ряде других случаев. Эти случаи часто встре­чаются в практике деятельности социалистических органи­заций.

    Неудачная попытка классификации договоров и совершенно необоснованное сужение круга договоров, за которыми Н. Г. Александров признает качество средства регулирования поведения сторон, в значительной мере снижают ценность выска­занного им положения о договоре как средстве регулирования поведения сторон.

    В действительности это качество договора присуще всем договорам, независимо от того, порождают ли они отношения, регулируемые императивной или диспозитивной нормой, и независимо от степени детализации планового регулирования этих отношений.

    Договор обуславливает повышение ответственности участ­ников отношения за свои действия. Неоднократно указывалось, что практика бездоговорных поставок снижает ответственность поставщиков за качество и ассортимент поставляемой ими про­дукции, приводит к отгрузке ненужной потребителю продукции, к нерациональным перевозкам, к росту сверхнормативных ос­татков, к затовариванию. Вместе с тем, отсутствие договоров и ослабление договорной дисциплины снижают ответственность потребителей за представляемые ими заявки и спецификации, приводят к выдаче неправильных заказов, к частому измене­нию спецификации, к отказу от получения и оплаты поставляе­мой продукции. Все эти отрицательные явления связываются именно с тем, что социалистические организации не принимают на себя соответствующие обязательства по договору. Они не чувствуют полной ответственности за свои действия, если яв­ляются только исполнителями определенного предписания,

    I а не принимают на себя сами определенные обязательства. Во­леизъявление организации, принимающей на себя обязатель­ство, повышает ответственность за его исполнение.

    Но договор может иметь такое значение лишь в том случае, если он не только порождает правоотношение, но и регулирует
    поведение сторон до тех пор, пока это правоотношение не прекращается.

    Договор не имел бы воспитательного значения, если бы он не регулировал поведение сторон. Контрагент осуществляет контроль над соответствием фактического поведения другой стороны поведению, предусмотренному договором. Такой взаимный контроль сторон в договоре предопределяется эко­номическим содержанием отношений, опосредствуемых дого­вором. Благодаря плановому характеру социалистического хозяйства, стабильности социалистического оборота, в прак­тике советских гражданско-правовых отношений чрезвычайно редки случаи, когда, вследствие изменившихся обстоятельств, договор становится невыгодным для одной из сторон, и она стремится от него освободиться. В подавляющем большинстве случаев исполнение договора представляет существенный ин­терес для обеих сторон, и каждая из них строго контролирует надлежащее исполнение контрагентом его договорных обя­занностей.

    Особенное значение имеет взаимный контроль исполнения сторонами своих договорных обязательств в отношениях меж­ду социалистическими организациями, которым это вменено в обязанность[109]. Стброны обязаны в заключаемых ими догово­рах предусматривать условия об имущественной ответствен­ности за невыполнение договорных обязательств, обязаны ве­сти неослабное наблюдение за ходом выполнения этих обяза­тельств и своевременно применять санкции (взыскание пени, штрафа, неустойки, убытков) во всех случаях невыполнения или ненадлежащего выполнения договора.

    Обязанность требовать соблюдения договора контрагентом и применять к нему установленные договором санкции в слу­чае неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства возлагается на социалистическую организацию и в том случае, когда ее контрагентом является не социалистиче­ская организация, а гражданин. Кто бы ни принимал на себя гражданско-правовое обязательство в отношении социали­стической организации, последняя обязана контролировать соблюдение этого обязательства, принимать все меры для того, чтобы это обязательство было выполнено.

    В отношениях между социалистическими организациями большое значение имеет возникающая из договора обязанность каждой из сторон способствовать выполнению контрагентом его обязательства по договору, помогать контрагенту. ^ Это вытекает из единства целей социалистических организаций, из единства их интересов. И. Б. Новицкий на большом практиче­ском материале показал, что эта обязанность имеет большое значение при рассмотрении вопроса об исполнении договорных обязательств. И. Б. Новицкий указывает на следующие основ­ные элементы обязанности кредитора сотрудничать с должни­ком в деле исполнения договора: «... а) не отягчать, не ухуд­шать своим поведением положения должника; б) совершать известные положительные действия, чтобы сделать для долж­ника возможным исполнение обязательства, в) быть готовым к своевременному принятию надлежаще предложенного ис­полнения»1. Эти общие элементы обязанности сторон содей­ствовать друг другу в выполнении их договорных обязательств наполняются конкретным содержанием в соответствии с усло­виями каждого договора. Именно условия договора определяют те конкретные возможности, которыми располагает каждая из сторон для того, чтобы помочь своему контрагенту выполнить договорное обязательство; определяют то поведение контр­агента, которое соответствует предъявленным к нему требова­ниям. Установить, какие именно действия должна совершать каждая из сторон для того, чтобы содействовать своему контр­агенту в выполнении его обязательства, можно только на осно­вании договора, установившего это обязательство.

    Таким образом, договор регулирует поведение сторон, не только устанавливая их взаимные права и обязанности, но и устанавливая конкретные критерии для оценки их поведения, для применения в их отношениях общих принципов советского социалистического права.


    [1] См. И. Сталин. Экономические проблемы социализма в СССР. Госполйтиздат, 1952, стр. 51—52.

    [2] К. Маркс, Ф. Энгельс. Избранные письма. Госполитиздат, 1948, стр. 427.

    [3] Постановление ЦИК и СНК СССР от 18 февраля 1931 г. «Об ответ- етвенности за невыполнение заказов и поставок по договорам для обоб­ществленного сектора народного хозяйства» (СЗ СССР, 1931, № 10, ст. 109).

    8 СУ РСФСР, 1922, № 4, ст. 43.

    Ряд нормативных актов, изданных незадолго до этого, также устанав- . ливает необходимость хозяйственного расчета и предусматривает дого­ворные формы отношений между государственными хозяйственными ор­ганизациями, а также между ними и частным сектором.

    И

    [5]   «Директивы XIX съезда партии по пятому пятилетнему плану раз­

    вития СССР на 1951—1955 годы». Госполитиздат, 1952, стр. 30—31.

    [7] В. И. Ленин. Соч., т. 33, стр. 145.

    [8] СЗ СССР, 1931, № 18, ст. 166.

    [9] Там же, разд. 1, п. «б» и разд. III, п. 1.

    *   См. СЗ СССР, 1931, № 46, ст. 316.

    [11] См. СЗ СССР, 1931, № 10, ст. 109; СЗ СССР, 1931, № 64, ст. 419; ■СЗ СССР, 1932, № 42, ст. 250.

    *   СЗ СССР, 1931, № 64, ст. 419.

    *   Помимо указанных вышз нормативных актов, см. также: Постанов­ление комиссии исполнения при СНК Союза ССР «О ходе договорной кам­пании на речные перевозки в навигации 1932 г.» (СЗ СССР, 1932, № 28, ст. 178); Постановление СНК СССР «О заключении договоров на 1933 год» (СЗ СССР, 1933, № 1, ст. 4); «О заключении договоров на строительные ра- •боты в 1933 году» (СЗ СССР, 1933, № 5, ст. 32); «О ходе заключения дого­

    [13] См. П. Е. Орловский. Практика Верховного суда СССР по гражданским делам в условиях Отечественной войны. Юриздат, 1944, стр. 22—25; «Советское право в период Великой Отечественной войны».

    Ч.  I, Юриздат, М., 1948, стр. 107—129; «История советского граждан­ского права», стр. 377—380; М. М. А г а р к о в. К вопросу о договор­ной ответственности — статья в сборнике «Вопросы советского граж­данского права». Изд. АН СССР, М.-—Л., 1945.

    [14] Подробно о бездоговорных поставках см. 3. И. Щ кун дин. Обязательство поставки товаров в советском праве, стр. 79—104; его же. Влияние плана на обязательство. «Советское государство и право», 1947, № 2.

    2      р. о. Халфина

    [15] См. Д. М. Генкин. Великая Отечественная война и вопросы гражданского права. «Ученые записки ВИЮН», вып. III. Юриздат, М., 1944, стр. 17. Автор справедливо указывал на необходимость борьбы против стремления отдельных хозяйственников вообще отказаться от договорной, формы связей между социалистическими организациями.

    [16] См. СЗ СССР, 1931, № 26, ст. 210. Требования максимальной кон­кретизации заключаемых договоров содержатся также в ежегодных по­становлениях СНК о заключении хозяйственных договоров. См., например, постановления СНК СССР «О заключении договоров на 1934 год» (СЗ СССР, 1933, № 73, ст. 445); «О заключении договоров на 1936 год» (СЗ СССР, 1936, № 3, ст. 27),

    [17] См. «Сборник руководящих материалов и консультаций». Мини­стерство строительства предприятий тяжелой индустрии, 1949, № 6.

    [18] Учебник «Гражданское право» 1944 г., рассматривая вопрос о зна­чении договорных санкций (штрафов, пени, неустойки) в отношениях между социалистическими организациями в связи с вопросом о способах обеспечения обязательств, недостаточно подчеркивает особенности этих санкций. Все указанные виды договорных санкций рассматриваются как неустойка, причем на основании ст. 141 ГК упор делается на оценочную неустойку («Гражданское право» под ред. М. М. Агаркова и Д. М. Генкина, т. 1. Юриздат, М., 1944, стр. 402—405).

    В учебнике для юридических школ под ред. С. Н. Братуся больше подчеркиваются особенности договорных санкций в отношениях между социалистическими организациями. В частности, указывается на то, что неустойка взыскивается независимо от наличия или отсутствия убытков

    [19] А. Микоян. Речь на XIX съезде ВКП(б). Госполитиздат, 1952, стр. 15.

    [20]  Г. М. Маленков# Речь на пятой сессии Верховного Совета СССР. Госполитиздат, 1953, стр. 19.

    [21]     См. Г. Маленков. Отчётный доклад XIX съезду партии о работе Центрального Комитета ВКП(б). Госполитиздат, 1952, стр. 43,

    [22] Так, в большинстве действующих Основных условий поставки про­дукции предусматривается, что за просрочку в отгрузке или сдаче продук­ции по отдельным позициям ассортимента, установленного договором для данного частного срока исполнения, поставщик уплачивает покупателю пеню в размере 0,1—0,07% в день, а по истечении десяти дней уплачи­вает сверх пени неустойку в размере 2—4% стоимости недопоставленного в срок товара. Во многих действующих Основных условиях поставки уста­навливается, что при недопоставке продукции в районы Крайнего Севера санкции за недопоставку удваиваются. В случае просрочки в отгрузке или недопоставки продукции в районы Крайнего Севера и невозможности из-за закрытия навигации доставить груз обычным путем, поставщик сверх установленных санкций уплачивает полностью дополнительные рас­ходы, связанные с доставкой груза до места назначения автогужевым транс* портом или авиатранспортом,

    [23] «Сборник руководящих материалов и консультаций по строитель­ству». Стройиздат, 1948, № б, стр. 1.

    [24] См. «Сборник руководящих материалов и консультаций по строи­тельству». Стройиздат, 1949, № 4, стр. 23—26.

    8 См. СЗ СССР, 1934, № 64, ст. 460.

    [26] См. Л. И. Картужанский. Об основных условиях поставки 1950 г. «Вестник Ленинградского зшиверситета», 1951, № 10, стр. 67—68.

    [27] В отраслях промышленности, не получавших ранее кредптов в Государственном банке под плановое накопление товаро-материальных ценностей сверх норматива, впоследствии был введен новый порядок кре­дитования. При этом были уменьшены нормативы собственных оборотных средств и запланирован банковский кредит. Одной из основных причин этого было намерение поставить эти отрасли промышленности и организа­ции под контроль рублем со стороны Государственного банка. См. М. М. У со скин. Основы кредитного дела. Госфиниздат, М., 1946, стр. 420—430; А. Абрамов. Некоторые итоги практики кредитования по обороту в машиностроении. «Деньги и кредит», 1951, № 12; Г. Шварц. Некоторые вопросы развития кредитных отношений в народном хозяй­стве СССР. «Вопросы экономики», 1952, № 5, стр. 28—41.

    [28] См. постановление СНК СССР от 14 сентября 1937 г. «О размере пени за просрочку платежей хозорганов» (СЗ СССР, 1937, № 60, ст. 260).

    оборотных средств промышленных предприятий. Госфиниздат, М., 1951.

    [30] СЗ СССР, 1933, № 39, ст. 234.

    8 СЗ СССР, 1935, № 51, ст. 422.

    [32] Так, в случае простоя машин МТС по вине колхоза, последний уплачивает МТС в полуторном размере предусмотренную промфинпланом МТС стоимость работ, которые должны были быть выполнены за время простоя машин. В случае невыполнения отдельных предусмотренных договором работ по вине МТС или колхоза, виновная сторона возмещает другой стороне понесенные убытки в полуторакратном размере (см. «Кол­хозное право», учебник для юридических вузов под ред. Н. Д. Казанцева и А. А. Рускола. Госюриздат, М., 1950, стр. 145—146).

    [33] «Известия» от 28 февраля 1947 г.

    ®Н. С. Хрущев. О мерах дальнейшего развития сельского хозяйства СССР. Доклад на Пленуме ЦК КПСС 3 сентября 1953 г. Госпо­литиздат, 1953, стр. 60.

    [35] См. Н. С.Хрущев.О мерах дальнейшего развития сельского хо­зяйства СССР. Доклад на Пленуме ЦК КПСС 3 сентября 1953 г. Госно- литиздат, 1953, стр. 60.

    [36] Проф. Л. И. Д е м б о в работе, посвященной вопросам водного законодательства, стоял на точке зрения неприменимости договорной формы для отношений по водопользованию. Останавливаясь на дискус­сии, которую вызвал в 1926 г. разработанный Закавказским водхозом проект Водного^ кодекса ЗСФСР, автор пишет: «Принцип договорных взаимоотношений между водопользователями и государством и принцип платности отвергался, как противоречащий принципам, на которых покоится советское земельное право» (см. проф. Л. И. Д е м б о. Основ­ные проблемы советского водного законодательства, Л., 1948, стр. 116). Критикуя более поздние попытки установить договорную форму отно­шений по водопользованию, автор категорически отрицает целесообраз­ность применения этой формы (см. там же, стр. 116—117). В то время, ког­да работа проф. Л. И. Дембо была издана, отношения по водопользованию действительно не строились на основе договора, но нам представляется, что и тогда не было достаточно убедительных аргументов для категори­ческого утверждения о неприменимости этой формы к отношениям водо­пользования.

    [37] «Известия» от 26 сентября 1953 г.

    *    «Известия» от 29 сентября 1953 г.

    [38] См. «Известия» от 25 октября 1953 г.

    [39]                                 Г. М. Маленков. 32-я годовщина Великой Октябрьской со­циалистической революции. Госполитиздат, 1949, стр. 11.  „ппп

    [40] См. И. В. Сталин. Соч., т. 13, стр. 340—341.

    [41] См. К. А. Граве. Правовая защита интересов покупателя в розничной тоговле. «Научные записки Ин-та нар. хоз-ва им. Г. В. Плеха­нова». М., 1940; его же. Договор розничной купли-продажи и охрана прав гражданина. «Ученые записки ВИЮН», вып. II Юриздат, М., 1941, стр. 169—>226; П. Крылов. Снижение издержек обращения — важная на­роднохозяйственная задача. «Плановое хозяйство», 1948, № 4; В. М о­с к в и н. От карточной системы снабжения к развернутой советской тор­говле. «Плановое хозяйство», 1948, № 1.

    [42] См. СЗСССР, 1932, № 31, ст. 190.

    [43] См., например, постановление ЦИК и СНК СССР «О ликвидации охотничьей кооперации и о реорганизации интегральной кооперации» (СЗ СССР, 1933, № 53, ст. 309); инструктивное письмо Министерства фи­нансов СССР от 21 декабря 1946 г. № 889 «О порядке скупки и приема на комиссию вещей от населения и о налоге с оборота по комиссионной тор­говле» («Сборник постановлений, приказов и инструкций по финансово­хозяйственным вопросам». Госфиниздат, 1947, № 2, стр. 10); «Правила работы скупочных пунктов и магазинов (палаток) по продаже скупленных вещей», утвержденные приказом Министерства торговли СССР № 305 от 5 августа 1946 г. («Сборник важнейших постановлений о кооперации инвалидов РСФСР». Всесоюзное кооперативное изд-во, М., 1950, стр. 55).

    [44] См. «Сборник постановлений, приказов и инструкций по финансово­хозяйственным вопросам». Госфиниздат, 1945, 1—2, стр. 15.

    [45]  См. «Сборник постановлений, приказов и инструкций по финансо­

    [46] См. постановление Пленума Верховного суда СССР 12 декабря 1940 г. № 46 (23) у, ст. 33.

    [47] Регулирование деятельности организаций коммунального хозяй­ства осуществляется, в основном, в порядке нормотворческой деятель­ности органов государственного управления союзных республик и ме­стных органов власти.

    [48] См. типовой издательский договор ст. ст. 7—9; типовой сценарный договор; постановочный договор в справочнике «Правовое положение писателей и композиторов». М., 1946.

    [49] См. постановление В ЦИК и СНК РСФСР от 8 октября 1928 г. об авторском праве (СУ РСФСР, 1928, № 132, ст. 861, п. 22).

    [50] См. Д. М. Генкин. Право личной собственности в социалисти­ческом обществе. «Труды научной сессии Всесоюзного института юри­дических наук». 1—6 июля 194-6 г. Юриздат, М., 1948, стр. 43—61; его же. Право личной собственности. «Социалистическая законность», 1946, № 10; С. Н. Братусь. Формы собственности по Конституции СССР. «Труды Военно-юридической академии», IX, М., 1949; «История совет­ского гражданского права», стр. 118—139.

    [51] См. Н. С. Хрущев. О мерах дальнейшего развития сельского хозяйства СССР. Доклад на Пленуме ЦК КПСС 3 сентября 1953 г. Госпо­литиздат, 1953, стр. 13.

    [52] См. «Гражданское’1’ право», учебник для юридических институтов, т/Н. Юриздат, 1938, стр. 31—33; «Гражданское право», учебник для юри­дических институтов под ред. М. М. Агаркова и Д. М. Генкина, т. 1. М., 1944, стр. 300; «Советское гражданское право», учебник для юридических вузов под ред. Д. М. Генкина, т. 1. Госюриздат, М., 1950, стр. 365; «Совет­ское гражданское право», учебник для юридических школ под ред.

    С.  Н. Братуся. Госюриздат, М., 1950, стр. 277; проф. И. Б. Но­вицкий. Обязательство заключить договор. М., 1947; проф. И. Б. Н о- в и ц к и й и проф. Л. А. Л у н ц. Общее ученре об обязательстве. Госюриздат, М., 1950, стр. 95.

    [53] См., например, циркулярное письмо Наркомторга СССР № 052-*а от 26 февраля 1946 г. «Об оформлении закупок и приемки товаров и о систематическом контроле за выполнением обязательств по поставке тзу варов» (опубликовано в книге: «Поставка товаров в системе советской тор­говли».— Сборник важнейших постановлений, инструкций и приказов. Госторгиздат, М., 1950). В приказе Министерства торговли СССР от 31 декабря 1949 г. № 1190 указано: «Запретить в системе Министерства торговли СССР поставки товаров без подписания обеими сторонами договора или заключения ими сделки путем обмена письмами или телеграм­мами, содержащими условия поставки по всем существенным пунктаи» (см. там же, стр. 27). Совершенно очевидно, что речь здесь идет только о договоре, а не о договоре и какой-то иной сделке.

    [54] Нельзя согласиться с попытками отдельных советских цивилистов включить в единое понятие представительства выступление органов юри­дического лица в гражданских отношениях. Под названием «уставного представительства» некоторые цивилисты пытались включать эти отно­шения в представительство, рассматривая органы юридического лица как его «представителей» (С. Н. Л а н д к о ф. Осиови цившьного права, «Радянська школа», Кшв, 1948, стр. 122—123). Такая точка зрения неправильна. Юридическое лицо выступает при этой конструкции как не­что отличное от его органов, противопоставляется своим органам. Кроме того, здесь совершенно исчезает различие между органами и представи­телями юридического лица. Все они покрываются общей абстрактной маской «представителей», различающихся только тем, что основанием правомочий одних является устав, а других — специальное правомочие. Эта точка зрения совершенно игнорирует существо отношений, иг­норирует тот факт, что органы юридического лица выражают волю са­мого юридического лица, что они — неразрыв шя часть самого юридиче­ского лица в то время, как представители уполномачиваются органами юридического лица на совершение тех или ииых конкретных сделок или видов сделок. При такой точке зрения игнорируется тот факт, что в дого­ворах, заключаемых органами юридического лица, действует само юриди­ческое лицо, в то время как в сделках, заключаемых представителями, выступают два лица: юридическое лицо, как представляемый, и представи­тель.

    [55] См. А. В. Венедиктов. Государственная социалистическая собственность. Изд. АН СССР, М.—Л., 1948; С. Н. Б р а т у с ь. Юри­дические лица в советском гражданском праве. Юриздат, М., 1947; его ж е. Субъекты гражданского права. Госюриздат, М., 1950; С. И. Ас к- назий. Об основаниях правовых отношений между государственными социалистическими организациями (К проблеме юридического лица в советском гражданском праве).— «Ученые записки Ленинградского юри­дического ин-та», вып. IV. Юриздат, М., 1947; Я. Ф. М иколеыко. Госу­дарственные юридические лица в советском гражданском праве. «Совет­ское государство и право», 1951, Ла 7.

    [56]  А. В. Венедиктов. Государственная социалистическая

    собственность. Изд. АН СССР, М.— Л., 1948, стр. 593.

    [58] С. Н. Братусь. Субъекты гражданского права. Госюриздат, М., 1950, стр. 109. "

    [59] В. И, Ленин. Соч., т.^27,’стр .^238—239. См. также В. И. Ленин. Соч., т. 30, стр. АА2—444. *

    [60] Там же.

    8 См. постановление ЦК ВКП(б) от 5 декабря 1929 г. «О реоргани­зации управления промышленностью», п. 3. «Известия» от 14 декабря 1929 г.

    [62] «Правда» от 7 сентября 1929 г.

    [63] «Правда» от 3 сентября 1930 г.

    8 См. «О задачах партийных организаций в области промышленности и транспорта». Резолюция по докладу тов. Маленкова, принятая XVIII Всесоюзной конференцией ВКП(б). «Резолюция XVIII Всесоюзной кон­ференции ВКП(о)», Госполитиздат, 1941.

    [65] СЗ СССР, 1931, № 26, ст. 203.

    [66] И. Сталин. Экономические проблемы социализма в СССР. .Госполитиздат, 1952, стр. 52.

    [67] См. С. И. А с к н а з и й. Об основаниях правовых отношений между государственными социалистическими организациями (К пробле­ме юридического лица в советском гражданском праве). «Ученые записки Ленинградского юридического ин-та», вып. IV, стр. 23 и 32.

    [68] В советской юридической литературе в общей форме указывалось на то, что задачи и интересы государственного предприятия являются задачами ж интересами всего Советского государства, конкретизирован­ными применительно к данному участку деятельности (см. М. Липец- кер и 3. ^Шкундин. Некоторые вопросы гражданского права в свете решений XVIII партконференции. «Советское государство и право», 1941, № 4). Однако эта плодотворная мысль не была в дальнейшем разра­ботана советскими цивилистами.

    [69] СЗ СССР, 1935, № 4, ст. 27. Отдел второй.

    [70]    См. «Гражданское право», т. 1. Юриздат, М., 1944, стр. 211—212.

    [71]     «Советское гражданское право», учебник для юридических вузов, т. 1. Госюриздат, М., 1950, стр. 240; см. также проф. С. Н. Братусь. Субъекты советского гражданского права. Госюриздат, М., 1950, стр. 61.

    8 С. Н. Ландкоф. Основи цившьного права, «Радянська школа». Ки1в, 1948, стр. 121.

    [73] В дальнейшем Гражданский кодекс РСФСР именуется Граждан­ский кодекс или ГК.

    [74] В дальнейшем Кодекс законов о браке, семье и опеке именуете» КЗоБСО.

    [75] Подробнее об этом см. стр. 216—217.

    [76]    Ф. Энгельс. Анти-Дюринг. Госполитиздат, М., 1950, стр. 107.

    [77] В советской цившшстической литературе в общей форме указы­валось на то, что планирование, оказывающее существенное влияние

    на договорные отношения социалистических организаций,^обеспечивает каждому социалистическому предприятию, как самостоятельному уча­стнику гражданского оборота, действительную свободу в реализации его гражданских прав и обязанностей (см. Я. Миколенко. О предмете и принципах социалистического гражданского права. «Проблемы социа­листического права», 1938, № 5, стр. 47—68). Его же. Социалистиче- 1938   советского гражданского права. «Советская юстиция»,

    [78] О принципе специальной правоспособности см. С. Н. Бра­тусь. Субъекты гражданского права. Госюриздат, М., 1950, стр. 194— 200. Автор подробно, па большом фактическом материале обосновывает положение о специальной правоспособности юридических лиц в СССР.

    [79]     Исходя из установленного выше положения о том, что плановое за­дание определяет содержание воли социалистических организаций, нель­зя согласиться с изложением вопроса о специфике социалистического договора в учебнике гражданского права для юридических вузов издания 1950 г. Указывая особенности договора в отношениях социалистических ■организаций, авторы пишут: «...в ряде случаев от сторон не зависит, заключить ли договор и именно с данным контрагентом; стороны призна­ются обязанными заключить между собой договор...» («Советское граждан­ское право», т. I. Госюриздат, М., 1950, стр. 365). Из этих формулировок, как и из всего контекста, можно сделать вывод, что у социалистических организаций может быть какая-то своя особая воля, которая не совпадает •с предписаниями планового задания и должна ему подчиниться, что со­циалистические организации в договорах не выражают своей воли, а толь­ко выполняют возложенную на них обязанность. Такая точка зрения вы- взывает серьезные возражения. Плановое задание определяет содержание воли социалистической организации. Последняя не может иметь какой- либо иной воли, кроме той, которая определена плановым заданием. Если орган юридического лица выражает какие-либо иные намерения, то это означает, что он выражает свою личную волю, а не волю юридического лица. Только в том случае, если признать, что плановое задание составляет содержание воли социалистической организации, выполняющей его, можно понять подлинное значение договора в отношениях между социали­стическими организациями. Противоположная точка зрения приводит к игнорированию основного элемента договора — воли} Если считать, что социалистические организации в договоре не выражают своей воли, а только выполняют возложенную на них планом обязанность, то возникает гаконный вопрос: зачем же нужна в таком случае договорная форма?

    6   о. Р. Халфина

    М./ 1947, стр. 48—49; С. Н. Ландкоф. Основи цившьного права,

    видавництво «Радянська школа», Кшв, 1948, стр. 296—297; проф.

    [82] Подробно об этом см. § 2 гл. III настоящей работы.

    [83] СЗ СССР, 1937, № 69, ст. 1314.

    [84]     См. постановление ЦИК и СНК СССР от 30 января 1930 г. (СЗ СССР, 1930, № 8, ст. 98); постановление СНК СССР от 14 января 1931 г. (СЗ СССР, 1931, № 4, ст. 52); постановление СНК СССР от 20 марта 1931 г. (СЗ СССР, 1931, № 18, ст. 166); постановление СТО от 23 июля 1931 г. (СЗ СССР, 1931, № 46, ст. 316) и др.

    [85] Нельзя согласиться с категорическим утверждением И/Б.^Но­вицкого о том, что все правила, содержащиеся в Основных условиях, имеют значение норм императивных, а не диспозитивных, т. е. сторонам не пре­доставлено права отступать от этих правил (И. Б. Новицкий, Л. А. Л у н ц. Общее учение об обязательстве. Госюриздат, М., 1950, стр. 173). Как видно из приведенных в тексте примеров, количество ко­торых можно было бы увеличить, в Основных условиях содержатся и отдельные диспозитивные нормы.

    [86] См. Л. И. Картужанский. Об основных условиях поставки 1950 г. «Вестник Ленинградского университета», 1951, № 10, стр. 62— 84.

    [87] В некоторых Основных условиях поставки прямо указывается на обязательность их применения и при заключении разовых договоров. Однако отсутствие таких указаний не означает, что при заключении ра­зовых договоров поставки продукции, предусмотренной Основными ус­ловиями, последние могут не применяться. Утвержденные Советом Ми­нистров Основные условия поставки обязательны к исполнению во всех случаях поставки предусмотренных ими видов продз^кции.

    [88] К такому же выводу приходит и 3. Ш к у н д и ц в статье «О правовом значении основных условий поставки» («Арбитраж», 1940, № 2). Мы не

    можем, однако, согласиться с мнением автора о том, что в рассматривае­мом нами случае Основные условия поставки имеют значение обычных условий договоров поставки данного товара. Такое положение означает по существу признание за Основными условиями, принятыми соглаше­нием министерств и ведомств, значения диспозитивной нормы, регули­рующей отношения организаций, не входящих в систему этих министерств и ведомств. Такой вывод, как видно из изложенного выше, не основывается на положениях действующего права.

    [89] См., например, действовавшие в 1951 г. Основные условия поставки кондитерских товаров предприятиями Министерства пищевой промышлен­ности СССР и союзных республик торгующим организациям Министер­ства торговли Союза ССР, Центросоюза, промышленных министерств и Министерства путей сообщения. «Сборник Основных условий поставки продовольственных товаров». Госторгиздат, М., 1951, стр. 37—46; Основ­ные условия поставки продукции производства лесопромысловой коопе­рации организациям систем Министерства торговли РСФСР и Центро­союза. «Сборник Основных условий поставки промышленных товаров». Госторгиздат, М., 1951, стр. 188—198 и ряд других.

    [90]  См. Основные условия поставки туалетного мыла и парфюмерно­

    косметических товаров предприятиями Министерства пищевой промышлен­

    [92] См., например, Основны» условия поставки кондитерских товаров предприятиями Министерства пищевой промышленности СССР и союзных республик, торгующим организациям Министерства торговли СССР и Центросоюза, промышленных министерств и Министерства путей сооб­щения. Основные условия поставки туалетного мыла и парфюмерно-кос­метических товаров предприятиями Главпарфюмера Министерства пи­щевой промышленности СССР организациями системы Центросоюза и др.

    [93] В автореферате диссертации С. В. Занковской справедливо указы­вается на то, что существенное заблуждение сторон в условиях договора очень редко бывает там, где есть заранее выработанные условия договора, обязательные для сторон (см. С. В. Занковская. Существенное заблуждение в сделке в советском гражданском праве. Автореферат дис­сертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. М., 1950).

    [94] См. проф. И. Б. Новицкий и проф. Л. А. Л у н ц. Общее учение об обязательстве. Госюриздат, М., 1950, стр. 168—173; «Советское гражданское право», учебник для юридических вузов, т. I, 1950, стр. 392— 395; И. Баранов. Хозяйственный договор — орудие выполнения государственных планов. «Плановое хозяйство», 1949, № 5; Я. И. Р а п^ п о п о р т. О формах договорных связей по поставке товаров^в советской торговле. «Научные записки Харьковского ин-та советской торговли», вып. II (IV). Харьков, 1951.

    [95] Приказ Наркомречфлота СССР от 12 августа 1940 г. № 334. Сбор­ник, изданный Министерством речного флота Союза ССР «Хозяйственные договоры и хозрасчет». М., 1950, стр. 196—199.

    [96] См. Правила предоставления судов в аренду и типовой договор на аренду судна. Там же, стр. 82—84.

    8 См. инструкцию Наркомхоза РСФСР от 15 марта 1939 г. 133 и типовой договор на сдачу в долгосрочную аренду государственным уч­реждениям, предприятиям и общественным организациям домов местных Советов. Сборник «Жилищное законодательство». Госюриздат, М., 1950, стр. 177—181.

    [98] СЗ СССР, 1934, № 64, ст. 460.

    6   См. постановление СНК СССР от 25 ноября 1937 г. и приложенный к нему типовой договор (СЗ СССР, 1937, № 74, ст. 361).

    [100] См. М. Ермаков, Л. Бернгард. Кредитование индиви­дуального жилищного строительства. Госфиниздат, 1952, стр. 28—29.

    [101] См. там же, стр. 12—15.

    [102]     СУ РСФСР, 1928, № 132, ст. 861.

    [103] См. типовой договор на аренду судна. Сб. «Хозяйственные дого­воры и хозрасчет», Министерство речного флота СССР, М., 1950, стр. 83— 84.

    [104]                                   См. типовой договор найма жилого помещения в доме местного Со­вета — приложение к инструкции Министерства коммунального хозяй­ства РСФСР от 30 августа 1947 г. № 727.   *

    8 СЗ СССР, 1937, № 69, ст. 314.

    [106]                     А. Е. Пашерстник. Право на труд. Изд. АН СССР, М., 1951, стр. 194—200. Значение трудового договора ые только как юридического факта, порождающего трудовое отношение, но и как базы для существо­вания этого правоотношения отмечалось и в статье В. М. Догадова «К во­просу о возникновении и прекращении социалистических трудовых право­отношений». «Вопросы трудового права», сб. I, изд. АН СССР, М.—Л.* 1948, стр. 66. Однако положения автора по этому вопросу высказаны в- самой общей форме.       ,

    [107] Н. Г. Александров. К вопросу о ролид оговора в правовом регу­лировании общественных отношений. «Ученые записки ВИЮН», вып. VI... Юриздат, М., 1946, стр. 60—83.

    [108]    См. подробнее об этом в главе III настоящей работы.

    [109]     См. например, циркулярное письмо Наркомторга СССР № 052-а от 26 февраля 1946 г., в котором руководителей всех торгующих органи­заций обязывают «...установить систематический учет выполнения каждого договора и сделки по количеству, ассортименту и срокам товаров и свое­временно предъявлять к неисправным поставщикам соответствующие пре­тензии и иски». Сб. «Арбитраж в советском хозяйстве». Юриздат, М., 1948, стр. 465. Лица, виновные в незаконном списании дебиторской за­долженности, т. е. в отказе от своего права требования к контрагенту,